Dusk / Сумерки

      Эрин Ласгален, цитадель короля эльфов       Леголас почти не спал ночью и встал с кровати еще до рассвета. Он машинально оделся и пошел в гостиную за книгой, хотя сомневался что сможет его отвлечься. Он только сел в кресло, как дверь открылась и его отец вошел в комнату.       — Я так и думал, что ты уже встал, — сказал король. — Ты вообще спал?       — Немного, — признался Леголас.       — Все скоро закончится. И я хочу кое-что обсудить с тобой. Я не сомневаюсь, что суд признает Араэля виновным. Но Саэльдур… Он, конечно, виновен в халатности, но не думаю, что он виновен в чем-то еще. А ты?       Леголас с тоской посмотрел на кувшин с вином, но решил что еще слишком рано, чтобы пить.       — Я тоже так не думаю. Это была ошибка. Но если он действительно считает меня ответственным за смерть Канднаура… Это только между нами. Больше это никого не касается.       Трандуил внимательно на него посмотрел, словно хотел что-то сказать, но все же промолчал. И Леголас был благодарен за это. Смерть Канднаура и злость Саэльдура были слишком тяжелыми темами, и он не хотел ни с кем их обсуждать, даже с отцом.       — Ошибка такого масштаба — это серьезное дело. Думаю, не стоит добавлять что-то еще, — сказал король. — Хотя это ставит под сомнения его пригодность как воина. Мы обсудим, каким будет приговор Араэлю, когда придет время. Я хотел бы услышать твое мнение по этому поводу за пределами зала Совета. Но Саэльдур… Я могу высказать свое мнение, если хочешь, но решать тебе, Леголас. Уже несколько лет Саэльдур не живет в Лесном Царстве, поэтому решение за тобой.       — Его судят в зале твоего суда.       — Я могу изгнать его, — пожал плечами Трандуил. — Только какой в этом толк? Я не могу прогнать его из Средиземья за то, что он сделал. В лучшем случае я мог бы изгнать его из Эрин Ласгалена за его ошибку, но он может поехать в Гондор, хотя и там ему вряд ли будут рады. И Саэльдура очень мало заботит мой приговор и совсем не интересует мнение Элессара.       — Элладан и Элрохир сказали то же самое.       — Саэльдур всегда был предан тебе. Именно поэтому он был таким хорошим заместителем. Но теперь это означает, что ответственность за приговор ляжет на твои плечи.       — Я не знаю, что делать, — в отчаянии прошептал Леголас.       — У тебя всегда было сердце твоей матери, — мягко сказал Трандуил. — Она была милосердной, но также могла быть суровой, когда того требовал случай. Ты был слишком молод и не помнишь, но иногда Совет боялся ее больше, чем меня. Доверяй своим инстинктам. Они не подведут тебя.

***

      Эрин Ласгален, цитадель короля эльфов       Прежде чем Эллаурэ успевала начать заседание, Трандуил поднялся с кресла.       В комнате мгновенно наступила тишина. Король эльфов вызывал уважение и в лучшие времена, а сейчас, учитывая происходящее, никто не хотел испытывать его гнев.       — Королевская гвардия довела до моего сведения, — сказал он тихим голосом, но его слова доносиоись до каждого угла большой комнаты, — что хотя Араэль и Амартиэль помогли Бреголиену сбежать, в прошлом и другие члены моего двора участвовали в заговорах против Леголаса. Как бы мне ни хотелось верить, что это ложь, я не сомневаюсь в королевской гвардии. Если сейчас здесь присутствуют такие эльфы, я призываю их прийти ко мне в кабинет сегодня вечером и признаться. Если они сдадутся добровольно, я буду снисходителен. Леди Эллаурэ, вы можете продолжать.       — Подожди, Эллаурэ, — вставил Норгалад. Саэльдур не мог сдержать улыбки, видя Леголас закатил глаза глядя на старшего эльфа. — Саэльдур, прости за вопрос, но я должен спросить. Как долго это продолжается?       — Что именно? — удивленно спросил Саэльдур.       — Как долго вы с Араэлем составляли заговор с целью убить Леголаса? О, хорошо, я уточню вопрос, — раздраженно воскликнул он, когда Саэльдур открыл рот, чтобы возразить. — Как долго ты пытался спасти жизнь Леголаса с помощью глупых и излишне сложных средств?       — Араэль и Мирон впервые поговорили со мной после смерти Канднаура, — сказал Саэльдур покраснев от стыда, — на следующий день после его смерти. И…       — После смерти Канднаура, — повторил Норгалад, перебивая его. — В интересах суда, позвольте мне убедиться, что я хорошо все понимаю. Ты был вовлечен в это безумие с тех пор, как умер Канднаур. Ты был готов рисковать жизнью Леголаса веря в свою сообразительность. С тех пор, как умер Канднаур?       Прежде чем Саэльдур успел ответить, вмешался Араэль.       — Я могу все объяснить, лорд Норгалад. Задолго до того, как мой отец заговорил с Саэльдуром, он поговорил с Канднауром по той же теме.       — Нет, — прошипела Селефиндет, и Саэльдур вздрогнул.       — Я не лгу, леди Селефиндет. Какое бы преступление вы ни приписали мне, Канднаур был виновен в том же самом. Вы должны смириться с этим.       — Ты лжешь, — рявкнула Селефиндет.       Но Саэльдур помнил день, много лет назад, и подозрительный шепот, который он выбросил из головы, потому что не хотел верить, что его мертвый брат виновен в измене.       — Не волнуйтесь, миледи, — спокойно сказал Леголас, при этом обнадеживающе покосившись на Саэльдура. — Он лжет. Да, лорд Мирон говорил с Канднауром, хотя, думаю, не так открыто как он позже поговорил с Саэльдуром. Даже лорд Мирон был тогда осмотрительным. Канднаур не имел к заговору никакого отношения. Лорд Мирон никогда больше не заговаривал с ним на эту тему. Думаю без поддержки Канднаура не было никакого смысла строить дальнейшие планы.       — Откуда ты все это знаешь? — спросил сердито Араэль.       — Я знаю, потому что мне сказал Канднаур.       На Саэльдура накатила волна тошноты. Он должен был почувствовать облегчение оттого, что его брат не был предателем, но все это означало, что Канднаур был намного умнее его.       — И ты никому не сказал? — усмехнулся Араэль. — Ты ожидаешь, что я поверю в это?       — А нечего было рассказывать. Как я уже сказал, даже твой отец был более осмотрительным с Канднауром. Он намекнул, что Канднаур будет лучшим наследником, чем я. Канднаур посмеялся над ним, и на этом все закончилось. Твой отец на сказал ничего, за его можно было обвинить в измене. Он далеко не единственный эльф, которому я не нравлюсь. Канднаур рассказал мне все, потому что не хотел, чтобы я услышал это от кого-то другого. Не думаю, что он вообще об этом задумывался.       — Итак, Канднаур рассказал тебе пустую сплетню. И все же Саэльдур, который знал тебя намного лучше, твой заместитель, не мог доверить тебе ту же информацию. И он был прав. Я полагаю, ты понял, что Канднаур представлял для тебя угрозу, и вот почему ты…       — Хватит! — рявкнула Эллаурэ. — Леголас, продолжай. Ты сказал, что Бреголиен отправился выяснить что за шум был наверху.

***

      Итилиэн, недалеко от поселения эльфов       Леголас с облегчением понял, что ему нужно еще несколько минут чтобы освободить руки. Меч людей все еще валялся неподалеку. Если он сможет добраться до него, даже в темноте, он смог бы выбраться из этой ситуации.       Дверь открылась, и Бреголиен спустился в подвал. Если бы у Леголаса было оружие…       — Араэль уже в пути, — сказал Бреголиен. Его глаза блестели безумием. Он вонзил острие меча Леголасу в ребра, и по тунике потекла струйка крови. — Ты знаешь, что еще он сказал? — Бреголиен опустился на колени перед принцем, надавив коленом на живот Леголаса. — Саэльдур с ним. Похоже, он тоже хочет видеть тебя мертвым. Каким же глупым ты должен себя чувствовать, полагаясь на недостойных.       Даже если бы Бреголиен не держал его за горло, Леголас не удосужился бы ответить.       — Он будет смотреть, как ты умрешь, — пропел Бреголиен. — И Канднаур наконец будет отомщен. Это твой последний шанс, Леголас. Скажи мне, кто убил Мирона, и я убью тебя быстро. Откажешься, и я заставлю тебя умолять о быстрой смерти.       Внезапно, веревка на руках Леголаса оборвалась. Он высвободил руки и дернулся вперед. Бреголиен, не ожидая этого, потерял равновесие. Принц пнул его и откатился в сторону. Моргульский клинок был в пределах досягаемости, но Леголас вскочил на ноги и бросился туда, где лежал второй меч. Люк все еще был открыт, но свет не доходил до всех углов подвала.       — Думал, что сможешь сбежать от меня?       Бреголиен прыгнул вперед. Леголас отступил в сторону, ударившись раненой рукой о стену. Боль пронзила плечо, но он стиснул зубы, избегая еще одного удара.       — Ты думаешь, что сможешь сбежать от нас троих? Скоро тебя превзойдут численностью. Думаю, ты победишь Араэля, он никогда не был хорошим воином. Но как насчет Саэльдура? Будешь сражаться с другом? — Бреголиен шагнул вперед, отталкивая Леголаса к стене. — Хотя ты уже убил его брата. Так что возможно, тебе легко будет убить другого эльфа.       Леголас посмотрел на луч света, проникающий в подвал. Он должен был выбраться отсюда, но Бреголиен преграждал путь к люку.       — Ты умрешь, — прошипел Бреголиен.       Внезапно рванув вперед, он схватил Леголаса за раненую руку и дернул к себе, одновременно ударив ногой по колену.       Принц вздрогнул и упал, и его рука ударилась о рукоять меча, сделанного людьми.       Бреголиен провел мечом по груди принца, нанеся глубокую, но не смертельную рану. Леголасу удалось поднять брошенный меч и парировать новый удар, затем он вскочил на ноги. А через секунду он нырнул к люку, прежде чем Бреголиен смог его остановить.       Леголас моргнул от яркого света, и понял, что находится за разрушенной башней. Хотя на его тунике была кровь, он почувствовал прилив надежды. Он был жив и вооружен. А значит мог выиграть бой.

***

      Эрин Ласгален, цитадель короля эльфов       — Подожди, — сказал Норгалад. — Бреголиен пошел за тобой?       — Да, лорд Норгалад.       — Он вообще искал Араэля и Саэльдура? Заметил ли он их отсутствие?       — Не думаю, что он ожидал, что они приедут так скоро. Прошло всего несколько минут с тех пор, как он получил письмо.       — А ты не задавался вопросом, почему их там не было? Ты понял, что это уловка твоих друзей? Или ты думал, что Бреголиен солгал?       — Я совсем не думал об этом, лорд Норгалад, — пожал плечами Леголас. — Меня больше волновал бой с Бреголиеном.       — Продолжай, — кивнул Норгалад.       Саэльдур не понимал, почему он вообще перебивал.

***

      Итилиэн, недалеко от поселения эльфов       Леголас предпочел бы свой лук или ножи, но он мог защищаться и мечом сделанным людьми. Он почти не замечал боли в руке и боку. Когда-то Бреголиен был прекрасным фехтовальщиком и, возможно, все еще мог победить большинство противников.       Но пока Бреголиен сидел в темнице, Леголас веками тренировался и сражался с силами Дол Гулдура. И после победы над Врагом в Итилиэне эльфы придерживались обычного графика тренировок, хотя и не столь строго как раньше. Они не могли расслабиться, потому что необходимо было защититься от приспешников Саурона, переживших падение Мордора.       Бреголиен до сих пор был прекрасным фехтовальщиком, но у Леголаса были прекрасные рефлексы. И если бы травмы не замедляли его, все было бы уже позади.       — Ты стал лучше, — прошипел Бреголиен, делая внезапный выпад, и Леголас отступил назад. — Но у тебя все еще нет желания победить. Если бы ты хотел меня одолеть, то взял бы лучший меч, вместо меча людей, он недостоин синдаринского принца.       Леголас не стал тратить время и силы на ответ.       — Ты сомневаешься когда следует нанести удар. Ты слаб.       Леголас не слушал его, сосредоточившись только на тусклом сиянии клинков в вечернем солнечном свете и звона мечей. Он беспокоился, что его меч, который так долго пролежал в разрушенной башне, не выдержит такого боя. Леголас чувствовал это по вибрации при каждом ударе, лезвие уже треснуло в нескольких местах. Еще несколько сильных ударов и меч сломается.

***

      Эрин Ласгален, цитадель короля эльфов       — Спасибо, Леголас. Пожалуйста, присядь. Думаю, пока достаточно.       Сейчас Леголас был спокойнее, чем вчера, но Эллаурэ не хотела рисковать. Она ободряюще кивнула, когда Леголас заколебался, но потом он все же вернулся на свое место справа от короля.       Сначала Эллаурэ хотела снова вызвать Элладана, но передумав, подошла к Трандуилу. Они тихо заговорили, через минуту Мидаэр встала со своего места и присоединилась к ним.       — Рошендилвен, — позвала Эллаурэ, возвращаясь на середину комнаты.       Рошендилвен явно не ожидала такого поворота событий, но спокойно вышла вперед.       — Леди Мидаэр думает, что тебе будет полезно рассказать о случившемся, — сказал Эллаурэ. — Однако не только ты там присутствовала. Другие могут дать те же показания, что и ты, в том числе сыновья Элронда и стража принца. Мы не будем принуждать тебя. Выбор за тобой.       — Я хочу все рассказать, миледи, — сразу же ответила Рошендилвен.       — Очень хорошо, — сказала Эллаурэ, убирая волосы с лица. Этот жест доказывал, что она не была такой спокойной как обычно. — Ты знала, что Аэрониэль отправила Бреголиену фальшивое письмо?       — Нет, мы понятия не имели об этом. К счастью, птица, которая передала ему письмо, нашла нас потом.

***

      Итилиэн, недалеко от поселения эльфов       Именно к Рошендилвен подлетел маленький рыжий щегол. Он приземлился на ветку перед ней и возбужденно защебетал.       — Ты знаешь, где он? — спросила Рошендилвен в шоке.       Деревья и птицы в Итилиэне, особенно в этой части леса, все еще не совсем оправились от зла Мордора, и не могли говорить или даже повторять песню Арды так же свободно, как обитатели Лесного Царства. Но щегол, отлетел на несколько шагов и тут же вернулся, нетерпеливо взмахивая желтыми крыльями.       — Ты хочешь, чтобы мы следовали за тобой? — она резко свистнула, подзывая всех эльфов к себе. Лучники сразу же подошли, вместе с Эредионом и Воронве. Элладан и Элрохир поспешили присоединиться к ним. — Веди, мы пойдем за тобой, — сказала птице Рошендилвен.       Щегол взлетел и приземлился на дерево в нескольких футах от нее, ожидая, пока Рошендилвен догонит ее, а потом снова взлетел. Рошендилвен не сводила глаз с алой головы птицы, даже не беспокоясь о том, идут ли за ней лучники.       — Он жив? — выдохнула она, прыгнув на очередную ветку. — Ты видел его?       Птица склонила голову и защебетала, это могло означать что угодно, но она не казалась опечаленной. И в душе Рошендилвен затеплилась надежда.

***

      Эрин Ласгален, цитадель короля эльфов       — Значит, ты думала, — сказал Норгалад, — что Леголас мог быть мертв?       Саэльдур так и не понял в чем суть сегодняшних вопросов Норгалада.       — Я не знала, что и думать, — ответила Рошендилвен. — Мы не нашли никаких следов Леголаса или Бреголиена. Деревья были сбиты с толку, и это только доказывало сколько нам предстоит работы в этой части леса. Они не понимали, что происходит и были напуганы. И это пугало меня.       — Тогда ты должна понимать мои чувства, когда умер мой отец, — сказал Араэль.       — Что ты чувствовал, когда умер твой отец? — с яростью переспросила Рошендилвен. — Думаешь, что ты единственный, кто потерял родителя? Я потеряла мать. Как и Леголас. Многие другие эльфы, которые сейчас находятся в суде, потеряли родителей, или, что еще хуже, ребенка. Царство находилось в состоянии войны много веков, Араэль. Но мы все равно не планировали измену сидя в безопасности крепости, а сражались в битвах.       — Мой отец не погиб в бою!       — Моя мать тоже. как и королева.       — Нет, твою мать и королеву убил твой брат. Сомневаюсь что ты поймешь мое горе.       — Ты смело говоришь такие вещи, хотя тебя судят по обвинению в измене. Если на твоих руках нет эльфийской крови, то это произошло не благодаря твоему милосердию. Ты не горевал о потере родителя, ты размышлял над местью, пока убийство и пытки не стали единственными мыслями в твоем мстительном разуме. Я видела, как Леголас проявлял милосердие к тем, кто причинил ему вред. Если бы в тебе была хоть капля…       — Рошендилвен, хватит, — перебила Эллаурэ. — Лорд Норгалад, что вы хотите добиться свои вопросом?       — Это был всего лишь вопрос, — ответил Норгалад. — Я хочу понять суть происходящего.       — Значит мы можем продолжить. Рошендилвен, продолжай.

***

      Итилиэн, недалеко от поселения эльфов       Рошендилвен, Элладан и Элрохир одновременно остановились на краю поляны, пытаясь понять что делать, не отвлекая Леголаса.       Он сражался с Бреголиеном мечом, который не был таким крепким, как эльфийский клинок. Туника принца была в крови, и он не двигался так быстро, как обычно.       Они должны были что-то сделать. Рошендилвен могла попытаться выстрелить отсюда, но могла попасть в Леголаса. И она могла убить Бреголиена вместо того, чтобы просто вывести его из строя. Она не знала, хватит ли у нее смелости убить брата, что бы он ни сделал.       Она почувствовала, как Воронве попытался пройти мимо нее, но Элладан быстро схватил его и прижал к дереву.       — Ты сошел с ума? — тихо прошипел Воронве, также не желая отвлекать Леголаса. — Я собираюсь положить этому конец.       — Нет, — резко прошептал Элладан. — Пусть с этим справится Леголас.       — Но…       — Ему нужно это сделать, — настаивал Элладан, — чтобы Бреголиен не стал призраком, который будет преследовать его всю оставшуюся жизнь. Леголас уже не ребенок.       — Если бы у него было его оружие…       Как будто в ответ на слова Воронве последний сильный удар Бреголиена разбил меч Леголаса. Принц бросил осколки на землю и попятился к дереву, когда Бреголиен двинулся на него. Бреголиен сделал выпад и Леголас хотел отпрыгнуть назад, но позади него было дерево. Острие меча вошло ему в плечо.       Рошендилвен собиралась достать свой лук, но вместо него схватила ножи.       — Что ты делаешь? — спросил Эредион.       Мысленно извинившись перед деревом позади Леголаса, она метнула ножи со смертоносной точностью. Они вонзились в ствол в дюймах от рук Леголаса.       Принц на мгновение взглянул в ее сторону, затем вытащил ножи одним плавным движением.       Теперь, когда они заявили о своем присутствии, Рошендилвен, Эредион, Воронве, Элладан и Элрохир поспешили ближе, а за ними и остальная часть отряда. Они не собирались вмешиваться, если только дело не выйдет из-под контроля.       С оружием созданным в Эрин Ласгалене, Леголас внезапно стал гораздо лучше драться.       Из-за раны он был медленнее, чем обычно, но достаточно быстр, чтобы выбить меч из руки Бреголиена и повалить его на землю.       Прежде чем Бреголиен успел двинуться с места, один нож оказался у его горла, а другой впился в его руку, когда он попытался дотянуться до своегг меча.       — Да, сделай это, — сказал Бреголиен Леголасу. Каким бы ни был добрым когда-то брат Рошендилвен, сейчас он был совершенно безумен. — Сделай это. Убей меня. Тогда все узнают, что ты убийца.       Рошендилвен не знала, устояла бы она перед искушением на месте Леголаса.       — Это не должно так заканчиваться, — сказал принц. — Ты в меньшинстве, Бреголиен. Сдавайся и тебя ждет справедливый суд.       — Справедливый суд? Среди тех, кто ненавидит меня? Спасибо за доброту, ваше высочество. — Бреголиен посмотрел на окружающих его эльфов, и в глазах у него блеснул хитрый огонек. — А где Саэльдур? Его нет среди тех кто пришел тебя спасать. Похоже, Араэль был прав. Он хочет твоей смерти.       Леголас коротко кивнул Эредиону. Стражи принца покинули группу лучников, и встали по обе стороны от Бреголиена с ножами наготове.       — Что нам с ним делать? — спросил Воронве.

***

      Эрин Ласгален, цитадель короля эльфов       Рошендилвен глубоко вздохнула и сжала кулаки.       — Сядь, — неожиданно сказал Леголас. — Я расскажу остальное.       — Леголас, в этом нет необходимости…       — Есть, — сказал принц. Он говорил спокойным тоном, но что- то в его голосе предупредило Саэльдура, что это он не долго будет спокойным. — Суд имеет право услышать это от меня. Сядь.       Выдохнув с облегчением, Рошендилвен подчинилась, и заняло свое место.       Леголас вышел на середину комнаты. Саэльдур хотел как-то его поддержать, но Леголас не смотрел на него, он вообще ни на кого не смотрел.

***

      Итилиэн, недалеко от поселения эльфов       — Свяжите его, — сказал Леголас Эредиону и Воронве. — Мы отвезем его в Эрин Ласгален. Он был пленником короля до того, как сбежал. Так что король будет решать, что с ним делать.       Опустив ножи, Леголас отвернулся. Но едва он сделал пару шагов, как Рошендилвен выкрикнула его имя. Он резко обернулся, подняв ножи.       Эредион лежал на спине, прижимая руку в ране на плече. Забрав у Эредиона нож, Бреголиен прыгнул на Леголаса. У принца не было времени пошевелиться или отступить. Он инстинктивно поднял оружие, и Бреголиен упал на его ножи. Но Бреголиен успел вонзить нож в грудь Леголаса.       Рошендилвен снова закричала, и Леголас не понял кого она звала.       А потом, к счастью, кто-то утащил его в тень дуба и опустил на землю. Леголас взглянул на встревоженное лицо Элрохира.       — Дай мне посмотреть, — приказал Элрохир, расстегивая тунику Леголаса.       — Это… Бреголиен… он…       — Элладан его проверит. Мы спасем его, если сможем, хотя он этого не заслуживает. Но если он мертв, ты не должен чувствовать вину за это. Ты дал ему возможность сохранить жизнь, но он отказался от нее, решив убить тебя.       Леголас прислонился к дереву и увидел как Элладан встал, покачивая головой. Значит, Бреголиен мертв.       Принц зажмурился, стараясь сдержать слезы. Сейчас он не мог поддаться своим эмоциям. Элрохир был прав, ведь если Бреголиен не попытался бы его убить, то остался бы жив. Он мог столкнуться с гневом короля, что было бы ужасающей перспективой для любого, кто пытался отнять жизнь Леголаса.       Но он был бы жив.       Он посмотрел на Рошендилвен, но она не сводила глаз с неподвижного тела брата. Потом она вырвалась из оцепенения и поспешила к Леголасу. Рошендилвен села так, чтобы принц не мог видеть Бреголиена.       — Как он? — с тревогой спросила она Элрохира.       — К счастью, — сказал тот мрачным голосом, — рана не смертельная. Пройдет несколько дней, прежде чем он сможет нормально двигать рукой. И мне придется наложить несколько швов.       — Эльберет Гилтониэль, — выдохнула Рошендилвен с таким видом, словно она вот-вот расплачется. Она отвернулась на мгновение, закрыв глаза, а потом сжала руку Леголаса. — Не смей чувствовать себя виноватым, — пылко сказала она. — Ты бы пощадил его, если бы мог, но Бреголиена уже нельзя было спасти.       — Мы с Эредионом похороним его, — сказал Воронве, появившись за плечом Рошендилвен. — Элрохир, как скоро мы сможем выехать обратно? Возможно, Саурона уничтожили, но я смогу успокоиться только когда мы уберемся отсюда.       — Я бы не советовал двигать Леголаса в течение нескольких часов, но ты прав. Зло врага все еще отравляет эту землю. Мы с Элладаном посадим его на лошадь, и один из нас поедет с ним.