judas

— Алло? — …да. Я дома. — Как доехал? — Все нормально… Зенья услышал усмешку Юн Хва. Из-за этого он улыбнулся тоже. — Ладно. Ну, до завтра, да? — Да. Спасибо за такси. — Угу, — Зенья лежал на кровати, глядя в потолок. Он тоже чувствовал эту неловкость в разговоре, но она ему очень нравилась. Он и не знал, что Юн Хва звонит ему из ванной, чтобы брат не услышал. Юн Хва знал, то тот сразу начнет его расспрашивать, а он еще не был готов к этому. — Спокойной ночи тогда. — Спокойной, — Зенья не отключался, будто ждал еще чего-то. Юн Хва тоже. Он и хотел еще что-нибудь сказать, но не знал, что. Вдруг у Зеньи нашлись еще несколько слов: — За тобой утром заехать? — Нет, ты что… — Упускаешь возможность прокатиться в лишний раз. Скоро сезон закончится, и мне придется ездить на автобусе… — Зенья перевернулся на бок и уставился в стену в ожидании ответа. — Ну… еще успею. Весной, — Юн Хва смущенно улыбнулся. Он понимал, что хочет вызвать улыбку у Зеньи тоже. Он стоял и смотрел на себя в зеркале, и тут его будто переклинило. Он внезапно вспомнил ту ночь, когда смывал с себя грязь и кровь в ванной. И вспомнил то лицо Зеньи, которое видел за секунду до удара. Сегодня он видел какой-то похожий оттенок на лице Зеньи, когда тот вернулся после ссоры с родителями. — Ладно, уговорил. Ложись спать, — голос Зеньи вытащил его из озера воспоминаний. Юн Хва мотнул головой, чтобы привидевшаяся ему грязная вода в ванной снова стала чистой. — Ты тоже, — так они, наконец, закончили разговор. Юн Хва залез в наполненную горячей водой ванну и, запрокинув голову, закрыл глаза. Похоже, Нам Хён был прав. Он влюблен. Но эта любовь не имела никакого права на существование. Юн Хва убеждал себя, что это всего лишь последствия его травмы и особенности характера. Так удачно сложилось, что Зенья был потенциальным абьюзером, а Юн Хва улавливал эти ноты своей нестабильной психикой и подчинялся. По крайней мере, это он так себе говорил. Он даже задумался, не врет ли Зенья про родителей, потому что основная порция грубости в ссорах исходила именно от самого Зеньи. Конечно, это тоже могло быть следствием его унижений в детстве, из-за которых он теперь нападет первым. Но что, если… всего этого и впрямь не было, или он преувеличивает? Может, Зенья все-таки ненормальный?.. Юн Хва подумал, что ему нужно поговорить с кем-нибудь из близких Зенье людей. Разговор с родителями казался ему нереальным. Маленькая девочка Джун вряд ли сможет понять, что Юн Хва вообще от нее хочет. Оставалась только Иинг… но как вывести ее на разговор, тем более наедине? Юн Хва пока не знал. Контрольное взвешивание утром. Юн Хва, тяжело сглотнув, встал на весы под пристальным взглядом Нам Хёна. Он помнил, что в прошлый раз весил меньше 55. Стоя на весах, он жмурился, ожидая какого-нибудь подзатыльника от брата. Но тот, просто хмыкнув, сказал: — Ладно, живи пока. Юн Хва тут же открыл глаза и посмотрел вниз. 55 ровно. Он облегченно выдохнул и спрыгнул с весов. Юн Хва, который раньше не переживал о своем весе, вдруг и сам начал задумываться о том, что нужно наладить режим питания. Если он проводил день с Зеньей, то мог поесть и 4-5 раз за день, правда, меньше по количеству, чем Зенья. Но для него это все равно был прогресс. Юн Хва и сейчас сел за стол, чтобы позавтракать. Он с удовольствием поел приготовленный Нам Хёном суп с яйцом — блюдо, которое он раньше очень любил есть на завтрак. Нам Хён обрадовался, что брат ест с аппетитом, но побоялся, что это только ради того, чтобы набрать вес. — Юн Хва-хён, родной, я не пытаюсь тебя откормить. Просто… я переживаю… ты так сильно похудел за последний год, — Нам Хён вдруг начал сокрушаться, будто сам был виноват в потере веса брата. Юн Хва стал активно мотать головой и дотянулся рукой до плеча младшего: — Все в порядке. Это, наверное, просто стресс из-за учебы. Ты же знаешь, как я много времени на нее трачу, чтобы отметки были хорошими, — Юн Хва давно выдумал эту причину, чтобы брат сильно не беспокоился. — Тогда, может, будешь учиться чуть менее усердно? Или… я не знаю. Не знаю, что сказать. Боюсь, что неправильными словами могу все испортить. В общем, я беспокоюсь о твоем самочувствии. — Все хорошо, братик, правда, — они с улыбками посмотрели друг на друга, и тогда Нам Хён немного облегченно выдохнул. Ему было пора уходить, Юн Хва даже проводил его в дверях. Там они обнялись. Юн Хва впервые подумал, что, скорее всего, ему было бы легче переживать случившееся с ним, если бы он рассказал это брату. Но… он никак не хотел очернять репутацию Зеньи. Он искренне верил, что Зенья этого не заслуживает. Юн Хва приехал в университет немного раньше, чем обычно. Он хорошо себя чувствовал, до момента, пока не пересекся с Тэ Ёном. Тот был один, Де Лун, возможно, еще не пришел. Как и Зенья. — О, здорова, — Тэ Ён преградил собой путь для Юн Хва. Тот дважды попытался его обойти, но ему не позволили, снова и снова вставая напротив. Тогда Юн Хва исподлобья взглянул на Тэ Ёна, без стыда давая ему понять, что он его раздражает. — У-у, — протянул Тэ Ён, — у тебя что, яйца отросли? Хочешь меня напугать? — Я просто хочу пройти. — А я хочу с тобой побазарить. У меня к тебе пара вопросов, — Тэ Ён, наступая на парня, заставил его прижаться к стене. Юн Хва нервно сглотнул, закрывая глаза. Только бы не словить снова приступ паники. Он был один на один с человеком, который мог его обидеть. Юн Хва всегда в такие моменты представлял, что над ним надругаются. Не важно, где он находился и с кем, и сколько людей было вокруг. Это был страх, который всегда его преследовал. — Спрашивай и уходи… Тэ Ён надменно хихикнул. Он внимательно смотрел на дрожащие реснички парня, приоткрытые от тяжелого дыхания губы. Юн Хва также судорожно стискивал пальцами рюкзак, прижимая его к животу. Снова он надеялся, что Зенья спасет его, но сейчас тот даже не знал, где он находится, чтобы помочь. Да он и не обязан был всегда приходить на помощь к Юн Хва… Парень почувствовал, что ресницы становятся влажными. — Вы, типа, с Зеньей… того? — Тэ Ён не знал, как выразиться, его и самого смущал этот разговор, но он не мог не сострить на такую щекотливую тему, — смотрю, он тебя подвозит все время. Как ты потом за это его благодаришь? Ротиком? Юн Хва возмутился, но старался не подать виду. Он открыл влажные глаза и тихо шмыгнул носом, собираясь ответить, но не успел. — Эй, у вас все хорошо? — кто-то стоял совсем рядом и обращался к ним. Тэ Ён обернулся, а Юн Хва открыл глаза и увидел Джон Хвана. Что он здесь забыл? — Иди по своим делам, пацан, — Тэ Ён явно не хотел, чтобы кто-то вмешивался. Но Джон Хван выглядел достаточно уверенным и продолжил разговор. Его расслабленная улыбка успокаивала Юн Хва: — Я как раз по делу к Юн Хва. Это срочно, — Джон Хван терпеливо смотрел на Тэ Ёна. Юн Хва только в этот момент заметил, что у парня довольно крепкое телосложение. Ростом он был с Юн Хва, а весил, наверное, килограмм семьдесят. Он явно понимал, что Юн Хва не хочет находиться в этом месте сейчас и пытался его выручить. Тэ Ён, видимо, осознав, что от него не отвяжутся, сделал шаг назад. Цокнув, он с угрозой посмотрел на Юн Хва несколько секунд, а затем все же ушел. — ...ты в норме? — Джон Хван посерьезнел. Юн Хва несколько раз уверенно кивнул, и, наконец, смог задышать ровно. — С… спасибо, большое. Он все время достает меня… — Юн Хва все еще немного заикался, но ощущал, как страх постепенно отступает. Он был безмерно благодарен Джон Хвану. — Извини, но у меня правда к тебе дело. Вернее… хочу поговорить, — Джон Хван тут же стал выглядеть как-то неуверенно, весь сжался. Было видно, что предстоящий разговор неудобен для него, — вы с Зеньей вместе учитесь, я правильно помню? Юн Хва снова занервничал. Да что им всем так интересны его отношения с Зеньей?! Хотя, с другой стороны, удивляться было нечему. Они почти каждый день уезжали из универа вместе. Наверняка вопросы возникали уже у многих людей. — В общем... я просто... хотел узнать, что... — Джон Хван резко выдохнул. Видимо, так ему было проще привести мысли в порядок, — Короче, я хотел спросить, почему мы с тобой совсем перестали общаться. Это из-за него? Он тебе запрещает? — Что? — Юн Хва вдруг усмехнулся, — С чего ты взял? Мы с ним... просто делаем совместный проект, так что нам приходится много времени проводить вместе, — Юн Хва улыбался. Ему и правда стало смешно, что парень подумал, будто Зенья его контролирует. Хотя, чего он смеется, он ведь и сам накануне думал об этом... — Извини, просто этот проект занимает у нас очень много времени. Совсем некогда было даже просто поговорить с тобой, — Юн Хва вдруг стало неловко. Он и правда перестал общаться с Джон Хваном, когда помирился с Зеньей. Наверняка это выглядело грубо с его стороны. Ему не хотелось потерять общение с этим добрым парнем. Джон Хван, наконец, улыбнулся ему в ответ. — Вот как... ну, может, тогда дашь мне свой номер? — Джон Хван был человеком не из робкого десятка и не стал тянуть резину, — Так я всегда смогу узнать, есть ли у тебя время пообщаться. Честно говоря, с тобой весело... — видимо, он имел в виду, что Юн Хва всегда смеялся над его шуточками. Но Юн Хва и сам не имел ничего против того, чтобы смеяться над тем, что Джон Хван говорит. С ним было легко. Не так, как с Зеньей... — Привет, — высокая фигура заслонила собой свет от окна. Юн Хва не сомневался в том, что это Зенья. Он тут же улыбнулся ему и заметил, что Джон Хван тоже улыбается. Он поздоровался с Зеньей кивком головы. Юн Хва расценил это, как жест вежливости. Как бы сильно блондин ему не нравился, Джон Хван все равно не позволял себе показать ни капли своей неприязни. — Юн Хва, у нас где пара, напомни, — Зенья будто нарочно говорил несколько надменным тоном. Юн Хва не совсем понимал, почему тот в таком настроении и решил, что спросит позже. Он ответил на своеобразный вопрос юноши, и тогда заметил, что тот активно переглядывается с Джон Хваном. Они будто молча давали друг другу оценку. Юн Хва почувствовал себя неловко. — Вот, — Джон Хван вдруг протянул Юн Хва свой телефон, — напиши, пожалуйста, свой номер. Юн Хва круглыми глазами посмотрел на него, но в ответ получил только улыбку. Он тут же заметил на себе тяжелый взгляд Зеньи, который ему пришлось проигнорировать не без труда. Дрожащим пальцем он ввел свой номер телефона и вернул мобильник хозяину. Он прямо почувствовал, как Зенье обидно. Ведь он только вчера обменялся с ним хоть каким-то контактом в виде соц. сети, а Джон Хван получил его номер буквально через пару недель после знакомства. Юн Хва надеялся, что Зенья поймет ситуацию, учитывая отягощающие обстоятельства в их конкретном случае. Естественно, Зенья все понимал. Он знал, что заслужить доверие Юн Хва было сложно, но он все-таки двигался вперед и постепенно его зарабатывал. Ведь Юн Хва уже не один раз был у него дома, практически наедине. Зенья мог этим воспользоваться уже сто раз, но ничего такого не делал. Он даже не пытался прикоснуться к нему в лишний раз, боясь напугать. Юн Хва это понимал и был благодарен. Зенья оказался хорошим эмпатом и легко чувствовал настроения Юн Хва. — Спасибо! Увидимся на занятии в кружке, — Джон Хван, махнув рукой, удалился. Юн Хва и Зенья долго смотрели ему вслед, оба пытаясь придумать, как начать разговор. Зенья решился открыть рот первым, хоть это и было непросто: — Он к тебе пристает? — после этих слов Юн Хва ошарашенно посмотрел на Зенью, и тот удивился, увидев на себе такой взгляд, — А что? Мало ли. — Нет, не пристает. Просто хочет подружиться, — они вместе двинулись в сторону нужной аудитории, и Юн Хва быстро постарался сменить тему, — ты к сегодняшним парам готовился? Сказали, что, возможно, будут спрашивать... Зенья лишь усмехнулся. Ему не верилось, что Юн Хва задает такой вопрос всерьез, так что он сразу понял, что это просто попытка съехать с темы. Но он и сам не хотел больше говорить про Джон Хвана, так что решил просто промолчать. Юн Хва принял это за отрицательный ответ на вопрос. Ну конечно же Зенья не готовился. — Если что, я помогу. Как-нибудь, — Юн Хва захотел морально поддержать юношу. — Не стоит. Я не заставляю. Юн Хва даже немного погрустнел, услышав это. Он испугался, что Зенья обижен на эту ситуацию с Джон Хваном. Но с другой стороны, Юн Хва тоже был немного обижен на такую реакцию. Он ведь не собственность Зеньи и может дружить с кем захочет, независимо от мнения блондина. Тем более Зенья не знал о том, что Джон Хван спас его от нападок Тэ Ёна, да и сам Юн Хва предпочел бы об этом умолчать. Не хотелось ему, чтобы Зенья опять впутывался в какие-то разборки из-за него... — Давай тогда сегодня и задержимся после кружка, поснимаем хоть что-нибудь. Времени уже не так много остается, — Юн Хва шел с Зеньей на территорию, где разрешалось курить. Пары закончились, Зенью ни на одной так и не спросили, за то Юн Хва отвечал два раза. Он сам тянул руку, надеясь, что так будет меньше шансов на то, что спросят кого-то другого и выбор падет на Зенью. — Хули нет, давай, — блондин пожал плечами. Они оба шли в верхней одежде и ежились. Сильно похолодало, на дворе уже все-таки была середина ноября. Так и до снега недалеко... Зенья накинул на голову капюшон и взглянул на Юн Хва. У того на пальто капюшона вообще не было. Тогда он вытащил из кармана свою шапку и протянул Юн Хва. Тот на ходу не сразу понял, что это и что он от него хочет. Взяв в шапку в руки и развернув, он вдруг сильно засмущался: — Ты чего это? — Надень. Юн Хва помотал головой и стал протягивать шапку обратно. Ему было неловко до жути. Он вообще не любил носить головные уборы, потому что они портили ему прическу. Зенья, вздохнув, спрятал обе руки в карманы, чтобы парень не умудрился сунуть в них шапчонку. — Надень, а. Не заставляй меня натянуть ее тебе на уши силой, — Зенья смотрел только вперед, но почему-то своим видом выражал большое недовольство. Юн Хва не посмел ослушаться и нехотя натянул шапку на голову. Он ворчал до самой «курилки» о всякой ерунде, что это неправильно, негигиенично и все такое прочее. Зенья понимал, что парень просто смущен, вот и несет всякую пургу, чтобы скрыть свои истинные чувства. — Ты что шапку-то не носишь? Мозги отморозишь, — наконец, они дошли и остановились. Оба быстро прикурили и не стали медлить с тем, чтобы покончить с сигаретами поскорее. — У меня потом волосы от нее... как будто я неделю не мылся. — Ну и что? Зато не заболеешь. Это просто на тебя наорать некому, чтоб в шапке ходил. — А на тебя-то кто за это орет? — Сестра в основном, — они оба вдруг посмеялись. За разговорами они не заметили, что Де Лун курит неподалеку и подслушивает. Он был один, и, наверное, в том числе из-за этого никто не заметил его присутствия. — А ты никогда не задумывался о том, чтобы бросить курить? И вообще, давно ты куришь? — Юн Хва пристально смотрел на тлеющий кончик своей сигареты, грустно замечая, что то же самое происходит и с его здоровьем из-за курения. Тлен и угасание... — Лет с четырнадцати, наверно. А бросить... хер знает, — Зенья пожимал плечами. Всерьез бросить он никогда не пытался, — я в прошлом году пытался перейти на электронки. Надолго не получилось, опять к сигаретам вернулся. А ты, я помню, вообще не курил раньше. Зенья и не понял, что зря об этом заговорил. Юн Хва ведь начал курить после изнасилования. Он даже помнил тот день, когда в первый раз купил сигареты. Было не по себе, но он чувствовал, что ему это необходимо. В момент, когда у него уже сильно отросли черные корни пепельных волос, и он понял, что так ему становится немного легче на себя смотреть. Потом он поменял духи, которыми долгое время пользовался, и к новым прибавился запах табака. Он будто пытался спрятаться за всей этой маскировкой, стать другим человеком. Ведь было что-то, что заставило Зенью на него напасть. Только поэтому он так изменился во внешности. Юн Хва, размышляющий над ответом и даже задумавшийся о том, чтобы затронуть тему произошедшего, быстро обвел глазами окружение. Он теперь заметил Де Луна, из-за чего пришлось обойти тему стороной: — Так вышло, — это все, что он ответил. Зенья на секунду подумал, что догадывается, почему Юн Хва так говорит. В груди сразу же защемило, и он еле как преодолел желание броситься в ноги Юн Хва и начать вымаливать прощение. Не здесь. Не сейчас... — Угощайтесь, пожалуйста, — Джон Хван принес на кружок домашнее печенье. Он утверждал, что испек его сам, и оно оказалось действительно похожим на домашнее и вкусным. Юн Хва съел одну печеньку. Зенья вовсе отказался от угощения, что удивило Юн Хва. Разве мог юноша просто так отказаться от еды? Очевидно, это была демонстрация отторжения всего, что касается Джон Хвана. Джон Хван не обратил на это внимания, или просто сделал вид, что не заметил. — До фестиваля осталось меньше месяца. Я так волнуюсь, — Джон Хван сидел на диване рядом с Юн Хва и делился с ним чувствами, — мы же с Ю На занимаемся основной организацией... я так боюсь накосячить... Когда Джон Хван заговаривал с Юн Хва, Зенья будто бы переставал существовать. Он не пытался вклиниться в разговор, не обращался к Юн Хва так, чтобы перебить кого-то из них. Он переваривал всю свою злость и ревность глубоко внутри себя, успокаивая себя только тем, что они просто общаются, и ничего более. По крайней мере, Зенья на это надеялся. И что только заставляло его так сильно ревновать? Будто бы можно было сдержать Юн Хва силой... Зенья понимал, что никогда не будет принуждать парня к чему-либо, по понятной причине. Оставалось лишь терпеливо ждать, ведь он боялся, что любое его наступательное действие только оттолкнет Юн Хва. — Не переживай, вы со всем справитесь, — Юн Хва пытался выразить поддержку словами, не зная, нужно ли это вообще Джон Хвану, или тот просто нуждался в возможности высказаться. Джон Хван кивнул в ответ и мягко улыбнулся. Они надолго засмотрелись друг на друга, Юн Хва обратил внимание на черноту глаз парня. Зрачка совсем не видно. Обворожительно... Юн Хва до этого момента не замечал, что Джон Хван как раз подходит под тот самый типаж мужчин, который ему, по идее, нравится. Его щеки порозовели, отчего он быстро отвернулся. Зенья обратил внимание на самодовольную улыбку, возникшую на лице Джон Хвана. Ему хотелось фыркнуть, но он сдержался. Этот парень... он точно пытается соблазнить Юн Хва. Но что Зенья может с этим сделать? Зенья чувствовал, что хочется кричать. Взять что-то потяжелее в руку и вмазать этому приставучему чернышу, чтобы никогда больше не подходил к Юн Хва. Сломать челюсть, чтобы не заговаривал с ним. Выколоть глаза, чтобы не смотрел на него. Искалечить. Уничтожить. Убить. Убить... — Зен? — сладкий колокольчик прозвенел неподалеку. Юн Хва с сочувствием смотрел на Зенью, наклонившись вперед. Они сидели на разных диванах, но рядом друг с другом. Юн Хва как-то успел выхватить момент, когда Зенья уже начал быстро стучать ногой по полу, нервничая. Тогда же парень увидел серое лицо блондина и позвал его по имени, надеясь, что сможет привлечь его внимание. Теперь Юн Хва явно видел, что у того проблемы со сдержанностью. Если Зенья злился, то мог сделать все, что угодно. Только поэтому он все время попадал в передряги. Заглянув в глаза Юн Хва, Зенья внезапно нашел в них свое спокойствие. Эти голубые радужки, как лед, охлаждали его душу. Постепенно гул в ушах затих, и Зенья смог отвести взгляд. Ему стало до ужаса неловко, но он почувствовал, что еще нуждается в поддержке. Он не знал, как попросить о ней, и стеснялся обратиться с этим к Юн Хва. Ему пришлось самостоятельно мысленно поговорить с самим собой, убедить себя, что все в порядке. Юн Хва рядом с ним. Он никуда не уйдет, он не бросит его. Они всегда будут оставаться друзьями, несмотря ни на что. Друзьями... Зенья опустил взгляд на ладони Юн Хва, чтобы представить, как они к нему прикасаются. Ему бы очень хотелось почувствовать эти пальцы на своих щеках... никакая это к черту не дружба. Зенья его любил, и делал это уже очень долго. Как же так получилось, что Юн Хва в ту ночь встретился с ним? Лучше бы он просто прошел мимо. Лучше бы он всегда проходил мимо него и никогда с ним не познакомился. Пусть Юн Хва продолжает общаться с Джон Хваном. Он, возможно, будет счастлив с ним, или хотя бы попытается. С Зеньей у него стать счастливым шансов просто нет. Кружок с трудом закончился. Юн Хва и Зенья еле выдержали, чтобы не сбежать прямо посреди занятия. Юн Хва чувствовал, что с Зеньей что-то не в порядке, ему хотелось поскорее выскочить и поговорить с ним, узнать, что происходит. Зенья же просто не мог вынести собственных мыслей в голове. Он не понимал того, что даже выйдя из этого помещения, ему от них не сбежать. Они торопливо выходили из универа, чтобы снова покурить. Тем более, что им нужно было сделать несколько съемок снаружи, показать территорию университета и все такое. Снова Юн Хва натягивал шапку Зеньи, которая все это время даже лежала у него в кармане. Юн Хва уже начал прикуривать по пути к курилке, как услышал голос за спиной: — Сон Юн Хва? — остановившись, парень обернулся. Джон Хван смотрел на него, закусив уголок нижней губы, — Может... пойдем сегодня домой вместе? — Я... — Юн Хва обернулся на Зенью. Тот остановился, но тоже уже закурил. Вдруг Зенья улыбнулся и кивнул Юн Хва головой в сторону Джон Хвана. Это, очевидно, означало «иди». Юн Хва, не веря своим глазам, вдруг почувствовал ком в горле и наворачивающиеся на глаза слезы. Что это за чувство в нем появилось? Боль в глотке и комок, который невозможно проглотить. Улыбка Зеньи и этот кивок. Юн Хва может уйти, оставив его? Вроде бы может. Но почему так больно?.. — Я сегодня все равно на автобусе. Поснимать смогу и один, — Зенья не прекращал настаивать на том, чтобы Юн Хва ушел. Он видел, что Юн Хва хочет сопротивляться, так что решил сделать тон немного строже, — иди уже, ну. Шапку только не потеряй. Юн Хва, сильно закусив губу изнутри, чтобы сдержать чувства, вдруг резко подошел к Зенье вплотную. Слишком близко для простого прощания. — Ты в порядке? — спросил Юн Хва. Он не мог уйти без этого вопроса. Все занятие он ждал возможности задать его. Зенья в ответ сделал глубокую затяжку и уверенно кивнул. Они посмотрели друг на друга так, будто виделись в последний раз. Юн Хва еле сдержался, чтобы не дотянуться рукой до воротника на куртке Зеньи и поправить его. Он подумал, что это будет чересчур, тем более в присутствии Джон Хвана. Бедный Джон Хван. Перед ним разыгралась такая печальная сцена, смысла которой он никогда бы не смог уловить. Да и не только он — никто другой не понял бы, что эти двое сейчас чувствовали. Их отношения были запутаны настолько сильно, что вряд ли когда-то будет возможно развязать такой клубок. Легче отрезать и выкинуть прочь. Жаль, что стереть из головы воспоминания невозможно. Наконец, Юн Хва подошел к Джон Хвану, и они ушли. Зенья недолго смотрел на них, после чего отправился гулять по территории универа. Наушники в уши и тяжелый рок на полной громкости. Ему не хотелось слышать то, о чем он думает сейчас, ведь он, как всегда, думал о Юн Хва. Он так спокойно отдал его в руки Джон Хвана. А что, если тот его обидит, разобьет ему сердце? Может, он хочет просто воспользоваться им и удовлетворить свои похотливые потребности? Вдруг Джон Хван именно такой человек? Зенья мотнул головой. Несмотря на громкость музыки, мысли все равно проскальзывали в его мозг. Это было не его дело. Юн Хва не ребенок и сможет справиться самостоятельно с тем, что происходит в его жизни. Зенья был готов прийти на помощь и поддержать, если Юн Хва сам об этом попросит, но лезть заранее в его отношения с другими людьми ему не хотелось. Юноша отснял несколько и впрямь хороших кадров. Зенья держал в руках телефон и смотрел на экран, когда к его пальцу прилипла маленькая снежинка и за миг растаяла. Он поднял голову и посмотрел в серое небо. Снег пошел... на его лице возникла грустная улыбка. Больше никакого мотоцикла до самой весны. Больше он не покатает Юн Хва так, чтобы тот обнимал его со спины. Вернее, это ведь только на пару месяцев? Юн Хва сказал, что весной они еще обязательно покатаются. Не обманул ли? Этого Зенья не знал.