Прикоснуться к сердцу 2: Лагерь

Через несколько минут подъехала дежурная группа АОРС и специалисты из Москвы, их коллеги. Все три лагеря эвакуировали в срочном порядке, да и смена их подходила к концу. И «Сокол», «Шторм» и «Патриот» вскоре отправятся в город на трёх больших туристических автобусах. Марию передали в специальный транспорт для перевозки раненых преступников, где уже ждали медики для оказания помощи. — Как вы поняли, что это я? Дети не могли вам ничего рассказать, я не оставляла никаких следов! — теперь Машу бесило больше всего то, что ее гениальный план раскрыли в самый последний момент. Когда обоих оперов отстранили, казалось бы, от всех путей, способных вывести на ее причастность. Преступница она или нет, но по-человечески операм ее было жаль. Они узнали ее, как хорошего человека, узнали о тяжёлой судьбе, предательстве родных родителей и сложной работе. Понимали мотивы поступков, желание мести, но никогда бы не оправдали всех ее действий. Хоть она и не причинила детям большого вреда, обходилась осторожно, носила большие пакеты с едой одна через болотистый лес, чтобы прокормить. И деньги она требовала не для себя. Зла биологическим матери и отцу, да и брату девушка на самом деле не желала. — Все сработало в совокупности. — Данилов оперся рукой о дверцу машины с красным крестом, с гордостью за свою работу провожая Арлетову на путь правосудия. От очарования ею больше не осталось и следа в его сознании. — Никогда не списывай со счетов своих соперников. Ты уже давно не лучший охотник этого лагеря… Девушку погрузили в оборудованную машину. Степа пожал руку знакомому конвоиру и кивнул Максу из АОРСА. Который с такой же гордостью и облегчением улыбался своей начальнице и возлюбленной Алисе. Вид пары молодых людей уже в форме натолкнул Данилова на мысли о напарнице и мужчина огляделся в поисках темно-рыжего хвостика и высокой женской фигуры.

***

Из домика Змея, где развернули мобильный медпункт на время отъезда, вышла вся взволнованная медсестра Соколов. Девушка в халатике с русой косой сразу же обратилась к генералу, следящему за отправлением и распределением багажа по автобусам. — Геннадий Петрович, с Надеждой все хорошо, сделала ей чай от давления в дорогу, — всплеснула руками молодая фельдшер. — мы как, уже уезжаем? — Отлично, Лидочка! Да, езжайте, мы ещё ждём! Спасибо. — отрывисто ответил серьезный и ответственный мужчина, исполняющий теперь свою роль на 5+ пока его самого не привлекли за мелкие грешки. Автобус с детьми выехал с территории лагеря первый и народу сразу поубавилось. Команды Шторма были ещё в сборах, некоторых опрашивали следователи по факту задержания, выясняли известные им детали, как все произошло, слышали ли они что-то и оправдала ли себя необходимость применять оружие, которым воспользовалась Власова. Некоторые даже захотели остаться и предложить свою помощь, как-никак коллеги из одной сферы. Стёпа, Рита и Алиса наблюдали за работой структур около турниров базы Шторма. Столько всего веселого здесь было. Теперь вид поляны не казался таким теплым и уютным, всю траву вытоптала полиция и колеса служебного транспорта. Но картина прекрасного летнего отдыха и атмосферы свободы навсегда останется в сердцах команд. — Отличная работа, ребята. — Алиса вздохнула и кивнула старшим коллегам. — Как всегда. Приятно было вести это дело с вами. — девушка пожала руки Данилову и Власовой. — Мое начальство уже заинтересовалось вашими досье. — Размечтались, — Рита хитро улыбнулась и не восприняла мысли о приглашении в АОРС всерьез. — Мы здесь до вечера, будем восстанавливать всю хронологию. Арлетова под медикаментами, допрашивать ее в таком состоянии бесполезно. Подкинули вы нам задачку. — Ты и так прогуляла половину срока, Котик, не обессудь. — Маргарита сверкнула хитрыми глазами и наклонила голову перед начальницей АОРС. — Свежий воздух полезен. — Но ты действительно во многом помогла нам в подтверждении подозрений — провернула целую операцию там возле почты. — Степан отметил помощь Рогозиной-младшей. Она отличный пример, что не стоит судить о хрупких симпатичных девушках по внешности и обаянию. Положительный пример. — Учусь у лучших актеров Федеральной Экспертной Службы, — откланялась с уважением и долей ехидства Алиса, чуть пошатнувшись вперёд и убрав руки в задние карманы. Любимая привычка Власовой. И она это заметила. — Ладно, я пойду. У меня в Москве свой зверинец. Хорошо вам отдохнуть на доп. отпуске. Лис, Ястреб, — попрощавшись в последний раз как положено в Шторме девушка направилась к своим. — Давай, Котяра… — тоже с теплотой устало кивнула ей вслед Рита, сложив руки на груди. Они с Даниловым остались одни. — Да, промахнись ты на сантиметров 10 выше — и ангелочек точно бы оказался на облачке. — Стёпа не умел скрывать свое волнение перед ней. И хоть и не показывал и не осознавал его в момент задержания, сейчас его снова накрыли эмоции тревоги. Ведь это действительно было опасно. И очень рискованно. Все в лучших традициях их спец. заданий и командировок… — Я никогда не промахиваюсь, забыл? — плавно развернулась к нему оперативница, изогнув бровь и наклонив голову. Та предпочитала просто быстро все это забыть и не возвращаться, чтобы ночью ее снова не мучили те кошмары с того задержания. — Никогда не говори «никогда». — все бубнил над ухом опер, наблюдая за лагерем. — Поспорил бы — проиграл бы мне поцелуй. — подметила лукаво девушка, тоже не глядя на него. — Я не проигрываю. — у нее всегда получалось развести его на спор и заставить хвастаться. От этого пустецкого, но такого лёгкого и теплого диалога вновь повеяло теми их трепетными отношениями брата и сестры, и даже двух соперников, что установились между ними в лагере. Им будет их очень не хватать. — Ты уже отчиталась? — Да. Уже вижу, как Рогозина в объяснительных и отчетах похоронит, мы же были отстранены… — им обоим искренне не хотелось думать о бумажной волоките и объяснениях, которые обязательно потребуют от них в Москве. — Ну фактически нет, просто дело у нас решили невовремя забрать. Интересно, следаки вообще успели его открыть, прежде чем мы все поняли? — Данилов чертыхался только об упущенном времени, так и не понимая, что «упущено» оно и не было. Каждый шаг, каждый этап и каждый день был тем неизбежным и необходимым для них, что в итоге привело их к цели и именно такому, к счастью, успешному для безопасности и правосудия финалу — Ладно. Не в первый раз. — вздохнула мрачно Власова. — пойду прогуляюсь. — Давай… Провожая взглядом карих глаз ту, что стала для него за это лето самым близким другом, напарником и дорогим человеком, Стёпа абсолютно твердо решил для себя сделать то, на что ему все время просто не хватало смелости и не было в душе достаточно спокойствия, чтобы поговорить о главном. Потому что смотреть уходящей Власовой вслед становилось с каждым разом всё тяжелее…

***

Вновь тяжелый женский вздох протяжно разнёсся в тишине на берегу озера. Рыжие пышные кудрявые волосы едва развивал ветерок, а закатные лучи солнца проходили сквозь тонкие длинные пряди. Женщина из команды МЧС-ников лагеря, кажется, в полном разочаровании в себе, как в профессиональной сфере, так и в женской силе, сидела на траве чуть выше уровня воды у самого спуска и печально провожала взглядом зелёных глаз летающий лёгкий тополиный пух. Июнь подходил к концу. Власова заметила спасенную сокомандницу у береговой кромки и решила поддержать ее в отхождении от недавнего стресса. — Пришла в себя? — не самым ласковым и нежным голосом начала Рита, присев рядом и сорвав цветок клевера. — Привет, — от волнения и неожиданности такой аудиенции поздоровалась снова Куница, хлопая глазами. — да, норма-ально, — по-спасательски сурово к самой себе отозвалась женщина. Бывало и лучше. И то, что внешне оперативница спокойна, ещё больше смутило ее уверенность в себе. — Вода успокаивает, — подметила Власова, не торопя беседу и пытаясь настроиться на комфортный для Надежды ритм общения. Обе хороши в язвительности, чтобы любым сейчас лишним словом испортить и без того колкие отношения друг с другом. — Да. Всю жизнь «успокаиваю» ею пожары и спасаю людей. Так легко позволила себя одурачить… Рита понимала разочарование сильной женщины, такой же как она, которая всегда думала, что ей море по колено и горы по плечо. И в один момент… Все рушится до нуля и пробивает твою уверенность насквозь, словно пуля… Им обеим это знакомо. Но сейчас девушка чувствовала, что не стоит лезть в тонкую душевную организацию подруги по опыту сломленности, потому что сама тогда не хотела никого к себе подпускать. Надя абсолютно точно сильная личность. И сумеет справиться с этими сомнениями. — Как ты решила стать пожарной? — решила вдруг отвлечь рыжую Власова, взглянув на нее. — Не поверишь — однажды на даче у нас загорелся сарай. Мне было 13, брату — как Максу, — кивнула в сторону лагеря женщина, сложив ладони вместе и уперев локти в согнутые расставленные колени. — пока звала его, решила тушить сама — выплеснула на пламя первую попавшуюся под руку канистру. — И как, получилось? Надя перевела на оперативницу саркастичный взгляд. — Это была дедовская заначка с водкой. Рита засмеялась, представляя эту картину и смотря вдаль на чистую гладь блистающего на солнце озера. — Брат был в ярости. До 18 лет попрекал меня этим… Вот я и решила… — Доказать ему, что ты лучше, чем он тебя видит? — Власова сразу поняла, в чем главный триггер Надежды. С этим связано, кажется, даже больше ее мотивов всех поступков, чем она считает. Да и не связывает она эти вещи с прошлым вовсе… — Наверное... — В жизни любого человека бывают моменты, когда он ошибается. Главное не начать заливаться водкой, не обращая внимания на то, что ты уже горишь. — Рита не замечала, насколько философски рассуждает и какие четкие параллели проводит между их историями, характерами, профессиями и прошлым. Детства или же минувшего лета здесь… — Порой для этого нужен человек, который за руку отведет тебя… Например, в озеро. — девушка, кажется, вспомнила, к чему сама случайно привела свою же мысль. И хитро «переглянулась» с красивыми видами водоёма, ставшего им таким родным. — …Уж и не знаю, как к этому человеку подступиться, — Надя быстро поняла, о чем говорила сокомандница. — и что только этим мужикам надо? — женщина отмахнулась от пушистых кудрей и окинула взглядом лес на том берегу. Там, где жила та самая лисичка… Всё так — к мужчинам иногда необходимо применить женскую хитрость. — Как ты заполучила Давыдова? Такого мужика… — Куница повернулась к собеседнице, уже и позабыв об их вражде. Рита оказалась приятной девчонкой, к тому же, у них нашлись общие больные темы. — Вообще-то у нас другие фамилии… — Власова слегка смутилась насчёт Данилова, так забавно звучало их прикрытие из чужих уст. Теперь, когда все позади. — Черт, точно… — наклонила голову рыжеволосая. А она куда проницательнее, чем Рита думала. Да и та не знала ее так близко. — Ну, — пожала плечами оперативница, якобы скромничая о своем обаянии. — Не зря же я Лис, — пошутила все же тонко Маргарита. — Это да, — закатила глаза женщина. — Мы с ним возненавидели друг друга с первого взгляда. — Что? Не-ет! — Куница быстро учуяла пикантный женский разговорчик и оживилась. — Не поверишь, но это так. — Рита погрузилась в воспоминания. — Ну, может, не возненавидели… — чуть сощурилась, вспомнив, как тот первый раз извинялся, пытаясь подкатить, хотя ему это совершенно не свойственно. Но тогда он совершенно не знал ее. — Он показался мне таким наглым, самоуверенным, глупым. Ограниченным. Мыслил ярлыками. — По поводу того, что ты женщина в органах? Власова опустила глаза. Головку цветка она давно истерзала в кашицу. Да. Они оба в первый год только и делали, что тушили пожар бензином… — И по поводу того, что меня в первую же неделю взяли на важное задержание. Где, конечно же, ранили по полной программе… — тихо и черство произнесла Рита, смотря вглубь далёкого 2014-го. — Ой, Господи, — вздохнула печально и сочувствующе рыжая. — девчонка, поди, совсем была? — 25 лет. — согласилась оперативница. Ей было жаль ту выпускницу полицейской академии, приставленную к суровому и злющему тогда Круглову, матерому убойнику, и такому же зелёному, но уже возомнившему о себе Данилову. Но именно из этой девушки выросла сильная и мудрая Власова, которая не первый раз блестяще раскрывает сложнейшее преступление и задерживает особо опасных бандитов сейчас. — После всего, в больнице он сказал мне одну вещь, которая тронула меня до глубины души. Что если он все-таки станет когда-то моим напарником, — девушка выбросила цветок и сцепила пальцы в замок. Тонус от хвата оружия ещё не ушел из мышц и они требовали какой-то нагрузки. — То будет защищать меня от любой пули ценой своей жизни. — вспоминая его голос и его глаза в тот день, Власова улыбнулась уголком губ и опустила глаза. И поймала себя на мысли, что ей невероятно приятно говорить о нем. И что она уже скучает. И хочет по возвращении позволить себе… Многое. — И что Оперативник в нем не отделим от Человека. Так же как разум не отделим от сердца… Он многому ее научил. Не Круглов, а именно он. Тем, что рос и учился на ошибках вместе с ней. Они вытянулись друг за другом как профессионалы благодаря этому духу соперничества и схожести характеров. И уже скоро наши друг в друге поддержку. — И вы стали напарниками? И влюбились, да? Бурный служебный роман, вот мне бы так… — О, нет. Он до сих пор меня бесит, — быстро перебила собеседницу Рита, хмурясь и снова шутя в дерзкой манере. — У нас было много разногласий, какое-то время я была уверена, что он совершенно не мой человек. Ни напарник, ни друг. — и в завершении этой личной темы посмотрела на Надю. — У нас длинная история. Та отчаянно и озадаченно вздохнула, поправляя футболку с символикой их пожарной части. — Как быть с Максом — не знаю… — Послушай, отстань от него. — Рита после всех событий чувствовала в себе прилив какой-то благосклонности и смелости одновременно, желания, наконец, перестать быть «соперницей» и стать просто женщиной. — Правда. Полюби в первую очередь себя, а не дави этой энергией его. Женщина не должна доминировать и доказывать что-то, как ты всю жизнь — своему брату. Позволь мужчине быть мужчиной. А себе — непослушной, капризной, невыносимой девчонкой. — В мои годы? — Сейчас получишь… — Рита слабо пнула собеседницу коленкой. Обе легко засмеялись. И Надежда вздохнула куда свободнее. И уже с явными отголосками наступающего постепенно смирения и спокойствия. — Верь в то, что сможешь справиться с любой преградой в жизни, любым вызовом, любым соперником. Не промахнешься. И он захочет справляться со всем этим вместе с тобой, чтобы стать командой. Он ведь тоже сильная личность. — А как Максим стреляет, — рыжая уже замечталась о своем объекте воздыхания. — А как Данилов вяжет узлы… — тихо поддержала ее фантазии собственными Власова, поведя тонкой бровью. — Что? — Ничего. — смущенная улыбка очень украшала лицо оперативницы. — Ладно. Мне пора к своим, помогать с вещдоками, ваш автобус ещё грузят. Удачи тебе, рыжая. — И тебе, сестрёнка. Рита поднялась и медленно поднялась на тропинку под ивой, что всегда приятно шелестела по утрам, когда они просыпались и вылезали из палаток на пробежку… — Лис? — окликнула ее вдруг Надя. И Власова обернулась. Последний раз отзываясь на это имя. С доброй, хоть и уставшей ностальгической улыбкой… — Спасибо. — кивнула оперативнице пожарная, глядя на ее силуэт в лучах солнца и летающем пухе. — Ненавижу тебя, — добавила лукаво, но уже совершенно дружественно. Она была рада расстаться на хорошей ноте и поблагодарить ту, что спасла ей жизнь. Да и парня ее она вовсе не уводила. — Я тебя тоже. — тем же слегка ядовитым, но наигранным тоном ответила Маргарита, привычно закатив глаза. И оставила рыжую хитрюгу в спокойном одиночестве…