Один неосторожный шаг

- Как ты поняла, Делиа, у меня есть фамилия. Я родилась у мелкопоместных дворян, с небольшим клочком земли, в котором было порядка 40 душ. Я никогда не знала своей матери, она умерла ещё при родах. По рассказам стариков из деревни, она всегда тащила всё хозяйство на своём горбу. После моего рождения дела в поместье пошли ещё хуже. Даже рождение ребёнка не сделало моего отца хоть чуточку ответственнее, он как был, так и остался ленивым и больным на голову пьянчугой. Благо, у меня была бабушка, которая изо всех сил старалась дать мне хоть какое-то образование и условия к существованию. Однако, ввиду своего преклонного возраста, она умерла, когда мне, наверное было около 10 лет, от падучей болезни. Это было время, когда мне пришлось кое-что переосмыслить в своей жизни и отречься от некоторых наставлений своей бабули. Не сказать, что я любила её, но я не настолько дура, чтобы кусать руку, что кормила меня. Позже начала воровать, поскольку отец не давал денег даже на еду. Я понимала, что когда-нибудь всё равно попадусь, но не рассчитывала на то, что это случится так скоро. Однажды я всего лишь украла яблоко у какой-то госпожи. Если честно, до сих пор не понимаю, как прокололась. Яблоко висело снаружи дома, а старое дерево само склонило свои ветви за ограду. Как только это злополучное яблоко оказалось в моих маленьких детских ручонках, госпожа тут же вынырнула откуда-то из-за угла и схватила меня за руку. - Ах ты шлюха - закричала она - Элим, накажи эту подлую дворовую девчонку - судя по всему, этот высокий грузный мужчина был её мужем. Он, громко топая, подошёл и возвысился надо мной, такой страшный. Я пыталась вырваться из хватки, однако в этот раз удача была не на стороне худющей десятилетней девочки. Силой затащив меня в гараж, мужчина схватил острый кухонный нож и крепко зажал мою руку. Холод лезвия ярко блеснул в глазах, когда я начала кричать от безысходности и боли. - Он... - не решаясь закончить предложение, фрейлина зажала свой рот рукой. Акира кивнула и продолжила свой рассказ. Сделав своё дело, Элим отпустил меня, а я выбежала на улицу, захлёбываясь от боли и слёз. Не имея ни гроша за спиной, решила уйти. Я не знала ни того, куда иду, ни того, как буду жить дальше. В тот момент меня обуяли обида, злость и непонимание, чем я заслужила такую жизнь. Время шло, мой палец кое-как зажил (периодически мне приходилось заматывать часть руки в промытый в реке лопух) и я пришла в какую-то захолустную деревушку. Изнемождённая, вымотанная и голодная, не имея никаких сил, я упала на землю. А очнулась уже на кровати, укрытая голубым тонким пледом. Оказалась, какая-то крестьянская девушка нашла меня и отнесла в местный приют. Нельзя сказать, что находиться там было комфортно, однако это гораздо лучше, как если бы мой труп лежал где-то в лесных кустах, пожираемый червями и всякими падальщиками. Я была далеко не приличной девочкой, и, благодаря этому, авторитет среди местных беспризорников у меня всё же имелся. По крайней мере, меня не трогали. В один день всё изменилось. Семейная пара хотела удочерить или усыновить одного из детей. Воспитатели, видимо, желая поскорее избавиться от меня, сразу предложили мою кандидатуру, выдав за "послушного ангелочка". И вот тут начинается самое интересное. Мне не понятно, по какой это причине вполне богатые помещики захотели взять кого-то из "простолюдинов" в свою семью. Как оказалось, это была очень верующая семья, состоящая из матери, отца, двоих своих и четверых приёмных детей включая меня. Хотя поначалу они были добры ко мне, я чувствовала подвох, было жутко, каждая клеточка моего тела была на пределе, как только их силуэты появлялись в поле зрения. Мне совсем ничего не нравилось. Сначала я терпела все эти странные религиозные замашки, пыталась молиться, соблюдала правила, ограничения которых ощущались на мне чуть ли не физически, однако ничто не вечно. Однажды на очередном балу, в котором мы все играли роли наряженных кукол, пришлось показать свой характер. Тогда Отец вывел меня из залы, где находились гости и схватил за волосы. - Покайся перед Господом Богом - строго сказал он - сиди и молись здесь, дитя, ибо душа твоя полна зла и нечисти. Кажется, один раз меня уже предупредили, однако это пробудило во мне еще больше гнева. Я стала вести себя, мягко говоря, совсем не так, как пологает дворянке. Делала это специально, назло им. В один день Рэн и Делли подбежали ко мне, говоря шёпотом. - Акира, Мать считает, что в тебя вселился дьявол, что ты воплощение зла, ты прокляла ... они хотят сотворить ритуал ... и там ... и там Делли начала заикаться, а Рэн в это время крепко сжал своих объятиях и продолжил за неё : - Я читал о нём ... мы все читали. Если останешься в живых - вряд ли когда-нибудь сможешь встать с постели ... На это я только скептично выгнула бровь. Это было просто немыслимо и смешно. Хотя, признаться честно, в ту пору этими чувствами я старалась подавить тревогу внутри. - Смотри, Акира ... мы тебя предупредили. Но учти, что мы живём с этими людьми с рождения и точно знаем, на что они способны ... нас ведь было больше. Я только хотела спросить, что конкретно это значит, но не успела. Зашел отец и взял меня за руку. Как-то виновато улыбнувшись, он отвёл в меня в комнату в конце коридора, в которой я никогда не была и в которой никто не жил. Комната была огромной и холодной, там горела всего одна свечка. Он ушёл, закрыв дверь на ключ, а я без спроса взяла свечу в руки и начала осматриваться. Каков же был мой ужас, когда я обнаружила, что там помимо всяких религиозных принадлежностей и кучи старых книг лежали ножи, банки с красной жидкостью, плети, мумия ягнёнка, кресты и одна кровать по середине комнаты, очерченная углём и мелом. И вот тут я осознала всю серьёзность ситуации. Но в отличие от прошлых разов, я просто легла в углу, сжалась комочком и тихо ждала своей участи. Мне было, наверное, около четырнадцати лет, скоро меня должны были выдать замуж, и у меня была бы самая обычная жизнь. Дети, муж, поместье. Вышивала бы себе крестиком у окна и молилась неведомому Божеству, ради упокоения души после смерти. Но моя судьба решила по-другому ... или в этом во всём была только моя вина ? Я не знала, сколько пролежу тут, пока ко мне не придёт кто-нибудь, однако вскоре вместо Отца или Матери, я услышала голос своих названных братьев и сестёр. Так вышло, что между дверью и полом была щель несколько шире обычной. - Они уже готовы, Акира, они придут с минуты на минуту, Акира !!! - чуть ли не плача шептала Катерлин - тут щель, она не большая, но ты просто попытайся пролезть. Сначала я не поверила в эффективность этой затеи, но, почему-то, решила сделать, как они говорят. Я была гораздо худее остальных ребят и потому, о чудо, их план обернулся успехом. Бежать по главному выходу было нелепо и бесполезно, поэтому мы кинулись в одну из спален. Все они находились на втором этаже. Рэн открыл окно, намекая на то, что мне следует выйти через него. У меня не было времени на раздумья, так как я уже слышала чьи-то громкие шаги в сторону той комнаты и потому, крепко зажмурившись, я спрыгнула прямо в колючие кусты шиповника, даже не попрощавшись в последний раз со своими спасителями. Тот факт, что я ничего себе не сломала, а лишь ушибла правый бок, подвернула ногу и была вся в царапинах, наверное, доказывает существование Бога - иронично ухмыльнулась девушка. Калитка была не заперта, а слуги, кажется, не обращали на меня внимания. Думаю, они даже не догадывались о всех этих ритуалах и обычаях. Я не следила за дорогой, а потому и понятия не имела, в какой стороне находится мой приют. Так и скиталась по улицам, пока не пришла в Коралловый хребет. Совершенно случайно я познакомилась с Жизеллой и Таки, которые в тот момент тоже были бездомными детишками. Благодаря мне наша команда пополнилась, ну а потом уже и другие подоспели. - Даа, ты с нами, считай, с самого начала - протянула Жизелла, мысленно погружаясь в старые воспоминания. - Ага, а ведь сначала они не очень поладили ... - фыркнул Таки. - Давайте забудем старые обиды ... и тот выдранный клок твоих волос - с некой усмешкой сказала предводительница, на что Акира лишь душевно рассмеялась, потирая старую рану. - Я ... о Боже ... мне, правда так жаль, Акира ... - тихо, почти шёпотом лепетала Делиа. - Да ладно тебе, проехали, цветочек - ответила она таким тоном, что, казалось, будто это лишь легенда, абсолютно никаким образом не относящаяся к ней - жалость к прошлому не окажет влияния на настоящее, где я счастлива среди своих друзей ... это моя семья. После этой фразы разбойники, как по щелчку пальца, начали улюлюкать, громко чокаясь деревянными кружками, наполненными элем.