Класс Превосходства: Альтернативная Версия — Спокойная Жизнь

В конце учебной недели Хорикита раздала всем результаты пробного теста. — У вас будет сегодняшний вечер, завтрашний день и воскресенье, чтобы использовать их в качестве ориентиров для вашей окончательной подготовки. Всем удачи. Я верю, что наша упорная работа принесет плоды на экзамене. Заключительное заявление Хорикиты заставило всех радостно зааплодировать. Их мотивация была на пике после того, как они увидели хороший общий результат пробного теста. Все ушли в приподнятом настроении, но этого нельзя было сказать о Хориките и Хирате, лидерах класса А. Менее чем через три дня мы будем сдавать настоящий экзамен по перетасовке бумаг. Но перед этим они должны будут отправить тестовые вопросы, которые мы создали. — Киёпон! Пойдем? — Харука окликнула меня с широкой улыбкой. — Да, я иду. Что ж, мне нет нужды беспокоиться о них. Теперь это не моя обязанность. Когда наша группа шла по дороге домой, кто-то внезапно окликнул нас. — Эй, ребята! — Миямото подбежал к нам, слегка прерывисто дыша. — И что же ты от нас хочешь? — спросил Кен. Все в моей группе немедленно посмотрели на него исподлобья. Ну, я не думаю, что Айри делала то же самое, но она не выглядела довольной. — Если тебя это не беспокоит, могу ли я поговорить с тобой, Аянокоджи? Мои друзья смогли понять, что Миямото хотел поговорить о нашей текущей ситуации. Мое молчание также выдало, как я отношусь к его предложению. Все они пожали плечами и повернулись ко мне. — Мы будем в том же самом месте, — сказал Акито. Айри и Харука помахали мне, в то время как Кен продолжал свирепо смотреть на Миямото. Вскоре мы наконец остались вдвоем. — Послушай, я знаю, что сделал что-то неуместное несколько дней назад, поэтому я хочу воспользоваться этим шансом, чтобы извиниться, — Миямото покорно почесал в затылке. Я уверен, что это было не в характере каждого, но я знал, что у Миямото были на то свои причины. — Рьюен приказал тебе сделать это, верно? — Да, именно так… Хорикита-сан говорила тебе о возможности появления еще одного предателя? — Нет, но я не удивлюсь, если это произойдет. — Как и Кикути и Мори, я просто вынужден сотрудничать с Рьюеном. Накричать на тебя было просто еще одним его приказом. — Что он тебе сказал? — Устрой переполох, затеяв драку с Аянокоджи. Сделай это как можно более заметно… вот что он мне сказал. — И почему именно он хотел, чтобы ты это сделал? — Если быть честным, я понятия не имею. Однако я знаю о немедленном эффекте. Класс теперь думает, что я обозлен. Может быть, Рьюен просто хотел помучить меня. — Думаю, со временем они забудут об этом, очень жаль, что ты не можешь об этом рассказать остальному классу. — Да, чувак… даже сейчас я все еще немного боюсь разговаривать с тобой. Без обид, но мы не можем быть уверены, что никто из твоих друзей не является предателем — если он вообще существует. Тем не менее, поскольку Миямото все еще разговаривал со мной даже после того, как увидел меня с моими друзьями, можно с уверенностью сказать, что это люди, которых он подозревает меньше всего. — Конечно. Без каких-либо улик подозреваемым может стать кто угодно. Но почему ты захотел рассказать мне об этом именно сейчас? — Поскольку сегодня день подачи заявок, я уверен, что Рьюен будет занят, беспокоя Хорикиту и Хирату. И лично я не возражаю, если наши одноклассники думают, что я какой-то чудак, но ты исключение. Я хочу, чтобы ты знал, что я на самом деле не пытаюсь настроить тебя против меня. — Я так не думал… и даже если бы это было так, не похоже, что я мог бы что-то с этим поделать. — Ну, давай же, Аянокоджи. Я бы испугался, если бы кто-то вроде тебя встал передо мной. Я не удивлюсь, если в результате ты меня исключишь. — Ты, должно быть, шутишь… — я покачал головой. — Но даже в этом случае я бы не стал пытаться исключить кого-то из-за простой ссоры. — Понятно… Наверное, это хорошо. Я понятия не имею, почему Рьюен отдал мне этот приказ, но он был доволен результатом. Должно быть, так оно и было. После того, как Миямото ушел, я встретился со своими друзьями, которые слонялись по обеденной зоне, прилегающей к круглосуточному магазину. — О чем вы говорили, Киёпон? — Все было в порядке. Миямото просто хотел извиниться. — О-о-о, по крайней мере, у него хватило смелости… — Акито кивнул, по-видимому, впечатленный. — Пфф. Ямаучи и Ике, вероятно, ее не имеют, — сказал Кен. — Ты уверен, что все в порядке, Киётака-кун? — спросила Айри. — Я в порядке, Айри. Спасибо, что беспокоишься обо мне. Ее невинная улыбка разрядила усталую атмосферу. Я зашел в круглосуточный магазин, чтобы купить мороженое, но перед этим открыл свой телефон и позвонил. — Алло, Аянокоджи-кун? — Иджуин, мне нужно, чтобы ты кое-что сделал. Когда мы с Хиратой-куном шли по коридорам по пути в преподавательский кабинет, волна внезапного беспокойства пронзила мое сердце. — Я чувствую, что… за всем этим скрывается что-то еще, — пробормотала я. Поскольку мы были единственными в коридоре, Хирата отчетливо слышал, что я сказала. — Не волнуйся, Хорикита-сан. Ты не единственная, кто так думает. Я думала, что мы хорошо начали во время спортивного фестиваля, но Сакаянаги-сан сразу же поставила нас на место. К счастью, нам удалось сохранить моральный дух класса. — Это расстраивает. Возможно, мы просто слишком много думаем, но после всего, что я видела рядом с Аянокоджи-куном, лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. — Но сегодня все изменится, да? — Хирата-кун нахмурил брови. — Да… если все пойдет по плану. После поворота дверь в преподавательский кабинет наконец-то оказалась в поле нашего зрения. Прежде чем мы вдвоем смогли продолжить наш разговор, дверь открылась, и вышел человек. — О, какое совпадение. А может, и нет. Ты действительно из тех людей, которые все делают все в последний момент, Сузуне. Рюен Какеру, враг нашего класса, вышел из комнаты. Похоже, он только что закончил заполнять тестовые вопросы для класса D. — Я удивлена. Я не думала, что ты будешь ждать до последнего дня, чтобы отправить свои вопросы, Рьюен-кун. — Составить 400 тестовых вопросов — это сложно, знаешь? Я уверен, что это будет еще более изнурительно, если их число удвоится. Мы с Хиратой-куном застыли на месте. — Удвоятся? — спросила я. — Кукуку. Все в порядке. Тебе не нужно блефовать и выставлять себя идиоткой. Я уже знал, что вопросы, которые мы получили от Миямото, были не чем иным, как приманкой. Он небрежно назвал имя Миямото-куна…? — Миямото-кун? Понятно. Значит, предатель все-таки был, — я поступила глупо, не подставив Миямото-куна под удар. — Ты не так уж удивлена, а? Видишь ли, я доверял тебе, Сузуне. Разве это не мило? Я знал, что ты подготовишься к встрече с предателем, и я знал, что ты не собираешься использовать свои настоящие вопросы для этого твоего маленького теста. Цель состояла в том, чтобы дать вам, ребята, немного дополнительной нагрузки. Я думаю, это не принесло особого результата, учитывая, что одним из создателей вопросов был Аянокоджи, но это была неплохая попытка. Не то чтобы мы что-то потеряли. Пока я переваривала все, что он сказал, Хирата-кун подошел, чтобы задать еще один вопрос. — Я не думаю, что Миямото-кун добровольно предал бы класс. Ты ему угрожаешь? — Конечно, конечно. Все в твоем классе — ангелы, Хирата. Ты всегда так думаешь. — Я непредубежденный человек, Рьюен-кун. Если ты можешь доказать обратное, тогда я готов тебя выслушать. — Хех, хорошая попытка. Я не обязан тебе ничего рассказывать, знаешь? Для меня будет удобнее, если вы не будете знать, кто может оказаться крысой. — Если ты загоняешь кого-то в угол, заставить его выполнять ваши приказы проще простого. — Основываешься на собственном опыте, Хирата? Вопрос Рьюен-куна заставил Хирату-куна на мгновение замереть, но ему удалось взять себя в руки. — Может, и так. В конце концов, в прошлом я встречал бесчисленное множество таких людей, как ты. — Правда? Тогда, я думаю, ты знаешь, что делать, когда еще один человек из твоего класса стал пешкой в руках врага. Хирата-кун только улыбнулся в ответ. Ему не нужно было говорить об этом Рьюен-куну, поэтому он промолчал. Решение этой конкретной проблемы должно быть довольно очевидным, если мы узнаем личность предателя. Справиться с ним было бы не так уж сложно, если бы мы могли контролировать и ограничивать поток информации. Если бы предателем был влиятельный ученик, такой как Кушида-сан или Каруизава-сан, тогда это было бы чрезвычайно опасно, но, к счастью, Миямото-кун всего лишь обычный ученик. Но проблема все еще остается. В конце концов, Миямото-куну все еще угрожают. Если мы не решим эту проблему, мы окажемся в невыгодном положении. Хирата-кун знал это, поэтому его улыбка исчезла. — Чем ты угрожал Миямото-куну? Насилием? Издевательствами? — я спросила его напрямую. — Ого, притормози. С чего ты вообще взяла, что я ему угрожаю? — Разве это не очевидно? У Миямото-куна нет мотива добровольно предавать класс А. — Кукуку. Мотива, да? Как ты думаешь, Сузуне, что является самым сильным мотивом для человека? — Это зависит от человека. А для Миямото-куна не было бы никакого логического объяснения тому, что он предал нас без участия страха. — Ты думаешь, он боится меня? — Я не могу сказать точно. Но он определенно боится того, что ты используешь, чтобы угрожать ему. Рьюен-кун усмехнулся и покачал головой. — Ну вот, ты опять за свое. Ты можешь перестать пытаться заставить меня признать, что я ему угрожаю. Делать ложное признание — не в моем стиле. — Понятно. Но ты также должен понимать, что мы не обязаны верить тому, что ты говоришь. Насколько нам известно, ты мог лгать все это время. — Кукуку… — Рьюен-кун развернулся и пошел прочь. — Мы оба знаем, на чьей стороне была ложь все это время, Сузуне… не на моей. После того, как его фигура исчезла, мы постучали в дверь и, наконец, вошли в преподавательскую. — Хирата, Хорикита, наконец-то вы здесь. — Мы подготовили вопросы, сенсей. Я без колебаний протянула ей папку. Чабашира-сенсей осмотрела задания. Через несколько минут оставшиеся внутри учителя покинули класс. — Хорошо. Поскольку это последний день, вам больше не разрешается вносить какие-либо изменения. Если какой-либо из этих вопросов будет признан недействительным, мы автоматически заменим их более простыми вопросами, которые мы подготовили заранее. — Мы понимаем. Чабашира-сенсей бесстрастно вытащила бумагу из папки. — Хорошо, я думаю, мне пора сказать вам. Мы с Хиратой-куном кивнули. — Хорошая работа, Хорикита. Фейковые вопросы, которые вы составили, действительно кого-то выманили. Прежде чем я осознала это, я уже сжала кулаки. Истинной целью пробного теста было выманивание настоящего предателя. Похоже, кто-то заглотил наживку и попытался отправить тестовые вопросы вместо нас. — Кто это был?.. — Это был Миямото, — ответила она. — Миямото-кун, да?.. нам следовало этого ожидать, — сказала я. — Поскольку Рьюен-кун знал о том, что вопросы были приманкой, я думаю, для него тоже имело бы смысл отдать этот приказ… — добавил Хирата-кун. Наша вялая реакция привела Чабаширу-сенсей в замешательство. — Вы уже подозревали, что Миямото был предателем? — спросила она. — Ну, не совсем… Мы решили рассказать ей о том, что нам удалось собрать на данный момент. — Понятно… на первый взгляд ситуация выглядит ясной, но некоторые из произошедших событий заставили бы вас дважды подумать… — Чабашира-сенсей задумалась. Места для дальнейшего обсуждения не было, поэтому мы оставили все как есть. Когда мы с Хиратой-куном вместе пошли домой, мы сразу же приняли решение о следующем плане действий. — Рьюен-кун определенно подозревал нас, — сказала я. — Да… он избегал признания шантажа… Я подготовилась к встрече с Рьюен-куном и снабдила себя одним из жучков Аянокоджи-куна. Даже если Миямото-кун не сможет записать ничего существенного, у нас будет запасная карта, если нам удастся заставить Рюена-куна признаться. К сожалению, нам это не удалось. — Ты подозреваешь Миямото-куна? — спросила я, меняя тему. — Я не хочу, — ответил он. — Но если он действительно предатель, я не встану на его сторону. —Тогда нам придется сначала выяснить это, — вздохнула я. — У меня есть план. Каруизава-сан готова помочь? Глаза Хираты-куна загорелись решимостью. — Я обязательно ее уговорю. Я кивнула и начала объяснять детали плана.