Узники обстоятельств

ПЕРЕВОД lieberpolly Мэриан выдернула стрелу из спинки кровати и пальцем потрогала наконечник. Раньше один лишь знак того, что Робин где-то рядом, наполнял ее сердце радостью. Прошло всего три дня с того момента, как она пообещала ему не уезжать, и за столь короткий срок она словно очутилась в другом мире. Теперь она замужем, а ее отец скончался. А Робин наверняка остался прежним, неизменным преданным слугой короля. Нет, она потеряла Робина не три дня, а пять лет назад, когда он бросил ее и весь Локсли, чтобы последовать за королем Ричардом в крестовый поход. Теперь она должна смириться с этим. Мэриан нервно заходила по комнате, ожидая, что он появится с минуты на минуту. Она посмотрела на свои руки, радуясь тому, что Гай обошелся пока без обручального кольца, которое объявило бы всем об изменении ее положения. Она взглянула на гроб, в котором лежал ее отец, и задернула полог, пряча его от посторонних глаз. Она не хотела, чтобы Робин, войдя в комнату, сразу увидел отца. Раздался стук в дверь и Мэриан взяла себя в руки. На пороге стоял солдат. Он наклонил голову в поклоне, потом посмотрел на нее и широко ухмыльнулся. Это был Робин, в одном из своих любимых нарядов для передвижения по замку. На мгновение Мэрион подумала о том, кому из охранников замка сегодня досталось по голове. - Робин, - произнесла она ровным голосом. - Вот так приветствуют возвращение героя, - пошутил он, снимая шлем. Он наклонился, чтобы поцеловать ее. Она слегка отклонилась и открыла дверь пошире, чтобы дать ему войти. Увидев, с каким самоуверенным видом он вошел в комнату, она почему-то почувствовала раздражение. Раньше она этого не замечала, и сейчас смотрела на него новыми глазами, как будто впервые увидела с того момента, как он вернулся из Святой земли. Мэриан тянула время, медленно закрывая дверь, чтобы собраться мыслями перед тем, как сообщить ему о том, о чем она должна была сказать. - Я рада, что ты благополучно вернулся, Робин. Робин вытащил из-под рубахи бумагу и гордо поднял ее вверх. - Это была нелегкая работка. На этот раз шериф поручил дело человеку, который кое-что умел по части оружия. - И где он сейчас? Лежит лицом в грязь где-то посреди Северного тракта? Робин нахмурился: - Это был честный бой, в котором я, естественно, победил. Я не могу допустить, чтобы договор попал в руки принца Джона. - Естественно, - в ее голосе просочилась едкая ирония, но сарказм не достиг цели. Ее сердце ожесточилось, и это придало ей сил: что ж, если ей суждено пройти через это, она с радостью примет испытание. Он пробыл здесь уже несколько минут и все еще не поинтересовался, что с ее отцом. Он всегда думал только о короле. Если обстоятельства изменятся и он понадобится своему господину, он не задумываясь отправится назад в Святую землю. Завтра же. Его преданность королю, которой она так всегда восхищалась, теперь служил доказательством того, что в его сердце она всегда была второй, после короля Ричарда. Но ведь и Гай не сильно отличался от Робина в этом смысле. Он дарил свою верность человеку, который ее не заслуживал, но, когда она сильно нуждалась в нем, он, по крайней мере, был рядом. И ради того, чтобы помочь ей, он рисковал вызвать гнев такого человека как Вейзи. Да, Гай не был идеалом, но он и не притворялся таковым. Он проявлял все те качества, которые она раньше видела в нем, и те, о которых она даже не подозревала. - Вчера вечером в трактире я услышал новость, которая позабавила меня, что Гизборн женился. Это, вероятно, храбрая женщина, что пошла за такого. Интересно знать, кто эта несчастная? Мэриан сдержала гнев. - Тебе откуда знать, что Гай за человек? - отрезала она. - Я знаю о Гизборне все и даже больше, и мне жаль ту даму, которая связала себя узами брака с таким человеком. Он опасен, как змея, готовая к прыжку, - повторил Робин. Он подошел к ней и взял ее лицо в свои руки. Она сердито высвободилась и отступила на шаг. - Мэриан, в чем дело? - Ты только и можешь, что говорить о договоре и о своих подвигах. На свете есть многое другое, не только твоя слава и король Ричард. Есть люди, которые страдают, по-настоящему страдают, здесь в городе... в замке. Догадка мелькнула на лице Робина: - Мэриан, где сэр Эдвард? Она не ответила, только молча стояла и смотрела в пол. Робин подошел к кровати и отодвинул полог. Сдавленный крик боли заставил ее обернуться и посмотреть на него. Он упал на колени и рыдал над гробом ее отца. Он мог оплакивать ее отца, почему она не могла? Ее холодность чуть растаяла при виде такого неподдельного горя. Мэриан протянула вперед руку, на минуту задержала ее над головой Робина, почти прикасаясь к нему, но затем отдернула и спрятала руки за спину. - Ты говорил, что все будет в порядке Робин. По-твоему, это в порядке? - спокойно спросила она. Робин вытер слезы и поднялся с колен. - Мне очень жаль, Мэриан, - он обнял ее. Мэриан сделала глубокий вздох. Нужно сказать ему прямо сейчас, пока ей не изменило мужество. Она отступила на шаг и посмотрела ему прямо в глаза. - Мне тоже жаль, Робин... жаль говорить тебе об этом. - Что еще случилось, любовь моя? - Женщина, на которой женился Гизборн... Это я. Ее слова повисли в воздухе. Робин смотрел на нее. Его глаза расширились, он схватился за голову, потом засмеялся и снова притянул ее к себе. - Это плохая шутка. - Нет, - Мэриан вырвалась из его рук. - Мы поженились на следующее утро, после твоего отъезда. - Это не правда. - Это правда, Робин. Папа просил меня сделать это. Он боялся за то, что может случиться со мной здесь, в замке, когда я останусь одна. Шериф уже чуть не продал меня один раз, что бы помешало сделать ему это еще раз? Я умоляла тебя не уезжать. Ты все равно уехал. Я тревожилась за папу. Я не знала, насколько тяжело он болен до самого последнего момента. Когда я вышла замуж за Гая, я думала, что потом смогу попытаться как-то избавиться от этого брака, но с тех пор многое изменилось... - Это все отговорки. Я всегда знал, ты что-то испытываешь к Гизборну. Я видел это по твоему лицу тогда ночью, в Локсли. Ты просто глаз с него не сводила. Робин прошелся по комнате и повернулся к ней. - Всего только три дня, ты могла подождать три коротких дня. - Я ждала дольше, чем три дня, Робин. Я пять лет ждала, пока юноша, которого я любила, вернется с войны, на которую я просила его не ходить. Я все еще жду его, но, думаю, он погиб в Святой земле, - сказала она спокойно, глядя в пол. - У папы не было трех дней, Робин, он скончался спустя несколько часов после того, как я вышла замуж за Гая. А что, если бы ты вообще никогда не вернулся? Если бы ты погиб, добывая свой договор? Продал бы меня шериф первому встречному для его удовольствий... или похуже? Робин коснулся ее лица: - Вместо этого ты продалась Гизборну. Я вытащу тебя отсюда. Обещаю. Она отпрянула: - А что, если я не хочу, чтобы ты меня отсюда вытаскивал? Все, что я знаю, это то, что Гай был рядом, когда я нуждалась в нем. Если это делает меня эгоисткой, так тому и быть. Я женщина, Робин, а это значит, что в наши времена я не могу иметь роскошь поступать так, как могут поступать мужчины. Меня можно купить как товар или дом. Она вздохнула: - Папа просил у тебя прощения, Робин. Он знал, что все это ранит тебя. - О чем только старик думал? - спросил он. - Я не верю этому и не признаю этот брак, - он злился все больше и больше. Мэриан почувствовала, что ее раздражение против него вернулось: - Признаешь, Робин. Мы женаты... в полном смысле этого слова, - солгала она. Робин посмотрел на нее. На его лице мелькнуло отвращение, едва до него дошло, что именно она имела в виду: - Как говорится, ты сама постелила себе постель, ну так и спи в ней, да? И как, Гизборн так хорош в постели, что дело стоит того? Мэриан покраснела от стыда: - Не твое дело! - Как быстро ты забыла меня, Мэриан? За одну ночь, когда ты легла под него? - Если хочешь знать, в первую ночь после свадьбы я была... ладно, не важно. Уйди, Робин. Я завтра хороню отца. - А при первой же возможности ты похоронишь и мужа, - ответил он. - Нет, Робин, ты не тронешь его! Чтобы волос не упал с его головы, или ты будешь иметь дело со мной! - гневно крикнула она. Робин невесело рассмеялся. - Сейчас ты можешь быть женой Гизборна, но еще до конца месяца ты станешь вдовой Гизборна, уж я постараюсь. - Ты думаешь, что, убив Гая, ты получишь меня? Если ты убьешь его, ты умрешь для меня навсегда. Я не могу больше любить тебя, Робин. Я как будто долго-долго видела сон про нас и теперь проснулась, хотя проснуться надо было уже давно. Я всегда буду любить того мальчика, который покинул меня много лет назад и чей дух остался в Акре, пожалуйста, постарайся смириться с этим. А я должна строить свое будущее вместе со своим мужем. Робин приблизился к Мэриан, наклонил голову, коснулся ее губ своими губами и сделал попытку поцеловать ее. Она отскочила. В его глазах вспыхнул опасный блеск. - Должна или хочешь? Все равно, пока жив Гизборн, я для тебя все равно, что умер. Так что мне терять нечего... Робин надел позаимствованный шлем и вышел из комнаты. Мэриан издала тяжелый вздох, как будто он вырвался из самой глубины ее души. Она взяла лежавшую на кровати стрелу, сломала ее пополам и швырнула в потухший камин. Потом она уткнулась лицом в гроб отца и наконец-то дала волю слезам, которые так долго сдерживала, оплакивая свою утрату и страстно желая, чтобы Гай оказался рядом с ней. Гай снова заворочался в постели и несколько раз подпихнул подушку, пытаясь устроиться поудобнее. Мэриан пожелала провести эту ночь в одиночестве рядом с отцом. Он должен уважать ее желание, но его тревога постепенно нарастала. Может быть, сейчас он нужен ей. Гай хотел бы, чтобы это было правдой. Но кажется, единственное, что ей нужно от него, это надежная защита его имени. Когда он уходил вместе с Алланом, в ее глазах он увидел чувство облегчения. Она была рада, что им помешали. Неужели он неправильно истолковал ее молчаливое согласие, когда нес ее к постели? Ему казалось, что она хотела его так же сильно, как и он ее. Он и сейчас хотел ее. Ощущение ее тела, прижавшегося к нему, когда он нес ее на руках, вкус ее губ словно отпечатались в его голове. Гай снова перевернулся, лег на живот и закрыл глаза. Желание было таким сильным, что вызывало боль и отчаяние, но в конце концов ему удалось задремать, поскольку он не спал прошлую ночь и был измучен. Кто-то сдернул с него покрывало; он почувствовал спиной дуновение воздуха. Мягкие руки скользнули по его коже. Это было приятно. Должно быть, Мэриан вернулась из комнаты отца, чтобы продолжить с того места, где их прервали. Ее дерзость его поразила. Руки скользнули дальше под покрывало и погладили его ягодицы. Он попробовал перевернуться, чтобы посмотреть на нее, но прежде, чем он сам сделал хотя бы одно движение, сильные руки перевернули его в кровати. Гай в ужасе увидел, как Ночной Дозорный сел верхом на его обнаженное тело. Он прижал его руки к кровати, так что Гай не мог пошевелиться. Гай был возбужден, и при этом ему было противно.Голубые глаза под маской неотрывно смотрели на него. Дозорный взял Гая за руку и прижал к себе. Глаза Гая расширились от удивления: под кожаной курткой он наткнулся на женскую грудь. Не веря себе, он крепко сжал ее. . Не в силах оторвать руку, он беспомощно чувствовал как ОНА провела руками по его груди, наклонилась ближе к нему и сняла шелковый шарф, прикрывавший ее рот, но осталась в маске. Ее губы были в миллиметре от его собственных - он чувствовал, как будто она ласкала его своим дыханием. Она наклонила голову и кончиком языка прикоснулась к его губам, пробуя их на вкус. Гай застонал, не в состоянии больше терпеть эту сладкую пытку, потянулся ей навстречу и проник языком в ее рот, страстно целуя. Она оставалась полностью одетой, но по мере того, как желание нарастало и их поцелуи становились все глубже, она все сильнее прижималась к твердому центру его возбуждения своими бедрами. Он должен был видеть ее лицо. Он должен был знать, кто его соблазняет. Его пальцы прокрались к ее щеке и на мгновение замерли. Усмешка искривила его рот, он безжалостно сорвал маску с ее лица... - Гай! Проснитесь! Гай открыл глаза и уставился в голубые глаза Мэриан. - Вам снился плохой сон... Гай не сразу смог вынырнуть из своего запутанного сна., да и сам сон, хотя и странный, не был ему неприятен, с его точки зрения. Он снова посмотрел на Мэриан и заметил, что она плакала. Ее щеки были мокры от слез. Гай выбросил из головы все мысли о своем странном сновидении и сел в кровати. - Вы плакали. Подушечкой большого пальца он вытер с ее щеки слезинку. Мэриан кивнула, свежая слезинка покатилась по щеке. - Я могу и дальше плакать... Гай, мне так одиноко. Когда умерла мама, мне было всего восемь и я едва понимала, что произошло. Теперь все по-другому. Это как будто... - Как будто в груди какая-то дыра, глубже, чем от любого клинка, и ничто не исцеляет, сколько ни плачь... Мэриан посмотрела на него. В его лице была та же боль; в нем, как в зеркале, отражались ее страдания. Он тут же спрятал лицо от ее пронизывающего взгляда, отвернувшись в сторону, не расположенный к тому, чтобы пустить ее в свою душу. - Ты никогда не рассказывал мне, как случилось, что ты остался один на свете. Она коснулась его лица. - Я так мало знаю о твоей жизни...что было до того, когда однажды вечером ты появился на банкете в честь дня рождения одной девушки. На мгновение их глаза встретились, когда они одновременно погрузились в общие воспоминания о своей первой встрече. - Давайте отложим мою невеселую историю до другого раза, - криво усмехнулся он. - Идите сюда, ложитесь рядом. Мэриан повиновалась, не в силах больше быть одна в той пустой комнате, где осталось лишь тело того, кто когда-то был ее отцом. Никогда больше она не почувствует, как его руки обнимают ее, не увидит его улыбку, это останется только в ее сердце. Она легла на бок и прижалась к груди Гая, повернув лицо в сторону. Он одной рукой обнял ее за плечи и поцеловал ее волосы. - И помни, Мэриан, леди Гизборн, тебе никогда не будет одиноко, пока я дышу, - прошептал он ей в ухо. Мэриан постаралась не думать о том, что сказал ей Робин. Он был зол, конечно, он был просто зол. Когда он поостынет, он не станет добиваться гибели Гая. Она закрыла глаза, вздохнула и забылась тревожным сном. Гай не спал, слушая, как она дышит во сне. Свободной рукой он погладил ее по голове, пропуская волосы сквозь пальцы. Его сновидение не давало ему покоя. Почему Ночной Дозорный приснился ему женщиной? Гай посмотрел на женщину, доверчиво спавшую в его объятиях. Где-то на подсознании тревожное ощущение не оставляло его. Может быть, его сон это знак, который должен о чем-то говорить? Единственное, что он знал наверняка, что не позволит продолжаться этому безумию с Ночным Дозорным. Он поймает его, или ее, и прекратит все это. Нужно что-то придумать, чтобы выманить его сыграть в открытую, и в следующий раз он лучше подготовится. Они сидели рядом в карете Гизборнов. Ей не приходилось ездить в этой карете со времени ярмарки у шерифа, много месяцев назад. Карета медленно двигалась вслед за повозкой, на которой стоял гроб отца. На протяжении всего движения по Ноттингему крестьяне бросали под колеса цветы, отдавая дань уважения бывшему шерифу. Мэриан была рада, что Вейзи не снизошел до того, чтобы присоединиться к погребальному кортежу. Шериф и раньше не утруждался подобными делами. Что по-настоящему тревожило Мэриан, так это то, что в церкви может появиться Робин. Гай кинул быстрый взгляд на профиль жены. В длинном черном траурном платье, она выглядела бледным бесплотным созданием. Только серебряный пояс вокруг тонкой талии оживлял мрачность ее траурного наряда. Воздушная черная вуаль частично скрывала ее лицо, поэтому ему было трудно понять, о чем она думает. Ее пальцы перебирали стебли цветов, зажатых в руках. Сам Гай был без перчаток и одет в длинный черный плащ из мягкой кожи, сменив ради случая свое обычное одеяние. Из суеверия он не хотел надевать свою рабочую одежду, отправляясь на похороны. Аллан с четырьмя солдатами охраны следовал верхом за каретой. Гай против воли вспомнил смерть и похороны своего собственного отца. Без особого великолепия и церемонии. Позже ему говорили, что отец был похоронен в безымянной могиле в стенах тюрьмы, безо всяких памятных знаков в честь дворянина, покоившегося в ней. Однажды он получит назад свои владения и тогда похоронит отца так, как он того заслуживал. Ему казалось, что Мэриан не расположена к разговорам, поэтому и он не испытывал желания нарушить молчание. До часовни в Найтоне оставалось еще добрых две мили, хотя звон колоколов был уже слышен. Он снова погрузился в воспоминания. Вейзи посадил его с собой в свою роскошную карету, когда они отправились в его владения в Уорвике. Он даже позволил ему спать в его комнате, когда по дороге они остановились на постоялом дворе. Гаю даже стало казаться, что он снова обрел семью, и острая боль от потери начала постепенно притупляться. Они добрались до места назначения холодным серым утром. Пробыв в доме Вейзи не более двух часов, мальчик понял, что совершил непоправимую ошибку. Распоряжения относительно воспитания юного сэра Гая были отданы еще до их приезда, о чем он и не подозревал. Едва карета миновала подъемные ворота, как отвратительно вонючий охранник рывком распахнул дверцы и выкинул Гая на замерзшую землю. Вейзи выглянул из кареты и посмотрел на Гая своими холодными пустыми глазами: - Отлично. Отведи его в комнату и не забудь...кто жалеет розги - портит ребенка. Мы воспитаем в нем настоящую ненависть. У меня на него большие планы, Дюран, а ты знаешь, я не люблю разочаровываться. Охранник за волосы рывком поднял Гая с земли, наслаждаясь его криками боли. Гай до сих пор слышит смех, раздавшийся из недр кареты, двинувшейся дальше во двор. Что последовало дальше, было только началом долгой череды боли и унижений. Дюран выполнил приказ шерифа в точности и избил Гая чуть ли не до смерти. Спустя две недели, в течение которых он был сломлен и телом, и духом, Гай сбежал. Лорд Вейзи отправил за ним погоню с собаками. Он не далеко успел уйти - собаки настигли его и едва не разорвали на куски. После этого, он знал, что лучше не пытаться бежать опять. Дюран наслаждался его страданиями. Однажды он проснулся и обнаружил, что охранник стоит над его жалкой постелью. Гай бросился в угол, ожидая, что удар могучего кулака вот-вот настигнет его. Вместо этого он почувствовал у щеки вонючее дыхание своего мучителя, а его руки огладили все его тело. - Есть много других способов сделать тебе больно, сэр Гай Гизборн, - злобно улыбнулся он. Как только Дюран наклонился ближе к нему, Гай инстинктивно выхватил у него из-за пояса кинжал и всадил его Дюрану глубоко под ребро. Как зачарованный, Гай смотрел, как глаза мужчины закатились, и он повалился прямо на него. Гаю удалось избежать того, чтобы не быть придавленным этой тушей. Кровь, стекавшая с его рук, привела его в ужас, ее было так много. Металлический запах крови достиг его ноздрей, и Гая вырвало на пол, покрытый соломой. Тут же вбежал второй охранник и обнаружил убийство. Гая приволокли к Вейзи - он был уверен, что настал его последний час. Его впихнули в кресло, стоявшее в конце длинного стола, и Гай стал ждать смерти. Вейзи продолжал есть и пить, как будто Гая здесь не было. Наконец, он кивнул, чтобы Гая подвели поближе. Его поставили на колени и Вейзи грубо схватил его за лицо. - Что ж так долго, мой дорогой мальчик? Я-то рассчитывал, что Дюран доведет тебя до ручки всего лишь за день. Я уже начал терять терпение. Ты интересный экземпляр, Гай Гизборн. Я собираюсь подготовить тебя к тому, чтобы ты стал моей правой рукой. А в обмен на твою безоговорочную преданность, которой я требую, я помогу тебе отомстить всем тем, кто украл у тебя твои земли и твою семью. Но все в свое время. Ты понимаешь меня? Гай кивнул. Лорд Вейзи протянул руку: - Клянись быть верным только мне, Гай Гизборн. Гай посмотрел на протянутую ему руку. Он поспешно поцеловал ее и принес клятву верности своему новому господину; каждое слово застревало у него в горле. Он посмотрел снизу на Вейзи, который заставил его улыбнуться. - О да, настоящая ненависть. Вейзи с удовольствием хлопнул в ладоши. - Поступай так, как я велю тебе, и я дам тебе богатство и власть над всем, чем захочешь, сэр Гай из Гизборна. Оденьте парня в кожаные доспехи. Карета остановилась перед часовней в Найтоне. Крестьяне выстроились по обе стороны от входа в церковь. Многие лица Мэриан знала с самого детства. Она поднялась, чтобы выйти из кареты, но Гай накрыл ее руку своей и задержал на мгновение. Она удивилась, увидев, что он вложил в ее руку мешочек с деньгами. - Зачем это? - спросила она. - Милостыня для бедных. Так принято, Мэриан. Она посмотрела на мешочек. - А ты не хочешь сделать это сам, как новый хозяин Найтона? Гай еле заметно ухмыльнулся: - И разрушить мою с трудом завоеванную репутацию? Нет, добрые дела я оставляю тебе. Мэриан посмотрела на него и вздохнула: - Почему ты так стараешься, чтобы все, кто тебя знает, думали о тебе плохо? Я знаю, ты бываешь разным. Почему не таким, каким в Клуне... Гай схватил ее за запястье: - Что тебе известно о том, что я делал в Клуне? - Ничего... я ничего не знаю, просто служанки говорили, вот и все... Он отпустил руку Мэриан и вышел из кареты сначала сам, а потом предложил Мэриан руку, на которую она с благодарностью оперлась. - Я сделал много плохого, Мэриан. Такого, что, если ты узнаешь об этом, то станешь смотреть на своего новоприобретенного мужа с ненавистью. Не забывай об этом, - резко сказал он. - Да, ты сделал много плохого, но я в тебя верю, у тебя есть силы стать другим, сэр Гай из Гизборна, - печально улыбнулась она. Она отпустила его руку и прошла вперед, к гробу отца. Он смотрел ей вслед. Никто не верил в него уже давно, едва ли он мог надеяться на то, что она действительно сказала то, что думала. Он быстро догнал ее, предложил ей руку и они вместе вошли в часовню.