judas

— Я тут слышал на днях, что его опять видели с новой девкой недавно, — Тэ Ён лежал на траве на небольшом склоне, спускающемуся к самой реке. Совсем недавно стемнело, и на горизонте все еще виднелось слабое зарево. Юн Хва пристально смотрел на воду, сидя рядом с другом, а с другой стороны от Тэ Ёна валялся Мин Де Лун. — Да это бред. Я не верю, — скептически отнесся Де Лун к словам друга. Они посмотрели друг на друга, и Де Лун пожал плечом. — А почему нет? Он ведь… ну, симпатичный, — Тэ Ён нашел в траве камешек, и, присев, швырнул его в воду, не применяя особую силу. После его слов, его друзья начали тихо смеяться, отчего Тэ Ён смутился. — Ну вообще, я согласен, что Зенья хорошо выглядит, — Юн Хва начал кивать, будто поддерживая самого себя. — Да-а, но характер у него — не мед… — Де Лун перевернулся на бок лицом к друзьям, — слишком он вспыльчивый. Чуть что, так сразу срывается. Сколько раз его уже таскали в деканат за его выходки?.. — И каждый раз был совершенно дурацкий повод… — Вам не кажется, что как-то нехорошо обсуждать Зенью за его спиной? — голос Юн Хва прозвучал спокойно, но ребята сочли его строгим и почувствовали себя виноватыми, — давайте сменим тему. Тем более, он уже скоро должен приехать… — Все равно я не верю, что у него от девчонок нет отбоя. Я лично его ни разу ни с кем не видел… — Тэ Ён осекся из-за того, что друзья повалили его обратно на траву. Юн Хва начал его щекотать в надежде, что это заставит его перестать сплетничать. С тяжестью в голове Юн Хва проснулся. Он почти не спал всю ночь, мучаясь от кошмаров. Брат несколько раз вставал и будил его, когда он уже начинал мычать во сне. Под утро Нам Хён испуганно проснулся, когда Юн Хва вскрикнул и поднялся с подушки. Нам Хён увидел, что тот весь мокрый и часто дышит. Он принес ему воды и уложил обратно спать еще на пару часов до будильника. Юн Хва смог встать гораздо позже, чем должен был. Его брат уже ушел. Юн Хва старался собираться быстрее, но все равно понимал, что опоздает на первую пару. Ему даже было немного все равно на это. Многие преподаватели не раз замечали, что Юн Хва не общается ни с кем из своей группы, и, скорее всего, думали, что он просто какой-то «особенный». Поэтому многие так же прощали ему некоторые косяки. За опоздания его практически никогда не наказывали. Он быстрым шагом шел по тротуару. Юн Хва всегда ходил на учебу и обратно пешком, выбирая самые людные улицы. Он опаздывал на 5 минут, и ему еще оставалось пройти два квартала и университетский двор. Почти всю дорогу он думал о том, что сегодня его вновь ждет занятие в кружке вместе с Зеньей. И хотя первый день прошел спокойно, он переживал, что дальше все может измениться. Повернув на перекрестке и начав проходить последний квартал, он услышал чересчур знакомый звук мотора. Юн Хва мысленно начал молиться, чтобы Зенья не заметил его и проехал мимо. Но, конечно же, все пошло не так, как он хотел. Юн Хва прислушался к тому, как звук приближается и постепенно стихает. — Привет, — услышал Юн Хва громкий голос слева от себя. Он неуверенно повернул голову, и, увидев Зенью, просто кивнул ему и пошел дальше. Он не понимал, зачем тот стал ехать медленно рядом с ним. Хочет отпустить какую-нибудь очередную «остроумную» шутку? — Подвезти тебя? — ...что? — Юн Хва так надолго задержал взгляд на Зенье, что чуть не споткнулся. Зенья, увидев это и хихикнув, поднял защитное стекло на шлеме и наклонил голову вперед, в сторону Юн Хва: — Ты же в универ идешь? — Юн Хва кивнул, — Ну и я туда же еду. Я могу подбросить тебя. — Нет... — Юн Хва начал судорожно мотать головой, — Не надо. Все равно опаздываю уже. Зенья, молча посмотрев на него еще секунд десять, опустил стекло, повернул ручку газа и умчался вперед по пустой дороге, заставляя Юн Хва зажмуриться от оглушительного рева мотора. Юн Хва облегченно выдохнул, когда тот уехал, но потом осекся. Он понял, что у него не было ни малейшего повода волноваться в этой ситуации. Мимо шли люди, и машины ездили по дороге, хоть и мало... Может, не стоило ему начинать переживать? А что, если бы Зенья не повез его в универ, а свернул куда-нибудь, и... Юн Хва мотнул головой, старательно изгоняя из нее ненужные мысли. Он уже не знал, как ему стоит относиться к Зенье. Казалось, что больше нет никакого смысла его бояться. Ведь он в последнее время стал спокойнее. Возможно, ему так казалось, потому что он давно не видел Зенью в компании его друзей. Обычно именно они ему придают смелости для того, чтобы собачиться с Юн Хва. Через десять минут после встречи с Зеньей, Юн Хва вошел в аудиторию. Он несколько раз поклонился преподавателю, но тот, не прерывая лекцию, махнул ему рукой, мол, проходи быстрее. Юн Хва так и сделал. Он уселся на последнюю свободную парту посередине аудитории. Не сразу он заметил, что Зенья сидит за столом позади, а справа — Де Лун. Когда он достал из рюкзачка тетрадь для лекций и хотел начать ее писать, он почувствовал мягкое прикосновение чего-то к лопатке. Он не обернулся. Он почти был уверен, что это делает Тэ Ён. — Что, Юн Хва, опять всю ночь со своим мужиком трахался и проспал? — Юн Хва вдруг услышал голос справа, и это оказался Де Лун. Парень повернул голову в сторону этого китайца на секунду и, усмехнувшись, кивнул: — Да. Это был твой папаша, — Юн Хва тут же услышал за спиной смех. Он обернулся от неожиданности — Зенья приглушенно смеялся в кулак, пока двое его друзей недоуменно смотрели на него. Де Лун буквально требовал взглядом объяснений, и Зенья, постепенно прекратив, выпрямился и пожал плечом: — Чего? Тебя знатно подъебнули, — Зенья чуть опять не засмеялся, а Де Лун, цыкнув, обиженно отвернулся. Тэ Ён будто бы тоже не понимал, почему это Зенья рассмеялся, но ему были неинтересно то, что он скажет по этому поводу. Юн Хва все это время осторожно следил за происходящим, и, когда он случайно встретился взглядом с длинноволосым блондином, тот улыбнулся ему уголком губ и подмигнул. Юн Хва, ощутивший странную поддержку в его взгляде, никак не смог отреагировать и повернулся к тетради, чтобы начать писать лекцию. Зенья почти всю пару смотрел на спину Юн Хва. На следующей паре тот сел подальше, но он все равно не мог оторвать глаз. Он хотел говорить с ним, столько, сколько возможно. До конца он не понимал, зачем ему это. Единственное логичное объяснение он находил в том, что хочет услышать, что его простили. Зенья еще не осознавал, что это — не самая главная причина. Они спокойно отсидели вместе чуть больше часа на кружке для начинающих актеров. Было опять какое-то вводное занятие, где рассказывали основы актерского мастерства. В это время они все пили чай, или кофе, или какао — кому что нравится. Юн Хва пил только воду и не ел печенье, принесенное двумя девочками из кружка. Зенье было ужасно скучно, и он опять себя развлекал тем, что разглядывал Юн Хва. Наконец, он мог побольше посмотреть на его лицо. Он видел, как порой Юн Хва улыбается уголками губ. Наверное, в этот момент ему становилось интересно то, что Ю На им рассказывала. А может, он улыбался от собственных мыслей. Хотя, такую гримасу и улыбкой было сложно назвать... «Это ты сломал его». Зенья отвернулся, когда эта мысль проскользнула в его голове. Да, это так. Должен ли, в таком случае, Зенья попробовать починить его? И возможно ли это вообще? Захочет ли Юн Хва сам принять его помощь? Потому что на его месте Зенья не стал бы полагаться на того, кто тебя обидел в прошлом. Ведь говорят, что люди не меняются... Но у них была слишком особенная ситуация, чтобы полагаться на банальные поговорки. Юн Хва не мог не заметить, как Зенья пялится. Минут через пятнадцать после начала занятия, он перестал чувствовать страх. Юн Хва понимал, что на это сильно влияло присутствие людей вокруг. Хотелось бы ему спросить, почему он так на него постоянно смотрит, но... вдруг ему это просто кажется? И Зенья скажет, что у Юн Хва едет крыша. — Юн Хва сонбэ и Зенья сонбэ, если вы не возражаете, вы сегодня дежурите в нашем кабинете, — после окончания занятия, Ю На вдруг обратилась к ним. Юн Хва непонимающе выгнул бровь, — нужно просто вымыть пол и вынести мусор. — Почему... мы вдвоем? — Юн Хва спросил только потому, что подумал, что для этого достаточно и одного человека. Но Зенья и Ю На поняли вопрос совершенно иначе. — Ну, вы же из одной группы... я подумала, вам будет комфортнее друг с другом, — Ю На выглядела как-то виновато, так что Юн Хва начал пытаться загладить свою несуществующую вину, но Зенья быстро заткнул его тем, что обнял его одной рукой за плечи: — Да все нормально, Ю На. Мы справимся, — в ответ девушка улыбнулась и, попрощавшись, вышла. Они остались наедине, а Зенья продолжал обнимать Юн Хва за плечи, даже сам этого не осознавая. Он это сделал только для того, чтобы успокоить девушку и спровадить ее. И теперь, когда Юн Хва понял, что они вдвоем, тут же скинул чужую руку с себя и почти отбежал в другой угол комнаты. — Пошли сначала мусор вынесем. Заодно и покурим, — не дожидаясь ответа, Зенья уже снимал с вешалки две куртки. Юн Хва несмело подошел и забрал свою верхнюю одежду из его рук, и они направились к выходу из универа. Да, Юн Хва был только за то, чтобы покурить. Он чувствовал, что это поможет ему привести свои нервы в порядок. Юн Хва не понимал, почему он так покорно идет позади Зеньи. Невольно он смотрел на чужие колышущиеся перед ним светлые волосы и удивлялся тому, как Зенье удается поддерживать их в таком состоянии. Может, спросить? Нет... А почему нет? Он уже не знал, почему. Они вышли. В «курилке» на улице они угостились сигаретами из своих собственных пачек, прикурили. Пока что они не проронили ни слова, но Юн Хва вдруг вспомнил то, что случилось сегодня в аудитории. — Ты со своими поругался? — как бы невзначай спросил Юн Хва. Как бы он не старался делать вид, что ему неинтересно, он не мог это сыграть. Он никогда ни у кого ничего не спрашивал просто так. А тут... — Да не. Просто Де Лун придурок, — Зенья затянулся и выдохнул дым вверх, — подкалывает, но не думает, что ему могут так же ответить. — Я... сам не знаю, почему так сказал... — Потому что он тебя заебал, наверное? Этими шутками про мужиков. Юн Хва не мог не согласиться, но виду не подал. Они замолчали еще на минуту, каждый думал о своем. Видимо, наступила очередь Зеньи задавать вопросы, но никак не мог придумать что-то толковое. Он ведь совсем ничего не знал про Юн Хва, чтобы, например, спрашивать, как дела у его семьи или как поживает его бабушка. — Почему волосы перестал красить? — Зенья спросил это, выдавив из себя такое любопытство, которое даже Юн Хва показалось забавным. Юн Хва в эту секунду понял, что тот пытается начать разговор буквально из ничего. Неужели он просто хочет поболтать с ним? Но... зачем? — Не знаю. Не хочется, — Юн Хва и впрямь не знал. Или не хотел признаваться, что не хочет больше выглядеть так, как выглядел год назад. — Ну... тебе и так нормально, — сказал Зенья, не глядя на парня. Юн Хва, наоборот, уперся в него требовательным взглядом. Он ждал, что Зенья скажет что-нибудь еще, но тот, видимо, не собирался продолжать. Так они и докурили молча свои отравляющие организм никотиновые закрутки и вернулись в комнату клуба. Юн Хва долго размышлял над словами Зеньи, а тот уже не знал, куда себя деть. Он сто раз пожалел о том, что сказал это, сам не зная, почему. Зенья боялся, что Юн Хва сочтет это за комплимент и снова отдалится от него, испугавшись. Но он не мог знать, что парень просто смутился, и лишь поэтому ничего не говорил. Юн Хва принес ведро воды и приступил к мытью пола. Зенья наблюдал за тем, как парень изо всех сил выжимает мокрую, вонючую тряпку, еле сдерживая рвотные позывы, и это его даже немного смешило. Но позеленевшее лицо Юн Хва заставило его вмешаться. Он почти что вырвал тряпку из рук склонившегося к ведру Юн Хва и улыбнулся одним уголком губ: – Иди, присядь. Я сам домою, – Зенья пронаблюдал за тем, как Юн Хва садится на диван. Тот и впрямь выглядел хреново. Неужели он настолько слабенький? Или это присутствие Зеньи так сильно отравляет ему жизнь? Зенья, думая об этом, вдел швабру в тряпку и начал лениво елозить ей по полу. Юн Хва смотрел на его спину, пытаясь унять дрожь в руках. Зенья показался ему среднестатистическим одногруппником, с которым ему пришлось остаться вместе на дежурство после пар. Он не отлынивал от работы, не заставлял Юн Хва делать все за двоих. Он был молчаливым и тихим. Как будто бы не хотел беспокоить парня своей болтовней. Он и так в последнее время начал много разговаривать с Юн Хва просто так. Когда они были на кружках, Зенье было не с кем поговорить, кроме как с ним. Его друзья занимались в другом кружке. Интересно, почему они не вступили все вместе в один и тот же кружок?.. Может, там места не хватило… —Если голова кружится, попей чай с сахаром, — Зенья, моющий пол в дальнем углу, подал голос. — Нет, я в порядке. В следующий раз я сам помою, — Юн Хва было неловко, что он ничего не делает. Зенью же это не парило. Он дома практически ничего не делал по хозяйству, а порядок поддерживал только в своей комнате. Так что мытье пола было для него простым разнообразием в размеренной, скучной жизни. — Домой? — они вышли из здания университета и снова курили. Отчего-то они оба чувствовали себя нервно. Больше они особо не разговаривали, будучи все еще смущенными после сказанных Зеньей слов. Зенья надеялся, что такое молчание не останется между ними навсегда, и попытался сам поговорить с Юн Хва еще немного. — Нет… — Юн Хва не стал говорить, что пойдет на подработку. Он подумал, что это «не его дело» и обошелся коротким ответом. — Могу подбросить, — Зенья вдруг стрельнул пальцами окурком в сторону мусорки и попал. Юн Хва, пораженный такой ловкостью, начал мотать головой. Он ничего не сказал вслух, надеясь, что Зенья увидит его жест. И тот увидел. — А где твои… друзья? — Юн Хва чуть не подавился последним словом, но все же выговорил. Зенья, услышав вопрос, невольно нахмурил брови. Юн Хва показалось, будто ему не хочется говорить об этом… — Дома уже, наверное, — Зенья тихо сплюнул горькую слюну на землю, затем неловко взглянул на Юн Хва и пригладил распущенные волосы рукой, — Ну, бывай. Он не спеша начал уходить в сторону, расходясь по двум разным путям с Юн Хва. Юн Хва сразу понял, что тот идет на парковку к своему мотоциклу. Он пошел дальше прямо на автобусную остановку, не прекращая думать о Зенье. Юн Хва много думал о том, что он начал себя вести как-то иначе, будто подобрел. Но постепенно погружаясь в воспоминания, он понимал, что Зенья никогда не был особо вредным или злым. Да, он мог быть острым на язык и кидался, но это случалось только когда он злился. А злился он обычно быстро и резко. У него явно были проблемы с агрессией. Может, и в тот день он так сильно был зол, что… Юн Хва отмахнулся от этой мысли. Он уже не в первый раз пытался оправдать Зенью, и это ему не нравилось. Но все же Юн Хва начал понимать, что Зенья, скорее всего, не хотел этого делать. Он просто был не в себе…