OUTRUN

- Я много читал про то, что люди с подобными отклонениями предрасположены переносить собственную ситуацию, вызвавшую травму, на других. Они не способны проработать проблему в себе и “отыгрываются” за чужой счет, - расковырянный ноготь кровоточил, вынуждая Хосока зажать пальцем больное место. - За 10 лет опыта в убойном, я встретил множество свихнувшихся маньяков, выросших в одиночестве и насилии, начавших беспорядочно убивать и заставлять страдать ни в чем не виновных людей, более того, на допросе они почти всегда держались ровно и в конце концов с улыбкой признавались во всем, - грудь едва вздымалась от редких вздохов, сил не было даже прямо держать спину. - Душевную боль легко перекрыть физической, только не своей, а того, кто выбран в качестве жертвы. Эдакая месть всему человечеству за “беззаботное” существование. Недолюбленные дети ищут плохих отцов, брошенные мужья и жены ищут неверных, преданные находят предавших и исполняют великий замысел по избавлению планеты от такой, как считают сами, гнили, - следователя слегка повело в сторону, но он успел ухватиться рукой за край стола. - Ты рассказываешь про человека, выбравшего самый сложный путь отмщения. Он не просто убивает, он уничтожает личность, разрушает чужие крепкие отношения и выстраданную любовь. По-твоему, он заслуживает прощения или успокоения за все, что сотворил? Никакая законодательная система, никакое правосудие и мораль не способны вынести должный приговор его преступлениям… - через силу сглотнув, Хосок смог удержать равновесие и опереться о спинку стула. - Ты рассуждаешь, смотря однобоко, традиционно, привычно. Вы все выросли не в тех условиях, чтобы осуждать Джина, вы не были в его шкуре… - Ошибаешься, - раздраженно перебил пепельноволосый. - Тэхен был счастлив? Чонгук был счастлив? Юнги…был счастлив? А Чимин? Ответить мне! Какого черта ты сидишь передо мной и так спокойно рассуждаешь о том, как эта тварь разрушила жизни моих друзей?! - Тише-тише, коп, вас, вроде как, должны были научить сохранять разум холодным, а ты, смотрю, совершенно не в себе, - Намджун не выглядел надменно или осуждающе, он продолжал сидеть прямо и казался вполне открытым эмоционально. - Повторюсь, ты рассматриваешь ситуацию относительно того, что она коснулась дорогих тебе людей, я - относительно своего. Мы не найдем золотой середины, поэтому, советую перестать возникать и, раз уж, я здесь, заткнуться и слушать, - он снова сложил руки на груди. - Изначально в планы не входило такое длительное наблюдение за твоими дружками, но в дело вмешалась воля судьбы и Тэхен потерял память. В тот день все пошло не так. Не так, как он хотел. Джин был убежден, что, смоделировав ситуацию “предательства” и “непонимания”, один из них выберет себя. Как видишь, не получилось. Я понятия не имею, как ему удалось вбить себе в голову, что Тэхен поведет себя иначе. Навязывание своей воли - идеальный способ манипуляции, он был уверен, что никакие сильные чувства не способны превалировать над обидой и разбитым сердцем. Она выбрала пожертвовать собой, Он выбрал отомстить. Тэхен выбрал пожертвовать собой, Чонгук продолжил бороться. Понимаешь, к чему я? Хосок сделал усилие, чтобы несколько раз моргнуть, отгоняя полуобморочное состояние, и провел рукой по волосам. Произошедшее не выходило из головы, словно одна длинная, мерзкая, тягучая, склизкая субстанция, обволакивающая мозг, давящая на каждую клетку. Он сфокусировался на темных глазах Намджуна и впился ногтями в очередной свой палец, отрывая кусочки кожи. *** - Знаешь, что не дает мне покоя? - пепельноволосая голова склонилась в бок. - Чтó еще? - щуплый парень увлеченно размешивал пенку на поверхности кофе. - 5 жертв. Их только 5. До 30 декабря осталось осталось чуть больше трех суток. В прошлые разы их было 7. Темная макушка немного дернулась и застыла в размышлении. - Наша личная вендетта смиренно ожидает судный час, склонившись темной тенью над мраморной плитой, покрытой тысячами красных лепестков камелии, колышемых последними дуновениями теплого летнего бриза. - Чего..? - Да так, вспомнил кое-что. Будешь кофе? Тэхен не дурак. Он отлично понимает что к чему, чувствует, что друзья напряжены до предела, непроизвольно стучит дрожащей ногой под столом, по ночам нервно теребит угол покрывала, в деталях вспоминая морозный день 6-летней давности. И молчит. Молчание - замечательный способ закрыть глаза и заткнуть уши, не прикасаясь к лицу. Побег от реальности давно стал излюбленным методом отключиться от желания навсегда перестать что-либо ощущать и расцарапать кожу до кости. Сжимая губы докрасна, а зубы до скрежета, он привык глушить в себе любой порыв рассказать всем о том, как ему плохо не помнить, как плохо вспоминать то, что, может, было приятно забыть, как это страшно - быть наедине с темнотой вместо прошлого, со знанием историй жизни книжных героев и пустотой собственного существования. Приближение неминуемого заставило остро ощущать каждый момент. Кто бы мог подумать какие-то полгода назад, что отказаться от таблеток - одновременно худшая и лучшая идея. Если бы кто-то спросил Тэ, что было тяжелее принять: ощущение полета со скалы и оглушающий удар о воду, или тот факт, что 3 года назад он уже начинал жить заново, пока не сдался во второй раз, то он не задумываясь бы ответил, что самое сложное - упорно делать вид, что ничего не было. Закрываясь в ванной перед сном, он снова сжимает губы и молчит, глотая слова, крики и кипящую кровь, поднимающуюся от сердца. Очень просто после горячего душа, оставляющего на теле красные следы, мирно садиться на любимое кресло и забываться в чужих жизнях, ошибках, слезах и страданиях, проживая вымысел как истину. Удобно беззаботно улыбаться любимому человеку, успокаивая тихими и нежными фразами, отгоняя мысли о том, что неделю назад вытаскивал из покрытых черными рисунками рук острый нож, приставленный к горлу. Потом неплохо ложиться в теплую кровать и продолжать перебирать пальцами мягкое покрывало, роняя на подушку соленые капли. - Чонгуки…спишь? - Не-а, - куда-то в стенку пробубнил человек рядом. - Как думаешь, у меня хватит сил сделать хоть что-то стоящее в жизни? Чонгук сглотнул, вздохнул и повернулся на другой бок, в сторону Тэ, не открывая глаз. - Конечно, хватит, ты самый смелый и умный из всех, кого я встречал. Искренняя улыбка озарила уставшее лицо. Тэхен подоткнул одеяло Чонгуку по самый подбородок и легонько погладил того по руке. Я сделаю все, чтобы тебе не было больно в третий раз. 29 декабря 10:00 Размешивая успокоительное в чашке зеленого чая, Тэхен напевает выдуманную мелодию, почесывая одной ногой другу. Не сказать, чтобы состояние казалось плохим, но бодрости в теле не ощущалось от слова совсем. Может, потому что вечером предстоит то, к чему он готовился, должно быть, всю жизнь, а может, потому что за спиной мирно потягивают кофе Чимин с Чонгуком, беседуя о чем-то совершенно обыденном. Неужели, они спокойны? Неужели, не ощущают того же, что он? Тэхен шепчет себе взбадривающие слова, выгоняя из головы страшные образы возможного исхода, и садится на третий стул, стараясь сосредоточиться на бубнеже Пака, который, к слову, выглядит неважно. - Недосып? - лохматая голова с любопытством глядела на бледное лицо друга. - Можно и так сказать, - мрачно отозвался Чимин, уткнувшись в кружку с темной жидкостью. - Это же не…? - Нет, Гуки, на Это сейчас времени нет. Все дружно потупили взгляд, опустив плечи под весом собственного груза, недоступного обычному глазу. Тэхен сейчас это четко ощущал. Если прищуриться, если сильно постараться, можно рассмотреть, как Чонгук согнулся под весом груды огромных черных камней, как Чимин прирос к земле, стекая тягучей массой, тянущейся с потолка, все ниже и ниже, как он сам захлебывается в бесконечном потоке воды, обрушившемся с неба, мутном, пенящемся и пахнущим зимним холодом. - Эй, какие планы? - перебил тишину Чонгук, ковыряющий вилкой лист салата. - Думаю к малышу съездить. Сегодня выходной, а ночью смена. Интересно, сколько я еще выдержу с таким графиком? - с меланхоличным выражением лица ответил Чимин и задумчиво уперся подбородком в ладонь. - Передай ему кое-что, раз увидишь, - черноволосый вытащил из плотных штанов с большим количеством карманов сложенную в четыре раза бумажку и уже почти передал другу, но остановился. - Впрочем, сам отдам... А ты, Тэ? - Планов…никаких, - соврал Тэхен, посчитав, что остальным не обязательно знать о том, что он собирается сделать. К чему вся эта драма? А что, если он в последний раз сидит с ними вот так? Нет, в третий раз он этого не допустит. Опустошив коробочку с йогуртом, Тэ пошел на любимое место читать книгу, оставив друзей наедине. 18:00 Приступы паники подкатывали к горлу и ударяли в живот каждые полчаса. Чонгук ходит из угла в угол, не переставая отсчитывать секунду за секундой этого длинного и мерзкого дня. На душе творится черт знает что, словно пленочный фильм перед глазами проносятся кадры прошедших лет, отражаясь в самых страшных и жутких картинах, которые продолжают разрушать изнутри изо дня в день. Уперевшись в подоконник, он уставился на играющих во дворе детей: один уронил лопатку в снег и боится трогать руками ледяные комки, а второй любезно мчится на помощь слабому товарищу, с которым, возможно, проведет плечом к плечу всю свою жизнь, а может, забудет через несколько дней, перестав выходить на прогулку в этом районе. К глазам подступили слезы, которые тут же оказались размазанными по щекам татуированными пальцами. М.Ю. - У меня через 20 минут. Сообщение высветилось на экране с трещиной. Оставлять Тэхена одного не вариант, и так все на нервах, брать его с собой тоже, иначе бы Юнги не написал смс(у них свои правила), с другой стороны, сегодня 29, а значит, даже если они что-то задумали, смысла лезть нет, да и Тэ не дурак, кому попало дверь не откроет, а взламывать не их метод. Чимин говорил, что поедет к малому, стало быть, он может быть еще там. Видимо, дело совсем серьезное. Первое - запереть Тэ на три оборота, второе - постараться вернуться в течение получаса, третье - перестать сжимать кулаки до хруста и расчесывать след двухнедельной давности на руке, четвертое - убедить его, что все в порядке и предостеречь, пятое - перестать паниковать и взять себя в руки. В конце концов, Юнги бы никогда не поступил необдуманно. - Тэхени, я уйду ненадолго, хорошо? - Чонгук приблизился к парню и аккуратно поцеловал в макушку. - Захвачу в магазине вкусняшек, договорились? А ты пока книгу почитай. Вечером можем фильм посмотреть - какой захочешь. Тэхен убедительно кивнул, и, увлеченный чтением, уставился в коричневатые страницы. Дверь захлопнулась, а книга отправилась на стол, так и застыв на 135 странице. Парень быстрыми шагами преодолел расстояние до книжкой полки, внутри которой прятался сейф. Запомнить код, который набирал Юнги, не составило трудности, поэтому темная железная дверца с легкостью отворилась, впуская руку к содержимому. Простые черные штаны, черное худи и бейсболка - образ, так сильно напоминающий Чонгука. Тэхен улыбнулся. Набросив на плечо рюкзак, он удалился из квартиры прочь, провернув ключ на три оборота. 18:10 Чонгук открыл знакомую дверь и, не разуваясь, пошел в дальнюю комнату. - Юнги-я? Вопрос застыл в воздухе, отбиваясь от стенок пустующей квартиры и остался без ответа. В голову ударило волнение. Юнги с Чимином могли пойти в кафе, магазин, в парк или, в конце концов, просто гулять. Но младший не из тех, кто действует не по плану. Не медля ни секунды, Чонгук развернулся и покинул холодный дом, лишенный жизни без любимого хозяина. Варианта два: забить на сообщение и поскорее вернуться к Тэхену, либо съездить в кафе и проверить. “Абонент временно недоступен” - все, что услышал черноволосый из динамика телефона, направляющего звонок на номер, записанный как “Малой”. 18:25 Кафе было закрыто на ключ, а внутри выключен свет. Прислонившись к стеклу прозрачных дверей, Чонгук постарался вглядеться в темноту, в надежде уловить какие-то подсказки. Не обнаружив ничего стоящего, он сел в машину и надавил на газ. Сердце всегда чует, когда близкий человек в беде, а если в перепалку попал член Семьи - внутри трепещет и болит каждая клетка. Нервно дергающийся глаз не давал покоя на протяжении всей дороги до родной квартиры. Если Чимин с Юнги, то все должно быть в норме, так ведь? Если они не вместе, то это проблема, ведь Чимин тоже не отвечает на звонки. Перед ночной сменой он может спать, что не исключено, возможно, он уже увиделся с младшим и отдыхает, запасаясь с силами. Только сердце продолжало набирать обороты, как медленно заводящийся двигатель старого автомобиля. 18:40 Ключ проделал путь из трех полных оборотов и полетел на столик рядом. - Тэхени? - Чонгук стянул кроссовки и побежал в зал, туда, где оставил парня мирно читающим книгу. Никого. Это шутка..? На столе лежит раскрытый объемный том. Ноги сами понесли к нему. Он быстро приблизился и толкнул пальцами переплет, уставившись на обложку. Шопенгауэр? Паника охватила все тело разом. Нет, только не снова, только не сейчас. Осматривая все комнаты по очереди, Чонгук менялся в лице с каждым новым взглядом на пустые помещения, встречающие хозяина мраком и одиночеством. Удар по стене. В руке что-то хрустнуло. В одинокой квартире эхом раздался адский истерический крик. Безысходность. Тревога. Страх. Беспомощность. Человек, схватившийся за ближайший стул, пытается удержать равновесие на ватных ногах. Смех. Безумие. Рука вытирает лоб и тяжело падает вниз. Он медленно идет к выходу и, не закрывая дверь на замок, перешагивает порог, оставляя родное место, которое было наполнено светом каких-то несколько часов назад, в звенящей тишине.