Скажи мне правду

Московский суд гордо возвышался над улицами, светил своими окнами, как будто рассматривая прохожих. Здание выделялось среди других своими панорамными окнами и огромными колонами. Шпиль с флагом Российской федерации прокалывал пасмурное небо, собиравшиеся вылиться на Москву проливным дождём. Антон завис на секунду, рассматривая здание и не решаясь сделать шаг в его сторону. Массивные двери то и дело хлопали, выпуская и запуская людей в костюмах. Гуляя по городу, Антон не раз проходил мимо здания суда, никогда даже не предполагая, что ступит на его порог. Казалось, это абсолютно другой мир, в которой парень попал совсем случайно. Его плеча коснулась рука, заставляя вздрогнуть. Ляйсан, в строгом деловом костюме и массивной папкой в руках, слегка улыбнулась ему, протягивая руку для рукопожатия. –Заседание начнётся в час дня, но я пригласила вас пораньше, чтобы дать последние наставления. Антон кивнул, следуя за женщиной, которая быстро взбегала на ступеньки. Маленькая, она с лёгкостью открыла огромную дверь и заскочила внутрь. В здании кипела своя маленькая жизнь – бегали люди в костюмах, кто-то о чем-то спорил, мужчины в форме вели под руки заключённых. Ляйсан подошла к одному из мужчин и что-то быстро заговорила. Тот, в ответ, заулыбался и кивнул в сторону лифтов. Адвокат осмотрелась по сторонам, ища взглядом Антона, выцепила его из толпы и потянула в сторону прозрачных лифтов. –Вам нечего бояться. Судят же не вас,- она улыбнулась ему, стоя в лифте, положив руку на плечо. –Я не боюсь,- пожал плечами Антон,- просто слегка некомфортно. Ляйсан улыбнулась ему. Лифт пикнул, оповещая о прибытии на нужный этаж и распахнул свои двери. Адвокат осмотрелась по сторонам и уверенным шагом направилась в сторону двери. Отперев ключом, она распахнула её, пропуская Антона в небольшую комнату. Стены комнаты были уставлены шкафами с книгами. Посредине – большой круглый стол, а справа от него огромное окно, выходившее на центральную улицу, с которой они, собственно, и зашли. Ляйсан жестом предложила Антону сесть и села напротив. –Это дело будет вести судья Милашинвтер*. Она предпочитает рассматривать каждую деталь дела, поэтому все её заседания тянутся медленно. Но благодаря этому она не упустит ни одной детали и мы с вами можем быть уверены, что дело повернётся в нашу пользу. Сначала выступят адвокат и прокурор, затем будут вызваны полицейские и прочие люди, участвовавшие в расследовании. Потому начнут вызывать свидетелей и пострадавших. –Пострадавших? –Да. Когда полиция взялась за ваше дело, ниточки потянулись к другим подросткам, которыми так или иначе воспользовался обвиняемый. К огромному сожалению не вы первый и не вы единственный. Обвиняемый сломал жизни достаточно многим подросткам, которые по какой-то причине до сих пор молчали. Антон кивнул, закусывая губу. Ляйсан Альбертовна заглянула в свою папку, вчитываясь в текст. –Есть вероятность что вас вызовут одним из первых. Вы выйдете к своему месту, поклянитесь говорить правду, только правду и ничего кроме правды,- Антон хмыкнул,- а после прокурор начнёт задавать вам вопросы. Отвечайте только на то, о чём вас спросили, старайтесь не лить воды. Им нужны только сухие факты. Потом право задавать вопросы будет дано стороне защиты и здесь вам нужно собрать всё своё мужество. Адвокат будет обвинять вас в том, что вы не написали заявление сразу же, что факт изнасилования не доказан. Не переживайте, он будет так говорить, потому что ему больше ничего не остаётся – алиби, или каких-то других факторов, указывающих на вашу ложь сторона защиты не имеет. Поэтому на вас будут давить морально, стараясь заставить отказаться от своих слов. Если же сторона защиты перейдёт любые границы, я выскажу протест. Антон кивнул, стараясь уложить полученную информацию в голове. –Вас проведут в комнату для свидетелей и потом снова заведут туда. Думаю, если с вашими показаниями будет всё понятно, вы сможете быть свободны. Я зайду к вам, выскажу последние наставления судьи и отпущу. Вам необязательно присутствовать на вынесении приговора, но в целом, вы можете остаться. Антон кивнул. –В таком случае предлагаю ещё раз пройтись по тому, о чем мы будем говорить и отправляться в зал суда.

***

В зале суда собралось достаточно много людей, они тихо переговаривались между собой. Каждый из них так или иначе был знаком либо с обвиняемым, либо с потерпевшими. Они тихо обсуждали дело, бросая взгляды на прокурора, тихо обсуждающего что-то со своим помощником. В помещении стоял гул, который неприятно отдавался в голове, слегка действуя на нервы. Но в маленькой комнате за залом суда стояла гробовая тишина. Люди, находившиеся здесь, были почти незнакомы друг с другом, но их объединяло куда большее – общая трагедия. Антон с интересом рассматривал каждого присутствующего. Под стенкой, на лавочке сидели двое мальчиков, перебрасывающееся негромкими фразами. Им на вид было не больше пятнадцати. В другом конце комнаты в углу сидела девушка, намного старше Антона. Выхаживали люди в форме и ещё какие-то мужчины. В одном из них парень узнал человека, который снимал с него побои. Антон вздохнул, прикрывая глаза. Атмосфера в комнате была ужасная, давила своей тягучестью, ложась на плечи и выбивая из лёгких кислород. Услышал движение рядом с собой, и открыл глаза. Рядом с ним сел тот самый следователь, который вёл его дело. Мужчина поправил усы и протянул мальчику руку для рукопожатия. –Вот мы и снова встретились, Антоша. И в нашей ситуации не говорят "рад встрече". –Но я рад,- Антон пожал его руку,- вы единственный здесь, кого я хоть немного знаю. –Волнуешься? –Да,- честно признался парень. –Я тоже. Столько раз давал показания, а всё равно волнуюсь, как в первый. Зная это, на мои слушания каждый раз приходит жена. А ведь она терпеть не может всю эту правовую канитель. Но приходит, потому что знает, что когда я вижу её в зале суда, спокойно выдыхаю. Она – мой талисман. Даже самому бравому воину нужна поддержка с тыла. Мужчина засмеялся глубоким смехом, иногда хрипя. Антон засмеялся вместе с ним, про себя отмечая что у него тоже есть "поддержка с тыла". –Ну, в этот раз с делом всё понятно,- успокоившись, продолжил следователь,- пацан этот угодил по самые уши и его хрен кто вытащит. Так что не переживай – победа у нас в руках. –Спасибо вам. –Да эт не мне спасибо. Не я ж один над этим делом работал. Сам себе спасибо скажи, за храбрость, за то что не побоялся мне рассказать. В комнату заглянул мужчина, вызывая кого-то по имени. –Ну вот, слушание началось. Я, пожалуй, следующий пойду. Давай, малой, удачи. Мужчина встал со стула, протягивая руку. Антон пожал её. Мужчина усмехнулся, запустил руку в карман и опустил на колени парня батончик «Кит-Кат». Антон удивлённо поднял на него взгляд, но мужчина уже шёл в сторону двери. Минуты тянулись безумно долго. Антон мял пальцами бумажную упаковку конфеты, которая скорее всего уже начала таять у него в руках. Он больше ни с кем не разговаривал, прокручивая в голове примерный план, по которому его готовила Ляйсан Альбертовна. Дверь снова отворилась и вошедший мужчина низким басом позвал: –Шастун Антон Андреевич! Мальчик тяжело вздохнул, поднялся и подошёл к мужчине, который, окинув его взглядом, повёл парня на его место. В глаза ударил слишком яркий свет, заставляя на секунду зажмуриться. Первое, что бросилось в глаза – огромный зал, заполненный людьми. Антон скользнул по ним взглядом, не слишком всматриваясь в лица. Перевел взгляд на судью – женщину средних лет с уже поседевшими волосами. Она тоже внимательно рассматривала Антона, цепляясь взглядом за каждую деталь, изучая, запоминая. Потом удовлетворенно кивнула своим мыслям, улыбаясь уголками губ. Антон сказал клятву, занял своё место. В голове тут же пронеслась мысль, что этот огромный зал слышал сотню клятв и столько же лжи. Но прокурор, начавший задавать ему вопросы, не дал уйти в себя и эта мысль осела в голове, надеясь что когда-нибудь хозяин обдумает её до конца. Антон уже беседовал с прокурором, поэтому сейчас вполне легко отвечал на его вопросы. Боковым зрением он видел Костю, но старался не заострять на нём внимание. Костя сидел, развалившись в своём кресле, явно не до конца понимая, что происходит. Его лицо было спокойным, как будто всё происходящее было какой-то шуткой. Парень спокойно ответил на все вопросы прокурора и перевёл взгляд на адвоката. Мужчина что-то тихо сказал Косте и посыпал на голову Антона град вопросов от уточняющих до обвинительных. Ляйсан несколько раз вставала, чтобы высказать протест, и судья кивала ей, впечатывая злой взгляд в адвоката. Антон решил, что тот ей явно не нравится. Парень удивился, когда судья тоже начала задавать ему вопросы. Но больше всего он удивился, когда ему разрешили покинуть свидетельское место. Всё прошло слишком быстро, почти как в тумане. Антон сделал несколько шагов в сторону двери, откуда он пришёл, когда повисшую тишину разрезал бас: –Беги, Антоша, беги. Ты всегда так делал. Мальчик застыл на месте. Голос был до боли знакомый и такой противный. Антон повернул голову, натыкаясь на самодовольный взгляд Кости. Адвокат что-то быстро зашептал ему на ухо, но мужчина отвернулся от него, продолжая буравить Антона взглядом. –Ты правда думал что сможешь меня остановить? Такие безбожно жалкие попытки. –Тишина в зале суда!- судья стукнула молотком, грозно глядя на Костю. –Ты прям как рыба на суше, барахтаешься, но ничего сделать не можешь. Такие жалкие попытки. –Еще хоть слово и я выпишу вам штраф за неуважение к суду! –Выписывайте. Мне поебать. Антон удивлённо уставился на Костю. Тот, видимо, совсем ебнулся, раз не понимал, что с каждым словом роет себе яму. Парень когда-то читал, что многие преступники до конца отказываются признавать вину и думают, что их оправдают. Костя погряз в самодовольствии и, похоже, больше совсем не видел границ. Парень перевел взгляд на зал, резко замолчавший, вслушивающийся в слова Кости. Пожилая женщина приложила платок к губам и зашептала что-то сидевшему рядом мужчине в форме. Антон улыбнулся, думая что это, возможно, жена следователя. Скользнул взглядом дальше и наткнулся на пронзительный голубой. Кивнул мужчине, снова возвращая взгляд к Косте, который всё не мог угомониться, на постоянный стук молотка. –Я выйду и найду тебя, хоть из-под земли достану! Запомни это!- почти кричал Костя. –Ваша честь!- вскочила со своего места Ляйсан Альбертовна,- обвиняемый только что угрожал пострадавшему. Я вынуждена требовать, чтобы суд обеспечил моему клиенту полную безопасность. –Суд вас услышал,- судья грозно посмотрела на Костю,- выпишите обвиняемому штраф за неуважение к суду, а так же обеспечьте потерпевшего нотариально заверенным актом неприкосновенности. Суд удаляется на перерыв. Судья рвано поднялась со своего места, направляясь к адвокату защиты. По одному только её виду было понятно, насколько сложившаяся ситуация её разозлила. Антона схватили под локоть и завели в комнату. Он застыл на месте, всё ещё переваривая произошедшее в голове. Дверь отворилась и в комнату заглянула Ляйсан. Она рукой позвала мальчика, выводя его из душной комнаты. Рядом с ней уже стоял Арсений, приветливо улыбнувшийся, как только Антон вышел из комнаты. –Я поговорила с судьей,- тут же начала Ляйсан,- у суда больше нет к вам вопросов, вы можете быть свободны. До вынесения приговора вам нельзя покидать приделы города. –Что теперь будет с Костей?- спросил Антон. –Он сам вырыл себе яму, настроив против себя суд. Ему вряд-ли дадут досрочное освобождение. Так же суд принял решение о рассмотрении каждого дела по отдельности, именно поэтому вы можете быть свободны. Я позвоню вам, как только суд примет решение. Но уверяю вас, оно будет в нашу пользу. А даже если случится чудо и обвиняемого отпустят, у вас будет официальная защита от него. –В чем она заключается?- подал голос Арсений. –Константину запрещено приближаться к Антону Андреевичу. За нарушение запрета – в первый раз штраф, во второй – камера. Но я считаю мало вероятным, что он в скором времени выйдет на свободу. –Спасибо вам,- улыбнулся Антон, протягивая Ляйсан руку. –Пока рано. Ладно, я побежала, слушание уже началось. Женщина подала руку Антону, потом Арсению и юркнула в помещение. Парни проводили её взглядом. –Тебя подбросить?- поинтересовался Арсений. –Ага. Только к пятерочке. Я обещал маме закупиться продуктами. –Намекни ей, чтобы много не готовила. –Уже поздно. Так что лучше ничего сегодня больше не ешь. Вечером тебя ждёт настоящий банкет.

***

Арсений нервно перебирал завалявшиеся в кармане монеты. В нос бил аромат цветов, от которого кружилась голова. Он озирался по сторонам, рассматривая пестрящую гамму различных цветов. Небольшого роста девушка весело щебетала, перебирая пальцами бутоны цветов, указывая на некоторые из них и комментируя. –Если мы соединим вот эти и эти, получим милое цветочное признание. А если добавим вот эти, то будем клясться в вечной любви. Мужчина как-то заторможено кивал её словам, неуверенно оглядывая букеты цветов. Он считал себя достаточно образованным и если чего-то не понимал, старался изо всех сил разобраться. Но весь этот цветочный этикет был ему абсолютно безразличен и уж тем более он не мог понять, как цветы могут говорить за него. –Ох, а если соединить вот эти – будет пылкое признание в любви и желании. Если хотите добавить страсти, то можно... –Девушка, мне это нахрен не надо,- наконец перебил продавщицу Арсений,- вряд-ли она разбирается в значении цветов. –Зря вы так. Любая девушка мечтает получить такое признание от возлюбленного. Арсений прыснул, вспоминая как его "девушка" фыркала при виде цветов и говорила, что это портит экологию. –Это не моей девушке,- качнул головой мужчина. –А кому? –Её маме. –Так чего же вы сразу молчали!- она хлопнула в ладоши и побежала в другую сторону,- это же куда проще! Сейчас всё организую. Она засуетилась, выдергивая из огромных букетов пару цветочков и складывая в композицию. Арсений с интересом наблюдал за полетом её пальцев и аккуратными, безумно лёгкими прикосновениями. Эта работа девушке явно подходила, она сама цвела здесь, подобно лучшей розе в цветнике. Наверное, человек становится красивее, когда занят любимым делом. Девушка протянула ему букет, улыбнулась и, получив оплату, пожелала хорошего вечера. Арсений перенял букет из тонких рук даже слишком бережно, как новорожденного ребенка. Он с цветами не очень умел обращаться и безумно боялся сломать такую прекрасную композицию, собранную девушкой. Так же аккуратно он донес букет к машине и положил на заднее сиденье к торту. Залез в салон и снова бросил на него взгляд. –И что же ты можешь мне сказать?- вдруг спросил мужчина. Он подозрительно глянул на букет, задумываясь, что девушка точно вложила в него какое-то послание. Достав из кармана телефон, он быстро вбил в поиск нужное ему сочетание и тихо застонал, пробегаясь по строчкам: «Я дарю вам свою сладкую любовь, но не в силах её забыть, объявляю войну». Мужчина приложился головой о руль, тихо выругавшись. Нужно будет уточнить, как там у Майи с языком цветов. Ещё раз вздохнув, он выехал на проезжую часть. До дома Шастунов было не очень много и мужчина не сильно торопился, ведь времени было предостаточно. Однако, какая-то внутренняя напряжённость подталкивала его сильнее жать на газ. Совсем скоро показались знакомые очертания дома. Мужчина ещё какое-то время повозился, пытаясь найти свободное парковочное место и найдя его, подхватил цветы и торт, направился к двери в подъезд. Квартира встретила его приятным ароматом свежей выпечки и чем-то ещё. Дверь, как всегда, была открыта – казалось, хозяева совсем не боялись незваных гостей. Услышав в коридоре шум, к нему тут же выбежала Майя, в нежном зелёном платье. За ней, на каком-то расстоянии плелся Антон. Мальчик улыбнулся, поймав взгляд голубых глаз и перевел внимание на засуетившуюся мать. Мужчина поздоровался, протягивая женщине букет цветов. Та расцвела, тут же зарываясь носом в нежные лепестки цветов. Антон бросил многозначительный взгляд на Арсения, потом безумно недовольный на букет и закатил глаза. В целом, именно такую реакцию мужчина и ждал. Перестав рассматривать счастливую мать, парень перевёл взгляд на мужчину, пробегаясь взглядом по одежде и останавливая его на руках, сжимающих ленточки упакованного десерта. –Торт!- воскликнул Антон, тут же проскальзывая между матерью и стеной, чтобы забрать у мужчины торт и убежать на кухню. Арсений тихо засмеялся, провожая мальчика взглядом. –Антон, не бегай по квартире!- тут же очнулась Майя, недовольно закатывая глаза. Арсений улыбнулся, замечая, что Антон делает точно так же. –Ой, а чего это мы все в коридоре стоим?- засуетилась Майя,- Арсений проходи. Я стол в зале накрыла, проходи. Мужчина нахмурился, пытаясь понять зачем накрывать стол в зале, если их всего трое. Ладно, если бы гостей было много, но они вполне бы уместились на кухне. Хотя, это скорее всего была просто привычка, почему-то оставшаяся у людей со времён Советского Союза. Его мать постоянно говорила «невежливо садить важного гостя обедать на кухню». Сам мужчина, в отличие от Майи этим правилом не руководствовался. –Да, сейчас, я только руки помою. Мужчина свернул в нужном направлении, открывая дверь, ведущую в ванную комнату. Майя застыла на месте, удивлённо наблюдая за мужчиной. Перехватила за руку Антона, который нес чашки в зал. –Он уже был у нас дома?- тихо спросила женщина. –Ну да, был. Раза два где-то, точно,- так же тихо ответил Антон, не понимая почему мать шепчет. Майя заторможено кивнула, отпуская мальчишечью руку и позволяя ему продолжить свой путь. Арсений вышел из ванны, словив на себе загнанный взгляд женщины и улыбнулся ей, что-то говоря, уводя в зал. Майя быстро расслабилась и начала щебетать что-то про готовку и блюда, которые стоят перед ними на столе. Арсения посадили на диван, Майя устроилась напротив, ближе к выходу, чтобы бегать на кухню, а Антон сел справа от мужчины на стул. Уличив момент, когда женщина побежала доставать подогревавшуюся картошку, Арсений накрыл ладонь мальчика рукой, привлекая внимание. –Майя разбирается в языке цветов? –Да хер её знает,- пожал плечами Антон. –Не матерись,- скорее на автомате поправил мальчика Арсений, заставляя того закатить глаза. –Нет, сударь, я не был поставлен в известность, о знаниях моей матушки в интересующей вас области. Арсений тихо хихикнул в кулак, ловя на себе недовольный взгляд Антона. Мальчик был не в самом лучшем настроении, очень много ворчал, видимо, сегодняшний день его утомил. Перед его глазами всё ещё стоял Костя, а в ушах звучал стук молоточка судьи. Арсений запустил руку в волосы мальчика, поднимая пшеничные пряди. Непослушные волосы в таком положении долго не задерживались, падая на глаза, заставляя Антона недовольно качнуть головой, смахивая волосы в сторону и морща нос. Арсений бросил взгляд в ту сторону, куда убежала Майя, наклонился к мальчику и поцеловал этот самый нос. Антон тут же замер, заглядывая в глаза напротив. Мальчик совсем не привык к таким проявлениям любви, поэтому абсолютно не понимал как реагировать. Он растерянными глазами смотрел на Арсения, стараясь успокоить уже давно не бьющееся и погибшее от переизбытка эмоций, сердце. Когда Арсений аккуратно касался руки, прикасался губами, оставляя еле ощутимые поцелуи и смотрел, просто смотрел, мозг отключался. Хотелось просто уткнуться носом в широкое плечо и провести так всю оставшуюся жизнь. Антон не знал, что делать со всей той нежностью, которая иногда заполняла его до краёв. Он не умел говорить о любви, ему вообще тяжеловато давались признания. Он привык делать, но понимал – иногда слова тоже нужны. Но пресловутое «я люблю тебя» каждый раз застывало в горле комом страха и неуверенности. Наверное, для таких слов есть определенные моменты, но Антон не понимал, как поймать подходящее время. Перед его глазами – бескрайний океан, в котором он сам не понял как утонул. Просто в один момент его накрыло волной слишком теплых чувств. Арсений смотрел, и море внутри мужчины переливалось разноцветными чувствами. Антон заметил это уже давно – в океане Арсения прячется его душа. Наверное поэтому первое, что Антон в нём полюбил – эти глаза. Он падал в них, и всё становилось неважным – ни Костя, ни его угрозы, ни сам Антон. Парень до сих пор удивлялся, что в один момент всё прошлое стало для него не важным. Он смотрел на Костю и не понимал, что его привлекало в этом человеке раньше. Он смотрел на руки, искривлённые в улыбке губы, ямочки на щеках, узкий разрез глаз и отчего-то постоянно расширенные зрачки. Он смотрел на него сейчас и понимал – в этом человеке нет ничего, за что его можно было полюбить. Наверное, дело в том, что это не Арсений. Наверное, дело в том что один раз полюбив океан, больше не обратишь внимание на обычную лужу. –Ты очень красивый,- выпалил вдруг Антон, вместо того, что хотелось сказать. Он заметил, как на секунду взлетели брови мужчины. Арсений улыбнулся ему, в секунду читая подтекст. –Ты тоже,- сказал мужчина, снова запуская руку в золотые кудряшки. Иногда, Антон задавался вопросом, почему у них не может быть как у всех. Почему они не могут просто сказать, почему постоянно ходят вокруг да около. Но, возможно, нормально – это не всегда хорошо. Антон многого ещё не понимал, но с уверенностью мог сказать, что ни на что бы не променял эту небольшую недосказанность, этот шифр, в котором для обоих на самом деле всё очевидно. Майя влетела в комнату так же неожиданно, как это иногда делает Антон. Только мальчик при этом обычно спотыкается и падает на пол, а женщина только поставила на стол кастрюлю. Она не переставая болтала что-то, а Арсений ей поддакивал, параллельно пытаясь уговорить не класть ему так много еды. Его просьбам не вняли. Антон наблюдал за хохочущей мамой и скромно улыбающимся Арсением. Иногда встревал в диалог, но всё же предпочёл наблюдать. На улице уже давно стемнело, поэтому пришлось включить верхний свет. Лампа освещала не всю комнату, концентрируя свой свет именно на этом столе. Мир в один момент словно сузился до этого кусочка комнаты, а время замерло в этом моменте. И Антону казалось, что именно сейчас всё чертовски правильно. Что так и должно было быть всю жизнь. Арсений много говорил, иногда бросая взгляды на парня и постоянно улыбаясь, как только замечал такой же взгляд на себе. Наверное, неправильно было сказать, что Антон молчал. Он говорил, но только с Арсением, только немного по-другому. Около восьми вечера, когда большая часть еды была съедена, а чайник грел свой бок на синем огне, Майя хлопнула в ладоши, поднимаясь из-за стола. –Мальчики, я отойду ненадолго. Мне нужно сбегать, уколоть соседку. –Это кого ты так не любишь?- вскинул бровь Арсений, слегка улыбаясь. –Это мама у нас после работы Айболитом подрабатывает,- недовольно пробурчал Антон. –Айболит вообще-то животных лечил, а я людей!- воскликнула Майя. –Тамара Васильевна не человек. Это настоящий мутировавший зверь. Как она тебе ещё руку не откусила? –Антон!- воскликнула Майя, сурово глядя на сына. Парень закатил глаза, откидываясь на спинку дивана,- я ненадолго. Она выскочила из комнаты, а вскоре парни услышали, как хлопнула входная дверь. –Но она правда монстр! Она котят топит! Я в детстве видел!- замахал руками Антон. –Я тебе верю,- примирительно улыбнулся Арсений,- но ты лучше так о ней не говори, а то и тебя утопит. –Я не котёнок,- проворчал парень. –А, по-моему, очень даже. Антон широко распахнул глаза, поднимая взгляд на мужчину, но тут же упирая его в узор на ковре. –Я не котёнок, а ангел,- еле слышно проговорил Антон, тут же пряча лицо в подушку. Мальчик давно переместился с неудобного стула на диван. Схватил лежащую здесь небольшую подушку и принялся вертеть её в руках. В конце концов, наигравшись, он просто прижал её к себе, зыркая из-за её края. Арсений последовал его примеру, так же откидываясь на спинку дивана и проводя руками по мягкому пледу. В последний раз, когда он был здесь, ему пришлось заносить Антона в комнату на руках. Крови тогда было столько, что предыдущий плед был навсегда уничтожен, а небольшие пятна всё ещё красовались на спинке дивана, прикрытые покрывалом. Единственное, что не пострадало – та самая подушка, которую Антон, как ребенок, прижимал к груди. Арсений скользнул по его фигуре взглядом. Поднял руку и слегка подрагивающими пальцами расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Он убрал ненужный кусок ткани пальцами, оголяя ключицу. На бледной коже ярко выделялся глубокий шрам. Арсений аккуратно провел по нему подушечками пальцев, нервно сглотнув. Если бы он тогда не приехал... Антон внимательно следил за всеми его движениями, но когда мужчина провел пальцами по рубцу, отвёл взгляд в сторону. Ему всё ещё было стыдно, он всё ещё ненавидел себя, надеясь что шрамы когда-нибудь исчезнут. –Как ты?- голос Арсения звучал хрипло, словно эти слова дались ему тяжело. –Я не режусь, если ты об этом,- Антон вздохнул,- но иногда мне очень хочется. Арс, я не умею правильно выражать свои чувства. Поэтому, когда мне грустно иногда я хочу... Но я не режусь. Потому что ты будешь переживать. Я ещё не до конца научился заботиться о себе, хотя Павел Алексеевич всеми силами пытается привить мне уважение к себе. Но я ещё не научился. Поэтому, каждый раз я не делаю это ради тебя. Арсений улыбается ему, последний раз проводя пальцами по шрамам. Скользнул рукой по шее, поднимаясь вверх и оставляя её на щеке. Слегка погладил кожу большим пальцем. Антон чуть ли не замурчал, прислоняясь к ладони и закрывая глаза. –Ты очень красивый,- снова повторил Арсений,- и шрамы не делают тебя хуже, ты же понимаешь это? –Понимаю. Но они – карта моей слабости. –Слабость – не порок. Все мы иногда опускаем руки. И они, скорее, свидетели твоей силы,- мужчина снова опустил руку вниз, очерчивая пальцами каждый шрам,- посмотри, как много ты перенёс. Но ты всё ещё здесь, справился со всем этим. –Только благодаря тебе. Арсений покачал головой. –Если бы ты не захотел, я бы ничем не смог тебе помочь. Это только твоя заслуга. Антон упрямо качнул головой, но ничего не сказал. Пододвинулся ближе, зарываясь лицом в плечо, вдыхая знакомый запах. Он мечтал об этом весь вечер. Арсений положил руку ему на спину, слегка поглаживая и прикрывая глаза. Телефон протяжно загудел и Антон недовольно застонал, шаря рукой по дивану. Арсений тихо засмеялся, отстраняясь и давая возможность Антону найти телефон. Мальчик схватил гаджет и серьезно уставился на номер телефона. –Это Ляйсан Альбертовна,- Антон поднял на мужчину испуганный взгляд. Дверь хлопнула. –Это я,- разнеслось на всю квартиру. Арсений кивком головы указал Антону в сторону кухни. Парень кивнул, выскакивая в дверь, чуть не врезавшись в мать. Женщина закатила глаза, проходя в помещение и усаживаясь на стул. –Ну что, выполнила врачебный долг? –Ага. Ты прости, за то что Антон устроил. Не знаю, за что он её так не любит. –Она топит котят,- пожал плечами Арсений. –Топила, да. Но это было давно, ещё когда Антон был совсем маленький. Теперь помогает приютам, да и у самой дома живёт несколько подобранных кошек. Она поменялась, а Антон просто не может это принять. –Не всё сразу, Майя. Рано или поздно он поймёт, что людям свойственно меняться. –Но иногда мне так хочется чтобы он поскорее усвоил эти уроки и не натворил ошибок! –Не торопи его. Это Антон и он живёт в своём ритме. Позволь ему идти по жизни так, как он захочет. Майя кивнула, отводя взгляд в сторону, рассматривая развешенные на стенах фотографии. Она медленно прыгала глазами от одной к другой, слегка улыбаясь. Поэтому снова перевела взгляд на Арсения, слегка хмурясь. –Знаешь как я познакомилась со своим мужем? –Ну, Антон говорил, что тебя бросил какой-то мудак,- пожал плечами мужчина. –Не совсем. После этого Андрей стал за мной ухаживать, но познакомились мы раньше. Оба увлекались охотой и ходили в один, так сказать, кружок. Там и познакомились. Даже когда Антон родился, продолжали стрелять. До сих пор на балконе ружье лежит. Я, знаешь, после рождения Антона увидела для него абсолютно другое предназначение. Не просто в уток пострелять, а защитить самое родное. Это же девяностые были, в дом могли на раз-два вломиться. Те времена уже прошли, а я до сих пор ружье храню. Чтобы в случае чего защитить. Арсений слегка улыбнулся, рассматривая женщину. С каждым разом он проникался к ней всё большим и большим уважением. –Намек понят. Обижать Антона не стану. –Он говорил, что ты предлагал съехаться. Я не то чтобы считаю это хорошей идеей, но если Антон захочет, я его отпущу. Но если он уйдет... Не знаю, что буду делать. Я всю жизнь жила с одной целью: заботиться о нём. А теперь он уходит и защищать больше некого. –Значит, пришла пора начать заботиться о себе. Женщина подняла на мужчину глаза и широко улыбнулась. –Ой, ну где он там,- махнув головой, веселее спросила женщина,- Антон! Мальчик ей не ответил. Майя закатила глаза, поднимаясь со своего места. –Не надо, я сам за ним схожу,- остановил Арсений. –Да там же чайник вскипел, наверное. –Ну ничего, мы заварим. Не переживай, отдохни хоть немного, ты весь вечер бегаешь. –Спасибо,- Майя улыбнулась ещё шире,- я тогда маме наберу, а вы разбирайтесь с чаем и тортом. Арсений кивнул, выходя из комнаты. Антон замер посреди кухни, опираясь на стол и тупо пялясь в телефон. Арсений обошел его, невесомо коснувшись руки и садясь напротив. –Костю посадили на восемь лет. Сможет, конечно, выйти условно через шесть, но... У Ляйсан Альбертовны уже готов тот акт, запрещающий ему подходить ко мне. Антон поднял взгляд на Арсения, не зная что делать. Мужчина улыбнулся ему, но парень никак не отреагировал, всё ещё находясь в прострации. –Его посадили... Он больше ко мне не подойдёт... Его посадили, Арс, посадили! Антон улыбнулся, как-то нервно, откидывая в сторону телефон и глядя на Арсения. Мужчина улыбнулся ему шире, расставляя руки для объятий. Антон влетел в него, прижимаясь с непонятно откуда взявшейся силой и улыбаясь в шею. –Он больше меня не тронет, Арс! Я теперь... Я теперь могу жить дальше? И ничего не бояться? Господи, неужели это наконец закончилось?! –Я очень рад за тебя, ангел. Антон отстранился, заглядывая в голубые глаза и глупо улыбаясь. Ему было всё равно, что он сидит на мужчине, что они безумно близко друг к другу. Горло перестал душить этот ужасный ком, Антон наконец смог вдохнуть полной грудью. Рамки, снимавшие его всё это время в один миг испарились, оставляя безумное чувство свободы. Он запустил пальцы в черные волосы, снова улыбаясь и прислоняясь ко лбу Арсения. –Господи... –Тише, ангел, успокойся. Давай, вдох-выдох. Антон закачал головой, слегка отстраняясь. –Спасибо тебе. Арс, если бы не ты, я бы... Спасибо. В грудной клетке, птицей бились разные чувства, наполняя до краев. Мальчик скользнул взглядом по лицу Арсения, останавливая его на губах. Он снова улыбнулся, наклоняясь. Прикосновение к чужим губам длилось всего секунду. Антон даже не поцеловал, просто клюнул в губы, тут же отстраняясь, продолжая рассматривать Арсения. –Спасибо,- выдохнул он снова, спрыгивая с колен мужчины и разворачиваясь спиной. Чайник уже давно пускал в разные стороны пар, требуя уделить себе немного внимания. Арсений ещё какое-то время тупо наблюдал за маячившей перед лицом спиной, слегка улыбаясь. Потом подошёл к Антону, слегка приобнимая и целуя в макушку, заставляя мальчика довольно зажмуриться. Закатив глаза, Арсений отогнал Антона от горячего чайника, чтобы тот не ошпарился и принялся разливать кипяток в кружки. Комнату наполнил приятный аромат малины и робкого, ещё неустойчивого счастья.