Double Black drabbles

      Безлунная ночь была абсолютно черна. Казалось, что тьма поглотила все звёзды на небосводе, и лишь фонари за окном делали её не столь беспросветной. Блеклые лучи пробивались сквозь занавески на окнах и, пересекая пространство, падали на пол.       Деревянные доски скрипнули под весом чьих-то шагов, и в углу комнаты показался силуэт, больше похожий на тень, чем на очертания реального человека.       Осаму уже перестал отличать сон от реальности, а реальность от галлюцинаций. Он смутно осознавал, что этого человека быть здесь не должно, но продолжал видеть его вновь и вновь. Иногда Одасаку навещал его такими бессонными ночами, как эта, иногда Осаму замечал его фигуру где-то неподалёку средь солнечного дня, особенно часто – перед очередной неудачной попыткой самоубийства.       Одасаку никогда не отличался разговорчивостью, и в этот раз он тоже молчал. Он опустился на край кровати, протягивая Дазаю бокал виски со льдом. На миг в голове пронеслись неясные обрывки воспоминаний, но Дазай, не желая думать ни о чём, лишь кивнул, принимая стакан, едва успевая коснуться пальцев неестественно холодной руки своего друга.       - Знаешь, Одасаку, - задумчиво глядя на медленно тающую льдинку в янтарной жидкости, начал он. – Иногда мне кажется, что я начинаю сходить с ума, что тебя не существует и я сам всё придумал. Скажи мне, что я ошибаюсь.       - Не переживай, я здесь, Дазай.       Впервые за долгое время он вновь услышал его голос, а вслед за этим – приглушённый звон стекла, словно в немом тосте. Произнесённые вслух слова и несколько глотков обжигающей жидкости заставили почувствовать себя спокойно и умиротворённо. Кажется, Осаму хотел ещё о чём-то поговорить, но в какой-то момент усталость взяла своё, и он провалился в сон.       Яркие лучи утреннего солнца упали на лицо, заставив неохотно открыть глаза. В расплывчатом силуэте у окна Осаму узнал своего некогда бывшего напарника, который взирал на него с явным недовольством.       - Я прождал тебя чёртовых два часа, а ты всю ночь спивался с кем-то кроме меня, а, Дазай? – он кивнул в сторону двух стаканов с остатками виски, смешанными с растаявшим льдом.       - Одасаку мой друг, а не кто попало, - обречённо вздыхая и забираясь под одеяло с головой, отозвался Осаму. – Кстати, ты его не видел?       - Ты точно перепил этой ночью, Дазай. Ода Сакуноске умер четыре года назад.       После этих слов Дазай только убедился в том, что он сходит с ума.