Прикоснуться к сердцу 2: Лагерь

Вечером резко похолодало. Поздний час, ужин уже закончился. Начался дождь. Который застал трёх оперативников в беседке на границе Шторма и Сокола, где они тихонько обсуждали итоги сегодняшнего дня. — Ребята прочесали все дома и заброшки в деревне. Мальчика и даже каких-то его следов или намеков нигде нет. Данилов наполнил термо-стаканчик Рогозиной горячим чаем из собранных здесь трав. Подул ветер и деревья за спиной гулко зашумели, заставив и Власову отвлечься от размышлений и обернуться. — Да он 99% где-нибудь в сохранности, — Стёпа глянул на напарницу и сразу же достал из рюкзака теплую кофту, не обратив внимания, свою или ее. И накинул на плечи Риты. — никто не станет убивать или травмировать ребенка таких богатых родителей, чтобы навлечь на себя столько внимания и негатива. Похитителя в любом случае вычислят и поймают. Холод пробирал до мурашек, беседка защищала хотя бы от половины мощности порывов ветра. Поэтому и мужчина уже шмыгал носом и растирал руки. Сам ливень был грибным, теплым. Но территория озера превратилась в настоящую розу ветров. — А за преступления, где замешаны дети, сами знаете, что в тюрьме бывает, — закончил свою мысль Данилов. — Тогда почему он до сих пор не отпустил ребенка? — Рита отставила свой чай, будто он мешает ей сосредоточиться, и сложила руки. — Ждёт момента для нового требования? — Это уже четвертый, — напомнила Алиса, согревая руки термосом. — Первый раз родители дико перепугались и не стали звонить службам, прошел буквально час, даже в лагере не забили тревогу. Родители сразу же заплатили. Потом поступил второй, там подключили местных спецов, но в момент передачи их засекли. — С кем не бывает, — Власова помнила, что и они не раз лажали с подобным. — Да, но на третий, уже повторный раз, похититель потребовал переводить деньги на счёт. В районе дня, когда приехали первые подопечные Шторма. Поэтому если Охотник среди нас — он не покидал Неряхино, не мог получить последнюю взятку, и отпустить ребенка, видимо, тоже, — пришла к выводу девушка с русыми волосами. Они весь день обсуждали это с коллегами, которые тоже настаивали на том, что похитить мальчика мог только человек, замешанный либо в Соколе, либо в Шторме. — Значит, с Кириллом сидит сообщник, — продолжила мысленное расследование Власова, не отводя глаз от пустоты, где будто бы читала воображаемый дневник фактов. — Остаётся что? Ждать окончания смены, — заключил легко Данилов, не перегружая на сегодня девочек ещё больше. Где-то в лагере улетали плохо закреплённые палатки и орал Ильин. Если он злился на кого-то из подопечных — всегда вел себя очень агрессивно, будто нервничал… — Ладно, я пойду, — вздохнула Алиса, кутаясь в плед, под которым сидела, и спустила ноги в кедах на пол беседки. — наши в городе начинают прочесывать связи и врагов семьи. Считают, что нужно отказаться от версии с лагерями, — печально вздохнула. — Давай, — а Стёпа честно был рад, что с них снимут основную ответственность и внимание начальства. И тогда они смогут начать свое расследование, своими методами. Без всяких соревнований с соотрядниками, кличек, запретов и расписания. — Слушай, я тут вспомнил, — задумавшись на какое-то время после ухода Алисы, Стёпа вдруг заговорил. — Аленовой не было в палатке, когда мы ночью пошли следить за Змеем, — опер перевел внимательные карие глаза на напарницу. — но я что-то не припомню, чтобы она выходила вообще. — Да? А вот это уже интересно… — Рита нахмурилась, припоминая детали той ночи. И потеплее закуталась в кофту, поставив ноги на скамейку и обхватив колени руками. — Маша говорила, что иногда ходит во сне. Лунатила? Или, может, просто гуляла? — озвучила предположения Власова, тоже глянув на Данилова. — Обуви не было на пороге. Вряд ли бы лунатик предусмотрительно обулся, — опроверг их мужчина, наблюдая, как дождик стихает. — я бы заметил. Ее часа два не было перед тем как мы ушли. — Ну да… — снова задумалась на какое-то время девушка. — черт, но это точно не может быть она, — нервно и тревожно закусила внутреннюю сторону щеки. — Маша так мерзко всегда о нем отзывается… — поежилась шатенка, допивая свой чай. У Риты и мысли не возникло о том, что мужчина таких лет может иметь роман с молодой девочкой, тем более такой как Ангел. — Знаешь, Рогозина все так четко расставила, что наши роли здесь вдруг стали ничтожно бесполезными, — оперативница подгрузилась в свои мысли. — Пора действовать так, как мы считаем нужным. «Лезть впереди ОМОНа». Именно за это их обоих и ругали чаще всего в ФЭС. И Власова твердо была настроена на ту же тактику, что и Данилов теперь. — Я не верю, что Охотник и мальчик в городе. Мы близко, нужно только начать что-то менять и двигать пазлы. Если это Змей — запугать его и заставить нервничать. И совершить ошибку. К речи девушки не хватало ещё драматичной напряжений музыки помимо дождливых сумерек на фоне. — Предлагаю проверить его на агрессивность и ревность, а заодно — выяснить, спит ли он с Ангелом. Ибо те привилегии, что она имеет, — Степа тоже накинул толстовку. — что-то здесь не чисто, — и понял, что она ему подозрительно мала. — Эм, Рит, ты в моей кофте… — Это твоя кофта — на мне, — ни на тон не отступая от своей привычной манеры общения ответила девушка, лениво стягивая вещь напарника и меняя на свою. Они собрали стаканчики, крекер и термос со стола, убрали по рюкзакам. — Предлагаю пустить слух. Что якобы я переспал с Машей. И посмотрим на его реакцию. Заодно выловим тех, кто ему доносит об отношениях в лагере. Допрашивать стукачей и сплетников очень выгодно. Рита спокойно приняла его идею. — Для этого нужно что-то правдоподобное в качестве доказательств, — накинула рюкзак на плечи и остановилась у выхода из беседки. Стёпа окинул ее странным взглядом снизу вверх и обратно, чем вызвал красноречивую улыбку. Кажется, он придумал, как. — Мне, конечно, неловко делать вам такое предложение, коллега… Рита сразу закатила глаза и скрестила руки, устало вздохнув. Начинается театр. «Подумайте… Первый раз, что ли?..» — …Но не могла бы ты поставить мне засос вот тут вот на шее? — Стёпа постучал пальцем по месту будущего доказательства романа с Машей. — Легко, — Рита сделала шаг вперёд, опустив глаза перед «нападением», будто хотела исполнить его просьбу прямо сейчас. Но он быстро засек эту искру в глазах и недобрые намерения и сразу же остановил напарницу за руку, вернув на место. — У тебя есть там какая-нибудь помада? — Данилов для приличия сперва прикинулся культурным и интеллигентным, якобы он имел ввиду лишь красный след на коже, а не выражался в прямом смысле. — Нет, я здесь вообще не крашусь, — пожала плечами девушка, убрав руки в задние карманы шорт, чтобы он успокоился. — И ты думаешь, тот же Женя не отличит настоящий засос от нарисованного? — упрямо сощурилась, наклонив голову и поджав плечи. Надо, Стёпа. Надо. — Ладно, хорошо, — легко конечно же согласился мужчина, невинно оглядевшись, будто это будет рядовой поход в гараж двух приятелей. — Только не сегодня. Завтра перед завтраком, — строго обозначил время и точку совершения этого «дельца». — на этом же месте. Для правдоподобности — как раз после ночи. Два преступника, хитрецы ещё те. — Так точно, мистер Клайд, — загадочно и будто бы смущённо улыбнулась про себя девушка, выходя из беседки. — Давай-давай. Бонни…

***

В назначенное время рано утром Рита тайно прошла мимо раздачи сухпайков на завтрак, чувствуя себя какой-то секретной шпионкой, и направилась к беседке, шурша белыми кедами по мокрой после вчерашнего ливня траве. Там уже нервно ждал ее Данилов, словно перед своей участью или ответом самой судьбы. Завидев ее слишком поздно, чтобы собраться и не выдавать неготовности, мужчина расцепил руки и тяжело вздохнул. Будто перед дверью аудитории с экзаменационной комиссией. Рита ещё больше поколебала его самооценку и уравновешенное состояние, добив своей фирменной боевой походкой и настроем убивать. — Доброе утро, — постарался как можно более «не при делах» поздороваться и разрядить обстановку мужчина. Власова слегка прошлась гигиеничкой по губам, уверенно зашагивая на ступеньки беседки, до сих пор не поднимая загадочных глаз. И «с разгону» без всякого «доброго утра», которое сейчас с ее стороны в любом случае звучало бы странно, буквально впилась в шею растерянного Данилова, категорично отвернув само его лицо за подбородок. А руки мужчины предусмотрительно придержала, крепко обхватив за запястья и сильные предплечья. Чтобы не сорваться самой… Он чувствовал каждую десятую долю этих пяти секунд до безумия отчётливо: первое касание мягких губ, кончика носа и прядей ее рыжих волос к плечам и лицу, затем — пробирающий до мурашек горячий язык и островатый укус, боль где-то под кожей. И огромный, нахлынувший без предупреждения волнообразный жар ее стана. Это не могло произойти как-то иначе. Этот момент был вырван из одной не столь далёкой страстной ночи между мужчиной и женщиной, пылко любящих друг друга. Любящих порой жестоко и агрессивно… — Рит, ну… больно, — нахмурился все же мужчина, просто испугавшийся столь быстро развивающихся событий и так вероломно и грубо нарушенной между ними особенной границы в ещё несколько предстоящих этапов. Поэтому — сам перехватил ладонями ее запястья, попросив остановиться и сбавить порыв. Власова сразу отстранилась, сначала с недовольным властным лицом, а затем — самоуверенно ухмыльнулась, не понимая, что это нашло на нашего гордого дамского угодника? — Первый раз всегда больно, — коварно и обворожительно подернула она бровями, любуясь своей «работой» на шее напарника. — Да это у меня не первый раз… — Стёпа мимолётно вздохнул, потирая краснеющее место «укуса» на шее. — Да? У меня тоже, — также быстро бросила девушка, уходя вместе с ним обратно в лагерь. — Стой, — вдруг остановилась, доставая что-то из кармашка. — Ещё одна маленькая деталь, — девушка вытащила какую-то небольшую тоненькую ленточку синего цвета. Как потом понял Данилов, это была бретелька от женского белья. Рита с плохо скрываемыми гордостью и азартом обернула ею запястье напарника, цепляя в качестве браслета, символа «завоёванной крепости». — …От твоего? — удивлённо чуть улыбнулся опер, обдав ее волосы за ушком горячим дыханием, глянув на довольную этой полной конспирацией шатенку. — Нет конечно, от Ивановой, — начала запутывать его Власова. — Трофей, как никак, — легко отвечала она, скрепляя крючок с регулятором. Смотрится очень даже брутально. — …Серьезно? — Степа воспринял эти слова как правду, не понимая, шутит ли вообще Рита сейчас или лучше не упоминать их вчерашнюю перепалку с Надей? — Вы на деньги спорили, а мы — на лифчики, — девушка подняла глаза, сквозь челку обратив их с неким предупреждением на напарника. Мол, «львицы всегда играют опаснее львов, по-крупному». — Да шучу, выдохни уже, — успокоила его Власова, уходя вперёд мужчины. Но потом ещё раз обернулась. — Это Рогозиной.

***

— Вот здесь прекрасное место для сбора мяты в наш вечерний чай. Поросль близ воды всегда сочнее, девочки, — Кобра, как настоящий следопыт, привела маленькую женскую группу на небольшую полянку около озера, в месте, где оно углублялось одним из рукавов в лесной ручей. Рита, Надя и Алиса под строгим присмотром Волчицы, идущие послушной колонной за наставником остановились и недовольно огляделись. Приказ Кобры прервал их сплетни и болтовню. Но, выполняя поручение, соотрядницы все же рассредоточились по местности недалеко друг от друга. — А вы замужем, Елена? — Алиса обратилась к светловолосой лидеру их группы, возвращаясь к теме их разговора. Женщина слышала, что они обсуждали своих партнёров, но не стала вмешиваться или осуждать девушек. Но на вопрос ввиду своей искренней честности и открытости ответила незамедлительно. — Замужем, Кот. И у меня даже есть шестилетний сын, — гордо ответила женщина, делая акцент на строгости обращениях по кодовым именам. Рита приятно удивилась. Хотя наличие детей у такой нежной и доброй женщины было вполне ожидаемо. — Мы тут ненароком вас в жены генерала записали, раз у вас такие похожие клички, — Власова решила мимолётно проверить и реакцию на связь Кобры с Ильиным. — Геннадий Петрович холост, девочки, и не советую вам обсуждать личную жизнь старших в этом лагере, — стала чуть строже Кобра. Девушки спустились к воде и принялись собирать травы там. У Риты был особый план хода данного обсуждения. — Говорят, он положил глаз на Машу Ангела, — тихо выдала она, якобы общаясь с Алисой и Надей, а сама уже запустила нужный ей слух. — но теперь уж у Змея никаких шансов, раз она спит с Давыдовым. Эта новость вызвала ожидаемую реакцию. — Не может быть, — Надя сразу оскалила свои зубы, готовая хлыстнуть веником из мяты Риту прямо по лицу. — не станет она спать с ним за спиной у тебя. — А что, думаешь, боится? — Власова снова лишний раз припомнила Ивановой, что ее нужно опасаться и действительно не переходить дорогу, чем заткнула рыжую и пресекла уход сплетни в свою личную сторону. — Стёпа быстро уломал её, там и думать не надо. Волчица и Кобра переглянулись, но уже не могли обругать их за подробный разговор, раз он не касался старших. — А ты откуда знаешь? — Рогозина заметила, что дело пошло, и решила подыграть Власовой. — Странно, что вы не слышали, — вздохнула блаженно и хитро Власова, будто говорила о собственных сексуальных подвигах. — думала, весь лагерь перебудят, — как ни странно, но рассказывать такое, хоть и выдуманное, о своем напарнике и другой девушке ей было не то, что бы не сложно и не неловко, а даже приятно. Интересные ощущения. — И вы видели, у него на руке ее лямка от лифчика. Ну что я, не следопыт? под таким началом, — оперативница подняла глаза на наставниц, которые явно «впитали» информацию как надо. — Чувствую, поблажек от Змея Ястреб теперь точно не дождется, — подкрепила выводом Рогозина, невинно выстраивая красивый мятный букет у себя в руках. Наставники точно общаются между собой и новость уже сегодня достигнет внимания Ильина. Если уж Стёпа тоже потрудится для этого как следует уже в самом лагере.

***

Девочки вернулись и начали готовить все для обеда. Рита приступила к разжиганию костра и поймала взгляд напарника, несущего ей свежие дрова. Маша как раз вернулась со своих занятий с детьми из Сокола. — Давай, Казанова, я смотрю, — хитро и игриво дала ему команду Власова. Данилов вздохнул и направился к Ангелу. В эту минуту шатенка обернулась и окликнула Змея, раздающего задания мужчинам спиной к тому спектаклю, который разыгрывался здесь специально для него. — Товарищ генерал, у вас случайно не будет спичек? Змей ответственно отозвался на просьбу девушки и помог с костром, задумчиво поджигая щепки внизу полений. — Привет, — Данилов в это время поймал Машу, выходящую из главного домика с пакетом еды. Та слегка не ожидала внимания от Степана и немного вздрогнула. — Привет. Ты меня немного напугал, — смутилась она очаровательной улыбкой. — Прости, — мужчина попытался как можно более естественно обнять девушку за плечи. — Ты чего это? — по коже Ангела даже дрожь прошла, блондинка нахмурилась. — Слушай, я тут хочу заставить Тарасову поревновать, подыграешь мне немного? — прикрытие он выдумал на ходу, первое, что пришло в голову, чтобы не ходить далеко и не врать девушке о несуществующих к ней чувствах. — только никому. Маша будто облегчение почувствовала, заметив и пристальный взгляд Лис неподалеку. — Окей, но я против таких методов, — она оказалась очень понимающей и терпеливой, поэтому, конечно же, помогла соотряднику, ответно играя его пару и обнимая тепло и нежно. — но ты обязательно скажи ей о своих чувствах, — и приблизившись якобы в романтических целях, посоветовала искренне и по-дружески. — Она определенно неровно к тебе дышит, — убедила его в своих наблюдениях. — Прямо задыхается иногда… — кивнула настойчиво и улыбнулась.  — Да, хорошо, — мужчина для верности погладил блондинку по талии и завел челочку за ухо, смотря как можно мягче. — Касивый браслетик, — уходя, мельком уронила взгляд на руку мужчины Ангел. — Ага. Спасибо тебе, — Стёпа отпустил «подружку», обязательно долго и неприлично смотря вслед для пущей убедительности их отношений. Рита мысленно кивнула своим мыслям. Отлично сыграл. Мило смотрелись, «голубки». Ангелок и Ястреб. Хотя Стёпа не умел смотреть интимно, нагло и завоевательски на таких солнечных и трогательных девочек, как Маша, скорее обращался с ней, как с дочкой. Наверное, Власова здорово придавила его внутреннего донжуана той утренней выходкой, как сексуальный вампир, высосав всю энергию и лишив этой уверенности «альфа-самца». Но наблюдатель со стороны ничего бы не заподозрил: оба казались действительно сладкой новоиспечённой парочкой. Многого же они наслушаются о себе теперь. И Змей определенно это заметил, судя по тому, как перестал подкладывать дрова, а потом и вовсе брякнул какую-то отговорку, оставляя Риту одну. Во время обеда они с напарником не спешили сидеть вместе, ведь у Данилова была ещё одна маленькая миссия — поддержать слух от своего имени. Из первых уст. И кому как ни главному стукачу Шторма, Жене, стоило хвастаться, что он затащил Ангелочка в постель? Тут и роскошный, уже здорово раскрасневшийся, засос пошел в дело, и «трофей» в виде лямочки, который Воробей чуть ли не нюхать тянулся, удивляясь и завидуя. В общем, поверили ребята на все сто — актер из Степы хороший, если не под пристальным взглядом напарницы.

***

После обеда, на верёвочной полосе препятствий Данилов поймал на себе гораздо больше косых взглядов, чем ожидал. Все время забывал, что он теперь под новым статусом любовника Маши. Хотя эти двое особо больше и не пересекались. Рита тоже, согласно плану, отстранилась от напарника, наблюдая со стороны за реакциями и настроениями отрядов и команд. И внимание всех особенно привлекал этот самый яркий аксессуар на шее Ястреба. Поэтому после отдыха Степа поспешил обратиться к Власовой за самой настоящей помощью. — У тебя есть тональный крем или что-то вроде? — если он правильно помнил, это называется так. Рита, сидя на траве босиком, чтобы ноги отдохнули после бега, сощурившись подняла голову. Вид у мужчины был слегка помятый. — Что, синяки под глазами после бурной ночи, товарищ любовничек? — она соскучилась по шуточкам над ним даже за эту половину дня. Тем более теперь, когда появилось такое поле для сочинения новых подколов. — Надо это замазать, а то меня все уже спрашивают, с кем я подрался? Это сравнение ребята, конечно, употребляли в шутку, чтобы не смущать Степу, интересуясь происхождением следа, оставленного страстной незнакомкой. — У меня нету, я же говорила, что не люблю краситься, — девушка проводила взглядом опустившегося рядом замученного таким вниманием напарника. Перед его карими глазами котенка невозможно было устоять. — Ладно, спрошу у Алисы, — и сразу перешла к делу, воспользовавшись передышкой. — Кобра сказала, что Змей не женат. — И что в этом преступного? — мужчина отмахнулся от комаров. — Не находишь странным, что в его годы в брак он так и не вступил? Взрослый военный мужик, неужели его не интересовала эта перспектива? Или может, он больше по детям, м? — в своих как всегда поспешных рассуждениях и подозрениях Рита порой забывалась и не думала о том, что говорит. И что это осуждение холостого положения генерала при Степе могло его задеть, ведь ситуация Змея имела отклик и в истории Данилова… Да и у самой Власовой особый взгляд на брачные узы. Девушка поняла ошибку уже после паузы, но не стала возвращаться с уточнениями, надеясь, что напарник не провел параллель с собой. Она не хотела его обидеть. -… А может он просто всю жизнь любил одну женщину, которая ему была не доступна? — но Стёпа, словно схватил затаившуюся Власову в капкан и прижал этим намеком, будто понял, к чему свелся разговор. И что она специально выводит его на откровение. — Если он и любил кого-то, то мог побороться и сделать её своей, — дальше заговорил внутренний неконтролируемый голос оперативницы. — Значит, по-твоему, он сначала меня пристрелит, а потом насильно сделает Машу своей? — вовремя легко перевел ход ее мыслей на ситуацию с обманом Данилов, чтобы Рита не грузилась аллегориями насчёт них. Он чувствовал, что сейчас не время и не лучший способ поговорить серьезно… — Ну если Маше нравится «насильно», то тогда конечно! — быстро повеселела Власова, с хитрой улыбкой надевая кеды и собираясь в лагерь. — тебе-то должно быть известно, товарищ любовник, как ей нравится, — и возвысилась над напарником, поднявшись и отряхнув шорты. — А ее не поймёшь, товарищ следователь!.. — в той же манере бросил ей вслед мужчина. Здесь в этой короткой перепалке фраз читался ясный и открытый тонкий намек…

***

Вечер после лекции о выживании в лесу с одним ножом в кармане у ребят остался свободным. И он был по-настоящему прекрасным и подходящим для душевных посиделок хотя бы наедине с собой, в сосновой чаще на окраине леса с видом на поле. За которым уже виднелись домики деревни Неряхино. Закат был просто потрясающий. Летом небо могло целый час оставаться окрашенным в глубокий ясный оранжевый, розовый или медный, позволяя наслаждаться своей красотой и образами. И в разводах этих читались то горы, то волны, то локоны чарующего небесного ангела. Открыто и при всех приглашать распить бутылку лимонада, выигранную в очередном соревновании, Данилов просто так не мог. Поэтому забрал ее сам, зная, что Власова заметит и пойдет его искать, чтобы присоединиться. Нашла девушка напарника ожидаемо в соснах, о которых он ей каждое утро твердил после пробежки, что хочет туда как-нибудь прогуляться, что там невероятно красиво и спокойно. Сидеть правда было неудобно, если плед на траве казался практически периной, то здесь на иголках не расслабишься. Степа услышал довольно быстрые шаги со стороны тропинки, но не мог отвести взгляда от солнечных лучей. Но вид ему все же преградила не менее прекрасная картина строгого, но старательного выражения лица Риты. Которая как всегда бесцеремонно вторглась в романтичное одиночество оперативника, буквально сев ему на колени, и принялась аккуратно замазывать светлым тоном из маленького тюбика красный след на его шее. Нашла ведь где-то, выпросила. Ее близость и фигура были ему, конечно же, приятны, но не с разгона, схожего с утренним, поэтому ворвавшаяся на поляну взрослая «Лолита», прыгнувшая мечтательному «Гумберту» на колени, чуть не впечатала его спиной в дерево позади. И вновь он машинально положил руку ей на бедро. — Аккуратней, Рита, ну честное слово, — недовольно забубнил Стёпа, не по-настоящему ругаясь и отодвигая стеклянную открытую тару подальше от локтей оперативницы. — ты знаешь, каким трудом нам эта бутылка досталась. — Я аккуратно, — сосредоточенно протянула девушка, с улыбкой придерживая насильно его недовольное лицо за подбородок, и замазывая пальцем другой руки след от страстного поцелуя. — не ворчи. Я же не на лицо, — усмирила его девушка, смешно справляясь с «клиентом» импровизированной гримёрки. Повисла неловкая пауза и Данилов предсказуемо молча закатил глаза, буквально в секунду считав ее мысли о грядущей искромётной шутке, звенящие уже на весь сосновый бор. — Что, знакомая фраза…? — едко улыбнулась рыжая «лисичка», наклонив голову и отпуская мужчину. За что чуть было не получила «по хвосту» от напарника. Но все же уселась рядом, тоже развернувшись к закату. — Кстати, ты заметил, как Надя пристает к Максу? Жалко парня, — у Риты здесь не было подружек, с кем можно было обсудить соперницу. А Рогозина не всчёт, она в дружбу с женским полом вообще не верила. — Ну, может, она в него действительно давно влюблена и просто не знает, как обратить на себя внимание? — когда они двое оставались наедине Стёпа просто не мог через слово не заходить на тему того самого разговора… — Да детский сад… Как подростки в лагере, — нахмурилась Рита, зябко поглаживая голые ноги и опустив глаза. — Не хватает только мальчика, обнимающего девочку ниже пояса с руками в задних карманах ее джинс, и этой девочки с пальчиками в замочек на его шее, танцующих какой-нибудь медляк из 2000-х. ≪…≫ Степа сделал глоток напитка и глянул на Власову весьма удивлённо, выдержав короткую паузу. — Не знал, что у тебя был такой опыт, — мужчина передал лимонад напарнице. — А ты что, в лагере никогда не был или медляки не танцевал? — та тоже испробовала напиток со вкусом из этого самого детства и лагерной атмосферы. Он все тот же, советский. — Был, конечно, но до нас, пацанов, романтические чувства тогда доходили гораздо позже, чем до девчонок. Мы в разбойников играли, шкодничали, убегали в лес. На последней фразе оба переглянулись, понимая, что и сами сейчас сбежали в лес и нашкодили, обманув всех в лагере со сплетнями про роман с Ангелом. — Так что никаких девчонок я за руку не водил и в щеку не целовал, как это бывает по классике лагерей. Рита уловила нечто тоскливое и печальное в его рассказе… — А те ребята из Сокола сейчас самые счастливые. И хорошо, что похищение Кирилла для них прикрыли тем, что он просто уехал в город на соревнования. Детство должно быть беззаботным у каждого. Иначе вырастут и будут эту беззаботность искать вокруг, и в отношениях в том числе, — Степу хорошо заносило, когда у Риты было настроение слушать, не перебивая. — хотя не сказать, что и это плохо. Взрослым тоже иногда не мешает побыть детьми, — он знал, что и у Власовой не все было гладко в юные годы. С родителями, сверстниками, да и вообще. Рита понемногу допила лимонад, задумчиво глядя на солнце, греющее последние минуты. И вдохновлённая рассуждениями напарника задумчиво положила бутылку на землю между ними. Раскрутила одним движением, привлекая и его внимание, и замерла, словно маленькая девочка, ожидая какого-то чуда. Они не сидели в большом дружном кругу, где горлышко могло указать куда угодно, не промахнувшись, поэтому если все вдруг сложится не случайно… Она указала на Степу. Шатенка медленно и загадочно подняла на него ореховые, чуть более золотистые в свете заката глаза, и привстала с колен, подкравшись ближе в одно кошачье движение. Сердцебиение Данилова почти что остановилось и реальность превратилась в эфиры райских небес вокруг, но за пару сантиметров до ожидаемого соприкосновения их губ, Власова напомнила ему о том, что с ней никогда не бывает так просто. И будто вспомнив, что они играют в классическую бутылочку на поцелуи именно в щёчку, об обделенности которыми Степа так трогательно жаловался минуту назад, она улыбнулась и как всегда нагло и донельзя сильно прижалась губами к его щеке. Целуя хоть и по-детски, но демонстративно долго и откровенно, словно это был самый страстный из всех возможных и заслуженных им поцелуев от нее. Она играла. Невозможная, неисправимая хитрюга, ремня на нее не хватало от вожатого. — Ри-ита-а… — поняв, что это лишь флирт и игривость, дразнилки, Стёпа попытался сразу оттащить ее от себя. Но Власова настолько сильно прониклась нежностью к его внутреннему ребенку, который недополучил любви в детстве, что обняла его наоборот ещё крепче, говоря «нет, ты не должен сейчас это отвергать, я ведь хочу помочь тебе, глупый». Она не играла с ним издевательски или зло. Она играла в своем характере. Она пыталась перенести его в ту атмосферу детства, чтобы такую любовь принял именно тот мальчик. И чтобы его уже сильный и взрослый мужчина не подумал, что внутренняя девочка Риты его дразнит, говоря, что большего он не достоин и она видит в нем и любит только ребенка или друга. Она очень хотела, чтобы он это понял. И оттого крепко прижалась всем телом, обнимая за шею. Редко, когда на Власову находили такие искренние порывы. Но это бывало. На памяти Данилова — первый раз. Майский бы понял сразу и просто погладил бы эту девочку по голове, обнимая и улыбаясь в ответ. Он хорошо изучил этот феномен с ее стороны. — Смотри, — Власова вдруг сама села на место, устремив взгляд куда-то за спину напарника. Тот подстроился под резкую смену настроения и тоже обернулся, ища глазами объект внимания в чаще. В начале тропинки за поворотом в тени высокого дуба стояла женщина с длинными кудрявыми рыжими волосами. — Это Иванова, — Рита узнала свою соперницу. Стёпа огляделся, оценивая, насколько надёжна их собственная конспирация и сел поближе за дерево, чтобы не светиться из этой импровизированной засады. Надежда чуть развернулась, не замечая, что в лесу отдыхает пара соотрядников, и опера заметили, что она разговаривает по телефону. Тайно от всех. Пронесла…? — У нее трубка. Интересно, что за секретность? — Рита, сразу перестроившись на сознание полицейского, достала свой служебный телефон, не отрывая глаз от Куницы, и набрала номер Тихонова. Повезет, если он сейчас на дежурстве. — Привет походникам! — бодро отозвался голос парня на проводе. — Ваня, срочно отследи номер некой Надежды Ивановой из нашей команды, сейчас идёт сигнал, — негромко, но серьезно приказала оперативница, стараясь прикрыть телефон в своих руках распущенными волосами, если их кто-то увидит. — Ух ты, секунду, — Тихонов не ожидал, что получение поступит так сразу в лоб, поэтому отъехал от стола с пробирками к компьютеру и застучал по клавишам, открывая досье на подопечных взрослого лагеря. Судя по лицу Нади, она явно не болтала с подружкой о том, как здесь весело и красиво, настроение у нее было напряжённое и она в основном внимательно слушала своего абонента, будто военного докладчика или наоборот главнокомандующего важной операции. И уже через минуту женщина произнесла какую-то фразу и закончила разговор, оглядевшись по сторонам. Рита и Стёпа одновременно мигом скрылись за деревом, не отстраняясь друг от друга. И в следующие секунды рыжей под деревом уже как не бывало. — …Связь плохая, успел записать лишь отрывки, — вскоре отозвался и Тихонов сквозь небольшие помехи. — «…Родители ничего не должны знать, деньги это не главное. Он уже мой. И отпускать я его не собираюсь.» — пересказал слова Ивановой парень. — Спасибо, — Рита тоже повесила трубку, неотрывно глядя на Степу. — не знаю, как ты, но я услышала как минимум четыре маркера по нашему делу. И либо я сумасшедшая, либо у нас новый главный подозреваемый.

***

Перед традиционным лагерным вечером страшилок вокруг костра, опера рассказали об увиденном Рогозиной-младшей. И пришли к выводу, что за ней стоит проследить и выяснить получше, кто она такая и что делает в Шторме. Рита к ней вряд ли подберется близко, Стёпа с громким статусом любовника Ангела тоже, а вот милая и добрая ко всем Алиса вполне сойдёт за подругу рыжей. Тем более той явно не хватает общения, судя по недавней болтовне за сбором мяты. Поэтому решено было отправить русую в засланные казачки в палатку к Кунице на всю предстоящую ночь. Поэтому весь вечер Рогозина пыталась как можно убедительнее играть напуганную всеми рассказами о призраках и зверях беззащитную девочку. И на просьбу приютить ее на сегодня у себя в палатке Надежда с явным повышенным материнским инстинктом, конечно же, дала согласие. Поэтому опера спокойно дожидались ночи, слушая рассказы лишь в пол уха, и пытались в конце-концов нормально и спокойно пожарить хлеб. Хотя сами в запасе имели столько страшных историй из опыта работы, что байки про привидений просто меркнут, и после них весь лагерь не смог бы спать ещё дня три. Рита аккуратно насадила кусочек хлеба на ветку и наклонилась вперёд к огню, опираясь рукой на колено Степы, словно он — перила при спуске в бассейн. Тот сбился со своей крошащейся горбушкой и, тихо закатив глаза, для надежности обхватил ее локоть. Но Рита точно непослушный любопытный ребенок прямо на коленях подобралась ещё ближе к костру, ища, где нет открытого огня, чтобы хлеб не сгорел. И не важно, что под ногами была одна сажа. Данилов на это выдохнул уже более красноречиво недовольно и, развернувшись и достав из кармана ее куртки около палатки маленькую резиночку для волос, наклонился и заботливо собрал непослушные кудри напарницы в лёгкий хвост сзади. Чтобы та не осталась без волос вовсе. Когда хлеб подрумянился, как нужно было Власовой, девушка вернулась на свое место на бревно рядом со Степой и, воткнув палочку в землю, принялась вместе с напарником с улыбкой отряхивать свои черные коленки. В отрядах пошел тайный шепоток, взгляды снова неоднозначно обратились на Данилова теперь уже в компании новой «пассии». Какие же интриги они здесь навели, преследуя свои оперативные цели… — А кто это тебя в таких интересных местах испачкал? — Стёпа ненароком заметил пару серых отпечатков пальцев и на ляжке напарницы, происхождение которых его смутило. Рита натянула многозначительную загадочную улыбочку и молча свесила голову за спину Данилова, выглядывая на коллегу, сидящую неподалеку через пролет между пеньками. — Там был комар, я просто слегка прихлопнула… — заразившись тем же игривым настроением оправдалась Алиса, невинно чуть усмехнувшись. — Я этого не слышал, — откашлялся со вздохом утомленного отца одиночки двух непоседливых дочерей оперативник. — Это просто месть за твой новый аксессуар, — Власова хитро указала глазками на лямку на запястье мужчины и закусила хрустящим хлебом. Что ж, девочки за это время здорово подружились, что доказывает ещё раз: расследование общего дело в рамках общего быта в глухом лесу сближает за минимальное количество времени. Отношения коллег превращаются в зачатки крепкой дружбы, как и напарничество, плавно перетекающее в некое особенное, волшебное и трепетное чувство…