Вместе с тобой

У всего есть своя история. У каждого человека, у каждой вещи. История городов объединяет в себе истории многих людей, на протяжении многих лет. Города возводят, они разрастаются и их, как и судьбы людей живущих в них, объединяют дороги, переплетаясь и сводя людей в центре, или разводя жителей в разные стороны. Города хранят свои легенды, бережно оберегая своих героев и память о них. Героям ставят памятники, в их честь называют улицы и своих детей. А есть герои, которым не нужны памятники и одноименные улицы. Достаточно, что их подвиг, будут помнить приближенные к ним. Достаточно герою иметь рядом с собой любимого человека. И больше никогда не терять никого. Города разрушаются войнами, стихийными бедствиям, эпидемиями. И проходят годы, прежде, чем отстроить заново погибший город. Нужно собрать средства, решить кучу проблем и поднять архивы. Но стоит ли? Если город разрушен и никому не нужен, он становится признаком и его объезжают стороной. Итак, это история о городах. О трёх разных городах, связанных между собой не просто судьбами и дорогами. Это история о девушке и вампирах. История о выборе, долге и любви. *** Саннидейл. Когда-то, кажется целую вечность назад, это был милый солнечный калифорнийский городок, со своей главной улицей, со школой, колледжем. В этом городе был парк, кинотеатр, ночной клуб, самый популярный среди молодежи — «Бронза». Этот город называли столицей кладбищ. Их там было пять или шесть. Все потому, что город стоял на адской пасти. И буквально притягивал все сверхъестественное, что было на всем калифорнийском побережье и …Чуть дальше. В этот город, как-то так получилось, приехала девушка. Совсем юная, шестнадцатилетняя Баффи Саммерс. Не очень-то ей и хотелось переезжать из модного Лос Анджелеса, в какое-то захолустье. Но так было нужно, а ведь всего-то подожгла спортивный зал школы из-за вампиров. Никто не погиб, она же наоборот спасла людей. В Саннидейле Баффи нашла друзей, нашла первую любовь, ее хрупкое девичье сердце растоптали, но она смогла собрать осколки снова, как закаляется сталь. Единственная в своем поколении, смогла убить, все разрушить, умереть и собрать снова. Баффи выстроила вокруг себя стену, пока… В одном из переулков не встретилась со своей судьбой. Но не покорилась. Да кто вообще это такая- судьба? Каждый творит свою историю и судьбу. Зачем ей покоряться судьбе, зачем ей отвечать на вызов наглого парня в темном переулке? Да к тому же ещё и вампира? Тогда почему не убила? Почему замерла в свете этих глаз, от этой улыбки и почему смотрела на него, как кролик на змею? Не покорилась, все это глупости. Она сама покорила. Его. Запустив механизм, впустив в город тень, опасность, смерть. Он называл себя истребитель Истребительниц, по нему даже диссертации писали. Его боялись, им восхищались. Он был сумасшедшим, до одури романтичным и вопреки всему, любившим жизнь. Саммерс должна была быть третьей в его послужном списке, но что-то сложилось не так. Знал ли он? Мог ли подумать, о том, что ради этой дерзкой девчонки в белом топике с соблазнительным вырезом, ради этих огромных зелёных глаз с вызовом смотрящих на него, он сгорит? Конечно нет. Спайк пообещал ей убить ее, скрывшись в темноте улицы он слышал ее сердце, стук своих шагов в унисон. А ведь у нее был Ангел, почти хранитель. Спайк знал Ангела, как Ангелуса, как своего Сира, как опаснейшего убийцу, проклятого цыганами… Какое Баффи было дело до чокнутого вампира блондина? Какое ей было дело до его скул, до ледяных голубых глаз, до кривой улыбки и наклона головы? Абсолютно никакого, вот только эти глаза сверкнувшие в темноте холодным огнем снились ей каждую ночь. От встречи до встречи. С Ангелом было все просто. Спайк же ломал ее систему. И когда один из них попрощался с ней в тумане одной из главных улиц Саннидейла, а другой просто исчез, стало легче, не на долго, но легче. Это позволило поступить в колледж и встретить верного Райли. И даже надежда на нормальность с ним, казалась не такой уж и глупой. Но это же адская пасть, это же Саннидейл. Случился чип. И случилось это чёртово заклинание, где можно было быть счастливой даже с вампиром. Город смеялся над ними, раскрывая не только адскую пасть, но и все свои тайны. Отвоевать душу? Да пожалуйста, как два пальца об асфальт. Он же виноват, он же недостаточно хорош для нее. Он причинил ей боль. Добровольно повиснуть на кресте? Сколько угодно. Зато потом, его будут знать, как вампира не боящегося распятия. У него теперь пожизненно — иммунитет. И к святой воде, он ее литрами пил, когда душу получал. Что, гранд Сир? Завидуешь? Смотри, я просто хочу жить. Я люблю этот мир. Я люблю ее. У нее теперь шрам на всю ладонь. Она ненавидит медальоны и украшения. Зато на огонь смотрит часами. Щелкает «Zippo» и улыбается сквозь слезы. Этого города больше нет. Дыра. Кратер. Пустота. Обнесен забором и колючей проволокой. Рядом вышки, наблюдательные пункты. Цветы на решетках и надпись на новой таблице с придорожного столба. «Добро пожаловать в Саннидейл.» Только «дейл» зачеркнуто и исправлено на «ад» Ирония. Когда он приехал он сшиб табличку, когда пал город, столб рухнул вместе с ним. Лос-Анджелес. Город падших ангелов говорите? Ну-ну. Упали видимо не все. Один из них вот стоит перед ним и не понимает. Как вообще такое возможно? Расслабься Лиам, я тут не на долго, вот только обрету свое тело и свалю искать свою девочку. И дальше по нарастающей. Цель — выжить, вывести Ангела из себя и получать от этого удовольствие. Почему бы и не подраться? Его Сир, все равно проиграет. Тут, как две стороны одной медали. Гордость за то, что уложил Ангела на лопатки, и сожаление что Баффи не принадлежит никому из них. И будь проклят Эндрю. В старину гонцам с плохими вестями отрубали язык, Спайку хотелось перегрызть парнишке горло. И пусть рухнет вечный город Рим, как рухнул Саннидейл. Пусть рухнет любой город, где будет она. Без него. И будь проклят тот день, когда он влюбился в нее. А потом, он снова, вроде как умер. Как рыцарь в сверкающих доспехах…и дракон кстати, тоже был. Их мир пал. Больше нет родного города. Больше нет Саннидейла, нет и Лос Анджелеса, половина города на холмах, просто развалилась. Превратилась в груду камней. Год после его смерти она не жила, год после его воскрешения она старалась держаться, жить нормально. Сейчас, когда вся команда Ангела погибла, Спайк остановил очередной апокалипсис, они буквально остались одни во всем мире. Не зная, о том, что живы. Не желая или боясь, снова встретиться друг с другом. Но города же как люди, могут помогать. Города возводят и разрушают не просто так. Города помнят каждого своего героя. Сан Франциско Говорят, чтобы уйти и окончательно забыть что-то, люди сжигают мосты. Если все мосты сожжены, значит пути назад нет. Сжигая последнюю связь с городом, человек надеется, что начнет с чистого листа. Но не стоит забывать, что это не просто. Не всякий мост можно сжечь. Не каждый город будет чистым листом. Иногда, нужно просто осмотреться по сторонам. Вдруг, тебе дадут шанс? Стоя на самой высокой точке, самого известного моста через залив, Баффи Саммерс ждала. Наслаждаясь головокружительным видом, вдыхая полной грудью воздух свободы. Раскрывая руки, словно в полёте. Она не сорвётся. А если сорвётся — ее поймают. Иначе и быть не может. Зачем тогда этот мост, эти Золотые ворота? Город давал ей шанс, возможность выбора. Город спал и ждал новостей. Его ночные улицы замерли в ожидании, и когда в тишине раздались гулкие шаги, вспыхнул огонек зажигалки «Zippo» Баффи спустилась вниз. Говорят, красная нить соединяет сердца двух человек и ведёт их через время, через расстояние друг к другу. Чем больше испытаний, тем крепче эта нить. Город давал шанс и ему. Разве зря он вернулся? Зря продолжил борьбу ради спасения души? После всего того, что они пережили. Ветер трепал ее волосы, она шла по улицам необычно тихого города, прислушиваясь к собственным шагам, пока не почувствовала себя так, как не чувствовала уже очень давно. Баффи Саммерс знала, что он рядом. Всегда знала. И он тихо вышел ей навстречу в неизменно черном плаще, бросая окурок к ее ногам, а ему хотелось бросить к ее ногам весь мир. Романтика это не про них. — Здравствуй, Спайк. В этих простых словах было все. В каждом шаге ближе к нему, было все. — Привет, Истребительница. Коснуться ее волос, взять за руку. И все, для начала. Просто пойти держась за руки. Каждый день. Всегда.