The Odds Are Never In Our Favor/Шансы никогда не бывают в нашу пользу

Как только двери закрылись, поезд сразу же тронулся с места. От такой скорости у Нила перехватило дыхание. Он уже ездил в нескольких поездах, но никогда в пассажирском, поскольку проезд между районами был запрещён, за исключением официального санкционированных обязанностей, таких как перевозка товаров. Нил и его мать часто пользовались этими поездами в качестве безбилетников. Они запрыгивали на него в одном районе и останавливались в другом. Но это был не обычный грузовой поезд. Это был один из скоростных моделей поездов Капитолия, которая развивала скорость в среднем 250 миль в час. Их путешествие в Капитолий, вероятно займёт меньше суток. Эта мысль заставила Нила нервно дёрнуться; он почему-то решил, что у него осталось больше времени. Он не знал для чего, просто для того чтобы оттянуть неизбежное. Поезд "дань уважения" был ещё красивее, чем комната в здании правосудия, все гладкие поверхности и блестящая мебель, от которой Нилу захотелось уйти от сюда подальше. У каждого были свои покои, состоящие из спальни, гардеробной и собственной ванной комнатой с горячей и холодной водой. Нил уже целую вечность не принимал горячий душ; единственный раз это было в богатых районах. Ящики были заполнены прекрасной одеждой, и Эллисон выразительным взглядом велела Нилу переодеться во что угодно из шкафа. Она быстро показала им всё вокруг и убедилась, что через час они будут готовы к ужину. Нил почувствовал облегчение, когда наконец смог вернуться к себе в покои, и с удовольствием отметил, что дверь запирается изнутри. Вероятно, это будет последний шанс уединиться перед неизбежной смертью. Принимая душ, Нил обнаружил, что его прежний оптимизм иссякает с каждой милей, которую поезд приближал его к Капитолию. С его стороны было наивно полагать, что Эндрю станет самой большой проблемой. Он никогда не был бойцом; когда люди отца догоняли их, мать всегда говорила ему бежать, а сама стояла на своём и сражалась. Дело было не в том, что Нил не мог сопротивляться или испытывал отвращение к убийству, он забрал не одну жизнь, когда дело дошло до этого, просто ему никогда не приходилось делать это, стоя на равных. Некоторые дети всю жизнь тренировались для этих Игр и знали, как убить кого-то палкой или листом. Нил только использовал момент неожиданности или умел ударить по чистой случайности. И кроме того, если он выиграет Игры, несмотря ни на что, отец наверняка узнает его. В конце концов, он находил их раз за разом, независимости от того, как часто им удавалось проскользнуть мимо него. Так было до их последней встречи в Дистрикте-8, где Нил и его мать прятались до последнего. Нил даже не осознавал, что его отец плохо обошёлся с его матерью, пока им не удалось найти выход их района и к морю, где его мать упала в обморок, прежде чем испустить последних вздох, отчаянно цепляясь за каждую секунду, как будто всё ещё пыталась найти выход. Прежде чем воспоминания смогли взять над ним верх, Нил выключил воду и вышел из душа в гардероб. Ассортимент одежды смог ошеломить его; вот уже два года он носил одни и те же четыре костюма с более или менее одинаковой цветовой гаммой, простые и ничем не примечательные. Капитолий, однако любил их яркие и диковинные цвета поэтому Нилу пришлось копаться в шкафу, чтобы найти тёмно-зелёною рубашку и чёрные брюки. Нил знал, что ткань этой одежды стоит дороже, чем дом в Дистрикте-12. Он проверил время на будильнике, стоявшем на прикроватной тумбе и отметил что у него есть ещё десять минут, прежде чем он найдёт дорогу в вагон-ресторан. Он не хотел снова видеть остальную часть их группы, и он не был заинтересован в встрече с Ваймаком и Рене, которые будут отвечать за наставничество Эндрю и его для Игр, что бы это ни включало. Он также не был заинтересован в том, чтобы снова увидеть Эндрю, но к сожалению о некоторых вещах не могло быть и речи. Он смотрел как идут минуты, и со вздохом поднялся, когда услышал стук в дверь: Эллисон вышла за ним на ужин. Она тоже переоделась. На ней было свободное розовое платье, и к удивлению Нила она тоже была босиком. Она лишь бросила на него короткий взгляд, за которым последовало лёгкое покачивание головой. - Я думаю это лучше, чем твоя дедушкина рубашка или то что вы, люди из Дистрикта-12, считаете модным. Нил даже не притворился что понимает, о чём она говорит, и просто последовал за ней через узкий, качающийся коридор в столовую с полированными панелями на стенах. Там был большой стол, где вся посуда выглядела очень хрупкой. Нил и Эллисон вошли последними, все остальные уже сидели и смотрели на них снизу вверх. Нил заметил, что единственные свободные места были либо рядом с Рене в конце стола, либо между Эндрю и Ваймаком. Он предпочёл бы Рене, но Эллисон заняла это место для себя и подтолкнула Рене, чтобы освободить немного больше места для неё. Насторожившись, Нил подошёл к сиденью и попытался скрыть любой дискомфорт с привычной лёгкостью. - Не думаю, что ты нравишься Нилу, тренер. - Заявил Эндрю с фальшивым беспокойством на своём во всём остальном невыразительном лице. Нил бросил на Эндрю неприличный взгляд за то, что тот назвал его так при всех, но к его удивлению , именно Ваймак заткнул Эндрю рот ворчливым: “Заткни свой рот, Миньярд.” А затем повернулся к Нилу и одарил его тонкой улыбкой, на которую тот едва смог ответить взаимностью. В этом не было вины Ваймака, судя по тому, что слышал Нил. Он казался достаточно милым, просто у него был подходящий возраст и рост, чтобы заставить Нила быть осторожным. Однако Ваймак, казалось уловил это и даже немного отодвинулся от Нила. - О боже, я скучал по этому! - Никки застонал, сидя через стол, и закинув руки за голову, разгладил спереди блестящую голубую рубашку. Очевидно, он в полной мере воспользовался гардеробом в своей комнате. - Не обижайся, но Дистрикт- 12 дерьмо, а одежда просто ужасна. - Ты сам виноват, что ушёл из 4-го, - пробормотал Аарон рядом с ним, скрестив руки на груди. Это привлекло внимание Нила, и он посмотрел на Ники, который врезался плечом в плечо Аарона. Эллисон тоже посмотрела, но все остальные, казалось не были обеспокоены этим открытием. -Вы не из 12-го? - Нил не мог не спросить. Не было ничего неслыханного в том, что жители из более богатых районов могли переехать в более бедные, но это было очень не разумно. Никто в здравом уме не покинул бы такой район, как 4, чтобы жить в 12, за исключением, может быть того что их жестокий отец следовал за ними по пятам. Никки смущённо почесал затылок в ответ на вопрос Нила. - Нет, я не от сюда. Я переехал в 12-й несколько лет назад, кто-то должен был присматривать за этими двумя идиотами. - Он указал на Эндрю и Аарона. -Никто тебя об этом не просил, - сказал Эндрю своим обычным скучающим голосом, поигрывая острым ножом рядом со своей тарелкой. - Я знаю, - тихо сказал Никки, не глядя на него. Однако он поймал растерянный взгляд Нила и уточнил: Нил всё ещё не понимаю, и Ники указал на Аарона и Эндрю и себя. - Мы кузены. -Кузены, - эхом повторил отозвался Нил и сделал фотографию Аарона и Ники, сидящих рядом друг с другом. Всё, что касалось Аарона, а следовательно и Эндрю, было бледным. Их кожа, волосы, даже брови. Только глаза у них были насыщенного орехого цвета. У Ники, напротив была смуглая кожа, вьющиеся тёмно-каштановые волос и такие карие глаза, что они казались почти чёрными. Кроме того, была заметная разница в росте, и никто не мог обвинить Нила в том, что он не видел никакого фамильного сходства. Никки казалось, проследовал за ходом мыслей Нила, потому что он вдруг начал смеяться и указал между собой и Аароном. - Я знаю, не так уж и много доказательств, чтобы сказать, что мы на самом деле родственники, а? Нил покачал головой. Наконец их беседа прервана, когда принесли первое блюдо. Густой морковный суп был принесён людьми из Капитолия, которые каким-то образом были по всему поезду, но никогда не были слишком навязчивыми. Они готовили для них еду. Ждали их. Охраняли их. Просто заботились обо всём. Несколько минут они ели молча и Нил постепенно расслабился. Он не ел ничего вкуснее с тех пор, как был ребёнком и тогда он никогда не наслаждался этим по-настоящему, слишком боясь сделать что-то не так и навлечь на себя гнев отца. Оглядываясь назад, он мог бы быть тихим и не подвижным, как марионетка и его отец всё равно бы нашёл бы причину причинить ему боль. Конечно молчание не могло длиться вечно, и это был простой вопрос времени прежде чем Эндрю снова начнёт свои нуканье. - Насколько я понимаю, у тебя нет кузенов, Нил? - Достаточно наивный вопрос, но глядя на Эндрю, Нил почувствовал, как в нём зашевелилась паранойя. Он обдумывал историю ещё до того, как впервые появился в Дистрикте-12, вместе со своим именем и новыми чертами личности. Нил Джостен был тихим мальчиком, который не любил создавать не приятности. Он проделал хорошую работу. Он слегка прищурился и ответил, - Нет, кузенов нет. Нил был так занят наблюдением Эндрю, который просто пожал плечами и вернулся к своему супу, что запоздало осознал, что завладел вниманием всего стола. Никки первым ухватился за эту возможность, так как был чересчур любопытен и любил слушать чужие истории, - Значит, есть ещё какая-нибудь семья? Рена как-то сказала мне, что ты живешь один, это правда? Конечно, Рена и Ники с удовольствием поболтают друг с другом. Нилу совсем не нравилось, что они говорят о нём. Предполагалось, что он ничем не примечателен, ничего такого, о чём люди подумали бы, не говоря уже о том, чтобы поговорить. Лучше покончить с этим и рассказать этим и рассказать этим людям его выдуманную биографию. Он положил ложку и отодвинул от себя полупустую миску. - Мои родители живут в Дистрикте-8. Я сделал кое-какую глупость, и в наказание меня отправили в 12-й район. Вот и всё. - Защищаясь, он скрестил руки на груди и посмотрел Никки прямо в лицо, осмеливаясь сказать что-нибудь по этому поводу. Однако заговорила Эллисон, - Что? Должно быть ты из Дистрикта 8? Из текстильного производственного района Дистрикта 8? - Глаза Нила метнулись к ней, и на ужасающую секунду подумал, что она каким- то образом распознала его ложь и разоблачит его как сына высокопоставленного чиновника Капитолия. Но она только рассмеялась и указала на него наманикюренным пальчиком. - Ты одеваешься хуже, чем вон та троица монстров. Они, вероятно, выкинули тебя, потому что твоя одежда соответствовала стандартам Дистрикта 11. Почему-то это раздражало Нила. На самом деле он жил в 8. Он видел прекрасную одежду, сшитую для Капитолия, и униформу Миротворцев. Возможно, жители этого района и правда носили более яркую и лучшую одежду, чем жители других районов, но только если они могли заплатить за неё, что относилось, может быть, к пяти процентам людей, живущих там. Невежество Эллисон приводило в бешенство, и Нил сказал ей об этом, нахмурив брови. - Что ж, мне очень жаль, что я не мог поддерживать надлежащий гардероб, пока лазил в промышленные резервуары, чтобы почистить их, так что тонкое белье, которое вы носите, можно было бы соответствующим образом покрасить. Может быть, ядовитые пары затуманили мой разум относительно того, что модно носить, если я когда-нибудь столкнусь с капитолийским высочеством. Остальные уставились на него в течение секунды, прежде чем Рене издала смешок, который вскоре перешел в полный взрослый смех. Секундой позже к ним присоединился Ники, и даже Ваймак фыркнул что-то похожее на веселье. Рене легонько постучала Эллисон по виску и заговорщически сказала, - Знаешь, возможно, в его словах есть смысл. Ты просто прозвучала как сноб. - Эллисон только перебросила свои длинные светлые волосы через плечо и бросила на Нила отчужденный взгляд. - Не моя проблема, если ребенок такой чувствительный. Однако эта тема была оставлена, и подали следующее блюдо-зеленый салат, бараньи отбивные и картофельное пюре, что удержало их от дальнейших разговоров. Нил наблюдал, как Эндрю разрезает еду на маленькие кусочки размером с укус, прежде чем съесть их. Рене мило улыбалась ему каждый раз, когда их взгляды встречались, и Нил понятия не имел, что с этим делать. Она была странной женщиной. Она могла убить человека голыми руками, и все же она сидела там, разговаривая нежным голосом с Эллисон рядом с ней и Ваймаком перед ней. Нил также не упустил из виду изящный серебряный крестик на её шее. Символ из старых времен, ещё до Панема. Христианство и другие религии уже почти вымерли. В мире, где единственными богами, в которых люди верили, были потребление и изобилие, не было места духовности. Однако Нил знал несколько человек в бедных районах, которые все еще практиковали некоторые из старых священных ритуалов, даже без своих книг. Его мать страстно коллекционировала книги, когда они ещё жили с его отцом. Нил даже видел однажды Библию и Коран в ее библиотеке. Ему не разрешалось прикасаться к ним, потому что им были сотни лет, но зрелище было впечатляющим. Он не мог понять Рене, поэтому решил держаться на расстоянии и избегать дальнейшего зрительного контакта. Когда принесли десерт, Нил был так сыт, что даже не притронулся к шоколадному торту. В любом случае он не слишком любил сладости, поэтому не оплакивал потерю. Однако он не смог устоять перед искушением свежих фруктов и прихватил себе маленькую вазочку клубники. Свежий их вкус заставил его чуть не застонать, но он сдержался, чтобы не показаться странным перед остальными, и только закрыл глаза в молчаливом удовольствии. Когда он снова открыл их, тарелки с его тортом уже не было, а Ваймак за спиной у Нила давал Эндрю подзатыльник. Взгляд в сторону, и Нил увидел, что он ест свой торт, глядя Ваймаку прямо в глаза. Мужчина выругался и ткнул вилкой в сторону Эндрю, прежде чем вернуться к своему десерту. Нил ещё немного понаблюдал за Эндрю, пока тот не насытился и не спросил его невозмутимым голосом, - Что? - Ничего, - ответил Нил, но не отвернулся. - Тогда перестань пялиться и вытри рот, ты выглядишь как глупый малыш. Уголок рта Эндрю тоже был испачкан шоколадом, на что Нил раздраженно указал после того, как провел тыльной стороной ладони по рту, а кожа стала липкой от клубничного сока. Эндрю проигнорировал его, и на этом их званый обед наконец закончился. Все встали и перешли в другое купе, чтобы посмотреть, как в Панеме повторяют Жатву. Ваймаку пришлось подкупить Эндрю бутылкой дорогого виски, иначе тот просто исчез бы в своих покоях, совершенно не интересуясь другими данями. Не в первый раз за вечер Нил заподозрил, что они уже знакомы. Рене и Ваймак жили в Деревне Победителей в Дистрикте-12, а кузены, по-видимому, жили в Торговом квартале. Вполне вероятно, что они познакомились, выполняя поручения, может быть, болтая с Ники в пекарне. Но между кузенами и двумя победителями была какая-то фамильярность, указывающая на более длительные и глубокие отношения. Один за другим они наблюдали за другими Жнецами, называли имена, добровольцы выходили вперед, а чаще - нет. Нил вгляделся в лица ребят, которые должны были составить ему конкуренцию. Некоторые из них выделялись в его сознании. Чудовищный мальчик, который бросился вперед, чтобы стать добровольцем из Округа 2, и его кисло выглядящий окружной партнер, танковая девушка, последовала его примеру. Мальчик и девочка из Дистрикта-10 носили одинаковые каменные маски, чтобы скрыть свой явный страх. И пятнадцатилетняя девочка из Дистрикта-11, которую все приняли за тринадцатилетнюю или даже младше, что было бы невозможно. Она была маленькой, с темно-коричневой кожей и большими карими глазами с отсутствующим взглядом. Наконец, они показали Дистрикт-12 и Эндрю, вызвавшегося добровольцем для своего брата. Комментаторы шутили о том, как иронично было бы, если бы Аарона снова выбрали. Капитолий любил братьев и сестер в Играх, и близнецы были бы в новинку. Тем не менее, они всё ещё находили удовлетворение в Ниле и Эндрю в качестве дани, поскольку они комментировали их недостаток роста и сравнивали их с данью из 2 района. - Миньярд мог бы помочь Джостену, и они вместе добрались бы до шеи Леверетта, - рассмеялся один из комментаторов, и Нил представил себе, как обхватывает руками горло этого человека, чтобы заставить его замолчать. Программа закончилась после того, как заиграл гимн, и Ваймак встал. - Теперь ты видел других трибутов. Забудь о них. Они становятся важными только в ту секунду, когда вы выходите на арену, и даже тогда они имеют второстепенное значение. - Он бросил на Нила и Эндрю строгий взгляд, на который оба ответили одинаково пустыми глазами. Ваймак вздохнул и ущипнул себя за переносицу. - Ты знаешь, что самое важное для победы в играх? - Убить как можно больше? - Предложил Ники после секундного молчания и только небрежно пожал плечами в ответ на взгляд Аарона. - Это может быть полезно, но нет. - Скрестив руки на груди, Ваймак ещё мгновение ждал ответа, прежде чем сдаться. - Спонсоры. Подарки от спонсоров. Большинство из вас умрет от естественных или нелеченых травм. Сделайте себя привлекательными. Представьте себя людьми, которых богатые спонсоры хотят спасти, понимаете? После минутного молчания Аарон громко фыркнул, прежде чем успел что-то придумать. За это Ники ударил его кулаком в плечо, но Ваймак тоже недоверчиво посмотрел на него. - Ты ведь знаешь, что говоришь об Эндрю , верно? И Нил ‘Капитолий эксплуатирует дом моего детства, Район 8’ Джостен? Единственное, что в них привлекательно, - это лицо Нила и небольшой процент генов, которые Эндрю разделяет со мной. Нил неохотно согласился с Никки. Упрямство Эндрю по отношению к Эллисон во время Жатвы было лишь одним из примеров. Нил находил Эндрю абсолютно непривлекательным и, как спонсор, с удовольствием наблюдал бы за его смертью. То же самое, к сожалению, было и с ним. Он был груб и часто слишком резок для большинства людей, они называли его невежливым и болтливым. Мать не раз била его за такое поведение. Как бы он ни старался играть свою роль, гнев отца тек по его венам, как вязкий яд. Ваймак со вздохом закрыл глаза. - Не могу поверить, что у меня есть два трибута, которые, вероятно, смогут удержаться на арене, но умрут от зараженного пореза бумаги, потому что никто не хочет спонсировать гребаный пластырь или мазь. Истинный смысл слов Ваймака пролетел прямо над головой Нила, поскольку он был слишком ошеломлён верой этого человека в то, что он может сражаться на арене и даже выжить. Однако громкий хлопок вернул его на землю, когда Эллисон начала маршировать взад и вперед перед ним и Эндрю, как армейский офицер. - Тогда мы работаем с тем, что имеем. - Она остановилась перед Эндрю, который уставился на черный экран телевизора, как будто там было еще что посмотреть. Эллисон, уже привыкшая к этому, повернулась к Рене. - Мы воспользуемся добровольчеством для его брата. Сделай из этого жалкую слезливую историю, и они будут есть из его рук, они любят плакать о трагедиях, пока им не придется слишком долго думать об этом. Рене выглядела немного нерешительной и повернулась к Эндрю, который ответил ей взглядом, но ничего не сказал. Рене только улыбнулась и кивнула. - Хорошо, я что-нибудь придумаю с Эндрю. Эллисон на мгновение растерялась, показывая, что чувствует Нил. Так что между ними явно существовала какая-то история. Достаточно, чтобы Эндрю, по крайней мере, признал её. Эллисон, однако, оставила это, приподняв бровь, и повернулась к Нилу. Она оглядела его с головы до ног, прежде чем схватить за подбородок. Прикосновение заставило Нила вздрогнуть, и он с угрожающим видом отмахнулся от ее руки. Её, казалось, не смутило его проявление агрессии, и она только задумчиво кивнула, рассматривая его, как предмет мебели, в отношении которого она была в нерешительности. - После того как стилисты закончат с ним, они полюбят его. Грубых идиотов можно ненавидеть, но грубых идиотов, которые бывают красивыми любят . Только посмотрите на Дэя, он самый большой идиот, которого я когда-либо встречал, но его лицо открывает все двери. Они захотят съесть Нила, когда мы с ним покончим. Нилу потребовалось мгновение, чтобы осознать это имя. Дэй. Кевин Дэй. Там будет Кевин Дэй. Кевин Дэй, который выиграл игры два года назад и теперь, скорее всего, был там наставником дани своего округа. Кевин Дэй, который знал Нила. Кевин Дэй, который вместе с Нилом и Рико Мориямой наблюдал, как его отец разрезал живого человека на части, конечность за конечностью. Нила чуть не стошнило. Он резко встал, глаза его были не сфокусированы, во рту пересохло, как будто он только что проглотил песок. - Думаю, меня сейчас стошнит, - сказал он, даже не потрудившись солгать для разнообразия. Он проигнорировал тревожный взгляд Ники и предложение Рене помочь ему и просто вышел из комнаты. Если Кевин узнает его, все будет кончено. Он обязательно расскажет Рико, а Рико расскажет дяде, и тогда ... Нил остановился посреди тускло освещенного коридора. Рико тоже будет там. Когда Рико и Кевин вместе, не было ни единого шанса, что они не поймут, кто он такой. Он попытался вспомнить, как выглядел в десять лет и возможно ли, чтобы они не увидели в нем того мальчишку из прошлого. Узнал бы он Рико или Кевина, если бы не видел их в детстве по телевизору, сопровождаемых камерой с тех пор, как они научились ходить? Он не был уверен, но черные 1 и 2 на их лицах, вероятно, были бы большим показателем. Внезапно он почувствовал, как что-то шевельнулось позади него, и Нил резко обернулся, промахнувшись мимо направленного на него клинка на волосок. - Осторожнее, Нил. - Он услышал знакомый голос, и паника и страх, заставившие сердце Нила учащенно забиться, превратились в гнев. - Ты что, с ума сошел?! - Он зарычал на Эндрю, который стоял перед ним, вертя нож вокруг пальца, как игрушку. - Смотря кого спрашивать, - сказал он, и внезапно нож исчез из поля зрения Нила. С нарастающей паникой он попытался найти его на форме Эндрю, но она просто исчезла. неосознанно Нил отступил, чтобы убраться подальше от Эндрю. Он так ненавидел ножи; они не только напоминали ему об отце, но и заставляли чувствовать каждый порез на коже. Они напоминали ему о Лоле и об уроках с женщиной, которая с удовольствием заканчивала их небольшой дракой, чтобы проверить его успехи. - Ты это ищешь? - Эндрю снова вытащил нож, и на этот раз Нил увидел, как он вытащил его из-под рукава. Нил вспомнил повязки, которые Эндрю носил на Жатве, и все вдруг обрело смысл. - У тебя действительно есть ножны, встроенные в них, или ты делаешь всем одолжение, медленно пытаясь покончить с собой? - Твоя маленькая проблема с поведением приведет к тому, что тебя убьют ещё до того, как ты ступишь на арену, - медленно произнес Эндрю и снова позволил ножу исчезнуть. Нил только пожал плечами; не то чтобы он не проводил каждую минуту в последние несколько часов с этой мыслью, за исключением того, что само его существование убьет его раньше, чем кто-либо другой, включая Эндрю. - Это лишает тебя работы, не так ли? Эндрю только что-то промычал в ответ, прежде чем сделать шаг ближе, подталкивая Нила к закрытой двери, ведущей в следующий вагон. - У тебя концы с концами не сходятся, кролик. - Я не математическая задача. - Но я все равно тебя раскрою. Нил отвернулся, не сказав больше ни слова, и подождал, пока Эндрю сделает шаг назад, чтобы открыть дверь следующего вагона. Он прошел через него, не оглядываясь, но слова Эндрю заставили его остановиться. - Ты-загадка. Нил оглянулся через плечо. - Спасибо. - Нет, спасибо, - сказал Эндрю, скрестив руки на груди, лицо его было таким же бесстрастным, как и всегда, если не считать лёгкого подергивания уголков губ. - Мне нужна новая игрушка. - Пошел ты, - прямо сказал ему Нил и продолжил свой путь, только услышав - Ох, Нил - Сказал Эндрю прежде чем дверь снова закрылась, и он остался один, или настолько один, насколько можно быть в поезде Капитолия с капитолийскими слугами, прячущимися за каждым углом. Нил вернулся в свою комнату и с тихим вздохом привалился к двери, которую запер за собой. Это был долгий день, и он каким-то образом должен был встать на следующее утро и продолжать жить. Так что на самом деле ничего не изменилось, кроме того, что его шанс умереть вырос с удобных пятидесяти процентов до чего-то между девяноста и ста. Вероятно, в ящиках лежало сколько угодно пижам, но Нил просто снял рубашку и брюки и забрался в постель в нижнем белье. Простыни были сделаны из мягкой шелковистой ткани. Толстое пушистое одеяло сразу же согрело ее. Какое-то время Нил не мог заснуть, как бы ни устал его разум, тело ныло от бега. Ему хотелось бежать, желательно как можно дальше от всего. Он подумал об Эндрю и его назойливых вопросах. Нилу хотелось просто оставить его в покое, пометить как скучного, как, по-видимому, находил все остальное. Что он сделал такого, что вызвало недоверие другого? Эти мысли не давали ему уснуть, прежде чем поезд наконец погрузил его в сон, и ему приснилось, как отец гонится за ним по улицам Дистрикта-12. Когда Нил проснулся, сквозь занавеску просачивался серый свет. Он встал и умылся в ванной, прежде чем регулярно проверять волосы и глаза. Он моргнул: галлюцинации или в карих глазах действительно голубые крапинки? Он покачал головой, и синева исчезла. Может быть, он уже сходит с ума. Он вернулся в комнату и надел вчерашнюю одежду, так как она была не очень грязной, просто скомканной после ночи на полу. Выглянув в окно, Нил обнаружил, что они уже недалеко от Капитолия. Узел в животе сжался, и он почувствовал холод во всем теле, только голова раскалывалась и раскалялась. Он быстро расчесал пальцами свои черные кудри и решил оставить все как есть и направиться в вагон-ресторан. Несмотря на то, что он чувствовал себя так, словно проглотил камни, он не отказался бы от бесплатной еды, а тем более от свежей. Когда Нил вошел, Эллисон прошла мимо него с чашкой черного кофе, одетая с головы до ног. Ее платье состояло из сотен синих, зеленых и желтых перьев, а в волосах были пряди тех же цветов. Она уже была высокой женщиной без туфель, но в них могла спокойно смотреть Ваймаку в глаза. Нил огляделся и заметил отсутствие Ники, все остальные уже сидели и в разных состояниях завтракали. Рене помахала ему рукой и указала на соседнее сиденье. Другой выбор состоял в том, чтобы снова занять место между Ваймаком и Эндрю или рядом с Аароном. Рене казалась ему самым безопасным вариантом, поэтому он принял ее предложение, на которое она ответила милой улыбкой. Как только он сел, ему подали огромное блюдо с едой. Яйца, ветчина, груды жареной картошки. Супница с фруктами стояла во льду, чтобы она не остыла. - Ты чувствуешь себя лучше? - Тихо спросила Рене, когда он пошел за фруктами и кофе. Когда он лишь непонимающе посмотрел на нее, она уточнила, - Ты чувствовал себя плохо вчера вечером? - Ах да. - Я в порядке, - сказал он и начал чистить апельсин, чтобы не смотреть на нее. Через некоторое время к ним присоединился Ники, его новый наряд был еще более выдающимся, а волосы уложены вполне профессионально. - Я думаю, что смогу жить так вечно. Эллисон фыркнула на это и посмотрела на Ники отчужденным взглядом, - Я знаю несколько магазинов, в которых ты бы точно сошел с ума. - Ники откусил еще теплую булочку и ответил с набитым ртом, - Знаешь, мне хочется ударить тебя за такое тщеславие, но я действительно могу принять твое предложение. Все это было похоже на отпуск для Ники, а для Эллисон-только бизнес. Каждый из них вернется домой после этой заварушки, может быть, даже как друзья, в то время как Нил будет либо кремирован как павшая дань уважения, либо разрублен на мелкие кусочки отцом, чтобы Лола избавилась от него. Как будто Рене прочитала его мысли, она пропищала, - Возможно, ты захочешь сделать это после Игр. Прямо сейчас мы должны поддержать Нила и Эндрю, верно? - Ее улыбка была нежной, но каждое слово попадало в цель, и Ники выглядела действительно виноватой, в то время как Эллисон только сжала губы. Было легко забыть причину их пребывания здесь, никто не любил напоминаний о смерти, когда роскошь и деликатесы были всего в одном заказе. Ваймак, который все это время не обращал на них никакого внимания, заговорил, - Через несколько минут мы подъедем к станции. Вы, - он многозначительно посмотрел на Нила и Эндрю, - попадете в руки ваших стилистов. Тебе не понравится то, что они с тобой сделают. Но что бы это ни было, не сопротивляйся. Это звучало не очень хорошо. Нил закрыл глаза, чтобы не смотреть ни на Рене, ни на Ваймака, потому что знал, что неизбежно создаст им проблемы. С другой стороны, он создавал проблемы всю свою жизнь, так какое ему дело? Он видел, как Ваймак встал и жестом пригласил Рене следовать за ним. Они вышли из машины, и в ту же секунду, как за ними закрылась дверь, все погрузилось в темноту. Внутри все еще горело несколько огней, но снаружи казалось, что снова наступила ночь. Нил понял, что они, должно быть, в туннеле, который вел через горы в Капитолий. Горы образовывали естественный барьер между Капитолием и восточными районами. Попасть туда с востока было почти невозможно, разве что через туннели. Это географическое преимущество было главным фактором проигрыша округов в войне, которая привела к тому, что Нил сегодня стал данью уважения. С тех пор как мятежникам пришлось карабкаться по горам, они стали легкой мишенью для военно-воздушных сил Капитолия. Поезд наконец начал замедлять ход, и вдруг купе залил яркий свет. Аарон и Ники ничего не могли с собой поделать и подбежали к окну, чтобы увидеть то, что они видели только по телевизору, - Капитолий, правящий город Панем. Нил не мог заставить себя поднять глаза, вместо этого он сосредоточился на сухой коже своих рук. Он слишком хорошо помнил сверкающие здания радужных оттенков, возвышающиеся в воздухе, блестящие машины, катящиеся по широким мощеным улицам, и странно одетых людей с причудливыми волосами и раскрашенными лицами. - Совсем не любопытно? - Что случилось? - внезапно спросил Эндрю, и Нил понял, что тот не двинулся с места, чтобы выглянуть в окно, как его брат и кузен. Они вдвоем остались за столом, повернувшись друг к другу за завтраком. - Нет, - ответил Нил, наблюдая, как Эндрю рассеянно поглаживает свои черные повязки, теперь видневшиеся на обнаженных руках. - А как насчет тебя? Эндрю оглянулся на него, и что-то темное промелькнуло на его лице, заставив Нила невольно вздрогнуть. - Нет. Я знаю его достаточно хорошо. Прежде чем Нил успел продолжить , Эндрю уже бывал в Капитолии? – Ваймак вернулся и велел им быть наготове. Эндрю и Нилу пришлось первым выйти из поезда, чтобы камеры запечатлели их прибытие, и впервые с тех пор, как они покинули Дистрикт-12, Нил был рад, что рядом с ним беззаботная апатия Эндрю. В Центре Ремейка Эндрю и Нил расстались. Рене пошла с Эндрю в одну сторону, а Ваймак с Нилом-в другую, на встречу со стилистами. Ваймак провел его в комнату, больше похожую на смотровую, со стерильно-белыми стенами и металлическими инструментами, для чего они нужны, Через несколько минут в комнату вошел гротескно выглядящий мужчина, его волосы были возмутительно желтыми, что делало его бледную кожу больной, а его лицо выглядело приподнятым так, что Нил задался вопросом, может ли он даже нахмуриться. Очевидно, он не мог, потому что единственным движением на его лице было движение вверх и вниз его таких же желтых бровей, когда он осматривал Нила. - Раздевайся, я здесь, чтобы привести тебя в порядок, чтобы Роланд мог попытаться снова превратить тебя во что-то человеческое. Этого следовало ожидать, и Нил уже принял решение раньше, если это произойдет. На этом для Нила все было улажено. Он не выставлял напоказ свои шрамы, чтобы люди таращились на него, задавая вопросы. Когда разнесется весть, что дань Дистрикта-12 сильно пострадала, его отец приедет быстрее, чем желтый человек успеет вытереть его из шланга, чтобы привести в презентабельный вид для Роланда . За этим последовал визжащий желтый человек, который вскоре покраснел, а затем приобрел опасный оттенок фиолетового, угрожая Нилу, что он приведет миротворцев, которые сорвут с Нила одежду, или Нил будет немедленно казнен. При этих словах Нил рассмеялся ему в лицо, это было что-то освобождающее от того, что худшее из возможного уже произошло, так что они больше не могли его шантажировать. В конце концов желтый человек умчался, но Нила оставили в покое всего на несколько секунд, прежде чем дверь снова распахнулась, и на этот раз разъяренным Ваймаком. Это определенно стерло улыбку с лица Нила. Мужчина направился к нему, прорычав, - Ты глупый маленький засранец. Отступление от разъяренного пожилого мужчины было настолько инстинктивным, что Нил не заметил, как вздрогнул, когда Ваймак замер. Лицо Ваймака стало почти угрожающе пустым, и Нил опустил глаза. Он все еще старался не отводить взгляда от мужчины. Ему нужно было увидеть, когда Ваймак снова начнет двигаться. Между ними повисло напряженное молчание, и через несколько мгновений Нейл понял, что Ваймак не заговорит, пока он не заговорит. - Извини, но я ни перед кем не буду раздеваться. Ваймак по-прежнему молчал. Он тоже не подошел ближе. Через некоторое время он указал на землю перед собой. - Иди сюда. Нил сделал, как ему было сказано, но остановился почти вне досягаемости Ваймака. - Посмотри на меня, - сказал Ваймак, и Нил поднял взгляд на него. Выражение лица Ваймака всё ещё было слишком пустым, чтобы Нил мог чувствовать себя в безопасности, но он знал, что лучше не отводить взгляд снова. - Я хочу, чтобы ты кое-что понял, - начал Ваймак. - Я шумный, ворчливый старик. Мне нравится кричать и швырять вещи. Но я не бросаю удары, если только какой-нибудь идиот не начнет гадить со мной. Я никогда, никогда не бил кого-то без провокации, и уж точно не начну с тебя. Ты меня слышишь? не мог даже представить. Нил не поверил ему, но сказал, - Да. Ваймак ещё немного посмотрел на него, потом вздохнул и ущипнул себя за переносицу. - По крайней мере, ты никому не причинил вреда. Не могу сказать то же самое о твоей худшей половине коридора. Он говорил об Эндрю. - Чуть не сломал парню запястье, черт возьми, люди здесь только делают свою работу, неужели с тобой все время так сложно? Это был риторический вопрос, но Нил все равно не мог на него не ответить. “Я старался быть милым.” Он не был, но что теперь значила ещё одна ложь? - Я тебе не верю, гребаная креветка. Просто позволь мне пережить этот первый гребаный день без того, чтобы кто-то усложнял мне жизнь. Нил избавил его от очередной остроумной реплики, когда в комнату вошел потрясающе нормальный на вид молодой человек. Его короткие волосы, казалось, были естественного коричневого оттенка, и он был одет в простую черную рубашку и брюки. Единственной уступкой самоизменению, по-видимому, была металлическая золотая подводка для глаз, нанесенная легкой рукой и слегка мерцавшая на темной коже мужчины. Он перевел взгляд с Ваймака на Нила и расплылся в легкой улыбке. - Я Роланд, стилист. - Ваймак пожал Роланду руку и направился к двери. - Веди себя прилично, - предупредил он Нила и закрыл за собой дверь. - Итак, Нил, кажется, возникла проблема? - Спросил Роланд тихим приятным голосом. Нил настороженно посмотрел на него, но тем не менее ответил: Роланд прижал палец с кольцом к губам, принимая Нила. - Интересная пара для Дистрикта-12 в этом году. Вот. - Он присел на корточки перед металлическим шкафом и достал оттуда несколько предметов. Он передал их Нилу и, наконец, тонкий халат, который перекинул через плечо Нила. - Я хочу, чтобы ты вымыл этим волосы. Он указал на ярко-зеленый пластиковый тюбик, а затем продолжил еще несколько инструкций о том, как Нил умывался и где наносить лосьон. Это заняло у Нила некоторое время; он никогда раньше не использовал так много продуктов на своем теле. Ему пришлось несколько раз мыть голову шампунем, каждый раз с другим шампунем или кондиционером. На нем был простой хлопчатобумажный халат, и больше ничего, когда он вернулся к Роланду, который удовлетворенно кивнул ему. - Подними руки, - сказал он Нилу и с задумчивым видом начал кружить вокруг него. Наконец он остановился перед Нилом. - Мне нужно прикоснуться к тебе как к стилисту. Ты можешь переодеться за занавеской и надеть рубашку и нижнее белье, но твой костюм для церемонии открытия мне нужно подогнать под твое тело. Это нормально? Это было больше, чем на самом деле надеялся Нил. Он кивнул и ответил - Да, - всё ещё озадаченный человеком перед ним. В конце концов любопытство снова взяло верх, и он спросил, - Ты новенький, не так ли? - Роланд совсем не походил на стилистов, которых Нил знал по телевизору, или вообще на кого-то из Капитолия. - Да, это мой первый год в Играх, - сказал Роланд. - Значит, они дали тебе Дистрикт-12, - заключил Нил. Новички обычно оказывались в наименее желательном районе. На губах Роланда промелькнула едва заметная улыбка. - Я попросил о ” Дистрикт-12", - сказал он без дальнейших объяснений. - А теперь следуйте за мной, давайте немного поболтаем. Нил последовал за ним через дверь в гостиную. Две красные кушетки стояли друг против друга над низким столиком. Три стены были пустыми, четвертая была полностью стеклянной, открывая окно в город. При свете фонаря Нил увидел, что сейчас, должно быть, около полудня, хотя солнечное небо затянуло тучами. Роланд пригласил его сесть на один из диванов и занял свое место напротив Нила. - Итак, Нил, о твоем костюме для церемонии открытия. Я уже поговорил с твоим коллегой данью, Эндрю. Он не согласился со своим стилистом, так что я буду отвечать за вас обоих. - Он слегка улыбнулся, и Нил подумал, как бы выглядело несогласие Эндрю, если бы Ваймак говорил о сломанных запястьях. И почему Роланд, казалось, больше нравился Эндрю. - Сейчас я думаю одеть вас в дополнительные костюмы, - продолжал Роланд. - Как вы знаете, принято отражать колорит района. На церемониях открытия трибуны должны были быть одеты во что-то, что наводило на мысль о главной промышленности района. Район 11, сельское хозяйство, Район 4, рыболовство, Район 8, текстиль, а для Района 12 это означало что-то вроде костюма шахтера. Нила не очень интересовали детали, если только для этого не нужно было раздеваться догола. Он знал один год, когда дани Дистрикта-12 были совершенно голыми и покрытыми черным порошком, представляющим угольную пыль. - Значит, наряд шахтера? - Спросил Нил, надеясь, что все это скоро закончится. Не отвечая, Роланд встал, обошел стол и сел рядом с Нилом. Это было слишком близко, на вкус Нила, но он ничего не сказал, он был достаточно трудным на сегодня. - Можно? - спросил Роланд и после кивка Нила провел рукой по его густым волосам. Затем он провел руками по лицу Нила и слегка коснулся чувствительной кожи под его глазами. - Они крашеные, - заметил он. - Есть ли какая-то особая причина? Сердце Нила бешено забилось в груди, и он несколько раз сухо сглотнул. - Мне не нравится их цвет. - Слабое оправдание, и Роланд подумал то же самое, если судить по скептическому поднятию его брови. - У тебя глаза удивительного голубого оттенка. Давайте воспользуемся ими. Нил тут же покачал головой, - Нет. - Затем он замер и спросил грубым голосом, - Как ты узнал? Роланд только улыбнулся ему, но потом объяснил, - Это моя работа-знать такие вещи. - Из всех людей в Панеме Нил считал, что стилист-последний, кто вытянет из него какие-то секреты. И все же он сел здесь с Роландом, который вытащил из него , даже не попытавшись. - Ладно, Нил. Мы сохраняем черные волосы, хотя я уверен, что ваш естественный цвет идеально подойдет к теме этого костюма. Но позволь мне помочь тебе с твоими глазами. Спонсоры должны увидеть вашу апелляцию. Эллисон сказала мне, что твое лицо станет твоим оружием. Сделай его замечательным. Замечательно. Привлекательно. Все то, чего Нил избегал всю свою жизнь до сих пор. Его шансы выжить зависели от того, насколько он сможет смешаться с толпой. Он также был совершенно уверен, что мать считала его глаза невыносимыми, потому что они были такими же, как у отца. - Ты ведь хочешь выиграть Игры, верно? Роланд внимательно посмотрел на него, и Нил на мгновение закрыл глаза. Маловероятно, что его глаза в конце концов спасут его от отца. Он узнает Нила, какого бы цвета они ни были. Но если есть хоть малейший шанс, что эти ненавистные глаза помогут ему выиграть Игры, он может попробовать. - Да, - сказал Нил, не сводя глаз с Роланда, - я хочу победить.