Цветение
18 февраля 2023 г., 23:36
Примечания:
Если заметите какие-то недочеты - публичная бета к Вашим услугам!
Спасибо вам за поддержку и комментарии, которые вы писали
Фэш пулей вылетел из темной пещеры, словно боясь дальше оставаться наедине с девчонкой. Несколько секунд она так и стояла, завороженная всем происходящим, что теперь казалось ей сном. Находясь здесь, слыша только шум воды и чувствуя непривычный телу холод, Василиса никак не могла прийти в себя. Чтобы отогнать наваждение, она тряхнула головой, после чего поспешила к месту ночлега, по дороге поправляя волосы и одежду, что примялась из-за её недавних действий.
Когда она пришла к ребятам, те молчали. Лишь потрескивание дров, да звуки природы нарушали непривычную тишину в кругу Ордена Дружбы. Все глаза одновременно устремились к ней, и только Фэш упорно делал вид, что не замечает её, палочкой поправляя горящие веточки в костре. Василиса нацепила на себя равнодушную маску, будто ничего такого не произошло, и уселась возле Дианы.
— Вы подозрительно тихие, — заметила девочка, пристально следя за переглядками подруг. Она закусила губу, понимая, что их с Фэшем ждет.
— Думаю, всё дело в ваших помятых рубашках, — шепнул ей на ухо Финн, заставив вздрогнуть её от неожиданности и на автомате дотронуться до воротника. Парень тут же сел рядом, подмигивая и протягивая ей жаренный бутерброд. Рыжая успела заметить быстрый напряженный взгляд Драгоция, направленный в их сторону, прежде чем слово взяла его сестра.
— Наверное, в пещере было слишком жарко? — Её приторно невинный голос так и сквозил ехидством. Послышался раздраженный вздох Фэша.
— Нет, — спокойно ответила Василиса на вопрос, стараясь унять дрожь в голосе и руках. — Там много воды, из-за чего слишком сыро. А если чуть дальше зайти, то еще и душно.
— Вы пошли вглубь пещеры? — Тут же вклинился Ник, поднимая брови домиком. Ей показалось, или в голосе прозвучала обида?
— Я пошла, да, стало интересно. А Фэш меня догнал, — фыркнула девочка, на ходу выдумывая оправдание. — Мы немного повздорили.
Ребята понимающе закивали. Действительно, это объясняло многое — и их красные лица, и злого Драгоция. Даже их одежду, что была явно не в самом презентабельном виде. Конечно, нутром часовщица чувствовала, что подруги приняли эту версию происходящего лишь на время, чтобы не развивать конфликт. Вон какие многозначительные взгляды посылает Захарра фее. Но больше ничего говорить не стала, лишь принялась жевать бутерброд — он был как нельзя кстати.
Некоторое время они сидели в неловком молчании. Захарра, почти что одновременно с Финном, ненавязчиво предложила всё же вернуться в пещеру и как следует осмотреть её, уже всем вместе. Василиса быстро закивала, напоминая о таинственных проходах, и Ник, долго не думая, тоже согласился. Один лишь Фэш начал сопротивляться и говорить о том, что он предпочтет остаться у костра и нормально поесть, однако быстро поменял своё решение, увидев, как лют помогает подняться юной часовщице, крепко держа за локоть. Похоже, какую бы колючку он из себя не строил, оставлять свой объект воздыхания с каким-то смазливым темным фиром ему не хотелось. Атмосфера между ребятами вновь вернулась в прежнее русло, и с задорными перешептываниями они поспешили скрыться за водной стеной, не забыв по пути и полностью намокнуть под хохот младшей из Драгоциев.
Василису, пусть и радостную от рассеявшейся неловкости, не покидало мерзкое ощущение надвигающейся опасности. Её шестое чувство сбивчиво шептало на ухо, что её поджидают, и далеко не для того, чтобы культурно поздороваться. Она знала, что дело далеко не в пещере; что-то происходило за пределами столицы. Что-то, что ей совершенно не нравится.
***
Луна, то и дело выныривая из-за плотных облаков, освещала коралловый замок. Здесь атмосфера была совершенно другая: зловещая и мрачная. Слышны были только завывание ветра, гуляющего между высоких башен, да всплески волн, яростно бьющихся об основание родового дома Огневых. В остальном казалось, будто здесь царило затишье перед бурей. В окнах было темно: редко где мелькал скромный, готовый потухнуть, огонек свечи. Обитатели словно прятались в своих спальнях, не желая показывать, что они здесь есть. Только на самом верху Северной Башни горел свет, даже не смотря на позднее время. Впрочем, какая разница, если ты можешь им управлять? Стройная женщина в облегающем черном платье стояла перед зеркалом, мягко прикасаясь к лицу руками. Глубокий вырез смотрелся дерзко и сразу приковывал в себе внимание, хотя и был не к месту и часу в строгом кабинете. — Великое Время, наконец-то… — Голос звенел от торжества, а в глазах, что по цвету были словно кубики льда, промелькнуло наслаждение. Она явно восторгалась своим внешним видом, разглядывая отражение. — Ты сделал мне весьма приятный сюрприз, Нортон. — РадоСвет — сборище бестолковых старикашек… Они были не против, когда я попросил их о сокращении твоего наказания, но уже без присутствия посторонних, — судя по тону мужчины, сидящего позади на одном из диванов, ему было смертельно скучно. Ярко-красные губы Мортиновой тронула победная улыбка. — Ну, ты ведь довольно авторитетен на Эфларе. К тому же, когда ты заявил, что не имеешь претензий ко мне как отец этой… девки, — было видно, как она подавила в себе оскорбление. Огнев, заметив заминку, нахмурился. — Этого всего можно было бы избежать с самого начала, — он слегла повысил голос, — если бы ты сдерживала себя, Елена. — Я? — Она резко развернулась, из-за чего тонна побрякушек на ней зашуршала. — Этого всего можно было бы избежать, если бы твои дети не болтали попусту! Их слова приписали мне! — Прошипела блондинка, сразу же теряя свой блистательный вид. Мужчина поморщился словно от головной боли. — Какого ящера у неё вообще оказалась эта остальская штука? Девчонка слишком изворотливая. — Особенно для той ситуации, в которой она оказалась, — пробормотал Нортон, махнув ладонью в воздухе. Через мгновение на столике рядом материализовался стакан с виски, который он тут же осушил. — Я уже разговаривал с детьми на счет их болтливости. — Какой смысл в этих беседах, если они продолжают вести себя так, как раньше? Насколько я знаю, ты и на Остале запрещал им болтать с новоиспеченной сестрицей, но мы все в курсе, что из этого вышло! Его губы сжались, а под скулами заходили желваки. — Елена, — ледяной голос старшего Огнева заставил женщину вздрогнуть. — Ты забываешься. — Прости, Нортон… Я просто, — её испуганный взгляд внимательно следил за отражением мужчины в зеркале, что сидел позади. Она сглотнула, — перенервничала… Хозяин замка махнул рукой, вновь возвращаясь в свое привычное равнодушное состояние. Едва заметно вздохнув, Мортинова вернулась к созерцанию себя, унимая дрожь в длинных пальцах. Через пару минут она, в последний раз оглядев свое отражение в зеркале, довольно отвернулась. Качнув бедрами, Елена прошлась к диванчикам, и, усевшись напротив хозяина дома, закинула ногу на ногу. — Да-а, малышка действительно отличается от того образа, что я представляла, — раздраженно протянула она, массируя виски. — Я напряглась ещё при первой нашей встрече, слишком уж… Спокойная. Нортон лишь задумчиво кивнул, вертя в руке стакан. Мгновение — и он вновь наполнился темной жидкостью. — Уверен, что её своевольность не помешает нашим планам? Ты же знаешь, что Астрогор негодует. Мол, всё пошло не так, как он рассчитывал, что странно. Потому я и волнуюсь насчет… — Это просто совпадение, — отрезал мужчина, хмурясь. — Матушка пыталась внушить ей мысль об Остале, вот уж не знаю, для чего. Но, скажу откровенно, я бы не хотел оставлять детей без присмотра под крылом у Духа. — Девчонка просто обожает идти всем наперекор, — процедила Мортинова. — Только если видит выгоду, — Свет от зажженного камина недобро блеснул в его глазах. — Я разговаривал с ней, и причины её поступков довольно просты и обоснованы. По крайней мере, её речь не была сбивчивой, как если бы она лгала. — Если она не искусный лжец, — мрачно дополнила женщина. Нортон лишь задумчиво нахмурился. — Ты не навещал её с самого рождения. Откуда нам знать, что девчонка во всём говорит правду? Тем более отцу, который её ненавидит. — Ты сомневаешься в моих способностях? Думаешь, я не отличил бы ложь, исходящую из уст подростка? Елена сжала яркие губы. — Не подумай, Нортон, ты прекрасно знаешь о моём к тебе отношении. Я лишь беспокоюсь, чтобы эта самоуверенность не вышла нам боком. Твоя младшая дочь не так проста, как мы думали, и она показывает это с самого её появления в поместье. Огнев скривился, начиная раздражённо постукивать пальцем по бокалу. Мортинова лишь терпеливо ждала, пока хозяин замка не скажет очевидный вывод вслух. Ему было неприятно признавать свой просчёт, но опыт давал понять, что сделать это сразу легче, чем потом разбираться с последствиями. Пусть и не всегда он следовал этой логике. — В таком случае, стоит еще раз пересмотреть наши планы, но уже с поправкой на то, что Василиса не такая наивная, как нам казалось, — пробормотал мужчина, откидываясь на спинку дивана. Директриса кивнула. — И, Елена, — его голос ужесточился, заставляя ту поежиться. — Перестань реагировать на её провокации. Твоя злость может помешать нам. Мортинова махнула рукой, раздраженно вздыхая. — Говорить было необязательно, Нортон. Мое заточение в Черноводе дало мне много времени на раздумья, и я успела пересмотреть своё поведение. — Великое Время, я и не думал, что тебя она будет так цеплять, — его губы тронула кривая усмешка. Голубые глаза потемнели от злости. — Она меня неимоверно раздражает. — Отчего ты так жестока к маленькой юной часовщице? Она даже не успела ничего натворить. Женщина промолчала. Елена и сама не понимала, почему так резко реагирует на неё, отчего в душе начинает бурлить неистовая злость при виде этой рыжей макушки. Конечно, её мать имеет к этому отношение, но даже к Белке у неё раздражение меньше. Нет, здесь было что-то другое, больше подсознательное… Мортинова поморщилась от резкой боли, что пронзила её голову. — Я не желаю больше говорить об этой фейре, из-за неё у меня мигрень, — сказала часовщица, поднимаясь с дивана и поправляя платье. — Не волнуйся, я больше не буду так яростно реагировать. Огнев медленно кивнул. — Полагаю, тебе еще нужно разобраться с проблемами в школе, что возникли в твое отсутствие? — Да, но я предпочту делать это с утра. Переночую в Черноводе, если ты не против, Нортон. — Как скажешь, — он махнул рукой в сторону нуль-зеркала, открывая проход для гостьи. — И ещё кое-что. Это касается учебы Василисы в Светлых Часах…***
Госпожа Мортинова медленно шла по темному переходу зеркала. Она задержалась в кабинете Нортона еще на добрые пол часа, споря об учебе его младшей дочери. Ей была противна сама мысль о том, что эта бездарная будет находиться в кабинетах её школы и жить в Рубиновом Шпиле! Женщина скрипнула зубами от злости, вспоминая надменный взгляд рыжей. Никогда еще она не видела у столь юных дев такие наглые и холодные глаза одновременно, словно девчонка была здесь королевой. — «Ну ничего, малявка, мы ещё посмотрим, кто кому кровь больше испортит», — мстительно улыбнувшись, часовщица прошла сквозь зеркальную преграду и оказалась в своей гостевой спальне Черновода. — «Я не могу отказать Нортону в его просьбе, пусть и такой неприятной… Впрочем, он ведь ни слова не сказал о том, как я должна её принять…» — Она хмыкнула, приходя к столь заманчивому заключению. — Фейра ещё пожалеет, что будет учиться под моим крылом. Елена, тихо постукивая каблучками, прошлась к диванчикам посредине комнаты. Взмахнув рукой, женщина сменила наряд на более удобный — туфли сменились на остроконечные балетки, а струящееся платье на прямые штаны и рубашку. И вовремя: нуль-зеркало тихо зазвенело, предупреждая о позднем госте. Мортинова знала, кто может им быть, потому не удивилась, лишь удобнее устраиваясь на диване. Несколько секунд, и перед её лицом появился её протеже. — Приветствую Вас, госпожа, — Марк коротко поклонился, а после расслабленного взмаха белокурой ладони подошёл ближе. Елена довольно улыбнулась, увидев привычное подобострастное выражение лица у своего ученика. Тот смотрел на неё с уважением и… Осторожностью? — Маркус, что-то случилось? — Она прищурилась, заметив промелькнувший испуг в глазах Ляхтича. Это было ему несвойственно. — Ты напряжен. От неё не укрылось, как златоключник заколебался перед тем, как ответить. — По правде сказать, я просто… Несколько встревожен из-за приближающегося дня цветения. — Ах, не стоит переживать, Маркус. Ты же знаешь, что у меня всё под контролем, — Елена пристально проследила взглядом за парнем, решившим присесть напротив. Она чувствовала, что тот сомневается в чём-то, и ей это совершенно не нравилось. — Это из-за маленькой Огневой, верно? — Нет, — Ляхтича скривился, словно его заставили съесть лимон. — Эта фейра меня не волнует. Елена позволила себе самодовольный оскал. В слова парня она не поверила, но отвращение в его голосе звучало для нее как песня. — Рада слышать, — настаивать на своем не стала. — Тогда, что же конкретно тебя волнует в церемонии? Мне казалось, ты достаточно подготовлен, и желаешь этой чести. Как и награды, — вкрадчивым тоном закончила Мортинова. Златоключник напряжённо кивнул. Она видела его внутреннее колебание, отразившееся на лице, и в конце концов привычное доверие к директрисе победило. — К слову о награде. Вступление в Орден, несомненно, моя цель, но… Вы ведь знаете Великого Духа. Там точно нет никакого подвоха? Он ведь очень редко берет кого-то со стороны. Женщина застыла, медленно щурясь. «Подвоха»? С чего бы ему об этом задумываться? Не позволяя времени молчания перейти за рамки, она поспешила ответить. — Маркус, ты же знаешь, что Дух великодушен к многообещающим, а главное преданным талантам, — елейный голос привычно лился из Елены. — К тому же, твоя роль очень важна, и от итога зависит многое. Чаша цветка нужна Духу, потому он готов заплатить щедрое вознаграждение, коим и считается возможность попасть в Орден. И ты — один из Ключников, которому он действительно доверяет эту миссию. Не без моей наводки, конечно же, — самодовольно улыбнувшись, Мортинова цепко следила за его реакцией. Ничего стратегически секретного она не рассказала — знание того, что цветок важен, не объяснит настоящую его роль в этой пьесе. — Мы это уже обсуждали — никто другой больше не будет также рьяно пытаться принести Чашу. Маришка и дети Ниры не буду мешать, а эти… — Ее губы скривились, словно она говорила что-то мерзкое. Она махнула рукой, беззвучно говоря «Ты понял». — Слишком глупы, чтобы понять ценность этого задания. Ляхтич напряжённо следил за ней взглядом, привычно отвечая: «Конечно, Госпожа». Очевидно, слова директрисы его не убедили. И она решила вернуться к той, что, по ее догадке, действительно являлась причиной. — Маркус… Я ни за что не позволю этой девчонке стать помехой, — медленно проговорила женщина, доверительно смотря тому в глаза, словно обещая. — «Я не позволю ей убить Нортона». — Мысленно добавила она, когда парень лишь сдержанно кивнул. — Не сомневаюсь, госпожа. — К слову, раз уж мы заговорили о цветении. После того, как получишь чашу, сразу следуй за Роком. Мы настроим переход на Осталу, и Драгоций отведет тебя, чтобы не заставлять Духа ждать. Чтобы ни происходило, не смей отдавать её никому в руки, — строго повторила Елена. Они уже обсуждали это несколько раз, но лишним никогда не будет. — И главное, следи за младшей Огневой. Уж больно прыткая, как бы не влезла. Несколько минут они молчали, пока тишину не нарушил Марк. — Она знает, — заметив непонимающий взгляд директрисы, он продолжил. — Огнева знает о задании. Хоть оно и не было секретом, не могу понять, кто бы мог ей рассказать. Мортинова лишь махнула рукой. — Может, кто-то из друзей. Либо Черная Королева — уверена, она бы не упустила шанс подсунуть свою протеже на учебу к Духу. Не придавай этому большое значение, — она на мгновение задумалась, не замечая изучающего взгляда Ляхтича. Тот прищурился, отмечая что-то у себя в голове. — Ох, Маркус. Неужели ты думаешь, что фейра претендует на цветок? Ты поэтому так встревожен? — Нет, — раздраженно тряхнув головой, парень потер переносицу. — Ей наверняка уже привили ненависть к Духу, вряд ли она будет пытаться ему угодить. Женщина кивнула, соглашаясь с его предположением. Это звучит логично, учитывая что в ее кругу сбежавший ученик Духа, фея и их дружок. Но младшая Огнева всё время удивляет, потому нельзя так просто сбрасывать ее со счетов. Мало ли, девчонка просто ведет свою игру, и на деле решила пойти по стопам нелюбимого отца? Из размышлений ее вывел поклон Марка. По лицу нельзя было сказать, что тот остался доволен диалогом или он его как-то успокоил, но вслух ничего не сказал. — Благодарю, госпожа. Время позднее… — Конечно, иди. Доброй ночи.***
Елена проводила взглядом исчезающую в зеркале фигуру своего подопечного. Она прищурилась, задумчиво уставившись в свое отражение, что появилось через несколько секунд. Плавно скользя взглядом по комнате через него, женщина раздумывала над прошедшей беседой. Что-то в Марке напрягло её сегодня. Ученик пытался казаться таким же, как и всегда, но Мортинова хоть и вела себя слишком истерично, дурой не была. В её попечении несколько лет была лучшая школа, полная юных часовщиков, то и дело пытающихся скрыть свои истинные мысли и намерения. А заметить изменение в поведении Ляхтича, что был подле нее чаще остальных, было делом не трудным. Что же именно его напрягло? Возможно, он сказал ей правду, и действительно дело было только в предстоящем цветении — до него оставались считанные дни. Елена закрыла глаза, сосредотачиваясь. Роль у мальчишки была важная, и он это прекрасно понимал. Хоть парень и отрицал причастность фейры к его сомнениям, Елена могла бы поставить на это нехилую ставку, но тот все равно не признался бы. А может, действительно обычное волнение из-за момента, что может изменить всю его жизнь и открыть новые двери. Казалось бы, успокаивающая мысль, но от нее у Мортиновой только сильнее заболела голова. — Открыть двери, как же… — Злобно и даже несколько потерянно процедила та, открывая глаза. — Постоянно забываю. Разговаривать вслух давно вошло в привычку Елены. Это несколько разряжало мрачную тишину вокруг нее, не позволяя оставаться наедине с мыслями. Грациозно встав с дивана — привычки не пропьешь — женщина оторвала свой взгляд от зеркальной глади. День был долгим, и ей не мешало бы отдохнуть. Она щёлкнула пальцами, и через мгновения все светильники в комнате потухли — осталось гореть лишь несколько свечей. Сияние создавало какую-то мрачную атмосферу в комнате, и только тихое потрескивание фитиля не давало тишине воцариться в комнате. Елена прислушалась, на мгновение напрягаясь — вдруг появилось странное ощущение того, что на нее смотрят. Словно кто-то или что-то ждало, пока погаснет свет. Часовщица привыкла прислушиваться к собственному чутью — в руку змейкой скользнула стрела, опасно блеснув. Елена медленно двинулась по комнате. Она передвигалась бесшумно — сказывался военный опыт. Странное чувство только усиливалось, что не давало ей покоя. Проходя мимо зеркала, она краем глаза заметила в нем странное шевеление. Мгновенно развернувшись, она встретилась лишь со своим отражением — оно было напряжено, и направляло на нее острие часодейного оружия. В тот же миг ощущение слежки испарилось, словно наваждение, оставив директрису наедине с самой собой. Она выждала несколько секунд, и недовольно цокнула, опуская стрелу. Отражение повторило за ней. В зеркале не было ничего странного — сама Елена, темная комната за ней и мигающий свет свечей. — Наверное, померещилось, — смутно пробормотала Мортинова, не расслабляясь. В последний раз оглядев зеркальную гладь, она вернула стрелу на запястье и отвернулась, направляясь к кровати. Возможно, накопившаяся усталость сыграла с ней злую шутку, а отражение беспокойного огня довершило дело. Правда, на мгновение ей показалось, что что-то в зеркале блеснуло красным, но… Мало ли, что может почудиться в полумраке? Через несколько минут в Черноводе уже не осталось света в окнах.***
5 июля, 2 дня до цветения
Ребята проснулись с первыми проблесками солнца — как ни странно, первой встала Диана. Разбудив всех, фея заявила, что их вылазке пора бы заканчиваться, как бы это ни было весело. Мало того, что они нарушили комендантский час, так еще и просидели до поздней ночи, сначала исследуя пещеру, а потом, по возвращении к костру, пару часов просто разговаривали и ужинали. Никто не был в восторге от этого — ребятам удалось поспать совсем ничего. Захарра лениво отмахивалась от нее, но вскоре пришлось согласиться с её доводами. До цветения оставались считанные дни, и им явно нужно было отдохнуть на нормальной кровати. — Отец обещал, что проверит утром наше присутствие, — сонно отозвался Ник, завершая поток аргументов — никто не хотел подставлять Константина. Все вздохнули, но принялись за дело. Прежде чем уйти, нужно было убрать весь беспорядок, оставшийся после них. Обратная дорога была проще и быстрее — все ее знали и умело обходили лесные препятствия. Громко обсуждая всё произошедшее за ночь, ребята вырвались вперед, оставляя задумчивую Василису за своими спинами. На самом деле, она хотела вернуться пораньше совсем не из-за проверки старшего Лазарева или отдыха. Днем ей нужно будет отправляться к Астариусу, и девушке хотелось бы привести себя в приличный вид. Одновременно она прокручивала свой диалог с Эфларусом, вспоминая его слова. Нужно будет как можно точнее пересказать все дедушке, ведь если она ошибется, то лишь сильнее запутается. Фэш, молчавший всю дорогу, и изредка огрызающийся на подначки Финна, вдруг обернулся назад, кидая на девушку внимательный взгляд. Он остановился, и, подождав, пока Василиса будет рядом, тихо уточнил: — Ты в порядке? Какая-то молчаливая. Часовщица прищурилась, размышляя, действительно ли она услышала в его голосе нотки волнения, или ей показалось. — Просто задумалась о том, что скоро настанет час цветения. — Переживаешь? — А кто нет? — Фыркнула Огнева, пожимая плечами. Предвещая его следующий вопрос, она сразу ответила: — я знаю, что и как делать, и на этот счет не волнуюсь. Просто… Мало ли, что выкинет компания Златоключника. — Мы ведь все будем под присмотром, уверен, вокруг будет много людей. Сомневаюсь, что произойдет что-то страшное. — Ты сам-то в это веришь? — Василиса устало улыбнулась, поправляя выпавшую из слабого хвостика прядь. Фэш лишь пожал плечами. — Нельзя быть уверенным даже в том, что цветок расцветет в Лазори, не говоря уже о планах Ляхтича. Мысли у них были разные. Если Фэш представил, как тот начинает нападать на остальных или мешать загадать одно желание, в голове Василисы была лишь одна мысль — будет ли он пытаться принести чашу Астрогору? Конечно, она рассказала ему о последствиях, пусть и без подробностей, но быть уверенной в том, последует он ее совету или нет, Огнева не может. Она в принципе была удивлена тому, что тот вел себя несколько осмотрительнее, чем в ее прошлой жизни, но, впрочем, это уже не в первый раз, когда ее воспоминания расходятся с действительностью. Если так подумать, парень никогда не был глуп, просто временами весьма резким. Даже чересчур. Хоть девушка и объяснила то, откуда он может такое знать, и даже назвала его Часовое Имя, вряд ли Ляхтич так просто сдастся. Ведь она посягнула на самое важное — верность его Госпожи и протектора. Ее вдруг посетила одна резкая и неприятная мысль — что, если он расскажет все Елене? Она может воспринять это как саботаж. Она помотала головой, прогоняя мысль и даже не замечая недоуменного взгляда шагающего рядом Драгоция. Нет, обо всем диалоге он точно не расскажет. Но вдруг предупредит о внезапно появившемся даре предвиденья? Вот, Госпожа Мортинова, наша маленькая фейра пошла способностями в вашу любимую Лиссу. В таком Василиса точно не может быть уверена на сто процентов, учитывая его любовь и преданность директрисе. Пусть она и пошатнула её своим предупреждением. Из мыслей ее вывел резкий окрик. Через мгновение кто-то схватил ее за предплечье и дернул в сторону, громко шипя на ухо: — Хочешь убиться еще до начала действа? — Фэш явно был недоволен ситуацией, но отпускать девушку не собирался. Василиса непонимающе уставилась на него. — Ты чуть в дерево не врезалась. — Бревно и то мягче тебя будет, — ехидный голос Захарры возник рядом тут как тут. Она стрельнула глазками на то, как собственнически ее брат прижимает к себе общую подругу. Заметив это, Драгоций сразу отпустил её. Кинув на сестру злой взгляд, парень ускорился, оставляя девушек вдвоем. Василиса потерла руку, хмурясь. Похоже, Среброключник до сих пор не понял, как распределять свою силу. Интересно, почему он всегда такой недовольный, когда дело доходит до какого-либо рода контакта на глазах друзей. Она не смогла добиться ответа на этот вопрос даже прожив с ним вместе больше десяти лет. Вздохнув, Огнева предложила замолкнувшей подруге догнать остальных. Пора бы уже приостановить размышления, учитывая то, что они почти подошли к городу. На Астроградских дорогах нужно было быть начеку, ведь там кипит жизнь даже ранним утром.***
Огромным счастьем было возвращаться в комнату вместе с Дианой, спокойно заходя туда вдвоем без надобности скрываться. Василиса была уверена, что, живя она с Дейлой, их «тайная операция» была бы под большей угрозой. Наверняка сестра бы не упустила возможности насолить своей соседке. Взяв сменную одежду, Огнева скрылась в ванной. Когда она вышла, Фрезер уже была занята разглядыванием чего-то в часолисте. — Я сегодня отлучусь на пару часов, — девушка решила предупредить соседку заранее, чтобы потом не возникало вопросов. Их компания редко ходила по одиночке за эти три недели. Диана лишь кивнула, не став задавать лишних вопросов. Это было даже странно, ведь обычно фея несколько раз удостоверялась в том, что затея Василисы не опасная и стоит того. Наверное, ничего такого не заподозрила. Или после ее недавней истерики после первой вылазки к Астариусу, поняла, что без желания Огнева все равно ничего не расскажет. Назначенное время подошло быстро — Василиса была занята делом, потому оно пролетело незаметно. Поправив одежду, девушка в последний раз осмотрела себя в зеркале, и наконец вызвала стрелу. Пока она настраивала переход, Огнева вдруг заметила через отражение внимательный взгляд подруги. Вопрос не заставил себя долго ждать. — Ты умеешь работать с нуль-зеркалом? — В голосе сквозило подозрение, удивление и некоторое восхищение одновременно. Василиса мысленно ударила себя по лбу. Ну конечно. Координировать переход — одно из заданий средних курсов Часовой школы. Чтобы это получалось делать без ошибок, нужно не только иметь хорошую память, но и отлично владеть стрелой. Это уже не говоря о практике. Явно не та задача, которую может выполнить девчонка, узнавшая о часодействе месяц назад. Пусть и с Высшей степенью. Для них она только недавно узнала о том, как пользоваться часолистом и останавливать время… Но адекватного объяснения не было, потому Василиса ляпнула привычное: — А, меня тренировал отец. По его словам, я должна научиться настраивать переход как минимум в Черновод. Но Диана не повелась. — Вы встречались с ним один, максимум два раза! Как можно научиться этому так быстро? Василиса сдержанно выдохнула через нос, и взглянула на часы. Если не можешь ответить на вопрос — ретируйся. — Отец был очень убедителен. И я хорошая ученица, — улыбнувшись, она наконец сделала последний штрих — теперь нужно лишь зайти. — Прости, уже время. И быстро нырнула в переход, не давая той вымолвить и слова. Уже шагая, изредко переходя на бег, в переходе Василиса облегченно выдохнула. Интересно, получится ли у нее избежать вопросов по возвращении?.. В любом случае, сейчас надо сосредоточиться на другом. Младшая Огнева вышла в том же месте, что и в прошлое посещение Звездной Башни. Она даже не удивилась, когда увидела рядом ждущего Астариуса. Скорее всего, нуль-зеркало его предупредило о том, что кто-то зашел в переход. — Здравствуй, правнучка, — хмыкнул в бороду старик, внимательно ее оглядывая. Девушка улыбнулась, легко поклонившись. — Если не против, перейдем к сразу к делу. Пойдем, налью чаю. — Добрый день, прадедушка, — сейчас он был похож скорее на доброго волшебника из сказки, чем на могущественного часодея. Василиса кивнула, следуя за ним и готовясь рассказывать всё, что слышала от Эфларуса. Словно услышав, о чем она думает, Астариус задал вопрос. — Итак, как же прошел разговор с Великим Часодеем? Он дал тебе подсказку? — Огнева кивнула. — И она лишь больше тебя запутала? Прошло несколько секунд, прежде чем та снова медленно кивнула. Мужчина хмыкнул, впрочем, далеко не радостно. И, предвещая его следующий вопрос, Василиса предупреждающе подняла ладонь. — Минутку. Прежде чем мы перейдем к этому, я бы хотела сначала услышать Ваш вердикт по поводу Драгоция. Просто чтобы потом не отвлекаться. Астариус недовольно закатил глаза, но кивнул. — Что же, я договорился. Его вернут в Темночасы. Но с условием, что тот не будет создавать проблем. Я еще поговорю с ним об общежитии. Это все не бесплатно, но я придумаю, как все организовать. Вряд ли у мальчишки есть деньги на это. На лице Огневы расцвела широкая улыбка. Она уже хотела бросится прадеду на шею и начать благодарить, но тот остановил ее жестом, серьезно продолжая. — Но ты же понимаешь, что это не его судьба? Ты поменяешь чрезвычайно важный узел в его клубке, и неизвестно, как это отразиться на его будущем. Василиса закусила губу. Она это прекрасно понимала, но… — Я разберусь с последствиями, — серьезно произнесла девочка, мысленно дополняя: — «Я уверена, что он сможет зайти со мной в старое зеркало и без тех мучений, что ему пришлось пережить. Для этого ему даже необязательно надо брать чашу в руки или быть среброключником». Астариус внимательно смотрел на нее, когда вдруг вздохнул. — Конечно, я мог бы просто отказать тебе, но… Уверен, ты бы нашла способ, как уберечь его от дяди. Так вы хотя бы будете у меня под наблюдением. — По поводу оплаты… Наверное, можно поговорить с РадоСветом об этом? Может, его смогут обучать бесплатно, как одного из ключников, а также «беженца» от духа, — предположила Василиса, накидывая тому варианты. Прадед лишь хмыкнул, молча говоря «А я бы и не догадался». — А теперь, если ты не против, перейдем к сути. Что тебе поведал Эфларус? — На самом деле, он лишь подтвердил некоторые наши догадки. Сказал, что я оказалась здесь по воле своего давнего врага. Он тоже… Переместился со мной, но помимо подсознательной ненависти, у него не осталось никаких воспоминаний. Мол, это наказание за нападение на Королеву Времени… — Тогда почему ты ничего не помнишь? — Последовал логичный вопрос, на что Василиса лишь пожала плечами. Она присела на диванчик, наблюдая за тем, как прадед устраивается в кресле напротив. На стеклянном кофейном столике начали возникать кружки с горячим чаем и сахарница. Девушка потянулась за чайной ложкой, чтобы подсластить напиток. — Не знаю. Эфларус на этот счет ничего на сказал. Думаю, что-то вроде остаточного эффекта от эфера. Ведь не может быть всё слишком просто, — Огнева недовольно поморщилась. — Меня пытались отправить в другую параллель, но Время спасло меня, пусть из-за этого его потоки спутались. — То есть, это все же параллель, — задумчиво протянул Астариус, поглаживая бороду. — Даже если так, это не объясняет то, почему твой Король тебя все еще не нашел. Какого рода должен был быть эфер, чтобы так все запутать? Иначе я очень недоволен собой из твоей параллели, который не смог как следует обучить вас этому вопросу. — По ним у нас был Миракл, — пробормотала Василиса, вызвав возмущенное кряхтение у прадеда. Этот ответ его не устроил еще больше, поэтому она поспешила вернуться к главной теме. — Он подтвердил нашу мысль о том, что в Расколотом Замке есть время. Но, думаю, все прояснится только когда семь ключников отправятся в Безвременье с попыткой восстановить его. Но неужели ваши часовые архитекторы не замечают ничего странного? Астариус отрицательно помотал головой. — Я сам проверял все несколько раз — замок как был, так и продолжает быть нестабильным. Быть может, нужен какой-то толчок… — Скорее всего. Думаю, по прибытию к Главной Башне она все еще будет разрушена, пока мы не найдем способа все починить, как в… мое время. Однако, что будет после… — Думаю, нет смысла загадывать, — оборвал ее размышления прадед. — Все равно мы не узнаем все точно, пока не попадем туда, а до того еще далеко. Особенно если ты говоришь, что тебе закрыт доступ в Безвременье через нуль-зеркала. Ты же не могла ошибиться в настройке? — Обижаете, — самоуверенным голосом ответила ему Василиса. — У меня был высший балл по переходам. Любым. Тут бы я точно не ошиблась, дело в другом. Несколько минут они сидели молча, попивая чай и размышляющий каждый о своем. Пока Астариус снова не задал вопрос: — Может ли этим врагом быть Астрагор? Понимаю, что это самое очевидное, но нельзя отбрасывать этот вариант. — Не уверена. Эфларус говорил о том, что все чувствуют то, что чувствовали ко мне в первый раз. И то, что мой главный враг подсознательно меня ненавидит и боится. Но к Астрагору это в любой случае подходит — он ненавидел меня с того момента, как увидел мальчиком портрет Времени, — она хмыкнула, продолжая. — Но если это действительно Дух, возникает вопрос, как он выбрался из заточения в шкатулке. — Однако, тонкий ход… — Задумчиво протянул Астариус, сделав глоток чая. — Но не думаешь ли ты, дорогая правнучка, что это было бы слишком просто? — Хотелось бы, чтобы было просто, — покачав головой, ей все же пришлось согласиться. — Нужно рассмотреть и другие варианты. Но, честно сказать, список врагов слишком большой. — Сузим до тех, кто был с тобой с самого начала. Тех, кто возненавидел тебя сразу, и мог бы быть настолько злым и даже бестолковым, чтобы что-то делать против Эфларского Времени. И достаточно сильным, ведь мало у кого получилось бы такое провернуть. Но так, к слову. Могла ли это быть Хронимара? Василиса решительно ответила: — Нет. Во-первых, мы встретились с ней незадолго до моей коронации, и ей не за что меня ненавидеть. У нас были хорошие деловые отношения, да и… м-м, в общем, не было у нее мотива. — Она чуть не проговорилась о том, что Хронимара не стала бы идти против Драгоция, который еще и дружен с её сыном, но вовремя остановилась. Прадеду еще рано об этом знать. Тот заметил запинку, но лишь кивнул. Вдруг перед глазами всплыло чье-то лицо. Сначала нечетко, из-за чего Василисе подумалось, что ей привиделось из-за усталости. Руки начало покалывать — старое чувство, всегда сопровождающее её дар. Василиса опустила глаза на них, замечая, как те светятся. Со стороны Астариуса послышался тихий удивленный вздох, и девочка поспешила поднял голову. Вокруг нее летали цифры — часовой флер, который она в последнее время видела редко. Даже немного соскучилась… В новом-старом теле он требовал больше сил, чем раньше, да и надобности вызывать пока не было. Огнева словно зачарованная следила за парящими цифрами, пока те не перестали случайно кружиться вокруг. Одна за другой они полетели в сторону, словно желая показать ей дорогу. Василиса, не долго думая, поднялась вслед за ними. Она поспешила за ними, стараясь успеть, пока те не исчезли. Флер привел ее к большому зеркалу, стоявшему в коридоре Звездной Башни. Зачарованно следя за циферками, что вдруг стали лопаться и распадаться не мелкие искры, Василиса медленно перевела взгляд на зеркальную гладь. На нее своими холодными, словно льдины, голубыми глазами смотрела женщина, скривив лицо. Василиса побледнела. Как же она сразу не догадалась. — Мортинова. Это была Мортинова.***
День цветения
Везде царила суматоха. Начиная от толпы на улице, и заканчивая вестибюлем отеля, в котором проживало семеро ключников и пятеро смотрителей. Сегодня весь часовой круг собрался в одной комнате, будучи под наблюдением у старшего Огнева, вечно присутствующей рядом Мортиновой и «надзирателем» Дмитрием. Все стояли, словно были поделены на два лагеря: Дейла с Нортом-младшим волнительно переговаривались, Маришка внешне была спокойна, а Марк с Ярисом стояли молча, мрачно обводя взглядом всем присутствующих в комнате. И если безразличие бронзового ключника никого не удивило, то поведение Ляхтича вызывало вопросы. Именно это бурно обсуждали Захарра, Финн и Ник, строя свои догадки. Диана лишь слушала, время от времени хмыкая от абсурдности предположений, а Фэш сидел на диване с закрытыми глазами, упорно делая вид, что ему на всех все равно. Рок, являющийся тайным наблюдателем, стоял рядом со взрослыми, слушая как они обсуждают план. Василиса сидела рядом с Фэшем и сверлила взглядом голую спину Мортиновой. Та, как всегда, нарядилась словно на показ. Внешнее спокойствие давалось девушке тяжело, из-за чего все напряжение уходило в крепко сжатые кулаки. От Астариуса она возвращалась словно в тумане. Неожиданная подсказка Часового Флера должна была дать ответ, но вместо этого породило лишь больше вопросов. Как это случилось? Каким образом она увидела отражение Елены? Это не могла быть ошибка, нет — только взглянув на нее, Василиса почувствовала это странное ощущение того, как паззлы в голове складываются в одну картину. Она просто поняла — так, будто всегда это знала, и просто забыла. Удивительно даже то, что Мортинова до этого момента ни разу не приходила ей в голову, даже с учетом того, что подходила по всем факторам. Но почему это произошло именно тогда? С чего бы отражению там появиться? Астариус предположил, что это была некая подсказка от Времени, переданная через Часовой Флер — все же это тонкий дар, само его Дыхание. Возможно, этому способствовало скорое цветение, момент, когда две планеты-близнеца будут находиться очень близко друг к другу. Они долго рассуждали, как бы Елена могла осуществить то, что произошло. Бесспорно, она была сильной волшебницей с большим опытом, однако эфер такой мощности, чтобы обойти защиту Расколотого Замка и Времени, а потом и сделать что-либо с Королевой, не мог быть ей под силу. Они предположили, что ей мог бы кто-нибудь помогать, но никого более могущественного и негативно настроенного, кроме заточенного Астрогора, вспомнить не смогли. Дело сильно тормозило и то, что Василиса ничего не помнила из того, что случилось перед её перемещением куда бы то ни было. От знания того, кто сломал тебе жизнь, было одновременно и сложно, и легко. Огнева была рада, что стало на одну загадку меньше, пусть она и породила новые, и что теперь она знает врага в лицо. Однако от этого не становится понятнее, как вернуться домой. Не становится легче от удержания того, что её уничтожит. Святой Эфларус, она ведь даже ничего не помнит! И неизвестно, когда, и вспомнит ли вообще. А ведь это даже не считая того, что она натворит в вероятном будущем. Послужной список змеи растет с каждым днем. Однако теперь Черноключнице остается лишь сидеть и яростно глядеть ей в спину — в лицо нельзя, может заметить — и стараться не выдать себя. Черт. Теперь она даже не может сосредоточиться на предстоящем испытании, время которого подходило. В прошлый раз цветок появился на рассвете, сейчас же было около трех ночи. Все собрались заранее для того, чтобы взрослые снова смогли проинструктировать ребят, а те подготовиться. Или они хотели специально измотать ключников этим ожиданием? Что же, Василиса бы с радостью поспала подольше, как и большинство присутствующих в этой комнате. От созерцания бледной спины Елены ее отвлекло прикосновение к ладоням. Фэш, несколько минут хмуро смотревший на ее кулаки, вдруг мягко дотронулся до них, из-за чего руки машинально расслабились. Его движения были такими легкими, словно он делал это каждый день… Драгоций вложил ладонь в ее, раскрывая кулачок. И тут же недовольно цокнул. — Царапины будут. Посмотри, — Василиса опустила глаза, удивленно разглядывая руки словно в первый раз. На коже были четкие отметины-полумесяцы. Она пожала плечами. — Пройдут. Я просто нервничаю. Фэш хмыкнул. — Нервничаешь, или хочешь взглядом убить Мортинову? Я знал, что вы друг друга ненавидите, но чтоб настолько. Огнева пожала плечами, следя за его руками. Он даже не убрал их, хотя вокруг столько людей. Иногда она не понимала его. Словно желая смутить, девочка сомкнула ладони, беря того за руку. На удивление, он почти никак не отреагировал — только уши покраснели, да взгляд резво метнулся на Рока. — Больше, чем можешь себе представить, — Василиса мягко убрала ладонь, хмурясь. Настроение, которое итак было плохим последние два дня, опустилось еще ниже. — Что она тебе сделала? Вы знакомы-то всего ничего, — резонно заметил Драгоций, пренебрежительно фыркая. — Дядя тебе тоже пока ничего не сделал. Но ты все равно сбежал от него, — холодно ответив, Огнева резко встала с дивана и отошла в сторону. Она чувствовала на себе гневный взгляд друга, но лишь отмахнулась. Может, она и давила на больное, но людям вокруг давно пора понять то, что не стоит лезть не в свое дело. Девушка глубоко вздохнула, тут же мысленно одергивая себя. Нужно перестать так резко реагировать на любое упоминание причины ее негативного отношения к Елене. Со стороны ведь это действительно выглядит как беспочвенная злость. Однако проще сказать, чем сделать. Тихие разговоры смолкли, когда всех позвал Нортон-старший. Он подошел ближе и принялся рассказывать примерный план действий. В принципе, ничего нового Василиса и остальные не услышали — им уже несколько раз рассказывали о том, как и что должно происходить. Все скучающе слушали наставления, пока Нортон не дошел до места проведения всего задания. Громкий вопрос Финна заставил всех встрепенуться. — С чего вы так уверены в том, что Алый Цветок появится именно в Лазори? — Насмешливо проговорил тот, прищурившись. Похоже, его тон никогда не менялся. — Карта ведь пока не активирована. Огнев остался таким же равнодушным, скучающе отвечая: — Часовой круг появился в Лазори, и большинство думали именно о ней. По нашим прогнозам, велика вероятность цветения именно там. — Лазорь — центр Астрограда, и цветок может расцвести где угодно поблизости. В разговор вмешался Дмитрий, до этого стоявший молча. — Если карта укажет другое место, нам придется оперативно туда переместиться. На этот случай дороги Астрограда будут очищены от толпы в нужный час. А теперь, если вопросов больше нет, Господин Огнев закончит свои наставления, и мы отправимся в Лазорь. Время не ждет. Финн лишь хмыкнул, но вопросов больше не задавал. Как и остальные. Потому, быстро закончив с теоретической частью, они еще раз обговорили правильную формулировку желания. Василиса рассказывала отцу на «допросе» после приключения в прошлое о том, на сколько и куда стоит перевести Эфлару. Компания златоключника быстро переглянулась, но вслух ничего не сказала. Похоже, они получили какие-то свои инструкции. Быть может, вместо какого-то другого желания, Елена подговорила каждого держать «врагов» подальше от цветка, чтобы Марку было легче? Василиса этого не знала, но была готова к любому варианту. Через несколько минут группа наконец выдвинулась к Лазори. Улицы, на удивление, были уже практически безлюдными. Похоже, Радосвет постарался, чтобы умы ключников не были отвлечены посторонними взглядами. Василису, которая все это время была в состоянии какого-то автопилота, вдруг посетила одна мысль. Она одернула идущего рядом люта и негромко произнесла: — Погоди, то есть, место цветения все еще неизвестно? Я думала, карта должна была показать место еще вчера. По крайней мере, так было в прошлый раз. Черноключница была уверена в том, что карта заработала раньше — тогда они сильно попотели, чтобы добраться к нужному месту. Ответ не заставил себя долго ждать. — Интересная мысль, — Финн скосил на нее взгляд, наблюдая за задумчивостью, которая отразилась на лице девочки. — Но карта может активироваться в любой момент, как и сам цветок. Это только по расчетам часовых архитекторов мы знаем приблизительный час — на рассвете. А он будет совсем скоро. — Не слишком ли поздно карта покажет место? — Может быть, но это все равно не в нашей власти. Придется смириться, а потом быстро бежать куда-нибудь в лес. Огнева прищурилась, наконец переведя на него ответный взгляд. — Ты так уверен в том, что они ошибаются? И почему именно в лес? — А я-то думал, поймешь, — притворно-грустно протянул лют, вдруг щелкнув ту по лбу. Василиса ойкнула, в ответ стукая того по ладони. — Они хотят, чтобы цветок Времени, расцветающий в гуще листьев папоротника, появился в Лазурной Зале или на территории города, где все заставлено зданиями и механизмами. Не думаешь, что они требуют невозможного? — Тогда зачем они ведут нас в Лазорь? Почему они так слепо уверены в своем решении? Финн лишь пожал плечами. — Чего ожидать от часовщиков, — он легко покрутил палец у виска, широко улыбнувшись. Другого ответа Огнева и не ждала, потому лишь усмехнулась. Не успела группа дойти до дверей Лазори, как те распахнулись, а на встречу к ним вылетел запыхавшийся Константин. У него в руке был сверток. Завидев старших, мужчина быстро спустился с лестницы и подбежал к ним. — Карта!.. — Он прерывисто вздохнул, успокаивая дыхание. — Карта показала место. — Ну так чего же мы ждем? — Высокомерно и нетерпеливо спросила Мортинова. Ключники и смотрители обступили взрослых по кругу, взволнованно переглядываясь друг с другом. Василиса взглянула на Ника, шепча тому вопрос. Оказывается, Лазарева выбрали Хранителем карты, который должен был следить за тем, когда появится метка. Странно, подумалось девушке. Им должны были выбирать одного из ключников… Или так просто получилось в прошлый раз, когда Круг был отрезан от помощи старших? Огнева не удивилась бы, если опоздание проявления метки было связано именно с участием посторонних в этом моменте. Лазарев в это время открыл карту, показывая всем местонахождение красной пульсирующей точки. — Это… Это за пределом Астрограда, — пробормотал Дмитрий. — Где-то в лесу. Подростки стояли молча, но в воздухе так и повисло молчаливое «Я же говорил» от Финна. Василиса спрятала улыбку, заглядывая в карту. — Не зная дороги, мы не сможем попасть туда вовремя, — беспокойным тоном отозвалась Елена, переминаясь с ноги на ногу. Черная ключница почувствовала какое-то злорадное удовлетворение от того, что её блистательный наряд совершенно не подходил к местности цветения. Ник, заглянувший отцу через плечо, вдруг громко воскликнул: — Мы знаем это место! — Все как по команде удивленно посмотрели на него. Мальчик продолжил уже не так громко: — Отсюда пешком около получаса, пока пройдем город и дойдем до самой поляны. Взгляд его отца и Дмитрия изменился. Походу, они догадались, что именно туда ходила их компания пару дней назад. Василиса, удивленная совпадением, не сразу услышала шепот Дианы. — Вот это да! Я обратила внимание на то, что на поляне много папоротников, но подумала, для часодейного леса это нормально. — Я бы на месте Цветка тоже выбрала это место, — рядом зазвенел голос Захарры. — Очень симпатичное! Их хихиканье прервал недовольный Нортон: — Отлично. Надеюсь, все готовы к пробежке в лесу, — он пренебрежительно оглядел младшего Лазарева с ног до головы, словно сомневаясь в его способностях. — Похоже, смотритель от ремесленников все же пригодился. Иди вперед. Ник густо покраснел от злости, но ничего не сказал, лишь выдвинулся вперед. За ним быстро последовал Константин, а через мгновение того догнал и Фэш. Елена, видимо оправившись от первого шока, что-то тихо проговорила Нортону-старшему, а через мгновение отделилась от группы, оставшись позади. Василисе уже подумалось, что она решила не идти с ними, чему была рада. Но уже через пять минут, когда они прошли несколько улиц, женщина догнала их. Платье сменилось на более удобный костюм, а высокие каблуки теперь были остроконечными балетками. Удивительно, Огнева искренне считала, что эта женщина не умеет носить ничего другого, кроме длинных блестящих платьев. Они перемещались быстро, стараясь не терять ни минуты. Во время этого Дмитрий вызвал часолист, на бегу что-то выводя в нем стрелой — наверное, предупреждал Радосвет о смене планов. Вряд ли весь совет переместиться на нужное место, но ведь еще несколько наблюдателей должны прибыть, верно? Такое событие не может остаться без свидетелей. Если успеют, конечно. Шагая уже по лесу, все шли молча. Ключники были сосредоточены, и каждый обдумывал что-то свое. Василиса упорно глядела в спины, виднеющиеся впереди, пока кто-то не зацепил ее за плечо. Девушка быстро обернулась, сразу же натыкаясь на пронизывающий взгляд Ляхтича. Некоторое время они молча смотрели друг на друга, прежде чем тот молча кивнул ей и устремился вперед к своим товарищам, оставляя Черную ключницу в недоумении. Однако верная мысль быстро пришла к ней в голову — он решил рискнуть и поверить ей. Прямо он бы не смог сказать ей это сейчас… Василиса тихо вздохнула от облегчения. Она была рада, что Марк отказался, но… С другой стороны, если не он, то кто? Кто другой рискнет отобрать чашу, чтобы принести ее Астрогору? Ведь, спася одного от гибели, она обрекла на нее кого-то другого… Она потерла переносицу. Вряд ли ее брат с сестрой решаться на такое, как и нейтрально настроенный Ярис; Маришка фанаткой Духа явно не была… Что ж, вряд ли Дух будет считать угрозой своего сына, верно? Ведь если никто, то роль останется только Року. На удивление, дорога прошла без проблем. Уже через двадцать минут впереди стала виднеться необходимая им поляна, и Нортон снова взял управление в свои руки. Забрав карту у Лазарева, чему тот был не слишком рад, мужчина расправил сверток и перевел взгляд на ключников. — Возьмите каждый свой предмет. Я надеюсь, никто их не забыл, — равнодушно протянул часодей, обводя всех взглядом. Добытые в прошлом вещи им раздали еще в отеле. Ребята быстро последовали его словами, — Доставайте и ключи. Каждый должен приложить их к карте, и тогда путеводные нити активируются. Шесть ключей одновременно прикоснулись к бумаге, отчего всем пришлось плотно прижаться друг к другу. Никто этому рад не был — напряжение ощущалось в воздухе наравне с волнением. Как только Василиса приложила Стальной Зубок к карте, бумажная поверхность вспыхнула тысячами мелких ярко-алых точек, складываясь в сложный и беспорядочный узор. — Сильные часоводы, — пробормотал Финн и подмигнул девушке. Карта продолжала меняться: алые точки, которых стало больше в несколько десятков раз, одновременно вспыхнули и вдруг погасли. Но того, что произошло дальше, предугадать не смог никто: словно прожженная мельчайшей раскаленной сеткой, карта зашипела и опала вниз горсткой пепла. — Ты снова всё сломала! — Гневно вскрикнула Маришка, пока ее не одернул Нортон-старший. — Молчать, — жестко осадил ее тот, приказывая дальше. — Разойдитесь в круг, и не забудьте места для смотрителей. Все быстро послушались его, становясь на свои места. Молчание затягивалось, и в воздухе повисло напряженное ожидание. Несколько минут ничего не происходило — поляна, озаренная тусклым солнечным светом, еще не успевшим набрать силу, оставалась прежней. — Смотри… Василиса почувствовала прикосновение руки Фэша; как и все, мальчик смотрел в центр круга. Она пригляделась и… Листья папоротника веером разошлись в стороны, открывая вид на небольшой пятачок черной земли. Из него, словно змея под дудочкой заклинателя, выползал тонкий и длинный стебель, на его конце стремительно разрастался черно-белый бутон. Насколько Василиса помнила, следующим этапом должен быть… — Нортон, — послышался спокойный голос отца. Пусть это и было лишь имя, звучало оно как приказ. Мальчик вздрогнул, и медленно подошел к слабому цветку. Отец подал ему небольшой ножик, из-за чего тот затрясся. Но, на удивление, колебался он недолго — через несколько мгновений паренек послушно сделал небольшой надрез на руке и поднес ее к бутону. Тот, почувствовав кровь, сразу же потянулся к ней лепестками. С растением начали происходить быстрые метаморфозы: лепестки стремительно меняли цвет с бледно-белого на ярко-алый. Из самой середины чаши ударил в небо столб ослепительного света и опал на траву сияющим куполом. Старшие пораженно уставились на все происходящее — даже Нортон не стал прятать удивление, отразившееся на лице. В это время находившиеся в руках ключников куски золота, серебра, бронзы и железа вдруг принялись нестерпимо жечь, и ребята с криками побросали их — и тут же все осколки ушли под землю. Кусок хрусталя в руках Маришки превратился в воду и моментально просочился в почву. Сияющий купол окреп; Рок подошел к полупрозрачной стене и осторожно коснулся ее — его пальцы нащупали преграду. Двенадцать человек, находившихся в Часовом Круге, оказались отрезаны от окружающего мира. Василиса оглянулась, увидев за пределами круга их сопровождающих, а также незнакомых ей людей. Похоже, некоторые члены Радосвета все же решили не оставлять столь судьбоносный момент без внимания. Никто их не слышал, потому командовать принялся Рок, чему никто не удивился. — А теперь — Черный ключник. Василиса кивнула, быстро направившись к Алому цветку. Присев рядом на колени, она на мгновение застыла, разглядывая его. Прошло 13 лет с того момента, как она делала это… Чаша все еще очаровывала своим цветом — кровавым, в тон крови, которой ее окропили. Девушка выдохнула, чувствуя, как пот капельками стекает по коже — от цветка исходил сильный жар. Она и забыла это ощущение… В прошлый раз все происходило как во сне. Василиса прищурилась, чувствуя… чувствуя… Ничего. Её с головой накрыло подозрительностью — кроме исходящего тепла она ничего не чувствовала от цветка. Оно выглядело так, будто было живым, но… От него не исходило Времени. Огнева не видела его потоков в Алом Цветке. — Не медли, — громко напомнил ей о действительности Рок, гладевший на нее сверху вниз. Все вокруг с напряжением следили за действиями Огневой, а так же кидали подозрительные взгляды на не-своих. Все чувствовали, что после того, как Черный Ключ перережет стебель, случится что-то непредвиденное. Даже если вокруг них стоит десяток наблюдателей. У нее не было времени на размышления. И медлить Василиса больше не собиралась — одним решительным ударом она перерубила тонкий стебель кинжалом, сразу же ловя Чашу ладонями. Мгновенно за спиной послышалась возня и крики — она не могла разобрать, кто это был, потому что задача была другой. Положив Чашу рядом — она все равно не сможет противостоять Року — она принялась усердно рыть землю. Девушка знала, что цветок — не то, что нужно для желания. Сердце. Хрустальное сердце было где-то там — она чувствовала его, слышала в ушах его стук. Силы уходили, но Огнева знала, что ей нельзя сдаваться сейчас. Рыхлая земля податливо расходилась под пальцами, попадая под ногти. Василиса даже не удивилась, когда она наконец коснулась гладкой, округлой, немного влажной и прохладной поверхности, и потянула свою находку изо всех сил наверх. В ее ладонях пульсировало странное, удивительное, настоящее сердце. Его стенки были прозрачными, словно хрусталь, а внутри по тонким венам бежала серебристая кровь. В самом центре горела яркая, ослепительного… желтого цвета искра. Она была словно маленький лучик солнца, окрашивающий прозрачное сердце в теплый цвет. У девушки перехватило дыхание, и пусть от него в тело возвращались силы, ясности в голове не было никакой. В голове крутилась лишь одна мысль: что с ней. Что с искрой. Почему она такого цвета. Звуки за спиной становились яростнее, кто-то пронзительно закричал. Времени на размышления не было. Больше не мешкая, она подняла сердце над головой и прокричала: — Хочу, чтобы Эфлара ушла в прошлое на сто часов! Ее крик услышали все: кто еще стоял на ногах, обернулись. Часовой купол таял на глазах, из-за его стенок возникали фигуры людей. Но Василиса никого не видела: она изо всей силы бросила сердце оземь. Краем глаза она заметила — цветка нет. Кто-то забрал его, пока она искала сердце. Но кто? Она совершенно не заметила… Брызнули во все стороны хрустальные осколки, взлетела в их прозрачном вихре солнечная искра, закружилась и замерла перед самым носом девочки. Недолго думая, Огнева поймала её в кулак и, преподнеся ко рту, быстро проглотила. Она не знала, стоило ли спешить, ведь Духа здесь быть не могло, но кто знает, какие указание получили Драгоции? Синяя… Нет, уже желтая искра пульсировала в ней, пока не дошла до сердца. Черная ключница не знала, это оно само по себе бьется слишком громко и сильно, или все дело в искре?.. Василиса слышала крики отца, возмущения Елены, и даже… голос матери. Но они звучали так далеко, словно через толщу воды. Девочка попыталась встать, но в следующий миг почувствовала тяжелый удар по затылку. Из-за вдруг навалившейся усталости и ослабевших ног, она громко упала, больно стукнувшись об землю. В груди вдруг закололо, а тело словно пронзило током. Ключница рвано вздохнула, спустя мгновение потеряв сознание.***
Василиса стояла в своей спальне, разглядывая отражение в зеркале. Совсем скоро должен был начаться новогодний банкет — они долго готовились к нему, и упасть в грязь лицом было бы крайне неприятно. Королева перевела взгляд на золотую корону, лежавшую на тумбочке рядом. Она ничуть не изменилась — блеск камней и металла был так же ярок даже в комнате с приглушенным светом. Зато изменилась сама Огнева. Она всегда чувствовала тяжесть короны на себе, и отнюдь не из-за ее веса. Ответственность. Она слишком рано легла на ее хрупкие плечи. Будучи неподготовленной девочкой, совсем недавно по меркам остальных изучающей часодейство, ее это пугало. Потребовалось несколько лет беспрерывного обучения чтобы принять то, что предстоит. Благо, что рядом были учителя и друзья. И Фэш. Прошло лишь тринадцать лет, и она до сих пор не могла привыкнуть. Но это — ничтожная доля того, что будет, ведь паре Времени предстоит долгое тысячелетие. Иногда они с Фэшем разговаривали об этом. Боялись. Людской век короткий, особенно по сравнению с тем, что предстоит им. Их страшила мысль о том, что когда-то они лишатся друзей, родных. Что люди будут меняться каждый век, а со временем они к этому привыкнут. Станут жестче. Равнодушнее. Василиса сглотнула, моргая. В уголках глаз было влажно, но наверняка это лишь из-за пристального разглядывания короны. Не больше. Девушка аккуратно взяла ее в руки, медленно поворачиваясь к зеркалу. Ее отражение послушно повторяло за ней. Глубоко вздохнув, она аккуратно надела регалию себе на голову. С ней она вмиг становилась старше, словно взрослея еще на несколько десятков лет. Или сотен? Королева привычно расправила плечи, не отводя взгляда от себя. Шаг. Еще. Она приблизилась к зеркалу, вдруг следуя неожиданному порыву. Ее рука поднялась, аккуратно прикасаясь к холодной глади. К своей же ладони. Она на мгновение закрыла глаза, словно успокаивая себя. На нее смотрела ее точная копия и недобро улыбалась. Василиса оторопела, а на затворках сознания промелькнула мысль. Бежать. Бежать. Бежать. Подсознание словно вопило, но васильковые глаза не отпускали. Как и рука. Ее ладонь провалилась в зеркало, а чьи-то длинные пальцы крепко держали ее за запястье. С каждой секундой отражение все больше скалилось. — Нет! Нет! Отпусти! — Ее испуганный крик разнесся по коридорам. Паника накрыла с головой, и в попытке вырваться она оперлась второй ладонью на зеркало, пытаясь оттолкнуть себя от него. Отражение быстро повторило маневр, тут же обволакивая запястье «оригинала». Василиса в ужасе закричала, но через мгновение звук оборвался. На пол звонко упала золотая корона, сверкнув камнями.
