Оседая звёздной пылью на обсидиане

      Эфир осторожно принюхивается, глядя на то, как на соседней лавочке болтают Синцю и Чунъюнь. Плечо мягко поглаживает Чжунли, ожидая, пока Эфир скажет ответ, но это не так-то и просто. Приходится прилагать усилия, чтобы в яркой палитре запахов Лиюэ точно определить нужные.       – У Синцю… базовая нота – мята, а фоновая – тимьян, – не особо уверенно говорит Эфир, продолжая смотреть за чужим диалогом.       – Правильно, – тихо рокочет Чжунли на ухо.       Обычно у Эфира нет проблем с тем, чтобы определять запахи вторичных полов. Из мира в мир он радовался своему чуткому нюху, однако в Тейвате он всё-таки столкнулся с неожиданными нюансами. Это один из тех немногих миров, где люди со вторичным полом имеют сложный трёхсоставной запах, а не односоставной, как в мире Эфира, а также в большинстве миров со вторичными полами в принципе.       Благо, с определением природы проблем нет: Эфир прекрасно чует, что Чжунли и Чунъюнь – альфы, а Синцю – бета. Но вот обилие запахов поначалу очень сильно сбивало с толку. Эфир никак не может привыкнуть, что люди могут пахнуть по-разному. К счастью, Чжунли решил помочь в этом вопросе. Теперь Эфир на прогулках по Лиюэ старается понять составные части запахов, а Чжунли отвечает, правильно ли он определил.       Стоит отметить, что задача это далеко не из лёгких. Мало того, что нужно в принципе понять, какая часть запаха – базовая, сопровождающая человека всегда, а какая – фоновая, показывающая эмоции и использующаяся для заигрываний, так ещё и нужно это вычленить среди обилия запахов Лиюэ.       В нынешней ситуации на руку хотя бы то, что Синцю и Чунъюнь недалеко и что они довольно оживлённо и эмоционально обсуждают недавно прочитанную книгу.       – А у Чунъюня базовая – морская соль, фоновая похожа на яблоки, – тянет Эфир, но осекается, когда от Чжунли сразу не следует ответа. Эфир оборачивается и заглядывает в лицо: брови чуть вскинуты, на губах лёгкая улыбка. Явно в чём-то ошибка, и Чжунли даёт ещё немного времени подумать над ответом.       Эфир снова оборачивается, снова принюхивается. Ну как может альфа с чутким – действительно чутким! – нюхом не отличить одну ноту запаха от другой? Позорище. Да, можно, конечно, сделать скидку на то, что Эфир – альфа-иномирец, совсем-совсем не привыкший чуять разные составляющие запахов, но ведь просто базовую ноту от эмоциональной-то надо отличить!       – Я не знаю, – стонет Эфир и просяще смотрит на Чжунли. Тот мягко улыбается и поправляет:       – Наоборот.       Кажется, Эфир может поклясться, что увидел мозг, когда закатил глаза. Ну почему, почему это так сложно?       – С Чунъюнем может быть сложно, потому что он постоянно нервничает из-за своих сил и энергии янь. Поэтому, возможно, ты не понимаешь, какой из запахов преобладает, – поясняет Чжунли, отвечая на неозвученный вопрос. – Но зато ты в этот раз справился намного быстрее. А ведь мы сидим прямо напротив «Народного выбора», это было достойное испытание для твоего нюха.       Эфир вздыхает и утыкается виском в плечо Чжунли. После таких слов действительно кажется, что проделанная работа не такая уж и позорная. Из Чжунли действительно хороший учитель, с этим спорить крайне сложно.       – Я научусь, – ворчит Эфир, провожая взглядом Синцю и Чунъюня, которые окончили полемику и пошли в «Народный выбор» за едой.       – Я в тебе не сомневаюсь, – рокочет Чжунли в макушку и тепло выдыхает. – Ещё попытку? В этот раз в каком-нибудь не таком сложном месте.       – Давай, – кивает Эфир и поднимается со скамьи. Чжунли встаёт следом, улыбается, кивая головой куда-то вглубь города. Да, там уж всяко проще, чем среди ресторанов или на пирсах, где рыбный запах перебивает всё на свете.