Ты для меня ничего не значишь

Лена почти заканчивает работу, чувствуя себя автоматизированным китайским болванчиком – и никем иным. Будто её запрограммировали на нескончаемую рутинную работу, отключив все другие функции. И хватается она за эту работу всякий раз так отчаянно, будто спасение мира ей доверили, а не обыденную биохимическую экспертизу смывов с рук и одежды очередного подозреваемого. Отчасти так проще. Потому что не остаётся ни времени, ни сил думать о чём-то, что совсем недавно бессонной ночью терзало, мешая выдохнуть. НИИ? Какой, к чёрту, НИИ? У неё тут следы яда нейропаралитического действия на рукаве рубашки, изъятой у подозреваемого. А похожим ядом, между прочим, отравили его начальника! Поговорить с Валей? О чём? О своей ерунде? Валя только-только заканчивает полный биохимический анализ крови того самого отравленного начальника – и ещё непонятно, этот ли яд всплывёт в результатах. Так что нечего глупостями страдать, Елена Олеговна. Работать, работать и работать. Тем более, условия для этого самого процесса у неё сегодня самые что ни на есть шикарные. Рядом никаких посторонних Кощеев – за соседним столом, погрузившись в информационно-справочную базу, копает новые подробности о подозреваемом Оксана Амелина. У Игоря тоже выходной – а в буфете с чувством выполненного долга восполняют потраченные на выезде калории Юля Соколова и Константин Котов. Котова Лена, честно говоря, побаивается – слишком уж громкоголос, грубоват и внезапен. Поэтому, когда где-то через полчаса в лабораторию вместо него заглядывает Юля с хитрой усмешкой, девушка с облегчением выдыхает. -Тук-тук, кто в теремочке окопался? – голос капитана Соколовой заставляет обеих тружениц в белых халатах оторваться от объектов своих исследований, - Ну что, есть чем прижать нашего потенциального отравителя? -Возможно, - Оксана, явно не слишком благодушно сегодня настроенная, показывает капитану результаты часовых поисков и скриншоты переписок задержанного, - Смотри, то, что он жаловался всем и каждому на шефа, который, цитируя, «самодур, задолбал премии лишать, а я сверхурочно на него паши» – что называется, налицо. Из последней переписки с женой – «вот доведёт он меня, ей-богу, до греха!». -И, получается, довёл, - Юля на секунду задумывается и затем оборачивается к Лене, - Ну а у тебя, гений химии, есть что-нибудь утешительное? -Пока тоже не совсем ясно, - отчитывается Шустова, - На одежде, изъятой у этого вашего товарища, действительно есть следы нейропаралитического яда. Но то ли это соединение, которое найдено в крови погибшего, я смогу сказать не раньше, чем Валя свой анализ закончит и по продуктам распада выявит, какой именно гадостью он отравлен. -Ясно, - с досадой вздыхает оперативница, поняв, что версия может и ошибочной оказаться, и в тупик завести, - Ладно, девчат, пора нам всем по домам. Пойду к нашему голодающему Поволжья загляну. Надеюсь, после него у нас в запасах хоть что-то осталось... -Ты уж за ним присмотри, - недовольно бурчит Амелина, - чтобы он из буфета в допросную не переместился и произвол устраивать не начал. -Ну куда уж без присмотра-то? – язвительно вворачивает Юля и, кивнув на прощание, отправляется восвояси. -Ты что на неё бочку катишь-то? – в недоумении смотрит на напарницу Елена, - Что тебе Юля-то сделала? -Не она, а Котов, - Оксана продолжает источать негативные эмоции, так что Шустова понимает, что лучше дать ей выговориться, и внимательно слушает, - Приструнит его Юлька – он хоть головой начнёт думать, прежде чем к девушкам приставать. -Котов к тебе приставал? – погружённая в работу и личные проблемы Лена, видимо, от внешнего мира отгородилась напрочь и за последними событиями извне следить не успевает, - Так пожаловалась бы кому-нибудь из наших, объяснили бы ему, как и что. -Да не ко мне. Вернее, ко мне, но… В общем, он на Ольгу нашу с первого взгляда запал, как она появилась. А ей, похоже, даром не надо это всё. Ну он мне на днях всю плешь и проел на предмет «как подкатить к нашей новенькой?». А я ему что, брачный агент? -А у Ольги тоже никого нет, чтобы лишнее внимание быстрее отвадить? -У неё своих забот хватает, - Амелина явно знает больше, чем говорит, но не спешит выдавать старлея, с которой у них вроде как дружба завязывается, - Но почему в этой чёртовой любви всегда всё так по-дурацки? – всё-таки вздыхает, не то приятельнице сочувствуя, не то о чём-то своём вспомнив. «Вот уж точно,» - соглашается Лена про себя, подумав ни к селу ни к городу о Сергее, который наверняка в это самое время как раз разгребает последствия неудачного выбора спутницы жизни в суде. И Игорь ещё к нему поехал группой поддержки… Вот зачем, спрашивается? Почему их семья, живя своей спокойной тихой жизнью, так или иначе оказывается втянута в перипетии Белозёровых? То Игорь Сергея после очередного похмелья вытаскивает, то психоаналитиком подрабатывает, теперь вот даже на слушание дела о разводе поехал… Не то чтобы Шустову возмущала дружеская помощь, на которую не скупится её муж – напротив, она как никто знает, что иначе он не может. Не пройдёт мимо, когда товарищ в беде – это дорогого стоит. Но какого, спрашивается, чёрта этим товарищем всегда оказывается Белозёров? И как быть ей, Лене, если при таких обстоятельствах выбросить его из головы ну решительно невозможно? В ФЭС становится невыносимо. И сейчас, когда успела подойти к концу очередная смена, она ощущает это как никогда более остро. -О чём призадумалась? – легонько толкает напарницу в бок Оксана, - Не время хандрить! Сейчас Игорь за тобой приедет, в ваше семейное гнёздышко увезёт – и прощай грусть. Лена улыбается – и ловит себя на мысли, что улыбается через силу. Она второй год всеми силами старается полюбить Игоря так, как он сам любит её. Так, как он этого заслуживает. А выходит – по классике – не пойми что и сбоку бантик. Может быть, с ней и правда что-то не так? К такому искреннему, прекрасному, родному человеку рядом она может испытывать родственные тёплые чувства, но не более того. Зато не переставая думает о совершенно чужом, женатом (и даже его развод ничего не изменит) и абсолютно к ней равнодушном Кощее из техотдела. Может быть, она до сих пор не повзрослела, раз предпочитает, ненавидя саму себя, грезить о несбыточном? Или она в принципе не способна на настоящее чувство, а лишь на оторванные от реальности фантазии? Можно отрицать очевидное сколько угодно. Но даже сейчас, чёрт возьми, она переживает, как сегодня развернулись события в зале суда и как Сергей выдержит всё то, что рискует на него свалиться. «Уж выдержит, не маленький!» - язвительная совесть своим привычкам не изменяет, - «О своём бы муже законном так беспокоилась, дурища стоеросовая!». И – стоит девушке додумать эту мысль, на пороге лаборатории появляется запыхавшийся Игорь. Торопливо кивает Оксане, приобнимает жену и, выдохнув, обращается к обеим: -Привет, девчата. Ну что, помощь нужна? Ленок, извини, задержался, - вновь переводит виноватый взгляд на жену. Та не злится и не обижена, но совершенно точно устала и столь же точно недовольна его сегодняшней поездкой с Серым в суд. -Да мы уже закончили, - Лене по непонятной причине становится неловко, она явно хочет с ним поговорить, но не будешь же беседовать о действительно важном и личном в присутствии копающейся в собственной сумке Амелиной. -Воркуйте-воркуйте, - впрочем, проницательная блондинка и сама догадывается, что она тут самую чуточку лишняя, и тактично спешит удалиться, подметив, - тем более, что мы действительно всё закончили. -Ленок, прости меня, пожалуйста, - капитан садится на освободившееся место Оксаны и придвигается к жене поближе, - Ты просто не видела лицо Серого, когда он из зала суда вышел. Он чуть в обморок не рухнул, мы с адвокатами его буквально в чувство приводили. В сердце Лены что-то остро и болезненно колет. Вот ведь… подкинула судьба подлянку, в самом-то деле! -Он в порядке? – спрашивает, всеми силами скрывая просто катастрофически неуместное сейчас волнение. -Должен быть в полном. Я его Свете и передал, можно сказать, лично в руки, а потом сразу к тебе. Думал – помогу, а вот, бесполезным оказался, - вздыхает огорчённо, на что девушка возражает тихонько: -Ты не бесполезный. Ты самый лучший, - говорит абсолютно искренне и столь же искренне себя ненавидит за творящийся в её душе беспредел, - Только скоро Белозёровы тебя чаще видеть начнут, чем мы с Пашей. А мне Сергея на работе достаточно. -Виноват, обещаю исправиться, - мужчина в буквальном смысле слова кладёт руку на сердце и одними глазами смеётся, поняв, что его Ленка всерьёз не злится, а просто устала и нуждается в заботе, - Поехали домой, - подаёт ей руку, помогая встать, - Пашка заждался. -Поехали. Лена чувствует себя потерянной, как никогда. В ней самым диковинным, странным и сумасшедшим образом переплелись тёплая, почти родственная нежность к мужу, так никуда и не девшееся помешательство на Сергее Белозёрове, чувство вины перед всеми близкими скопом, ненависть к самой себе и просто невыносимая усталость от всей этой ситуации. Так больше нельзя, нужно что-то решать. И, скорее всего, рвать когти и действительно бежать прочь из ФЭС. А может быть, и от Игоря – пока не успела ему окончательно жизнь сломать…