Гость из прошлого

      — Ах! — вскрикнула Чарли в тяжелейшей отдышке.       — Спокойно! Тихо! — прозвучал нежный бархатный голос над ухом.       Шарлотта выпала из сна и вцепилась в прочный каркас трясущимися руками, словно больной в конвульсиях. Девочка невидящими, дрожащими от страха глазами вглядывалась в голубые волны на светло-оранжевом теле и тяжело пропускала воздух через свои вентиляционные системы. «Кто… Что это было?» — вопросила она в десятый раз, раз за разом вспоминая тот леденящий душу, плавящий сознание и рассудок голос.       — Марионетка! — позвали её снова.       Чарли наконец подняла глаза на того, в кого вцепилась мертвой схваткой.       — С тобой всё в порядке? — волнуясь, спросил Фредди, поддерживающий её под руки.       — А? Да, да, всё хорошо! — Шарлотта отпустила его и ответила ему колеблющимся голосом. — К-хм! Всё прекрасно.       — Не лги мне, Марио, — твёрдо, но с сочувствием попросил медведь. — Я вижу, что с тобой происходит. Я думаю, тебе стоит обратиться к техникам за помощью. Возможно, что у тебя сбой в программе.       — Нет, со мной вправду всё хорошо! — запротестовала Чарли, ещё более испуганным взглядом осматривая мишку.       В отличие от своих коллег Фредди изменился больше всех: он стал более ярких, огненно-оранжевых тонов; более молодежным с его проколом в ухе, острыми наплечниками, обильным голубо-красным макияжем как на лице, так и на остальном теле, а также с подточенными зубками, как у вампира. Всё, что осталось в нём от предыдущих версий, — галстук-бабочка, цилиндр и его повадки.       «Не хватало ещё, чтобы в моих мозгах копошились люди! Они же могут выкинуть мой чип и заменить на новый, чтобы я больше не срывалась!» — напомнила себе Чарли.       — Ладно, хорошо, — смирился Фредди, знаком приказав девочке успокоиться. — Я на этот раз сочту это эмоциональным всплеском от нехватки энергии. Как давно ты заряжался?       — Заряжалась? — только упершись спиной в зарядную станцию, Шарлотта заметила изменение в интерьере и в локации в целом. — Как я…?       — Чика позвала меня на кухню и сказала, что ты отключился, — пояснял Фредди, внимательным взглядом изучая Чарли. — Когда я донес тебя до зарядной станции, ты был на самом нуле. Повторюсь: как давно ты заряжался?       — Я не знаю, — отвечала девочка, стыдливо потирая ногу о другую.       — Ты не следишь за своим состоянием?! Твои системы за время твоего бодрствования могли знатно перегреться и даже сгореть! — ругал её медведь, беспокойно смотря на неё. — Уж кому-кому, а тебе я не думал, что буду объяснять подобное! Я бы не хотел тебя потерять в самый первый день работы!       — Я даже не получала уведомления о том, что моя энергия кончается! — оправдывалась Чарли.       «Или же… — Шарлотта намеренно потеряла контроль над ИИ, и разозленный Марионетка тут же выдал больше сотни сообщений о малом количестве заряда, которые не смогли появиться под влиянием её души. — Прости, Марионетка, мне правда очень жаль».       — Ты уверен, что тебе не нужно навестить отдел ремонта? Не получать уведомлений о низком заряде — это не шутки! Ты можешь в любой момент обвалиться и сломать себе что-нибудь, — по-отцовски волновался Фредди, ухватив её за плечо.       — Я уверена. Возможно, что я просто не поняла эти сигналы! Я до этого никогда не разряжалась, — успокаивала его Чарли.       — Ладно, хорошо, как скажешь, — выдохнул мишка, улыбнувшись ей. — Но я всё равно не перестану за тебя волноваться, пока я являюсь твоим лидером. Не стесняйся просить о помощи и выговариваться мне обо всём, что с тобой происходит!       — Тебе что-то Чика сказала о моём состоянии?       — Вовсе нет! — смутился Фредди, отведя взгляд. — Ну, может, немного…       — Всё рассказала?       — Всё рассказала, — сдался мишка.       — И кто её сделал такой болтушкой, — смиренно выдохнула Чарли, усмехнувшись.       — На самом деле она сильно за тебя волновалась, — смущенно отозвался Фредди. — Ты должна была видеть, с какой заботой и официальностью она передала мне тебя! Будто ты — самое драгоценное для неё сокровище. Хотя почему «будто».       Шарлотта смущенно хихикнула и бегло оглядела территорию. Эта локация была намного больше, чем все предыдущие вместе взятые, и занимала практически весь этаж! Стены, потолок и пол были выложены полированной черной плиткой с мелкими вкраплениями белых, синих, розовых и фиолетовых точек, создающих своим альянсом подобие звездного неба; помещение было темное, но всё же освещалось неоновыми разноцветными лампами, образовавшими небольшие тоннели в стенах, выглядящие словно ямки, вырытые червяками. Зона делилась на два слоя: на нижнем, где они стояли, находился огромный танцпол и диджейская будка, вокруг них располагались экраны с длинной непрерывающейся линией. По догадкам там должен был отражаться бит песен. Весь второй этаж состоял из нескончаемых рядов игровых автоматов, количество которых Шарлотта не могла себе представить. По лестницам взад и вперед носились дети, а родители только и успевали, что ловить их, пока те не поскользнулись и не полетели с огромной высоты. Работоботы едва успевали ловить разыгравшихся детишек.       — Это вся твоя локация?! — изумилась Чарли, осмотревшись по сторонам. — Она же громадная!       — Я же лицо компании как-никак! — похвастал Фредди, поравнявшись с Марионеткой. — Мне по статусу не положено что-то меньшее.       Мишка тихо посмеялся. Шарлотту умилило то, как он с несерьезностью носит статус главного маскота и сам не до конца понимает, для чего ему выделили такой большой объект. Чарли мило улыбнулась ему и почесала за ушком, отчего Фредди встрепенулся.       — У меня скоро будет выступление, так что я сначала покажу тебе всё, а затем уж пойду в будку! — медведь аккуратно пододвинул к себе Шарлотту и помчался по своим этажам, удерживая ту за талию и подробно рассказывая о каждом игровом автомате, что встречался на пути.       Чарли слушала очень внимательно, её радовала фантазия разработчиков этих игр, придумывавшая разнообразные сюжеты для каждого персонажа из франшизы и воплотившая их в цифровом мире; она даже хотела самолично поиграть в некоторые из них, но решила подождать конца рабочего дня, чтобы не занимать места детей. Девочка слушала его не перебивая, ей становилось легче при виде Фредди, влюбленного и погруженного в своё дело с ног до головы. Ей могли сказать, что, да, он запрограммирован на это, как иначе он может поступать? Но в его алгоритме она видела человеческую душу и подход, который не у каждого обычного рабочего имеется, что уж говорить о машине. «Пока я с вами, я совсем забываю о том, что вы просто роботы, — глупо улыбалась Шарлотта. — Вы все — настоящие звезды, ради которых я бы и сама с удовольствием ходила в подобные заведения!» Чарли и думать забыла и о недавнем жутком сне, и о своих переживаниях, только лишь успевала переваривать всю поступающую информацию.       — Извини, что перебиваю, — вдруг подала она голос, — но почему ты держишь руку именно в этом месте?       — Ох, я и не заметил, — Фредди стало неловко, и он быстро убрал руку. — Обычно на этом месте у всех располагались либо плечи, либо, эм, «лопатки»! Я и не подумал, что это как-то некультурно. Извини за эту бесцеремонность с моей стороны.       — Нет, нет, не волнуйся! — поправилась Чарли. — И, я просто хотела уточнить, насколько тебе много рассказала Чика.       — Хм? Ох, — замялся медведь, вспоминая. — Она сказала мне, что ты очень болезненно переживаешь своё новое возвращение и что я должен приглядывать за тобой, как за алмазом…       — Хорошо, я тебя поняла, — перебила его и удовлетворенно ответила девочка.       — А о чём вы ещё с ней говорили? — любопытничал мишка.       — Да так, о моем прошлом, — отвела она взгляд.       «Спасибо, что ты не рассказала ему о Левше, иначе он мог подумать что-то не то», — расслаблено выдохнула Чарли. Она снова почувствовала у себя на талии его руку, осторожно ведущую её за ним, но уже не стала про это говорить. «Привычка, что поделать», — смирилась девочка, продолжая бродить по локации.       -…в этом аппарате нужно просто собрать все жетончики на карте, пока тебя не схватили противники! — закончил с показом Фредди, похлопав по крышке автомата рукой.       — Как в Пэкмене? — засияла девочка, оглядев автомат.       — Практически! Только тут намного больше пространства, за пределами начального экрана, — пояснил мишка. — Как-нибудь опробуй их, я уверен, что у тебя получится прекрасно!       — Уж поверь, каких я только автоматов не видела за всю свою жизнь… — мечтательно вздохнула Шарлотта.       «А я ведь когда-то занимала призовые места в подобных играх… Руки же помнят, правильно?»       — Давай, ты сможешь! — уверенно говорил парень, поддерживая подругу.       — Это какая-то пытка! — хныкала Чарли, игравшая в «Турбо». — Я не могу обогнать эти машины!       — Успокойся, чем больше нервничаешь, тем меньше концентрации, — парень потрепал её по голове и, аккуратно подняв её над креслом, усадил к себе на колени, уложив руки поверх её. — Давай попробуем вместе поиграть, хорошо?       — Хорошо, — ответила Шарлотта, приготовившаяся внимательно слушать и вникать. Парень закинул жетон в аппарат и крепко ухватился за руль.       — Для начала тебе нужно выбрать самый короткий путь и «облизывать» все препятствия на пути, чтобы ты всегда ехала максимально по прямой линии, — он спокойно объяснял и управлял её руками, послушно поворачивающими руль. — И не крути слишком сильно — машина и так поймет, куда ты хочешь. В противном случае ты просто поедешь в обратную сторону. Давай, продолжай, я посмотрю, насколько всё было понятно.       Чарли начала неуверенно: её машину всё ещё жутко заносило на поворотах, но тем не менее ей удалось избежать большинства аварий и столкновений с другими участниками гонки; ей даже посчастливилось занять третье место с первого раза. Как же она гордилась собой!       Габриэль был словно старший брат для всех детей, посещавших когда-либо первую пиццерию: спокойный, смиренный и умеющий поддержать парень, служивший кем-то вроде личного охранника от особо вспыльчивых личностей, таких, как Фритц. В свои двенадцать лет он был вполне себе взрослым и осмысленным подростком, который пусть и не любил применять силу по отношению к кому-либо, но они с рыжим часто устраивали драки между собой, причиной которых становились бесконечные попытки Фритца запугать Джереми и Шарлотту. По внешнему виду было и не особо видно, что Габриэль кого-то в принципе может ударить: рубашка цвета хаки, поверх неё коричневый жилет с ромбами оттенков кофе, длинные, почти школьные штаны и вечно приглаженные каштановые волосы. Такое одеяние не было свойственно детям его возраста, и на то была причина: он слишком быстро потерял интерес к собственной жизни. Будучи совсем ещё маленьким, Габриэль искренне ждал рождение младшего брата, и, получив его, совсем забыл о себе. Он помогал своим бесконечно работавшим родителям, заботясь о Джереми, и постепенно превращался во второго отца. Его опекунство достигло такого пика, что старший тратил все свои карманные деньги, только чтобы порадовать младшего; его одежда к этому времени очень износилась и выцвела, но его это никак не смущало. Только благодаря участию Генри, родители смогли узнать о состоянии их чада и наконец купили ему обновку, но к этому времени было уже поздно менять его мировоззрение. Если же Джереми по какой-либо причине забирали, то Габриэль переключал своё внимание либо на Чарли, либо на других детей, чем иногда раздражал их своим надзором.       — А вот это моя будка! — произнес Фредди торжественно.       — А? А! — Шарлотта очнулась и круглыми глазами оглядела переливающуюся всеми цветами радуги пульт Ди-Джея.       — Ты меня не слушала, не так ли? — скептично выгнув бровь, спросил Фредди.       — Извини, я немного отвлеклась на свои внутренние… оповещения! — Чарли старалась выкрутиться и не задеть своими словами медведя, но, смотря на его лицо, полное недовольства, понимала, что не сумеет что-либо придумать вразумительное.       — Послушай мой совет, Марио, — Фредди плавно опустил Шарлотту за плечи, чтобы быть с ней на одном уровне, и вкрадчиво продолжил. — Если тебя что-то волнует или беспокоит, тебе стоит высказываться. Возможно, для тебя это и ново — испытывать множество эмоций за все те года, проведенные в предыдущих пиццериях, но для нас — это обыденность. Тебе стоит говорить о том, что думаешь, иначе ты просто раскалишь чип до таких температур, при которых его будет невозможно восстановить. Я думаю, что твоё резкое отключение и связано именно с перегревом процессора. Он всегда будет отключать тебя, если ты на грани срыва. Не беспокойся, я не стану об этом говорить никому из рабочих, если тебя это так пугает, но я прошу тебя тогда следить за собой самостоятельно! Так вот… Не хочешь рассказать, о чем ты думала?       — Я думала… о моем друге, которого я знала когда-то, — призналась Чарли, взяв за руки Фредди и выпрямившись во весь рост. — Ты очень похож на него, и я… скучаю.       — Это был кто-то из детей, за которыми ты следила? — заикнулся мишка, но быстро себя остановил. — Мне очень жаль, что я заставил тебя вспомнить об этом. Я могу постараться не вести себя так, если ты не хочешь вспоми…       — Конечно нет! — опередила его девочка. — Я ни за что на свете не хочу переставать вспоминать о нем! И ты сейчас греешь мне душу этими воспоминаниями! — оживилась она, удерживая его лапы в своих. — Да и не только его…       — Кого-то ещё? — он умиленно улыбнулся, разглядывая повеселевшее лицо друга.       — Да, моего создателя, — нежно произнесла девочка, сомкнув брови домиком.       — Шарлотта! Лотти, ты где?! — кричал Генри, разыскивая дочь по всему кафе.       — Я тут, пап! — ответила ему Чарли, прибежавшая с улицы вся в грязи.       — Господи, Шарлотта, ну ты и напугала меня! — мужчина поднял на руки девочку и крепко обнял её. — Не убегай так больше, не предупредив меня! Здесь же повсюду дорога и лес! Как я буду тебя искать, если ты потеряешься? А если тебя вдруг украдут? Или собьет машина! Ты представляешь себе, что я испытаю?       — Прости, папа, — виновато опустила голову Чарли. — Я увидела в окне, как у девочки укатился мячик и пошла ей помочь. Ну, и мы потом решили с ней немного поиграть! Мы не отходили далеко, честно-честно!       — Ох, Лотта, побереги моё сердце.       Генри не ругался на Чарли за её внешний вид, ему было абсолютно всё равно, как она выглядит. Его волновала только она сама, её здоровье и безопасность, и именно после таких моментов он и решился на создание Марионетки.       Фредди молча расставил руки, и Шарлотта заключила его в объятия, представляя на месте мишки крепкое немолодое тело отца. Девочка не хотела плакать в этот раз, лишь ощутить чьё-либо тепло и поддержку; осознать, что она далеко не одна в этом мире. Медведь аккуратно поводил ладонью по спине и отпустил её, когда Чарли попросила.       — Тебе лучше? — поинтересовался Фредди.       — Намного, — жизнерадостно ответила девочка, повернувшись лицом к пульту ди-джея. — И как ты этим управляешь?       — Лучше покажу на практике!       Люди стали потихоньку скапливаться на танцполе, состоящем из сегментированных квадратов, ярко вспыхивающих разными цветами, если ты на них наступишь, то ли дело аплодируя или зажигая фонарики на телефонах. Все ждали, когда зал наполнится чудесными мелодиями, и они смогут оттянуться по полной, забывая о всех своих проблемах и просто веселясь до упаду. Хотя бы до закрытия «Пицца-Плекса».       Фредди быстрым движением руки нацепил на свою голову магнитные наушники и стал быстро включать установку. Он показал глазами, что Шарлотте лучше спуститься вниз, на танцпол, и понаблюдать оттуда за всем происходящим. Чарли молниеносно оказалась в толпе людей, разглядывающей её из крайнего любопытства. Кто-то даже подошел и сфотографировался с ней, что неимоверно повеселило девочку и заставило её гордиться собой. «Все, кто помнят меня, считают меня очень хорошим роботом! Может, я смогла всё сделать так, как надо?» — рассуждала Шарлотта.       По залу прошлась волна битов, сотрясших его внутренности, а за ней с нарастающей мощностью послышались электронные струящиеся ноты, будто смычком задетые; они дрожали и искажались, растягивались и уменьшались в умелых руках Фредди, в такт музыке качающего головой. Мишки не было видно под темным куполом ди-джея, но его голубо-красные метки на теле переливались в цветах неона и горели, как звезды, добавляя ему загадочности. Стенки сотрясались от четкого ритма музыки, распространяясь намного дальше, за пределы этажа через те самые тоннели в стенах, чьи лампочки, словно проводники в их тьме, меняли свой цвет с каждой новой нотой, добавленной Фредди.       То уникальное звучание Шарлотта никогда в своей жизни не слышала, но ей нравилось считать, что именно так звучит космос: непонятно, но притягательно. Люди двигались под музыку, будто парили где-то в невесомости, не имели давления земли, они были свободны от своих переживаний и проблем. Дети, не умевшие танцевать, просто радостно прыгали друг с другом, иногда пытаясь повторить понравившееся движение какой-нибудь девушки или мужчины. Те стеснительные подростки, стоявшие в стороне, порой радостно улюлюкали и поднимали телефоны выше, снимая вечеринку. Из-под сцены тем временем вовсю валил искусственный туман, искрившийся в огнях диско-шара, и переносивший людей в другую реальность, красочную, таинственную и замысловатую.       Тело Шарлотты было ей неподконтрольно в тот момент: её всю поглотила музыка. Она закрыла глаза и представляла, как кружит вокруг их планеты, танцует с далекими звездами и вальсирует с галактиками; как её уносит порыв солнечной пыли, окружая золотыми блестками, и подхватывает пояс астероидов, создающий своими буграми оригинальное покрытие для танцев. Космические нити обвивали её запястья, ноги и туловище, вращая Чарли вокруг своей оси, словно маленькую планету, и развевая её плащ, на котором искрились звездочки. Камни под ногами девочки скопились под ней и всей своей общей массой вытолкнули её высоко-высоко вверх, образовав своеобразную пирамиду. Шарлотта повисла на своих струнах, мягко раскачиваясь взад и вперед, расслабляясь под нежный бит.       С звучанием музыки слились волнительно-восторженные восклицания людей. Девочка вернулась в реальность и заметила, как все резко оказались намного ниже её. Шарлотта огляделась по сторонам и поняла: она сейчас висит на уровне второго этажа без какой-либо поддержки! Сначала Чарли сильно испугалась и чуть не потеряла сознание при виде такой высоты, но затем страх овладел ей ещё сильнее. «Это всё видят люди! — опомнилась девочка. — Они видят, что я просто летаю! Пожалуйста, я хочу вниз! Опустись вниз!» Шарлотта зажмурила глаза и почувствовала такую необычайную легкость в своем теле, как будто она и в самом деле была в невесомости. Через пару секунд, почувствовав твердую «почву» под ногами, она всё же открыла глаза и увидела себя в окружении толпы. «Сверху было как-то проще», — занервничала Чарли, заметив удивленные взгляды людей.       — Эй, чувак, крутой пируэт! — послышался чей-то подростковый голос. — Повторишь на запись?!       — Да, давай! — поддержала его подруга, приготовившая уже телефон.       — Я, э… — замялась Шарлотта, еле выговаривая слова.       — Тише-тише! — вмешался Фредди. — Мой друг уже устал за сегодня! Позвольте же ему немного отдохнуть в свой первый день! Обещаю, что он сможет показать этот прием в другой раз, и тогда у вас будет собственный эксклюзив!       — Что ж, ладно, — без улыбки ответила компания, спрятав телефоны. — Мы подождем…       Мишка вернулся к своей работе, а Шарлотта по-быстрому сбежала на верхний этаж, где в это время никого не было. Она выдохнула спокойно и, облокотившись о игральный автомат, стала размышлять: «Что это было? Что вообще происходит с моим телом? Почему я могу вытаскивать из него вещи, которых не было, и даже летать?! Это же полная бессмыслица!»       Будучи ещё тряпичной Марионеткой, Чарли умудрялась творить некоторые фокусы: она могла подарить кому-то вторую попытку в виде подарка, сделанного из частицы её ремнанта; была способна левитировать на своих нитях и практически бесшумно подкрадываться к кому-либо; а если она достаточно напрягалась, даже могла проскользнуть сквозь пространство, оказавшись на противоположной стороне пиццерии. Всем этим феноменам она не могла найти ответа. Одно её предположение строилось на том, что её душа способна перемещаться намного быстрее, чем тело, и то вынуждено было догонять свою владелицу, на каком бы расстоянии над землей она ни была. Другое же исходило из знаний ремнанта и его волшебных свойств, которыми она делилась со своими друзьями, и, возможно, именно они и влияли на неё. Но это в любом случае не объясняло многой чертовщины, на которую была способна именно она. Кэсседи тоже мог перемещаться в пространстве, но он никогда и не имел тела, чтобы это как-то могло противоречить его способностям; никто из других же, даже включая его, никогда не ловили себя на подобном, хотя у её дяди ремнанта было не меньше, чем у неё.       — Тебя это беспокоит? — спрашивал Левша, принесший ей вязание от нечего делать.       — Да, очень! — волнуясь, ответила Шарлотта, нанизывая петли на спицы. — Я же хочу знать, что это в порядке вещей!       — Ты всё ещё способна говорить о каких-то «порядках вещей»? — тихо посмеялся мишка, удерживая клубок ниток в руках.       — Я же серьезно! — воскликнула девочка, толкнув плечом Левшу.       — Раз серьёзно, то давай рассуждать логически. Что бы было, если бы твоих способностей не было?       — Скорее всего, мои друзья бы не смогли управлять своими телами полноценно… — рассуждала Чарли.       — И?       — И мы бы не смогли отомстить дяде…       — И? — давил Левша.       — И он бы продолжил убивать детей ради своих целей!       — Бинго! — медведь забил в невидимый колокольчик. — Зачем тебе переживать из-за того, что смогло тебе когда-то помочь?       — Ну, не знаю… С одной стороны, ты прав, а с другой… — помедлила она.       — Знаешь, мне мистер Эмили говорил кое-что о тебе.       — Правда? — встрепенулась девочка. — Что?       — Он сказал, что никогда бы не поверил, если бы ты так просто оставила всё, как есть. Он верил, что в тебе есть что-то уникальное, что-то, что способно даровать тебе силу помогать другим, — вкрадчиво произнес Левша, отрезав ножницами ненужные нитки.       — Папа думает, что кто-то сверху послал мне это? Кто-то, кто считал, что моя цель — обеспечить мир другим? — Чарли посмотрела наверх, будто стараясь разглядеть таинственного помощника.       — Не думаю, что старая лампочка — это тот, кто тебе нужен, — посмотрев туда же, саркастично ответил мишка.       — Левша.       — Что? Моим создателем является мистер Эмили, он Бог для меня? Или его ангел?       — Прекрати шутить на такие темы! — вскипела Шарлотта.       — Иначе в меня молния ударит? Или потоп начнется?       — Если ты в это не веришь, то не лезь в мою веру!       — Ладно, ладно, прости меня… ради Христа.       «Как вспомню, так разорвать хочется… — фыркнула Шарлотта, усмехнувшись, — но не могу отрицать, что он делал мои дни чуточку забавнее. Да и его мысль всё ещё хранится у меня в памяти. Может, мои способности возвращаются в другом, более улучшенном виде, чтобы я смогла противостоять тому, что грядет в скором времени? Или я просто смогла настроить лучший контакт со своим новым телом…»       — Эй, комета! — Фредди ударил по крышке автомата рядом, заставив вздрогнуть от испуга Чарли, и, весело улыбаясь, спросил: — Пояснишь мне за этот внезапный подъем?       — Чт… Что?! Уже всё кончилось? — потеряно воскликнула девочка. — Сколько я тут сидела?!       — Тише, тише, — его голос звучал сладко-спокойно, — я поставил песни из популярных сборников на проигрыш. Прошло не так много времени, может, около пятнадцати минут. Пошли за мной, солнышко.       — «Солнышко»? — громко вопросила Шарлотта.       — А как же, ты же осветила весь танцпол своим выступлением! В прямом и переносном смысле, — уточнил мишка, утаскивая Чарли.       — У меня проблемы?       — Хм? О каких проблемах может идти речь? — удивился Фредди. — Марио, я тебе хотел сказать «спасибо» за это! Это выглядело и вправду красиво! Как ты это сделал?       — Ну, я… На нитях… Поднялась… — тяжело прокручивая фразу голосовым модулем, сказала Шарлотта.       — Насколько же они тонкие, если я их не смог увидеть? — обомлел медведь, пытаясь найти на руках отверстия для нитей.       — Очень тонкие, — сказала, как отрезала, Чарли, выдернув свои руки. — Настолько, что их лучше не видеть.       — Хорошо, если ты хочешь играть в таинственного волшебника, то пускай! — Фредди пожал плечами и продолжил свой ход. — Следуй за мной.       — Куда мы? — Шарлотта поспешила за ним, ухватившись за его лапку.       — У нас сегодня будет выходное караоке, так что ты идешь с нами!       — А разве не будет никакого вечернего концерта?       — Он уже был! Пока ты спал! — усмехнулся мишка, заметив несколько потерянный взгляд Чарли.       — То есть… Ты хочешь сказать… что я пропустила всё веселье?! — с досадой вскрикнула девочка. — Я не услышала ваш новый альбом…       — Марио, это будет тебе уроком, как не стоит пренебрегать своим зарядом, — жестко, но в шутку произнес Фредди. — И, надеюсь, что больше такого не повторится.       — Я тоже надеюсь… — Чарли корила себя за то, что столько раз закрывала рот Марионетке, и думала над решением их общей проблемы, пока шла за мишкой в темный угол его этажа.       Фредди хотел завести Шарлотту в дверной проем темной комнаты, но та встала, как вкопанная.       — Хм? — удивился мишка, чьи глаза белым светом горели в черноте помещения. — Ты боишься темноты?       — Совсем немного… — встревоженно ответила девочка, спрятав за спину трясущиеся кончики пальцев.       — Не волнуйся, здесь нет никого, кроме меня! — Фредди постарался придать Чарли уверенности, но она так и осталась стоять в дверях, ожидая действий мишки.       — Да будет свет! — воскликнул он и нажал на переключатель.       Комната озарилась белым ярким светом, раскрыв скрывающиеся мраком объекты. Ими оказались софа и кресло пурпурного цвета, что окружали черный кофейный столик и были повернуты сиденьями к черной плазме. На столе лежали сборники песен, пара микрофонов и приставка, для введения номеров позиций. В стенки были встроены мини-колонки, а само помещение представляло из себя полусферу, напоминающую домик иглу.       Шарлотта не успела и шагу ступить, как на неё кто-то сзади напрыгнул и загробным голосом прошептал: «Бу!»       — Фокси, это не смешно, — обругал его Фредди, скрестив руки на груди.       — Зато она поймет, что не темноты надо боятся, а того, кто за спиной! — парировал лис, язвительно усмехнувшись.       — Уж поверь, тебя я буду боятся всю мою жизнь, — усмехнулась Чарли, проведя пальцем по его подбородку.       — С тобой неинтересно, — заключил Фокси, отмахнувшись от её руки и пройдя внутрь. — А где мистер «я-всегда-прихожу-вовремя» и Чика?       — Скоро будут, — ответил мишка, настраивая караоке. — Наверное, Бонни труднее будет ориентироваться во времени без своих часов.       — Ах да, — замялась Шарлотта, посмотрев на свои Faz-часы. — Верно…       — Ой не парься, он уже скорее всего услышал о том, что пиццерию закрывают! — бодро заявил Фокси.       — А вот и мы! — подала голос Чика, приветливо маша рукой своим друзьям.       — Мы задержались немного, потому что убирали кафе! — с отдышкой сказал Бонни.       — Оправдания, оправдания! — вклинился в разговор лис. — Кто мне сказал, что никогда не опаздывает и даже поставил на это свою гитару?       — Я же помогал Чике! Я бы пришел вовремя, если бы ты не побежал сюда заместо того, чтобы нам помочь! — бодро отозвался кролик, фыркнув носом.       — Но ты же проиграл!       — Я не отдам гитару, только потому что ты пришел раньше нас!       — Тогда ты трус!       — ТИХО! — возвысив голос, сказал Фредди. — Что вы устроили тут? Не позорьтесь хоть перед Марионеткой, вы оба!       — Поддерживаю, — вклинилась в диалог Чика, расставлявшая на столе закуски. — Марио наверняка не нравится ваше поведение!       Заметив аккуратное подмигивание курочки, Чарли сложила руки на груди и безрадостно произнесла:       — Эх, а ведь были такими милыми когда-то и собирали на своих концертах по тысяче человек!       — По тысяче? — округлил глаза Бонни.       — Брешешь! — возразил Фокси.       — Откуда же вам знать? — пустив актерскую слезинку, парировала Шарлотта, отвернувшись от них в приступе смеха.       — Спорим, что именно из-за меня было столько людей! — вдруг переменил тему лис, с азартно горящими глазами.       — Да ты и распугивал всю нашу возможную две тысячи человек! — ехидно подмечал кролик.       — А ты помнишь, что сказал Марионетка под сценой? Кто её любимчик? Марио! Из-за кого из нас ты бы скорее пришел?       — Я бы… — Чарли застыла в осознании, в какую же противную ситуацию её поставили: с одной стороны, назови ты имя одного из двух — они глотки друг другу перережут, но, с другой стороны, не решишь — они будут продолжать цапаться и дальше. Шарлотта покрутила гайки в своей голове и с улыбкой на лице произнесла: — Я бы скорее пришла из-за Чики.       — Что?! — взорвались они, но, посмотрев на Чику, безмятежно поедающую собственную пиццу, согласно вздохнули и уселись на диван.       — Но я был бы лучше, — прошипел Фокси.       — Ой заткнись ты! — прошептал ему в ответ Бонни.       — Итак, народ! — торжественно начал Фредди, призвав их к тишине. — На сцене у нас не получилось поприветствовать нашего старого друга так, как он заслуживал этого! И я хочу, чтобы этот день вошел в нашу с вами историю как праздник — возвращение всех старых членов нашей банды!       Бонни восторженно захлопал, и к нему подключилась Чика, а затем и Фокси, апатично смотрящий в стену. Шарлотта стояла у стены и заливалась краской при всех этих радостных взглядах, искренних улыбках и греющих душу упоминаний её места в истории всей франшизы. Девочка чуть ли не пустила настоящую слезинку.       — Это радостно, конечно, — внезапно прозвучал голос лиса, — но лицемерно с твоей стороны, капитан.       — Что ты имеешь ввиду? — глухо спросил Фредди, нахмурившись от таких слов в его адрес.       — Ты даже не додумался взять ещё одно сиденье для Марио! — выдавил он недовольным голосом, охвативший взглядом всю комнату.       — Оно и верно! — ахнул медведь, осмотрев количество мест. — Я совсем забыл, что в этой комнате всего 4 места…       — Не волнуйся, я могу и постоять! — заверила Чарли.       — Нет, нет, я придумал! — Фредди настроил караоке и сел на своё отдельное кресло, похлопав себя по ногам. — Усаживайся.       — Ты серьезно? — воскликнул Фокси. — Ты просто предлагаешь ей посидеть у тебя на коленях?! А ничего умнее не мог придумать!       — Я не против, — аккуратно разместившись у Фредди, ответила Шарлотта. — В конце концов мне не привыкать.       — Понимаю, — ехидно усмехнулась Чика, поглаживая по спине рычащего лиса.       — Так, а кто первый? — наконец спросила Чарли.       — Я бы хотел! — смущенно попросился Бонни, прижав уши к голове.       — Прошу, — проводил его рукой мишка, удерживая второй тело девочки.       Бонни бодро вскочил и подбежал к пульту управления, набирая номер из сборника.       — Мы решили сегодня устроить вечер старых песен, чтобы тебе было комфортнее, — предупредил её мишка.       — Вам необязательно было вспоминать эти груды пыли!       — Поверь, классика останется классикой навсегда! — отмахнулся Фредди, переведя взгляд на кролика.       Отсчитав «раз, два, три», проигрыватель запустил мелодию, начавшуюся с перебирания клавиш электронного синтезатора.       — Постойте, я узнаю эту песню! — вникал Фокси, прослушивая строчки первого куплета одни за другими.       — Хм, она какого года? — шепотом спросила Чарли.       — Где-то начала 2010, — в тон ей ответил Фредди, умиротворенно сомкнувший глаза.       — Только попробуй, мелкий… — прошипел лис.       — …But there's one sound       That no one knows       What does the fox say? — пропел Бонни.       Все вокруг стали тихо хихикать, пока кролик пропевал все звуки, которые может издавать лиса, а Фокси недовольно ссутулился.       Исполнение Бонни было чистым и красочным, словно ты слушал оригинальный клип в высоком качестве. Пусть Чарли никогда и не слышала этой песни, ей она показалась весьма забавной и заводной, особенно при виде разъяренного Фокси, размахивающего хвостом и намекающего кролику, что ему вскоре придет конец. Можно было его поблагодарить уже за то, что он не помешал закончить пение и дослушал до конца, хотя после на Бонни вылилось очень много рассерженных ругательств и угроз лишения его ушей. Чика сочувствующе прижала к себе кролика, по-настоящему испугавшийся таких резких слов, но продолжила улыбчиво следить за лисом.       — Это было очень красиво, Бонни! — похвалила его Шарлотта, активно хлопающая в ладоши.       — Спасибо, надеюсь, что не хуже, чем мои предыдущие версии? — с надеждой в глазах спросил он.       — Конечно не хуже! — девочка потрепала его по голове и почесала за ушком.       — Так держать, суперзвезда! — Фредди показал ему «класс», чем окончательно засмущал и без того красного кролика.       — Чур я дальше с Фокси! — вклинилась в диалог курочка, ухватившая за плечо лиса.       — А что это я с тобой в паре? — удивился пират, округлив глаза и нахмурив брови.       — Для этой песни нужна пара! А Фредди сейчас занят! — упрашивала его Чика.       — Вообще, я могу сейч…       — Он очень занят! — перекричала медведя курица, приказывая знаком молчать. — Ну пожалуйста!       — Черт бы тебя побрал, — пробубнил лис, поднявшись со своего места. — Я надеюсь, что это не какая-то романтичная чертовщина…       — Почти угадал! — оптимистично ответила Чика, вбивающая свой номер.       — Во что я ввязался… — тихо возмущался лис.       Заиграла мелодия, ужасно знакомая Чарли, начавшаяся с диалога.       — Hi, Barbie, — с лицом полным внутреннего гнева произнес Фокси.       — Hi, Ken! — ответила ему Чика, умирающая со смеху.       — Do you wanna go for a ride? — пропускал он слова сквозь зубы.       — Sure, Ken! — обхохатывалась птичка.       Чарли, Фредди и Бонни еле сдерживали свои визги и истеричный смех при виде пирата, исполняющего сладкую попсовую песню.       Девочка уже слышала её однажды, когда она бродила от одной помойки к другой в попытках найти себе хоть какие-нибудь запчасти для починки собственного тела, пережившего пожар. Шарлотта брела по темной парковке, когда услышала, как парочка подростков, угнавшая отцовскую машину, с открытыми окнами сидела и слушала эту песню, подпевая каждой своей партии. Чарли, естественно, не желала их смущать своим полуобгоревшим телом и поспешила уйти, но тот запоминающийся мотив помнила до сих пор.       К концу песни даже Фокси смог оттаять и подыграл своей мужской версии из клипа, чем позабавил Чику и сделал ей приятное. Им аплодировали все, а Фредди даже заснял на «Faz-часы».       — Выложишь это в общую группу — я тебе ночью нос откушу! — пригрозил смущенный лис, развалившись на своей части дивана.       — Как скажешь, друг мой, как скажешь, — усмехнулся мишка, аккуратно сталкивая с себя Чарли. — Твоя очередь, солнышко.       — Кто? «Солнышко»? — удивились остальные, а Фокси даже позволил себе прыснуть от смеха.       — Это долгая история, — уклонился от ответа Фредди, пожав плечами.       Пока медведь рассказывал о внезапном полете Чарли, та искала любую знакомую ей песню из сборника, и наконец наткнулась на одну. Девочка быстро набрала цифры и встала в определенную позу, приготовившись войти в свою роль.       Звери сначала заинтересованно разглядывали её, а после закатились смехом, услышав первые ноты песни.       — We're no strangers to love       You know the rules and so do I       A full commitment's what I'm thinking of       You wouldn't get this from any other guy       I just wanna tell you how I'm feeling       Gotta make you understand… — пела Шарлотта, вспоминая клип, который ей показывал Левша на планшете, и хихикая сама над собой. В куплете к ней подсоединились и другие:       — Never gonna give you up, never gonna let you down!       Never gonna run around and desert you!       Never gonna make you cry, never gonna say goodbye!       Never gonna tell a lie and hurt you…       Чарли в этой песне погружалась в те времена, когда были популярны пышные прически и вещи оверсайз; когда газировка и жвачка были показателем достатка и крутости подростка; когда ещё игровые автоматы были самым популярным способом развлечь себя после скучного школьного денька. «Всё-таки прекрасная была идея!» — произнесла про себя Шарлотта, закончив петь.