Отголоски прошлого. Часть 2.

Я облегченно выдохнул, когда красноволосый наконец решил прерваться и покинул зал Дешрета. Уже битый час этот душный человек буравил меня своим взглядом, чем знатно нервировал и отвлекал. И так было на протяжении вот уже трех дней. Каждый раз, когда я занимался осмотром Кэ Цин, он сидел напротив и красноречиво молчал. И с каждым днем оставаться равнодушным к этому «взгляду» становилось всё сложнее. Я уже тысячу раз пожалел, когда позволил ему пойти за мной, но тогда думать о последствиях было некогда. В те мгновения на моих руках умирала девушка, за жизнь которой я был готов отдать свою собственную, а вместе с ней умирало и моё дитя. Ребенок, который появился внутри Кэ Цин вопреки всем законам моего мира. Я не знал, как было до меня, но в моё время драконы мужского пола уже не могли зачать дитя, ни дракону женского пола, ни уж тем более человеческой женщине. Думаю, так распорядилась природа, чтобы поддерживать баланс. Слишком большой силой и влиянием на мир обладал наш вид, к тому же жил очень долго, если судить по людским меркам. Мы бы просто не смогли нормально сосуществовать друг с другом. Драконы женщины первыми научились принимать человеческий облик, их вынуждал инстинкт. Даже если она уже была в паре с кем-то, то всё равно принимала облик человека, соблазняла человеческого мужчину, на которого пал её выбор и зачинала от него дитя. Все девять месяцев, она вынашивала ребенка совсем, как человек. Могла даже жить под одной крышей с мужчиной, что подарил ей семя, если конечно не убивала его во время полового акта, такое случалось чаще. Но когда наступало время родов, женщина-дракон возвращалась домой, чтобы мужчина дракон снял с нее родовую печать, иначе она просто не смогла бы родить и умерла в страшных муках вместе с ребенком. Снятие печати было своеобразным обрядом инициации и трансформации, после чего дитя беспрепятственно появлялось на свет, будучи сразу готовым к самостоятельной жизни. Остальные подробности, например, о том, как эта печать снимается, мне были недоступны, ведь мой вид либо вымер, либо окаменел от времени, превратившись в горы. А то, что знал я к этому дню, тысячу лет собирал по крупицам по всему Тейвату. Поэтому, когда мы переместились в укрытие, которое я наспех организовал в одном из тайных залов пирамиды царя Дешрета, меня накрыло мощное осознание собственной беспомощности. А ещё, безжалостно ускользающего времени Кэ Цин – её кровь утекала сквозь пальцы, словно песок… Но, когда уложил девушку на каменную плиту, укрытую перинами и стерильными тканями, что заранее подготовил Бай Чжу, я четко понял, что нужно делать. Инстинкты возобладали над разумом, и я почувствовал, как по венам растекается черная драконья кровь, темнеют конечности, растут когти, как кости черепа удлиняются, превращаясь в рога. Глаза вспыхнули раскаленной сталью, и я увидел потоки манны, что текут в теле Кэ Цин сосредотачиваясь узлом в районе живота. - Пошли все вон! – гаркнул я тогда, едва контролируя порывы разорвать всех на кусочки. - Но Моракс… - начал было Бай Чжу, но тут же отступил. А потом, активно спроваживая шокированных друзей на выход, покинул комнату. Последним остался Дилюк, одаривая недобрым взглядом. - Не заставляй повторять меня дважды, человек… - прошипел я нечеловеческим голосом, заставив вздрогнуть красноволосого и попяться назад. - Спаси её. – сказал он, прежде чем покинул зал. Когда мы остались наедине с Кэ Цин, я сразу же погрузил её в глубокий сон, наполненный воспоминаниями из прошлого, а потом разорвал платье на её животе. Кожа тут и там была раскрашена огромными гематомами и кровоподтеками, а в середине живота, над пупком ярко горела печать дракона. Когда я коснулся её рукой, контуры вспыхнули сильнее, а кончики пальцев наполнились теплом. Я начал водить ими, повторяя витиеватые линии печати, а когда соединил рисунок, моя кисть буквально погрузилась в огромный живот Кэ Цин. Сердце пропустило пару ударов, и я вскинулся, вглядываясь в бледное лицо девушки, но она по-прежнему спала. Тогда я неуверенно сделал пару осторожных движений пальцами и печать засияла еще ярче, увеличиваясь в размерах, и я увидел ребенка…Окруженный полупрозрачным золотистым коконом младенец спал, но на его маленьком личике отражалась боль, а крохотные ножки и ручки слегка подрагивали. Медленно и аккуратно я начал извлекать его из тела Кэ Цин. Золотистый кокон, реагируя на перемены тут же стал мягким и податливым, и вскоре сделавшись полупрозрачной тканью сполз вниз, постепенно растворяясь в воздухе. В туже минуту, прямо на моих глазах ребенок начал активно меняться. Он увеличился в росте на несколько десятков сантиметров, на голове заструились темно-каштановые локоны волос с золотистыми кончиками, а потом распахнулись большие глаза, насыщенного фиалкового цвета, точь-в-точь, как у Кэ Цин. Это была девочка…Несколько секунд мы смотрели друг на друга, не отрывая взгляда, я – мир, которого теперь никогда не станет прежним, и она – осознанно и серьезно, словно пыталась понять, кто я и чего от меня ждать. А потом на невероятно красивом маленьком личике появилась улыбка. От наплыва неведомых ранее чувств у меня буквально подкосились ноги, и я упал на колени, крепко прижимая этот светлый комок к своей груди. Ребенок не был монстром. Бросил тревожный взгляд на Кэ Цин, но к моему удивление, тело девушки почти полностью исцелилось, и не смотря на всё еще сильную бледность от большого количества потерянной крови, дыхание её было глубоким и сильным. Свободной рукой я сжал её тонкие пальцы и прикоснулся губами. Я бы не пережил их смерть. Даже вспоминать было больно о том, в каком состоянии я обнаружил Кэ Цин в порте Ормос. Тогда я с трудом узнавал в ней ту красивую, сильную девушку, какой помнил в день нашей последней встречи. Не передать словами, что пришлось мне пережить за тот, столь краткий миг. Но в первую очередь, всепоглощающее чувство вины, злость, ярость, гнев на самого себя и лишь немного на человека, которому я её доверил. Но если этот красноволосый спросил бы меня сейчас, стоило ли оно того? Я бы ответил, да, определенно стоило! Только с парой очень важных исключений. Я бы не искал легких путей, остался рядом с ней и заботился, хоть это и подвергло бы нас дополнительной опасности. Но, к сожалению, время мне не подвластно. Пока что… Мои размышления прервал голос Рагнвиндра. Я упустил момент, когда он снова вернулся в зал, чтобы продолжить разъедать мне мозг. - Ты пообещал, что вернешь её! Прошло уже больше трех дней, а она не приходит в себя! – с нескрываемым презрением сказал Дилюк, а я опешил от такой неприкрытой наглости. – Почему ты снова бездействуешь? Спас ребенка, а она… - У вас развилось слабоумие, господин Рагнвиндр? – перебивая этот бред, спросил я. Терпение и так трещало по швам, а этот юнец только и делал, что накалял обстановку. - Что ты имеешь ввиду? – вспыхнул Дилюк, и быстрым шагом направился в мою сторону. – Это у меня слабоумие?! А может быть это вам, о Великий Властелин камня, нужно было думать, прежде, чем нарушать небесный порядок и… - Не говори того, о чем пожалеешь, глупец! – я уже чувствовал, как дрожит воздух вокруг нас. Дракона внутри сдерживал, лишь ребенок на моих руках, что не понимающе хлопал своими невозможными глазами. Красноволосый застыл перед Кэ Цин, и сдвинув брови к носу посмотрел на меня, а потом на ребенка, а когда его взгляд снова коснулся девушки, во мне закипела ревность. Девочка заворочалась в колыбели рук, чувствуя перемены в моем настроении и слегка захныкала. Я тут же отвлекся и укутал её в одеяло, нежно погладил пальцем по пухлой розовой щечке. - Почему она не приходит в себя?! – с горечью выдохнул мужчина напротив. Рука Дилюка робко коснулась лица Кэ Цин, взгляд алых глаз с тревогой окинул тело девушки, грудь и живот, которые были прикрыты тонкой тканью одеял. - Что ты себе позволяешь? – зашипел я, еле сдерживаясь, чтобы не выкинуть его обратно за пределы этой залы, а может и вовсе за пределы этого региона… - Что? О чем ты? – устало спросил он, поднимая голову, словно не понимал, как это всё выглядит, не видел, как злит. - Убери от неё свои руки. – ответил я тоном, который не терпел возражений. - Она моя законная жена. – ответил Дилюк и перевел огненный взгляд на девочку, что хлопала сонными глазками, ему в ответ. – А она - медленно продолжил он, кивая в сторону ребенка, - Моя законная… - Замолчи! Иначе я… - зарычал я, а позади, разбивая полы выросли две огромные каменные глыбы втыкаясь в высокий потолок зала. О, он прекрасно понимал, какие эмоции вызывал у меня сейчас и в этот момент я взглянул на него по-новому. - Иначе что?! – притворно спокойным тоном, переспросил он, поравнявшись со мной взглядами. - Наглый юнец, да, как ты смеешь… - я почувствовал, как вены снова наполняет тьма, а этот красноволосый, словно этого и добивался. Рука дернулась и уже в следующую секунду сжала горло мужчины напротив, а когти глубоко впились в кожу, еще чуть- чуть и я почувствую, как на кончики пальцев выступит его теплая кровь. - Хватит! Вы вдвоем совсем из ума выжили? – вовремя прервал нас грозный голос Бай Чжу. - У тебя ребенок на руках, Моракс! Ты её пугаешь! - Бай Чжу, выведи господина Дилюка из этого зала, иначе я за себя не ручаюсь! – приказал я, резко ослабив хватку и присел рядом с Кэ Цин, укладывая рядом дитя. – Или можете сами покинуть помещение Дилюк, если конечно вы и впрямь желаете добра своей…жене. – последнее слово я буквально выдавил из себя, как заразу. - Господин Рагнвиндр, я попрошу Вас оставить все распри за пределами этой комнаты. Сейчас вам нужно отступить… - проникновенно сказал Бай Чжу, параллельно доставая из своей сумки все необходимые средства и инструменты для лечебного осмотра. Но когда подошел к Кэ Цин и ребенку достаточно близко, я успел рассмотреть на его лице еле заметную улыбку. На секунду отвлекся на звук закрывающихся дверей. Дилюк ушел. Я выдохнул и сполз на пол рядом с нашей импровизированной больничной койкой. - Он специально выводит меня из себя! Наглый мальчишка… - устало выдохнул я. - Тебе бы не помешало полетать Драконом, мой друг. Удерживать в себе сразу несколько сердец Бога – это безоговорочное самоубийство. Человеческое тело долго не выдержит. – нарочито спокойным тоном отрапортовал Бай Чжу. - Мое тело выдержит. – отмахнувшись от его слов, я посмотрел на Кэ Цин. - Прежде, я бы хотел поговорить с ней. – Тоска от того, что мне предстояло совершить, тянула в омут, на самое дно. – Потом возможности может и не представится… - Моракс, то, что ты собираешься сделать…Неужели нет иного пути? – заканчивая осмотр ребенка, поинтересовался он и приступил к осмотру её матери, предварительно переложив девочку в парящую колыбель, сплетенную из дендро лозы. - Ты же знаешь, что нет. – потирая переносицу, ответил я. – Я хочу, чтобы моя дочь и ей подобные могли спокойно жить и ходить по этой земле, не опасаясь, что кара небесная, рано или поздно, начнет рубить их головы. Что они сделали с Итэром и Люмин?! Я уже молчу про моих предков Драконов, кровь которых мне никогда не смыть со своих рук… - Прошлого уже не изменить. А вот будущее... – почти шепотом, заключил лекарь. - Как и всегда. Так устроена жизнь. Ничего не стоит на месте. У всего есть свое начало и конец, и смерть — это такая же часть жизни. - Ты мыслишь совсем иначе Моракс. У людей жизни короткие и быстротечные. Многие могут не справиться с такими переменами. Рассуждать на тему грядущего больше не хотелось. Поэтому я медленно поднялся с пола, поправил свой костюм и посмотрел на Бай Чжу. - Они вдвоем в полном порядке. – улыбнулся он слабо. – Однако, девочке подвластны уже четыре стихии, и энергии дракона в ней уже больше, чем достаточно. Это вопрос времени, когда она обернется в первый раз. А если учитывать её способность менять возраст своего тела и разума…То произойти это может очень скоро. – он кашлянул в кулак, прежде, чем продолжить. – Что касается госпожи. Она полностью восстановилась и, судя по всему, контроль над Гео и Пиро стихиями не утратила, а вот Дендро следов в ней почти не осталось. Видимо, организм не успел слиться со стихией. Если у нее и дальше будет такой же высокий уровень регенерации, то её жизни ничего не угрожает. Если нет…Всё становится чуть сложнее. У нее тело обычного человека и носить в себе несколько стихий, привязанных к Глазу бога, не имея при этом возможности к перевоплощению, чревато повторными последствиями, как было во время беременности. - Я понял. – коротко ответил я, пытаясь выглядеть бесстрастным. – Но почему она до сих пор не очнулась? - Нет никаких весомых причин. Возможно, ей просто нужно еще немного времени.