Колесо Времени

      Среда началась с суматохи, которая, к счастью, была в основном за пределами ее спальни. Выглянув в окно утром, Василиса увидела во дворе множество карет, запряженных тонкорогами или малевалами. Какие-то уже приземлились, кто-то все еще кружил над площадью перед входом в Черновод. И ведь это только начало! Основной поток гостей прибудет после полудня, сейчас же в основном прилетали приближенные к делам часового круга советники и, соответственно, сами ключники. Облокотившись на подоконник, девушка стала высматривать знакомых. Это было нелегко с такого расстояния, поэтому Василиса наэферила себе бинокль.       И — бинго! — практически сразу нашла повозку, откуда вылезали Фэш с Ником. Сердце радостно забилось от предвкушения встречи, но девушка быстро скисла от осознания, что вряд ли она сможет увидеть их в ближайшее время. Ключников рассадят по гостевым комнатам, и скорее всего запретят вылезать оттуда до основного праздника, который был назначен на шесть вечера. А у нее и подавно нет возможности выйти… Василиса поняла, что находиться в считанных минутах от друзей без разрешения увидеть их еще хуже, чем если бы они продолжали быть на разных территориях. Может, получится выскользнуть?       Ребята прибыли со старшим Лазаревым, и, как ни странно, Дмитрием. Первому явно было некомфортно находится в доме врага, когда же его товарищ выглядел весьма спокойно. Казалось, будто он даже скучает, разглядывая фасад замка.       Приблизилась еще одна карета — спустя пару минут петляний в воздухе, малевалы наконец приземлились. Хозяева повозки не заставили себя долго ждать — открыв дверь, со ступенек соскочила… Захарра! Она и забыла, что Драгоции тоже появятся. Вернее, не думала, что они вообще это сделают. За ней вышел Рок, как всегда с полным безразличием на лице, а после… Войт. Василиса напряглась, увидев его самоуверенную ухмылку. Перед глазами начали мелькать события ее снов… Она сжала бинокль сильнее, и поспешила увести его куда-то в сторону — они все равно закрыли дверцу, значит, никого больше с собой не привезли.       Через двадцать минут прибыл Мандигор. Позади него под руку шли Ярис с Маришкой — последняя даже не пыталась скрыть надменное выражение лица. — «Почему без Елены? Она должна прибыть позже, или просто уже в замке? Не удивлюсь, если помогает отцу с организацией…» — Василиса еще немного понаблюдала за ними. Мандигор выглядел взволнованным, а когда увидел чету Драгоцией, и вовсе стушевался. Сердце сжалось. — «Знает… Конечно, он знает! Он ведь сам входит в Орден Непростых, наверняка видел, что случилось с Марком. Которого, кстати, до сих пор нет».       Василиса не знала, чего боялась больше — увидеть его здесь или подтвердить свои опасения об его заточении. Она еще долго наблюдала за прибывающими гостями — Драгоции и Мандигор с подопечными уже успели скрыться в замке, но Ляхтича было не видать. Когда ей надоело, девушка решила, что стоит уже отлипнуть от окна.       Был только полдень — до основного празднества, куда им с ключниками будет дозволено пойти, оставалось еще шесть часов, а делать было решительно нечего. Побродив по комнате, Василиса быстро заскучала — и ведь даже Финна не позовешь. За полеты наверняка отругают, сейчас не самый подходящий случай. Ей в голову пришла идея наплевать на это, и поискать Ника с Фэшем, но, если она начнет кружить возле окон половины замка, увидеть ее могут совсем не те люди. В личный уголок тоже уходить не стоило — в любой момент могла прийти Госпожа Фиала, чтобы начать подготавливать ее наряд. Хотя, это уже будет часам к четырем.       Она подошла к двери, разглядывая на ней причудливый узор. Каждый день девушка проверяла, чтобы та случайно не открылась — это могло бы означать, что «домашнему аресту» конец. Сегодня не было исключением, наоборот — шансов на то, что у нее получится, было гораздо больше.       И хотя Василиса особо не надеялась, какого же было ее удивление, когда ручка поддалась — тихо щелкнув, дверь медленно приоткрылась, словно не была закрыта полтора месяца. У нее появилось ощущение, будто она делает что-то запретное, но, с другой стороны, раз дверь наконец открылась, значит, можно выйти. У нее есть несколько часов, чтобы насладиться свободным передвижением по замку, прежде чем нужно будет начать одеваться официальнее.       Впрочем, из жилой части замка лучше не выходить. Если наткнется на отца или Елену, те наверняка сделают ей выговор за то, что спустилась к гостям раньше положенного времени. Да и не хотелось встретить какого-нибудь советника, горящего желанием поговорить с ней. Обычно посторонним запрещалось подниматься на последний этаж Замка, который имеет выходы ко всем башням, поэтому там она могла передвигаться свободно. Осталось лишь угадать, где ее приятели. Василиса неспешно спускалась по лестнице, анализируя. Северная башня была занята ее отцом, Восточно-Южная и Южная — ее братом и сестрой. В Западной была заперта Диана. Часовщица не помнила, где в прошлый раз поселили Захарру и остальных Драгоциев, но на месте отца, Серебряного ключника и смотрителя от мастера, известных своей дружбой с феей, она бы посадила как можно дальше от ее места заточения. Вряд ли ребята вообще знают, что Диана здесь, но перестраховаться не будет лишним. Скорее всего, им отдали комнату в Северо-Восточной башне. А Северо-Западную Нортон-старший отдал Мортиновой и ее подопечным. Или решил подружку как можно ближе к себе положить? Василиса дернулась от этой мысли, и она постаралась подумать о чем-то другом. — «А стал ли он вообще отводить какую-нибудь башню для Фэша с Ником? Вряд ли он хочет видеть их слоняющимися по замку, поэтому проще оставить в гостевой комнате, чем ловить потом по этажу. И это повезет, если жилому… Проверю сначала Северо-Восточную, она как раз ближе всех».       Спустившись, Василиса еще несколько секунд стояла неподвижно и прислушивалась — вдруг где-то раздадутся тяжелые шаги отца, или цоканье каблуков Мортиновой? Первый ее не пугал, но вторая — дико раздражала от одной лишь мысли. Она свернула в нужную сторону, и вдруг наткнулась на вихрь из стайки маленьких фей, чуть не сбив несколько из них. Те, пища, разлетелись в разные стороны, даже не дав часовщице извиниться или попросить помощи. Интересно, они ее обругали между собой, или нет? Девушка хихикнула, и направилась дальше.       Уже поднимаясь наверх, Огнева поняла, что ей повезло угадать с первого раза. И как удачно, что ребята так близко! Сначала она сомневалась, потому что решила, что отец поселит их от нее и греха подальше, а то и от себя, в Южно-Западную, чтобы не видеть и не слышать. Но видимо решил, что лучше пусть будут поближе к нему, и подальше от Фрезер.       Возмущенный возглас Фэша она услышала еще на середине лестницы. Странно, что так хорошо слышно, ей казалось, звукоизоляция в комнатах хорошая — в ее точно. Но, поднявшись выше, поняла почему — дверь их была открыта наполовину, совсем не скрывая предмет спора мальчишек. — Она точно где-то здесь, я уверен! Огнев не имеет права удерживать ключницу у себя в замке. — Фэш, прошу, успокойся. Отец просил ничего не предпринимать, нам же хуже от этого будет. Огнев только и ждет, чтобы мы полезли, куда не надо. — Ник звучал непривычно серьезно. Здесь его спина мелькнула в проеме в попытке его заслонить. — Давай дождемся Захарру, и поищем Василису. — Кричите так, что отец вас со своей башни услышит, и тогда вы точно никого не найдете, — весело вставила часовщица, обозначая свое присутствие. Ник резво обернулся, хотя глаза его были такими испуганными, будто он не сразу понял, кто это сказал, и не показалось ли ему. Лицо его сразу посветлело, и он отошел в сторону, приглашая ее войти. — Василиса! Рад тебя видеть! Мы как раз говорили о тебе, — Ник проследил, как девушка зашла, попутно закрывая за собой дверь, и удовлетворенно кивнул. Фэш же, наоборот, насупился. По его лицу нельзя было четко сказать, рад ли он вообще видеть Черную Ключницу. — Ждали Захарру? — Она прошла дальше, оглядывая выделенную им комнату. По размеру такая же, как ее, но без кровати. Зато был большой диван — похоже, намек, что гости здесь не задержатся, и полноценные спальные места им не нужны. Логично. Они и сами вряд ли пожелают здесь ночевать. В углу было нуль-зеркало, и Василисе стало не по себе, стоило ей заметить свое отражение. В собственной спальне оно почти всегда закрыто, и единственное зеркало, которое она не прятала, было в ванной. И лишь потому, что оно было не в полный рост и над раковиной — через такое никто не вылезет и не залезет. Но, вроде бы, никаких подозрительных активностей замечено не было. — Тебе-то что? — Вопрос Фэша прозвучал грубо, и Василиса с недоумением повернулась на него. Опять у него в голове что-то перевернулось. — Знаешь, твои постоянные изменения в настроении начинают надоедать, — и, не дав тому вновь нагрубить, продолжила, обращаясь только к Нику. — Сидела в комнате, не вылезая, с момента цветения. Еще немного, и у меня поехала бы крыша. Соскучилась, — слова вырвались легко, и Василисе даже не было неловко. Мастер только улыбнулся. — Мы тоже скучали. Не поверишь, но от жизни с Фэшем у меня самого чуть крыша не поехала. — Эй, не выдумывай. Нормально общались, — его возмущенное замечание вызвало у обоих лишь смех. Тот, поняв, что друг лишь шутит, только закатил глаза. — Как у вас дела? — Мы будем обучаться в Темных часах! — Радостно воскликнул Ник, от чего часовщица тепло улыбнулась. — Точнее, отец зачислил меня в студенты, так как я получил степень, а Фэша восстановили. — Правда? Почему? — Не твое дело, — буркнул Драгоций, вызывая у нее желание его стукнуть. — Говорят, сам Астариус вмешался, — прошептал ей Ник, не обращая внимание на бубнеж товарища. — Я вас слышу. — Я знаю, — Лазарев лишь отмахнулся. Он отлично понимал все виды его злости и недовольства, и мог разобраться, когда Фэш не хочет говорить, потому что это важно, или из вредности. — Классно, поздравляю! Меня тоже должны были зачислить, надеюсь, что Мортинова не завалит меня на вступительных экзаменах.       Они оба присели на диван, когда Фэш, недолго потоптавшись рядом, в итоге сел на полу. Никто это комментировать не стал — оба знали об этой привычке Драгоция сидеть на ковре вместо дивана, только один — с детства, а вторая — из совместной жизни. Серебряное блюдо, стоявшее на кофейном столике, звякнуло почти сразу. — Заказал нам горячего шоколада, — ответил на молчаливый вопрос Ник, поднимая крышку блюда. По комнате сразу же пошел вкусный запах напитка. — Нас же не оштрафует твой отец за то, что мы расходуем продукты с его кухни? — Язвительно спросил Фэш, из-за чего ему пришлось тут же уворачиваться от летящей диванной подушки. — Очень смешно, — передразнила его Огнева, кинувшая ту самую подушку. — Нет, штрафовать буду я, как представитель семьи в этой комнате, — и, пока Фэш не успел ничего сказать, жестко припечатала: — Еще один комментарий насчет моей фамилии, и я начну вспоминать все грехи твоих родственников, Драгоций, а потом выкину из башни.       Несколько секунд они сверлили друг друга взглядами, пока Ник не отвлек их: — Оба полетите, если убийство Фэша заметит кто-то из его… семьи. — Они на противоположной стороне замка, не увидят, — махнула рукой Василиса, забирая чашку с горячим шоколадом. — И вообще, какое убийство? Он пролетит два этажа, и от испуга крылья вызовет. — Я бы и больше смог, — процедил тот, явно приняв правила игры. — И разбился бы на скале. — Сказала девчонка, которая вечно падает и забывает про крылья. И кто бы тут разбился? — Уверена, ты бы меня поймал, как обычно это делаешь. — А потом разбились бы оба, потому что одна крылья не вызовет из-за неопытности, а второй - из-за гордости, — насмешливо вставил Ник. — И умерли они в один день в объятиях. Ах, как романтично! — Веселый голос за их спинами не остался без внимания. Василиса сразу развернулась, увидев на пороге широко улыбающуюся Захарру — судя по всему, она уже стояла там какое-то время. Фэш, ухмыльнувшись, даже не стал подниматься с ковра. Сестра его, решив, что приветствий достаточно, быстро уселась рядом с Василисой. — А мы только собирались идти тебя искать, — прокомментировал ее появление Фэш, удачно пропустив мимо ушей фразу про романтичность. — Ага, я вижу, — Захарра поиграла бровями, косясь на три чашки шоколада. Через мгновение блюдо звякнуло, и появилась еще одна. — Вам повезло, что я нашлась сама. Там сейчас по этажу бродит Огнев, у меня еле получилось проскользнуть. — Вам запретили выходить? — Вроде того. Рок сказал, вниз запрещено спускаться, а если туда нельзя, то и по замку нечего бродить. Удалось уговорить его разрешить мне вас навестить, и то, пришлось аргументировать это твоим присутствием, Фэш.       Они многозначительно переглянулись, от чего последний сразу помрачнел. Как ни странно, Огнева догадалась, и судя по Нику, тот тоже. — «Сказала, что прощупает почву. И что, наверное, попробует его вернуть», — подумалось Василисе. На мгновение это испортило настроение, и начало формировать слабую догадку. Закончить ей не дали, перебив. — Ты быстро. Василиса тоже минут десять назад пришла, удачно совпало, — Ник попытался разбавить тишину, и Захарра быстро подхватила тему, желая уйти от предыдущей. — Ага. Вообще, я искала Василису, — она усмехнулась. — Думала, она мне как раз расскажет, где вы можете быть, как местная. — Я и сама не знала. Догадалась, — девушка пожала плечами, протягивая куцехвостой напиток. — Я и про то, что вы прибыли, случайно узнала. У меня окна башни выходят на площадь, где ваши кобылки с каретами паркуются. — Следила за прибывающими? — Да, иначе информацию о гостях было не получить. — Тебе разве отец или кто-то из слуг не сказал? — Удивленно спросила Захарра, будучи еще не в курсе про особенности проживания Огневой все это время. Та быстро ей рассказала, и часовщица понимающе закивала. — Понятно тогда, почему ты не отвечала на мои и ребят письма. — Ага, — здесь вставил слово Ник. — У нас свободы было куда больше, конечно, но нас напрягало, что вы с Дианой не пишете ответы, будто и не видели писем вовсе. — Так и было. У меня стояло какое-то ограничение на часодейство в башне и почту, наверное, поэтому. Ко мне даже никто не приходил, ни отец, ни прислуга. А Диана… Здесь их лица синхронно помрачнели, и лишь Захарра непонимающе переводила взгляд с одного на другого. — Значит, ты знаешь? — Фэш приблизился к ним, внимательно глядя на нее, словно треугл на охоте. Голос звучал как-то вкрадчиво, словно тот хотел ее подловить на чем-то. Его сестра лишь прислушивалась, и чутье девушки снова дернулось. — О том, что она заложница у часовщиков? Да. — А тот, кто тебе это рассказал, случайно не подсказал, где она?       Вопрос не застал ее врасплох. Василиса понимала, что это будет первым, о чем ее спросят, когда речь зайдет о Диане. Но что с этим делать, она так и не придумала. Стоит ли ребятам говорить о том, что фея заперта в Черноводе? Они и так резко относятся к этой теме, и к ее отцу в частности, а настроение Фэша и без того словно шторм. Да и, придется тогда рассказать, как она в принципе узнала про Диану, и, соответственно, про Финна…       Если не расскажет, и они поймут, что девушка что-то умолчала, и без того хрупкое доверие между ними пойдет трещиной. Василиса поняла, что пауза затянулась, и словно только заметила сосредоточенные лица всех троих, смотрящие только на нее. — Случайно подсказал, — сдалась она в итоге, решив, что к отцу у них и так плохое отношение, не убудет. — Она здесь, в Черноводе. — Я так и знал! — Победно воскликнул Фэш, самодовольно взглянув на Ника. — Должен будешь мне пять эфларов. — Вы спорили на Диану? — Насмешливо фыркнула Захарра, вызвав разную реакцию — Ник стушевался, а Фэш лишь пожал плечами. — И что? Это было из интереса. — Так ты был уверен, что фея здесь? — Конечно, — он кивнул, — где еще? Не запрут же они ее у непосвященного человека, или где-то, куда феи будут иметь доступ, вроде Астрограда. А у Огнева супер защищенный огромный замок, черти где спрятанный, и отношения с феями у них и так натянутые, ему уже все равно. У него полно пустых башен, куда он заселяет кого ни попадя, и куча помещений по самому замку. И тюрьма есть, — зловеще добавил Фэш, стирая с лица усмешку.       На мгновение Василиса даже удивилась, что он думал головой, по какой причине Диана может быть в Черноводе, а не через призму своего личного отношения к нему. И, судя по лицу Захарры, отражающее ее собственное, та подумала о том же самом. — Аргументы приняты. Я-то уже хотела сказать, что ты просто его ненавидишь. — И я просто его ненавижу, — согласился с ней Драгоций, кивая.       Они сидели молча несколько минут, попивая горячий шоколад, пока Фэш снова не взялся за допрос Василисы. — Так и где она?       Девушка с сомнением окинула его взглядом, не решаясь сказать. — Чтобы вы тут же побежали ее спасать, наплевав на наказ господина Лазарева, решение Радосвета, риск создания еще большего конфликта, при этом испортив праздник и, в конце концов, нарушить законы места, где вас приняли? Ладно Захарра и я, а вот Ник так просто не отвертится. У тебя, как у подопечного Астариуса, будет еще больше проблем. А отец не упустит шанса провернуть все в свою пользу. — С чего ты взяла? — Так ты не отрицаешь?       Они с Фэшем уставились друг на друга со злостью и упрямством, пока между ними не влез Ник. — Мы это все понимаем, и не собирались ее… спасать, — судя по всему, Драгоций был не согласен, но противиться не стал. — Но мы хотели хотя бы увидеть, что ее никто не держит в тюрьме, как какого-нибудь убийцу, не мучают, и поговорить с ней немного. — Возле нее полно охраны, вас бы не пустили, а только сдали отцу, — буркнула Василиса. — И она не в тюрьме. Все у нее хорошо, живет в собственной спальне, просто заперта. Поверь, у нее такие же условия, как у меня или Дейлы. — Откуда ты знаешь?       Огнева снова замолчала, пока, все же, не решилась рассказать. — Я у нее была, — и, пока ребята не успели возмутиться, быстро продолжила. — Один раз, когда хотела узнать, как дела, и второй, когда нужно было попросить об одолжении. Она каждую неделю виделась со своей наставницей. Кстати, Диана сегодня будет на балу, как одна из ключников — никто у нее Железный ключ не отбирал. — Значит, тебе можно к ней приходить на светскую беседу, а нам нет? — Вскипел Фэш, а Василиса вдруг успокоилась. Действительно, и чего она злится? Как будто не помнит, как невыносим был Драгоций в подростковом возрасте. — Я жизнью рисковала, чтоб к ней пробраться, — девушка поджала под себя ноги, усаживаясь на диване поудобнее. — И совсем не с разрешения папеньки или стражи. Напомню, меня заперли в комнате. — Но как тебя не поймали? — Удивился Ник, а Огнева пожала плечами. — В женщине должна быть загадка.       Тут Захарра вдруг расхохоталась, сгибаясь пополам. — Аха-ха-ха, женщина! Тебе четырнадцать месяц назад исполнилось! — А сама-то? — Фыркнул Фэш, расслабляясь. — Столько же недавно стукнуло. — Сейчас я тебя стукну, — беззлобно ответила его сестра, потянувшись с кулаками. Хохоча, та свалилась с дивана на него, и копошащейся кучей принялись играюче драться.       Василиса с Ником переглянулись, с опаской косясь на родственников. — Их стоит разнять? — Не, забей. — Ладно. — Сдаюсь, я сдаюсь! — Хохоча прокричала Захарра, несколько раз ударив по полу. — Нечестно! Ты вечно ребра щекочишь! — Дуй отсюда, — Фэш легонько толкнул ее, откатывая от себя. И, поднявшись, резко плюхнулся на диван между Василисой и Ником. Обиженно зыркнув на них с пола, Захарра только развалилась на ковре в позе звезды, и с лицом умирающего лебедя замолчала.       Ее хватило на пару минут, когда она снова вихрем поднялась с пола и упала рядом с Василисой, придавливая ее на диване. — О, горе мне, — пролепетала Драгоций, вызывая у девушки лишь смешок. — Актриса. — Талант! — Клоун. — Семейное дело. — Не знал, что у Рока талант к шуткам, — улыбнулся Ник, на что куцехвостая лишь захихикала. — Ага, он тот еще шутник. Помню, как заставил Фэша неделю драить главный зал Змиулана зубной щеткой, когда тот что-то пошутил про чистоплотность Рока. — Кошмар. — Я до сих пор с ужасом вспоминаю, — тот поежился, а Василиса задумчиво протянула: — Мне казалось, Рок должен быть педантичным чистюлей, — по крайней мере, таким он запомнился в ее памяти. — Иногда у него бывало плохое настроение, — Захарра хмыкнула, откидываясь на колени часовщицы. Ребята проводили ее неоднозначными взглядами, когда же Огнева даже не дернулась. — Почему у вас кроватей нет? Хочу поспать. — Дуй к себе. — Мы здесь до вечера, как бал закончится, папа нас заберет. — А вы надолго? — Несколько взволнованно спросил Фэш, хотя было видно, что он пытается скрыть свои эмоции на этот счет. — Мы точно останемся на ночь, но когда братья уедут, не знаю. Я же останусь до начала учебного года. — Так долго? — С сомнением протянул Драгоций, подсчитывая в уме даты. — Пять дней так-то. Почему тебя вообще не забирают?       Захарра таинственно улыбнулась, глядя на тех снизу-вверх. — Дядя разрешил мне учиться в Светлых часах! — Что?! — Два удивленных возгласа раздались одновременно. Ник с Фэшем с недоумением переглянулись, когда Василиса замерла от этой новости. — «Но Железный ключ же у Дианы… Почему тогда?..» — Как дядя… как ты его убедила? Почему он решил… — Фэш растерянно замолчал, сжимая кулаки. Похоже, для него это была больная тема — ему-то Астрагор запрещал учиться в ТемноЧасах, и хотя сбежал он скорее ради спасения, учеба тоже была одной из причин, как и получение ключа. — Секрет! Хочу рассказать вам попозже, вы так… — Какой ключ? — Василиса перебила ее резко, даже не контролируя тон голоса, из-за чего было слышно ее напряжение. Все с удивлением перевели на нее взгляд, а Захарра неловко поднялась. — Какой ключ тебе отдали? Рубиновый? Ты будешь вместо Норта, да? — О чем ты? Что случилось с Нортом? — Фэш недоверчиво спросил, мягко касаясь ее плеча. — Тебе правда отдали ключ? — Но почему? Еще ведь ничего неясно, до ближайшего сбора Часового Круга далеко, — Огнева следила за неуверенностью, отобразившейся на лице Захарры. — Стой, откуда ты узнала? — Увидев, как меняется лицо Василисы, быстро добавила. — Нет, не Рубиновый! Твой отец не собирается никому отдавать его, он рассчитывает на то, что твой брат поучаствует лично во всем. — Что с Нортом? — Голос позади звучал как через толщу воды. Девушка медленно поднялась, коршуном смотря на Захарру. — Тогда чей? У Дианы никто не отберет Железный. — Меня просили не говорить, вы все узнаете после бала, когда… — Золотой? — Спросила Василиса, чувствуя, как внутри все холодеет. — Ляхтич никогда в здравом уме не отдаст свой ключ, — она услышала возражение Ника, и медленно повернулась к нему. — А если он был не в здравом уме? Кто-то из вас вообще видел Марка в городе за все это время? — «Марка»? — С недоумением повторил Фэш, на что она не обратила внимание. — Мортинова не позволила бы ему навредить… — Мортинова — лживая змея, и вы это знаете. Ей не плевать на Марка только потому, что он ей полезен, — процедила она, вновь разворачиваясь к Захарре. Нет, вряд ли бы ей отдали Золотой Ключ. Ей нужно успокоиться, все с ним будет в порядке. — Пожалуйста, просто скажи, какой ключ. — Василиса, ее попросили не говорить, — Фэш предпринял попытку оградить Захарру от распросов, но девушка лишь упрямо мотнула головой. — А тебя просили вернуться в Змиулан, но ты не послушал, — оба Драгоция дернулись, и часовщица поняла, что попала в точку, стреляя наугад. — И разве тебе самому не интересно? Почему меня ты постоянно допрашиваешь, а здесь вдруг идешь на попятную? Или то, что Астрагор отпустил Захарру на учебу, менее подозрительно, чем то, что я просто живу в этом замке и знаю про ситуацию Дианы?       Фэш промолчал, как и остальные. Ник сделал робкую попытку сгладить ситуацию: — Мне тоже интересно, что за ключ.       Захарра, кинув на него убийственный взгляд, сложила руки на груди. — Я не хочу говорить, потому что пока никакого ключа у меня нет. Узнаете, когда пройдет клятва дарения. Я не хочу сглазить, вдруг передумают отдавать его мне. Или вообще отдавать.       Они несколько секунд сверлили друг друга взглядами, когда Василиса все же сдалась. — Но ты обещаешь, что это не Рубиновый? — Обещаю. — Ладно. Извини, — буркнула Огнева, присаживаясь обратно на диван. Недолго думая, вернулась туда и Захарра. — Поэтому я не хотела говорить. Теперь будете гадать, что за ключ, и сюрприза не будет, — наигранно обидчиво пролепетала Драгоций, сползая вниз по спинке. — Как ты вообще догадалась? — Интуиция. — С чего ты взяла, что это Рубиновый? Твой отец так подло и долго пытался выманить его для сына, что отдавать его кому-либо не стал бы, — заметил Фэш, возвращаясь к вопросу, который его так волновал. Похоже, даже больше факта дарения какого-либо ключа сестре. — Что случилось с Нортом? — В часодейной коме, — кратко ответила та, из-за чего у всех округлились глаза. — Он напал на Финна во время цветения, а тот, защищаясь, остановил ему время. Когда все закончилось, время ему вернули, но он не очнулся.       Все ошеломленно молчали, обрабатывая новую информацию. Похоже, о состоянии Норта мало кому известно, либо старший Лазарев решил не посвящать сына и его друга в подробности. — Он точно просто время остановил? — Точно. Без единого дополнительного эфера. — И никто ничего не смог сделать? — Угу. К нему куча врачей приходило, но все разводят руками. — Но он же рубиновый ключник, — взволнованно протараторил Ник. — Если он не очнется, круг под угрозой! Нортон очень сильно надеется на удачу, раз продолжает держать ключ при недееспособном владельце. — А что сделали с Финном? — Спросила Захарра. — Заперли в темницах Черновода. Фэш фыркнул. — Там ему и место. — Не говори так! Он лишь защищался, — встала на его сторону Василиса, на мгновение почувствовав обиду за люта. Похоже, она к нему все-таки привязалась за все проведенное время. — И защищал меня. Финн же не знал, что остановка времени выйдет таким боком.       Парень поджал губы, отворачиваясь от нее, когда Ник задумчиво протянул: — И фея, и лют в заложниках у часовщиков. Еще и у кого — Огнева! У него с обоими Королевами проблемы. Опасная ситуация.       Все закивали, обдумывая каждый что-то свое. — Откуда ты столько знаешь, если сидела в комнате одна и не вылезая? — Вдруг спросил Фэш, а у Василисы появилось стойкое желание его ударить. — Финн рассказал. — Он же в темнице. — Обычно да, — Василиса не знала, стоит ли рассказывать им про дар люта, не получив при этом его разрешения. Почему-то не хотелось раскрывать этот его секрет. — Иногда он выбирался оттуда с помощью нуль-зеркала, которое может менять размер по его желанию.       Лицо Ника посветлело. — О, точно! Помню, отец делал такое, очень тонкая работа! Пришлось даже Дмитрия просить, чтобы тот над ним немного почасовал, у отца-то дара нет… Значит, это было для Финна? — Да. Он говорил, что заказал его у твоего отца. — Разве то было нуль-зеркало? — Не знаю, мне он сказал так, — Василиса пожала плечами, прикидываясь незнающей. И вдруг резко вспомнила о чем-то. — Кстати… Зачем вы бросились на Марка?! — В смысле «вы»? — Возмутился Ник. — В смысле «зачем»? — одновременно с ним спросил Фэш. — Рожа у него была больно подлая. — У тебя она тоже не всегда довольная! Зачем драку начал? Вы дали этой компании зеленый свет на ответную атаку! Поверить не могу, я думала, там какая-то важная причина была, а тебе просто его лицо не понравилось? Как ты на него в обычной жизни не кидаешься тогда?       Фэш нахмурился, отводя взгляд. — Дело не просто в лице. Он на тебя как-то странно смотрел. Будто выжидал момент, для… чего-либо. Когда ты резала цветок, вообще напрягся. Я решил, что надо его отвлечь до момента, пока ты не загадаешь желание, чтобы он не выкинул что-нибудь. Не думал, что все выйдет вот так. Да и, кроме Дианы и твоего брата, никто не пострадал. — А о травме Яриса ты чего умолчал? — Без улыбки сказал Ник, на что его друг промолчал. Захарра тоже не стала спрашивать, из чего Огнева сделала вывод, что о проступке феи всем известно. — Этот эфер… Войт как-то хвастался, что смог повторить его с третьей попытки после первого же урока. Дядя обучает ему старший круг, и то немногих. — Добавил Фэш, потирая затылок — как раз, где татуировка ордена. — Не думал, что фея его тоже знает. — Похоже, она не такая светлая, как вы думали, — ответила Захарра, вдруг поворачиваясь к Василисе с каким-то слишком ехидным лицом. — Так что, говоришь, лют к тебе приходил, сбегая из своей камеры? Часто? — Ну, довольно, наверное, — неуверенно протянула Огнева, не видя подвоха. Ребята тоже прислушались. — Как получится. Иногда каждую ночь, иногда через день или два. — «Ночь»? — подозрительный вопрос Фэша заставил ее медленно обернуться к нему. — Ну, да. Когда за ним никто не следил. Его там не слишком хорошо кормили, так что он у меня в основном ел и болтал. — Что болтал интересного? — Да там… Про всякое, — уклончиво ответила Василиса, понимая, к чему они клонят. — Ничего интересного или важного. Иногда крылатому бою меня учил. — Правда?! И как? — Захарра резко встрепенулась, приближаясь к ней. — Хорошо дерется? А где вы тренировались-то? — В моем личном уголке. — Разве там есть, где развернуться? Один лес да болото. — Озеро, — огрызнулась Василиса, когда в голову полезли воспоминания о том, как они с Фэшем создавали этот уголок. Прокашлялась пару раз, и продолжила. — Нет, новый сделала, с тренировочным залом.       У всех вытянулись лица. У Фэша вообще подозрительно глаза блестели, и он спросил с опасением: — Финн помог? Василиса с недоумением уставилась на него, как вдруг резко сообразила. Ну конечно! Для этого же нужно знание числового имени. — Ну, он мне объяснял принцип, а я делала. — Ты САМА его сделала? — Ахнула Захарра, от чего Огнева мысленно застонала. Отвечая им, она словно шла по минному полю, где один шаг не в ту сторону — и тебя засыпает новыми вопросами. — Практически да, теоретически мне помогли. — Покажешь? Хочу посмотреть на твое тренировочное пространство! О, о, давай подеремся? Мне совершенно не с кем драться в Змиулане… — Кому ты врешь, ты даже на Войта готова кинуться, когда речь идет о крылатом бое, — не смотря на комментарий, было видно, что Фэшу тоже интересно. Да и Ник косился с интересом. — Мне Фэш тоже объяснял, но я с первого раза ничего не понял, — смущенно добавил Лазарев, заметив ее взгляд. — Надеюсь, я поступлю на круг повыше в ТемноЧасах! Слышал, там есть курс, изучающий настройку часолистов. — И он даже не считается позорным? — Хмыкнула Захарра, вызвав у парня лишь обидчивое пыхтение. Ответил ей Фэш: — Настройка часолистов — дело тонкое, и занимаются им опытные часовые ювелиры, балда. Это не ремесленная задача, у них же стрел нет. Ты в курсе, сколько на ЗолМехе такие специалисты гребут эфларов за базовую настройку? А если еще и личный уголок персонально настроят, по заказу, то цена еще выше.       Захарра лишь закатила глаза. Судя по всему, она и так все понимала, просто хотела подколоть Лазарева. — Так что, потренируемся? — Не сегодня. Ты остаешься еще почти на неделю, мы успеем. Возможно, даже не в личном уголке, а на плацу Черновода. — У вас есть плац? — Почти. Я так тренировочную площадку на улице называю. Звучит… Воинственно, — улыбнулась Василиса, поднимаясь. — А еще, если получится ночью ко мне проскочить, то можно будет и с Финном подраться, уже в часолисте.       Часовщица видела, что идея Захарре понравилась — ее глаза загорелись, будто драться нужно будет прямо сейчас. Зато Фэш был не слишком доволен. — Уже три часа, нам лучше разбрестись по комнатам. Скоро могут прийти слуги, чтобы помочь собраться к вечеру, — с сожалением заметила Василиса. Остальные погрустнели, но спорить не стали. — Встретимся на балу, да? — С улыбкой спросил Ник, на что девушки пожали плечами. — Не уверена, отпустит ли меня Рок от себя дальше, чем на десять шагов. — Аналогично. Я, правда, не знаю, кто за мной будет следить, но, если что, постараюсь подойти. Вы сами будете? — К вечеру прибудет Дмитрий. Он как член совета и часовщик имеет право здесь находится. Отец попросил его приглядеть за нами. — Ага, — вклинился Фэш. — Я так понял, ему не хотелось тут целый день торчать, но с Огневым у него отношения попроще, чем у отца Ника.       Последний кивнул, подтверждая слова друга. — Надо будет попробовать поговорить с Дианой, раз ее пустят на бал.       Все согласились, и, быстро попрощавшись, Василиса с Захаррой направились по своим башням.

***

Когда на постели вдруг появились бледно-голубое платье с кружевными оборками, аккуратно сложенные перчатки, и красивая, уже знакомая ей, заколка в виде синего цветка, Василиса вздохнула от облегчения. Сидеть и ждать было ее самым нелюбимым процессом перед важным событием, а так хотя бы будет чем заняться. — «Осталось всего пол часа, но, в принципе, если опоздаю на пять минут, никто не заметит», — подумала девушка, облачаясь в наряд. Особо не задумываясь, натянула и перчатки — к ним она уже привыкла. И замерла на мгновение. — «А когда-то я их так ненавидела, что принципиально не трогала…»       Мысль вызвала грустную улыбку. Показалось, что она стала такой взрослой, но прошло лишь десять лет. По сравнению с теми столетиями, что ей предстоят, она все еще ребенок. С короной на голове и почти неограниченной силой, но ребенок. А ответственность, что легла на ее плечи в столь раннем возрасте, только усиливает это ощущение.       Конечно, часовщица стала в какой-то мере рассудительнее и внимательнее, научившись со временем принимать решения и быть за них в ответе, но чтобы избавится от вспыльчивости и некой поспешности в действиях ей нужно еще много лет. Ей повезло, что рядом все время была Черная Королева — пусть и строгая, но в обучении ей нет равных. И ведь у нее в учениках была не только Василиса, а помимо менторства ей нужно было следить и за своим королевством. Но ведь… Она не будет рядом вечно. Пусть феи живут гораздо дольше, но Королева уже была немолода. Кто знает, когда она заснет? Вдруг на нее кто-то нападет? Василису готовили к самостоятельному правлению давно, она знает, что делает, и довольно уверена в своих действиях. Но она помнит, что за спиной всегда есть люди, к которым можно обратиться за советом. А если их не станет? Как сейчас. Она здесь одна, никто не посоветует ей, как лучше поступить, как выбраться в свой родной мир.       Они с Фэшем всегда утешали себя тем, что они будут друг у друга, несмотря ни на что. Даже если поссорятся, если разлюбят друг друга, устанут от своих обязанностей, они останутся. У них не будет выбора уйти, Время не даст. Зато уже не за спиной, нет. Тот, кто стоит плечом к плечу, держит ее ладонь, дает тепло даже сквозь тонкую ткань перчатки. И здесь нет даже ее Фэша. За зеркалом осталось слишком много — вся жизнь, ее смысл, родные люди, по-настоящему родные, с которыми она пережила куда больше, чем может вспомнить и рассказать.       Почувствовав, как задрожали руки, сцепленные в крепкий замок и облаченные в мягкую белую ткань, Василиса рвано вздохнула. И стянула перчатки, неаккуратно бросая их куда-то на кровать. Не сегодня.       Пора идти.