Три неправильных слова, три неправильных цвета

      Он не признает поражения ни в каком виде. Сама идея того, что он может проиграть, смехотворна.       Лучший восседает на вершине, правитель диктует правила, по которым будет жить его народ, Король может сиять лишь золотом.       Но его цвет не яркий как солнце и не тверд как металл.       Его цвет это воздушный. Незримый, вроде бы неосязаемый, но наполняющий весь его сад.       Восседать на вершине не только властвовать, но нести ответственность. Не бремя, власть не может быть бременем для воплощения слова Король. Но ответственность всегда неотделимая часть. Вершить судьбы смертных чей век столь скоротечен и незначителен, это еще значит видеть все несовершенство этих слабых и глупых существ. Он ведет, он направляет, но выбор остается за ними. А оставлять выбор, это значит и смириться с самыми темными и отвратительными сторонами людей.       Годы и века постепенно меняют ландшафт, реки и моря иссыхают или наоборот расходятся шире, несокрушимые горы обрушиваются, а леса вырастают в самых суровых условиях. Мир медленно и неизменно меняется и лишь люди, этот никчемный народец остается на месте под дланью бессмертных богов.       Его цвет не алый, как его глаза долгое время наблюдающие за копошением людей.       Человечество ненасытно. Даже когда Король предоставил им все необходимые ресурсы и условия, возвел защиту и раздал дары здоровья, они продолжили расширяться, сталкиваться и сражаться. Они лгали, предавали, воровали. По крайней мере это было забавно и он продолжал находить новые развлечения, открывая для себя грани еще большей развращенности, алчности и прочих низменных инстинктов людей.       Человечество бессильно. Лишь защита богов отражала нападения стай злобных демонических тварей и прочих монстров.       Человечество глупо. Лишь мудрость богов позволяла строить города и сеять урожай.       Человечество тупиковая ветвь развития. Лишь его постоянный надзор не позволял людишкам умереть от болезней или просто не переубивать друг друга ради мелочных обид. Страх перед гневом Короля, вот их поводок, вот что делало людей ничем не лучше стада животных.       В конце концов Король потерял интерес к ним и к правлению. Однажды со скуки он решил казнить каждого бесполезного, коих, как он был уверен было слишком много под благословенными небесами. Он выбрал десять разных рабов в уголках своих земель и начал тайно наблюдать за ними. Дни сменяли ночи, а месяцы годы. Король не нуждался в отдыхе и сне, и интерес его по непонятной причине все возрастал.       У рабов не было ничего. Даже собственные дети не принадлежали им и жрецы по воле богов могли забирать новорожденных для жертвоприношения в любой момент. Рабы жили в худших из возможных условий, ютились в тесных местах, носили плохую одежду и питались самой простой едой. Но они не были бесполезны. Ни один из них.       Звонкие глиняные кувшины первого раба прекрасно держали воду в холоде даже в жару. И Король с интересом наблюдал за тем, с какой любовью этот жалкий, ничего не имеющий за душой человечишка создает из грязи предмет приносящий радость и улыбку. Предмет его труда был низкого качества, да и уродлив, не шел ни в какое сравнение с трудом ремесленника, но это был предмет приносящий пользу.       Другой раб поделился едой, буквально последним куском с человеком, которого не знал, но который нуждался в помощи. Если даже в самой отчаянной ситуации, люди способны проявить столько сострадания, то возможно у них и есть потенциал. Даже если не имеющие ничего люди могут обрести и даровать крупицы счастья, то чего может достичь тот кто выше?        И так было с каждым, какую бы мелкую и никчемную работу эти рабы не делали, она приносила благо. Пусть малое, пусть жалкая капля в потоке прибыли, но они не были бесполезны. После долгих лет, а возможно десятилетий, наблюдений, он не смог казнить никого из них и вернулся с удивлением, досадой, но в то же время и чем-то новым воодушевляющим.       Для Гильгамеша не существовало понятия времени в том же аспекте, что и для смертных. Вернувшись в город так же тайно, как и покинул его, он был шокирован еще больше.       Эти слабые люди самостоятельно отразили нападения кошмарных тварей. Без его защиты, из-за его мимолетного желания и любопытства, были рождены первые герои и героическое оружие испившее крови монстров, с которыми под силу было справиться только богам.       Здания прекраснее которых не строил ни один бог возвышались изобилуя творческим подходом создателей. Строительные материалы, которые людям было не под силу поднять, стояли на своих местах благодаря хитроумным приспособлениям и системам. Поля простирались в разные стороны богато усаженные разными культурами для разного времени года и одновременно чтобы дать земле отдых.       Перед угрозой, оставшись сами по себе люди в большинстве своем проявили самые лучшие из качеств, объединились и продолжили существовать и без помощи богов.       Более того, человечество расцвело без богов, так как Гильгамеш представить себе не мог. И тогда Король осознал, что водя людей за ручку все это время лишь делал их слабее, глупее и бесполезнее. Что как мать отпустила его, он должен отпустить их и дать развиться в нечто большее. Возможно даже то, что когда-нибудь превзойдет богов.       Его власть была пустой тратой времени. Поэтому его цвет бесцветен словно воздух. Прозрачен словно хрупкое стекло, стекло которое было разбито, ведь Гильгамеш рожден, чтобы быть инструментом правления и вести людей. Но он лишь улыбнулся с вдохновением и решил, что будет бороться против влияния богов и собственного предназначения. Во что бы это не стало.       А потом он был призван. В мир ничтожеств и распыленного потенциала. В ритуал столь же скучный, сколь и цель мага призвавшего его.       Поэтому его цвет теперь густой и темный словно дым, все еще не осязаемый, но с запахом гари его разочарования и треском так и не собранного стекла его сердца. В большинстве из людей осталась лишь серость. Безопасность и сытость заглушили их амбиции, обесценили отдельный труд.       Наверное он слишком многого ждал от людей?       Амбиции делали человечество жадным и жестоким, порой порождали ужасные действия и войны, но без них люди стали подобно реке обратившейся болотом. Люди чахли, сами этого не осознавая и его решением было дать им новый импульс, снова поставить на грань выживания и выделить яркий свет героев.       В конце концов он познал его. Горький вкус поражения, но вместе с тем сладость от того, что его решения не были напрасны. Все не было напрасно.       — Что за ужасная женщина, — шепчет он, теряя силы, но не надежду. Он прощает сразившей его все и удовлетворенно улыбается.       Так иронично, что отказавшийся от надежды человек, дал ее ему, Королю обладающему всем. Такому сокровищу не позволительно пылиться среди его фантазмов, поэтому он снова отпускает ее, слабеющими пальцами оставляя кровавый след на щеке.       Бог в нем говорит: пусть амбиции ведут.       Но себе: не теряй надежды. Три слова подобные приговору в жестком тоне, но в то же время есть там капля его человеческой доброты.