Оседая звёздной пылью на обсидиане

      – Чжунли-и-и! – доносится из-за двери, и Чжунли удивлённо поднимает голову. На его памяти Ху Тао никогда его ещё так странно, внезапно и, главное, поразительно громко не звала. Приходится тут же отложить бумаги и опрометью выйти из кабинета.       В главном холле взору предстаёт удивительно странная картина: Ху Тао, присев, пытается приманить опасно ощерившегося белобрысого кота, который стоит, грозно сгорбив спину и распушив хвост, в паре метров перед ней. Судя по царапинам на ладонях Ху Тао, борьба уже как минимум затяжная.       Кот крупный, точно больше всех привычных представителей кошачьих Гавани: возможно, кто-то привёз с собой, а животное испугалось новой обстановки и теперь нервничает. Судя по почти круглым зрачкам, прикованным исключительно к Ху Тао, они явно не поладили. Чжунли прикидывает в уме разные варианты развития событий, вероятные последствия. Кажется, кота безопаснее всего будет выпустить на улицу, чтобы он в бюро ничего не сломал и не побил.       Ху Тао медленно-медленно делает полшага навстречу коту, но тут начинает грозно урчать, давая понять, что подходить не стоит.       – Мне открыть дверь?.. – слегка растерянно спрашивает Чжунли, пытаясь понять, что от него хотят в данной ситуации. Коты иногда заходили в бюро, и приходилось их выпускать, но, признаться, они никогда раньше не становились такой проблемой.       – Нет! – внезапно рявкает вылетевшая из-за стойки Паймон, и Чжунли удивляется происходящему ещё больше. – Я его еле привела сюда!       По её виду точно понятно, что она мало того, что в ужасе, так ещё и едва сдерживается от того, чтобы заплакать. А это может значить только одно: Эфир в беде. Чжунли хмурится, но тут же осекается и снова смотрит на кота. Кот, блестя золотистыми глазами, грозно смотрит в ответ.       И до Чжунли доходит.       – Кис-кис-кис… – тихо приманивает Ху Тао, делает ещё шаг – кот тут же срывается с места, скользя когтями по полу, и через секунду оказывается за щиколотками Чжунли.       Чжунли на всякий случай не двигается с места, чтобы не провоцировать, но обернувшись понимает, что кот прячется за ним, продолжая при этом всё также прожигать Ху Тао испепеляющим взглядом.       – А вот тебя он сразу узнал! – с претензией пищит Паймон и топает ногой в воздухе. В ответ она получает грозное «мр-р-ря!», переходящее в рычание, и кот начинает красться в её сторону, явно с целью прыгнуть и сбить, но Чжунли вовремя подхватывает его под мышки и берёт на руки.       – Мя, – неожиданно высоко отзывается кот, когда оказывается в уверенном захвате, но вырываться не спешит. Он тщательно обнюхивает лацкан фрака, а потом притирается к нему щекой. Чжунли удивляется такой резкой смене поведения, но решает, что это хороший знак. Он перехватывает кота поудобнее, когда тот начинает ёрзать, и пытается оценить масштаб бедствия.       – Отлично, – с нескрываемым облегчением вздыхает Ху Тао. Она опасливо оглядывает Чжунли и кота, убеждается, что теперь ситуация под контролем и кивает: – Ты свободен до тех пор, пока не разберёшься… – качает она головой и тут же скрывается в своём кабинете, видимо, не желая больше иметь ничего общего с котом.       – Ну и как тебя угораздило? – вздыхает Чжунли, рассматривая кошачью морду. Если приглядеться, то действительно немного похоже на Эфира. Глаза так однозначно те же: золотистые, внимательные.       – Мя, – многозначительно отвечает Эфир и прикрывает глаза, когда Чжунли присаживается на диван и мягко чешет пушистый живот.       Естественно, не получив никакого вразумительного ответа, Чжунли поднимает взгляд на Паймон. Судя по виду, у неё прошла фаза испуга, но она всё ещё отчаянно старается не заплакать.       – Мы пошли делать поручение, но столкнулись с каким-то странным магом Бездны, – жалобно тянет она, закрывая глаза ладошками.       – Понятно, – вздыхает Чжунли и улыбается, когда Эфир под поглаживаниями начинает мурчать.       – Как хорошо, что он вас узнал, – всхлипывает Паймон. – Хорошо ещё, что мы были недалеко от Гавани, он очень на меня злился и даже подлететь мне не давал…       – Не переживай, сейчас мы придумаем, как вернуть Эфира в обычный вид. Так ведь? – последний вопрос Чжунли задаёт, снова заглядывая в морду, и мягко чешет светлый нос.       – Мя, – отвечает Эфир и жмурится, подставляясь под ласки. Что ж, действительно хорошо, что хотя бы Чжунли он узнаёт. А то пришлось бы отлавливать его по всей Гавани, и ещё доказывать, что кот на самом деле безвреден…