Игра на равных

      Драко вздохнул с облегчением, когда занятие закончилось. Поспешил покинуть класс, чтобы наваждение отпустило. Он весь урок пялился на Грейнджер, мать её! — Мистер Малфой!..       Драко медленно повернулся. — Вы помните, что сегодня у вас отработка? — она смотрела невозмутимо.       Он прочистил горло: — Я приду.       Вот, это было сказано ровно и безразлично. Как полагается. Драко вышел из класса. В голове образовалась приятная пустота.       Забини поджидал его, хитро щурясь. — Ну что, Малфой, ты попал? А мы с ребятами собираемся после отбоя распить огневиски в честь завершения учебной недели. Ты как? — Забини, как только я разберусь со своими обязанностями, непременно к вам присоединюсь. Если только, — он хмыкнул, — вы не напьетесь прежде, чем я вернусь. — Ну когда так было! — Блейз, — Драко испытующе посмотрел на него, — проследи, чтобы без глупостей. Не хочу, чтобы в моё дежурство Слизерин облажался. Не забудь накинуть заглушающие чары. И чтобы никто не шатался по коридорам после отбоя! — Мамочка, не волнуйся. Всё будет чинно и благородно, в лучших традициях скучных приемов в вашем мэноре. — Забини, я серьёзно. — Староста, сэр, сначала из-за вас нам снимают драклову тучу очков, а потом вы запрещаете бедным ребятам отвести душу в пятницу, это несправедливо, сэр! — Блейз по-прежнему дурачился. — Ладно-ладно, прослежу.                                                                   

***

      Когда Драко перевернул заключительную страницу книги, последние песчинки упали в нижнюю колбу песочных часов. Отлично, он освободился, сейчас быстро пройдётся по этажам, разделается с дежурством… — Ты закончил? — Грейнжер вышла из своей комнаты и направилась к преподавательскому столу. Когда они были наедине, она обращалась к нему неформально, а вот если в классе находился кто-то ещё, то исключительно как «Мистер Малфой».       Драко на ходу буркнул «да» и взялся за ручку двери. — Я не отпускала. Вернись, пожалуйста, — Гермиона указала на его место за партой перед её столом.       Драко закатил глаза. Включила строгую учительницу! Рано радовался. С видом утомленного человека он повернулся и, как будто сделал великое одолжение, сел за парту. — Да, мисс. — Грейнджер, — продолжила она, намекая на то, чтобы он обратился к ней по имени. К себе неформального общения она не терпела. — Грейнджер, — повторил он за ней, делая вид, что не понял.       Гермиона внимательно посмотрела на него. Как на нашкодившего ребёнка. Она этому взгляду у Макгонагалл научилась? Затем она отвернулась к окну. Внезапно Драко ощутил себя как мальчишка, бойкотирующий взрослого преподавателя из вредности. — Итак, я хотела бы услышать твои мысли по поводу прочитанной книги. — Какие мысли? — это грозило затянуться. Обсуждать с Грейнджер книги! — Расскажи, о чём, по-твоему, была эта история? — Об истеричке и тиране.       Грейнджер даже глазами хлопнула от удивления. А она думала, он с придыханием будет изливать восторги? — Поясни. — Главная героиня была эгоистичная, высокомерная сука. Она думала, что слишком хороша для Хитклифа, хотя, отчасти так оно и было, если учесть их происхождение, — Малфой подавил зевок. — Эта тупая Кэтрин — типичная гриффиндорка с комплексом спасительницы. И кончила она соответствующе. — А Хитклиф, значит, слизеринец? — в глазах Грейнджер появился интерес. — Думаю, он студент Дурмстранга, — ухмыльнулся Драко. — Не зря же он пропадал на несколько лет.       Грейнджер замолчала на минуту, что-то обдумывая. Снова посмотрела в окно. — Как ты думаешь, почему я выбрала именно эту книгу?        Драко страдальчески вздохнул. — Ну конечно, я понял. Во-первых, чтобы я проникся магловским миром, во-вторых, чтобы осознал, что они испытывают те же чувства, что и мы, маги. И чтобы меня повергли в ужас жестокие вещи, которые творил Хитклиф. Очень душеспасительно, Грейнджер. — Мисс! — сверкнула она глазами. — Мисс, — повторил за ней Драко, пряча издёвку. — Малфой, ты разговариваешь с преподавателем. — Так сейчас не урок, рабочее время закончилось, и почему бы нам не пообщаться, как старые однокурсники? — Ты на отработке, Малфой! Вне урока я всё равно являюсь твоим преподавателем! — Гермиона начала выходить из себя. — К твоему сведению, в мире маглов эта книга считается классической литературой, которую должен прочитать каждый уважающий себя образованный человек. — О, я так и думал, что это образчик чего-то эдакого, — протянул Малфой, наслаждаясь вспышкой её раздражения. — Малфой, я… — Гермиона замолчала, пытаясь успокоиться. — Зачем ты это делаешь? — она смотрела укоризненно. — Делаю что? — Пытаешься вывести меня из себя. Если ты пришёл в Хогвартс, значит, это тебе зачем-то нужно, но ты всеми силами пытаешься показать мне своё презрение. Ты думаешь, я буду это терпеть? Я просто сниму со Слизерина очки, не зачту итоговый экзамен. Чего ты добиваешься? Я понимаю — унизительно, что тебя учит грязнокровка, да еще и в моём лице, но сам подумай, как ты можешь по-другому закончить школу? Я не пойду у тебя на поводу, так и знай. Ты взрослый человек, Малфой, а ведешь себя как вредный третьекурсник в период пубертата.        Высказав эту гневную тираду, Гермиона резко встала и отошла к окну.       Малфой молчал, обдумывая, в общем-то, справедливые слова. Он искоса взглянул на её силуэт. Грейнджер была одета в серое вязаное платье чуть ниже колен, которое мягко обхватывало её фигуру. Волосы лёгкими волнами спадали на спину. Такая тоненькая, хрупкая фигурка. Грейнджер так искренне расстраивалась. Но её возмущение — это так притягательно!       Вдруг Гермиона резко отвернулась от окна и вперилась в него взглядом. Драко не отвёл глаза. Пусть видит. Только чуть ухмыльнулся, но не зло.       Пауза затянулась. Заучка первая моргнула и сделала шаг в его сторону. — Так что, Малфой? Мир или война?       Драко чуть наклонил голову, и, не прерывая зрительного контакта, проникновенно сказал: — Мисс Грейнджер, конечно, мир. Как можно выбрать войну с такой милой преподавательницей, как вы?        Последнюю фразу Драко произнёс тихо, глядя ей в глаза. — Имей в виду, отработки остаются в силе, и посещение моих занятий тоже обязательно! Как и усвоение материала!        Как грозно. Драко изобразил смирение.              Внезапно в оконное стекло стукнула птица. Грейнджер подбежала к окну и порывисто открыла его, впуская мелкого сычика, верещавшего так, что закладывало уши. Грейнджер ласково успокоила птицу, отцепляя письмо. На её губах заиграла радостная улыбка, она сразу распечатала конверт и углубилась в чтение.       Драко наблюдал за Грейнджер со смешанным чувством, которое никак не мог определить. Огорчение? Досада? Только что он был в центре её внимания, и вот какое-то долбанное письмо — и она полностью поглощена им. Её глаза метались по строчкам, губы растягивала улыбка. И, похоже, встань Драко сейчас и уйди, она даже не заметила бы! Грейнджер прочитала письмо и смотрела в него влюбленным взглядом, поглаживая бумагу большим пальцем. Осталось только бумагу поцеловать! Вот почему она то и дело в окно пялилась — ждала сову! — Мисс… э-э, Грейнджер? — Драко нарушил тишину. — Я могу идти?        Грейнджер уже была на пути к своему столу. Она прижимала письмо к груди с таким глупо-влюбленным видом, что было неловко на неё смотреть.       Плюхнувшись на стул, она схватила перо и чистый пергамент, едва взглянув на Драко. — Да-да, Малфой, можешь идти…       Драко с ухмылкой смотрел, как она суетится, доставая чернила, расправляя пергамент перед собой. Рядом лежало то самое письмо. Взгляд успел выхватить первые строчки «Моя дорогая Гермиона!» прежде, чем Грейнджер внезапно подняла голову. Проследив направление его взгляда, она смущенно схватила письмо и свернула его пополам. — Ты свободен, Малфой! — повторила она, и в её тоне сквозило нетерпение. Грейнджер ждала, пока он уйдет и оставит её одну.        Драко хмыкнул и, отвесив глумливый поклон, напыщенно произнёс: — Хорошего вечера, Грейнджер!       Когда он выпрямился, она не смотрела на него, а строчила на пергаменте ответ. Даже не слышала, что он ей сказал.       Драко вышел из класса и решил начать патрулирование с гриффиндорских коридоров.                                                                   

***

             Через час Драко спустился в подземелья Слизерина. Дежурство закончено, можно и расслабиться.       У двери в гостиную Драко прислушался. Чары наложены неплохо, ни звука изнутри. Блейз слово сдержал. Он произнёс пароль и зашёл внутрь.       Взору открылось вполне обыденное зрелище. Несколько семикурсников играли в волшебные шахматы в углу, потягивая огневиски, какая-то парочка целовалась за камином. В их излюбленном углу, на диванах, сидел Блейз с девчонками, которые заливисто хохотали, слушая его остроумные шутки. — Наш староста пожаловал, добрый вечер, мистер! — комично пропел Забини, отсалютовав бокалом с янтарной жидкостью. Драко сел на диван, и тут же перед ним возник бокал, в который из бутылки самостоятельно наливался огневиски, щедро проливаясь мимо. — Блейз, соберись, — протянул Драко, подхватывая бокал, который норовил опрокинуться. — Кстати, чары наложены качественно. Я бы накинул за это очки Слизерину, но, боюсь, не сумею обосновать, за что. — Проявите фантазию, сэр! — ухмыльнулся Забини, отлевитировав бутылку на столик и чуть не промахнувшись, но его хитрая улыбка говорила, что это было намеренно.       Драко потягивал обжигающий напиток, не вступая в разговор, который вели его однокурсники. Алкоголь приятно расслаблял, освежая голову. Мысли вернулись к Грейнджер.       От кого было то письмо, догадаться нетрудно. От рыжего Уизли. Писанине этого придурка была так рада Грейнджер. Надо же, они всё ещё вместе. Он постарался вспомнить, что говорили об этих двоих газеты и сплетни. Но Драко обычно не читал статьи, посвящённые личным историям. Да и в то время, когда журналисты разрывали на части героев войны, пытаясь взять у них интервью, он тупо пялился на стены своей комнаты в мэноре. Словом, тогда ему это всё было безразлично.       А теперь? Теперь тоже. Но… У Драко появились какие-то мысли, которые он никак не мог сформулировать чётко. Что ему нужно от Грейнджер? Почему ему стало досадно, когда она с таким глупым выражением улыбалась, читая, что написал этот придурок? Драко сделал ещё глоток виски и подставил пустой бокал бутылке, которая разливала алкоголь. Бутылка опустела, завертелась на месте и с коротким звоном опустилась на столик. — А давайте играть в «Правду или действие»! — Астория Гринграсс тряхнула локонами, украдкой улыбнувшись Драко.       Вокруг раздались одобрительные возгласы. К тому времени двое парней-шахматистов присоединились к ним, и влюблённая парочка тоже сидела тут же на диванах. Предложение было горячо поддержано, скреплено новой открытой бутылкой, которая продолжила разливать огневиски в подставленные бокалы.       Астория села рядом с Драко, чуть перегнувшись через него, когда тянула бокал к бутылке. Её рука явно намеренно оперлась на его колено. Драко усмехнулся.       Игра началась. Через полчаса были загаданы обычные действия и заданы вопросы, которые в этих случаях использовались первыми. Обстановка становилась всё более развязной, а взгляд Астории всё более призывным. Она то и дело случайно касалась Драко, смеялась и накручивала локон на палец.       Драко не принимал активного участия в игре. Он пару раз выполнил пустяковые действия: выпить целый бокал огневиски, расстегнуть две верхние пуговицы рубашки и снять галстук. Он погружен в свои мысли. Из задумчивости Драко вывели возбуждённые возгласы игроков. Все смотрели на него. — Действие.       Забини выразительно поиграл бровями. — Поцелуй соседку!       «Соседка» на диване у Малфоя была только одна. И она, казалось, была очень рада такому желанию Блейза, потому что сразу заёрзала на месте, кидая смущённые взгляды на Драко.       Драко развернулся к Астории, одной рукой притянул её голову к себе. Он накрыл её губы своими, без особой охоты лениво целуя, даже не закрыв глаза. Она прижалась всем телом к нему — гибкая, податливая. Девушка опустила веки и робко положила руку ему на плечо.       Вокруг все одобрительно загудели, подначивая. Драко прервал поцелуй и небрежно откинулся на спинку дивана, отхлебнув виски из бокала, который держал всё это время в руке. Кинув взгляд на Гринграсс, он с удовольствием отметил, какое действие на неё произвел их поцелуй: она сидела, как оглушенная, с помутневшим взглядом. Хотя, последнее вполне могло быть действием алкоголя.       Драко посмотрел на часы. Уже за полночь. Ему пора. Он поднялся. — Староста, сэр, а как же ваш ход? — Забини удивлённо смотрел на него. — Передаю свой ход тебе, Блейз. Мне пора.       Выражение лица Астории было таким, как будто она сейчас заплачет. Драко поднялся с дивана, попрощался со всеми и направился к выходу. У двери он обернулся и перехватил умоляющий взгляд Астории. Все были увлечены игрой и никто не замечал, как она расстроена, что Драко уходит.       Драко кивком указал на выход из гостиной и вышел. Если девчонка не дура, она всё поняла.       Стена отъехала пости сразу, и в коридор выскользнула Астория. Она угодила в объятия Драко, и тот, не дав ей опомниться, прижал девушку к стене. Его руки ловко расстегнули пуговицы блузки, под которой — о Салазар! — не было ничего.        Прохладный воздух подземелья приятно охлаждал разгоряченную кожу, создавал возбуждающий контраст, от которого мурашки бежали по коже. Звук пряжки ремня показался очень громким для пустого коридора.       Драко подумал, что в следующий раз нужно найти место поукромнее, чем в коридор напротив входа в гостиную Слизерина. Всё-таки попасться Филчу, а то и, чего доброго, преподавателям, патрулирующим коридоры, приятного мало. Особенно будучи старостой. Он же пример для подражания! Но эти мысли оставили Драко, когда они с Асторией слились в пикантной позе.       Невнятный шёпот, приглушенные стоны затихли через несколько минут. Прохлада коридора охлаждала капельки пота на лбу. Туман в голове лениво рассеивался. Драко отстранился от девушки, и та развернулась, поправляя перекрученную юбку и застегивая мятую блузку.       Драко привёл себя в порядок и взглянул на Асторию, которая пыталась без палочки разгладить одежду. — Давай я, — предложил он, решив побыть джентльменом. Вытащил из кармана мантии палочку, и, пробормотав заклинание, наблюдал, как блузка принимает приемлемый вид. Астория благодарно посмотрела на него, прошептав «спасибо».       Драко кинул оценивающий взгляд, думая, что надо бы ещё что-то сделать с её волосами, которые беспорядочно торчали во все стороны, но Гринграсс стянула с запястья резинку для волос и быстро закрутила на волосах, собрав их в хвост. Затем неловко переступила с ноги на ногу, не зная, куда смотреть и что ещё сделать. Пауза между ними затягивалась.       Драко нравилось, что Астория чувствует себя скованно. Он знал, что она ждёт прощальных объятий, поцелуев, обещаний, а, может, и признаний. Но нет, она получила, что хотела, на большее не договаривались. Хотя, Драко может её поцеловать на прощание, чтобы как-то сгладить это возникшее между ними напряжение. Он сделал к Астории шаг в тот момент, когда, уже отчаявшись получить от него хоть какую-то реакцию, девушка готова была убежать. Драко приподнял её подбородок, заглядывая в беспокойные зелёные глаза, усмехнулся и поцеловал. Астория оторопела, явно не ожидая этого после стольких неловких минут, но ответила. — Нам пора, — хрипло произнёс Драко, оторвавшись от её губ.       Она опять уставилась на него, всё ещё ожидая каких-то слов. Драко выжидающе смотрел в ответ. Можно было бы развернуться и уйти прочь, но он понимал, что это слишком грубо. Драко надеялся, что это не последняя такая их встреча. Правда, без обязательств, и Астория сейчас должна это уяснить.       Наконец она вышла из оцепенения. — Я… Да. Хорошо… Пока!       Астория быстро проскочила в гостиную. Отлично, пусть девочка переспит ночь с этой мыслью, что быстрый секс в коридоре — это не повод для серьёзных отношений.       Драко отправился к себе пятью минутами позже, наскоро принял душ и, повалившись на кровать, уснул крепким сном без сновидений.                                                                   

***

      Гермиона запечатала письмо и подошла к окну, где всё ещё сидел сычик, удивлённо тараща жёлтые глаза. Она закрепила у него на лапе конверт и, взяв в руки птицу, поднесла к открытой створке и подбросила. Сычик издал победный клич, распахнул крылья и полетел, подхваченый лёгким ветром. Гермиона смотрела ему вслед, пока он не стал точкой и не растворился в сумерках над лесом.       Письмо было от Рона, который вместе с Гарри проходил сложную стажировку в Албании. Они уехали туда на год. Конечно, у них с Гермионой была возможность встреч, но учеба Рона не каждый выходной позволяла вырываться в Англию. Ведь Гарри и Рон обучались на секретной базе в албанских горах, откуда аппарация тоже была разрешена по особым случаям.       Эта стажировка была одной из причин, почему Гермиона согласилась преподавать в Хогвартсе. Через год Рон окончательно вернётся в Англию, получит место мракоборца в Министерстве. Гермиона, возможно, тоже устроится в какой-нибудь отдел, они снимут домик в Хогсмиде, и…       Так далеко Гермиона старалась не загадывать. Время покажет. Она смотрела на угасающую полоску заката далеко над лесом и думала о Роне.        Гермионе часто приходила в голову мысль, что из-за дружбы с детства у них в отношениях отсутствовала романтика. Рон воспринимал их пару как логичное продолжение дружбы, с приятным бонусом в виде секса. Как-то Гермиона пробовала это изменить, вывести чувства на новый уровень — но Рона всё устраивало, и он откровенно не понимал, что она от него хочет. В конце концов, Гермиона оставила его в покое и пустила всё на самотек. Как раз в это время наметилась его стажировка, а ей предложили должность преподавателя. Она подумала, что это хороший знак — разлука может пойти на пользу. И как знать? Может, в их отношениях проснется страсть, о которой она разве что в книжках читала.       Гермиона сама не знала, что будет дальше. Любила ли она Рона? Да, наверное. Ей не хотелось вдумываться в суть. Она привыкла, что все вокруг считают, что она его любит. И он её. После всего, что с ними приключилось, окружающие относились к ним, как будто их судьба быть вместе уже предрешена. Всё выглядело просто, понятно и распланировано. Выйти замуж, родить детей, работать. Всё будет так, как было у других магов вокруг. Возникала уверенность в будущем. Но мерзкий червячок сомнения порой точил Гермиону изнутри с вопросами: «И что, это всё? Это вот и есть та самая любовь, о которой все говорят?» И Гермиона про себя решила, что дифирамбы чувствам поют романтические души, с преувеличенным значением, с пафосными речами. Вот у неё не так, но разве это плохо? Они с Роном подходят друг другу, она испытывает к нему нежность, привязанность, у них будет крепкая семья, а все эти страсти придуманы для того, чтобы вводить в сомнения аналитические умы. Вызывать чувство неполноценности на пустом месте.       На небе уже показались звёзды. Они разгорались всё ярче и ярче над горизонтом. Гермиона подняла глаза в небо и внезапно её взгляд сам собой выхватил созвездие Дракона, который извивался яркими звёздами между Малой и Большой Медведицей.       Перед глазами, как самая яркая ассоциация, возник образ Драко Малфоя: с ухмылкой, с проникновенным взглядом, который, казалось, прожигал насквозь. Драко совсем не такой, как Рональд.       Гермиона отошла от окна в темноту класса, вернулась в свою комнату и зажгла свет. Встряхнувшись от непонятного наваждения, она решила, что пора ложиться спать.

***

— Мисс Грейнджер, не составите ли нам сегодня вечером компанию? Мы с несколькими преподавателями идём в «Три метлы». Хагрид, кстати, обещал заглянуть.       Гермиона почувствовала такую радость, что чуть не бросилась на шею Макгонагалл. Когда-то она была студенткой и ходила с друзьями в Хогсмид по выходным, а теперь её приглашают сами преподаватели, как равную им! Почему «как»? Она и так преподаватель в школе! Но это так необычно, так волнительно! — Конечно, профессор, я с удовольствием пойду! — Гермиона постаралась унять эмоции и ответить сдержанно, как подобает преподавателю, но улыбка невольно растягивала губы. — Отлично, тогда в шесть часов вечера встретимся там. Если придёте раньше, закажите, пожалуйста, маленькую кружку минеральной воды для меня.       Гермиона согласно закивала и уже сделала шаг в сторону двери, как Макгонагалл внезапно её окликнула: — Кстати, мисс Грейнджер. Не хотите ли мне рассказать, как идёт ваше преподавание? Всё ли в порядке?       Вопрос застал врасплох. Гермиона замялась, но затем бодро отрапортовала: — Профессор, всё отлично. Никаких проблем нет!       Макгонагалл недоверчиво посмотрела на неё поверх очков. Гермиона смело встретила её взгляд. — Мисс Грейнджер, помните, что вы всегда можете прийти ко мне и обратиться за помощью как в делах школы, так и в личных. Я знаю, как иногда трудно приходится молодым преподавателям вроде вас, — она со значением посмотрела на Гермиону.       «Она намекает на Малфоя» пронеслось в голове.       — Поэтому призываю вас не стесняться и обращаться со своими проблемами прямо ко мне, — директор тепло улыбнулась своей протеже. — Благодарю вас, профессор! — Гермиона попрощалась и вышла из кабинета директора. Невольно она вспомнила, как на третьем курсе они с Роном и Гарри (который был под мантией невидимкой), тоже сидели в «Трёх мётлах», а за соседним столиком разговаривали Макгонагалл, Флитвик и Хагрид с Фаджем. Как давно это было, сколько всего случилось за эти годы!        Грейнджер летела по коридорам Хогвартса, предвкушая вечер. Что-то напевая себе под нос, она не заметила, что за ней пристально наблюдала тёмная фигура, небрежно прислонившаяся к колонне.       Драко, а это был, конечно же он, хмыкнул ей вслед и зашёл в кабинет директора.       Макгонагалл сидела за массивным столом. Перо что-то быстро писало в пергаменте, а сама она перебирала свитки. В ответ на его приветствие, директор остановила перо, сцепила руки в замок, положив их перед собой. Внимательно глядя на него снизу, поверх очков, Макгонагалл коротко кивнула и указала взглядом на кресло перед её столом. — Добрый день, мистер Малфой.       Весь её вид обещал неприятности. Драко даже слегка напрягся. Что, если ей донесли о его маленьком полуночном приключении с Асторией? — Мне стало известно, что у вас проблемы с магловедением. Вы не посещали четыре занятия подряд без уважительной причины. Кроме того, ваша контрольная не написана. Ничего не говорите! — она сделала протестующий жест, отметая его порыв оправдаться. — Я это знаю не от самой мисс Грейнджер, мне достаточно посмотреть в журнал посещений и вашу успеваемость по этому предмету. Кроме того, учитывая, сколько очков она с вас сняла, я могу предположить, что вы ей нагрубили.       Малфой молчал. Неприятно, когда тебя распекают, даже если заслуженно. Директор откинулась на спинку стула и продолжила ровным, спокойным голосом: — Помните наш разговор в августе, когда вы явились просить меня принять вас обратно в школу? Вы обещали, что будете с усердием выполнять свои обязанности старосты, а также, что у нас с вами не будет никаких проблем. Если я говорю «у нас», то это значит, что проблем не будет не только у меня, но и у остальных моих преподавателей. Надеюсь, это ясно? — Да, директор, — Драко постарался придать своему голосу умеренную смиренность, чтобы это выглядело естественно. — Что касается преподавателя Грейнджер, я хочу вам сказать следующее: в этот раз она не пожаловалась, и просить её рассказать, что произошло, я не буду. Но, если она посчитает нужным поставить меня в известность о вашем неприемлемом поведении, мы найдем на вас управу. Это всё, мистер Малфой. Надеюсь, мы поняли друг друга. — Да, директор, я всё понял. Я не буду доставлять мисс Грейнджер хлопот, — Драко сказал это ровно, но Макгонагалл видела мелькнувшую усмешку в его глазах. Так, как будто он не слишком пытался её скрыть, но и выпячивать не собирался. — Кроме того, мы с ней… с мисс Грейнджер, неплохо поладили вчера, и претензий ко мне она больше не имеет.       Макгонагалл долго смотрела на Драко, как будто перед ней стоял неразумный ребёнок, которому нужно было объяснить продвинутый курс трансфигурации. Потом она видимо решила, что бесполезно с ним разговаривать, и кивнула. — Отлично. Вы принесли графики, о которых я просила?              Драко протянул список.       Через десять минут он выходил из кабинета директора в прекрасном расположении духа, предвкушая вечер в Хогсмиде.

***

       Гермиона явилась в «Три метлы» за полчаса до назначенного времени. Как только они с Макгонагалл отпустили студентов на прогулку в Хогсмид, ей не сиделось на месте. И Гермиона нетерпеливо посматривала на часы, считая минуты до вечера.              Она так давно не выбиралась в Хогсмид!              Небо заволокло тяжёлыми тучами, дул осенний, пронизывающий ветер, когда Гермиона быстрым шагом шла по дороге в деревню. «Только бы не пошёл дождь!», — думала она, но погода ничуть не омрачала ей настроение.       Вот и дверь паба. Как только Гермиона вскочила на порог и взялась за ручку, позади хлынул дождь. «Как вовремя».       Хозяйка паба, завидев посетительницу, любезно указала ей столик. Гермиона заказала сливочное пиво. — И кружку минеральной воды для профессора Макгонагалл приготовьте, пожалуйста! — Конечно, мисс, — любезно улыбнулась Розмерта, ставя заказ перед Гермионой.       Как уютно было в пабе! Потрескивали дрова в камине, тёплый свет создавал приятный полумрак и контраст с ненастной погодой, которая бушевала за окном.       Гермиона с удовольствием сделала глоток тёплого напитка, поставила кружку на стол и замерла, наслаждаясь мгновением, глядя на бьющие в стекло струи дождя.       Опустив взгляд, Гермиона встретилась с насмешливым взглядом Малфоя, который потягивал огневиски в компании нескольких семикурсников. Он подмигнул ей и приподнял свой бокал, как будто приветствуя. Отчего-то вспомнилось, как вчера она смотрела в звёздное небо на созвездие с его именем.       «Малфой смотрит так, как будто я ученица, а он преподаватель», — подумала Гермиона и сдержанно кивнула в ответ. Надо же было сесть прямо напротив. Но в этот момент распахнулась входная дверь, и в паб ввалился промокший до нитки Хагрид, громко ругая погоду. Увидев Гермиону, он радостно устремился к ней, на ходу здороваясь с немногочисленными посетителями и хозяйкой. — Здорово, Гермиона! Как же я рад тебя видеть! Розмерта, кружку грога мне, будь добра! — великан счастливо щурил глаза, выжимая бороду.       Гермиона радостно улыбалась Хагриду, прихлебывала сливочное пиво, делилась новостями, рассказывала о преподавании и смеялась его добродушным подтруниваниям. Вскоре к ним присоединились профессор Макгонагалл и Слизнорт. Все были увлечены неспешной беседой, Хагрид уже осушил третью кружку грога, а язык Слизнорта ощутимо заплетался, когда он норовил сделать витиеватый комплимент Макгонагалл или Гермионе. Сама директор сдержанно улыбалась, слушая шутки Хагрида. Гермиона по большей части молчала, лишь немногословно поддерживая расслабленную болтовню коллег. Ей было приятно находиться в их компании, просто слушая разговоры. Единственное, что заставляло чувствовать себя не в своей тарелке, так это пристальный взгляд Малфоя. Гермиона старалась не смотреть в его сторону, но когда все слушали разглагольствования Хагрида, её взгляд соскальзывал за его плечо, где в полумраке виднелась светлая макушка.       Гермиона решила не думать об этом. Ну что ей эти взгляды. Она преподаватель. Он студент. Это же Малфой, он хочет её смутить, а как раньше доводить не может. Она заказала ещё кружку сливочного пива.       Посмотрев на время, Гермиона удивилась, что прошло уже больше двух часов, как они встретились в пабе. Хагрид уже храпел, положив голову на сложенные руки на столе. Макгонагалл со Слизнортом запальчиво обсуждали принципы обучения в разных школах мира. К ним присоединилась Розмерта, с энтузиазмом вклинившаяся в разговор. Внезапно Гермиона почувствовала, что слишком много выпила. Сколько кружек сливочного пива было? Две? Или три? Всё-таки, наверное, три. — Профессор Макгонагалл, вы не возражаете, если я пойду? — О нет, наша самая юная преподавательница, неужели вы лишите нас своего общества? — Слизнорт удивлённо смотрел на неё, как на студентку, добавившую в дыбоволосное зелье два крысиных хвоста вместо трёх.       Макгонагалл заволновалась: — Мисс Грейнджер, уже поздно, я не хочу, чтобы вы шли в одиночестве до школы. Мы сейчас пойдем все вместе. — О нет, Минерва, я бы хотел продолжить нашу интереснейшую дискуссию! К тому же, кто-то должен мне потом помочь доставить Хагрида до его дома, — снова встрял Слизнорт. — Что касается девочки, я полностью согласен, что ей не стоит идти в одиночку в такое позднее время, но провожатого мы ей обязательно найдем, — он откинулся на спинку стула и обвёл взглядом паб. — Мистер Малфой, можно вас на минутку? — Слизнорт был рад обнаружить своего студента в пабе.       Драко с учтивой вежливостью поздоровался с преподавателями. — Мистер Малфой, не могли бы вы проводить милую де…       Макгонагалл недовольно сверкнула глазами. Слизнорт запнулся, и тотчас же нашёлся: — Проводить мисс Грейнджер до школы?       Макгонагалл настороженно смотрела на Драко, тот же придал своему лицу услужливое выражение, подчеркнуто услужливое, на грани издевки. — Да, конечно, сэр.       Минерва поджала губы, ей явно не нравилось это предложение Слизнорта и кандидатура провожатого. — Думаю, не стоит отвлекать мистера Малфоя. — Почему же? Мистер Малфой — староста, а я, как декан его факультета, даю ему поручение, — Слизнорт не видел ничего особенного в своей просьбе. — Но… — Директор Макгонагалл, профессор Слизнорт, я выполню ваше поручение в лучшем виде, — Малфой вложил в свой тон весь свой дар убеждения, правда, в его глазах мелькнуло что-то вроде усмешки, когда он взглянул на Гермиону. — Мисс?..       Гермиона наконец вышла из оцепенения. — Профессор, я не против.       Минерва сканировала её глазами. Подозрение и недоверие плескались в её взгляде. Затем она повернулась к Малфою и сказала: — Мистер Малфой, помните о нашем утреннем разговоре? Я надеюсь, нам с вами не придется ни о чём жалеть. — Директор Макгонагал, заверяю вас, я не брошу мисс Грейнджер на полпути в Хогвартс, — Драко сверкнул улыбкой. — Не беспокойтесь, — и вопросительно посмотрел на Гермиону, намекая, что пора бы встать из-за стола и попрощаться.       Гермиона накинула мантию и распрощалась с преподавателями. Ласково толкнула Хагрида, желая попрощаться и с ним, но тот лишь всхрапнул в ответ. Малфой, проходя мимо бара, бросил на стойку несколько монет и остановился, ожидая её. Вместе они вышли из паба.       К счастью, дождь уже перестал лить. Малфой совсем по-джентельменски предложил согнутую в локте руку. Гермиона подняла голову и встретила его усмешку. Уверен в себе, как всегда. Хмыкнув, она взяла Драко под руку. Это было так странно, как будто не с ними происходило. — Не бойтесь, мисс Грейнджер, я вас не обижу, — с ухмылкой сказал Драко, нарочно обращаясь к ней формально. — Доставлю вас до дверей вашей комнаты в целости и сохранности. — Я не сомневаюсь, — только и ответила она.       Они шли по пустынной улочке, мимо освещённых домиков. Мысли Гермионы как будто попали в сосуд с вязкой жидкостью и медленно плавали, стукаясь об стенки, путаясь с другими, плавно падая на дно и снова взмывая к поверхности. Малфой спокойно и уверенно вел её по размытой дождём дороге. Холодный осенний ветер скинул капюшон мантии с головы, и Гермиона остановилась, чтобы пригладить растрепавшиеся волосы и надеть его обратно. Они вышли из деревушки и направились по дороге в Хогвартс.       Наконец Малфой нарушил молчание: — Можно узнать, какую отработку вы дадите мне в понедельник, мисс? — он говорил чуть насмешливо, лениво растягивая слова, что так бесило раньше.       Гермиона прочистила горло: — Я подготовила для тебя книгу.       Малфой хмыкнул. — Магловскую, как я понимаю, — это было утверждение, а не вопрос. Гермиона кивнула. Она с волнением прислушивалась к ощущениям — почему она так напряжена? Почему так волнительно идти под руку с Малфоем? Это действие сливочного пива?       Впереди показалась огромная лужа, которую нельзя было перешагнуть и обойти.       Драко ухмыльнулся. — Можно спросить вас, как преподавателя магловедения, мисс?       Гермиона подозрительно посмотрела на него, ожидая подвоха. — Что маглы делают в таких случаях? — он кивнул на затопленную дорогу. — Как они перейдут лужу?       Гермиона даже рассмеялась от неожиданности вопроса. Напряжение в воздухе между ними растворилось. Они остановились у края лужи. — Можно переехать её на автомобиле, велосипеде. Надеть высокие резиновые сапоги. Обойти, — она неуверенно покосилась на плотные кусты и месиво грязи по двум сторонам дороги. — Хмм, — Малфой задумчиво посмотрел на неё. — А если нет автомобиля, велосипеда, резиновых сапог? Что делают маглы тогда?       Гермиона смутно почувствовала, что он пытается её на что-то натолкнуть. Зачем он задавал эти вопросы?       Вдруг Малфой захохотал, легко подхватил её на руки, и, не заботясь о том, что вода доходит ему до щиколоток, двинулся прямо через лужу. — Малфой!.. Что… Зачем? Прекрати! — Гермиона от неожиданности не могла найти слов, а Драко все шёл и шёл дальше, так заразительно смеясь, что она невольно тоже фыркнула. И замерла, потому что боялась, как бы он не оступился и они вместе не рухнули в лужу. — Так делают маглы, мисс Грейнджер? — Драко остановился посередине лужи и насмешливо посмотрел на неё.       Гермиона нахмурилась, подбирая слова, которые мог бы сказать преподаватель в этом случае. — Не добавите пять очков Слизерину за находчивость? — дурачился Драко, внезапно поскальзываясь, от чего Гермиона рефлекторно хватила его за шею и вскрикнула «Малфой!..»       Последовавший хохот показал, что он сделал это специально. Гермиона почувствовала, как щёки заливаются краской. — Хватит шуток, отпусти меня немедленно! — Прямо здесь, мисс Грейнджер? Осталось два шага! — с преувеличенной серьёзностью Драко посмотрел на Гермиону. — Ну вот мисс, вы и на суше! — Малфой, ты бы мог использовать чары осушения! — Гермиона прятала смущение, отряхивая мантию.       Драко ухмыльнулся. Он вытащил волшебную палочку и, шепнув заклинание, высушил обувь и брюки. — Я подумал, вам будет приятно, что ваш студент использует магловские методы, — хитро прищурившись, сказал он, снова предлагая ей свой локоть. — Я не думал, что вас это так напугает. — Я не испугана, но…       Гермиона машинально взяла его под руку, а Драко усмехнулся её поспешно сорвавшейся фразе. Как будто она хотела сказать что-то ещё, но передумала.       Когда они подошли к Хогвартсу, Гермиона выпустила его локоть, и пошла просто рядом.       Её не должны видеть под руку со студентом. Да ещё и с Малфоем. Не хватало, чтобы Рон узнал. Интересно, как бы он отреагировал? Но Малфой проводил проводил её до школы, не больше. Ему поручили, она не отказалась, потому что это… ничего такого.       «И просто перенёс на руках через лужу. Подумаешь, Рон, что тут такого!»       От этих мыслей стало неприятно. Они зашли в Хогвартс. — Спасибо, мистер Малфой, — преподавательским тоном произнесла Гермиона, — дальше я сама. — О нет, мисс, я обещал директору и декану, что доставлю вас в целости и сохранности до дверей вашей комнаты, и я сдержу слово! — напыщенно произнёс он, усмехаясь. — Хватит паясничать, — Гермиона решительно устремилась к лестнице. Малфой двинулся за ней. Гермиона раздражённо обернулась. — Я же сказала — дальше я сама! — Мисс Грейнджер, эта лестница ведёт в подземелья, — с наигранным простодушием сказал Драко.       Гермиона рассержено замолчала. Прошла мимо, не оглядываясь.       Драко с ухмылкой смотрел ей вслед. Сегодня всё сложилось даже лучше, чем он мог предположить. Драко отправился в подземелья.       Под дверью в комнату Драко обнаружил сову с письмом. В подземелья птицы прилетали сами, кто-то пустил её в гостиную, а она нашла спальню адресата.       Интересно, от кого послание?       Драко отцепил конверт, и улыбка растянула его губы.       «От Пэнси Паркинсон» — было написано твёрдым, ровным почерком.