Фортель

На самом деле всё оказалось не так плохо. Если не брать в расчёт то, что за пять дней она и песчинки не сдвинула в деле с Бражником. Наблюдая за тем, как преображался отель, она находила хоть какое-то спокойствие. Раздавая указания рабочим, на короткое мгновение забывалась. Вновь оказываясь той самой Хлоей Буржуа. Глядя как замешивают краску и избавляют стены от старых обоев — вспоминала редкость беззаботных дней с Лукой. Ей как-то пришла мысль, что квартире, которую тот снимал, тоже нужен ремонт. Куффен, конечно, отнёсся к ее предложению с легким налетом подозрения, но мудро решил не препятствовать. Помогал штукатурить стены, и только один раз спросил ненавязчиво «Не слишком ли много жёлтого?». Наверное, они оба понимали, что всё это блажь. Попытка притвориться, что у них есть будущее. Что они подходят друг другу. Что они — связаны. Хлоя знала, куда он то и дело убегал среди ночи, да и Лука не то чтобы скрывал. Часто трансформировался прямо в доме и вылезал через чердак. Новости наконец-то не пестрели сводками об акумах, но чувства покоя это не приносило. Тишина перед штормом. — Камни чудес не горят. Их точно кто-то забрал. Хлоя однажды проснулась от голосов на кухне. Точнее от голоса. Она его узнала бы всюду: теперь Леди Баг говорила совсем холодно. Сухо. Она вся превратилась в крайний север. — …Не знаю, Роб. Надеюсь, его посадили за решётку, — донеслись обрывки чужого разговора, вклиниваясь в шелест воспоминаний. Хлоя тут же захлопнула шкатулку, где те хранились, и навострила слух. Двое мужчин в синих комбинезонах меняли проводку, при этом развлекая друг друга болтовнёй. — Я думал, что его ещё в Париже повязали, разве нет? — спросил тучный мужчина с бородой. — Так это другой, — поспешил объяснить парень с выдающимися ушами. Мужчина басовито рассмеялся, вытягивая рулетку. — А че он себе новое имечко не сочинил, ха? Ну-ка подержи тут. — Я его видел, — рабочий прижал конец измерительной ленты к стене. Его глаза испуганно округлились. — Дня два назад. — Кого? — Бражника, ясное дело. Я в тот день перебрал с пивом. Ну, отошел за кусты. А вокруг никого. Знаешь, Камден и без того не самое спокойное место. — Ну? — тупо рубанул рабочий, почесав бороду. — Ну, я только закончил со своими делами, как слышу шаги! А напротив только заброшка какая-то. — И чё? — Я его видел! — ушастый взмахнул отвёрткой. — Своими глазами. Вышел весь такой недовольный, а за ним туча из бабочек… Жуть! Второй мужчина вновь рассмеялся. — Гонишь! — Да иди ты… Хлоя подошла к ним, прерывая перепалку. Внутри клокотало странное предвкушение: вероятно, надышалась краски. — Где именно ты его видел? — обратилась она к лопоухому и немного подумав, добавила: — Буду обходить это место стороной.

×

Прячась от солнца в тенях галереи, Габриэль разыгрывал партию в шахматы с медсестрой. Вайперион так и застыл, запнувшись о неё взглядом. — Джулека? Габриэль передвинул фигуру. — Вайперион, — донеслось сухое. — Вы знакомы? — У героев хорошая память на имена, — с толикой недовольства отозвалась Джулека. — Вам шах. Свет умиротворённо рассыпался между колонн аркады, где-то внутри здания струилась незамысловатая мелодия клавиш — всё казалось нарисованным. Лука прочистил горло. — Надо поговорить. — Я никуда не спешу, — в голосе Агреста затесалось издевательство. — С вами позже, — Куффен посмотрел на сестру. Джулека пожала плечами и поднялась. Они молча пересекли галерею и вышли в сад. Птичий щебет стал громче. — Это ведь не простое совпадение, — заговорил Вайперион. — Почему ты? Джулека прислонилась к стволу дерева и ухмыльнулась. — Потому что я единственная из команды имею соответствующее образование, — она бросила на брата укоризненный взгляд. — Ты бы знал, если хоть иногда интересовался, как у меня дела. Или у мамы. Что ж, это вполне заслуженно. Вина напомнила о себе, но он даже не почувствовал вкус. Поганое ощущение: будто он всем вокруг задолжал. Маринетт, родителям, всему Парижу… Хлое. — Тебе стоит поговорить с ней. Джулека глядела на него в упор, не моргая. — С кем? ‐ обреченно спросил Лука. — С Леди Баг, — Джулека сняла с ветки гусеницу и бросила её в траву. — Это ненормально. Откажись от ночного патрулирования. Лука поморщился, только вообразив себе подобное. — Не собираюсь я… — Так и знала, — Джулека наклонила голову, скрывая разочарование. Совсем как раньше, она обвила рукой предплечье, — подсознательное желание спрятаться. Лука из прошлого уж точно не стоял бы столбом. И всего этого разговора тоже бы не состоялось. — Когда-нибудь это всё кончится, — бросил он обещание цветущему дереву. — А сейчас… Он оглянулся на больницу. — Сейчас? — напомнила Джулека. — Я должен поговорить с Габриэлем. Лука бросил взгляд на сестру, она выпрямила плечи и натянуто улыбнулась. Не поверила предыдущей фразе. Как и он сам. Наверное, другой на его месте поддержал бы чем-то вроде истасканного «Всё будет в порядке». От его же слов тянуло сквозняком: никто не обещает, что всё кончится хорошо. Вайперион направился обратно. «Вот и поговорили», — подумал он. И когда он успел стать таким чёрствым? Может, когда свыкся, что его второй шанс не спасёт каждого, и жертв всё равно не избежать, сколько временных кругов не наматывай… Циничное смирение. Сосредотачивать внимание на тех, кто важнее. Лука боялся момента, когда предстанет перед по-настоящему сложным выбором. Всеми окольными путями пытался этого избежать. Уговорил отца уехать писать новый альбом на юг Штатов, мать ненавязчиво отослал в Нидерланды. И всё равно приследовало чувство — этого недостаточно. — Я знаю, что это ты уговорил не отправлять меня в Лондон, — негромкое прилетело вдогонку. Лука притормозил и заставил себя обернуться. — Это… Мило, — неуклюже выдавила Джулека. — Знаю. — Больше так не делай, — её брови дрогнули и сошлись у переносицы. Она отодвинула рукав халата, чтобы проверить время, и что-то пробормотав, унеслась прочь. Габриэль продолжал партию, играя за двоих, словно и не заметил отсутствия оппонента. Сделав очередной ход, он осмотрел доску и жутковато ухмыльнулся. — Победа! — объявил он и плавным движением смёл все фигуры с доски. Они посыпались на пол, грустно ударяясь о каменную плитку. Лука выполз из тени колонны и молча уселся напротив. Заскучавший было Габриэль вскинул на него острый взгляд. Каждый раз Куффен удивлялся, глядя на это лицо. Он знал, что Маринетт вытащила побеждённого Бражника из-под обломков, едва вырвалась из огня, с которым смогла справиться только сила Удачи. С пламенем, но не с его последствиями. Лука видел шрамы, оставшиеся после ожогов у Адриана, которому явно повезло меньше всех. На лице Габриэля не было ни царапины. Наверное, по необъяснимым причинам огонь не тронул его. — Я не сумасшедший, — вдруг изрёк Агрест. — Почему меня держат здесь? Вайперион поглядел по сторонам. Он не находил это место таким уж неприятным. Явившись сюда впервые и вовсе решил, что Леди Баг перепутала адрес, и он оказался в резиденции какого-нибудь богача. — Предпочитаете гнить за решёткой? — не заботясь о резкости слов, задал вопрос Лука. Габриэль небрежно фыркнул, откинувшись назад. — Вам повезло с друзьями, — добавил Куффен, наблюдая за тенью растерянности мелькнувшей на его лице. — Это громкое слово, — Агрест разжал ладонь и поставил на пустую доску белого ферзя. — Дружелюбие не мой конёк. Над их головами раздался чей-то истеричный смех, переходящий в рыдание. Но довольно скоро умолк. — Как вам удалось отделаться всего лишь сотрясением? — осведомился Лука. Габриэль передвинул ферзя на две клетки вперёд. — Я полагал, ты уже в курсе, — его губы дрогнули в подобии усмешки. — Я отменил трансформацию в последний момент. Сотрясение мне обеспечила Леди Баг. Лука помедлил с новым вопросом, мусоля в голове услышанное. Получается, Маринетт ему соврала. Внутри шевельнулась злость: зачем она это сделала? Потребовалась внушительная пауза, чтобы упрятать эмоции подальше. Вайперион посмотрел на Агреста. — Она забрала камни? — Верно, — он отправил фигуру по диагонали. — Думаешь, она потеряла их? Или это был выгодный обмен? В груди всё заледенело. Лука поднял ферзя и покрутил между пальцев. — Скорее первое, чем второе. Габриэль подпёр ладонью щеку и глумливо улыбнулся. В пасмурных глазах отплясывали блики. — Какая лояльность. — Здравый смысл, — Лука вернул ферзя на место, запоздало вспоминая что его второе имя — королева. Мысль о Хлои пришлось утопить сразу же, не дав ей развиться. — У меня есть… — Габриэль осёкся. Его глаза потемнели. — Просьба, — вытащил он наружу тяжело давшееся слово. Лука немного подумав кивнул. — Я хочу увидеть своего сына. Адриана, — голос его высох. — Его ко мне не пускают, да? Я могу дать слово, — он подался вперёд, глаза болезненно заблестели. — Мне незачем. Ничего не осталось. Всё сгорело. Мне незачем… «Он сам не хочет вас видеть», — крутилось на кончике языка. Но Лука вновь кивнул. — Я попробую помочь с этим. Габриэль выдохнул. — Спасибо, — он отпрянул. За его спиной замаячила приближающаяся Джулека. Лука понял, что время посещений закончилось.

×

Заслышав за спиной шаги, Хлоя замерла и резко обернулась. Облегчение прохладой облизнуло напряженно сведенные лопатки: всего лишь старуха, что решила выбросить мусор. Она громко закашлялась и принялась звать кота. — Сюда, иди сюда, мой хороший… В полумраке сверкнули жёлтые глазищи. Хлоя продолжила путь. Пускай за спиной продолжала мерцать огнями Линкольнс-Инн-Филдс, — бдительность не клевала носом. Среди унылых жилых домов, заброшенное здание выделилось сразу. Недружелюбно скалясь повисшей на петлях дверью, оно совсем не внушало Буржуа доверия. Чувствуя себя глупо, она проникла внутрь. На дне сознания колыхнулась детская надежда, что никто не стал свидетелем подобного позора. Запах сырости и гари незамедлительно вызвал приступ брезгливости, который Хлоя с вязким трудом поборола. Свет от фонарика на телефоне выхватил росчерки расплывшихся граффити на стенах, и безнадёжно кривую лестницу. Взбираясь по ней, Хлоя постаралась не думать о том, что чувствует человек ломая шею. Второй этаж оказался ещё меньше и мрачнее. Из дырявой крыши лохмотьями падал бледно-голубой свет. Робко поёжившись, Буржуа принялась изучать местность, надеясь отыскать зацепку или намёк, хоть что-нибудь, способное указать на Бражника. Тишину нарушал ветер, хлопая пленкой, которой затянули единственное окно. Она никогда подобным не занималась: не имела ни малейшего понятия, на что стоит обратить внимание. Усыпанный пылью и чешуйками штукатурки пол, досадно молчал. В носу засвербело: от пыли или обидного раздражения. И почему ей не могли выделить задачу полегче? Леди Баг её либо переоценивала, либо попросту издевалась. Да, всё просто: она ждала, когда та сдастся, именно поэтому и упомянула о «прикрытии». Какое ласковое название для слежки! Буржуа даже оглянулась, и совсем уйдя в паранойю постаралась выглянуть в окно. Трогать грязный полиэтилен оказалось сомнительным удовольствием. Но страдания даровали короткую вспышку спокойствия: на улице никто не дежурил. Во всяком случае Хлоя не заметила. Она опустила взгляд себе под ноги, там что-то игриво заблестело, когда уличный свет ворвался на мгновение через окна. Обычный кружочек стекла. В детстве они с Адрианом собирали такие, всяких разных цветов. Кусочки дешевой магии. Поднеси его к глазам, и мир переоденется. Ведомая кислым послевкусием ностальгии, Хлоя наклонилась и подобрала стекло. Она удивлённо хмыкнула, рассматривая его: никогда не встречала таких идеально круглых осколков… Она обтёрла его об рукав и поднесла к глазу, решив взглянуть на лоскут ночного неба, выглядывающего из прорехи в крыше. — Фиолетовое, — прошептала она. И глупо хихикнула. Возможно, если она станет всюду таскать его с собой, то… От крыши отделилась хвостатая тень и стремительно юркнула внутрь. Вздрогнув всем туловищем, Хлоя даже забыла закричать. Сердце оглушительно взметнулось наверх, и пальцы разжались. — Не ожидал, что найду тебя именно здесь. Нуар как-то незаметно оказался рядом, и чёрт знает когда успел поймать выпавшее стекло. — Что это? — он зажал осколок пальцев. — Это моё, — Хлоя протянула руку. — Отдай. Ещё поцарапаешь. Приглушённо усмехнувшись, Нуар с торжественной аккуратностью опустил стёклышко ей на ладонь. — Через него можно видеть мир иначе, — зачем-то принялась объяснять Хлоя, будто оправдываясь. — Детская забава, знаешь ли. Взгляд зелёных глаз стал отстранённым. — Глупая игра, — поделился мнением Кот. Хлоя испытала щекочущее подсознание чувство стыда. Ночь пьянила, тянула за язык. — Зачем ты пришёл? — она подозрительно прищурилась. — Ты сказал, что искал меня. Кот кивнул. Непривычным казалось не слышать тихий звон его колокольчика. Хлоя не знала точно, когда внешний облик героев изменился. Просто всё стало иначе, даже привычные мелочи. Не сразу. «Когда что-то неотвратимое происходит внезапно, это легче принять», — в мысли вклинился голос Луки. Законы принимают в точности наоборот. Именно так она ему тогда ответила. Только сейчас Хлоя поняла, что имел ввиду Куффен вовсе не политику. — Хотел кое-что отдать, — Нуар пошарил ладонями по всевозможным переплетениям своего костюма. — Вот он! Это тебе. Он протянул ей клочок бумаги. Хлоя фыркнула, разворачивая его: под линией цифр кто-то приписал «Пегас». Как же это в духе Луки! Она узнала его почерк. Вытянутый, все буквы разной длины — совершенно дурной. Она закусила губу, стараясь вникнуть в смысл такого простого послания. Он вновь предоставлял ей выбор. Ни капли навязчивости, аж досада берёт. Гулко выдохнув, Хлоя ухватилась за предплечье Кота, не обратив внимание на то, как он от неожиданности взмахнул хвостом. — Ты… Знал, что там? Одно из условий: нельзя использовать силы камней в личных целях. — Я не такой уж и простофиля. Хлоя спрятала драгоценный номер и вновь обратилась к Нуару: — Она в курсе? Его уши на секунду прижались к голове. — Незачем беспокоить Миледи по пустякам. Хлоя ему не поверила. — Незачем, — протянула она. И включила деловой тон. — Что тебе нужно? — Помощь, — он совсем как она недавно огляделся. — Но не мне. — И кому же? — спросила требовательно, полная самой настоящей решимости. Кот неуверенно потупил взор и покрутил кольцо на пальце, словно оно резко сжалось вокруг фаланги. — Адриану Агресту.