Дом Блэков

Ночью Гарри напряженно ворочался на огромной кровати, отчего она оглушительно скрипела. Он никак не мог уснуть и напряженно вслушивался в тишину дома. Присутствие в доме чужого человека странно ощущалось, и это жутко нервировало парня. Словно над ухом летает противная букашка и жужжит, а ты никак не можешь от нее избавиться. Гарри сказал Малфою, что он может занять бывшую комнату Регулуса Блэка, которая, к слову, находилась на одной площадке с его комнатой. Но Малфой сказал, что займет гостевую комнату на четвертом этаже. Значит ли это, что слизеринец задумал что-то нехорошее? Может быть. Как мне вести себя с ним? На этот вопрос у Гарри не было ответа. Непонятно зачем, он мучал себя, продолжая думать об этом совершенно бессмысленном аспекте. Разум твердил только одно — игнорировать, а если и придется контактировать, то вести себя предельно отстраненно и холодно. Но Гарри так не мог. Он никогда не был тем человеком, который мог бы долгое время притворятся полностью безразличным. Все его существо рвалось следить за каждым шагом гостя, попутно переругиваясь с ним. Не ты ли хотел, чтобы было не так скучно? Вот и наслаждайся теперь. Гарри хотел, чтобы все было по-старому. Ему было некомфортно в новой обстановке, но черта с два он покажет это Малфою. Гарри будет вести себя так, будто ему плевать. Да. Точно. Поттер прокручивал все эти мысли в голове неопределенное количество времени и вертелся с боку на бок, раздраженно фыркая. Совсем скоро это ему надоело, и он рывком поднялся с постели. В спине неприятно щелкнуло. Да, уж. Такими темпами он превратится в старика раньше времени. Надо бы ему снова заняться квиддичем. Ну или не квиддичем. Ведь существует много способов разминать косточки: баскетбол, футбол, плаванье... йога. Гарри представил себя сидящем в позе лотоса в полном единении с природой и хихикнул. Да, ему определенно нужно заняться чем-нибудь. С этими мыслями он подцепил валяющийся на полу возле кровати кроссовок и стал натягивать его на голую ногу. Иначе ходить по дому не получалось — отморозишь пятки и соберешь всю грязь. Гарри давно усвоил этот урок: когда не можешь уснуть, лучше не пытаться, а пойти и отвлечься. Обычно, в такие минуты Гарри читал, но сегодня он забыл книгу на кухне. Поэтому он сейчас шел забрать ее. А еще ему до чертиков хотелось проверить, не занимается ли Малфой чем-нибудь в его отсутствие. Он вышел из комнаты, подсвечивая себе люмосом. Ночью в доме было жутко: всегда казалось, будто кто-то следует за тобой по пятам, следит, дышит в затылок. Холодные стены, казалось, уходили высоко вверх, половицы поскрипывали под весом Гарри. Почему-то в доме всегда было темно, будто кто-то нацепил на твои глаза плотную повязку. В небольшие окна почти не проникал свет уличных фонарей, что было очень странно. Гарри знал, что все маглы, жившие на этой улице, покупали себе плотные шторы или жалюзи, а у него даже днем царит полутень. Стояла подозрительная тишина. Обычно по ночам из глубины дома раздавались громкие шорохи и стуки, скулил старый Кричер, третья ступенька на главной лестнице скрипела так, словно по ней регулярно прохаживался тот самый пузатый маг, что изображен на картине в Гостиной. Был изображен. До того, как упал. Все картины, гобелены и прочая фигня типа подсвечников крепилась к стенам магией, а не гвоздиками и крючочками. Если бы это было так, Гарри бы давно повесил ее назад: очень уж она была забавной. Но заклинание приклеивания не работало в этом доме, как и все бытовые заклинания. Книга лежала на столе и выделялась светлым пятном на фоне темного деревянного стола. Надо же, он даже не заметил, как спустился на кухню. Гарри схватил книгу и побрел назад. Поворот. Еще поворот. Лестница. Грязный, попорченный молью персидский ковер, об который можно запнуться. Гарри шел, не замечая всего этого и мечтая оказаться в теплой постели, пока не оказался перед дверью. Четвертый этаж. Гостевая комната. Малфой. Гарри остановился прямо перед тяжелой двустворчатой дверью, на которой были какие-то полустертые буквы (видимо, инициалы прошлого владельца покоев). Он не ожидал оказаться здесь, но ноги будто сами привели его сюда. Парень прислушался. Из-за двери не донеслось ни малейшего шороха. Все было тихо и спокойно, но Гарри эта тишина казалась неестественной. Опасной. Интересно, что он там делает? Спит? Скорее всего. Перед глазами мелькнул образ помпезной кровати и спящего на ней слизеринца. Руку свело от желания посмотреть: вдруг блондин все-таки не спит. Какое-то странное чувство нашло на Поттера. Это было похоже на... предвкушение? Ничего же не случится, если я посмотрю одним глазком, правда? Руки уже потянулись к ручкам двери, и Гарри уже почти скрип несмазанных петлиц, как вдруг... Бам! Какая-то вещица упала во тьме коридора с негромким звоном. Ничего особенного. Но не для Гарри. Испугавшись своего порыва, он отскочил от двери. В звенящей тишине спящего дома стук показался оглушительным, и Гарри, удостоверившись, что этого никто не видел быстрым, но тихим шагом направился прочь от этой комнаты. Свою книгу он в эту ночь так и не открывал. ——— Проснулся Гарри ближе к обеду, раздраженный и злой, как черт. Идиотская пружина на дряхлом матрасе вгрызалась в его бок большую часть ночи, и он вертелся как юла в попытках найти удобное положение. Весь недосып сказался на парне не самым наилучшим образом: Гарри хотел малодушно остаться на кровати и целый день утопать в своем раздражении и унынии. Поскорей бы закончился этот сраный день. Поттер совсем не горел желанием лицезреть блондинистого придурка, но просто так он бы не оставил. Нужно было убедиться, что все в порядке. Именно это заставило Гарри поднять задницу и совершить обход своей территории. Как ни странно, о присутствии чужака в доме почти ничего не сообщало. Разве что напряженная атмосфера, да и некоторые пустующие рамы. Портреты Блэков почти всегда пеклись о “благовоспитанности” и “статусности”, и поэтому почти всегда оставались на своих местах. Но видимо сегодня что-то изменилось, и это раздражало. На кухне Малфоя не обнаружилось. В гостиной тоже. Не то, чтобы Гарри его искал — он просто занимался своими делами. Именно так. В какой-то момент Гарри даже подумал, что слизеринца нет в доме. Но поднимаясь по лестнице уловил негромкий голос, узнаваемо растягивающий гласные, который доносился откуда-то сбоку. Похоже Малфой действительно находился в библиотеке. Твердо решив не зацикливаться, Гарри прошел мимо. Если говорить по-честному, день проходил очень странно. По большей части Поттер ничего не делал. Проверил почту — Кингсли опять устраивает благотворительный вечер в Министерстве и настоятельно рекомендует ему присутствовать, а миссис Уизли спрашивает, когда он сможет заглянуть на обед. Решив игнорировать приставучего министра, он быстренько написал ответ Молли. Потом от трансфигурировал из старого кеда резиновый мячик, и принялся кидать его в стенку. Время тянулось ужасно медленно, а монотонный звук, с которым мячик отпрыгивал от поверхности убаюкивал. Тук-тук, тук-тук... Гарри сам не заметил, как задремал. ——— Гарри стоял у комода в своей комнате и рассматривал вещь, которую выронила одна из жирных фиолетовых пикси. Две волшебные твари решили устроить разборки, сопровождаемые жуткими визгами, прямо под дверью Гарри. А когда заспанный хозяин вышел из комнаты, чтобы их разогнать, пикси испугались и разлетелись в стороны, выронив что-то небольшое и блестящее. Видимо Андромеда хорошенько постаралась, и эти паразиты теперь зашуганные, как дикие коты. Гарри поднял вещицу с пола. Запонка. Серебряная запонка приятно холодила руку, и парень шагнул к свету, чтобы получше ее разглядеть. — Великий Салазар! Подпрыгнув от неожиданности, Гарри торопливо обернулся. Малфой стоял, сложив руки на груди, и пафосно опирался плечом о косяк двери и с интересом вглядывался в убранство комнаты. Одет он был так же, как и вчера. На его губах появилась насмешка, а левая бровь изогнулась, и он продолжил: — Всегда знал, что ты, Поттер, извращуга. Это же надо...! Гарри непонятливо нахмурился, а потом проследил взгляд слизеринца. Черт возьми! Плакаты. Малфой комментировал плакаты, висящие на стенах комнаты Сириуса. Да, те самые, с полуголыми девушками. Парень ощутил острую потребность провалиться сквозь землю сейчас же. Боже, как же стыдно! — В доме старейшего дома Блэк висит это. Вот умора. Ого! — Малфой заприметил самый откровенный плакат, который висел за возле комода, а потом продвинулся вглубь комнаты, пока Гарри сгорал от стыда. — Мееерлин, они ужасны! У тебя вкус вообще есть? — Малфой, это не... — пролепетал Гарри. — Хотя вот эта ничего! — слизеринец его будто не слышал, указывая на брюнетку с мотоциклом. — Почему они не двигаются? Что это за штуковина? Очевидно, он указывал на мотоцикл, но Гарри не смог на это ответить. —Малфой, я не... — Дрочишь на них, Поттер? — снова перебил его блондин, и Гарри задохнулся от возмущения. — Охх, как ты покраснел! Я узрел эротические фантазии Героя, и хотел бы сказать, что у него довольно скудная фантазия и нет никакого... — Что? Нет! — к Гарри наконец вернулась способность говорить. — Что ты несешь, Малфой? — Я просто констатирую следствия того, что вижу. И вижу я... — Это бывшая комната Сириуса, и это его плакаты, — он не хотел спихивать все это на крестного, но нужно было срочно выкручиваться, пока Малфой не стал в красках расписывать все то, о чем думает его извращенный слизеринский мозг. — Только не надо отпираться, Поттер. — Но это правда! — Ага. Так я и поверил. Гарри понимал, что Малфой намеренно выводит его из себя, но ничего поделать не мог. — Да иди ты, Малфой! И вообще, какого черта ты вломился в мою комнату. Как же твои хваленые манеры, а? Малфой раздраженно повел плечом. — Ничего я не вламывался! Просто пришел сказать, что отбываю в Хогвартс. К твоему сведению, дверь в комнату была открыта, а я просто заглянул. — Чертовы пикси, — пробурчал Гарри себе под нос, а потом продолжил уже громче: — Ну и валил бы! Зачем нужно было меня предупреждать? — Даже не знаю, Поттер, — противно протянул Малфой. — Должно быть, это все мои “хваленые манеры”! Тебе, между прочим, нужно бы поучиться хотя бы элементарной вежливости и... Это что? Моя запонка? Тон блондина резко изменился, так что Гарри даже опешил. Он перевел взгляд на серебряную штучку, лежащую на столе, которая поблескивала в свете лампы. — Ее пикси притащили, — буркнул Гарри. — Откуда мне знать, что она твоя? Малфой послал в него скептический взгляд, и поднял оба запястья. На одном рукаве рубашки красовалось точно такое же украшение, какое лежало на комоде. — Она пропала вчера вечером. Никак не мог найти, — и слизеринец схватил другую запонку и ловко прицепил ее на другой рукав. — Что вообще сейчас носит запонки? — раздраженно поморщился Гарри. — Или это твоя очередная пижонская замашка? — Считай как хочешь, Потти. Это подарок. — От кого? — Гарри не знал, зачем он спросил это. — От Астории, — машинально ответил Драко, но быстро опомнился: — Не твое дело! Астория? Это которая сестра Гринграсс? Повисла неловкая тишина, разбавляемая только скрипами половиц, когда Гарри переминался с ноги на ногу. — Ну, я, пожалуй, пойду, — вдруг сказал Малфой. — Я высоко оценил твои плакаты. Обязательно расскажу о них кому-нибудь. Пророку, например. — Иди к черту, Малфой! — Не скучай, Потти. И Малфой упорхнул из комнаты в мгновение ока, и только четкий звук его шагов доносился из коридора. А Гарри устало вздохнул, присел на край кровати и окинул взглядом девушек на плакатах. Забавно. Он ведь правда не думал о них в ТАКОМ смысле. ——— Гарри возле стеллажей в книжном магазине. Был вторник, и парень решил прогуляться, а его ноги сами принесли его сюда. По большому счету здесь ему не нужно было ничего. Он просто стоял и рассматривал цветастые корешки книг, изредка читая аннотации. Мысли его улетели далеко вперед, и он немного завис. Из ступора его вывел голос: — Эй, парень! Поттер повернулся и увидел рядом с собой парня, который приветливо улыбался ему. Гарри немного смутился: — Привет...? — Кажется, я должен тебе кофе, — сказал он. Гарри пригляделся к незнакомцу. Русые волосы красиво ложились волнами, а в голубых глазах мерцали смешинки. На нем было осеннее укороченное пальто, а в руках он держал холст на подрамнике. Точно! Это же тот парень, который выбил у него из рук стаканчик с кофе. Гарри не узнал его сразу, потому что на нем не было той дурацкой шапочки, на которую он обратил тогда внимание. — Не думал, что мы снова увидимся, — улыбнувшись, сказал Гарри. — Это точно! Судьба, однако. Джо Конти, — и парень протянул ладонь. — Гарри Поттер, — и Гарри пожал руку в ответ. — Я знаю одно местечко неподалеку. Там готовят кофе в разы лучше, чем в других кофейнях, — Джо по-другому произносил букву “Р”, что выдавало в нем итальянца. — Идет, — хмыкнул Гарри, и кивнул на холсты: — Ты художник? — Ага. И парни направились на выход из магазина. Гарри забавляла эта ситуация, ему было интересно, что будет дальше. В самых дверях Джо громко крикнул: “Пока, тетя Сара!”, из-за чего заработал недовольный взгляд пожилой леди, проходящей мимо них. Из глубины магазина послышалось не такое громкое: “Пока, дорогой!”. Джо казался забавным малым. Пока они шли в известном Гарри направлении, итальянец объяснил, что в этом магазинчике работает его тетушка, которая частенько подгоняет ему материалы по низкой цене. — Кстати, — сказал Джо, когда их обогнала стайка весело щебечущих девочек. — Я торопился на просмотр, когда случайно зацепил тебя. Не было даже времени, чтобы нормально поговорить. Беседа текла на удивление легко и непринужденно. Они болтали ни о чем, Гарри рассказывал ему о своей жизни. Конечно, совершенно поверхностно — все-таки Статут о Секретности никто не отменял. По факту, Поттер рассказал ему лишь то, что он учился в частной школе и сейчас нигде не учится и не работает. Джо долго смеялся с истории, как они с Роном украли тачку. Кофе и правда был очень вкусным, а сама кофейня была оформлена в восточном стиле. Изредка выходившее из-за туч солнце проходило через цветные стекла и играло яркими цветами. Гарри поражало то, что Джо общался с ним как со старым другом: всячески беззлобно подкалывает, шутит и словно смотрит прямо в душу. Может, все итальянцы такие? А, нет. Гарри припомнил Блейза Забини, дружка Малфоя. Тот был надменным и злобно зыркал на всех. Так что, возможно, Гарри повезло. — Слушай, у тебя линзы что ли? —как-то спросил его Джо. — Чего? — не понял Гарри. — Я же очки ношу. Зачем мне линзы? — Просто глаза у тебя какие-то слишком зеленые. Вот я и подумал... — Нет, что ты... У моей мамы были такие же. — Были? — со всей своей прямолинейностью спросил Конти. Черт! Вот зачем ты это ляпнул, Поттер? Теперь не отвертишься. — Она погибла, когда мне был год, — просто сказал Гарри. — О, — удивился итальянец, но говорить ничего насчет этого не стал. — Ну, в любом случае, глаза у тебя необычные. Тебе повезло, Гарри. Гарри сильно смутился и в ответ на это кинул что-то неразборчивое. Ему и раньше говорили, что у него необычные глаза, и даже, помнится, посвящали им стишки, но отчего-то сейчас этот искренний комплимент был очень приятен. Даже очень. Они посидели еще немного, и уже собрались домой. Гарри было очень сложно объяснить Джо, почему у него нет мобильника. Все-таки сказать прямо он не мог, а поэтому наплел что-то про ремонт и соседа, у которого боязнь новых технологий. Конти странно на него посмотрел, но в итоге просто дал свой адрес на случай, если Гарри захочет встретиться еще. А Поттер же не устоял перед соблазном сообщить ему свой. Домой Гарри вернулся с радостным ощущением, что в его жизни что-то меняется в лучшую сторону, но дом Блэков был по-прежнему был пыльным и мрачным. ——— Днем пятницы Гарри пытался сварить съедобную овсянку, но каждый раз что-то шло не по плану: первая порция подгорела, а вторая была настолько резиновой, что парень просто не мог достать ее из кастрюльки. Так вот на огне стояла его третья попытка, и Гарри был готов поклясться, что в этот раз что-нибудь да получится. Вдруг в окошко постучали. Гарри открыл створки и увидел министерского филина, который раз в неделю доставлял ему газеты и письма от Кингсли с уговорами посетить очередное супер-важное мероприятие. И в этот раз к лапке птицы было привязано два письма и свежий выпуск пророка. В письмах не было ничего интересного, а вот в Пророке... На второй страницы газеты красовалась явно удачная колдография Малфоя. Гарри сразу заинтересовался. Напечатанный Малфой на ходу кутался в мантию, а его взгляд был полон какой-то странной смеси презрения и решительности. Заголовок гласил: “Драко Люциус Малфой. Как складывается жизнь самого молодого Пожирателя смерти”. Гарри хлопнул глазами и продолжил читать, уже зная, что ничего хорошего эта статья не предвещает. “Вы уже знаете, что Драко Малфой, сын Люциуса Малфоя, недавно погибшего в Азкабане при странных обсоятельствах, продолжает обучение в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс. Должно быть, многие задаются вопросом, как обстоят дела у оправданного судом Пожирателя смерти. Достоверные источники сообщают, что Драко до сих пор имеет уважение и авторитет среди своих сокурсников, даже не смотря на его статус. Он продолжает оставаться Слизеринским принцем — это прозвище дали ему друзья на шестом году обучения. Юный мистер Малфой также не гнушается общаться с теми, кого он презирал. Так, если верить информации, он довольно хорошо общается с Гермионой Грейнджер, умнейшей ведьмой столетия. Изменились ли его убеждения же потомственный слизеринец ищет выгоду в приятельских отношениях с героиней войны, никто знать не может. Однако, мы все прекрасно знаем, что мистер Малфой находится под своеобразной защитой Гарри Поттера, ведь именно Мальчик-который-Выжил свидетельствовал в его защиту в суде. Но все же у юного Малфоя не все идет так гладко: источники сообщают, что недавно помолвка мистера Малфоя с очаровательной слизеринкой, Асторией Гринграсс, была разорвана. Что же послужило причиной такого исхода ситуации мы можем только догадываться.” Дальше Гарри читать не стал. Статейка в лучших традициях Риты Скитер была полна обвинительными намеками и всячески очерняла и без того не чистое имя слизеринца. Гарри прекрасно знал, какого это, и мог только посочувствовать Малфою. Только вот про его отца он услышал первый раз, и это было неожиданно. Гарри думал, что Люциус Малфой, вечная заноза в заднице Министерства, отсидит пару годков, и все вернется на свои круги. Ведь Малфои всегда изворачивались из любых ситуаций. Но, видимо, не в этот раз. И эта Астория Гринграсс... Как бы выведать все это у Малфоя, когда он переместится на Гриммо завтра? Гарри снова пробежался глазами по тексту, совсем не замечая, как убегает из кастрюли забытая на огне овсянка.