judas

Юн Хва разрыдался на груди Зеньи. Минимум полгода тюрьмы! Он не смог сдержать чувств, хоть и понимал, что Зенья наверняка чувствует себя куда паршивее, чем он. Юноша еще умудрялся пытаться его успокоить, гладил по спине. Рядом в кресле сидел и Нам Хён. Он тоже заметно расстроился. — Ну чего ты плачешь? Ничего там со мной не случится. Юн Хва это не особо помогло. Все равно он боялся, что Зенья там может пострадать или что-нибудь еще похуже. — Суд уже через неделю. Как я могу за это время успеть с тобой провести время еще на полгода вперед? И это минимум!.. — Но мы будем видеться. Ты же сказал, что будешь приезжать, — Зенья погладил Юн Хва по волосам, и тот кивнул, подтверждая свои слова. Конечно, он будет приходить. Столько раз, сколько будет можно видеться, он будет приходить, и не пропустит ни одного свидания. Юн Хва лежал в кровати после душа. Зенья приучил его сушить голову перед сном, так что он лежал чистенький, да еще и вдобавок полностью сухой. Где-то в коридоре шумел фен — это Зенья там сушил свои волосы. Юн Хва понимал, что сегодня уснуть не сможет. Заседание суда состоится уже завтра, и вполне возможно, что завтра и будет вынесен приговор. Если все пройдет гладко и без запинок, все решится за один день. Юн Хва не постеснялся перед сном принять лекарства от высокого давления и успокоительные. Они только немного помогли. Зенья вошел в комнату и закрыл дверь. В спальне горела только настольная лампа, изображая ночник. Юн Хва включил ее, пока ждал прихода Зеньи. — У меня к тебе дело, — Зенья подошел ближе. Юн Хва заметил, что у юноши в руках ножницы. С непониманием в глазах парень сел в кровати и нахмурился, ожидая, что Зенья еще скажет. — Перед уходом, хочу сделать что-нибудь хорошее, — у Зеньи всю неделю не выходили из головы фотографии матери Юн Хва, которые он посмотрел в альбоме, — Все равно не смогу там ухаживать за ними, как следует. А может, меня вообще постригут… я не хочу, чтобы они пропадали в пустую. Зенья протянул ножницы парню: — Давай отрежем их. Юн Хва выбрался из постели и послушно взял ножницы в руки. На лице Зеньи он видел лишь грустную улыбку: — Хочу порадовать какую-нибудь девочку, которая болеет… — слова Зеньи сразу же вызвали у Юн Хва бурю воспоминаний. Перед глазами встало улыбчивое лицо мамы, всегда прячущей голову под какое-нибудь украшение. Она бы наверняка была счастлива, если бы кто-то пожертвовал ей свои волосы, ведь у них не было денег на то, чтобы купить ей парик. Все средства уходили на лечение… Юн Хва растроганно кивнул, но Зенья осторожно взял ножницы из рук парня и положил на стол. Он взялся за ладони парня своими и притянул их к своему лицу, сначала положил на щеки, а через миг стал их целовать: — Но перед этим… Я хочу, чтобы ты запомнил меня таким. — Хватит говорить так, будто ты умираешь!.. — Это ты устроил из этого трагедию, — Зенья улыбнулся, — я только подыгрываю. Юн Хва, наконец, засмеялся. Они мило обнялись. Впервые за долгое время парень немного расслабился. Возможно, все и правда не так плохо, как ему кажется. — А что ты имеешь в виду, говоря «запомнить меня таким»? — спросил Юн Хва, немного отстранившись. Тогда Зенья попросил его дать ему свой телефон. Юн Хва, конечно, немного замялся, но послушался. Юноша обнял парня за плечи одной рукой, а во второй держал телефон со включенной фронтальной камерой. — О, нет! — Юн Хва почти заныл и начал прятать лицо руками и отворачиваться. — Не плачь. Это будет пока единственное наше совместное фото. Осознав это, парень хныкнул и все же опустил руки. Еще через секунду он крепко обнял юношу двумя руками, и этим смог выдавить из Зеньи улыбку. Юноша отдал телефон хозяину, и тот положил его сразу на стол, туда же, где были ножницы. — Надо было фоткаться раньше… — жалостливо протянул Юн Хва, но Зенья приободрил его, потрепав по голове: — Успеем. Когда я вернусь… И еще, если честно, я говорил не только о фотках, — Зенья осторожно заправил прядь волос Юн Хва за ухо, и парень легко понял этот жест. Такое прикосновение могло означать только одно… Парень дотянулся до шеи Зеньи и обнял ее двумя руками. Их губы встретились в жадном поцелуе. Юноша несдержанно повалил Юн Хва на кровать, так быстро, что тот даже немного испугался. — Ты все же решился? — прошептал парень в губы Зеньи. Юноша окинул всего Юн Хва ласковым взглядом. Он решился уже давно, но очень переживал за чувства парня. — Я хотел сделать это с тобой с того дня, когда мы в первый раз поцеловались. Еще когда играли в бутылочку… — Знаешь, Зен, чему я больше всего удивлен? Тому, что ты так в себе уверен, что дотянул до последнего дня, — они оба вдруг посмеялись, — А если ничего не получится? — Все получится, если не будешь вредничать, — Зенья снова его поцеловал. Его мягкие губы ласкали Юн Хва, и теперь парень, наконец, мог не сдерживаться. Они целовались, как ненормальные, будто были в разлуке очень долгое время. Юн Хва не замечал, как время от времени покусывает партнера в блаженном наслаждении. Зенья с трудом отстранился от губ парня. Они посмотрели друг другу в глаза. Юн Хва, наверное, впервые увидел, как зарделись щечки у юноши. Не найдя, что сказать, снова они слились в поцелуях, руки Зеньи заскользили по его полуобнаженному телу. Пальцы его погладили парня по соскам, отчего Юн Хва сладко застонал. Тут же он сам немного смутился, побоявшись, что будет вести себя слишком громко, пока за стеной спит Нам Хён. Зенья легко понял обеспокоенность парня: — Думаю, он поймет… Юн Хва, несколько секунд подумав, закивал. Зенья наклонился и стал целовать шею парня, пока тот обнимал его руками за плечи. Зенья чувствовал губами гладкую, тонкую кожу Юн Хва, порой мягко покусывал, вызывая у парня приятную дрожь. Юн Хва казалось, что сейчас он откроет глаза и проснется солнечным утром, а все это окажется его мечтательным сном. Но нет… макушка Зеньи виднелась перед его глазами, пока тот исследовал его тело. Для Зеньи все было интересно и ново — плоская грудь; приятный аромат мужского тела, отличный от женского; ощущение не только своего, но и чужого возбуждения. — Зен, ты не против, если… я попрошу не использовать защиту? — Юн Хва резко покраснел, спрашивая об этом. Зенья приподнял голову и с улыбкой посмотрел на парня. Он не стал ничего отвечать, снова припадая к груди Юн Хва. Он вылизывал его нежный затвердевший сосочек, одновременно поглаживая одной рукой его голый живот. Его кожа везде была такой приятной, как шелк… и это дико заводило. — Там в выдвижном ящике стола должна быть смазка. Возьми… — Юн Хва попросил юношу, и тому пришлось отлучиться ненадолго. За это время Юн Хва успел стянуть белье и перевернуться на живот. Он был жутко смущен и не хотел, чтобы Зенья видел его стоящий член, поэтому лег, плотно прижавшись к постели. Зенья забрался на кровать и пока положил бутылку со смазкой на одеяло. Он увидел Юн Хва с другого, не менее интересного ракурса. Зенья положил ладони на его ягодицы и нежно сжал. Его пальцы немного провалились в мягкую часть тела Юн Хва. — Сначала вставляй пальцы… — Юн Хва вспомнил, что обещал все рассказывать, — и не жалей, пожалуйста, смазки. Зенья угукнул и взял в руку бутылек. Он откупорил крышку и перевернул флакон, отчего густая прозрачная жидкость полилась на попу Юн Хва. Зенья метил сразу между ягодиц и, в принципе, попал. Тут же юноша пальцами собрал смазку, невольно проводя ими по анальному отверстию. Ему уже не терпелось оказаться внутри Юн Хва, но он держал себя в руках. Чужое тело его манило, хотелось разглядеть и потрогать каждый миллиметр. Зенья мягко надавил пальцем на кольцо мышц. Юн Хва старательно расслаблялся. На секунду он пожалел о том, что не выпил немного для храбрости, но тут же передумал. Он должен испытать это на трезвую голову… Да, ему стало страшно, ведь это было так похоже на то, что произошло с ним в ту самую ночь. Снова он на животе, а позади — Зенья. Юн Хва внушал себе, что между тем и происходящим сейчас есть громадная разница. Тогда Юн Хва ничего не хотел, а Зенья не спрашивал. Теперь все наоборот — он сам хочет, а юноша все время ждет, когда он даст разрешение. Палец проник внутрь. Все же было сразу понятно, что Зенья делает это впервые. Он слишком быстро ввел палец до конца, думая о том, как это обычно происходило с девушками. Юн Хва только промычал, но не дал юноше понять, что тот делает что-то не так. Да и в целом, все было в порядке. — Нежнее, пожалуйста. И согни палец вниз… — Зачем это? — …ну, поймешь, — Юн Хва улыбнулся и тут же спрятал лицо в подушке. Зенья не стал сопротивляться просьбам парня и, перевернув ладонь, направил палец вниз. Уже через пару толчков он увидел, как Юн Хва скрючился и застонал, пряча рот подушкой. Его ладони сжимались, стискивая одеяло, тело податливо двигалось навстречу. Зенья поначалу подумал, что парню так, видимо, приятнее, и только после ощутил, как внутри что-то набухло. Его ладонь замерла, он стал с любопытством поглаживать эту странную шишечку. — Не надо… так… активно, — прокряхтел Юн Хва, приподняв голову, — а то в туалет хочется. Пописать… Парень решил не скрывать подробностей. Наверняка Зенье все интересно узнать. Он вскоре ввел и второй палец в Юн Хва, наслаждаясь тем, как прорезается его сексуальный голос, и спальня наполняется его стонами. Зенья, не убирая руку, наклонился к парню и коснулся губами его ушка, которое начал ласково поглаживать. Его горячий язык обвел каждый изгиб, пока Юн Хва задыхался от своего возбуждения. Лицо парня пылало, он уже изнемогал и хотел, чтобы Зенья скорее в него вошел. — Можешь… вставить его в меня, пожалуйста… — горячо прошептал парень, вызывая своими словами улыбку на лице Зеньи. — Кого?.. — он издевательски переспросил, желая услышать больше конкретики от партнера. Юн Хва немного разозлился, но то, что ему было необходимо сказать это вслух, подергивало струны нервов в его мозгу тоже и заставляло возбуждаться сильнее. — Его… свой член… — Юн Хва улыбнулся уголком губ. Он, может, и казался скромником, в постели мог вести себя более раскованно, чем в жизни. Его прошлые партнеры многому его научили, и в первую очередь это была привычка говорить о своих желаниях вслух. Зенья не мог отказать в такой просьбе. Он осторожно вынул пальцы из парня и снял с себя белье. Снова он смазал попу Юн Хва и свой возбужденный член тоже. Зенья только в эту минуту почувствовал, что он весь дрожит от волнения, а по виску уже течет капля пота. Как же сильно он переживает… с девчонками у него никогда такого не было. Возможно, это из-за того, что в его мозге тоже все еще жили воспоминания о его ужасном поступке. Юн Хва ощущал, как твердый член входит в его тело. Он снова стиснул пальцами одеяло и зажмурился, но не сдержал несколько стонов. Войдя до основания, Зенья склонился к парню, прижался к его спине грудью и животом. Он начал медленно двигаться, закрывая глаза и чувствуя, как крепко Юн Хва сжимает его собой. Это очень отличалось от того, что он ранее испытывал с девчонками… — Зен… — горячо шепнул Юн Хва, и юноша тут же дотянулся ладонью до его лица. Влажными от смазки пальцами он обвел контур губ парня, а затем погрузил их в его рот. Юн Хва не сдержал очередного стона, поддаваясь и начиная посасывать чужие пальцы. Ему это определенно нравилось — Зенья словно пытался наполнить его тело собой по максимуму. Юн Хва скользил по его пальцам язычком, ощущая, как в нижней части тела все пульсирует. Член хорошенько терся об кровать, а Зенья двигался внутри него, и это прямо сводило с ума. Юноша горячо дышал на ухо парня, тот это чувствовал. Зенья смотрел на то, как парень сладко сосет его пальцы. Было бы здорово посмотреть так же, как он берет в свой маленький рот его член… может, позже он сможет осуществить и эту фантазию. Вдруг парень медленно вытолкнул пальцы изо рта языком: — Зен, можно я… сяду на тебя сверху? — парень просил, густо покраснев. Отказывать ему не было смысла. Вскоре юноша уже лежал на спине, а Юн Хва забрался на него верхом, лицом к лицу. Он вовлек юношу в поцелуй, чтобы отвлечь его от момента, когда член проникает в Юн Хва заново. Парень довольно громко застонал, прижавшись ягодицами к тазу Зеньи. Несколько секунд он не двигался, давая юноше несколько секунд на то, чтобы почувствовать сильную пульсацию своих анальных мышц. — Тебе нравится эта поза? — спросил Зенья, отрываясь от губ парня. Юн Хва смог лишь кивнуть, упираясь ладонями в грудь юноши и начиная двигаться на нем. Так чужой член проникал в него под интересным для него углом и приносил много приятных ощущений. Через раз Юн Хва чувствовал, как от движения начинают бежать мурашки по телу. Зенья наслаждался таким прекрасным видом — томный Юн Хва, весь покрасневший, получает удовольствие от того, как скачет на нем. Его пальцы сжимались на груди Зеньи, стискивали цветок, вытатуированный на коже. Юноша притянул лицо Юн Хва к себе и поцеловал. Его рука лежала на ягодицах парня, немного помогая ему двигаться. Зенья даже дотянулся пальцами до входа, занятого его членом, и стал поглаживать растянутую мышцу. Юн Хва пискнул в его губы, пока старательно посасывал его язык. Парень, наконец, почувствовал, что полностью расслаблен и ничего, кроме чистого удовольствия, их близость ему не приносит. Зенья пальцами чувствовал каждое движение, его лицо стало напряженным. Наконец, и Юн Хва услышал тихий стон, сорвавшийся с губ юноши. Они ненадолго прекратили поцелуй, глядя друг другу прямо в глаза и обмениваясь стонами. Юн Хва опять увидел, как Зенья краснеет. Это заставило его улыбнуться — такой смелый парень, а как стесняется, стоит только заглянуть ему в глаза. Зенья дотянулся рукой до члена Юн Хва и обхватил. Горячий и твердый, так похож на его собственный, но трогать себя и кого-то — это совсем разное. Он ощутил, что головка чужого члена уже влажная. Очевидно, парень был очень сильно возбужден. Его пальцы начали скользить по стволу, Юн Хва вдруг почти вскрикнул и прогнулся в спине назад. Ему пришлось упереться руками в кровать позади себя и расставить ноги пошире для равновесия. Невольно он предоставил Зенье просто крышесносный ракурс для разглядывания. — Я, блять, сейчас кончу, — Зенья запрокинул голову, чтобы отвести глаза от этого зрелища. Он понимал, что не выдержит долго разглядывания сексуального тела парня. Юн Хва не дал ему отвлечься: — Да, пожалуйста. Только я хочу, чтобы ты смотрел, — каждое слово Юн Хва вгоняло их обоих в краску. Зенья был приятно удивлен тому, каким же пошлым парень оказался. Блондину пришлось повернуть голову обратно. Юн Хва положил свою ладонь на руку Зеньи, заставил его крепче сжать свой член и направлял его движения. Они пересеклись взглядами. Зенья успел почувствовать, как в паху зародилось семя оргазма и постепенно начало нарастать. Он готов закончить уже через несколько секунд… — В тебя? — только успел он задать вопрос, и Юн Хва быстро кивнул, возвращаясь в прежнюю позу. Их лица снова стали ближе, они практически дышали друг на друга. — Не отворачивайся, — прошептал Юн Хва, ускоряя движения чужой руки на своем члене. Когда он ощутил, как за миг до конца чужой член резко затвердел внутри и начал пульсировать, то опустился на нем до основания. Рука Зеньи невольно сжалась на его органе крепче, Юн Хва поймал потупившийся взгляд юноши и тут же стал кончать сам. Он совсем не подумал о том, что прольет свое семя на Зенью. Вся грудь блондина стала покрыта мелкими капельками спермы. Юн Хва горячо дышал, прижимаясь лбом ко лбу Зеньи. Юноша, наконец, закрыл глаза. Его впервые вынудили смотреть прямо в лицо, пока он кончает. Похоже, что Юн Хва это сильно заводило — он даже кончил сразу после него. — …я хочу еще, — уже через несколько секунд Зенья неожиданно активизировался и, не покидая тело парня, положил его на спину, а сам оказался сверху. — П-подожди, — Юн Хва толком понять ничего не успел, когда почувствовал, что член Зеньи опять твердеет, — …ненасытный какой. Юноша положил вытянутые ножки Юн Хва на свои плечи, этим увеличивая глубину проникновения. Юн Хва, несдержанно вскрикнув, тут же спрятал рот ладонью. Зенья вновь стал ускоряться, глядя на блаженное лицо парня и то, как он сам себя затыкает. Как же этот мальчишка его возбуждал… если бы Юн Хва только знал, насколько сильно Зенья в него влюблен. Если бы член не падал после оргазма, Зенья бы трахал его до самого утра. И так каждую ночь… — Хочу посмотреть, как ты кончаешь, еще раз, — Зенья пригладил пальцами волосы на голове Юн Хва, видя, как он краснеет, — и потом еще, и еще… — Нам нужно выспаться перед судом, Зен. Ну почему ты не решился на это раньше… Мы бы делали это сегодня весь день, — Юн Хва с улыбкой глядел на то, как юноша смахивает длинные волосы назад. Зенья оказался очень красив, когда возбужден. Его лицо приобретало необычное выражение. Парень мог разглядеть, как линия его подбородка стала острее, а глаза смотрят еще более надменно чем обычно. Такой взгляд тоже заводил… — Я побоялся, что ты не выдержишь. — Теперь я буду ждать твоего возвращения в два раза сильнее. Нет, в три! — Юн Хва осторожно опустил ноги с чужих плеч и обнял ими юношу за талию. Зенья прижался к парню крепче, целуя его соблазнительные губы и проникая в его тело. Его член выскальзывал из чужого тела полностью, и так же полностью входил снова. Юн Хва уже не выдерживал таких фокусов, его голова постепенно переставала что-либо понимать. — Хва, я хочу… чтобы ты кончил мне в рот. — Что?! — парень удивленно распахнул глаза. Понятно, что Зенье хотелось попробовать как можно больше всего. Отказываться было нельзя, — …ладно. Я буду терпеть. Юн Хва осторожно собрал волосы Зеньи на затылке в свою ладонь. Юноша сидел перед ним на коленях и обхватывал губами его член. Парень уже был на пределе, но пытался сдерживаться как можно дольше, чтобы позволить Зенье насладиться процессом тоже. Зенья испытывал очень смешанные чувства. Конечно, ему нравилось доставлять парню удовольствие, но то, что это было для него впервые, не давало расслабиться. Он все время боялся сделать что-то не так. Зенья осторожно отстранился на несколько секунд: — Будь со мной грубым, — его все еще надменный взгляд только придавал ситуации остринку. Юн Хва, улыбнувшись, тут же намотал волосы Зеньи на кулак и вошел в его рот. Непокорность в его глазах начала смешиваться с собственной неуверенностью. Зенья перестал владеть ситуацией, отдал ее полностью Юн Хва, и сам быстро превратился в мальчишку, которого имеют. Юн Хва это сильно возбудило. Такой взгляд снизу, сначала немного грубый, а теперь как у наивного олененка, не мог не затронуть чувств парня. Юн Хва положил на голову юноши обе руки и стал двигаться навстречу губам Зеньи. Ощущая, как его мощный язык скользит по стволу, парень понимал, что скоро закончит. — А ты, оказывается, можешь быть послушной сучкой, — Юн Хва наблюдал, как Зенья, которому в глотку толкается головка члена, свел брови на переносице. Его взгляд стал жалобным, он будто просил им Юн Хва прекратить, но в то же время юноше безумно нравилось подчиняться. Никогда раньше он не бывал в такой роли, когда от него в постели ничего не зависит. — Готов? Глотай все, до последней… капельки, — постанывая, Юн Хва толкнулся напоследок несколько раз, проливая семя глубоко в рот Зеньи. Юноша зажмурился, затаил дыхание, чувствуя на корне языка горячую сперму. Проглотить все не составило труда — Юн Хва кончал во второй раз подряд, так что жидкости уже было меньше. Юн Хва осторожно отстранил голову юноши, и между головкой его члена и губами Зеньи протянулась вязкая нитка слюны. Юноша начал часто дышать, глядя на подергивающийся орган перед собой. Он бы хотел повторить произошедшее еще раз, но ни у него, ни у Юн Хва пока не было сил на новый заход. Они сбегали в ванную и быстро вернулись, чтобы заняться тем, чем планировали изначально. Нужно было отстричь Зенье волосы. Юн Хва собрал тугой хвост из его волос, и завязал еще одну резинку чуть ниже. Перед тем, как их отрезать, Юн Хва тщательно причесал их. На самом деле, ему просто хотелось как можно дольше их потрогать, пока они еще принадлежат Зенье. — Ну… давай. Режь, — Зенья был решителен. Юн Хва, выдохнув, приставил ножницы между двух резинок. Волосы были довольно густые, так что ему пришлось немного провозиться. Зенья, прикрыв глаза, слушал этот своеобразный хруст режущихся волокон. Звук, который он слышал лишь несколько раз за всю жизнь. Он оказался необычно приятен его ушам. Зенья невольно начал улыбаться. Юн Хва, сжав ножницы в последний раз, поймал отрезанный хвостик. Пшеничный колосок заколыхался в его руке. Юн Хва показалось, что локоны тут же потеряли свой золотистый оттенок и стали просто блондинистыми нитками. Как же жаль… Зенья распустил оставшийся короткий хвостик на голове и обернулся на парня, немного распушив волосы: — Ну как? — он красовался перед Юн Хва. Шикарная прическа Зеньи превратилась в нелепое каре. Юн Хва не мог скрыть истинных чувств: — Это ужасно, Зен, — его лицо выглядело таким расстроенным, что Зенья тут же рассмеялся. Он протянул руки к Юн Хва, и тот с радостью упал в его объятия, начиная улыбаться сквозь горькие слезы.