Узники обстоятельств

По меньшей мере, пятьдесят человек, все верхом, сопровождали их в поездке. Одержимость шерифа тем, что вокруг полным-полно наемных убийц, потребовала таких мер безопасности. Мэриан удивлялась, как это он решился оставить Ноттингем в таком уязвимом положении, лишив его охраны, однако шерифа никогда особенно не беспокоило благосостояние этих земель. Они проделали не такой уж длинный путь, но путешествие превратилось для нее в настоящий кошмар, чего она даже не ожидала. Она всегда хорошо переносила дорогу... во всяком случае раньше, но не теперь, когда стараниями Гая она ждала ребенка; вернее, старания были общие, сказала сама себе Мэриан. Она бросила быстрый взгляд на гордый профиль мужа, неподвижно смотревшего в одну точку перед собой. Карета подпрыгивала на ухабах, и ее желудок переворачивался при каждом толчке. Хотя дорога была чуть пошире простой колеи, тем не менее она была сухая и достаточно ровная, хотя, конечно, не такая гладкая и просторная, как дороги, в былую пору проложенные римлянами, которые давным-давно канули в прошлое. На ее лбу выступил обильный пот, и она делала глубокие вдохи, стараясь удержать тошноту, то и дело подкатывавшую к горлу. Гай услышал тихий стон, сорвавшийся с ее губ, и повернул к ней голову. Ее лицо было белым как снег, побелели даже губы. - Остановите карету! - крикнул Гай, перекрывая стук колес. - Что? Опять! Что на этот раз, Гизборн? - спросил шериф. Он выглядел очень недовольным. Карета быстро остановилась, и Мэриан, не дожидаясь Гая, распахнула дверь и бросилась к ближайшим кустам. Гай поспешил за ней. Они останавливались уже во второй раз с тех пор, как выехали из Ноттингема, и на лице Вейзи было написано крайнее неудовольствие. Если они хотят добраться до границ Лестершира до наступления ночи, им нужно проехать еще много миль. Шериф в нетерпении барабанил пальцами по колену, а Аллан нервно наблюдал за ним. Гай вместе с женой стоял в укромном месте за кустами. Он был в замешательстве, не зная, что предпринять, и только гладил ее по спине и голове. - Мэриан, ты должна была сказать мне, что ты нездорова, - мягко укорил он ее. Она несколько раз глубоко вдохнула и посмотрела на него с дрожащей улыбкой: - И остаться дома? Чтобы в мое отсутствие тебя соблазнила какая-нибудь смазливая девица на постоялом дворе? - пошутила она. Он дал ей флягу с водой, чтобы прополоскать рот. Она сделала большой глоток, заткнула флягу пробкой и отдала ее Гаю. Ее попытка пошутить пропала впустую. - Ты на самом деле так думаешь? Мэриан, для меня не существует никого, только ты. Если мне придется остаток дней жить без тебя, то и тогда, до моего последнего вздоха, будешь только ты. - Как серьезно, - она погладила его по щетинистому подбородку. - Гизборн, - заорал шериф. Мэриан и Гай вздрогнули при грубом окрике. Гай закатил глаза: - Подождите, милорд! Он повернулся к Мэриан: - Ты в порядке? Можешь вернуться в карету? - заботливо спросил он. Мэриан улыбнулась тому, как дерзко он ответил шерифу, и тут же посерьезнела: - Ты избавишься от него, Гай, и быстрее, чем ты думаешь. При этих загадочных словах Гай нахмурился, но для вопросов времени не оставалось, поскольку Мэриан потянула его за рукав к карете. Они вышли из кустов, снова сели в карету, которая тут же тронулась. Он мельком посмотрел на Мэриан. Она была бледной и выглядела утомленной, прислонившись к стенке кареты. Определенно, она была чем-то больна. Любая болезнь способна быстро свести в могилу кого угодно - он в страхе думал о том, что с ней может случиться что-нибудь плохое. Он снял перчатку и накрыл ее руку своей ладонью. - Только посмотрите! Ну разве не мило? - скривился шериф, показывая на Гая и Мэриан, державшихся за руки. Гай взглянул на шерифа, его губы искривились. Аллан нервничал, глядя на мужчин. Напряжение росло и атмосфера так накалилась, что даже он чувствовал это. Вейзи ухмыльнулся на реакцию Гая, ему нравилось его провоцировать. - Никакие ваши слова не заставят меня стыдиться моих чувств к мужу, - вызывающе сказала Мэриан. - Ой, остановите карету, меня сейчас самого вырвет, - заржал шериф. - Вся досада в том, что нам придется проехать еще много миль, прежде чем я смогу после этой утомительной поездки освежить себя бокалом бургундского на каком-нибудь кишащем блохами постоялом дворе. Он наклонился вперед и положил руку на бедро Мэриан: - Я заказал комнату для тебя и Гизборна как раз рядом со своей, так что смотрите не разбудите меня посреди ночи стуком кровати о стену. - Уберите от меня свои руки! Шериф покровительственно улыбнулся ей, потом откинулся назад. Он закрыл глаза, словно заснув, но эта хитрость никого не обманула, и все продолжали молчать. Поскольку Вейзи больше не пялился насмешливо на них, Гай обнял Мэриан за плечи, притянул ее голову себе на грудь и уткнулся лицом в ее мягкие волосы. Она положила руку ему на колено, успокаиваясь от его тепла. - Я люблю тебя, - практически неслышно шепнул он ей на ухо. Мэриан в ответ погладила его по колену, закрывая глаза и засыпая. Час ожидания растянулся сначала на два, а потом и на три. В конце концов, Робину удалось найти лошадей, пригодных для долгого путешествия. Он прискакал к назначенному месту, чтобы встретить остальных. Джак уже была там, поэтому ему не пришлось тратить время на ее поиски. Маленький Джон, Уилл, Джак и Мач - все были в сборе. Мач держал на плече большой мешок. Даже сейчас Робин не мог не улыбнуться про себя, задавшись вопросом, что там, белка или кролик. - Хозяин, я уже собирался идти искать вас. - Мне понадобилось чуть больше времени, чем я думал, чтобы убедить одного богача, что мне нужны его лошади. Не будем тратить время на разговоры. Они уже сильно нас опередили. Маленький Джон посмотрел на Робина: Думаешь, шериф и вправду собирается убить короля? - Ты же знаешь, шериф способен на все. Я считаю, что на этот раз он не просто собирается - он сделает все возможное. Мы должны спасти Мэриан, и, хотя это мне поперек горла, Гизборна тоже. - Но тебе же лучше, если Мэриан станет вдовой, - заявил Мач. - Самое лучшее для меня - это ее счастье. Если ей для этого нужен Гизборн - пусть будет так, - глухо ответил Робин. - Мне противно спасать Гизборна, но я горжусь тобой, Робин, - прослезился Мач. - О, Мач! - хором воскликнули все. Робин не стал насмешничать, но тепло посмотрел на старого друга. - Мне нужно извиниться за то, как я вел себя в последнее время, и не только по отношению к Мэриан, - он выразительно посмотрел на Мача. Они вскочили на лошадей, и Джак подъехала к Робину: - Извини, что я не смогла найти Мэриан. Когда я добралась до замка, она уже уехала с шерифом и остальными. - Неважно, мы найдем их. Если нет, мы узнаем, куда они направляются. Пока этого хватит. Был самый глухой час ночи, когда замирают все звуки и нет ничего вокруг, кроме темноты, простирающейся бесконечной чернотой, пока все живое спит. Мэриан вздохнула. Условия в "Кабаньей Голове" были вполне приличными для таких знатных путешественников как они, но она не могла уснуть. От одуряющего запаха сальных свечей ее тошнило. Хлеб и сыр, которые она съела на ужин, предпочтя самую простую еду предложенной им вареной свинине, комом давили на желудок. За ужином Гай выпил необычно много и теперь мирно спал на простой деревянной кровати. По крайней мере, здесь чистые простыни и пока нет блох, - подумала она. Перегородки между комнатами были тонкие, и Мэриан слышала какое-то громкое урчание - это несомненно храпел Вейзи. Она сжала кулаки и ногти впились в ладони. Всего лишь один день поездки с шерифом, который следил за каждым ее движением, стал для нее невыносимым. Была бы возможность, она уже сегодня вечером плеснула бы ему в вино яд. Что же случилось с Джак? Она очень рассчитывала получить информацию о планах шерифа. Мэриан покосилась на кровать. Кое-кто в этой комнате знал все об этих планах, но его Мэриан стала бы расспрашивать в последнюю очередь. Она обещала поехать с ним в Портсмут, и никаких вопросов не задавать. Однако, случается так, что обещания приходится нарушить, и если она сумеет заставить Гая все ей рассказать, тогда она сможет помочь ему. Она подошла к кровати, и расшатавшиеся доски на полу громко затрещали даже под ее легкими шагами. В тишине комнаты звук был подобен раскату грома. Гай вскочил. У него побаливала голова после эля, но немного. Он был поражен, увидев, что Мэриан стоит рядом с кроватью и смотрит на него. - Тебе опять нездоровится? - спросил он, вглядываясь в ее лицо. - Нет, просто я плохо сплю в незнакомых местах. Когда папа уезжал из Найтона по делам, мы с мамой иногда ездили вместе с ним. Гай потянулся к ней, и Мэриан взяла его руку в свои ладони. - Ты все еще тоскуешь по нему. Ты стараешься не показывать этого, но я же вижу. - Ты ведь тоже до сих пор чувствуешь потерю своей семьи, даже спустя столько времени, правда? - спросила она. - Каждый день. Когда-то целью всей моей жизни было отомстить тем, кто лишил меня семьи, но теперь для меня имеет значение только та семья, которая у меня есть. Ты - моя единственная семья, Мэриан. Мэриан сделала глубокий вздох. Возможно, если она скажет ему о ребенке сейчас, он доверится ей, и может быть, она сумеет изменить ход событий, и то неизвестное, что грозило ему. - Гай, что касается семьи..., - она перевела дыхание. - Тебе холодно, - перебил он, чувствуя, как дрожат ее руки, которые он держал в своих руках. Мэриан посмотрела на него. В ее глазах блестели слезы: - Я знаю, как много значит для тебя семья. Я помню, как ты привел меня к себе домой, чтобы показать, что ты можешь быть хорошим мужем и заботиться о семье. - Да, но я помню, что случилось потом в тот самый вечер, когда я чуть не убил тебя из-за твоей неспособности понять в какую опасную игру ты ввязалась, - ответил хрипло Гай. Она вздохнула. Разговор явно пошел не в том направлении. - Ты же всегда говорил мне, что все это в прошлом... Неосознанно она положила руку на живот. - А то, о чем я хотела поговорить с тобой, касается нашего будущего, рода Гизборнов и... Гай... я... Громкий удар прервал ее посередине слова. - Эй, вы, нельзя ли потише? Кое-кто пытается тут поспать! - прорычал шериф за тонкой стеной, разделявшей комнаты. Гай тяжело вздохнул. - Мэриан, ложись. Мы потом поговорим о том, что тревожит тебя, в более подходящий момент. Не нужно злить шерифа, нам ехать с ним еще две недели. Мэриан внезапно почувствовала, что она дико устала. Гай прав. Путешествие само по себе будет достаточно трудным, плюс ко всему рядом еще и человек с таким дурным характером как Вейзи. А возможность скоро представится, несомненно. Она забралась в постель, в тепло рук своего мужа, тут же обнявшего ее. На следующее утро они проснулись, но короткий тревожный сон не освежил их. Слишком многое на них давило: его тревожила тяжесть того, что должно было произойти, она боялась неизвестности. Мэриан медленно одевалась, не радуясь грядущему дню. Она прислушивалась ко звукам за своей спиной, где умывался ее муж, в напряженной, как натянутый лук, тишине. Она развернулась и столкнулась с ним лицом к лицу. Он был полностью погружен в свои думы и взглянул на нее, захваченный врасплох выражением на ее лице. Под воздействием чувств Мэриан бросилась к нему и, нимало не заботясь о своем платье, обвила руками его мокрое тело. Слезы бежали по ее щекам, смешиваясь с каплями воды, стекавшими по его коже. Гай секунду подержал ее в объятиях, потом поднял ее лицо и заглянул в глаза. Большим пальцем он мягко придержал ее подбородок, чтобы она не могла отвернуться. - Что тебя беспокоит, Мэриан? В последние дни ты такая нервная. Я не слишком хорошо в этом разбираюсь, но может быть у тебя должны скоро начаться месячные? Я слышал, на некоторых женщин это сильно влияет... В Мэриан вскипело раздражение. Как это по-мужски думать подобным образом! Но она сумела подавить неудовольствие и длинно вздохнула. - Просто я чувствую, что могу каким-то образом потерять тебя. Я представила долгие годы пустоты без тебя и просто не могла вынести этого. Гаю хотелось прошептать ей несколько слов утешения, но он не смог заставить себя сказать что-нибудь. Вместо этого он притянул ее ближе к себе и крепко обнял. Через мгновение стук в дверь вернул их к суровой действительности. Они закончили одеваться и спустились вниз, где их уже ждали шериф и Аллан. Одного взгляда на лицо Аллана хватило, чтобы понять, что у него тоже была бессонная ночь. Они покинули таверну, сели в карету и продолжили путешествие. Дни сливались друг с другом, каждый постоялый двор был похож на предыдущий. Поездка превратилась в ежедневную пытку практически для всех, за исключением шерифа, который за время путешествия утратил даже то слабое и нездоровое чувство юмора, которое у него было. Мэриан упустила подходящий момент, чтобы сказать Гаю о ребенке, и теперь решила, что лучше всего будет пока помалкивать об этом. Несмотря на все трудности, Мэриан, по мере того, как день проходил за днем, к своему удивлению почувствовала, что напряжение стало ее отпускать. Если та вещь, о которой Уилл и Джак должны были сообщить ей, требовала немедленного вмешательства, то несомненно, Робин с друзьями уже давно нашел бы их и постарался положить этому конец. Яд был надежно спрятан у нее в багаже. Это немного успокаивало, потому что при неудачном течении событий они не останутся полностью беззащитными. Она также наловчилась скрывать от мужа свою утреннюю тошноту, а чтобы не вызывать подозрений, стала по чуть-чуть есть через равные промежутки времени. Мужчины всегда видят только то, что хотят видеть, и в этом Гай не был исключением. Чем дальше к югу они двигались, тем становилось теплее, и даже в эту пору поздней осени в карете стояла невыносимая духота. Каждый день ей приходилось собирать в кулак всю свою силу воли, чтобы не просить остановить карету. Перед тем, как доехать до Портсмута, им предстояло встретиться с Бернардом, с тем противным человечком, который служил управляющим в поместье Гая, в Гизборо. Когда шериф сообщил им об этом, ей удалось скрыть свое отвращение. Шериф не имел ни малейшего желания по пути наведаться к принцу Джону в Лондон, поскольку знал, что если принц Джон прознает о его приезде, то в этом случае ему придется ответить за все свои неудачные попытки поймать Робина Гуда. Вейзи не любил отвечать ни перед кем, даже перед своим другом. Теперь они были недалеко от Уинчестера и должны были прибыть туда не позднее утра. В Уинчестере был большой собор, и она надеялась, что ей представится возможность сходить в церковь. Ей хотелось не только приободриться духовно, но, может быть, переговорить со священником и помолиться за своего мужа и ребенка. Гай все больше и больше отдалялся от нее, и временами казалось, что она едет в одной карете с незнакомцем. С тех пор, как они пустились в это злосчастное путешествие, он не сделал ни малейшей попытки интимных отношений с ней, и Мэриан тосковала по той особенной близости, в которой они становились единым целым. Робин покинул постоялый двор с довольной улыбкой. Друзья смотрели на него через площадь с выражением надежды на утомленных лицах. Неудача следовала за неудачей, но все-таки Робину с компанией удалось настигнуть добычу. Вейзи несколько раз сбивал их с толку, меняя направление и выбирая незнакомые дороги. Это задерживало погоню, но у Робина было стойкое ощущение, что Вейзи скорее боится столкнуться с принцем Джоном, а не с ним, тем более, что шериф не знал, кто гонится за ним. Чего не учел Вейзи, так это того, что хозяева постоялых дворов, падкие на взятки, за несколько серебряных монеток с радостью поделятся тем, что им удалось подслушать. Карман Робина заметно опустел с тех пор, как они выехали из Ноттингема, но дело того стоило, и монеты были не зря потрачены на взятки. - Есть новости? - спросил Уилл, с едва заметным унынием в голосе. Он сидел на небольшом валуне на обочине дороги, строгая ножиком палочку. - На этот раз удача на нашей стороне. Оказывается, они останавливались на этом постоялом дворе прошлой ночью, - Робин махнул рукой в сторону дома, - и хозяин щедро поделился со мной всем, что подслушал. - Но они все еще сильно опережают нас, на целый день, - сказал Маленький Джон. - Да, но мы верхом, а они в карете, которая едет гораздо медленнее. И потом, мы теперь точно знаем, куда они двигаются, и сможем легко их догнать. - О, нет, Робин! Только не еще одна ночь в седле! У меня вся ж.. весь зад отбит, - застонал Мач. - Это потому, что ты просто упал с лошади, - напомнил ему Уилл. Мач скрестил на груди руки и воззрился на Уилла. - Не переживай, друг мой, лошадям тоже нужно отдохнуть. Предлагаю всем немного расслабиться, мы пока ничего не можем сделать. - Итак, куда они направились? - спросил Уилл. - В Уинчестер. Я предполагал, они не захотят заезжать в Лондон, может быть, решат сделать крюк и запутать следы, чтобы сбить всех со следа, но теперь я точно знаю. - В Уинчестер? В этом есть определенная ирония, - пробормотал Маленький Джон. - Да, и к счастью для Вейзи и всех тех, кто едет с ним, никто из семьи Уинчестеров не знает, что никто иной, как Гизборн прикончил лорда Уинчестера по прямому приказу шерифа. Они подъезжали к Уинчестеру. День был долгим, и Мэриан заснула, положив голову на плечо мужа. Гаю было очень неуютно находиться так близко от владений семьи, главу которой он убил. Судя по многим отзывам и по своему собственному опыту, Гай знал, что Уинчестер был жестоким человеком, который мог причинить много зла Мэриан. Он не жалел, что убил его, и если бы время повернулось вспять, он убил бы его снова. Они ехали по улице Сапожников, недалеко от которой стоял собор. Мэриан хотела сходить помолиться перед тем, как они устроятся на ночь, поэтому хорошо было хотя бы то, что ей не придется идти далеко. Их путешествие близилось к концу. Сегодня он видел нескольких чаек, что говорило о том, что побережье уже близко. Гай ценил каждую секунду, которую он проводил рядом с ней. Им осталось не так много быть вместе. Скоро они будут в Портсмуте, всего через пару дней, и так или иначе, но его путь завершится. Он был не готов расстаться с ней, он никогда не будет к этому готов, но ему придется сделать то, что он должен был сделать. Карета подпрыгнула на ухабе, и Мэриан отбросило прямо на него. Она открыла глаза - внутри было темновато, поскольку солнце уже садилось. Гай смотрел на нее; она высвободилась из его рук, потягиваясь и слегка зевая. Она казалась ему прекрасной, особенно когда оранжевые отблески на небе зажгли в ее волосах крошечные рыжие искорки. Все эти дни он с трудом сохранял дистанцию между ними, но это был единственный способ сдерживать свои чувства. Они оба хорошо знали, что шериф следит за ними... вечно он следит за ними. - Сегодня можете побыть вместе. А завтра мне понадобится ваш муж, леди Гизборн, но я уверен, вы в несколько часов растратите на рынке все денежки нашего Гиззи. Мэриан покраснела от злости при этих пренебрежительных словах. - Гай? - Мэриан вопросительно взглянула на мужа. - Делай как он велит, - тихо ответил Гай. - Путешествие почти закончилось. - Да, будь хорошей девочкой, леди Мэриан, - покровительственно сказал Вейзи. Карета внезапно остановилась. Вейзи нахмурился и высунулся в окно, чтобы посмотреть, в чем дело. - В чем задержка? - вопросил он. - Мы у Западных Ворот, милорд, - ответил один из солдат, спешиваясь и подходя к карете. - Им нужно удостовериться, что вы - это вы. Вейзи выглядел недовольным, однако снял кольцо и вручил его солдату: - Покажи им. Это условленный пароль. Солдат отошел, и после кратких переговоров с охраной, ворота широко распахнулись, пропуская карету в город. Свита проскакала следом, и ворота с громовым грохотом захлопнулись за их спинами, словно крышка гроба. У Мэриан было чувство, как будто она очутилась в огромной тюрьме. Карета проехала по улицам, которые постепенно пустели с приближением ночи. Несколько любопытных лиц выглянуло из-за ставень, чтобы бросить взгляд на карету, двигавшуюся к постоялому двору. Как только они остановились у таверны, слуги бросились обслуживать шерифа Вейзи. Гай и Мэриан, предоставленные сами себе, двинулись вверх по лестнице за слугой, торопясь скрыться от любопытных глаз в своей комнате. Аллан уже отправился в общий зал, чтобы утопить свою печаль в кувшине с элем. Как и всегда, это было долгожданное мгновение уединения от глаз шерифа, хотя бы ненадолго. Гай сел на кровать. Мэриан примостилась рядом, положив руку ему на бедро с той интимностью, которая свойственна только любовникам. На сердце у него было тяжело, он был утомлен, но ее прикосновение точно обожгло его, желание волной прошло по его телу, однако, он не позволил себе уступить чувству. Он с трудом сглотнул и пристально уставился на дубовые доски пола. Мэриан почувствовала его отказ, когда он поднялся и направился к выходу. Она нервно облизнула губы: - Гай, почему ты больше не хочешь меня? Она не хотела плакать, но ресницы вдруг намокли. В последнее время она вообще была готова расплакаться по любому пустячному поводу. Она догадывалась, что это из-за ребенка, которого она ждет, она так меняется. Гай, ошарашенный, оглянулся на нее в удивлении. Его глаза разгорелись серым светом, а чувства, отразившиеся в них, не оставляли никаких сомнений в том, что он любит и желает ее. Она видела, что он хотел было сказать что-то, но вместо этого только вздохнул. В комнате повисла тяжелая тишина, в которой особенно отчетливо был слышен хохот подвыпивших гуляк из комнаты ниже этажом. Ну хоть кому-то здесь было весело. В конце концов он заговорил: - Мне нужно пойти переговорить с шерифом, Мэриан. Ты побудешь немного одна? Она кивнула, стараясь скрыть разочарование. - Как ты думаешь, я могу сходить в церковь помолиться? - спросила Мэриан. - Я все ждал, когда ты об этом спросишь, - он ласково улыбнулся ей. - Думаю, что можешь, только не задерживайся. Только они поднялись с кровати, как раздался стук в дверь, и Гай впустил слугу, который принес их вещи. Они снова спустились вниз к выходу из гостиницы. Гай подозвал Аллана, сидевшего за столом. - Здесь незнакомый город. Я не хочу, чтобы ты бродила по улицам одна. Аллан пойдет с тобой. Мэриан согласилась с его пожеланием, считая, что это разумно. Гай поднес ее руку к губам и поцеловал ее маленькие пальчики, обманчиво нежные, которые могли держать меч не хуже любого мужчины. Она улыбнулась ему и вышла в сопровождении Аллана. Как она могла подумать, что он больше не хочет ее? Даже если бы у него в запасе была сотня жизней, то и тогда он никогда не расстался бы с ней. Но жизнь у него была одна, та, которую он был готов отдать за нее. Гай вернулся в гостиницу и отправился на поиски своего тюремщика. Ни он, ни его жена не заметили, как из укрытия вышел человек и пошел следом за Мэриан и Алланом. Робин обозревал окрестности, сидя верхом, с верными товарищами по сторонам. Они стояли у ворот Уинчестера. Джак в сомнении осматривала стены, Маленький Джон, как обычно, держал свои мысли при себе, откинувшись в седле. Уже почти полностью стемнело. - Ну и как мы проберемся туда? - вопросил Мач. - Это же стена, Мач. Неужели стены когда-то мешали нам проникнуть в Ноттингем? - утомленно спросил он. - Я захватил веревку, - предложил Уилл. - Хорошо. Найдем местечко возле Западных Ворот и проберемся в город. Они привязали лошадей в густой чаще и поползли в высокой траве. В этот час вокруг не было никого; с наступлением сумерек никого не пропускали через ворота. Лорд Уинчестер был одержим идеей, что его повсюду окружают враги, и в следствие этого в городе постоянно был установлен комендантский час. Они незаметно добрались до стены, Робин выглянул из укрытия, заметил охранника на валу и тут же скрылся. Уилл дал ему веревку. Робин вынул из колчана стрелу, привязал к ней конец веревки, натянул лук и прицелился. Даже при слабом освещении он легко попал в цель, и стрела глубоко вонзилась в деревянную подпору крепостных укреплений. Он подергал веревку, проверяя ее на прочность. Он собрался уже лезть на стену, когда Джак взяла у него из рук веревку. - Я пойду первой. Я легче вас всех. Уилл нахмурился: - Будь осторожна. - Я всегда осторожна, - улыбнулась Джак, быстро поцеловала его и взялась крепче за веревку. Все с тревогой наблюдали за тем, как она взбирается на стену. Уилл стоял прямо под ней, готовый поймать ее, если она упадет. Скоро Джак благополучно добралась до верха стены. Она отвязала веревку от стрелы и привязала непосредственно к балке. Она быстро оглянулась по сторонам и сделала знак остальным подниматься. Как только все снова собрались вместе, они прокрались по периметру стены, пока не обнаружили лестницу, ведущую вниз, на улицу. - Откуда начнем искать? - спросил Мач. - Почему бы нам не начать с самых богатых кварталов, мой дорогой друг? Или ты думаешь, шериф может остановиться не в самой лучшей гостинице? - похлопал его по плечу Робин. Теперь, когда они проникли в город, им больше не нужно было каждую минуту быть настороже, поскольку они шли по темным улицам. Они были незнакомцами в незнакомом городе, где было мало шансов, что их кто-то узнает, кроме шерифа и его солдат, но ради осторожности, они старались держаться в тени. В городе было лишь несколько хороших постоялых дворов и гостиниц, поэтому пара вопросов и несколько монет скоро привели их на улицу Сапожников. В окнах горел яркий свет, а внутри бушевало веселье. Робин накинул капюшон на голову, чтобы скрыть лицо, и ухватил за рукав мальчишку-слугу. - Отпустите меня, - испуганно вскрикнул парнишка. - Я не сделаю тебе ничего плохо. Если ответишь на мои вопросы, получишь больше денег, чем твоя семья получает за год. Лицо мальчика загорелось от радости, когда он услышал о таком богатстве. Он радостно кивнул. - К вам сегодня приехали важные постояльцы, верно? - Да. Мужчина в карете и свита. - С ним был кто-то еще? - спросил Робин. Мальчик секунду подумал: - Красивая леди и человек, одетый в черную кожу. - Спасибо. Он вручил мальчику мешочек с монетами, и глаза у того стали круглыми. Он ринулся назад на кухню, но Робин остановил его: - Я еще с тобой не закончил. Куда они отправились? - Леди пошла в церковь с каким-то молодым парнем, а тот человек остался здесь. Я слышал, как тот, который в кожаной одежде, говорил об этом человеку, у которого седая борода. Робин ухмыльнулся мальчишке и потрепал его по волосам: - Спасибо. Он сунул парнишке еще несколько монеток и пошел с новостями к друзьям. - Значит, чтобы связаться с Мэриан, используем обычный план с переодеванием в монаха? - спросил со смешком Мач. - Хочешь поучаствовать?- спросил Робин. - Я не имел в виду, что я... ну, ладно! - Хватит болтать, нужно найти Мэриан, - прервал их Маленький Джон. Мэриан и Аллан вошли в собор. На стенах горели факелы, но обширное помещение было освещено не полностью, и оставалось еще много темных углов. Глаза Аллана расширились в удивлении, когда он оглянулся по сторонам. - Я даже представить не мог, что можно построить что-то, настолько огромное. - Как красиво, правда? Аллан кивнул. - Мой отец как-то привез меня сюда, еще маленькой девочкой, сразу после смерти моей матери. А еще он тогда навещал своего вероломного друга, лорда Уинчестера, но меня с собой не брал. Лицо Мэриан неосознанно исказилось, когда она вспомнила об этом. Они в молчании прошли по длинному проходу, который казался бесконечным. В церкви было прохладно, и Мэриан дрожала от холода. Они дошли почти до алтаря. Ряд свечей стоял на длинной, выкованной из железа подставке, закрепленной на столе. Их огоньки трепетали на сквозняке. Она повернулась к Аллану: - Пожалуйста, подожди здесь. Мне нужно побыть одной. - Если вам что-то понадобится, крикните. Вспомнив вдруг, где он находится, Аллан добавил: - Или шепните. Он неловко присел на деревянную скамью, наблюдая, как Мэриан прошла к столу, на котором лежали незажженные свечи. Она взяла три свечи, положила несколько монет на блюдо, как пожертвование для бедных, одну за другой зажгла все свечи и поставила их среди других. Аллан удивился тому, что она молится о стольких многих, а потом на секунду прикрыл глаза. От эля, выпитого накануне, его клонило в сон, а долгое, полное неудобств путешествие и недостаток отдыха сделали свое дело: он практически тут же задремал. Мэриан преклонила колени перед статуей Мадонны с младенцем, погруженная в мысли о своем ребенке, который рос внутри нее. Она молилась так горячо, как никогда за всю свою жизнь. Она молилась о своем муже, о ребенке и о душе своего недавно умершего отца. Она надеялась, что ее молитвы будут услышаны. Спустя некоторое время она поднялась с пола, ее колени онемели от холода. Аллан развалился на скамье и деликатно похрапывал. Мэриан усмехнулась сама себе: "Защитничек, нечего сказать!" - Леди Мэриан, - прошептал знакомый голос. Мэриан оглянулась и увидела застывшую в тени фигуру в белом монашеском балахоне. Мэриан не могла разглядеть его лица. -Это я, Мач, миледи, - шепнул он погромче. Она заглушила вскрик, готовый сорваться с ее губ. - Где Робин и остальные? - спросила она. - Он ждет в ризнице за алтарем. У меня для вас новости и записка. Мэриан нервно оглянулась вокруг и подошла к нему. Аллан продолжал спать. Она поклонилась Мачу, он неуклюже перекрестил ее, потом вынул из рукава сложенный кусок пергамента и вложил ей в руку. - Это записка от Робина. Прочтите, когда останетесь одна. Вы и Гизборн в опасности. Мне нужно идти, чтобы не вызвать подозрений, да и монах, у которого я позаимствовал одежду, скоро придет в себя. Мэриан на секунду опешила: - Ты оглушил монаха? Мач оскорбился: - Нет! Напоил вином. Разве ж я мог, Мэриан! - Спасибо тебе, Мач, - она, извиняясь, улыбнулась. Она снова быстро поклонилась и направилась к Аллану, надежно спрятав записку в кошельке. Ее сердце сжалось при мысли о том, что означало появление Мача. Она знала, что должно случиться что-то очень и очень важное, поскольку в дело вмешался Робин и его друзья. Она потрясла Аллана за плечо. - А? Где я? - спросил Аллан спросонок. Посмотрев на Мэриан, он залился краской: - О, я был погружен в молитву и не слышал, как вы подошли. - У тебя странная манера молиться, Аллан Э Дейл. Нам нужно возвращаться в гостиницу. Становится поздно, и мы рискуем вызвать неудовольствие шерифа. Они пошли назад по длинному просторному проходу, оба в неведении, что за ними неотрывно следит кто-то из людей Вейзи. Человек вышел через боковую дверь и пошел за ними. Мэриан и Аллан были погружены в беседу, никто из них не услышал, как к ним подошли сзади. Мужчина вынул из-под плаща дубинку и наотмашь сильно ударил Аллана по голове. Аллан рухнул на землю как подкошенный. Мэриан вскрикнула, но тут же жесткая рука грубо заткнула ей рот. Мэриан была до смерти испугана за своего нерожденного малыша, поэтому даже не пыталась сопротивляться. Она только молилась о том, чтобы выжить и снова увидеть Гая. Она услышала звон металла - неизвестный нападавший вынул нож и срезал кошелек с ее запястья, вспоров ей руку острым лезвием. Она почувствовала, как по руке побежала теплая жидкость. Он швырнул ее на землю и скрылся в темноте. Мэриан хотела закричать, но не смогла издать ни звука, а потом на нее обрушилась чернота.