connected in the deep.

30 апреля 2021 Сынмин явно опоздал. Он ввалился в аудиторию через несколько минут после начала пары, надеясь, что его появление не будет никого отвлекать. Естественно, он споткнулся о мусорное ведро, стоящее возле двери, за чем последовал смех, наполнивший окружающее пространство звуками, слишком громкими, чтобы их можно было игнорировать. Профессор Дейл упёр руки в бока и сурово посмотрел на Сынмина поверх оправы своих чёрных очков. Он был их профессором Уголовного Права, невысоким человеком, с которым лучше было не связываться. — Присаживайтесь, мистер Ким, и попытайтесь не споткнуться о что-то ещё по пути. — Простите, профессор, — пробормотал Сынмин. Он быстро занял ближайшее к двери место, чтобы к минимуму свести внимание, направленное на него. Профессор Дейл подождал, пока Сынмин достанет свой ноутбук. К тому времени, как он продолжил лекцию, щеки Сынмина сильно покраснели. Он раньше никогда не опаздывал. Конечно, он мог прийти за пару минут до начала, но всегда избегал подобной неловкости. Ранее этим утром, около пяти, он внезапно проснулся. Он перевернулся, но сквозь приоткрытую штору увидел женскую фигуру. Ему потребовалась секунда, чтобы переварить образ, прежде чем он вздрогнул. К тому времени, как он сел, её уже не было, но он был уверен, что она была настоящей. Это вторжение привело к тому, что он не смог заснуть. Но, в конечном итоге, проспал будильник. Сынхун разбудил его всего за двадцать минуть до начала пары. — Хорошо. До того, как меня прервали, я упомянул о деле двадцатилетней Мелиссы Трейн, — профессор Дейл переключил слайд презентации, на котором было видно улыбающуюся голубоглазую девушку с тёмными волосами, стоявшую перед большим фонтаном. Сердце Сынмина начало биться быстрее. Ты её знаешь, сказал внутренний голос. Он снова посмотрел на фото. Он никогда её не встречал. Нет, не знаю, ответил Сынмин. — Мисс Трейн была яркой молодой девушкой на своем пути к становлению одной из самых молодых женщин в истории США с докторской степенью, изучая Математику и Физику в Массачусетском технологическом институте. Девятого ноября, около четырёх лет назад, она была убита, когда кто-то намеренно въехал в её машину на перекрёстке. Её смерть сначала расценили как несчастный случай, но видеозапись с регистратора соседней машины показала, что убийца ждал её на этом перекрёстке. Её смерть, и без того была трагичной, но теперь это было печальным расследованием её жизни и поиском того, кто, возможно, хотел причинить ей боль. Её убийца и по сей день не был найден. Тишину нарушили множественные шепотки. Профессор Дейл улыбнулся и подождал, пока аудитория снова успокоится. Он указал рукой на кого-то в конце класса. — Да, мисс Фернандес? — Профессор, вы сказали, что её убийца так и не был найден. Но, насколько я помню, не её ли бывшей девушке были предъявлены обвинения в убийстве мисс Трейн? — Это так, мисс Фернандес, — он не стал развивать эту мысль. — Как тогда это возможно? Профессор? — На самом деле довольно просто. Сегодня мы поговорим об ошибках правосудия, а также о неправомерных обвинениях. Он переключил на следующий слайд, на котором был снимок пяти молодых людей. Сынмин немедленно узнал их. Пятёрка Центрального парка. Дело бегуна из Центрального парка касалось нападения при отягчающих обстоятельствах и изнасилования белой женщины на Манхэттене в конце восьмидесятых. Мужчины на фотографии были арестованы и неправомерно осуждены на срок от пяти до пятнадцати лет, прежде чем настоящий преступник признался в преступлениях. Это было одно из крупнейших случаев неправомерного обвинения в истории США. Во время арестов большая часть пересудов общества касалась преступности среди молодёжи и преступлений против женщин. Когда осуждённые, которые были либо чернокожими, либо латиноамериканцами, были реабилитированы, это дело стало примером расового профилирования, дискриминации и неравенства в СМИ и правовой системе США. — Катрин Хэкман, бывшая девушка мисс Трейн, сразу же стала главной подозреваемой, — продолжил профессор Дейл, — родители мисс Трейн подтвердили, что их расставание было тяжёлым, и что Катрин появлялась около их дома, чтобы узнать, где находится мисс Трейн. Все друзья мисс Трейн указали на Катрин, рассказывая, что получали сообщения с угрозами после расставания девушек. Одна из подруг даже сказала, что мисс Трейн призналась ей в том, что «боится за свою жизнь» после расставания с Катрин. Сынмин сглотнул. Чем больше они говорили о Мелиссе Трейн, тем больше в его голове росло чувство, что он её знал. Он поднял руку. — У Катрин было алиби? Или были какие-то улики, предполагающие её невиновность? Профессор Дейл нажал на пульт. Следующий слайд показывал магшот блондинки, держащей в руках доску со своим именем. Она выглядела так, как будто была готова расплакаться. — Катрин Хэкман рассказала полиции, что ждала мисс Трейн в её комнате в общежитии. Когда полиция спросила, почему она ждала свою бывшую девушку, Катрин показала сообщения в их диалоге, где было видно, что они помирились и действительно были готовы поговорить друг с другом в комнате мисс Трейн. Эти сообщения были проверены на подлинность, что значительно уменьшило мотивы Катрин. После того, как это стало известно, соседка мисс Трейн по комнате сообщила полиции, что на самом деле мисс Трейн встречалась с кем-то другим, и что Катрин, вероятно, узнала об этом, а затем убила мисс Трейн в приступе ревности. Профессор Дейл вздохнул. Сынмин хотел сделать то же самое. Это дело вызвало такое же чувство, как и все остальные дела в папке «zephyr». Его руки вспотели, а сердце забилось чаще и это чувство определённо было признанием не только для Мелиссы, но и для убийцы. Это должно быть тем самым делом. Сынмин не мог этого объяснить, но он знал, что был прав. Он чувствовал это своими костями. — Катрин всё отрицала. Свидетелей, подтверждающих её местонахождение, не было, но СМИ оказали огромное давление на следствие, поэтому полиция представила собранные ими «доказательства», которые тянули максимум на шаткий мотив. Но вместе с некоторыми заявлениями друзей мисс Трейн, Катрин было предъявлено обвинение в убийстве первой степени. Она отказалась от сделки со следствием и была приговорена к двадцати шести годам тюремного заключения. В прошлом году независимым техническим аналитикам удалось получить доказательства того, что Катрин не было рядом с местом аварии в момент смерти мисс Трейн. Это побудило полицию возобновить дело. Родители мисс Трейн признались, что не видели Катрин около месяца перед убийством. Соседка по комнате со слезами на глазах призналась, что не было никого, с кем мисс Трейн встречалась. И подруга, которая сказала полиции, что мисс Трейн опасалась за свою жизнь, также заявила, что солгала. Прокуратура работает над оправдательным процессом Катрин, но это длительный процесс, поэтому на сегодняшний день она всё ещё находится в тюрьме. Остаток пары Сынмин провёл, пытаясь не дрожать, пытаясь не дать своим одногруппникам увидеть, как сильно это на него повлияло. У него часто возникало такое же зловещее чувство, когда он просматривал дела, которые, как он считал, могли быть частью папки «zephyr», но это чувство никогда не было таким явным. Оно никогда не заставляло Сынмина реагировать таким образом. В конце занятия, когда большинство уже собирало вещи, Дариус Арам поднял руку. Они обсудили другие случаи неправомерных обвинений и их обстоятельства, но Сынмин был не единственным, кто всё ещё не мог отойти от дела Мелиссы Трейн. — Да, мистер Арам? — просил профессор Дейл, складывая свои бумаги. — Есть ли ещё какие-нибудь зацепки по делу Мелиссы? Вопрос остановил других студентов. Они возвращались на свои места или переставали убирать свои вещи. Профессор Дейл снова вздохнул. — К сожалению, нет. Полиции так и не удалось отследить машину убийцы мисс Трейн. Без машины, без свидетелей и других зацепок дело зашло в тупик. Похоже, мисс Трейн всё-таки не добьётся заслуженной справедливости. На этом занятие было окончено, и Сынмин присоединился к выходящим из аудитории одногруппникам. Внезапно раздалась музыка, и Сынмин обернулся, чтобы посмотреть, у кого она играет. Но вокруг было почти пусто, телефонов и других устройств не было видно. Сынмин осмотрел цифровую доску и компьютер, но они были выключены. — Сынмин, ты идёшь? — спросил Дариус. — Откуда это раздаётся? — Что? — Эта музыка! Дариус странно на него посмотрел. — Я ничего не слышу. Давай, а то мы опоздаем на семинар. Сынмин последовал за Дариусом к двери и перед выходом кинул последний взгляд на помещение, пока музыка продолжала играть. Don't call me up I'm going out tonight Feeling good now you're outta my life Don't wanna talk about us Gotta leave it behind One drink and you're outta my mind