judas

В понедельник Юн Хва встал с тяжелой головой. Накануне он долго сидел за разучиванием теста, до которого осталось совсем немного времени. Ему не хотелось получить плохую оценку, которая испортит его табель. Они с Зеньей не стали в это воскресенье видеться и учить вместе. Правда, Юн Хва все равно с ним созвонился и проверял его знания дистанционно. Парень заверил, что на тройку ответ Зеньи уже потянет. Он думал, что юноше этого будет достаточно, но тот решил подготовиться по максимуму. Оправдывал он это тем, что может забыть что-то, пока идет время, так что лучше подстраховаться. Юн Хва плотно позавтракал последними остатками угощений со своего дня рождения. Он был так счастлив, вспоминая о нем. Всем было весело и хорошо. Даже Зенья под конец вечера шутил с Джон Хваном, и они общались без грубых издевок друг над другом. Зенья предложил утром заехать за парнем, но тот оказался. Было уже как-то неудобно, хотя он и понимал, что юноша сам хочет этого. Юн Хва добрался своим ходом. Почему-то все утро Джон Хван ему не отвечал и не читал сообщения. Видимо, не было времени заглянуть в телефон. Зато почти в дверях универа он встретился с Зеньей. Теперь, видя друг друга, они улыбались, как старые друзья. — Ты случайно не видел Джон Хвана? — спросил Юн Хва. — К счастью, нет, — они вместе поднимались по лестнице в нужную аудиторию. Юн Хва снова заглянул в телефон и не увидел никакого ответа от парня. Жаль. Может быть, они смогут встретиться попозже. Пара началась. Юн Хва пялился на доску с первой парты, Зенья сидел буквально позади него. Все было как обычно, но в середине пары что-то произошло. Юн Хва с первой парты не сразу заметил суету, начавшуюся за спиной. Обернувшись, он увидел, что Зенья в открытую пялится в телефон. Все остальные шушукаются, переглядываются и косятся на Юн Хва. Парень встретился взглядом с Тэ Ёном — только по довольному выражению его лица он понял. Случилось что-то ужасное, и это связано с ним. Зенья поднял голову и посмотрел в глаза Юн Хва. Такой растерянности на его лице Юн Хва, пожалуй, еще никогда не видел. — Ребята, в чем дело? Почему вы расшумелись? — ругалась преподавательница, по совместительству их куратор, — Уберите все телефоны. Что вы там такое делаете? — Загляните в общий чат, госпожа Пак, — отозвался кто-то. Юн Хва тоже тут же полез за телефоном. Он не поверил своим глазам. В чат от его имени буквально несколько минут назад было отправлено сообщение с его фотографиями. Парень остолбенел. Телефон чуть не выпал из его рук, лицо побелело, как снег за окном. Что это? Кто-то взломал его страницу и отправил в чат несколько его обнаженных фото совершенно откровеннейшего содержания. — Все сейчас же уберите телефоны, — скомандовала госпожа Пак, но никто не послушал ее. Юн Хва отчетливо слышал смешки за спиной. Ему хотелось буквально провалиться сквозь землю… Госпожа Пак заметила состояние парня за первой партой и все-таки решилась зайти в чат сама, но уже через секунду отложила телефон в сторону. — …Юн Хва. Пойдем, поговорим, — она позвала парня. Он не сразу отреагировал, но когда перевел слезящиеся глаза на женщину, то еле как смог встать со стула. На ватных ногах он вышел вместе с ней в коридор. Через пару секунд после того, как они вышли, Зенья вскочил с места и пошел прочь. Юн Хва и госпожа Пак шли в сторону учительской, где она хотела пообщаться с ним наедине. Нужно было разбираться, что случилось. Зенья ушел в другую сторону, так что они его не увидели. Юноша спустился в холл и посмотрел расписание группы, в которой учится Джон Хван. Зенья был уверен на 99 процентов, что это его рук дело. Он не собирался оставлять это для разборок учителям. Никто не смеет поступать так с Юн Хва, с его другом. Зенья нашел нужную информацию и направился в указанную аудиторию. Уже по дороге он представлял, что сделает с Джон Хваном, стоит ему только увидеть его лицо. Его рожу… Юноша открыл дверь в аудиторию. Ему ужасно повезло, что группа сидела там пока что без преподавателя — видимо, отошел куда-то. Глазами он выцепил Джон Хвана. Тот болтал с одногруппниками и улыбался. Зенья навис над ним тенью, дожидаясь, когда тот обернется на него. Кто-то пихнул Джон Хвана в плечо и сказал, что к нему подошли. Стоило парню только повернуть голову, как Зенья с приличным замахом вдарил ему по лицу. Джон Хван немедленно свалился со стула на пол. Блондин, как зверь, почувствовавший запах крови, вновь навис над ним. Одной рукой схватив его за одежду на груди, второй он бил его по лицу. Одногруппники пытались оттащить его от парня, но его ярость была сильнее. Нос Джон Хвана истекал кровью, и он закричал: — Это не я! Меня заставили!.. Зенья, услышав это, остановился. Тяжело дыша, он смотрел на парня и ничего не понимал. — Он сказал, что если я этого не сделаю, он изобьет меня до полусмерти!.. Зенья все еще не осознавал. Что этот мудила такое несет? Зенья решил, что тот просто бредит и пытается увести от себя подозрения, так что снова замахнулся на него кулаком. Несколько парней тут же поймали его за окровавленную руку, не давая ударить Зенье снова. Джон Хван тихо выдохнул: — …Тэ Ён. Блондина бросило в холод от этого имени. Пальцы начало покалывать, и он медленно встал. Продолжая нависать над парнем, Зенья смотрел на то, как из его носа течет кровь и понял, что если задержится здесь еще хоть немного, у него начнет кружиться голова. — Не смей к нему даже подходить больше, — Зенья ушел, оставив Джон Хвану фразу, которую могли понять только они двое. Речь была, конечно, о Юн Хва. — У тебя есть предположения о том, кто мог это сделать? — госпожа Пак сидела напротив заплаканного Юн Хва, подавая ему свежие салфетки. Парень долго не мог выдавить и слова, заходясь рыданиями. Сейчас он уже немного успокоился и пытался связать мысли в собственной голове. — Я… — Юн Хва не мог сказать, что думает на Джон Хвана. Он не хотел рушить жизнь парня, даже если это и правда сделал он. Юн Хва понимал, что виноватому сильно достанется, — …даже не могу представить. — Ну, как же? Может быть, есть те, с кем у тебя… не складываются отношения? Может быть, ты с кем-нибудь поссорился?.. Юн Хва слегка помотал головой. Он никого не хотел подставлять. В конце концов, это может обернуться хуже и для него самого. Ему может непоздоровиться, если он сдаст кого-то. Тем более, если этот человек окажется невиновным. — Пойми, Юн Хва… — госпожа Пак дала ему еще одну салфетку, — если ты не скажешь, у тебя у самого могут возникнуть проблемы. Ведь фотографии… опубликованы с твоей страницы. В деканате будут думать, что ты отправил их сам. — Что? — у парня вновь навернулись слезы на глаза. Как вообще можно подумать, что он добровольно слил свои фотки?.. — Знаешь, Сон Юн Хва… сходи на свежий воздух, успокойся. Я попробую поговорить с ректором… сделаю все, что смогу. Юн Хва кивнул. Они вместе вышли из учительской, и парень ушел за своей верхней одеждой. Ему и самому хотелось прогуляться и хорошенько все обдумать… Зенья мыл руку в мужском туалете. Он думал о том, чтобы вернуться в аудиторию и набить рожу Тэ Ёну, но ему показалось, что это будет слишком просто. Он хотел сделать с этим уродом что-то такое, что действительно его проучит. Но что? Зенья пока не знал. Выйдя из туалета, он увидел вдалеке, что Юн Хва идет по коридору. Тут же он его окликнул. Парень обернулся. Как только Юн Хва вновь увидел лицо Зеньи, он снова заплакал. Ему было так отвратительно и стыдно перед Зеньей… Ведь он предупреждал его насчет Джон Хвана. Он сразу понял, что с ним что-то не то, а Юн Хва, идиот, ничего не заметил. Пока парень задумался, Зенья уже подошел к нему. Он увидел, что Юн Хва плачет, поэтому сразу же его обнял. Юн Хва вцепился в него и стал реветь, пропитывая одежду на груди юноши своими слезами. У него снова никого не осталось, кроме брата и Зеньи… — Почему? — Юн Хва просипел, сжимая пальцами одежду на спине у Зеньи, — Почему я? Почему всегда я?.. Почему все меня ненавидят?.. Зенья начал гладить парня по волосам и спине. Он не знал, что и сказать. Очевидно, что парень не заслужил всего того, что с ним происходит. Зенья понимал его, как никто другой. Он тоже всю жизнь страдал незаслуженно. Именно поэтому Юн Хва однажды сказал, что они с ним сильно похожи… — Я… ударил Джон Хвана, — спокойно сказал Зенья, и Юн Хва тут же удивленно посмотрел на юношу. Когда он только успел? Ох, не стоило ему этого делать… — Зачем, Зен… Тебя могут наказать за это… — Плевать. Что тебе сказала Пак? — Она… сказала, что у меня будут проблемы. — У тебя?! С какого хуя? — Потому что фото выложили с моего профиля… — Юн Хва шмыгнул носиком. Они так и продолжали слабо обниматься, глядя друг другу в глаза. Юн Хва была необходима эта теплота, которая его поддерживала и немного успокаивала. — Но это несправедливо! Почему ты не сказал, что это Джон Хван? Ясень пень, что это он! Юн Хва! — юноша тряхнул парня за плечи, но тот лишь помотал головой. — И как я докажу, что это он? А если это не он? — после этих слов парня, Зенья поджал губы. В корне ведь виноват был действительно не Джон Хван, а Тэ Ён. Зенья даже не знал, стоит ли говорить об этом Юн Хва. Вдруг он захочет этим оправдать поступок Джон Хвана? И опять будет с ним встречаться или типа того. Мало ли… — Я… хочу побыть один, — Юн Хва вытер салфеткой нос и отошел на полшага. Зенья кивнул, и парень пошел туда, куда шел изначально. Юноша стоял на месте и размышлял обо всем. Что же делать? Юн Хва под угрозой расправы от деканата. Зенья предполагал, что парня отчислят… Нельзя такого допустить. Но если он пойдет и расскажет про Джон Хвана, ему никто не поверит. Нет никаких доказательств… но ведь нужно сделать что-то!.. Зенья, сжав ладонь в кулак, в который словно набрал всю свою решимость, развернулся и пошел в сторону учительской. Он надеялся найти там госпожу Пак — она была ему нужна для важного разговора. В учительской сказали, что женщина уже ушла в деканат. Что ж, тем лучше. Зенья поспешил туда. — Вопиющая ситуация, — за столом в кабинете сидели госпожа Пак, ректор, и сам декан напротив них. Женщина рассказала о случившемся, предполагая, что в течение дня история разлетится по всему университету. Студенты разболтают друг другу, возможно даже будут показывать эти фотографии. — Послушайте, это не мог сделать сам студент Сон. Это абсурдно, — женщина призывала двух мужчин послушать голос разума. Но по их выражениям лиц она понимала, что им совершенно плевать. Главное — наказать кого-нибудь. Сейчас первым и единственным виновным был Юн Хва. — Считайте, что парень уже больше здесь не учится. — Я прошу вас… — госпожу Пак сразу перебили: — Если вы не найдете другого виноватого с доказательствами его вины, то все останется, как есть. Мы не можем себе позволить портить репутацию заведения наличием такого студента… — Согласен, — ректор присоединился, — к тому же, этот Сон уже был замешан в какой-то странной истории. Помните, госпожа Пак, как его поколотили в прошлом году? — Не доказывает ли это, что он — жертва чьей-то травли? — По-моему это доказывает только то, что он — проблемный студент. — Извините, — все трое внезапно услышали лишний голос. Они обернулись на дверь. В проходе стоял Зенья, немного пряча за спиной руку с содранными костяшками. — Юуда? — госпожа Пак встала. Она испугалась, что что-то случилось с Юн Хва и юноша пришел рассказать, — Зачем ты здесь? — Это я. Преподаватели молча на него смотрели, не понимая, что тот хочет этим сказать. Госпожа Пак сделала шажок в его сторону, и Зенья посмотрел на нее: — Это я сделал. Я виноват. Юн Хва сидел на лавочке во дворе университета, затягиваясь второй подряд сигаретой. Он смотрел вверх, в серое небо, с которого медленно сыпался мелкий снежок. Ветер порой ускорял его движение, а также колыхал волосы Юн Хва. Они лезли в глаза, но ему было совершено наплевать. Ему казалось, что теперь все стало не важно. Вся его учеба — коту под хвост. Он был уверен, что его выгонят. Наверняка Нам Хён ужасно расстроится… — Юн Хва?.. — парень услышал голос, знакомый и режущий его сердце в миг на мелкие кусочки. Джон Хван… Парень медленно повернул голову в его сторону, хотя ему даже смотреть на него не хотелось. — Позволь мне объясниться, Юн Хва… — Джон Хван сел рядом с парнем и тянулся руками к нему, но Юн Хва никак не реагировал. Он продолжал разглядывать падающий снег и курить. Так ничего он и не ответил Джон Хвану, ожидающему от него хоть словечка. — …пожалуйста, послушай. Ты должен понять меня. — Не должен, — Юн Хва выдохнул, — Нам не о чем говорить. — Что? Но… Юн Хва, я не хотел этого делать… — Так все-таки это сделал ты. — Но я не… послушай! — Джон Хван несдержанно взял парня за руку, но Юн Хва тут же вырвал ладонь из его хватки. Он посмотрел на Джон Хвана взглядом, полным ненависти. Хотелось бы ему высказать все, что он думает о нем. Разве было важно, хотел он это делать или нет? Он ведь сделал. И какой смысл теперь что-то говорить. — Прости меня, я прошу тебя! Ты правда мне ужасно нравишься, но у меня не было выбора. Юн Хва кивал, ухмыляясь. Этой лапшой его уже было не накормить. Он сделал последнюю затяжку и выбросил окурок в мусорный бак, стоящий совсем рядом. Тут же он посмотрел на Джон Хвана: — Знаешь, что я хочу тебе сказать? Джон Хван с надеждой посмотрел на него. — …пошел ты нахер. — Но Юн Хва!.. — Пошел. Ты. Нахер, — Юн Хва нарочно разделил каждое слово. Видимо, до Джон Хвана с первого раза не дошло. — Ты не оставляешь мне и шанса на прощение… — Ты его не заслуживаешь, — Юн Хва собирался уйти, но Джон Хван никак не мог замолчать. — Но ты даже не знаешь всей ситуации… — Джон Хван вскочил и, подойдя к парню, встал прямо перед ним. Юн Хва отчего-то разозлился на парня. Тот что-то пытался ему доказать, а Юн Хва это все было совершено неинтересно, и это его взбесило. — Я не знаю всей ситуации… Ты считаешь, что дело в этом? В том, что я не знаю ситуации? — у Юн Хва невольно начал повышаться голос, — Знаешь, что, Джон Хван… я за всю свою жизнь столько дерьма поел, что мне плевать на твою ситуацию. И не стоит давить на жалость. У меня были такие ситуации, что тебе даже и не снилось. И я знаю их от и до, а вот ты!.. Юн Хва неожиданно ткнул пальцем в грудь парня: — Ты нихрена обо мне не знаешь. Так что постой-ка в сторонке со своей ебучей ситуацией, и не смей больше с ней ко мне подходить. — …это несправедливо! — Джон Хван уже не знал, чем апеллировать. Юн Хва после этих слов просто рассмеялся: — Несправедливо… А справедливо то, что все сейчас разглядывают мой залитый спермой зад?.. Ты жалок, Джон Хван. Не хочу тебя больше знать. Юн Хва, наконец, смог закончить разговор. Он ушел, оставив парня одного, наедине со своими мыслями. Джон Хван тоже был жертвой обстоятельств, но у него хотя бы был выбор, и он мог не поступать так, как поступил. Но у него не хватило смелости, чтобы противостоять Тэ Ёну. Джон Хван решил, что это к лучшему. Теперь Тэ Ён от него отвяжется, ведь он выполнил все условия, которые тот ему выдвинул. Даже никто вокруг не узнает, что это сделал Джон Хван, а если Юн Хва и скажет это, то не сможет никак этого доказать. На самом деле, провернуть все это оказалось до банального просто. Ночью, когда они переспали, Джон Хван дождался, когда Юн Хва уснет. Алкоголь делал свое дело и парень спал достаточно крепко, чтобы ничего не заметить. Джон Хван просто взял телефон парня и с него поменял пароль на аккаунте, чтобы позже зайти со своего телефона. Фотографии он нашел там же, на телефоне Юн Хва. Много их было разных, но он выбрал самые позорные на свой взгляд. Юн Хва, пока думал обо всем этом, в принципе, догадался, как тот сумел сделать то, что сделал. Юн Хва считал себя дураком, потому что доверился Джон Хвану. А ведь он и правда в последнее время начал ему нравиться. У них могли бы получиться нормальные отношения… но, видимо, таков уж был удел Юн Хва — страдать всю жизнь, быть преданным, брошенным и разбитым. Он не знал, возвращаться ли ему в аудиторию. Над ним все будут издеваться, как всегда. Может, не так уж это и страшно? Все равно все и так над ним постоянно прикалывались. Юн Хва сидел в коридоре, не зная, куда податься, когда на его телефон поступил звонок. Номер старосты группы высветился на экране. Наверное, его потеряли. Он ответил, и на той стороне провода староста попросил его вернуться в учительскую, потому что его ищет госпожа Пак. Нехотя он поплелся туда. Придя, Юн Хва обнаружил в учительской одну только свою кураторшу. Госпожа Пак встретила Юн Хва и проводила его под руку до пустого диванчика. Когда он сел, она наклонилась и тихо сказала: — Можешь не волноваться, виновник нашелся. Он признался сам. Юн Хва поначалу удивленно посмотрел на нее, но после слегка помотал головой. Этот глупый Джон Хван пытается таким образом добиться его прощения, что ли? Раз уж он сам признался, то это его дело. Намеренно его выгораживать Юн Хва не очень хотелось. — Я понял… это значит, меня не отчислят? — Да, Юн Хва. И еще… со следующего семестра у тебя будет возможность перевестись в параллельную группу. Чтобы… ну… — Не объясняйтесь, я все понимаю… — Мне так жаль, Сон Юн Хва, что это произошло с тобой. Ты знаешь, в жизни нам встречается очень много людей, но не все оказываются поистине хорошими. Они даже могут притворяться нашими друзьями… Я заметила, что вы с ним в последнее время начали неплохо общаться. Наверняка тебе ужасно обидно, что это оказался именно он… Юн Хва лишь кивнул. Да, госпожа Пак оказалась весьма внимательной. Они с Джон Хваном и правда частенько бродили вместе по коридорам, так что она могла увидеть их вместе и запомнить. — Хотя, если честно, я сразу удивилась, почему вы так внезапно стали друзьями. Я раньше думала, что вы совсем не ладите… Ты ведь знаешь, какой он хулиган. Все время ввязывался в драки и все такое. Я уже не знала, что с ним делать. Ну, с таким поведением не стоило ожидать, что он доучится до конца курса… С каждым ее словом глаза Юн Хва становились все больше и больше. Это описание вовсе не подходило Джон Хвану. Очевидно, что речь шла о… — Эх, Зенья, — женщина погрустнела, — а ведь он вовсе не глупец. Зачем же он так поступил с тобой, я не понимаю… — Где он сейчас?! — Юн Хва еле сдерживал свою истерику, в ожидании глядя на госпожу Пак. Та, хоть и удивилась, не могла не ответить: — В деканате… ждет, когда приедут родители. — …могу ли я с ним увидеться? Пожалуйста! Хочу… посмотреть ему в глаза! — он попытался придумать адекватную причину, почему хочет увидеть его. Госпожа Пак, конечно, не совсем этого понимала, но и отказать не могла: — Ну… не знаю, может и разрешат. Пойдем, попробуем… Юн Хва ждал перед дверью в кабинет декана, что там скажут по поводу встречи с Зеньей. Госпожа Пак попросила декана выпустить Зенью на пару минут, так как Юн Хва хочет поговорить с ним. Зенья, услышав это, закатил глаза — ну конечно, этот парень не мог не попытаться его отговорить или что-нибудь типа того. Декан, на удивление всех, позволил Зенье выйти ненадолго. Госпожа Пак тоже вышла, но намерено отошла подальше от них, чтобы ничего не подслушать. Все-таки разговор мог быть личным. Они ведь общались, как друзья… — Я не понимаю, Зен… — у парня, от вида Зеньи перед собой, такого спокойного и не заслуживающего никакого наказания за случившееся, навернулись слезы. Зенья тут же начал отводить глаза. Не хотелось ему опять видеть, как Юн Хва плачет… — Чего не понимаешь? — Зачем ты так сказал? Ведь это не ты сделал… Я уверен, что это не ты. — Так тебя отчислили бы. А я этого не хотел. — Но а я не хотел, чтобы отчислили тебя. Это неправильно… — Слушай, давай по-чесноку. Тебе эта шарага нужнее, чем мне. Какой толк мне тут учиться, я все равно нихрена сам тут не делал никогда. А так, хотя бы в лишний раз насолю отцу. — Но… я против. Я пойду и скажу, что сам их отправил. — Не глупи, ну. Это полная хрень. Никто сам с собой такое делать не будет. — Твои родители разозлятся… — Ну и хорошо. Пускай. — И все равно я не понимаю, зачем тебе было это делать? Разве тебе не должно быть все равно на меня и на все, что со мной происходит?.. Зачем?.. Зенья долго смотрел на парня, думая над ответом. Он почувствовал, что да, нужно сказать прямо сейчас именно то, о чем он думает, не кривя душой: — Считай, что это мои извинения… за то, что сделал с тобой. Лицо Юн Хва вспыхнуло огнем. Взгляд Зеньи блуждал по полу, не поднимаясь до уровня глаз парня. Он упомянул это… они могут об этом поговорить, наконец! Но что, прямо сейчас?! Ну почему именно в такой ситуации?! Юн Хва, к сожалению, не успел больше ничего сказать Зенье. Тот торопливо зашел обратно в кабинет декана, и звук захлопнувшейся двери ударил парня по лицу. Юн Хва на миг успел почувствовать шанс на разговор и так же быстро его потерял. — Все хорошо? Госпожа Пак уже подошла к нему. Парень выглядел немного потерянно, но женщина подумала, что это вполне нормальный вид с учетом ситуации. Юн Хва медленно кивнул и почувствовал, как госпожа касается рукой его плеча. Он немного улыбнулся. Теперь его больше беспокоило то, что Зенью, скорее всего, вышвырнут из универа, а не то, что его фотки разлетелись по всей группе.