Я рядом, только проснись.

— Произошло сильное внутреннее кровотечение из-за несовсем удачно проведённой операции, но это было достаточно ожидаемо, так как шансов практически не оставалось. Сердце и мозг Арсения умерли. Мы сделали всё, что могли. Мои соболезнования, — такая надоевшая, дежурная фраза прозвучала для Антона впервые в жизни не из какого-то фильма или сериала, он не верил, что это суровые реалии. Врач ушёл, оставив молодого человека одного. Шастун, будто громом поражённый, еле нашёл в себе силы сделать пару шагов назад, чтобы присесть на стул. Как за один миг может рухнуть весь мир в ноль? В абсолютный ноль? Как могло всё тщательно отстроенное развалиться по щелчку пальца? Как человек может сломаться за долю секунды? Как жизнь могла столь быстро, резко и бесповоротно измениться? Слишком много вопросов и слишком мало ответов. Ещё одна фраза из почти любого сериала. Но такое есть и в обычной жизни. В голове одновременно всё и ничего. А всё всегда было таким серым и мрачным? Жизнь всегда казалась такой бессмысленной, страшной и отвратительной? Всегда ли было ощущение, что тебя вот-вот разорвёт от бессилия, безысходности, горя, злости, страха и никчемности? Вроде бы нет… А правда ли было время, когда он чувствовал счастье? Или это была иллюзия? Что, когда-то действительно всё было хорошо и замечательно? Он не верит. На сердце уже не скребут кошки, а воют волки отчаянно и надрывно, вонзают свои когти глубоко внутрь и оставляют обильно кровоточящие раны. Эти когти исполосовали всё, что было можно и нельзя. Хочется заорать во всю мощь, изодрать горло, выплюнуть лёгкие, но выплеснуть эмоции. Или это пустота? Он ещё не решил. Пока у него получается только открыть рот в немом крике. Парень роняет голову на колени, его плечи сотрясаются в беззвучных рыданиях. Хотя слёз даже нет, глаза сухие. Он сломан. Больше нет никого, кто может ему помочь.

***

Сколько прошло с того момента, как Антону сказали о смерти любимого человека и до момента, когда он пришёл (если это можно так назвать) домой, он не знал. Он потерялся во времени и пространстве. Юноша даже не помнит как добрался до квартиры, когда лёг на холодную кровать, чтобы просто смотреть в никуда и пытаться обдумать произошедшее.

***

Через неделю люди в чёрной одежде и с печальными лицами собрались на кладбище. На похороны, которые полностью оплатил Шаст, пришло лишь около десятка человек: родители Арсения, сам Антон, пара близких родственников и друзья Арса — Дима и Серёжа. Антоха знал этих двоих: вчетвером они иногда вместе тусовались, но парень не сильно сблизился с ними. Были и некоторые незнакомые люди. Шатен очень постарался над организацией похорон и не жалел денег, ведь хотел проводить любимого в мир иной с роскошью, как Арсений и желал бы. После того как все разошлись, Шастун долго сидел рядом с надгробием самого дорогого ему человека. Он до сих пор не до конца осознал, что случилось. Точнее будет сказать, что сердце не осознало, мозг уже понимает, но дурацкий бьющийся орган всё отрицает. Антон шёпотом начал петь их песню. Слёзы покатились по щекам. Наконец за долгое время парень заплакал. Каждая слезинка пропитана болью и бессилием. Каждое слово в песне отдавало уколами в сердце.

Тебе понравится, ты проснись. Под звездами молчать о любви.

***

Месяц после похорон Шастун почти не выходил из дома и просто пил. Пил всё, что было алколем, стараясь не трезветь. Если бутылки заканчивались — отправлялся за новыми. Спиртными напитками он заливал горе и чувства. Правда, это не особо спасало. В перерывах между стеклянными сосудами, Шаст не забывал о сигаретах, пачки заканчивались ощутимо быстрее, чем раньше. При жизни Арс часто ругался на парня, что он курит, ведь «курение убивает». Но юноша всегда отшучивался на эту тему, говорил, что бросит, а сам не мог — ужасная привычка. Листая галерею, Антон наткнулся на огромное количество фотографий с Арсением. Шаст вспомнил его слова поддержки в трудные минуты: — Человек становится очень красивым, когда улыбается! Любой! — Если ты со своим выбором пути определился, дальше надо просто иметь смелость с него не сворачивать. — Если боишься — не делай, делаешь — не бойся, откинь все свои сомнения, а то неуверенность на перекрёстке просто приведёт к тому, что тебя собьёт машина. — Не попробуешь — не попробуешь! Антон решил, что хватит. Хватит пить, курить, изводить свой организм, хватит убиваться от несправедливости. Хватит. Да, ещё очень и очень больно. Нет, он никогда не забудет о самом важном для него человеке. Но нужно начинать жить, взять себя в руки. Арс был бы рад. Арс бы этого хотел. Шатен решил лечь спать и с завтрашнего дня начать (попробовать) новую жизнь.

***

Утром он проснулся с дикой головной болью, как просыпался каждый день. Выпил таблетку, сходил в душ и позавтракал — самочувствие стало получше. Антон решил сперва съездить к Попову на кладбище, прибраться и положить свежие цветы. Он не был там с самых похорон. Шаст быстро одел первое, что попалось под руку, взял вещи, вышел из квартиры, завёл машину, вбил в навигатор адрес кладбища и поехал в ближайший цветочный ларёк. Он решил включить в который раз любимую песню Арсения. Раз за разом переслушивая её, Антону становилось чуть легче, он подпевал вслед за исполнителем каждое слово. Эта песня стала чем-то вроде мантры для него. Парень забежал в цветочный и выбрал букетик симпатичных, тускло-красных гвоздик. Продавщица упорно предлагала другие варианты, спрашивала кому и куда букет, возмущалась, что такие простые и невзрачные цветы молодой человек собрался дарить. Шасту быстро надоело это слушать, поэтому он злобно пробормотал: «Я на кладбище». Женщина тут же умолкла, её лицо смягчилось и погрустнело. Кроме стоимости цветов, она больше ничего не произнесла. Шатена это только порадовало. Снова сел в машину и аккуратно положил цветы, завернутые в серо-коричневую бумагу, на соседнее сиденье. Врубая на полную громкость песню «Проснись», Шаст выехал на дорогу. Транспорта на улицах практически не было. Он посильнее нажал на педаль газа.

***

Почему-то Антон задумался, что было бы, если бы он поехал вместе с Арсом в тот роковой день? Выжил бы он сам? Или может Арс остался живым? Или погибли бы оба? А что думал сам Арс до и после столкновения? Мысли крутились в голове, воображение рисовало разные варианты исхода событий, пока Шаст вслушивался в текст и музыку, пока ускорялся, сам того не замечая, до ста пятидесяти километров в час. Дороги пусты, проезд свободный. Антоха мчался к новому дому любимого мужчины. Навигатор показывал, что ехать осталось недолго. Удивительно, как ему не попалось ни одного полицейского и его никто не остановил, ведь он не тормозил на светофорах, ехал с явным превышение скорости. Шаст приулыбнулся удаче. Удача? После всех событий, он был уверен, что максимально невезуч и жизнь — штука несправедливая и жестокая. Похоже, удача вновь возвращается. Несмотря на то, что настроение было минус триллион, оно самую чуточку поднялось. Юноша даже вспомнил шутку, которую как-то Попов сам придумал: — Попова как-то спрашивают… предложили: на хуй сесть или рыбку съесть? А он говорит: «уберите рыбу»! — и звонко и мило смеётся. Антоха улыбнулся, вспоминая прекрасный голос, который будил его по утрам, успокаивал, шептал комплименты, пел песни, читал для Антоши книги. Голос, к которому Шаст всегда прислушивался. Начинается припев песни, он громыхает в ушах. Парень громко поёт вместе с Мишей Марвином и добавляет скорости. По сравнению с тем, как он себя чувствовал (если вообще чувствовал) последний месяц, и тем, как чувствует в данный момент, можно сказать, что он счастлив. Хотя юноша больше никогда не сможет собрать себя по кусочкам полностью, потому как один из незаменимых кусочков мёртв. А сейчас улыбка на лице. На секунду он прикрыл глаза. Вдруг неожиданно появилась чёрная тень. Столкновение. Удар. Металл сложился, как листы бумаги, жуткий и громкий треск, сработавшие подушки безопасности, дым, страшный взрыв, пламя из-под капота, глухая темнота… Антон был без сознания, но понемногу приходил в себя. Взгляд пытался сфокусироваться, а уши пытались услышать хотя бы что-то. Через полминуты послышались сирены. Но только послышались: он вряд ли бы услышал их настолько далеко. Всюду запах гари и бензина. Шастун попытался пошевелиться, но тело отозвалось острой и резкой болью. С большим трудом он приподнял голову, во лбу неприятно кололо, скорее всего он разбит. Кое-как оглядев себя, насколько было возможно, парень заметил много крови по всему телу. Первые мысли, которые его посетили, были: «Я жив? Что случилось? А с Арсом было также? Пожалуйста, помогите!». Шаст только сейчас заметил, что разбитая машина напротив целиком в огне. Если она взорвётся, Шастуну конец. Либо от взрыва, либо от пожара. Как будто подтверждение его мыслям, что-то бабахнуло. Взрывная волна с бушующим огнём конечно же дошла до Антона. Снова боль, кровь, осколки, нехватка воздуха. Это финал его истории. Цветы на соседнем, сдвинутом, потрепанном сидении были усыпаны стеклом и кусками металла. Шатен их так и не довёз до места назначения. Языки пламени — слишком близко, помощь — слишком далеко. Он вдруг начал жалеть. Обо всех плохих моментах, об упущенном времени, о забытой осторожности на дороге. Обо всём, кроме Арсения. Конечно Шастун жалел, что не смог ему помочь, но нисколько не жалел, что был с этим человеком. Человеком, заставивший Антоху смотреть на мир по-другому, видеть красоту в простом, верить в себя, видеть больше хорошего. Вспомнив строчки песни, такой надоевшей и такой любимой, и подумав об Арсении, Антон закрыл глаза и сделал вдох. Последний вздох.

Мы одни с тобою, в целом мире двое. Но время идет. Мы одни с тобою, сонные глаза. И мы здесь останемся. Заберу тебя из дома. Тут неземная красота. Небо раскидало звезды. Побудь со мною до утра. Проснись, я здесь, я рядом, только проснись. Тебе понравится, ты проснись. Под звездами молчать о любви. Проснись, я здесь, я рядом, только проснись. Тебе понравится, ты проснись. Под звездами молчать о любви.

***

Пожарные и медики приехали поздно. Затушили последнии язычки пламени и вытащили двоих трупов: одного — из чёрной машины, что вылетела на встречку, другого — из джипа вместе с букетом гвоздик.

***

Антона похоронили рядом с Арсением. На похороны собирали деньги родственники и одного и второго, а также друзья. Никто не мог поверить, что умрут они одинаково с разницей в месяц и один день. На их надгробиях указаны даты смерти: «03.03.22.» и «04.04.22.». Теперь возлюбленные наверняка снова вместе, где-то далеко, но вряд ли рады такой «жизни».