connected in the deep.

26 апреля 2021 Тело было найдено прошлой ночью в доме жертвы. Его семьи в это время не было дома. В настоящее время полиция не может раскрывать детали, но они подтвердили, что жертва была убита. Также нам стало известно, что погибший был сорокасемилетним учителем. У него остались жена и двое детей. Убийство сорокасемилетнего Майкла Гаррисона потрясло жителей города Эмпория. Соседи описывают погибшего как вежливого, доброго и любящего человека. Два дня назад неизвестный преступник проник в дом Гаррисона и с помощью ножа, взятого из кухни, убил отца двоих детей. Нападавший забрал только ноутбук, хотя была возможность забрать более ценные вещи. Причина, по которой неизвестный забрал только ноутбук, остается загадкой. Жена Майкла Гаррисона сказала, что он использовал его только для работы и никаких других секретов там не было. Завтра в Старшей Школе Эмпории состоится вечер памяти Майкла. Мы просим всех зажечь свечу и отдать дань уважения ему и его семье. «Я уже миллион раз говорил вам, у нас нет новых зацепок. Следствие находится в тупике. Нет четкого описания убийцы, нет явного мотива, нет машины, используемой для побега, нет свидетелей, кроме пожилой женщины на углу улицы, единственными показаниями которой было то, что убийца был здесь между пятью и шестью часами, полностью в чёрной одежде. Джулия, пожалуйста, больше никаких вопросов. Возвращайтесь к своей газете. Если мы что-нибудь найдём, я вам позвоню.» Коротких кадров местных новостей и фрагментов нечётких аудиозаписей, записанных журналисткой в разговоре с полицейским, было недостаточно, чтобы обнаружить какие-либо улики в убийстве Майкла Гаррисона. Дело зашло в тупик уже через день после начала расследования, и, если никто больше не выступит в роли убийцы или свидетеля, шансов на его раскрытие было мало. Сынмин перенес три файла в папку «zephyr» на своём ноутбуке и щелкнул по ней, чтобы убедиться в том, что они действительно там. Три новых файла присоединились к сотням другим файлам по разным делам. В один прекрасный день ему придётся приступить к созданию отдельных папок в «zephyr», чтобы всё стало более организованным. Когда-нибудь. Не сегодня. (Никогда, на самом деле.) — Сынмин! Ужин! — снизу донёсся голос его матери. Сынмин закрыл ноутбук и поставил его на стол, уже думая, что ещё он мог сделать для поиска дополнительной информации по делу Гаррисона. Может, ему стоило опять представиться журналистом, в прошлый раз это сработало. Хотя, он сомневался, что продвинется далеко; из аудиофайла было очевидно, что у полиции не было никаких зацепок. Внизу, его брат уже сидел за обеденным столом. Сынхун сидел, склонившись над деревянной поверхностью, не сводя глаз с телефона. Он смотрел фанкам своей любимой группы, покачивая головой под музыку. Сынхун поднял руку и, не поднимая головы, дал проходящему Сынмину «пять». На кухне его мать, Минхе, готовила жареный рис с кимчи, а это означало, что сегодня у неё была дополнительная смена в больнице. Она готовила жареный рис с кимчи только тогда, когда у неё не было достаточно времени, чтобы приготовить основное блюдо с несколькими гарнирами. Иногда Сынмин думал, что его мать была реинкарнацией шеф-повара, раз считала, что приём пищи всегда должен состоять из нескольких блюд. — О, Сынмин, достань тарелки, пожалуйста, — рассеянно сказала Минхе, в последний раз помешивая рис. Затем она перенесла его на стол и посыпала сверху петрушкой, — ладно, мальчики, налетайте. Их троица наслаждалась ужином и беседовала о прошедшем дне. Отец Сынмина, Ёнсок, до позднего вечера работал и обычно не успевал к ужину. Сынхун говорил о своём тесте по математике (который тот провалил) и Минхе пристыдила его за это, потому что знала, что сын не готовился должным образом. Сынмин же говорил о своей специализации — Уголовном Праве и тесте по преступлениям белых воротничков (который он сдал) и его мать также пристыдила его, но уже за то, что он слишком много времени проводил, увлечённо изучая различные преступления, что частично было правдой. С другой стороны, Сынмин твёрдо верил, что его интерес к раскрытым и нераскрытым делам был продолжением университетских занятий. Его мать так об этом не думала. — Моя смена начинается через полчаса, — сказала Минхе, — мальчики, вы помоете посуду? — Конечно, мам, — ответил Сынхун, зная, что Сынмин будет тем, кто займётся посудой. — И Сынмин, — сказала Минхе, кладя куртку поверх других своих вещей; она взяла ключи и улыбнулась старшему сыну, — не забудь, что Алехандро всё ещё наказан. Если я получу сообщение от Глории, где она скажет, что он ушёл, а потом я найду его в твоей комнате, ты также будешь наказан. Сынмин вздохнул. — Да, мам. Алехандро останется в своей комнате, а я в своей. — Хороший мальчик, — она на прощанье поцеловала сыновей и исчезла в ночи. — Я не скажу ничего маме, если ты займешься посудой, — сказал Сынхун, уже сидя на диване и смотря фанкамы. — Я всё равно собирался этим заняться, — сказал Сынмин, закатывая глаза; он был в хорошем настроении, поэтому быстро управился с посудой и чисткой остальных кухонных поверхностей. Это определённо вернёт ему расположение матери, по крайней мере, на несколько дней. Сынмин взял с собой бутылку газировки и, зайдя в свою комнату, закрылся внутри. Положив ноутбук на кровать и устроившись рядом, он начал просматривать файлы, которые скачал ранее. Если быть реалистом, он знал, что не было никакого шанса связать убийство Майкла Гаррисона с любым другим нераскрытым делом, что он нашёл. Но Сынмин был уверен, что они связаны. Некоторые люди испытывали подобные необъяснимые чувства, когда смотрели на два произведения искусства, не зная, что они написаны одним человеком. Это же и чувствовал Сынмин, пока просматривал свою коллекцию нераскрытых преступлений. Разумеется, без аспекта искусства. За прошедшие несколько месяцев Сынмин собрал определенное количество дел об убийствах со всего мира, некоторые из них были раскрыты (неправильно, по мнению Сынмина), но большинство из них было нераскрыто, убийца оставался неизвестным к этому дню. Некоторым из этих дел было больше пяти лет и с ними у Сынмина было ещё меньше связующих нитей, чем с более поздними. Зарубежные дела также были той ещё головной болью. Ему приходилось кропотливо переводить всё через Гугл-переводчик или просить своих иностранных одногруппников переводить что-то для него. Тем не менее, у него было достаточно информации, чтобы связать все случаи воедино. Он не был сумасшедшим. Они были убиты одним и тем же человеком, Сынмин был в этом уверен. Это всё началось шесть месяцев назад, когда Сынмин и Алехандро искали в интернете нераскрытые преступления, где никто так и не нашёл убийцу. Это означало поиск среди обычных дел об убийствах, что было практически безрезультатно, потому что людей в интернете не волновали дела, в которых не было каких-то загадок. Также дела должны быть довольно недавними, потому что, чем дольше дело оставалось нераскрытым, тем больше внимания оно привлекало. Таким образом они расследовали убийства, произошедшие не более шести недель назад в штате Калифорния. Хотя они отложили более дюжины потенциальных дел, убийство Эммета Дарвина выделялось из них больше всего. Эммет Дарвин был двадцатитрёхлетним студентом Стэнфорда, пока его не убили одной ночью, когда он возвращался домой с занятий. Свидетелей убийства не было, об убийце было известно ничтожно мало. Друзья Эммета и его одногруппники сказали полиции, что, в течение последних нескольких недель своей жизни, он был несколько отстранённым. Он больше не проводил много времени с соседями и чаще разговаривал сам с собой. Хотя это дало больше информации о его психическом состоянии, это не помогло полиции найти того, кто его убил и почему. Дело Эммета было первым, о котором узнал Сынмин. В тот момент, он не думал о возможной связи. Затем он узнал об Ивоне Белински, женщине из Чехии, которую одной ночью застрелили в собственных апартаментах. И после неё, Дауд, бездомный из Индонезии, которого забили до смерти. Франциско, Джозеф, Джорджина, Вера, Эббе, Костис, Карин, Петра и Клаус — все они были убиты таким же жестоким путём. Аислинг, Усама, Эмилия, Веасна, Рубен, Алла, Лираз и Аяан — все они погибли в автокатастрофах, которые иногда рассматривались как преднамеренное убийство, но часто просто преподносились как безответственное вождение. Эти двадцать человек присоединились к шестидесяти другим делам, что собрал Сынмин, и сейчас Майкл Гаррисон был восемьдесят первой жертвой. Он не был глупцом. У этих дел не было ничего общего. Там, где были свидетели, речь шла о разных людях: низкий мужчина, высокая женщина, белый, чёрный, латиноамериканец, азиат, рыжий, цветная одежда, тёмные худи. Также были разные орудия убийства. Очевидно, разные мотивы. И нет подписи. За исключением. За исключением того факта, что убийцы так и не были найдены, несмотря на все улики. Настоящие убийцы. Признания, полученные под давлением, что приводили дела в неверные места к аресту невиновных, но настоящий убийца всё ещё был где-то там. Никто, за исключением Сынмина, не верил, что эти дела связаны. Даже Алехандро, который определенно был более фанатичным по отношению ко всем нераскрытым убийствам. Конечно, за исключением папки zephyr. Это было личной одержимостью Сынмина. Ранее во время обучения, Сынми узнал, что в некоторых уголовных процессах не используются термины подозреваемые или жертвы, потому что они были слишком сложными, если в деле участвовало много людей. Так что для названия судебного разбирательства мог использоваться генератор слов, и это то, что сделал Сынмин. Zephyr — мягкий или нежный ветерок. Это было не самое подходящее название. В убийстве более восьмидесяти человек не было ничего мягкого. Стук в окно выдернул Сынмина из раздумий. Алехандро стоял на своём подоконнике, готовый прыгнуть к Сынмину. Он открыл окно и подхватил своего лучшего друга, когда тот это сделал. Когда-то это было опасно, и Сынмин предполагал, что это всё ещё опасно, но они так часто прыгали в комнаты друг друга, что мышечная память делала своё дело. — Не смогу остаться надолго, — сказал Алехандро, оказавшись в комнате, — мама оставила Изабель присматривать за мной. Она приходит каждые полчаса, чтобы убедиться, что я всё ещё в своей комнате. — Не попадись. Если твоя мама узнает, что ты здесь, моя также это узнает и тогда я буду наказан на следующий месяц. — Бедняжка, — сказал Алехандро без тени жалости в голосе. Он завалился на кровать Сынмина и повернул к себе ноутбук, пытаясь вспомнить, где он видел статьи про Майкла Гаррисона. — Сынмин, и куда ты думаешь это приведёт? — Они связаны! — сказал Сынмин, — мы говорили об этом, но я просто знаю, что они связаны. Алехандро открыл ещё три файла и повернул ноутбук, чтобы Сынмин мог также их увидеть. — Белинда Морган, погибла в автокатастрофе. Человек, ответственный за это, был осужден за непредумышленное убийство. Дело закрыто. Аяан Шакир был застрелен худой белой блондинкой на мотоцикле. Даан де Жонж был утоплен латиноамериканцем ростом под два метра, предположительно в результате пьяной драки. Ты видишь к чему я веду? Ничего из этого не связано. Перестань видеть то, чего нет. — Перестань смотреть так поверхностно и копни глубже! Может они не были убиты одним человеком, но определенно они были убиты одной организацией. — Я не знаю, что с тобой делать, — сказал Алехандро, тряся головой; он включил последний эпизод BuzzFeed Unsolved, — давай лучше обсудим несколько менее надуманных теорий об убийстве. Ты невозможен! Сынмин верно посмотрел эпизод с Алехандро и обсудил с ним исчезновение Синтии Андерсон. Однако Майкл Гаррисон не хотел покидать его мысли. Также у него была уверенность в том, что он близок к открытию каких-то реальных улик. Хотя, может это были безнадежные мысли. А может и нет.