Колесо Времени

      Ответ от отца ей пришел только в четверг, уже после всех занятий. Нортон писал, что их с Дейлой и Дианой заберет карета ночью после Рубинового бала, около десяти часов вечера. Похоже, оставлять их в замке Елены он не собирался даже на одну лишнюю ночь. А вот насчет яйца сообщил, что они еще поговорят об этом в Черноводе, и наказал ей не забыть его в Шпиле.       Фэш вел себя подозрительно тихо, но взгляд его на себе Василиса чувствовала довольно часто, что быстро ей надоело. Хватало и того, кто смотрит на нее из зеркала. После первого урока хронологии, где ученики разбирали различные ветки вероятностей судьбы неодушевленных предметов, они приступили к изучению истории Осталы. По словам госпожи Элиадас, школа так же будет организовывать им экскурсии туда минимум один раз в семестр. От этой новости все, кроме Фэша, оживленно зашевелились — посмотреть на планету-оригинал в непринужденной обстановке хотелось всем. Драгоций же скис, не горя желанием возвращаться на родину, чего Василиса не поняла — Астрагор, в конце концов, не поджидает его на каждом переулке, да и Земля была большой. Профессор напомнила всем, что днем на Остале нельзя часовать, поэтому возможные походы будут проходить ближе к вечеру, и иметь целый ряд довольно строгих правил.       Римма поинтересовалась, будут ли их объединять с другими классами, ведь группа лишь из десятого часа получалась довольно небольшой, но Симона лишь таинственно улыбнулась. Увидев это, Василиса мысленно обреченно вздохнула. И к чему, спрашивается, дележка на часы, если их все равно объединяют? Возможно, разницы не видно только в самом начале, но учиться ей тут все равно меньше полугода… Хотя, если напрячь память, и вспомнить ее обучение в первый раз, на нулевом круге, тогда вообще был один класс с нулевого по третий час. Похоже, тут часто объединяли группы с соседними по уровню.       Но чему она удивилась, так это что истории планеты, которую большинство часовщиков ни разу не посещали, выделяют целый предмет. Как бы Василиса ни была скептично настроена к Светлым и Темным Часам перед поступлением, кажется, что уровень обучения весьма высок, а уроки для старших часов действительно разносторонние. Чего стоит тот, где их обучат настоящему бою, и не обойдутся банальными тренировками на манекенах. Она уже видела в расписании, что по пятницам они изучают историю Эфлары, которая, конечно, гораздо меньше Остальской, и даже часовую этику, объединенную с философией. Особенно ее заинтересовала артефакторика, проходящая по понедельникам вместе с часовым проектированием и эфероведением.       Расписание они внимательно изучили с Дианой еще в понедельник, придя к выводу, что даже расстановка предметов была обусловлена логически и в зависимости от нагрузки. По крайней мере, луночасу после «физкультуры» они были рады — можно было дать телу как следует отдохнуть.       Уже вечером девочки отчитались, что пригласили Ника с Фэшем пойти на бал, и, на удивление, они согласились. Была ли Василиса рада тому, что недовольное лицо Драгоция будет перед глазами еще и вечером? Вряд ли. Но выбора не было.       Сейчас же, стоя в холле Воздушного Замка, она равнодушно провожала школьников взглядом. Несмотря на общий шум вокруг, в компании царила неловкая тишина — после уроков к ним с Дианой совершенно неожиданно подошел Фэш, с нечитаемым лицом сообщив, что Захарра хочет прогуляться по Астрограду и побродить по магазинам. Их с Ником позвали как «экспертов» столицы, на что Василиса не скрываясь фыркнула. Они достаточно гуляли перед цветением, наверняка бы и втроем как-нибудь справились. Но спорить не стали — пошли за парнем, молча переглядываясь. Возможно, это была попытка улучшить отношения в компании, которые сильно пошатнулись за последние несколько дней.       Приближающихся Захарру и Ника они услышали издалека. Ребята громко спорили о том, в какую сторону им лучше направиться. — Не собираюсь я бегать по вашим тропинкам, как ремесленник! — Это самый короткий путь до Ратуши, — зло ответил ей парень, хмурясь. Василиса даже удивилась — нечасто увидишь Лазарева в таком состоянии. — Не мои проблемы, что у тебя нет крыльев. Хочешь, беги там снизу, пока мы будем лететь.       Со стороны Дианы послышался обреченный вздох, и Василиса прекрасно ее понимала. Очевидно, что Ника никто не бросит — в конце концов, с ним они были знакомы куда дольше, да и идти пешком было не так уж тяжело. И девушка была уверена, что Захарра сама это прекрасно понимает. Но для чего тогда спорит и выводит всегда мирного товарища на конфликт?       Фея двинулась в сторону друзей, привлекая к себе их внимание. — Я не против пройтись. — Ее слова были встречены победной улыбкой Лазарева и раздраженным фырканьем Захарры. Та с немым вопросом посмотрела на брата, поднимая бровь. Судя по его лицу, выбирать между сестрой и лучшим другом ему не хотелось. Фэш скривился, тут же ловя на себе настороженный взгляд Ника. — Я тоже, — сказал тот с какой-то обреченностью в голосе. Захарра возмущенно задохнулась. — Брат называется. Вы и так каждый день вместе! — Сейчас мы собираемся идти компанией, сама же предложила. Значит, будем гулять так, чтобы все могли поучаствовать в разговоре, — продолжил он, не купившись на ее обиду. А Василиса, недолго думая, согласно кивнула. Ее удивило, что именно этот довод привел Фэш, а не та же Фрезер, например. — Понятно все с вами. Это заговор! Если хотите от меня избавиться, так и скажите. — Хотим, — угрюмо бросил Ник, за что тут же заслужил неодобрительный взгляд Дианы. Драгоций, как ни странно, на его слова отреагировала лишь раздраженным закатыванием глаз, не принимая их близко к сердцу. И тут же выжидающе повернулась к своей последней надежде. Но, как бы Василисе ни хотелось полетать, это было бы нечестно по отношению к Лазареву. — Давайте пройдемся, но по более… спокойному пути. Мастеровая тропа и правда слишком оживленная, не хочу случайно попасть под колеса кареты или копыта малевала, — примирительно улыбнулась Огнева, разглядывая реакцию ребят на ее слова. — Можно по набережной. Пусть длиннее, но там и полетать можно будет, если что.       Захарра лишь фыркнула. На том и порешили — к чести Ника, он не стал хвастливо улыбаться или подтрунивать над девочкой. Просто кивнул на слова Василисы, и пошел к выходу. Еще несколько минут царила неловкая тишина, пока Диана не спросила Лазарева о прошедших учебных днях. Тот, загоревшись глазами, принялся рассказывать, как его перевели на пятый круг уже спустя пару дней.       Слушая их, Василиса изо всех сил старалась расслабиться, натягивая на лицо доброжелательную улыбку. Черная Королева могла бы гордиться ею — получалось неплохо. Как минимум, никто не замечал ее нервозности.       «Будь отзывчивой. Будь веселой. Отвечай на вопросы, задавай их, смейся. Будь подростком». — Слова бежали в голове словно строчка заклинания. — «Даже Фэш старается не быть подонком, значит, я тоже справлюсь».       В какой-то момент она поймала на себе внимательный взгляд Дианы, но лишь вопросительно улыбнулась в ответ. О, нет, Огнева не позволит фрейлине разоблачить ее маску.       Напряжение постепенно сходило на нет — даже Ник с Захаррой перестали цепляться за слова друг друга. Фэш снова переключился на режим «уравновешенного человека», словно и не было непонятных обид или игнорирования. Он иногда с опаской поглядывать на нее, а во взгляде смешались чувство вины и привычная ему гордость. Но парень продолжал молчать, и не стремился извиняться или обсуждать произошедшее, а Василиса и не настаивала, сосредоточившись на собственном поведении.       «В конце концов, я знаю этих детей как облупленных. Однажды уже подружилась с ними, смогу и вновь. Пусть они и младше, пусть ничего обо мне не знают, и знакомы мы лишь несколько месяцев. У меня получится стать им хорошим другом».       В том, будет ли это взаимно, Огнева не была уверена.

***

      Несмотря на то, что в школе всегда было оживленно, сейчас шум имел другой оттенок. Подростки были взволнованны больше, чем обычно, и в воздухе витало обсуждение предстоящего бала. Понять, кто на него попадет, легко — у «счастливчиков» были необычайно довольные и горделивые лица, будто они сами лично приложили руку к его организации. Тех, кому попасть туда не удастся, можно было вычислить по грустному виду, либо по равнодушному.       Маришка с Марком сияли, словно начищенные эфлары. От ключницы только и слышалось то, какой превосходный праздник она организовала, и Василиса даже невольно прониклась уважением к тому, что она в столь юном возрасте смогла самостоятельно с этим разобраться. Сама Огнева это дело не любила, спихивая подготовку на кого-то другого. Иногда даже на ту же Маришку, которая, бывало, захаживала в Расколотый Замок. Пусть отношения у них были натянутые, с этим она справлялась отлично.       Но ее удивило то, что Елена Мортинова почти никак не участвовала в этом, если не считать финансовой стороны вопроса. По крайней мере, по словам самой Хрустальной ключницы. Обсудив утром с девочками дресс-код, они все порадовались тому, что как такового его не было. На Эфларе не существовало какой-то определенной моды — каждый носил то, что относилось к любимой или родной эпохе, особенно в Астрограде. Диана же твердо заявила, что пойдет в одном из своих платьев, сшитых по моде Чародола. Одежды фей были сделаны из более легких и светлых тканей, часто бывали с открытыми спинами, декольте или без рукавов — на любой вкус. В столице подобный стиль не слишком приветствовался, но Фрезер, откровенно говоря, было все равно. Платье красивое, ей идет, и все знают, что железная ключница является феей. Если не в курсе, кто конкретно — поймут, когда та вызовет крылья во время какого-нибудь урока или для прогулки. Потому она и не видела смысла натягивать на себя «тяжелые» наряды часовщиков.       К счастью, при сборке вещей они с Захаррой положили пару платьев. Еще и шутили, для чего ей бальные наряды в школе… Бледно-голубое платье в пол с короткими пышными рукавами, скромное мягкое декольте на груди был обрамлен лентами синего цвета, продолжающихся на талии и завязанными на спине. Там — широкий вырез, открывающий лопатки. Возможно, для Эфларской моды могло показаться слишком откровенно, но молодые часовщицы с первой или высшей степенью, часто уже окончившие школу, любят надевать платья с открытыми спинами, если позволяет случай. Для чего? Чтобы было лучше видно крылья. Лишняя ткань не мешала, но так выглядело красивее. Василиса же решила, что пусть она тут и слишком молода для откровенных вырезов, это платье выглядело вполне себе прилично и в тему. К тому же, собственная спина ей нравилась.       Школьный день пролетел быстро — в пятницу у них была история Эфлары, после урок, посвященный путешествиям во времени и пространстве, настройке зеркал, и даже телепортации. Госпожа Элиадас объяснила, что последнее они начнут проходить только после жесткой математической подготовки. Ведь чтобы переместиться, недостаточно просто думать о нужном месте, как Финну. Необходимо точно знать координаты места, и правильно рассчитать, на сколько градусов тебе нужно сместиться с той точки, где стоишь сам. К тому же, дело было опасное, поэтому все будут тренироваться по очереди и только с ней под ручку — чтобы профессор смогла быстро вмешаться в чужой эфер и скорректировать его.       Любопытно было и то, что они будут настраивать зеркальные переходы не только для пространственного перемещения, но и временного. Василиса в который раз подивилась тому, что здесь преподают на высших кругах, и даже пожалела, что проучится здесь недолго. Пусть уже она все знает, было любопытно как минимум посмотреть на процесс.       В середине дня пришло письмо, что урок Астариуса переносится на утро субботы. Причины, конечно, никто не сообщал, но Василисы была рада немного оттянуть момент с уроком о зеркальных переходах. До так называемого праздника оставалось несколько часов, но девочки не переживали — не спеша прогулялись от школы до Рубинового Шпиля, заглянув по пути в несколько магазинчиков, и только ближе к часу икс стали собираться.

***

      Диана с Захаррой ушли раньше, чтобы встретить Фэша с Ником и провести их на территорию замка. Огнева же осталась дожидаться их в главной зале центрального корпуса, что расположилась почти на весь второй этаж аккурат над холлом. От того, что Резникова даже организовала что-то вроде «охраны» в виде троих крепких парней на входе в зал, которые скорее всего были такими же студентами, Василисе захотелось расхохотаться. Сдержав смех и лишь вежливо улыбнувшись им, быстро проскочила внутрь.       Все пространство сияло в свете роскошных люстр, на круглых столиках было множество легких закусок на любой вкус, и постепенно свободное место заполнялось прибывающими студентами в самых разных нарядах. Заняв укромное местечко неподалеку от входа, чтобы было удобнее наблюдать за гостями и вылавливать свой еще несостоявшийся Орден Дружбы, Василиса стала ждать.       Что она увидела в первую очередь, так это Диану, улыбающуюся в своей привычной манере и идущую под руку с Ником, восхищенно рассматривающего убранство замка. Губы девушки невольно растянулись в улыбке. Она была рада, что хоть с этой стороны вопроса он останется доволен. Впрочем, вряд ли кто-то посмеет упрекнуть его в «мастеровом» происхождении — сейчас он выглядел как истинный часовщик. В строгом костюме, прилизанными волосами и даже со столь любимыми в обществе туфлями с заостренными носками! Интересно, приобрел специально по случаю, или одолжил у Фэша?       Взгляд невольно нашел его рядом, и Василиса закусила губу. В отличие от друга, он оставил свою шевелюру такой же кучерявой и не уложенной, но именно эти кудряшки и подкупали. А еще он улыбался. Демонстрировал свои ямочки на щеках, которые ей было видно даже издалека, искренне. Возможно, пошутил сам, или рассмеялся от слов кого-то из друзей. Действительно друзей — Ник и Захарра, очевидно, были самыми близкими его людьми, а Диана вызывала у него симпатию с того момента, как они выступили на Чарованиях. Он всегда ее уважал, и если спорил с ней, то просто из-за своей бунтарской или гордой натуры, из принципа, а не потому, что она его раздражала.       Сердце неприятно сжалось. Она была ему совершенно чужая, и Василиса знала, здесь это было правильным решением. Но легче, как назло, не становилось. Она силой оторвала взгляд от Драгоция, переводя его на остальных. Они все смотрелись так органично, даже не похоже, что Ник с Захаррой в очередной раз могли поссориться по пути. Выглядели, как настоящие друзья.       И отчего-то видеть это так, со стороны, не будучи причастной к их общему веселью, было грустно. В какой-то степени даже обидно, пусть ей и не хотелось этого признавать. Василиса заставила себя отвернуться, устало потирая переносицу.       «Перестань. Сама же собиралась не слишком с ними сближаться, чего теперь расстраиваешься?» — Ответ найти не удалось. Не так быстро. В голове промелькнула тоскливая мысль. — «Дружить, зная о них все и ничего, тяжело. Но отталкивать их и быть лишь наблюдателем еще тяжелее».       Она вздохнула, давая себе несколько секунд на то, чтобы вернуться в стабильное состояние, и вновь повернулась к ребятам. Помахала рукой, привлекая к себе внимание — они быстро ее заметили и пошли к ней. — А мы как раз думали, как бы тебя тут найти, — без приветствия начала Захарра, вырываясь вперед остальных. — Я старалась не уходить далеко, — она натянула улыбку, кивая подошедшим парням. — Как вам замок?       Пусть и обращалась она в множественном числе, все сразу поняли, для кого конкретно был задан вопрос. Ник тут же стал делиться впечатлениями, говоря, что пусть и живет всю жизнь в Астрограде, никогда близко не разглядывал Рубиновый Шпиль — территория вокруг была ограждена, и посторонних не пускали. Слушая его, взгляд ее вновь невольно упал на Фэша.       Показалось, будто сердце пропустило один удар, когда она столкнулась с его глазами — оказывается, тот уже какое-то время наблюдал за ней. Но Василиса не позволила хоть как-то внешне отобразить смятение — лишь подняла бровь, будто спрашивая «Чего тебе надо?».       Конечно, он ничего не ответил. Лишь закатил глаза, через мгновение уже глядя на Ника.       «Ну и ладно».       Момент, когда бал бы начался, они бы наверняка пропустили, если бы не оглушающий звук аплодисментов. В центр зала вышла Мортинова — как всегда, сияя в своей пошлой роскошности. Или роскошной пошлости? Этой женщине многое прощалось, что касалось стиля одежды, даже несмотря на то, что она сама вряд ли бы оценила нечто столь открытое на любой другой. Парадокс.       Голос ее звучал мягко, покровительственно и, если можно было так сказать, дорого. Но у Василисы он вызывал лишь раздражение и желание заткнуть либо ее, либо собственные уши. Елена не спеша поприветствовала всех, произнеся короткую речь о том, как она рада видеть всех вновь и замечать новые лица, и что каждый находящийся здесь, является «лучшим из лучших». Короткие смешки в их компании были полны иронии, и кто-то из учеников, стоящих спереди, даже недовольно зашикал на них. В конце она отдельно выделила Маришку с Марком, что тут же подошли к ней из толпы с невероятно высокомерными лицами. Девочка была одета в блестящее серебряное платье с красиво приспущенными рукавами и корсетом, и выглядела словно невеста. Те синхронно поклонились своей госпоже в ответ на ее благодарность, после чего та объявила своих любимчиков ведущей парой бала.       Ник тихо спросил, о чем она, и Василиса поспешила шепотом разъяснить. — Ведущей парой обычно считаются хозяева замка. Они всегда начинают и задают ритм, выбирая определенный танец. В некоторых именно они решают, какие элементы будут исполняться и когда будут меняться пары. — Так госпожа Кошмар у нас вместо Мортиновой? — Фыркнула Захарра. — Вроде того. Видимо, чтоб самой не участвовать в «детских развлечениях», она выбрала заместителей… — Своих любимых протеже. — Ага.       Елена же в это время закончила свою речь, и, призывно похлопав в ладони, объявила начало первого танца. Золотая парочка самодовольно улыбнулась, тут же переплетая руки, и неспеша пустилась в танец. — Решили начать с вальса, — задумчиво протянула Диана. Василиса ее озадаченность понимала, но и выбор Марка с Резниковой ее не удивил. — И что? — Скучающе спросила Захарра, особо никогда не вникая в тонкости проведения балов. — Обычно первым танцем идет полонез, — отозвалась Огнева, видя, что фея не отвечает. На паркет, тем временем, выходили еще люди. — У него более спокойный темп, больше похоже, что пары грациозно шагают под определенный ритм. А потом уже с него переходят на… ну, хоть тот же вальс. — Как будто эти двое будут соблюдать правила, — хмыкнул Фэш, решив вставить свое мнение. С которым, в целом, она была согласна. — Вряд ли тут кто-то станет заморачиваться насчет названия танца, правильности его исполнения и синхронности. Все просто будут кружиться, как хотят. — Давайте тоже пойдем, — наконец подала голос Диана, поворачиваясь к Нику и улыбаясь. Тот засиял, сразу предлагая ей руку. Пробираясь через других подростков, она что-то шептала ему на ухо, но им уже было не расслышать.       Василиса осталась с двумя Драгоциями, и чувствовала себя… не то, чтобы в своей тарелке. — Смотрю, ты разбираешься в этом, — словно невзначай сказала Захарра, на что она лишь кивнула. — В моей спальне в Черноводе есть какой-то «Путеводитель для юных дебютанток». Читала, пока была заперта. — Такое себе чтиво для того, чтобы разбавить скуку.       Огнева лишь пожала плечами, вновь переводя взгляд в центр зала, где кружило уже несколько десятков пар. Похоже, для такого случая пространство расширили, чтобы все поместились — народу было много, и, что самое интересное, он продолжал прибывать.       Постепенно витающая в зале неловкость сходила на нет. Первый танец закончился, и все вернулись к своим друзьям, либо подходили к столикам с едой и напитками. Диана и Ник, вернувшиеся к ним покрасневшие от быстрого движения, тоже потянули их к ближайшим закускам. — Как думаешь, здесь в напитках алкоголь подмешали? — Задумчиво спросила Захарра, глядя куда-то в сторону. Там небольшая компания, попивая что-то из бокалов, была подозрительно веселой. Василиса фыркнула. — Попробуй и узнаешь. В Астрограде-то так и не получилось, да?       Девочка лишь пихнула ее в плечо, но советом пренебрегать не стала. Судя по разочарованному лицу, в ее бокале был просто сок или безалкогольный пунш. Увидев это, они захихикали, за что тут же получили от Захарры по толчку. — Может, пойти у них спросить? — Пробубнела та, косясь в ту же сторону. — Так хочется напиться? — Просто интересно! В Змиулане такого не попробуешь, сразу накажут. — Надо знать, где искать, — хмыкнул Фэш, и, избегая вопросы своей сестры, вдруг сам направился к незнакомым ребятам. Василиса с Дианой переглянулись, но промолчали.       Драгоций вернулся с двумя бокалами в руках. — Сказали, тут один парень, э-э, подливает. Но кто это — говорить отказались, — поделился он «секретной» информацией, протягивая один бокал Захарре. — Они и мне-то сказали только потому, что знают, как я в прошлом году на соревнованиях участвовал и вылетел из школы, — Фэш поморщился, но с интересом наблюдал за сестрой, принюхивающейся к напитку. Диана лишь неодобрительно покачала головой, когда Ник переместился поближе к другу и ловко забрал у него второй бокал.       Василиса наблюдала за этим с усмешкой, забавляясь тому, как они заинтересованы алкоголем. Она сама же пить вряд ли будет — ей не нравилось употреблять на балах или собраниях даже из вежливости, чтобы оставлять разум незатуманенным и контролировать себя.       Когда Захарра по привычке решила выпить пол бокала одним глотком, то быстро об этом пожалела. Фэш тут же подскочил к ней, забирая его из девичьих рук, и, воровато оглянувшись, постарался прикрыть ее перекошенное лицо. — Ну и гадость! — Ты что творишь?! Это коктейль, а не стопка водки, — прошипел он той на ухо. Василиса же прыснула от смеха, забавляясь ситуацией. Ник, который, похоже, хотел сделать то же самое, вовремя передумал и глотнул лишь немного. — Боюсь представить, что бы с ней было от водки, — хмыкнула Диана, все же не став включать занудный тон. — Ничего со мной не будет, — отрезала Захарра, но за стаканом тянуться перестала. Немного подумала, и все же отобрала его обратно. — Дай сюда.       Фэш лишь с иронией поднял бровь, но спорить не стал. — Сестру спаиваешь?       Он покосился на нее, но лишь поджал губы и ничего не ответила. Василиса закатила глаза, не понимая, что опять в нем переключилось. — А если она сейчас напьется, и начнет творить черти что? — Опасливо прокомментировал Ник, сделав еще глоточек. Удивительно, даже не поморщился. — Не напьется, — фыркнула Огнева. Можно было бы поволноваться за младшую Драгоций, если бы она не помнила, сколько ей нужно, чтобы стать действительно пьяной. В будущем девушка будет перепивать их всех, до последнего оставаясь если не трезвой, то лишь слегка выпившей. Василиса была уверена, что даже в нынешнем возрасте у нее есть хоть часть этого… Таланта. Как минимум, вряд ли здесь был слишком крепкий алкоголь, чтобы она слетела с катушек.       Захарра, словно догадавшись, о ком они говорят, недовольно засопела. Отставила стакан, и, подхватив за руку брата, потащила его в центр, где как раз собирались пары для нового танца. — Я вам лично покажу, что все со мной нормально. — Ты разве умеешь танцевать? — Негромко крикнула Василиса ей в спину, на что та лишь махнула рукой. — Главное, что Фэш умеет. Я просто буду подстраиваться.       Девушки переглянулись. Та не соврала — координация действительно не пострадала, что лишь подтвердило мысли Огневой на этот счет.       Время шло, все громче звучали разговоры и смех. Много кто кружил в центре зала даже без объявления группового танца, что лишь поддерживало атмосферу. Диана с Ником уходили еще несколько раз, иногда забирая с собой и Захарру с Фэшем. Иногда они порывались пригласить и Василису станцевать хоть с кем-то из них, но та лишь отказывалась, не горя желанием мешать тому же Нику быть в обществе симпатичной феи, или неловко молчать и терпеть Фэша. Стоя в одиночестве, она даже отказывала нескольким незнакомцам — за вечер к ней подошло около трех парней, чей интерес она объяснить не могла.       В конце концов, устав от шума, запахов и приглашений, Василиса решила ненадолго ретироваться в ближайшую пустую комнату. Помахав рукой Диане, когда та ее заприметила с паркета, она скрылась в одном из проходов, ведущем в небольшой, но уютный коридорчик. Если судить по ее корпусу, скорее всего, он выходил к одной из лестниц, но ей было это не важно. Стояло несколько диванчиков, но вместо этого девушка подошла к высокому окну, выглянув в него. Вид был на главную площадь перед замком, красиво освещаемую уличными фонарями.       «Мило». — Отрешенно подумала Василиса, складывая руки на груди. Здесь, в отличие от зала, было прохладно и довольно тихо — двери удивительно хорошо справлялись с тем, чтобы не пропускать звук. Хотя, что более вероятно, просто наложили эфер. В тишине и одиночестве думалось легче, но не всегда это было плюсом. В голову сразу полезли воспоминания их совместных с Орденом Дружбы посиделок, и на лице невольно появилась слабая улыбка. — «Скучаю по ним».       Звук каблуков позади быстро вернул ее в реальный мир. Она обернулась, но от увиденного перед собой человека все внутри мгновенно напряглось. — Друзья окончательно тебя бросили, малышка Огнева? — Леоне остановился перед ней, будучи совершенно уверенным в том, что говорит и делает — это видно по расслабленной позе и ленивой усмешке. Только вот глаза по обыкновению злые. Он медленно прошелся по ней взглядом, и у Василиса зачесались руки — хотелось рефлекторно прикрыться или отвернуться. Но знала — нельзя. Нельзя показывать слабость, испуг или смущение, он только этого и ждет. Хочет насладиться ее напряжением. — Громкие слова для тех, кто сам ушел из зала. Что-то не вижу возле тебя твоей… команды.       Он наигранно пожал плечами. — Иногда и от нее хочется отдохнуть. От постоянного внимания устаешь… Но тебе вряд ли известно, каково это, — Ареллано ядовито улыбнулся, наконец возвращая взгляд на ее лицо. — Стоишь весь вечер совершенно одна. И даже не думай возражать — твои так называемые друзья с радостью бросали тебя столько раз…       Чутье буквально кричало ей убираться оттуда, но Василиса продолжала стоять на месте, не позволяя ни одной мышце дрогнуть. Маска презрения на лице даже была настоящей — свое отношение к нему она не прятала. — Они лишь уважают мой выбор. И оставляли меня по моей просьбе, — холодно ответила Огнева, поднимая голову. Такие люди, как он, всегда бесятся, если смотреть на них свысока. Глаза его странно сверкнули, и Лео вдруг шагнул к ней ближе. Обманчиво мягко, словно вышел на охоту. До нее донесся мерзкий запах выпитого алкоголя, и она поморщилась. — Уйди от меня.       Но он словно не услышал — подошел еще ближе, замирая на расстоянии одного шага от нее. Продолжал ухмыляться, разглядывая ее ниже, проходясь липким взглядом по ее открытой шее, спускаясь к ключицам и краю скромного декольте. — Не одиноко стоять тут?       Холодная ярость накрыла ее, заставляя сжать руки. Она уже видела этот взгляд, и слишком хорошо знает, что творится в головах у подобных людей. — Красивое платье. Но с вырезом поменьше и ожерельем было бы лучше, — промурлыкал он, прекрасно видя ее злость. — Вернемся в зал, потанцуем? Или, может, выберешь другую комнату?..       То, как дернулась его ладонь Огнева заметила сразу, мгновенно перехватывая ту за запястье. На мгновение замерла, концентрируя в себе Время и накладывая на себя эфер, значительно увеличивающий силу. То, что он это почувствовал, она поняла по его вздрагиванию и напряженным желвакам. — Дотронешься до меня — пожалеешь, — прошипела Василиса, сжимая его ладонь сильнее. Стрела жгла руку, но она решила использовать ее по минимуму. Одним взмахом откинула его запястье от себя, хватая за ворот идеальной черной рубашки. Она резко дернула его на себя, приближая лицо. — Посмотришь хоть еще раз ниже моего лица, и я собственноручно выколю твои глаза и отправлю твоим родителям. — Василиса видела — он не испуган, нет. Был в ярости. И хладнокровно улыбнулась, мысленно накладывая на него эфер. — И о моих словах ты никому не скажешь об этом, не пожалуешься, не доложишь, даже не заикнешься. — Твое неповиновение столь очаровательно, — оскалился Ареллано, вырываясь из ее хватки. Злость разбавилась странным предвкушением. — Я пропущу твои милые угрозы, ведь они меня повеселили. — Ты больной. — Значит, и танцевать не желаешь? Многие девушки убьют за такое предложение.       Василиса вдохнула, желая ответить, но дверь из главного зала неожиданно открылась, пропуская вместе с гостем и шум праздника. Марк заметил их мгновенно — напряженных, злых, слишком близко. Прищурился, медленно закрывая за собой дверь и приближаясь. — Ареллано, — начал он с предупреждением в голосе, цепко оглядывая его. Парень позволил себе лишь беглый взгляд в ее сторону, словно для того, чтобы убедиться в ее безопасности. — Ляхтич, — не в пример расслабленно ответил Лео, улыбаясь ему как старому доброму другу. — Я как раз закончил. Уже начался следующий танец? — Найди себе другую для развлечения., — резко, не купившись на его слова, отрезал Марк, подозрительно напрягшись. Василиса чуть не взвыла. Что он творит? Зачем пытается защищать ее?       То, как в его глазах загорелся недобрый огонек, она увидела даже стоя сбоку. — За этой слишком приглядывает наш общий знакомый и остальная шайка. Ущербные всегда тянутся друг к другу, — с презрением бросил Ляхтич, подходя ближе. Его лицо стало расслабленнее, ехиднее. — С ней не повеселиться, как и со старшей Огневой. Ты же помнишь, что папаша у них двинутый? — Он мерзко улыбнулся, продолжая свой спектакль. — Да и мало ли, кому пожалуется. Трусливая крыса.       Василиса возмущенно задохнулась. О, это он явно чистосердечное сделал, она была в этом уверена. Сколько бы раз его не спасти, всегда будет чем-то недоволен, и оскорблять ее совершенно искренне. — Слушай, Ляхтич… — Ты прав, — перебил ее Леоне, наконец отходя от нее в сторону друга. Но, на удивление, лишь прошел мимо к залу. — Испортила все настроение. Нужно найти Клода или Алекса.       Он вышел из коридора, оставляя дверь открытой. Задорная музыка наверняка была частью какого-то определенного танца, но в голове у Василисы сейчас был такой шум, что она ни за что бы не вспомнила.       Стоило подонку уйти, как Марк тут же повернулся к ней. С каким-то непонятным ей напряжением оглядел ее, быстро, не задерживаясь в определенном месте. — Держись от него подальше, — прошипел ей, наконец показывая собственную злость. — Знаешь что!..       Ответ он не дослушал, громко хлопнув дверью. Хотелось выругаться ему в спину, одновременно с этим догнать Ареллано и придушить его собственными руками. Марк вывернул все так, будто это она искала встречи с этим придурком.       Стоило ей остаться наедине с самой собой, как спрятанное волнение накрыло с головой, вылившись в неконтролируемую дрожь. Василиса обняла себя за плечи, глубоко вздохнув.       Он бы ничего ей не сделал. Неподходящее время и место, он и сам это понимал. Хотел просто вывести ее из равновесия, посмотреть, даст ли себя в обиду. А даже если бы попробовал что-то предпринять, она бы не позволила. Уже не та беззащитная девочка.       Но почему прицепился так именно к ней? Постоянно обращает на нее свое внимание, пусть и по мелочи. Сейчас же он вообще целенаправленно пошел за ней, и, судя по словам ранее, следил. За тем, как она общается, как отказывается танцевать, стоит в одиночестве. А если те трое, что хотели ее пригласить, его рук дело? Это никак не влияло на ее самооценку, но на ощущение собственной безопасности — вполне.       Нужно было возвращаться. Как ни странно, находиться одной ей было… страшно. Ребята бы хоть как-то отвлекли ее от этого, а шум заглушил бы мысли. Василиса облизала сухие губы, и поспешила обратно в зал.

***

      Вокруг прошлись шепотки, и она краем уха услышала, как проходящие мимо девушки обсуждали предстоящий танец. Судя по всему, обещали что-то интересное, отличное от стандартного вальса, который уже успел наскучить всем за несколько часов. Стоя с Захаррой и Дианой, они обсуждали перенесенный урок Астариуса, когда вдруг объявили о том, что время для приглашений.       Василиса поняла все, когда увидела, как через подростков в платьях и костюмах к ней уверенно пробирается одна кучерявая шевелюра. По спине пробежал холодок, и она обеспокоенно оглянулась. Нужно найти кого-то, пока Фэш не добрался и не пригласил ее.       Вряд ли у нее получится пережить хоть один танец с ним. И дело было не в том, что ей будет тяжело морально, или что он был ей противен. Если примет его приглашение сейчас, он может воспринять это как благосклонность. Как прощение. Согласие в чем угодно, но только не на танец. А если отказать, так прямо и в лоб, кто знает, что Драгоций себе придумает? Обидится, и они вновь вернутся в состояние холодной войны.       Взгляд зацепился за стоящего неподалеку Михаила. Парень выглядел скучающим, и было заметно, что надетый костюм ему непривычен. Но для роли спасателя он подходил прекрасно — одночасник, вроде как, был приятным человеком. Она быстро бросила девочкам фразу, что хочет наконец поучаствовать в танце, но, вот незадача, их приглашенные кавалеры где-то пропадают. И пока они не успели сами заметить Драгоция, подхватила подол платья и поспешила к Каминскому. — Потанцуем? — Быстро и без предисловий выпалила Василиса, цепляясь за его руку. Ошеломленный Михаил хотел было сказать что-то не слишком культурное, судя по лицу, но она продолжила уже тише. — Пожалуйста, очень надо. Ты же умеешь? — Она обернулась в центр зала, замечая, каким образом выстраиваются немногочисленные пары. Пусть и пропустила объявление танца, можно было догадаться по многим факторам. В несколько линий партнеры становились напротив друг друга, время уже было позднее значит, праздник подходил к концу. Да и обещали что-то веселое. Вряд ли танец будет последним, и правилам здесь следуют не слишком строго. — Котильон, скорее всего. Если не умеешь, я могу подсказывать.       Девушка с мольбой взглянула на него, чувствуя, как затылок прожигает чей-то настойчивый взгляд. Им нужно было поспешить, потому что обычно танцует всего тринадцать пар — остальные либо ждут следующий танец, либо просто наблюдают. Понимание во взгляде Михаила прибавилось после того, как он посмотрел ей за спину. — На твое счастье, умею. Пусть я и сын рабочего, но манерам обучен. — Хмыкнув, он взял ее под локоть, и повел к танцующим. Василиса едва слышно вздохнула с облегчением. — Я не хотела тебя обидеть. — В ответ он лишь мотнул головой, давая понять, что все в порядке.       Каминский повел ее почти в самый центр линии, во время чего объявили новый танец — Василиса угадала. Чем он руководствовался, когда выбирал местоположение, ей предположить не удалось. Не было похоже, что это из-за желания «покрасоваться», но ничем другим это аргументировать не получалось. Василиса украдкой оглянулась, чтобы увидеть своих соседей. В конце концов, котильон известен тем, что во время танца партнеры могут несколько раз меняться, и видеть, кто стоит рядом, было важно.       В глаза сразу бросились Золотая парочка Рубинового Шпиля, оказавшаяся через одну пару незнакомых ей студентов. Василиса искренне надеялась на то, что смена пар будет проходить единожды, либо в ином направлении. По другую сторону от Марка с Маришкой была Дейла, как ни странно, с Клодом. Взгляд невольно пошел дальше, с опаской ища Леоне. Наверняка этот придурок тоже танцует, вопрос только, кому не посчастливилось стать его партнёршей.       Увидеть его в соседней линии со своей одночасницей было удивительно. Роксана, выглядящая совершенно роскошно в своем изумрудном платье, как всегда излучала то, что можно назвать холодной аристократичностью. Ареллано рядом с ней копировал настроение, разом избавившись от ехидства, злорадства и надменности. Видеть его столь серьезным было… пугающе, в какой-то степени. По спине пробежали мурашки, и Василиса силой заставила себя отвести взгляд от их пары. Как она вообще образовалась? Не похоже, что Воул была рада танцевать с ним, да и по нему не скажешь, что он горит желанием.       «Странно это все». — только и успела подумать Огнева, когда музыка зазвучала громче. Машинально поклонившись, следуя этикету, вернула внимание к Михаилу. Оставалось надеяться, что он действительно хорошо танцует. В целом — все равно, свою роль он уже сыграл.       Котильон — завершающий танец, сочетающий в себе сразу несколько стилей и, чаще всего, «игровые» элементы. Но начали они стандартно — пары, стоявшие в две линии, «поприветствовали» друг друга, и стали вальсировать по залу. Те, кто решил не участвовать, с любопытством наблюдали за происходящим. Василиса решила, что наверняка этот котильон не последний, ведь студентов было еще много, и после них обязательно захочет станцевать кто-то еще.       Несмотря на то, что само тело не знало движений, ее координации и спортивной подготовки хватало, чтобы оно послушно выполняло заученные в уме па. Михаил не выглядел напряженным или слишком сосредоточенным, но тоже танцевал свою партию неплохо. Поймав его взгляд, она благодарно улыбнулась — за то, что избавил ее от участи танца с Фэшем. Ведя ее по паркету и крепко держа, он выполнял свою роль ведущего на отлично, и она была рада, что не ошиблась с выбором. Сближаясь иногда, Василиса не чувствовала себя смущенной или вроде того — парень был участлив, и большего себе не позволял.       Несколько раз она ловила на себе оценивающие взгляды от студенток, «пролетающих» рядом. Огнева бы не удивилась, будь это подружки Резниковой, которая, к слову, не обращала ни на кого внимание, сверкая и послушно следуя за уверенным в себе Марком. Удержаться от того, чтобы взглянуть на него, не получилось — кажется, происходящее ему нравилось.       Да, этот Марк был больше похож на того, кого она знала в таком возрасте. Высокомерный, самовлюбленный, как всегда блистательный. Оторвать взгляд было сложно, и ей даже на мгновение подумалось, что она вполне может понять девушек вроде Дейлы, что выбрали его своим объектом воздыхания.       Они ведь наверняка не сталкивались с темной стороной его личности. Василиса слегка поморщилась, вспоминая, сколько проблем он ей приносил в подростковые годы. Ничего не изменилось.       В какой-то момент мимо нее пронесся Фэш, держа за руки и талию Захарру. И, судя по всему, он буравил взглядом именно ее. Огнева досадливо вздохнула, осознавая, что у нее еще есть неплохой такой риск встать с ним в одну пару. Но вот что ее удивило, так это присутствие его сестры. Балы младшая Драгоций никогда не любила, а в этом возрасте и подавно — для нее и подобное платье надеть было сродни пыток. Как же он ее уговорил? — Скоро дамы пойдут в круг. Одна, «главная», будет в центре стоять, — вдруг шепнул ей Михаил, кивая ей за спину. — Обычно это хозяйка замка, но госпожа Мортинова не танцует, поэтому ее место занимает Резникова. Мы будем ходить вокруг вас, пока она будет выбирать себе «подопечную», а потом скакать с ней за ручку между двумя кругами… — «Скакать»? — С иронией повторила за ним Василиса, на что парень лишь дернул уголком губ. — В момент, когда Маришка решит «остановить время» возле случайного кавалера, она определит партнера для своей подружки. А ко всем остальным подойдут те, кто оказался напротив.       Огнева слушала его внимательно, не перебивая. Конечно, «эфларский» элемент игры в котильоне, который жители позаимствовали с планеты-оригинала, был ей известен. Кругами они словно изображали циферблат, а две девушки, шагающие между ними, становились «стрелой». Поэтому их выбор определенного кавалера и назывался «остановкой времени». Именно из-за этого элемента в котильоне на Эфларе традиционно танцевало лишь тринадцать пар — одна была главенствующей, а оставшиеся двенадцать были олицетворением цифр на часах. Думать о том, как долго Черная Королева тренировала ее всем возможным элементам, ей не хотелось, но сейчас она была ей за это благодарна. — Спасибо, что рассказал, — сообщать ему о том, что она обо всем в курсе, Василиса не стала. — Это я к тому, чтобы ты вдруг не удивлялась незнакомому парню, который к тебе подскочит, — усмехнулся Каминский, даже не запинаясь во время вальсирования. Явно это был не первый его бал, либо тренировался. Может, на факультатив ходил? — Тебе надо будет еще несколько кругов протанцевать с ним, а потом новая смена. В каком виде — не уверен, но разберешься если что… Танцевать вроде умеешь. — Вроде да, — хмыкнула Василиса, не обижаясь, что он «не оценил» ее таланты. На его мнение по этому вопросу было все равно.       Кратко пересказав ближайшие элементы, Каминский замолчал. И она была ему благодарна, что он не продолжал поддерживать светские разговоры, как это обычно принято. Они сделали еще два круга, прежде чем темп пар замедлился. Ведомая партнером, Огнева неспешно встала в ровный круг — сначала она даже удивилась такой подготовке обычных подростков, редко танцующих, но потом заметила удачный рисунок на полу в виде нужной формы. Получилось получше разглядеть лица — знакомых было не очень много, и предположить, кто с какого круга был, не получалось. Через мгновение вышла знакомая пара — Маришка чинно прошагала в центр под руку с Золотым ключником, и создавалось впечатление, будто она действительно видит себя хозяйкой Рубинового Шпиля. Василису передернуло, за что она заслужила вопросительный взгляд Михаила.       Ляхтич, поклонившись ей, оставил легкий поцелуй на пальцах. Как по команде его жест повторили и остальные кавалеры. Василиса почувствовала лишь едва заметное дыхание на коже — губами парень не прикасался, следуя этикету. Помнится, когда она узнала о том, что никто не целует руку по-настоящему, сильно удивилась. Жест считался интимным, а для кого-то — грязным, в плане гигиены. Со всех сторон послышалось девичье хихиканье — похоже, некоторые пары этим правилом пренебрегли, но Огнева на это лишь хмыкнула.       Следуя такту мелодии, девушки элегантно прокрутились вокруг себя, отчего подолы длинных платьев красиво заструились вокруг. Раз! Они медленно двинулись ближе к центру. Два! Оказавшись рядом друг с другом, взялись за руки, замыкая круг. Три! Шаг ускорился, и они обступили стоящую в центре Маришу, что чинно обмахивала себя веером. И откуда только взяла?       Василиса помнила, что до того, как она выберет «подружку», они должны исполнить еще несколько танцевальных элементов. Девы продолжали хихикать, лица, покрасневшие от быстрого вальса и близости партнеров, светились от предвкушения — всем было интересно узнать, кого выберет Мариша, и с кем они будут танцевать следующую партию. Невольно она сама улыбнулась, заряжаясь атмосферой. Продолжая держаться за руки, они взмахнули ими вверх, слегка продвигаясь вперед. Опустили, пружинисто возвращаясь на место. Музыка, словно подначивая, ускоряла темп, и они послушно следовали ей.       По правилам, сторона, куда смотрит центральная дама, считается по циферблату цифрой «двенадцать». Василиса же стояла ровно позади, занимая шестую позицию. Маришка, самодовольно улыбнувшись, резко подняла руки, и в тот же миг девушки через одну, начиная с единицы, сделали шаг назад. Взмах ладонью, выпад в сторону! Синхронность никого не волновала, и именно поэтому она у них получалась — все просто следовали ритму. Приобняв себя за плечи, чтобы не мешать танцующим рядом, Василиса прокрутилась вокруг себя. Юбки одновременно невысоко взметнулись, но никто об этом и не думал. Взмах, шаг, поворот! Они все сместились на две позиции против часовой стрелки, и вновь собрались в один круг.       В тот же миг Маришка вновь хлопнула в ладоши, и музыка на мгновение стала тише. Хрустальная ключица медленно поворачивалась, внимательно разглядывая каждую претендентку. Стоило ей заметить Василису в кругу, как на лице сквозь треснувшую маску снисходительности промелькнуло презрение. Она же лишь вызывающе улыбнулась в ответ.       «Наверняка выберет Дейлу. Интересно только, кого определит ей в партнеры?»       Сестра, кстати, стояла недалеко — после смещения она оказалась на позиции единицы, когда сама же Василиса — четверкой. Стоило Резниковой сделать полный оборот, определилась она быстро. Она была готова поклясться, что услышала досадливый вздох Дейлы в тот же миг, когда Маришка указала на незнакомую русую девушку в нежно-розовом платье. Та вмиг засияла, почтительно кланяясь и делая шаг назад.       Парни, стоявшие все это время в ожидании, начали движение по часовой стрелке. Музыка вновь заиграла громче, мелодия словно отражала витающее в зале предвкушение. Василиса же не могла отвести задумчивого взгляда от Дейлы. Было видно, что она пытается спрятать обиду, надев на лицо маску надменности. На слезы ее не тянуло, но щеки покраснели, как и уши. Та вдруг заметила внимание сестры, тут же состроив злой вид — разве что язык не показала.       Момент, когда Резникова соизволила остановиться, Василиса пропустила. О том, что выбор партнера завершился, она поняла только по всеобщему вздоху — русой девушке достался какой-то незнакомый парень с симпатичным лицом, стоящий возле… Фэша. Который, к слову, достался самой Маришке, и явно не по своей воле — Хрустальная ключница, кокетливо улыбнувшись, тут же подлетела к нему. Отказаться он не мог, но прятать собственное неудовольствие по этому поводу не стал, встретив ее раздраженностью, смешанной с обреченностью. Походу, она выбирала не по предпочтениям или договоренностям, а просто чтобы быть поближе к желаемому ведущему.       Драгоций вдруг перевел взгляд ей за спину, словно ища кого-то. Василиса тут же отвернулась, чтобы, не дай Время, он не заметил ее внимание.       Стоящие в кругу девушки, независимо от степени знакомства друг с другом, заговорщицки переглянулись, и, хихикая, медленно повернулись лицом к внешнему кругу. Повторяя движения, Огнева молилась Времени, чтобы ее партнером не оказался кто-то из «золотой тройки».       К ней подошел неизвестный ученик. Высокий, худощавый, и абсолютно рыжий. Но, в отличие от Василисы, цвет был посветлее и не такой насыщенный. Наверное, так бы мог выглядеть Норт, будь он сыном Лиссы… От этой мысли стало неуютно. Веснушчатое лицо улыбнулось, и парень, согласно этикету, поклонился и оставил невесомый поцелуй на руке. Вернув скромную улыбку, она порадовалась, что это был кто-то адекватный на первый взгляд — как минимум, смотрел он без злого умысла или привычного высокомерия.       Танцевать им нужно было всего один вальс, и пролетел он незаметно. Правда, к концу партии Василиса уже успела пожалеть, что влезла в эту авантюру.       «Надо было просто убежать и скрыться в толпе. И плевать, кто что подумает, я тут на роли школьницы, а не Королевы», — мрачно думала она, переставляя ноги почти на автомате. Незнакомец свое имя так и не сказал, но Огнева не расстроилась, жалея лишь о том, что нельзя просто взять и уйти. Кружиться в танце ей просто надоело, пусть это и было неплохим развлечением. — «Скоро вновь меняться партнерами, надеюсь, вернусь к Михаилу, или попадется кто-то незнакомый…»       Очередная смена прошла быстро — два хлопка Марка (Маришка бы явно хотела танцевать с Фэшем подольше) были сигналом. Судя по звуку, находился он далеко — и это радовало. По правилам, джентльмены, закрутив свою партнершу, сдвигаются на одну пару по часовой стрелке. В последний раз взглянув на лицо рыжего, она прокрутилась вокруг себя, и… — Почему ты убежала?       Испуганный вздох сдержать не удалось, но Фэш уже схватил ее руку, притягивая к себе. Василиса с ужасом посмотрела на него, даже не скрываясь.       «Черт, черт, черт, черт, откуда он тут взялся!» — Она взглянула в сторону, и тут же наткнулась на ненавистный взгляд Маришки, которую уже вел Клод. От ярости, направленной на нее, девушка опешила, и в тот же миг ее осенило. По другую сторону оказалась Захарра, танцующая с Михаилом. — «Фэш специально подводил ее сюда! Чтобы при смене уйти ко мне. Наверняка она это заметила, и теперь придумала себе невесть что». — Извини.       Огнева ошеломленно взглянула на него, чуть не споткнувшись — к счастью, этого получилось избежать, и не дать Маришке повода позлорадствовать. Удивление сменилось на подозрение. — И за что же?       Так близко видеть столь привычные ей голубые глаза, что внимательно рассматривали ее, было тяжело. Василиса быстро сдалась, впервые опустив взгляд, желая хоть как-то спрятать от этого. То, что она подобный образом реагировала на него, не смотря на обиду и обещание разорвать с ним любую симпатию, ей не нравилось. Ладонь на его плече непроизвольно сжалась. — Если обидел. — «Если»? — С сарказмом в голосе переспросила она, продолжая смотреть куда угодно, лишь бы не на его лицо.       Фэш раздраженно закатил глаза, но ничего не сказал. Ему всегда было тяжело признавать вину, а сейчас это было помножено на два. Не поговори с ним Захарра о том, что он ведет себя как подонок, вряд ли вообще подошел к Огневой — он продолжал считать, что принимать ее сразу на десятый круг было решением либо купленным, либо подлым. Пусть она умеет немного эферить, ее знаний все еще катастрофически мало! Ей бы отлично подошел седьмой или восьмой круг, но никак не десятый. Куда он сам шел почти два года.       Переборол свою обиду гордость, признал вину, пришел извиниться — а она вертит носом! Фэш невольно сжал ладонь на ее талии. Он скосил взгляд в сторону, замечая, как их продолжает преследовать Маришка. Ее выбор не удивил, но приятнее от этого он не стал — Драгоций еле вытерпел целый танец с ней, слушая щебетание и флирт, который Резникова считала верхом кокетливости. — Ладно, за то, что обидел.       Василиса же раздраженно вздохнула. Фэш хотел бы разглядеть в ее лице хоть какой-то намек, но приходилось смотреть по сторонам. Настроение у этой девчонки меняются не реже, чем у него по словам друзей. — И ты ради этого хотел пригласить меня? — Чужая рука на талии ощущалась неуютно, словно быть ее там не должно. Она вновь глянула в сторону соседней пары, когда ее вдруг осенило. Клод! При следующей смене, если она будет такой же, он займет место Фэша! Пусть он был не так противен ей, как Леоне, перспектива не радовала. Василиса подняла голову, шепча: — пожалуйста, уведи меня отсюда. Я не хочу танцевать с Бейзом.       Драгоций с немым вопросом поднял бровь, после чего взглянул на танцующую пару рядом. — Как пожелаешь, — и, прижав ее к себе плотнее, вдруг ускорился. Василиса ахнула, цепляясь за него, чтобы поспевать за его движениями — парень в несколько шагов перегнал несколько пар, увеличивая расстояние.       Похоже, Фэш хотел двинуться дальше, но совсем не вовремя раздался резкий, громкий хлопок Резниковой — была ее очередь решать, когда будет смена. Он цокнул, останавливаясь там, где получилось вписаться. Василиса невовремя вспомнила, что при новой смене Захарре придется танцевать с Клодом, из-за того, что их с Фэшем пара поменяла место. Было ее немножко жаль, но она была уверена, что девочка переживет. Она вздохнула с облегчением, поворачиваясь и надеясь, что этот вальс будет последним и простым.       Но взгляд черных, колючих глаз словно обещал ей одни проблемы. Время не сжалилось, решив добить ее, ведь сейчас перед лицом стоял никто иной, как Ляхтич. — Не знал, что ты танцуешь, рыженькая. — Говоришь так, будто не видел мое выступление в Чародоле, — колюче ответила Василиса, видя, как он поджимает губы. Сбоку Фэш, осознав, к кому он ее подвел, коршуном смотрел на их пару. Совсем как недавно Маришка…       С небольшим опозданием от остальных, Марк медленно, нехотя склонился перед ней в полупоклоне. Протянул к ней руку, поднимая на нее свой взор в том же положении. По спине пробежали мурашки — никогда она не видела его таким… покорным и непокоренным одновременно. Этикет творит чудеса — он бы не стал на публике нарушать его, заботясь о репутации. Уголок ее губ приподнялся, и она вложила свою ладонь в его для соблюдения всех формальностей.       Ляхтич странно ухмыльнулся. — Корона была бы тебе к лицу.       Холодок прошелся по коже, но она ничем не выдала своего смятения. Через мгновение Василиса почувствовала прикосновение губ к ледяным кончикам пальцев. Возмущенно выдохнув, еле сдержала желание выдернуть свою руку. Издевается над ней.       Двигался, словно хищник на охоте — казалось, еще немного, и он набросится и разорвет. Прочитать по его лицу истинное отношение к сложившейся ситуации не получалось — вряд ли Марк был доволен, но вел себя так, будто все идет по плану, и это приводило в замешательство. Отвести взгляд не получалось. Парень лениво поднялся, не отпуская ее руки, и резко дернул ее на себя, становясь в позицию для вальса.       Ляхтич вел совсем по-другому. Грубо, властно, не думая о том, насколько темп для нее комфортен. Но, как ни странно, за ним она успевала — было ли это ее заслугой, или ведущего, Василиса не знала. Его рука на ее теле ощущалась совсем не так, как Фэша, Михаила, или даже Финна. Слишком… собственнически. Она напряглась, на что он лишь хмыкнул, почувствовав это через прикосновение.       Короткий миг паники накрыл ее, когда Марк вдруг приблизился к ней, прижимая к себе крепче. Теплое дыхание обожгло ухо, но от вопроса внутри все похолодело. — О чем вы разговаривали с Ареллано?       Василиса дернулась, но он не отпустил — лишь больно сжал ее руку. Хотелось огрызнуться, сказать, что это не его дело, и что он такой же подонок, как его дружок. Но слова застряли в горле, а в памяти всплыла совсем недавняя картина и его слова. «Не приближайся к ней».       Но поддаваться не хотелось. Она в ответ сжала его ладонь, впиваясь ноготками в кожу, и так же прошептала: — Я бы справилась с ним сама. Зачем влез? Ты и раньше постоянно обрывал его, когда он начинал ко мне цепляться. Но это хоть можно оправдать, или съехать на любую другую причину. Сейчас было слишком… грубо.       Марк прищурился. Девушка кожей чувствовала — хочет выругаться, сказать что-то неприятное. Мог бы — сжал руки еще сильнее. Они неслись мимо танцующих пар, и, если бы ее это волновало, Василиса бы наверняка задалась вопросом, как он умудряется бесить ее и одновременно следить за происходящем на паркете.       Дыхание из-за разговора и танца было сбивчивое и отрывистое, но она была привыкшей к такому. В практически объятиях Марка было неуютно — казалось, будто они делают что-то… неправильное. Запрещенное. Они враги на публике, и не слишком жалуют друг друга даже в приватных беседах. Но все равно вынуждены танцевать рука об руку, поддерживая свою репутацию. Досадная случайность, что Ляхтич оказался рядом. Но вряд ли это будет волновать его дружков и ее ребят.       Радовало то, что перед Фэшем не придется снова оправдываться — он собственноручно подвел ее к этому.       Впрочем, между Клодом и Марком выбор был очевиден. Но Золотому ключнику, как и любому другому человеку, она в этом не признается. — Если бы ты ответила ему сама, сделала бы только хуже. Ты не знаешь Леоне, он ублюдок, каких еще нужно поискать. И не привык мириться с отказами. — Это его проблемы, — перебила его Огнева. Музыка стала спокойнее, и пришлось замедлить темп, чтобы не выбиваться из общей картины еще сильнее. — Он бы не смог сделать мне ничего серьезного.       Судя по тому, как он нахмурился, Марк был с этим не согласен. Василиса его за это не винила, хотя считала, что после всех ее… промашек, связанных с демонстрируемой перед ним силой, он мог бы относиться к этому попроще.       Взгляд его вдруг стал мягче — губы растянулись в слабой улыбке, и Василиса почувствовала, как ладонь его плавно смещается выше, к открытой спине. Невольную дрожь от прикосновения к голой коже скрыть не удалось, но она не позволила промелькнуть на лице даже капли испытываемых ею эмоций. Хватка его стала мягче, шаг замедлился.       Огнева сначала думала это проигнорировать, но в тот момент, когда она почувствовала едва невесомое поглаживание пальцами, едва не остановилась. Непривычная ласка ощущалась… Странно. Она коротко дернула плечом. — Это плохая тактика, если хочешь получить от меня ответ.       Марк скривился, вновь возвращаясь в свое обычное состояние — рука вернулась на свое место, как и недовольство на лице. Василиса же мысленно выдохнула, чувствуя, как горят лопатки. Жуть. Коротко кашлянула, продолжая. — Теперь, после твоих слов, он может подумать… что-то лишнее.       Ответом ей была тишина. Она тихо чертыхнулась, осознавая, что эта досадливая случайность с танцем в одной паре может лишь усилить подозрения Ареллано, какими бы они ни были. Василиса просто чувствовала — нельзя давать ему повод подумать, что их с Золотым ключником связывает что-то кроме взаимной неприязни. Оставалось надеяться, что Лео сейчас занят своей партнёршей, и не видел их. И особенно то, как Марк решил ее… соблазнить? Она отодвинулась от него, глянув на его лицо. Увидеть на нем холодная сосредоточенность было неожиданно. — Разберусь, — хмуро произнес он, заметив ее взгляд. Увидев неприкрытый скептицизм, недовольно вздохнул. — Я уже сказал ему, что ты нужна Елене. У меня получилось убедить его в том, что я так слежу за тобой по ее приказу. — Вот уж спасибо, — хмыкнула она. Только вот, его интонация в начале разговора не была похожа на то, что это делает это лишь по приказу. Марк поднял руку, и ей пришлось прокрутиться как остальные девушки. Встала к нему спиной, наблюдая за тем, что делают окружающие — несколько несложных движений, ощущение горячего воздуха на голой шее, поворот, — и она вернулась в классическую позицию. — Обращайся, — съязвил тот. — Повторю вопрос. О чем говорили? — Спрашивал, почему я одна, где мои друзья, и не хочу ли я потанцевать, — кратко, не вдаваясь в подробности, ответила Василиса. — Судя по твоему лицу в тот момент, когда я пришел, все было не так чинно и благородно. — Я не обязана перед тобой отчитываться, с кем и о чем говорила, даже если это такой придурок, как Леоне, — холодно ответила девушка, внутри возмущенная проводимым допросом. — Какое тебе дело?       Марк открыл рот, желая возразить, но так и замер. Слова словно истязали его внутри. До сего вопроса он не мог понять, почему так напрягается каждый раз, когда одночасник обращает внимание на фейру. Видел же его взгляд — он всегда так смотрит на очередную добычу. А о делах Леоне ему известно, как никому другому.       Беспокоюсь, что сделает что-то ужасное.       Он не привык выражать собственное волнение за кого-то. Раньше он был бы даже рад, что фейре не повезло стать объектом внимания Леоне. Но… слишком много она рисковала ради него. Да, именно так.       То, что кулаки чесались каждый раз при виде того, как Лео на нее смотрит, наверняка было лишь желанием отплатить услугой за услугу. — Просто предупреждаю. Как ты меня когда-то, — процедил Марк, наконец найдя слова. Склонился ниже, холодно шепча: — мне тошно быть тебе обязанным за… некоторые одолжения с твоей стороны. Я лишь расплачиваюсь.       Он вдруг остановился, обхватывая ее талию двумя руками. Василиса от неожиданности поперхнулась воздухом, тут же замечая на его лице самодовольную ухмылку. И как только успел заметить добавление нового элемента? Она почувствовала, как ладони его напрягаются, и быстро сориентировалась, мягко положив руки на его плечи. Легкий толчок! Он подкинул ее наверх, на мгновение задерживая в таком положении и делая оборот вокруг себя. Было ли ей страшно, что уронит? Нет. К поддержкам Василиса привыкла, да и руки его не дрожали.       Просто было странно выполнять подобный элемент, требующий какого-никакого доверия, с Марком. Таким Марком — злым, грубым и не знающим о ней совершенно ничего. Переведя дыхание, она наконец ответила на его слова: — Расплатишься по-другому. А в это лезть не стоит, разберусь сама.       Он промолчал, состроив недовольное лицо. К ее счастью, разговор продолжить им не дал случай — музыка замедлялась и затихала, танец подходил к концу. Они постепенно выстроились в две линии, как было в начале, вставая напротив друг друга, и оставаясь с теми же партнерами, с кем танцевали последний вальс.       Василиса медленно присела в скромном по меркам вежливости реверансе, благодаря за танец. Марк поклонился, не сводя с нее цепкого взгляда. Пришлось признаться самой себе, что все прошло не так плохо, как она представляла, но на душе все равно было неспокойно. Танцевать с ним, чувствовать на талии его руку, прижиматься друг к другу было чем-то… странным, и оставило непонятный осадок на душе. Девушка поежилась, радуясь, что не придется вновь чувствовать на своей руке его губы. О чем он думал, целуя ее по-настоящему? И, как только того позволили правила приличия, тут же постаралась уйти.       Прищуренный взгляд Ареллано, направленный на них двоих, они не заметили.       Алкоголь явно был доступен половине присутствующих, потому что с каждым часом пьяных подростков становилось все больше. Узнать, откуда он взялся, у них не получилось, но раз это не волновало их самих и Елену, почему должно ее? Котильон же играл еще несколько раз. В следующие партии вышли остальные ребята, кроме Фэша и Василисы, которым уже хватило, и первое время она с интересом наблюдала за их танцем. Леоне она больше не видела, и была этому совершенно счастлива. Ее не волновало, куда он ушел и с кем, главное — перестал за ней следить.       Время близилось к десяти вечера, и уйти ей пришлось раньше остальных, как, собственно, и Дейле. Нужно было собираться в Черновод.