(Не)одиночество

Честность — самая азартная игра.

«Белый воротничок»

— Салли, блять, — почти простонал Нейт, пытаясь спрятаться от яркого света под одеялом. Голова разрывалась от стучащих в ней молоточков или обезьянок, как у Гомера. Он же слишком молод для похмелья, какого черта?! И почему Салли такой отвратительно бодрый и довольный? — Ну и где твоя хваленая молодость? — не упустил шанса напомнить Виктор. — Что вчера произошло? — простонал Нейт, открывая один глаз на пробу. Салли стоял у окна, сложа руки на груди и ухмыляясь. Просто мерзко-мерзко самодовольный и, ко всему прочему, еще и полностью одетый. Хуже утра не придумаешь. — О, — протянул Салли, и Нейт снова спрятался под подушки, понимая, что ничего хорошего это не предвещало, — ты бы лучше спросил, малыш, чего не произошло. Или мне лучше называть тебя сынок? Засранец откровенно издевался и пользовался ситуацией во всю. Сразу видно – профессиональный аферист и мошенник. — Заткнись и просто дай мне аспирина, — проворчал Нейт из-под подушек. — Какие мы грубые, а вчера ты был куда сговорчивее и вежливее. Может, вспомнишь? — почти промурлыкал Салли. Некоторые прелести возраста заключались в том, что ты прекрасно знал, когда стоит остановиться, и делал это с легкостью, удерживая свою норму. Правда наличие молодого напарника автоматически превращало Виктора едва ли не в «трезвого водителя». Нейт застонал снова, силясь вспомнить, что он такого натворил. Салли хотел увидеть этот момент с середины прошлой ночи. Маленькая месть. — Не-е-ет, — застонал Нейт. Его голос был приглушен подушкой. — Да не-е-ет! — Что я слышу? Ты, оказывается, знаешь это слово? — Салли приложил руку к груди, изображая крайнее удивление и поддерживая сюр ситуации. — Заткнись! — рыкнул Нейт, но тут же затих, переживая очередное сотрясение молоточков. — Почему ты не остановил меня? — выдохнул он, спустя какое-то время. — О, я пытался, малыш, но ты задавал такие интересные вопросы, — пожал плечами Салли. — Понравилось? — Оно того стоило. — Я рад за тебя, — заворчал Нейт, но уже тише и жалобнее добавил. — А теперь дай аспирину. — Попроси, — не остался в долгу Салли. — Пожалуйста… — забормотал Нейт что-то неразборчивое. — Не слышу. — Пожалуйста, папочка. Цвет щек Нейта мог сравниться только с яркостью вчерашних коктейлей. — Справа от тебя, на тумбочке, — рассмеялся Салли. — Мудак. Воспоминания навалились одним комом. Как обычно бывает в кино. И лучше бы им было оставаться в кино, потому что Нейт помнил все. Они собирались расслабиться, сделать небольшой перерыв. Мозги нужно было разгружать от всего рабочего мусора. Конечной целью был выбран бар с поэтичным (нет) названием «Rata Riendo». Нейтан еще тогда должен был понять, что ничего хорошего в месте с таким наименованием не могло произойти. Но Нейт опьянел еще на выходе из номера. На Салли была кожаная куртка. Потертая, из добротной кожи. Нейт не помнил ее в шкафу. А на шее на черном шнурке призывно болталось его кольцо. Это была их маленькая игра: удастся ли Салли снять украшение так, чтобы Нейт ничего не заметил. Иногда они делали очень пикантные ставки на это. Салли был горяч, как бог, и прекрасно знал это. Особенно, когда куртка плотно сидела в плечах, подчеркивая широкую грудную клетку и крепкие руки. Красота – штука разная: в Нейте кипела молодость, и он брал от нее лучшее, как весенний цветок от солнца; но Виктор был… как дорогое вино. Весь букет только раскрывался с возрастом. Такое нужно смаковать, пробовать и наслаждаться. Пить медленным глотками, растягивая паузы и глубоко вдыхая аромат. Нейт был грубым и неотесанным: предпочитал осушать бокал одним глотком. Нейтан притянул Салли к себе за шнурок, жадно целуя и вжимая в дверь. Он задрал одной рукой кофту, проводя по торсу. Салли напрягся, и Нейт отчетливо почувствовал под своей рукой крепкий пресс, не упустил возможности провести по нему короткими ногтями и урвать тихий стон. Нейт чуть отстранился, тяжело дыша, и оглядел открывшуюся картину. Салли стоял, прислонившись к двери и самодовольно ухмыляясь (черт знал, как хорош). Кофта была все еще задрана, благодаря чему открывался прекрасный вид на крепкие грудные мышцы и пресс, покрытый красными отметинами. Мощные бедра и крупная бляха ремня… Нейт испытывал азартное и опасное желание опуститься на колени прямо здесь и сейчас. И кольцо?.. Нейт встрепенулся и прикоснулся к украшению, висящему на его шее. Когда только успел? Мистер невозмутимость. — Теперь можем идти, — резюмировал Нейт, вытирая вспотевшие ладони о джинсы. Он похвалил себя за то, что его голос не дрогнул, потому что это была такая безумная ложь. Больше всего на свете Нейт сейчас хотел вернуться в номер и… не снимать с Салли его куртку. Но они собирались в бар, да? Салли пил виски или бурбон, Нейтан не особо обращал внимание. Тем более, что перед ним гнездились разноцветные коктейли, которые ему хотелось попробовать. В конце концов, теперь он был по другую сторону барной стойки. — Обожаю, когда ты платишь, — хмыкнул Нейт, потирая руки и думая с чего начать. — Я тебе не папочка, малыш, не наглей, — фыркнул Салли, откидываясь на удобном диванчике и расслабляясь. — О-о-о, дедуль, не волнуйся, — подразнил его Нейт, — я помню о твоем возрасте. — Засранец, — Салли беззлобно фыркнул и покачал головой. Они довольно часто спорили об исторических событиях. Профдеформация сказывалась. Нейтан мог цитировать некоторые издания и легко ориентировался в навигационных, доколумбовых картах, а Салли просто знал много о разных эпохах и несколько языков, включая парочку мертвых. Они могли выносить друг другу мозги часами. И Нейт обожал это. Но такие моменты, когда они обсуждали просто забавные случаи из детства или разных богатых клиентов из прошлого, Нейтан любил всей душой. Полумрак клуба не только скрывал отвратительно сделанную разводку проводки, но и скрадывал проблемы рутины. Погоня за сокровищами состояла не только из полных адреналина краж и опасных поисков, но и из долгих часов работы над историческими картами, документами, дневниками и так далее. Это требовало немало концентрации и выдержки. Но здесь… Эйфория, расслабленность и легкость постепенно накрывали с головой. Нейт чувствовал себя так, словно кто-то запустил пузырьки ему в кровь. Можно было оставить рабочие моменты за порогом и просто отдаться течению. — Салли, — Нейт поставил очередной бокал на столик и посмотрел на мужчину. Взгляд Нейтана уже плыл, а на губах играла кошачья улыбка. — Мне было интересно… Еще на том на аукционе… — Нейт махнул рукой, мол «том самом». — Значит, ты и Брэддок? Салли выдержал паузу и рассмеялся, запрокидывая голову. Обычно только лицо передавало степень его эмоций, но сейчас он содрогался всем телом в приступе хохота. — Ты ведь не ревнуешь? — Салли поиграл бровями, дразня Нейта. — К мертвой суке? — Нейтан ощетинился. Смех Салли стал только громче. Ну, возможно, иногда у него и проскальзывали такие глупые мысли, но (!) — нужно ухватиться за эту покрепче — Брэддок была мертва. Салли сбил ее рюкзаком, полным золота, чтобы спасти Нейта. Так что пусть выкусит напоследок! — Хватит смеяться, — Нейту надоело это, и он пнул Салли под столом. Нейтан сощурился и недовольно надулся. Ну да, где честность, а где Виктор Салливан? И вот не обидно ему ни капельки, понятно? Ни капельки! Ради подтверждения этого Нейт даже опрокинул в себя очередной коктейль. — Малыш, — протянул Салли игриво. — Я ее бросил. Она не забыла. — Ну да, самомнение у нее размером с твое, — нехотя ответил Нейт, язык начал заплетаться. — Было. А почему вообще?.. — Ой, хочешь сказать, что там, на аукционе, не ты раздевал ее глазами? — Салли со скепсисом посмотрел на него и сделал очередной глоток бурбона. — Да, но я бы никогда не… — Нейт поморщился. — Потому что ты жертва, малыш, и на хищника в здравом уме не полезешь. А я люблю опасность в женщинах. Секс выходит очень страстным, пускай и порой опасным. Смертельно. Но ничто так не щекочет нервы, как подобные отношения. — Это называется «love/hate», старик, — фыркнул Нейт. — И с какой стати я жертва?! Значит секс ему с ними нравится, с опасными женщинами, а Нейт просто овца какая-то на заклание, что-ли? Салли закатил глаза, но все же снизошел до пояснения: — Такие, как Брэддок, похожи на мурен. Они всем своим видом показывают свою опасность и силу. Апосематизм, если тебе так проще. Ты ловишь этот сигнал и не лезешь на рожон. Твой тип – это удильщики, как Фрейзер, малыш. Они заманивают жертву невинным видом, а потом захлопывают ловушку. — Ты серьезно сейчас сравнил их с животными? — Нейт выгнул бровь, укладывая голову на стол. — Это все, что тебя волнует, малыш? — Почему Хлоя удильщик вдруг? Она кинула меня… ну, нас… но не пыталась же… ладно пыталась… но не убила же! Салли тяжело вздохнул. Да уж, малыша быстро развезло. Он ласково погладил Нейта по голове, ероша и так растрепанные волосы. А тот и был рад только, лез словно кот под прикосновения, хотя щенок сюда, конечно, больше подошел бы. — Когда слишком долго играешь, малыш, начинаешь и сам в эту игру верить. Тебе просто повезло, что Хлоя любит щенков, а ты не стоял между ней и кучей реального обозримого золота. Нейт что-то промурлыкал в ответ, и Салли фыркнул. Слабая улыбка украсила его расслабленное лицо. — Поэтому я не люблю связываться с такими, — Салли пожал плечами. — Брэддок не смешивала эмоции и работу, а твоя Хлоя – вечная актриса на гастролях. — Она не моя, меня наебывать можешь только ты, — ответил Нейт, поднимая указательный палец. Он пытался указать на Салли, но качающаяся рука не способствовала точности. Салли тихо рассмеялся, качая головой. — И не только, да, малыш? Нейт фыркнул, отвернулся и потянулся к очередному коктейлю. Еще пара минут прошла в уютном молчании, пока Нейт пил, а Салли просто наслаждался видом. Степень алкоголя в крови определенно достигла нужной отметки, потому что Нейтан начал возвращаться в активный режим. — Салли? — позвал Нейт, поднимая взгляд на него. — А почему ты ее бросил? — Скука, — Салли пожал плечами. — Опасность сама по себе приедается. А у Брэддок нет воображения. Насилие, убийства, предательства – это неоригинально. Мне надоело. — Значит, тебе нравится, когда у людей есть фантазия? — Нейт выгнул бровь. — Жить скучно я могу и сам, — Салли только развел руками. Нейт нахмурился и задумался. В тот момент Салли понял, что ничего хорошего ждать не стоит. — Хочу еще коктейлей, — протянул Нейт и попытался встать. Салли даже посмотрел с интересом на эти попытки. Нейтан поднялся, слегка покачиваясь, и направился в сторону бара. Салли проводил его скептическим взглядом и тяжело вздохнул. Крепкие бедра все еще плавно покачивались перед его взором. Нейт сейчас был мягким, как зефирка, открытым, просто бери, что хочешь. А хотелось засранца целиком и полностью. С его этой нежной улыбкой и вьющимися от влажности волосами. Салли отставил в сторону бокал с бурбоном и поднялся следом. Стоило проследить. Нейт уже сидел за барной стойкой и активно жестикулировал, что-то рассказывая бармену. Салли протиснулся сквозь толпу и появился за спиной Нейта, придерживая его за талию, чтобы мальчишка еще и со стула не грохнулся. — Малыш? Нейтан развернулся к нему, развел ноги и притянул его к себе за полы куртки, обнимая бедра коленями. Салли пришлось опереться о барную стойку, чтобы не навалиться на засранца всем весом. Он не успел возмутиться, как чужие губы уже накрыли его собственные. На языке осел вкус текилы и лайма. Нейтан сегодня был чертовски жадным и яростным. Салли не мог не ответить, в конце концов, когда его волновали окружающие. Нейт обхватил руками его лицо, не давая отстраниться. Мальчишка льнул к нему, как кот мартовский, буквально жался и разве что не просил… Это и отрезвило Салли окончательно. Он резко отстранился, жестко фиксируя Нейта за плечо и заглядывая в его глаза. — Блять, — прошипел Салли. При употреблении алкоголя расширение зрачка – обычное дело, но не до такого размера. — Меня не было всего пару минут, когда ты уже успел, — Салли выдохнул сквозь зубы, стараясь успокоиться и мыслить здраво. Нейт бы не стал, не в его стиле баловаться подобным. Слишком яркое отвращение после работы барменом в клубе для богатых деток. Значит, кто-то!.. Комок злости осел в груди, и Салли с трудом смог остаться спокойным. — Нейтан, — позвал ничего не соображающего парня Салли. Сработало. Даже в таком состоянии как по команде Нейт поднял на него взгляд и сосредоточился, забавно хмурясь. — Сейчас мы поедем в отель, понял? — Салли достал бумажник, быстро отсчитывая купюры. — Ты все-таки стал моим папочкой, — захихикал Нейт, прижимаясь к чужой груди и потираясь носом о кофту. — Да я уже заметил, — невесело ответил Салли. Он потянул Нейта на себя, придерживая за талию. У мальчишки заплетались ноги, и он остро нуждался в точке опоры, наваливаясь на Салли всем своим немалым весом. Пришлось буквально на себе его тащить на улицу и ловить такси. — Не получается у нас просто отдохнуть, да? — расстроенно пробормотал Нейт. Он все еще прятал лицо от яркого света, уткнувшись Салли в шею. Виктор поморщился от щекотки, но успокаивающе погладил его по спине. — Ты тут не причем, малыш. В другой раз повезет больше. — Викто-о-ор, — неожиданно протянул Нейт. Салли попытался вспомнить, когда в последний раз слышал собственное имя из уст напарника, но память упорно буксовала. — Ви-и-ик, — не добившись ответа, Нейт поменял тактику и затянул еще более противно. — «Салли» тебя уже не устраивает? Он не пытался понять, что творится в спутанном разуме юного Дрейка. Там и в обычном состоянии черт мог не только ногу, но и хвост со всем остальным сломить, а сейчас… — Виктор, — упорно повторил Нейт, и Салли оставалось только тяжело вздохнуть и сдаться. — Что? — А у меня есть воображение? — Нейт протянул это почти жалобно, пряча глаза и ежась. Салли бы даже рассмеялся, если бы у него остались на это силы. Он не знал, что ответить на этот двойной вопрос и чего от него ждал Нейтан, точнее его пьяное сознание. Скорей всего коктейль в его крови вытаскивал наружу все незаданные вопросы и потаенные страхи. Поэтому Салли никогда и не пил сверх меры. Это делало людей слишком уязвимыми и открытыми. Нейтан же успел принять молчание на свой счет и тихо сказал: — Можешь не отвечать. Подъехало такси, и пришлось отложить их душевные разговоры. В номер они практически ввалились. Нейт упал на кровать, замирая морской звездой и смотря на потолок с каким-то обожанием. — Звезды красивые, а ты – нет, — проворчал он, складывая руки на груди. Салли был уверен, что где-то в этот момент у него начал дергаться глаз. Он повесил куртку на спинку стула и постарался глубоко вдохнуть и выдохнуть. Раздевать этого засранца неблагодарного ведь тоже ему. В груди зашевелился неприятный маленький червячок. Салли отродясь не испытывал мук совести и сомневался, что это вообще она. Но Нейт на кровати выглядел не столько злым, сколько несчастным и беззащитным. И это рождало странные чувства и желания: хотелось защитить и утешить. Все красивые фразы вылетели из головы. Они казались сейчас такими ненужными, лишними и неискренними. Облетели, точно шелуха, и Салли не был уверен, что под ними хоть что-то осталось. А пичкать Нейта отговорками не хотелось. Салли сел на кровать, привычным жестом поглаживая Нейта по коленке. Когда это успело стать таким обыденным? Автоматическим? — Ты невообразим, Нейтан, — прошептал Салли, опускаясь рядом с Нейтом на кровать и поворачивая голову в его сторону. — Правда? — Нейт повернулся, неловко укладываясь на бок. И в его сияющих карих глазах было столько ничем не прикрытой надежды. Сама беззащитность. — Is breá liom tú, — выдохнул Салли и прикрыл глаза. Он прижался к Нейту, соприкасаясь лбами, как в дешевой мелодраме. — Я не понимаю, — жалобно простонал Нейт, касаясь чужой щеки рукой и ласково поглаживая. — Салли. — Правда, правда. — Ты так ухмыляешься, только когда не договариваешь. — О, сегодня я отвратительно честен, — Салли поцеловал Нейта в уголок губ. Он чувствовал себя защищенным этим языковым барьером, спрятанным. Пускай Нейт заслуживал большего, куда большего. Это все, что мог предложить Салли здесь и сейчас. Нейт еще что-то проворчал, но затих, решив что-то для себя. — У меня будет еще много времени на разгадку этой тайны, — пожал он плечами. Салли не сдержал тихого смеха. — Да, малыш, несомненно.