Dusk / Сумерки

      Эрин Ласгален, цитадель короля эльфов       — Ты уверена, что хочешь войти? — спросила Аэрониэль Рошендилвен.       Эовин, Аэрониэль и Рошендилвен опоздали на начало заседания суда, так как Аэрониэль и Рошендилвен должны были поговорить с лучниками. Многие из них были встревожены происходящим. Они боялись, что предали своего любимого командира, потому что следовали приказам Саэльдура, и тем самым неосознанно причинили вред Леголасу.       — Я знаю, что произошло. Я была там, — сказала Рошендилвен. — Думаешь слушать о произошедшем тяжелее?       — Об этом я и говорю. Ты была там и видела достаточно. Нет необходимости еще больше усложнять себе жизнь.       — Я останусь. Я должна знать о том, чего я не видела. Я должна знать насколько все было плохо.       — Нет нужды наказывать себя, — тихо сказала Аэрониэль. — Никто не ждет, что ты будешь присутствовать на заседании. Все остальные, и особенно Леголас знают, насколько тебе тяжело.       — Я понимаю что ты чувствуешь, — сказала Эовин. — Я не могу сказать, что точно знаю, что ты чувствуешь, ведь если бы Эомер сделал что-то подобное, не знаю, смогла бы я это выдержать. Но я видела своего дядю, когда Саруман контролировал его разум. Я тогда не знала, что это был Саруман, и думала только о том, что мой дядя, который всегда был для меня как отец, слушал злые советы того, кого мы называли Змеиным Языком.       — Должно быть, это было сложно, — сказала Рошендилвен. — Но у моего брата нет такого оправдания. На него никто не влиял магией. Я не говорю, что он всегда был злым, но он всегда был жестоким. Я должна была заметить это гораздо раньше.       — Ты не несешь ответственность за действия Бреголиена, — твердо сказала Аэрониэль.       — Я знаю, — ответила Рошендилвен. — Тем не менее, я должна знать, что он сделал, чтобы не представлять себе худшее. Я не буду просить Леголаса рассказывать эту историю еще раз. Плохо уже то, что ему вообще приходится это рассказывать. — И решительным шагом Рошендилвен вошла в комнату.

***

      Итилиэн, на некотором расстоянии от эльфийского поселения.       Леголас открыл глаза, но не мог ничего увидеть, потому что вокруг была только темнота.       На мгновение он испугался, что ослеп, но затем понял, что откуда-то сверху идет слабый луч света. Он попытался двинуться с места и обнаружил, что не может пошевелиться, потому что его руки были связаны за спиной и привязаны к чему-то твердому и металлическому. Рот закрывал кляп.       — Как думаешь, что орки делали со своими пленными здесь? — послышался шепот рядом с ним.       Леголас резко повернулся и заметил блеск глаз Бреголиена. Он попытался спросить чего этот сумасшедший хотел от него, по смог выдавить только приглушенное ворчание.       — Подожди, — пробормотал Бреголиен. — Я позволю тебе говорить. Но не уверен, что они ушли… Ты, конечно, не знаешь, но твои друзья ищут тебя. Похоже, моя сестра их предупредила. К счастью, я знал, как открыть скрытую дверь люка в полу. Они никогда ее не найдут.       Леголас задумался, как долго он был без сознания?       — Не волнуйся, — тихо сказал Бреголиен, словно читая его мысли. — Твоя травма головы не очень серьезная. Мне удалось дать тебе несколько подходящих трав. Перед отъездом из Эрин Ласгалена я прихватид отличный запас лекарственных трав.       Леголас безуспешно пытался освободить запястья, но веревки не поддавались. Он огляделся, чувствуя, как снова нарастает паника. Теперь он не считал, что его план спрятаться в этой полуразрушенной башне был таким хорошим. Кажется, он не мог думать ясно, когда в деле был замешан Бреголиен.       У принца перехватило дыхание. Тьма, казалось, давила на него, даже хуже чем в Мории, и в этой гнетущей тишине он слышал крик матери.       Леголас заставил себя успокоиться. Он уже не ребенок, пока жив и относительно невредим. Вряд ли Бреголиен намеревался сидеть здесь в темноте, пока они оба не умрут от голода. Леголас все еще мог повернуть ситуацию в свою сторону.       — Тебе здесь не нравится, не так ли? — Бреголиен был так близко, что Леголас чувствовал его дыхание на своем ухе. — Ты всегда был ребенком света. Но твой отец так долго держал меня в темноте… Я сделал тьму своим другом.       Леголас попытался пошевелить ногами, но его лодыжки тоже были связаны. Рана на руке от стрелы болела, но все было не так плохо. При желании он еще мог драться.       — Я многое узнал в Эрин Ласгалене перед тем как уехал, — продолжил Бреголиен. — Я провел несколько часов с Араэлем. Он всегда был умнее, чем остальные. Он гордый, как и все чванливые синдаринские лорды, которые думали, что они владеют Средиземьем, но он не дурак. Он много чего мне рассказал.       Леголас сомневался, что Араэль рассказал Бреголиену что-то хорошее. Он попытался не обращать внимания на голос сумасшедшего, но это было невозможно. В темноте и тишине казалось, что он больше ничего не слышит, кроме этого шепота.       — Ты убил брата Саэльдура… О, я знаю, ты сделал это чтобы спасти его от орков. Но странно, что именно ты сделал тот роковой выстрел, когда Саэльдур и Аэрониэль тоже были там. Но Аэрониэль никогда не была таким хорошим стрелком, как ты. И сомневаюсь, что Саэльдур смог бы сделать этот выстрел. У него всегда дрожали руки в тяжелой ситуации.       Леголас попытался расслабиться. Пока Бреголиен будет болтать, то у него будет время чтобы придумать как сбежать.       — Ты помнишь наши упражнения, Леголас? Ты ненавидел их, но твоя рука никогда не дрожала. Я был впечатлен. Хотя Саэльдур… Что ж, я полагаю, он должен быть благодарен тебе за то, что ты сделал для Канднаура.       Леголас попытался отодвинуться, и Бреголиен рассмеялся.       — Ты нисколько не изменился, Леголас. Возможно, ты стал лучшим воином, но ты все еще ребенок.       Принц услышал, как Бреголиен поднялся на ноги.       — Я проверю, ушли ли твои друзья.

***

      Эрин Ласгален, цитадель короля эльфов       — Кое-чего я не понимаю, — сказал Арбелласон. — Почему Бреголиен написал Рошендилвен. Он должен был понимать, что она предупредит друзей о нем.       — Судя по тому, что он мне рассказал, Араэль наврал ему о действиях и мотивах лорда Мирона. Я так понимаю, у них не было много времени на разговоры. Бреголиен считал, что лучники были разочарованы моим решением сопровождать хоббита Фродо Бэггинса в его поисках…       — Ты покинул Лесное царство, — выпалил Араэль. — Ты командир лучников и отказался от своего долга перед королевством.       Леголас посмотрел на него.       — Уверяю тебя, мне тяжело далось это решение.       — И ты, Араэль, — холодно сказала Эллаурэ, — и твои союзники осуждали Леголаса в прошлом. Вы говорили, что Леголаса не должно быть здесь, когда наступит последний бой. Разве не так?       — Мы знали, что это должно произойти. Но я не думал, что это произойдет, только потому что Леголас испугается своего долга.       Даже Норгалад не попался на эту приманку. Он не любил Леголаса, но уважал воинов, которые защищали королевство.       — Даже если я и должен чувствовать вину за то что меня здесь не было, Араэль, это было бы не из-за твоих прошлых обвинений. Я знал, что Саэльдур сможет командовать лучниками в мое отсутствие. У меня были другие обязанности.       — Более важные обязанности, чем перед твоим королевством?       — Ты правда думаешь, — сказал Арбелласон прежде чем Леголас успел ответить, — что принц Леголас боялся своих обязанностей здесь? И чтобы избежать их, он согласился сопровождать хранителя кольца через Морию, сталкнулся с Балрогом, сразился с армиями Саурона и его союзниками на Пеленнорских полях и вступил в битву перед Черными воротами? Ты не настолько глуп, Араэль. Мелда и твой отец неверно истолковали отрывок подслушанного разговора. Так что перестань тратить время суда зря. Если ты хочешь поговорить, то расскажи нам в чем заключалась твоя истинная цель.       Араэль сжал губы и отвел взгляд.       — Бреголиен всегда надеялся вовлечь Рошендилвен в свои планы, — продолжил Леголас. — Думаю, он по-своему любил ее.       — Позже мы сможем побеспокоиться о мотивах Бреголиена, — сказал король усталым тоном. — Я уверен, что у него был какой-то мерзкий план, о котором нам всем лучше забыть. Продолжай рассказ, Леголас.

***

      Итилиэн, недалеко от поселения эльфов       Бреголиен быстро вернулся. Он не закрыл люк полностью, и в подвал проник тусклый луч света, благодаря которому Леголас мог видеть его лицо. Глаза темного эльфа блестели каким-то сумасшествием.       — Твоих друзей больше нет в башне, — сказал он, — но подозреваю, что они все еще в лесу поблизости, ищут тебя. Почему-то, ты вызываешь верность, Леголас. Но не у всех.       Принц пошевелил запястьями, и что-то острое кольнуло руку, возможно, это был гвоздь или зазубренный край камня. Он поблагодарил Валар за то, что все еще находится в тени подвала, и Бреголиен не видит его действий.       — Мы пока не можем уйти. Я знаю, что деревья всегда пытаются прийти тебе на помощь. Нам нужно будет найти способ направить твоих друзей куда-нибудь подальше. — Бреголиен внимательно посмотрел на него. — Мне нужно поговорить с тобой, поэтому я собираюсь снять кляп. Но если ты хотя бы попытаешься позвать на помощь, я тебя убью.       Леголас чуть не закатил глаза, прежде чем напомнил себе, что нет смысла злить сумасшедшего.       Бреголиен вынул нож и грубо срезал кляп.       — Ты так уверен, что сюда никто не вернется? — спросил Леголас. — Ты оставил дверь открытой.       — Я услышу твоих друзей задолго до того, как они заметят дверь в подвал. Я должен отправить сообщение, а затем закрою люк.       — Какое сообщение?       Бреголиен посмотрел на него и пожал плечами.       — Думаю, я могут тебе все рассказать. Ты и так скоро все узнаешь. У меня был план, который теперь придётся изменить, так как я неверно оценил реакцию сестры на мое письмо. Я собирался отвезти тебя к Араэлю. Но к сожалению, сейчас я не могу это сделать. Так что теперь ему придется приехать сюда.       По крайней мере, это даст Леголасу время, чтобы придумать план побега.       — Мы будем сидеть здесь, пока твое сообщение не достигнет Эрин Ласгалена, и пока Араэль не сможет сюда добраться?       — Араэль будет поблизости. Он намеревался уехать из Эрин Ласгален вскоре после меня. Я надеялся отвезти тебя в Минас Тирит…       — В Минас Тирит? Ты стал самоуверенным, если подумал, что сможешь удержать меня там.       — Да, я знаю, что этот мальчишка теперь король, а дочь Элронда стала королевой. Леди Ундомиэль всегда любила тебя, и Араэль сказал мне, что король Элессар тоже. И что из этого? Этот город — настоящий муравейник. Торговцы и фермеры постоянно входят и выходят из города с мешками провизии и товарами на продажу. Кто обратит внимание на еще одного человека с мешком зерна на лошади? А остальное сделать было бы намного проще в Минас Тирите… Тем не менее, я могу все сделать и здесь.       - Что сделать? — спросил настороженно Леголас.       — Араэль сказал мне, что его отца убили, и имя убийцы скрывается в течение многих лет. — Бреголиен улыбнулся. — Я могу понять его разочарование, хотя должен сказать, что Араэль плохо провел расследование. Я так понимаю, он просто приставал к Саэльдуру с вопросами.       Леголас не удосужился ответить. Бреголиен задумчиво постучал ножом по подбородку.       — Он предложил освободить меня, если я получу для него ответ. Я могу пригрозить убить тебя, если ты не скажешь мне, кто убил лорда Мирона, но мы оба знаем, что ты все равно умрешь.       — Тогда какой смысл в вопросах?       — Ты, должно быть, уже догадался, что это я сказал Араэлю, что видел Канднаура в Дол Гулдуре.       — Очередная твоя ложь?       — Я не знаю наверняка. Я видел многих замученных эльфов в Дол Гулдуре. Некоторые уже стали служить Саурону. Их нельзя было узнать. Возможно, одним из них был Канднаур.       Леголас усмехнулся, и Бреголиен пожал плечами.       — Да, я знаю, что вряд ли там был Канднаур. Но мы можем пожертвовать правдой ради большего дела, в данном случае ради истины. Араэль сказал, что намека о Канднауре схватит, чтобы уговорить Саэльдура помочь нам. И вот ты здесь, значит все получилось. И когда Араэль доберется сюда, ты расскажешь нам, кто убил его отца.       — Я ничего тебе не скажу, — выплюнул Леголас.       — Вот тут ты ошибаешься, — промурлыкал Бреголиен, поцарапав кончиком ножа шею Леголаса. — Возможно, я не видел Канднаура, но я и правда был в Дол Гулдуре. Я был и в других подобных местах. К тому времени, когда я закончу с тобой, ты с радостью расскажешь мне все, что я захочу узнать в обмен на быструю смерть.       Бреголиен резко отстранился и поднялся на ноги.       — Но сначала я должен послать сообщение Араэлю. Он хотел сам присутствовать при допросе, чтобы убедиться, что ты говоришь правду. Я предупредил его, что от подобного зрелища ему может стать плохо, но… Мы увидим, насколько он храбр.       Он открыл дверь люка и вылез из подвала.

***

      Эрин Ласгален, цитадель короля эльфов       Кровь в жилах Саэльдура превратились в лед, и его затошнило.       Все было для того, чтобы узнать, кто убил Мирона?       Саэльдур всегда знал, что Араэль считает Леголаса ответственным за смерть отца. Но он даже представить не мог на что он пойдет, чтобы выяснить, кто нанес смертельный удар.       Эллаурэ задала Леголасу вопрос о том, как Бреголиен убедил птицу передать сообщение, но Саэльдура это не волновало. Он знал, что члены Совета должны все услышать, но его удивляло, что Эллаурэ может сосредоточиться на таких незначительных деталях, а не на том факте, что Бреголиен намеревался пытать Леголаса ради информации. Пытать Леголаса, как пытали эльфов в Дол Гулдуре.       — Пожалуйста, скажи мне, что он не делал этого с тобой, — прошептал Саэльдур.       Он едва мог шептать, но Леголас и Эллаурэ все равно его услышали. Эллаурэ замолчала, позволяя принцу ответить. Возможно, ей тоже нужно было это услышать.       — Он ничего не сделал, — тихо ответил Леголас. — В любом случае Араэль так до нас и не добрался. Эстель перехватил его около Минас Тирита.       Саэльдур никогда еще не был так благодарен этому человеку, как сейчас. Он посмотрел на Араэля, который слишком внимательно наблюдал за Леголасом.       — Все это было для того, чтобы выяснить кто убил твоего отца?       Араэль пытался сделать вид, что его не волнует вопрос, но в голосе была печаль.       — Я не знаю, кто убил его, но знаю, почему он был убит. Он был убит, чтобы Леголас мог жить. Я хотел добиться справедливости в отношении его убийцы. Если нет… То по крайней мере, я мог бы устранить причину его смерти. Этого было бы недостаточно, но это было хотя бы кое-что.       — Не Леголас стал причиной смерти твоего отца, — резко сказал Арбелласон. — Мирон сам виноват в своей смерти, когда пытался убить Леголаса. Если бы он этого не сделал, он был бы жив сегодня.       — Если бы кто-то не оценил жизнь Леголаса дороже, чем жизнь моего отца, он был бы жив сегодня!       — Если бы ты спросил меня...— начал Саэльдур, но резко замолчал.       — Я спрашивал тебя! — огрызнулся Араэль. — Ты сказал мне, что не знаешь.       — Я солгал.       — Саэльдур, — вмешался Леголас, — в этом нет необходимости…       — Есть. Это не стоит твоей жизни или того, что Бреголиен намеревался сделать с тобой. Я не осмеливался говорить все это время. Но если бы я знал к чему приведёт мое молчание, то сказал бы ему. Если бы я знал, что он дойдет до такого, и что все закончится вот этим…       — Я понимаю. Но все кончено. Нет необходимости вдаваться в подробности.       — Как я могу теперь молчать? — Саэльдур повернулся к Араэлю, который смотрел на него с очень странным выражением лица, как будто только что понял, о чем шла речь. Все остальные молчали. — Ты хочешь знать, кто убил твоего отца? Я скажу тебе. Я убил твоего отца.       — Ты? — прошипел Араэль.       — Да.       — Ты убил его?       — Он приставил нож к горлу Леголаса. Да, я убил его. и сделал бы это снова.       — Ради Леголаса? Ради эльфа, который виноват в смерти твоего брата?       — Араэль, — рявкнула Элларуэ. — Достаточно. — Она посмотрела на Трандуила, который слегка кивнул в ответ. — Я думаю, что в данных обстоятельствах тебе нужно время, чтобы прийти в себя. Твое горе по отцу не уменьшает тяжести твоих преступлений. То, что ты был готов пытать кого угодно, не говоря уже об эльфе и нашем принце, для информации, отвратительно. Тем не менее, мы дадим тебе время, хотя ты этого и не заслуживаешь. — Она посмотрела на охранников, ожидающих у двери. — Отведите его домой. Охраняйте двери и окна, но позвольте ему поговорить с его матерью, если он желает.       — Суд продолжиться утром, — сказал король. — Все свободны.       Когда все эльфы двинулись к выходу из комнаты, Саэльдур бросил взгляд на Леголаса. Он не мог сказать о чем думал друг. Даже если он размышлял о том, что он страдал из-за трусости Саэльдура, он этого никак не показывал.       Но Саэльдур мог думать только о ночи столетия назад, когда Леголас дрожащим голосом признался ему, как сильно он боялся снова оказаться в руках Бреголиена.       — Леголас, — прошептал Саэльдур так тихо, чтобы никто, кроме них двоих, не мог услышать, — скажи, что ты рассказал бы все Бреголиену, прежде чем он причинил бы тебе еще больше боли.       — Он все равно не собирался оставлять меня в живых, — тихо ответил Леголас. — И я дал тебе обещание.