Не любовь.

***

Саша и Аня смотрит сквозь друг друга, чувства будто пропали, вся эта любовь бурлившая в сердцах обеих была душащей, только вот одна из них отпустила, а другая борется за то, чтобы отпустить. — Я могла повысить этот шанс? - говорит Аня, пытаясь избегать зелёных глаз девушки, смотря куда-то в ноги той. — Могла бы, но определённо не после того, что было, - говорит Саша, почти игнорируя девушку, они просто хотят поскорее уйти друг от друга и забыть этот чертов разговор, просто забыться, - да и вообще, хотела бы ты этого? — А ты не меняешься Саш, всё такая же упрямая и самоуверенная, - говорит Аня приподнимая свои пустые глаза на полный слёз Саши, она сразу же осекается и уводит взгляд, - вероятно, я ошибаюсь. — Единственный кто здесь не меняется, это ты, - говорит Саша и ловит взглядом пустоту в карих глазах другой девушки, поправляя свои волосы, оттягивая красные локоны назад, выдыхает, - где ты была во время моего проката? — Саш, не начинай, - говорит Аня, жмуря глаза и потирая переносицу, стоит ли рассказывать Саше о том, что она не такая уж и хорошая подруга, поэтому она просто смотрит в глаза той, - я ходила кое-куда. — К Семененко? Вы ещё не потрахались там? - хмыкает Саша и едко ухмыляется, сама разрушая свой настрой подобными высказываниями, Аня же злиться сильнее чем должна, она подходит к Саше и прижимает её за плечи к ближайшей стене и шипит сквозь зубы. — Если бы так и сделала, я бы здесь с тобой не стояла, Трусова, - говорит Аня и наблюдает за Сашей, дрожащей от слёз, она матерится про себя, обнимает и прижимает её тело к своему, знает же, что слаба на слезы, может только на слезы Трусовой, - только не плачь из-за этого, это будет пустой тратой слёз. Да и тот случай с Семененко был лишь ошибкой, секундным замешательством. — Ань, мне не нужны эти оправдания сейчас, они нужны мне были в тот день, но точно не сейчас, - говорит Саша и легко сопротивляется рукам девушки, а потом сама же прижимается к ней и вдыхает запах её дорогих духов, тонет в чувствах, а Аня не чувствует тот самый сладкий запах Трусовой, не чувствует ни биения сердца в груди, ни-че-го, и Саша это замечает, - не любишь, не мучай хотя бы себя. — Люблю, просто устала сегодня, - сколько Аня уже слышала про обман себя? раз двести от каждого из Хрустального. Но разве она обманывает себя, если просто не чувствует ничего внутри, она не чувствует радости от победы, хоть на камеру улыбается слишком ярко для того, чтобы опознать это. Она просто хочет домой, вернуться в свою привычную рутину, но как в ней жить если тебе каждый поголовно напоминает об этой чертовой Олимпиаде, - я просто ненавижу всё это, мне надоело, просто хочу обратно в Хрустальный, обратно к родителям. Саша лишь кивает одобрительно а потом затихает, вторая, снова вторая, никогда первая Трусова. Она даже смеётся себе под нос. — С ума что ли сошла? - говорит Аня, вглядываясь в зелёные глаза, прижимая крепче тело девушки, ощущая потребность почувствовать себя настоящей, а не наигранной, хочется чувствовать как ноги подкашиваются от одного смеха Трусовой, как было раньше, как было до Олимпиады. — Вероятно, - отвечает Саша и нога её подкашивается и она приседает на пол, Аня успевает её поймать до того, как она бы приземлилась на попу, подхватив под талию, она вспоминает о том, что Саша далеко не в лучшем состоянии сейчас, но слышит как на телефон Трусовой приходят уведомления, все узнали о травме, а значит журналисты уже выпытали из мед. персонала про диагноз, она морщится от злости, всегда они лезут не в своё дело. — Похоже все узнали, - произносит Аня и замечает не тот мечущийся взгляд Саши, который был когда-то, а уставший выдох в ответ, говорить о своих эмоциях Саше, всегда было трудно, поэтому она просто молчала, долго раздумывая и сосредотачиваясь на самокопании, она ненавидела когда обсуждали её, её падения, прыжки, достижения, рекорды, учебу, Аню, ненавидела до глубины души. — Я слышу, - хихикает Саша и смотрит в глаза Щербаковой, безумно красивые но такие пустые, - не любишь же? — Видимо нет, - говорит Аня, кладя руку Саши на свою грудь, сердце её не стучит как раньше из-за Саши, а сердце Трусовой кричит от боли, бьющейся об стенки грудной клетки, разрушаясь. — А чего тогда медлила-то? Лучше бы сразу послала далеко и надолго, - смеётся Саша и смотрит в туманные омуты глаз возлюбленной, ловя на себе взгляд полный горечи, замечая за её тонкими плечами Костогитовых, выглядывающих из-за угла, - чего это вы подслушиваете там, Алёнка? — Мы просто случайно мимо проходили, а я лишь по-доброму хотела позже присоединиться к разговору, - говорит Алёна выглядывая из-за угла и кладет свои руки на плечи стоящей спиной Ани, почти шепча с некой ядовитостью, - как дела, Олимпийская чемпионка? Не надоело играться? — Алён, не лезь к Ане, - говорит Алина и толкает свою девушку в бедро, позже получая за это недовольный взгляд, помогая Саше с костылями, - не лезь в их дела, они уже довольно взрослые. — Может уже реально не будешь лезть в чужие дела, Косторная? Подслушиваешь еще, - почти рыча говорит Щербакова, несильно ударяя рукой в стену, - знаешь ли что ты можешь и раздражать своей "добротой"? — Ого, это кто тут заговорил, Щербакова, прости меня, юная Ледяная королева, - произносит Алёна с ехидностью, подходя почти в упор к Ане, а позже чувствует слабую руку между девушками, Саша буквально отталкивает их друг от друга, нежелая слушать ссору между близкими людьми, - если бы не Саша, я бы твою недоигру в любовь тебе всунула бы в одно место. — Тебе бы из своей высунуть сначала лицемерие, в котором ты гниешь заживо, - отрезает Аня и уходит в сторону катка, наверное к Глейхенгаузу, думает Саша и смотрит на Косторную, пышащую от гнева и злости. — Алён, успокойся, - говорит Алина и целует свою девушку в лоб, успокивая, - она перешла черту, но это не стоит того, нужно было сразу же сказала прекратить спор, но всё закончилось до того, как я вмешалась, к счастью. Саша стояла и смотрела в сторону катка, замечая большое количество людей и камер, её немного волновало такое настроение Ани, впервые такое равнодушное и грубое, отпустила всё таки, подумала Саша, а потом её достигло удушье и обида на девушку с гипсом. — Алён, зачем? - взгляд Саши болезненный и прикрытый, опухшие от слёз глаза больше не сверкают от мысли о каскаде из пяти четверных, больше не горят от мыслей о Олимпиаде, просто погасли, не успев зажечься. — Какого хрена, это стерва снова устраивает здесь драму? - говорит Алёна почти рыча, пока её девушка гладит её по голове, успокаивая, - доболтается, я ей бошку оторву и запихну в бетономешалку. — АЛЁНА! - говорит Алина, щипая её за ухо и тянет на себя, - чего ты тут разболталась? Саш, может пойдешь, у тебя уже ноги трясутся, тебя проводить? — Не стоит, - говорит Саша и разворачивается на костылях, аккуратно передвигаясь, девушки лишь смотрят в след, если бы они были на её месте, давно бы уже сломались, по крайней мере так считали эти двое. — Она действительно сильная, - говорит Алина, ловя на себе согласный взгляд Алёны, та кивает, - просто настоящий боец.

***

Саша же в это время входит в палату, замыкая замок и скатывается вниз по двери, закрывая глаза руками и дает волю чувствам, дрожа от слез и накатившей истерики. Сильная? Она? Просто сломана вдребезги, что привыкла к этой разбитости. — Была ли я хоть когда-нибудь счастлива? - говорит для себя Саша и вспоминает моменты не связанные с Аней, Алёной или Камилой, она вспомнила как выигрывала соревнования в юниорках, как каждый мог с лёгкостью сказать, что Саша юный гений фигурного катания и где она сейчас, разбитая, со сломанной ногой и пальцами, сидит и плачет от бессилия, - больше нет никакой Саши, с этого дня существует только Александра Трусова.

***

Стоило так подумать девушке, как в дверь постучались, она вытерла слезы и приподнялась на костылях, открыла дверь, на пороге стояли тренера и девушки с тортиком и разными сладкими вкусняшками. Первой в комнату влетела Камила, почти роняя Сашу на пол, обнимая за талию и приподнимая над землей, потом Этери Георгиевна с Медведевой, Костогитовы, Дудаков и Глейх, они буквально ввалились в палату обнимая и целуя девушку, Саша хихикала после каждого поцелуя от Камилы в её красные от смущения щеки. — Да хватит, - смеётся Саша немного толкая Камилу в бок, но та лишь прижимается сильнее, обнимая девушку и кладя свою голову на плечо Саши. — Ты самая лучшая, - она шепчет это в ухо Саши, надеясь на реакцию её тела, но в ответ получает лишь милую ухмылку и подмигивание. — Может тогда после этой недовечеринки посидим здесь? - спрашивает Саша, шепча в ухо, заставляя пройти по телу Камилы явную дрожь и говорит притихшим голосом, - я бы хотела тебе кое-что важное рассказать. — Если это предложение руки и сердца, я согласна, - смеётся Валиева и прикрывает рот ладошкой, ухмыляясь, Саша тыкает её в ребро, - А где Аня, Даниил Маркович? — Она вроде с Семененко ушла, - говорит Глейх, Камила сразу же переводит взгляд на Сашу, которая и бровью не повела, слишком уж долго они страдали и делали друг другу больно, пора бы уже и отпустить. Правда? Так думает Камила, так думает и Саша. — Видимо не хотела праздновать с нами, самая крутая же, - язвительно говорит Косторная, получая недовольный взгляд от Алины и Этери Георгиевны, - ну а правда же, почему она сейчас с этим Семененко, а не с нами? — Это её выбор, - сказала Алина, пихая в рот кусок торта, другие в комнате одобрительно кивают, - к тому же они вроде как встречаются. — КАКОГО Х..., - Алина успевает закрыть рот своей взболмошенной любви, ударяя её по губам, затыкая взглядом - хрена...они вообще встречаются. — Любит, - говорит Алина, а Саша усмехается, Щербакова не умеет любить, ей просто нравится быть любимой, но самой любить ей не дано, не может, не способна, - к тому же это сейчас не так важно, поздравляю всех нас с этими прекрасными результатами! Каждый в комнате поднимает стакан с соком и чокается, тренера переговариваются между собой, а спортсменки разговаривают про то, как они соскучились по дому, а Саше как-то слишком легко, будто не несколько часов назад она заняла серебро Олимпиады, будто всё что было меркнуло на фоне такой атмосферы, будто не любовь всей её жизни ушла гулять с другим. — Я рада, что я сейчас здесь, - говорит Саша и ловит на себе взгляд всех в комнате, все смеются и похлопывают Сашу по здоровому плечу. — Как мы без тебя, - говорит Этери Георгиевна, приобнимая девушку, - как мы без нашей Русской Ракеты? — Вы слишком драматизируете, и без неё справлялись, - шутя говорит Алёна, а следом получая от Саши подушку прямо в лицо, замолкает, а позже возмущенно бубнит себе под нос, - даже пошутить нельзя. — Тебе точно, - говорит Этери Георгиевна, чувствуя руку Жени на своей, немного сжимает её и сердце женщины тает от счастья. Любовь - это не там, где сердце отбивает чечётку, а там где спокойствие и уверенность с партнером становится обыденным для тебя состоянием, что и испытывала женщина, бесконечное счастье. — Пф, - хмыкает Алёна и утыкается в шею Алины, что-то тихо мурча, что слышала только Алина, немного хихикая переодически, все казались такими счастливыми, Саша была рада за тренера и за своих подруг, что они нашли свое счастье в человеке, но осознала, что любовь это не для неё, возможно просто не сейчас. Так проходит часа три за разговорами о прокатах и величайшего тандема трех глупышек ТЩК и ВУХ, так часто выражалась Этери Георгиевна наедине с ребятами, она рассказывала про детство каждой из девушек, рассказывая про первый прокат и то, как глаза сияли у каждой, как Саша в первый раз прыгнула аксель и потом рыдала в одно из пальто Этери, а позже говорила о том, как ценит каждого из своих учеников и любит, они вместе проводили время, рассказывали самые главные секреты тренерам, как они прятали от них булочки под матрасом на сборах, как втихаря покупали мармеладки или конфеты и съедали за несколько часов до взвешивания, каждый в комнате вспоминает истории прошлых лет, улыбка не сползает с лица у каждого, но время уже позднее, а завтра медальный подиум, где будут награждать девушек и команду. — Так, а теперь по кроваткам, - говорит Этери, вставая со стула и целует Сашу прямо в лоб, приобнимая Костогитовых растрогавшихся от таких милых посиделок, которые отчаянно пытались продлить этот день до поздней ночи, а так же уводя тренеров мужчин, готовых остаться в этой небольшой палате, чтобы разговаривать о таких приятных историях своих подопечных, - спокойной ночи, Сашка и ты Камил, тоже поспеши. — Хорошооо, - растягивая слово отвечает Камила и как только дверь закрывается она устремляет взгляд на улыбающуюся Трусову, Валиева сразу же тянется к шее девушки, садясь на кровать рядом, - так о чём ты хотела поговорить? — О фигурном катании, - говорит Саша, отвечая на объятия прижимая к себе Камилу, она кладёт свою голову на здоровое плечо Саши, ложась рядом на кровать и слушает тихое дыхание Трусовой, - так о чём же я там блин, хотела сказать.... Камила смеётся над такой рассеянной любимой девушкой, поэтому приподнимается и смотрит прямо в глаза забывчивой Саши, немного заглядываясь на губы той. Саша этот взгляд конечно замечает, но игнорирует его и ухмыляется про себя, Камила хорошая девочка, которая действительно любит Сашу, Саша же чувствует себя хорошо рядом с ней, ей не нужны отношения, чтобы просто чувствовать себя комфортно рядом с этой юной девушкой. — Ну так что? Вспомнила? - спрашивает Камила, наблюдая за серьёзным лицом Трусовой, усердно старающийся вспомнить, она немного сжимает её руку в своей и притягивает к губам, легонько целуя, Саша этому лишь хихикает, смеясь с такой глупой выходки девушки. — Ну и что ты делаешь, глупышка? - спрашивает Саша немного сузив глаза, смотрит немного недоуменно, но чувствуется в глазах некая насмешка, Камиле нравится, - я вспомнила о чём хотела рассказать. — Просто целую, - отвечает Камила и вглядывается своими влюблёнными глазками на искусанные припухшие губы Трусовой, облизываясь, - я буду не прочь выслушать тебя. Камила чувствует себя чертовски живой, когда ощущает прижимающую к себе руку Трусовой, щемится к ней и улыбается слишком счастливо для такого неоднозначного взаимодействия, она чувствует все эти симптомы любви, описывающиеся в интернете начиная от потеющих ладоней, потери аппетита, эйфории, румянца на лице до учащенного сердцебиения, а если у неё спросили бы любой вопрос из рода: "Есть ли хоть единый недостаток в Трусовой?" Она бы абсолютно точно, ответила отрицательно, ведь в Саше она никогда не видела недостатков, будто всё в ней было до ужаса идеально. Она хочет отдать Саше не только себя, но и весь мир на блюдечке, не беря за это ничего взамен. Она чувствует, что действительно любит, когда такая родная Трусова, сладко прижимает её к себе за талию и разговаривает полушепотом, почти в ухо девушки, когда такая любимая Трусова хочет рассказать что-то ей, а не кому-то там, не какой-нибудь Ане, она с наслаждением слушает каждое слово Саши, уделяя внимание её красноречивости и тактичности. — "Идеальная," - подумала Валиева, погружаясь в влюблённые мысли о Трусовой. — Я хочу закончить всё это, - эти слова разрезают слух Валиевой, она шокированно поднимает глаза на Трусову, чей взгляд немного грустный, но в какой-то мере счастливый и уставший, - сейчас я собираюсь приехать и ненадолго приостановить своё участие в соревнованиях, потому что оказывается, больно может быть не только из-за травм, но и из-за того, что сердце больше не лежит к тому, чтобы кататься как раньше. Вероятно, я больше никогда не смогу зайти в Хрустальный, будет слишком больно вспоминать, как много я там оставила, как много себя я оставляла на льду. — Если ты будешь счастлива этому, я тоже буду, - говорит Валиева и смотрит понимающим взглядом на Сашу, чьё сердце вероятно начало регенерировать от слов Камилы, она так давно хотела услышать эти слова, - Саш, ты невероятная, честно, вероятно это одна из причин, почему я в тебя влюбилась. — Камил, пожалуйста, прости, - тихо произносит Саша, смотря прямо в глаза Валиевой, - я не готова к тому, чтобы любить или быть любимой. — Так тебя никто и не заставляет, - хихикает Камила, протягивая кулачок, Валиева знает, что от слов Саши она не перестанет её любить даже на чуток меньше, - давай, если мы поедем на следующую Олимпиаду, то ты будешь стоять со мной на пьедистале с самой своей яркой улыбкой. — Обязательно, Ками, - смеясь, говорит Саша, отбивая кулачок и притягивает Валиеву ближе, расстрёпывая волосы девушки ладонью, - обязательно, на следующей Олимпиаде.

***

— "Это было твоей ошибкой не упоминать флаг под которым мы с тобой будем выступать, Ками, - думает про себя Саша шнуруя свои коньки, - иронично, что сейчас мы стоим по разные стороны друг от друга." — Number 13, an American figure skater, Alexandra Trusova, is invited to the ice! For five months now, this girl has lost the nickname Russian Rocket by going over to the team of another country and became the Great American Bullet, winning every competition and collecting an incredible huge fanbase!!! Номер 13, американская фигуристка, Александра Трусова, приглашается на лёд! Вот уже пять месяцев эта девушка лишилась прозвища Русская Ракета, перейдя за команду другой страны и стала Великой Американской Пулей, выигрывая каждое соревнование и собирая невероятную огромную фанбазу!!! — Как пафосно, - бросает Щербакова, наблюдая за девушкой, выезжающей в центр на лёд, взгляд её меняется на более хищный, раньше же, её можно было сравнить с кошкой, сейчас же на льду стоит лев, готовый рвать и ставить новые рекорды, - в тот раз ты сказала, что на втором буду стоять я, да, Трусова ? Ну давай, покажи на что ты способна, предательница. — В какой момент, ты пришла к этому выбору, Саш?... - тихо шепчет Камила, смотря прямо на Трусову, готовящейся на льду, на чьей мастерке больше не виден флаг России, вместо него нашит флаг Америки с огненно-красной надписью на спине: "American Bullet, Alexandra TRUSOVA."