Сладкие грёзы

      В тот же вечер как янтарное солнце осело за горизонтом на ближайшую долгую ночь, — судно отплыло из гавани Ли Юэ, держа прямой курс на снежное королевство. Даже ночью в освещении фонарей, жизнь в землях Властелина Камня процветала, а на торговых улочках всё также бродили молчаливые люди. Ничего не покупая, просто прогуливались то в паре, то в гордом одиночестве. Золотой свет ночных фонариков падал бликами на чистой воде. В ней же отражалась набережная и тёмное небо. Синеватые облака, словно полупрозрачная ткань хитона, прикрывали взор на яркие звёзды. В море их было видно как никогда великолепно, вдали от берега и густой темноте. На палубе света почти не было. Лишь тёплый свет фонарей давал ориентир в непроглядной тьме средь океана. Лунный свет ничем не помогал, лишь игриво поблёскивал на поверхности воды, дразня своей красотой. Океан был глубоким, холодным, полон тайн и затонувших трупов яхт. Множество жизней он забрал под аккомпанемент шторма, будучи невиновным этому. Бушующий ветер виновник сему торжеству гибели моряков. Он поднимал волны и топил невинных, а вода не в силах сопротивляться сильным бурям; лишь забирая тела с обломками на дно. В смертной тишине морской глади, абие шторм был позади, лишь моросящий дождь на тлеющих в небе облаках оплакивал вечное упокоение средь океанских глубин.       От тишины мало чего можно было ожидать. Немая ночь средь бескрайних вод опустилась плавно, почти что незаметно. На корабле Снежной, как ни странно, было достаточно много людей. Дипломаты, слуги, военная сила. Моне безумно повезло, что она успела к ним примкнуть перед отплытием. Не зря её как за уши из дома потянуло, что та на всех парах добралась до Разлома. Астролябие говорило спешить, — так и сделала, ни о чём не жалея. Если уж даже Предвестника созвали обратно на родину, неладное намечается. Душа мечется в чертогах мысли, то ли от решения Царицы, то ли от своего. Ступая по отдраенной палубе, юная леди оглядывала корабль, замечая все детали и дорогие вставки из золота на нём. Стук каблуков о дерево почти не был слышен в глухом пространстве. Никого рядом не было, и лишь тишина служила компаньоном в далёком плавании. Плечи и ноги опалял холод, заставляя чуть сжаться от проходящей дрожи по всему телу. Уж до боли морские ночи были привлекательны, чтобы просто сидеть в душной каюте. Даже если ночь была холодна, — астролог не хотела терять возможность взглянуть наверх, где на знакомых просторах небес, где-то возле луны, — таились свои секреты. Может девушка хотела успокоиться в дороге? Не знать. Опираясь на борт корабля и чуть обнимая себя за плечи, чтобы хоть как-то согреться, Мегистус пыталась понять новые созвездия в глубине синей ночи. Она словно фарфоровая статуэтка, вовсе не двигается, заворожено смотря вдаль. Странное ощущение складывалось от произошедших событий. Это почти не волновало её, лишая ту оков совести. Ветер чуть покачивал тёмные пряди и доводил до мурашек, ненавязчиво прикасаясь к коже девицы. Вдали уже не было видно берега, на горизонте лишь вода. Унылое зрелище по сравнению с тем, что было выше морей и гор. Маг вновь потеряла чувство времени, выпадая в астрал и начхав на окружающую прохладу. Она была достаточно приятной, особенно после жаркого дня. Набирая воздух в лёгкие и тяжело выдыхая его, Мона чуть расслабилась, расправляя плечи. Упоительная ночь вдали от дома ощущалась совсем по-другому.       — Чего так тяжело вздыхаем? — из мутной тьмы, где-то позади послышался звонкий голос, от чего девушка чуть дёрнулась и холодок прошёлся по её спине. Тарталья на такое лишь усмехнулся, когда та повернулась в его сторону с злобой в глазах. Такую утопию портить было непростительно. — Пошли внутрь. Тебе явно не понравится специфический климат Снежной. Особенно в твоих то одеяниях. — указав пальцем на костюм юной леди, он чуть склонил голову на бок. Синеволосая в свою очередь лишь хмыкнула поправив волосы и вальяжно подходя к парню, лишь мигом на него глянув.       — Ты хотел о чём-то со мной поговорить на борту. — молвила Мегистус проходя по тускло осветлённому коридору решив проигнорировать предыдущее высказывание. Чайлд лишь чертыхнулся, вспоминая о этом, будучи полностью загружённым в отчётах банка и других дипломатических сфер.       — Да, хотел… Только уж больно меня запрягли даже здесь. Обычное дело уже. — протерев уставшие глаза объяснился рыжий. Проходя чуть вперёд мага, тот со скрипом открыл деревянную дверь, жестом приглашая леди в просторную каюту. На это, Мона лишь украдкой хмыкнула. — Дамы вперёд.       — Какой вежливый. — с иронией подметила астролог, легко ступая внутрь помещения. Тарталья что-то ответил, хотя девушка на это не обратила внимания занимаясь осмотром душной каюты. По одной стороне стены простирался стеллаж из сосны, на полках которого стояли старые книги в кожаном переплёте с выразительными золотыми надписями; там же находились деревянные шкатулки, листы бумаги, перья и другие мелкие принадлежности. На другой стене при самом потолке были прибиты шкафчики закрытые на ключ и огромный шкаф. Видимо, чтобы хранить что-то хрупкое и ценное, да и еду тоже. Две кровати с металлическим изголовьем и винтажными завитками на них были расположены параллельно себе и разделял их круглый осиновый стол. На нём стоял двойной бронзовый подсвечник с чуть потёкшими свечами. Большое окно, еле как прикрытое бархатными шторами, открывало вид на бесконечные воды океана, а светильники, выполненные в старом стиле с множеством деталей и ровными изгибами, еле как освещали комнату. Деревянный пол был покрыт бордовым ковром с причудливыми рисунками напоминающими цветы и лозы. Стены тоже были выловлены из дерева и их украшали крючки из кованного железа, а редкие мелкие золотые детали лишь создавали эффект богатства, что было достаточно характерно для такого как Чайлд. Основной свет был выключен. Два светильника еле как освещали помещение; в каюте приятно пахло воском и ладаном, а также еле уловимыми нотками пихты. Лёгкая духота лишь подчёркивала атмосферу этого места, заставив астролога невольно вспомнить свой дом. Всё было таким уютным и спокойным, что ненароком можно было потеряться в пространстве. Мегистус заинтересованно оглядывала помещение, усаживаясь на мягкую словно пух кровать. Аккуратно заправленные простыни чуть снялись под весом девушки, которая уже хотела упасть под мягкое одеяло чтобы согреться и переспать ночь в приятном окружении. Корабль чуть укачивал, поэтому спать хотелось сильнее чем раньше.       — Что не день, а под палубой как всегда душно, — доставая спички со шкафа молвил Предвестник поджигая две свечки в подсвечнике. — но здесь невероятно уютно, не так ли? — обращение к себе та услышала не сразу, будучи заинтересованной в свете огня.       — У Снежной неплохая финансовая стабильность, раз уж такие судна себе позволяет. — оперевшись на стол лишь через мгновение ответила девица, смотря на рыжего перед собой, который лишь устало ухмыльнулся смотря на ровную поверхность стола.       — На самом деле, этот корабль достаточно старый и его давно не ремонтировали. Лишь кое-что изменили на новое, а так просто судно как судно.       — Достаточно неплохо. Мне всегда нравилось такое оформление. Так всё же, не отходя от темы, тебя интересует кто я такая и зачем вообще имею совесть?       — Как мысли читаешь. — посмеявшись с точности вопроса девушки, Тарталья подпер голову рукой замечая её расслабленность и горделивость.       — Как я и сказала ранее, я лишь астролог который нуждается в финансовых средствах для более интенсивного изучения данной сферы. Не думаю, что ты знаешь о моих способностях и умении с великой точностью предсказывать. Чувствую скептичность в свою сторону. — объясняла та складывая руки на груди. — Не каждый смертный и бессмертный сможет понять. — Тарталья лишь вскинул плечами.       — На самом деле, я просто никогда не задумывался об этом. Меня просто интересует что это и как работает. Этого мне будет достаточно, чтобы знать куда тебя девать то такую. — на это, Мона подняла удивлённый взгляд на парня, расслабившись замечая его интерес.       — Хочешь больше узнать об этой науке? Не наскучит ли тебе? — краткий кивок стал ответом, и прочистив горло, астролог даже порадовалась такому, ведь мало кому удосужится рассказать об этом. — Ну-с, с чего бы начать?..        Недолго та думала перед тем, как сделать глубокий вдох. Решила начать с малого, объясняя вкратце основы и главные детали. Эзотерика и гидромантия во всех красе. Не обошлось без детального объяснения схем и нюансов. Дошло до спора насчёт важности и точности меж этими двумя. Пришлось заново объяснять. Хоть Чайлд был полным нулём, авось скептиком, но тот хотел что-то знать, даже не зная зачем. Что-то не давало покоя и ему больше нужны были прямые доказательства. Ну-с, рассказ тоже быть отчасти интересным.       Во время бурного рассказа и допроса, приспешница на корабле принесла горячие напитки в виде чая. Стакан был в экстравагантном подстаканнике из мельхиора, что лишь придавал атмосферу чего-то старинного. Мегистус пыталась отвечать на все вопросы достаточно понятным языком приводя примеры и рассказывая истории связанные с этим. Горький чёрный чай оставлял приятный привкус на языке. Приятный аромат так и манил. На самом деле, Мона прекрасно понимала, что сколько не говори, сколько не объясняй, — никто до конца не поверит в точности гидромантии. Это не капли не задевало её, даже наоборот, заставляло зажечь фитиль идей как бы доказать свою правоту. И рассказывать, доказывать так она ближайшую вечность, пока её не перебили.       — Слушай, это очень интригующе. Ты можешь предвидеть всё? Это достаточно…       — Странно. Людям не понять, — нервно хмыкнув, Мона отпила чуть напитка с кружки скривившись от крепких остатков чая.       — Не то что странно, больше… как бы сказать корректнее? Несусветно.       — Ожидаемо, — вздохнула девушка со звоном ставя стакан на стол. — так зачем тебе это знать было? Неужто Царица поверит мне после карканья Скарамуччи? — от такого предположения, Чайлд выровнялся и почесал подбородок заинтересованно смотря в никуда обдумывая это.       — Допустим. Вообще на него закроем глаза. Я в тебе не сомневаюсь, но что насчёт её величества это ещё тот вопрос. Пока что, я не могу сказать ничего о твоих боевых навыках, да и в политике тоже наверное ты не очень хорошо разбираешься. То есть, я не знаю куда ты годишься и какой приговор даст Царица.       — Ты прав. Ни в бою, ни в политике я не разбираюсь, да и не хочу. Не за этим прибыла. Раз так, почему ты принял меня в Фатуи, раз уж я ничего не могу из всего что есть? — интересный вопрос. Однако в разговоре синеволосая брала харизмой и умом, что нравилось её собеседнику который был несомненно довольным текущей дискуссией. Не часто встретишь таких интересных людей. Долю секунды обдумав ответ на вопрос, Тарталья зачесал волосы назад, убирая мешающие пряди с лица и хмурясь от головной боли вызванной от потока мыслей.       — Изначально, я про тебя слышал в Снежной от самого Скарамуччи. Это удивительно, откуда ты так быстро узнала, что он Предвестник так ещё и засранец. Это подлило масло в огонь, и увидев тебя среди новобранцев я посчитал нужным принять тебя; может потому что у тебя есть определённый потенциал; или я повёлся на искушение дабы побесить мелкого. Думаю, что пристрою тебя куда-то, раз такая ситуация сложилась.       — Считаешь, что я буду нужна Царице в её плане по завоеванию гнозисов или что-то типо того? Чтобы обыграть путешественницу и лазейками завербовать меня в дамки на всякий случай? — изогнув одну бровь предположила та.       — Это то о чём я и говорю! — резко щёлкнув пальцами оживился тот, застав умиротворённую утопией девушку дрогнуть от резкости и непонимания. — Ты даже и это знаешь! Сомнений теперь нет. Только сейчас бы добиться интереса её величества… Педролино и Скарамучча были под рукой Царицы раньше чем я. Не сказать, что она имеет хоть какой-то трепет к подчинённым, но им она поверит в первую очередь. Особенно Первому Предвестнику.       — Ещё в Мондштадте этот мерзавец говорил про то, что «звёзды, — это ложь». Нежели его послали именно за этим и все посчитают это бредом? — усмехнулась Мона поправляя волосы и недовольно сморщив нос от упоминая Сказителя.       — А то! Определённо, Царица не поверит ни мне, ни уж тебе тем более. Если что, возьму тебя под свою руку. Мало ли, что её высочество подумает. — вновь окинув взглядом юную девушку, парень почесал висок недовольно промычав. — В Зеркальные Девы не годишься, в Цицинов тем более…       — Хочешь в Предвестники втянуть? Чудесная идея. — иронично цокнула та разводя руками когда по комнате раздался громкий смех.       — Прям в точку! Только вот, не я за это отвечаю. Тут уж смотря на твою службу непосредственно Царице. — молвил Чайлд с яркой улыбкой подперев рукой голову. На это, Мона лишь задумалась опуская взгляд на стол. — Ты же сюда ради денег пришла не так ли? Заработаешь ты неплохо, об этом волноваться не стоит.       — Да, деньги… Только не хочу я в Предвестники… — тяжело вздохнула девушка прикрывая глаза от лёгкой сонливости. — Ты же на переговоры прибыл в Снежную как ни как, там и разберёмся.       — А как же. Дорога достаточно дальняя. А перед тем на дебоширить, не хочешь отдохнуть или же чаю? Я бы ещё выпил. В Ли Юэ я уже давно подзабыл вкус крепкого заварного чая с бергамотом. В Снежной то и дело, что кипяток пили чтобы согреться каждый день. — Тарталья говорил об этом с таким комичным восторгом, что заставило синеволосую чуть посмеяться и согласиться на предложение. За то не врал. Чай действительно был превосходным. — Мы прибудем примерно в полвторого, если не будет задержки. Но это и так поздно, появлюсь с опозданием видимо. — почесав рыжую макушку со стыдливой улыбкой сказал тот.       В воздухе повисла напряжённая тишина при ожидании очередного чая. Спустя долгую дискуссию, они не знали о чём ещё можно поболтать. К тому же в сонливой атмосфере глухих стен в голову ничего не приходило. Они были измотаны; кто нервами, кто работой. Волны чуть покачивали корабль и ветер поднимал паруса. Было слишком тихо. Надо было как-то развеять эту неловкую тишину, к тому же Мона показалась парню слишком напряжённой и задумчивой.       — Я хотел ещё у тебя спросить кое что, — на обращение к себе, Мегистус подняла взгляд на рыжего, чуть изгибая бровь в ожидании. Пока же Предвестник подбирал нужные слова, им уже успели принести ароматные напитки, что вытянуло его из мыслей. — Почему именно Фатуи? Есть и другие способы заработать.       Этот вопрос застал астролога врасплох, заставляя её сердце пропустить удар из-за неожиданности и упасть в пятки. Она была поражена как быстро может поменять тон парень. Глаза безудержно бегали по чертам лица Чайлда. Все предсказания он мог воспринять не так как надо. Нервно постукивая по медном подстаканнике, тяжёлый вздох послышался со стороны мага.       — Сказать често, — я сама не знаю. Я задолжала крупную сумму, а сдирать деньги с клиентов совесть не позволяет. Как бы это не звучало. — добавив это предложение в конце, дабы избежать лишних вопросов. Чайлд лишь промолчав дал ей договорить до конца. В коем-то веке, он понимал почему у неё такой ток мышления. Перед тем продолжить, что-то ёкнуло в сердце, заставляя ту десять раз обдумать всё что ей подсказала гидромантия. — Судьба меня сюда привела. А точнее к одному человеку, который сим не является. — Мона почувствовала на себе взгляд Тартальи. Он давил и прожигал её и лишь бы хоть немного от него скрыться, та потерев лоб ладонью положила руку у виска, опираясь на неё и чуть взъерошив чёлку.       — Ты о Скарамучче?       — Да. Я не знаю кто он, но явно не человек. Сила у него как у Архонта, а судьба как бессмысленные кляксы. Мне интересно: кто он и откуда пришёл? А конкретнее, с какой целью? Мутный… — говоря это, синеволосая сильно хмурилась, пытаясь вновь понять Шестого Предвестника, вырисовывая его облик. Сколько бы сил та не убивала на это, всё было слишком непонятно. Чайлд же сам задумался насчёт её слов. Со Скарамуччей у него не было слишком хороших отношений, это создавало лишь больше вопросов.       — Меня напрягло то, что звёзды так громко базланили; хохоча на всю дурь про него несвязные вещи. Потерянность в нём была крайне выделена. Хотя я до сих пор не понимаю, почему меня привело именно к нему. Видимо чтобы доказать что-то. Может быть даже жажда чего-то нас свела. Интересно получается… — выравниваясь продолжала свой монолог девица приложив руку к губам. — Я хочу узнать кто он на самом деле. Я хочу выяснить почему судьба так яро пытается нас свести? Не знаю как объяснить… В общем, от судьбы я не отрекаюсь, к тому же в Фатуи гонорар будет больше. Мало этого, может разберусь, что имели ввиду звёзды говоря о судьбе. — во время рассказа, Мона много жестикулировала пытаясь точнее донести свои мысли. Тяжкое чувство, что она сказала не всё что хотела осело где-то в закоулке души и вскоре исчезло, словно дым с потухшей свечи. Чайлд лишь чуть усмехнулся со слов девушки, решив не брать это во внимание скрывая то, что он ничего не понял нехотя продолжать тему. Излишне напрягать девушку он уж точно не хотел.       — По моему он просто засранец; то и дело, что действует на нервы. При чём ещё импульсивный зараза. — Мона не смогла сдержать смешка с его слов. Она лишь согласилась, подметив, что мнение у них сходилось на теме Сказителя, от чего и рыжий не смог не самодовольно улыбнуться.        — Ладно… ясно с тобой всё. Раз уж судьбой тебя сюда занесло, прийдётся свыкнуться с суровыми правилами Царицы. Приезжих она не очень любит…       — Раз так… А если я докажу свою важность, что у неё и другого выбора мне останется? — от тоскливой атмосферы былого разговора уж ничего не осталось. Витающую меланхолию заменила решимость юной леди, что в упор отрекалась от законов. Мона хотела посмотреть на лицо Скарамуччи, когда она докажет, что всё что он говорил, — это сюр. Такое Тартале более чем нравилось, заставив мимолётно скалиться от нравов Мегистус. Та в свою очередь гордо подняла голову и хитро улыбнулась, сложив руки на груди.       — Хах! Ну давай, малая, не подведи. — с широкой улыбкой ответил парень.       — Не подведу. Спорим? — протягивая руку молвила та с самоуверенностью в тихом голосе. Предвестник лишь хмыкнул.       — Спорим. — пожав руку астролога и на секунду замерев, тот вгляделся в лицо девушки и не мог не скрыть довольной ухмылки. Всё что она говорит настолько уверенно сказано, что сомнений не было в её намерениях. Скептицизм всё равно оставался в чертогах, но это лишь накаляло обстановку и интерес к действиям Моны. Через мгновенную тишину и прямые взгляды на друг друга, те рассмеялись от того насколько быстро напряжение сменилось утопией.       Они так и продолжили баять о своём на протяжении следующего часа, узнавая новые вещи и личные предпочтения. Мона была крайне внимательна, а Тарталья слишком разговорчивым. Он много рассказывал про Снежную и хотел многое показать. Хоть месяц с крюком это короткий срок, учитывая изобилие работы на его плечах. Они успели вдоль и поперёк обсудить Скарамуччу и будущие планы астролога в царстве вечной зимы. Разговор был достаточно лёгким, что Мегистус уже подзабыла какого это болтать столько. Горло постоянно пересыхало, а горький чай уж не помогал. Девушка мигом поняла, что если бы не пошла на риск, — то осталась бы голодать в Мондштадте. А тут у неё есть так званый проводник и надежды на продуктивную жизнь. Она так быстро убежала с города свободы, который как таковым не назвать вспоминая тщетные попытки найти себя там. Глухой лес и луг посреди него; на лугу озеро, а в озере ничего. Такие чувства складывались от монотонных дней и одинаковых снов. Конечно, ничего плохого в спокойной жизни в тени не было, но от скуки и умереть можно. Не говоря о одиночестве. Мона не была довольно общительной, но на корабле, она посчитала, — что неплохо иметь при себе хорошую понимающую компанию. По крайней мере, эта ночь была явно лучшей за прошедшее время на дому. Тарталья и сам невинным не был. Сам же когда-то от скуки убежал от отца. Живи для себя и не жалей своих капризов. Чайлд был ещё тем шутником, что синеволосая то и дело, что улыбчиво поддерживала диалог. Кто бы мог подумать, Фатуи… и она просто сейчас выслушивает его забавные лекции о выживании в Северном Королевстве? Ну ничего себе. Ночь длилась, путь продолжался. Мегистус была уверена в том, что Снежная не будет так бесприютна. Она уже знала всё наперёд, и была готова к поднятию самого безумного риска своей жизни.

***

      Прибытие Одиннадцатого Предвестника в Снежную было известно уже давно. Его уже в порту ждало ландо с закрытой крышей и его личные приспешники. Вот-вот корабль прибудет к просторному порту, покрытому лёгкой снежно-белой простынёй. Мона и Чайлд провели чуть ли не всю дорогу за бессмысленной болтовнёй о насущном. Юная леди совсем не заметила при рассказах о старухе, что они прибыли. Предвестник в свою очередь подметил, что судно приплыло с лёгким опозданием. Мало этого, ещё до дворца куда ворон костей не заносил. На это, парень лишь устало вздохнул поднимаясь с места и потягиваясь. Сидя почти что в одном положении на протяжении мучительных часов было не из приятных. В каюте стало заметно холоднее, от чего синеволосая огладила плечи, ощущая на них мороз севера. Взглянув за широкое окно, было очень бело. Даже не из-за снега, а из-за странной ясной ночи. Белая ночь, ведь так? Она часто слышала о ней. Такая красивая загадочная, даже неба не видать сквозь серый футон облаков нависших нам королевством. Оно уже было прямо за бортом. Пора. Несмотря на то, что она себя успокоила продолжительным разговором с новым компаньоном, когда колкий холод пробирался под одежду становилось некомфортно от понимания, где сейчас та находится. Мегистус знала и была готова к климату Снежной, до сей поры будучи уверенной в себе. Почувствовав у себя на плечах махровое пальто, Мона негодующе взглянула на Тарталью, который лишь жестом подозвал её к себе, намекая, что пора выходить наружу. Судно уже было пришвартовано, а капитан что-то кричал своим морякам, низко кланяясь при виде Предвестника и извиняясь за опоздание. Проходя аккуратным шагом по сходне, Мона очаровано оглянулась вокруг от бескрайнего горизонта в тумане до снежной дали. Ветер был достаточно сильным, а снег обмораживал, царапал лицо. Вдохнув воздух в лёгкие, как бы колкими иголками ели расцарапывал их; это было странное ощущение. И выпустила та воздух клочком дыма. Вокруг беспроглядные просторы берега в тумане и снегу. Вокруг ничего кроме белого горизонта. Девице было трудно удержать пальто в руках от мерзлоты. Словно ребёнок разглядывая пейзаж, на фоне был слышен отдалённый голос Предвестника и чей-то ещё. Их почти не было слышно сквозь свист ветра. Глянув на Тарталью, что ждал её у повозки, астролог поспешила подойти и сесть внутрь, пытаясь привыкнуть в мерзкой погоде. Метели здесь были не редкими, и Чайлд уже казалось бы привык, но и так после солнечного Ли Юэ было необычно.       — Тепло ли тебе девица? — с усмешкой молвил парень, закрывая двери и давая знак кучеру чтобы тот двинул повозку как можно быстрее. Усаживаясь перед астрологом, он чуть оживился от вечного мороза царства.       — Не очень, знаешь ли, — цокнула девушка опуская руки на колени, пытаясь быть максимально собранной и непоколебимой. Твёрдый стержень в ней ничем не сломить, а метели это лишь мелкая проблема по сравнению с тем, что ждало уже за снежными полями.       Большую часть дороги те провели в молчании и скрипе колёс. Глухой топот копыт лишь чуть сбивал с мысли; на неровной дороге средь лесов, бугристостей от камней и ям, повозку чуть подбрасывало. Мона не могла отвести взгляд от окна, зачаровано смотря на идентичные деревья. Из-за странной усталости говорить вообще не хотелось. Чайлд же был в раздумьях в собрании и приказов Царицы. Где-то средь мыслей о работе мелькали и думы о семье, которую тот кровь из носа, но должен увидеть. Улыбка почти не была видна под опущенной головой парня. Она сливалась с опущенными сонными глазами и рыжей чёлкой закрывающей вид на лицо.       — Всё также думаешь о родных? — Тарталья уже давно понял, что разговор она никогда не начинает с обычных вопросов. Спрашивает прямо, и вопросы эти всегда имели два чётких ответа: да или нет. Сказала она это даже не глянув на Предвестника, будучи заинтересованной в сменяющихся картинах беглости. Улыбнувшись пошире с еле уловимым смешком, Чайлд поднял голову чуть массируя болящую шею.       — Да-да, всё также. Уж соскучился по ним. А ты, нервничаешь? — ответный вопрос девушка посчитала чуть оскорбительным, но уместным. Выравниваясь и чуть приобнимая себя за плечи, я украдкой взглянула на парня.       — Вовсе нет, я уверена в своих намерениях.       — Как скажешь. — пожав плечами и поправив волосы молвил Чайлд, поворачиваясь к заднему окну. — Мы скоро прибудем, будь готова в вердикту Царицы. — поворачиваясь предупредил тот, вновь наклоняя голову и закрывая глаза, надеясь, что хотя бы это облегчит мигрень.       Мегистус всё также сидела прямо, всматриваясь в рыжую макушку перед собой, углубляясь в раздумья. Горизонт уже был усыпан маленькими дряхлыми домиками, а в заснеженной дали виднелся роскошный дворец и большой город. Всё что они проезжали скорее было похоже на село. Дети резво играли на улице под присмотром ночи, а старики ворчали на лавках проклиная царское ландо, которое шумно прошмыгнуло рядом. Политику Царицы не все любили, как объяснил Чайлд. «Люди просто не знают стремление её величества. Её либо ненавидят до белого каления, либо любят до безумия». Деревянные стены и дряхлые доски, высокие пороги и изобилие узоров сделанные сильной рукой мастера. Среди одноэтажных хат стояли огромные виллы мажоров.       Покуда карета не подъехала до дворца, астролог вновь глядела в окно, тоскливо подпирая голову рукой. Пейзажи мелькали перед сероватыми глазами, которые бегали своим холодным взглядом по каждой мелкой детали. Вот она, Снежная. Хотя контраст полей и сёл был очень чарующим. В мёртвой глуши, под покровом снега на горизонте не было ничего. Голые деревья с хаотичными ветвями и иглистые сосны. Другие растения бы не прижились в этом климате. Берёзы сливались с смазанным пейзажем долин и одиноких домов.       До города оставалось немного немало. На окраине ничего интересного не было. Редкие заброшенные здания с рисунками на их стенах стояли посреди жилого района, как и маленькие бары и серые бетонные двухэтажки. Серые, потекшие, с чуть опавшей краской с фасадов потрёпанных временем. Треснутый асфальт с лужами в ямках сменился неровной брусчаткой. Немытые окна и молодежь у подъездов в тяжёлых плащах. Таблички на порогах алкогольных заведений зазывали посетителей своими громкими заявлениями. На самом деле, это всё бред сивой кобылы. Дома продолжали вырастать из уже отчётливого горизонта, высокие с теми же подтёками у крыш и свежо покрашенными подъездами. На тротуарах рассыпана соль и метла из веток небрежно смахивала ненужный снежный порох с лёгким шорохом. Центр становился опрятнее чем другие районы. Одни были бедные с мажорами средь них, что строили свои хаты на общее обозрение выставляя себя выше других. Другие же были скромными и тихими, людей на улицах не было, а магазинчики закрыты на щеколды. В полумраке фонари лишь частично работали, хаотично мигали в неведомом ритме и погасали вновь. Толку? Даже в светлые ночи город жил, дети выходили из дома без ведома, подростки делали тяжки у многоэтажек в серых куртках из меха, а взрослые быстрым шагом убегали от привычного холода. Каждый район как новый регион.       И вот центр. Ярко освещённый белым светом высоких фонарей. Широкие улицы с казино и офисами. И памятники. Шторы домов были плотно замкнуты, чтобы избежать белой ночи и скрыться от неё в темноте укромной обители. Глядя на город, лишь одна мысль проскочила в голове. Меланхолия с привкусом воды и запахом дыма. Чистый из себя Мондштадт стал контрастом для Моны. Она не знает здешний народ, хотя на первый взгляд лишь молчание и тоска витала и красила их лица. Опущенные взгляды и пачка сигарет в кармане.        Для приезжих жуть ещё та. Астролог бы скривилась от такого, считая политику Архонта жестокой, если бы та была слепой или глупой. Всё так очевидно, что одного взгляда мутных глаз Тартальи был способен доказать очевидность этого региона. Её не пугали дикие люди мрачно смотревших под ноги, она хотела посмотреть им прямо в глаза без доли сомнений. Тем же гнусным взглядом вечернего неба с примесью уверенности. Все замыслы и четные действия круговоротом метели сивых ветров, летели сквозь пустошь полей; задевая всех окружающих, которые лишь сжимаются от холода в сердце Крио Архонта. От её лелеющих мечт о мире. Всё складывалось в эгоизм и злобу, а что же ещё делать? Ей не нравится злоба богов, её нежная натура не желает больше превосходств. В стране вечных снегов память упадка не прощается виновникам. Слезам тут не верят, а слабых корят. Родившись с ружьём, под лепет чёрных ворон, в страшной сказке и силой в руках. Не важно где ты живёшь, в квартирах или домах на окраине, — славь волю государства и отдавай ему себя.       В пурге и благодати, во лжи бахарей азарта, Снежная была строга. И подъезжая ко дворцу, на скрипящем ландо, парень окликнул унесённой украдкой дрёмой девицу. Тарталья даже через бессонные ночи мог был полон сил; а всё написано как в книге, чёрным по белому. Хотя об этом, Мегистус думать не хотела от ноющего тела. В серых глазах чуть видно блики, а взгляд туманный как никогда. Карета чуть пошатнулась когда Предвестник резко вышел на пронзающий мороз. Выходить так не хотелось, укутываясь с чужой плащ с головой от сквозняка при открытых дверях. Отдалённые голоса о чём-то баяли, это не важно. И вновь серверный ветер шмыгнул под подол верхней одежды с меховым воротником. Чайлд звал, пора идти. Поднимаясь на слабые ноги и широким шагом переступая через высоту меж ступенькой и землёй, Мона могла созерцать палац снежной Богини наяву. Роскошный с высокими башнями и огромными воротами. Вокруг него ледяная вода, а снегом давно уже всё замело. Как бы обворожительно не выглядело всё это с хвойным лесом позади, мороз неприятно щипал оголенные щиколотки в одних лишь капроновых колготках. Двигаться было больно из-за дрожи в теле, но это требовалось. Хвала Архонтам за огромный плащ предоставленный рыжим. Он же шёл в своей обычной одежде, игнорируя северные вихри. Лишь чуть подгоняя астролога, парень шёл достаточно быстро. Подходя к дворцу, тот лишь укоризненно возвысился над головой мага, что держала свою шляпу от сильных ветров. Вздох был слишком тяжёлым, и несдержанный клочок дыма вырвался из уст девицы. Гортань опалял ледяной воздух, а глаза чуть щипало.       Когда двери в дровец отворились, ко взору упала роскошь непостижимая никому. Может это только Мона не видавшая такого так посчитала, но сочтить уместно, что Царица не была скромна на интерьер. Высокие потолки, гобелены на стенах; позолоченные рамки картин с портретами и висящие люстры. Длинные коридоры и огромные двери. На карнизах красовались шторы с пышными ламбрекенами и бахромой. Средь мраморных колонн в глухой тишине белых стен раздавались небрежные шаги. Глаза бегали по старинным иконам и картинам, не зная на что смотреть. Всё такое богатое, отнюдь сдержанное. Эхо стука каблуков чуть напрягало. Чувство, будто ты в библиотеке, где следует вести себя тихо, что хотелось снять каблуки шагая по холодному полу босой, лишь бы не нарушать покой. Тарталья объяснил, что так тихо тут лишь раз на какое-то время. Если это что-то важное, из палаца выгоняли всех посторонних. Слуг, юридических лиц, демократов. Так-то, тут царил шум и гам во все дни. То и дело, что послы возвращались с встреч и докладывали всё. Иногда даже больше чем надо. Большие связи и много власти. Военная сила была на высоте, что Снежная многим превосходила другие регионы. Строгие условия и упорный труд становились привычкой, что потеряться с трёх соснах было невозможно. Все проблемы сими не казались, хоть за это народ платит счастьем. «Добрые люди с усталым голосом.»       — «Ох, что-то мне кажется, что керосином запахло.» — краткая мысль пролетела у парня в голове.       — Останься здесь. — остановив астролога рукой приказал Чайлд. Пришли. Со стороны дверей лишь тихо были слышны отдалённые голоса. Сердце чуть сжалось от нервов; как бы девушка уверенна в себе не была, всё равно что-то давило на душу, терзая её болями. На корабле, Тарталья объяснил, что ему необходимо представить синеволосую её высочеству. Дабы хотя бы дать шанс на доверие со стороны Архонта. Взглянув на рыжего та кратко ответила на просьбу, отворачиваясь и смотря в мраморный пол пытаясь предугадать неладное. Он лишь отблагодарил и скрылся за дверью, за которой раздался его триумфальный громкий голос.       — Приношу свои большие извинения за опоздание, моя госпожа! — бья челом молвил Предвестник, заставив присутствующих недовольно взглянуть в его сторону.       В зале было хоть и просторно, но что-то давило на душу при входе туда. Толи атмосфера присутствия Царицы, толи от неестественной темноты становилось не по себе. А может быть даже из-за той же просторности; непонятно. Огромный длинный стол, а за ним собрались все важные лица приспешников её величества. Вязкая тьма резала глаза. Единственным источником света были огромные окна заслонённые шторами и вальяжная люстра с синими кристаллами на ней, украшая свет своим цветом. В огромном зале эхо акустически отбивалось от стен. Так дразняще и беспризорно. Не всех Предвестников удалось собрать, лишь несколько особей которые были не огорчены и не рады прибытию парня.       — Явился. Снова служил кошельком Моракса, Чайлд? — этот голос не спутать ни с чем. Синьора укоризненно глядела на парня, а его титул в её вопросе было до жути выделен. Прекрасная Леди была такой лишь в глазах Царицы, что все дипломатические сделки доверяла именно ей. Остальные считали иначе, зная её экстравагантные методы принятия новобранцев и отношение к другим. Обречённый вздох и рука у глаз скрывали некий стыд у Одиннадцатого Предвестника.       — Дорогая Синьора, пожалуйста, не позорь меня хотя бы перед нашей госпожой. — проходя за стол, обратился с просьбой тот, но видимо никто не решил того послушать, полностью проигнорировав. Сама же Царица на это никак не отреагировала, и про такое невежество лишь промолчала. Но хотел Тарталья вновь извиниться, как его перебила она.       — Хватит. — приказным тоном заткнула этих двух Царица, скучающе опираясь на подлокотник. Глаз Архонта почти не было видно за тенью тиары и волос, но голос был громкий, властным. — Давай отчёт. — приказ эхом отбивался от стен, а холодный взгляд глаз остановился на Тарталье, украдкой засматриваясь. Парень тут же понял о том, что сейчас дозволено говорить, и быстро встав в знак уважения, тот начал доклад.       — Банк Северного королевства смог исполнить более семидесяти удачных сделок, а также достиг финансового скачка за ближайший срок. За депозиты мы получаем большую помощь, но желающих мало. С юристами Ли Юэ всё согласованно. Всё тихо и безупречно, Путешественница не мешает. Хотя кто знает что будет в будущем… — выдержав паузу, тот на секунду задумался насчёт того, когда можно сказать о гостье из города ветров. Как раз начал о новобранцах говорить тонко намекая на астролога. — Много новобранцев было завербовано, и сейчас они верно служат Вам, моя госпожа. На счёт очень отличного варианта для нас всех, открывающий много неплохих перспектив… — хитрый взгляд промелькнул незамеченно, и чуть прочистив горло при заинтересованности Архонта тот продолжил чуть выходя из-за стола и делая пару шагов к двери, при этом внимательно смотря на Царицу.       — Удача не поскупилась. Во вчерашний день, мне суждено было встретить одну интересную мадам из самого Мондштадта. — он виновато зашипел как от боли. — Я знаю, Ваше Величество, граждане Мондштадта Вам не союзники. Она мне представилась как «великий астролог» не стесняясь, и судя по её возможностям и эрудированности, — это вполне реально. Она может предвидеть всё что попросите. Прочитать кого угодно как книгу. Многого я не знаю.       — Кто ещё раз? — с другой стороны послышался гневный возглас и скрежет ногтей по древесине. Чуть оскалив зубы, Тарталья посмотрел на недовольного Скарамуччу, что не скрывая, был агрессивно настроен к представленной девушке. Ожидаемая реакция как для него. Смешок и краткий ответ вылетели из уст очень беззаботно.       — Та самая ведьма, Мона Мегистус своей персоной. — от этого заявления, Царица чуть оживилась, выпрямляясь глядя на Чайлда и мельком на Педролино под боком, что не меньше Сказителя был удивлён сими новостями.       — Могу ли я поинтересоваться ещё раз, а точнее, переспросить, — хрипловатым голосом спросил Пьеро, складывая руки в замок и опирая подбородок на них. Недоверие к девушке стало подозрительно нарастать, а угрюмый взгляд Шута лишь сильнее напрягал. — Астролог?       — Никак иначе.       — Несносный бред! — чуть посмеялся мужчина прикрыв улыбку руками. Но эмоции быстро сменились на лице Первого Предвестника; брови опустились к переносице, а взгляд помутнел. — Звёзды, — это ложь. — каждое слово было чётко отчеканено, а голос становился грубее, словно тот вовсе не выносил слова Тартальи насчёт девицы из Мондштадта.       — С какой целью ты посмел ей поверить? — скрестив руки на груди спросила Прекрасная Леди с раздражением на лице. Неприязнь к Мондштадту у Синьоры была более чем обоснована, как и у Царицы впрочем тоже. Чайлд обречённо вздохнул под давящий взгляд нескольких пар глаз, уже понимая и предвещая провал.       — Подождите, не спешите с выводами. Я бы просто так не взял её. Набирая новых членов организации, никто не смог одолеть меня кроме неё. — как бы он серьёзно это не говорил, мелькнувшая тишина лишь дала возможность язвительно выдавить смех из уст Сказителя.       — Да чтобы тебя одолела она? Извини, но тут либо ты слишком слаб либо глуп настолько, что какая-то там гадалка из Мондштадта смогла тебя уделать, — насмешливый тон и излишняя жестикуляция показывали всю натуру Скарамуччи, которого излишне забавляла наивность Одиннадцатого Предвестника. Мона ему хорошо помешала во время его поручения, и это негодование он выражал язвительным смехом и иронично удивлёнными глазами. Сказитель не считал девушку достойной звания Фатуи, а весть о её вступлении так вовсе подзадорила интерес у парня. Хотя где-то скрывалось замешательство от её решения. Он не мог понять, — это хорошо или плохо.       — Не могу не согласиться. Ты видимо и вправду стал слабее, Чайлд. — и снова смазливый комментарий от блондинки, что окончательно довёл парня. Громкий удар ладонью по столу был слышен даже на коридоре, чем Царица была явно недовольна, что уже хотела выгнать его из зала не слушая. Все понимали, что Одиннадцатый Предвестник силён достаточно, чтобы устроить настоящий хаос. Поэтому, все лишь молча глядели на рыжего не желая доводить до драк.       — Может лучше сами с ней встретитесь, раз такие умные? Моя госпожа, надеюсь такое неуважение будет прощено. — склонив голову молив тот сморщив нос.       — Я бы хотел. Если уж ты не врёшь, и она и вправду имеет огромные возможности в предвещании и чтении космических объектов, — то данная персона достаточно интересна. — игривым тоном добавил свой комментарий Доктор потерев подбородок, будучи заинтригованным в громких заявлениях Чайлда. — Мало этого, ещё и полезная в нескольких терминах. — оскалив свои острые зубы, что лишь частично были видны под маской, тот кратко махнул рукой.       — Ещё даже в глаза не видел, а уже делаешь из неё свою подопытную крысу. Неугомонный. — цокнул Скарамучча, закатывая глаза. Неудивительно было со стороны Дотторе слышать подобное, но это начинало подбешивать. И каждый такой раз, между ними чуть не начиналась дискуссия в ходе которой мало что может произойти. Так бы и в этот раз случилось, если бы не Царица в плохом расположении духа из-за их бессмысленной болтовни.       — Решать тут не нам, напоминаю. — глянув на Предвестников сказал Тарталья гордо выпрямившись. — Моя госпожа, Мона ожидает возле двери. Если хотите, можете сами с ней поговорить. — Архонт на такое заявление не сдержала своей бурной реакции, как и её правая рука в виде Педролино. Женщина выпрямилась на стуле, чуть опустив голову так, чтобы тень больше падала на глаза, тем самым нагнетая обстановку. Стало заметно холоднее, и лёгкие неприятно сжало, и рыжий уже успел пожалеть о своём решении.       — То есть, ты посмел её привести в мой дворец? — ярость опаляла стены льдом, а Предвестники так и не осмелились что-то ещё сказать на этот счёт. Тарталья выглядел как никогда уверенным, что выводило из себя Архонта ещё больше. Самоуверенность играла в крови адреналином, гоняя кровь и щипая нервы.       — Ваше высочество, но раз уж я её привёл, значит она и вправду полезна, поверьте, я бы не сглупил и не предал бы Вас. — сделав очередной низкий поклон кладя одну руку на грудь, а вторую за спину. Не выпрямляясь, парень просмотрел лисьим взглядом на женщину. — Она ведь сможет видеть все ходы на перёд Путешественницы. Словно в шахматах зная как поставить мат. — жестом он будто бы изобразил передвижение фигуры по доске. Царицу удалось успокоить, даже заставить обдумать своё решение. Тишина и Чайлд продолжил делая ещё пару шагов возле стола разводя руки в стороны: — Каждая пешка дойдя до другого конца доски станет ферзём. — доля молчания под напряжением десятком пар глаз. Шёпот был очень неразборчивым и утопающим в пространстве. Оглянувшись на Пьеро Богиня всё также сохраняла молчание ещё какое-то время.       — Заведите её. — приказала женщина, глядя на двери впереди себя. Её слуги сразу же спохватились и бегло добрались до конца коридора открывая перед астрологом двери.       Видимо ему удалось что-то донести её высочеству. Леди держала руками спадающий серый плащ и элегантным шагом пройдя в зал, двери за спиной девицы закрылись с легким грохотом. Она увидела Царицу наяву. На удивление, ни волнения ни страха та не почувствовала. Видимо шок заглушил все эмоции. Несколько пар глаз смотрели на леди, осуждая и интересуясь кто она. Даже это осталось без внимания астролога. Голос чуть отобрало при виде Архонта, просто не зная что говорить сейчас. Чайлд смотрел ей в глаза с долей удовлетворения, та же не могла свести взгляда с правительницы впереди. Сказитель лишь невольно скривился от знакомой физиономии сжав кулаки при одном лишь воспоминании о ней. Парень всё доложил и был не против отказа Царицы в принятии Моны. Он был свято уверен, что после отчёта доверия к ней не появится, хотя полезность навыка девушка был и вправду значительным, что лишь действовало на нервы.       — За «гадалку» по лицу надаю. Ишь ты, придумал. — переводя взгляд на Скарамуччу и указав на него пальцем, она невольно сморщила нос в отвращении. Как рефлексом.       — Ты… — уж было хотел парировать Сказитель.       — Молчать. — чуть ли не крикнула Царица хмуря брови глядя на фигуру стоящую перед ней в другом конце помещения. Скарамучча быстро заткнулся при громком возгласе Богини. Что тут скрывать, все испугались резкости женского голоса. Повисла тишина и никто не смел ничего говорить держа язык за зубами. — Кто ты? — краткий вопрос был адресован вошедшей девице. Она и не дрогнула при пристальном взгляде Крио Архонта что проявило впечатление.       — Меня уже представили, верно? Не будет лишним сделать это лично. Мона Мегистус, великий астролог. — ровный чёткий тон и прямой взгляд Царице в глаза.       — Зачем прибыла? — на первый взгляд можно было воспринять тон женщины слишком грубым.       — Чтобы заработать, покорно служа Вам.       — Не верю. — чуть ли не сразу после слов Мегистус молвила женщина.       — Раз уж ты хочешь служить её высочеству, докажи что ты достойна этого, — слова Педролино заставили синеволосую оторвать взгляд от Богини, перекидывая его на себя. — Если конечно сможешь.       — Сомневаетесь? — выгнув бровь спросила та всё также чётким голосом. Смех да потеха в голосе Шута, что было унизительно в сторону юной леди.       — Ты же всего лишь гадалка, а звёзды врут; небо ложь. Как ты докажешь теперь? — Мона не любила спорить, сердце билось в быстром невнятном ритме от злости со слов мужчины. Чайлд не знал на кого смотреть и точно также не знал ответа девицы. Пространство и пристальные взгляды томили, а насмешка была оскорбительной. Она лишь краем глаза увидела укоризненный оскал на лице Скарамуччи. Её глаза бегали по лицам Предвестников, останавливаясь на каждом. Стресс она переживала достаточно трудно, хотя по внешним признакам этого не сказать. Вполне уверенная в себе, стоит ровно, взгляд трезвый. А внутри как будто змеи оплетали внутренности сдавливая их не давая сделать лишних действий. Глубокий вдох с излишней нервозностью.       — Вы отправляетесь на экспедицию в Инадзуму. — это не звучало как вопрос. Это было чёткое утверждение. С изумлением Педролино напрягся вслушиваясь в каждый её вздох, всё также не доверяя этой дивной персоне. После недолгих гляделок с Пьеро, её взгляд резко остановился на Синьоре, мрачно глядя ей в душу пронизывая её и где-то в мыслях тешась. Большую паузу она держала прежде чем продолжить. Раз уж она сюда пришла чтобы доказать свою цену, — так тому и быть. Ей не нравился язвительный оскал Скарамуччи, она не привыкла быть во внимании столь высоких по статусу персон. Но железный стержень держал её, не давая слабину в напряжении. Не стоит бояться говорить правду в глаза, особенно той, кто в это не верит. Прекрасная Леди непоколебимо глядела на астролога считая её странной и невнятной; даже сочла это за неуважение. Прибыла незнакомка и считает себя на ровне с ними. Холод стал чувствоваться больше. Никто не знал что может учудить маг, надо быть осторожным, хоть она и выглядит хрупко.       — Синьора умрёт самой мучительной смертью. — не отрывая взора блеклых глаз от Прекрасной Леди громко заявила та, больше хмурясь и поворачиваясь к Сказителю. Царица это никак не восприняла, мало что она бредит ради вступления к ним в ряды. Хотя её устремлённые туманные глаза в сторону Восьмого и Шестого Предвестника не могли не сыграть на её руку. Да и упоминание Инадзумы было не лишних чтобы Богиня смогла дать вердикт. А Синьора вбивала себе ногти под кожу, терзая её.       — Многообещающе. Раз уж хочешь остаться, — так найдись здесь. На данный момент, я не вижу тебя в Фатуи. Нигде, ни на какой роли. — Царица привлекла внимание Моны отрывая её от Скарамуччи, что не был довольным с нулевого выражения лица девицы. Столько серьезности в ней бесило, к тому же, он её считал никем по сравнению с ним же самим. Даже во встречи взглядами, он не видел в ней ничего более, чем личность которую будет очень потешно ломать. — Если бы ты умела драться, или же была профессионалом в сферах дипломатии и военных стратег, это бы было другое дело. Пока не докажешь, что ты хоть на что-то способна, — не смей возвращаться сюда. — с каждым словом тон становился грубее и громче. Холодок прошёлся по спине и щиколотках. Чайлд изумлённо смотрел на непоколебимое эго Мегистус. Хоть страх и охватил тело, никогда и ни за что девушка не посмеет дать этим тешиться. Холод нарастал, поэтому Одиннадцатый Предвестник не смог остаться в стороне от бури меж этими двумя.       — Я возьму её под свою руку. — делая уверенный шаг в сторону синеволосой молвил парень сразу же словив едкий комментарий от Шестого Предвестника.       — Не дури, ты, Казанова. — в предложении акцент был на прозвище, данное специально, чтобы тонко намекнуть рыжему на его отношения с астрологом, что были лишь утрированы его догадками. Но ничего кроме как проигнорировать, у Чайлда в голову не пришло. Все привыкли к такому поведению Сказителя, поэтому лишних нервов он не причинял. Царица не могла ничего сказать Тарталье, ведь этого его право брать себе под руку приспешников, хотя Мону как таковую не посчитали. Скорее она будет его куколкой для удовлетворения потребности баталий, поэтому Богиня дала согласие на такое. Раз уж надо сберечь Снежную от разгрома, да пусть чужеземка служит как защита от этого. После решения Архонта, астролог смогла спокойно выдохнуть, прикрыв глаза и поправляя тяжёлый плащ на плечах. Она была здесь чужой, и может все правильно подметили, что ей тут не место. Смешная детская забава, схожая чём-то на театральное выступление. Смотря куда-то под себя мутным взглядом в голове было пусто.       Все сохраняли нейтралитет к Мегистус, считая, что когда прийдёт время, — пригодиться. Вопреки всему что было сказано, Скарамучча лишь не хотел видеть назойливой физиономии астролога здесь. Посчитав её преградой и в одно время теряясь в догадках её прибытия, словно слово «заработок» сменил смысл и не имел никакого отношения к планам Моны. Их отношения не назвать напряжёнными или же удовлетворительными. Парень о ней иногда забывал при бумажных работах или войсковой подготовки. Но стоило ему невольно вспомнить её образ, — как голова начинала гудеть в попытках разобрать недавнюю дрёму, которая и навлекла того на мизерную мысль о девушке. Для него всё ещё было неожиданно видеть сновидения, и выпадая из мира, тот даже не знал к чему это всё. Может это и повлияло на его восприятие синеволосой; ведь ненароком Сказитель почувствовал огромное желание испытать её до схода с ума. И ведь с одной стороны, — она ему ещё как мешала в планах, когда со второй никчёмный силуэт мелькал перед глазами и ничего сделать не мог. Она официально не принята в Фатуи, а значит мешаться не будет. Что же тогда сдавливало изнутри при её мрачном взгляде? Отнюдь не интерес, скорее сильная личность под маской обычного астролога интриговала, так и выпрашивая о внимании. Или злоба. В анализ человека Скарамучча не вдавался, так как просто не умел и не считал это как что-то нужное. Хотя в пробах найти оправдание её присутствия в пустоши чертогов всё казалось таким размытым и блеклым, что хоть глаз вырви. Пока что, девушка была буквально никем, да задумываться об этом не стоило; есть и другие дела.       Немного прошло после вердикта, всем дали свободу и постепенно присутствующие расходились. Мона же твёрдым шагом, глядя прямо в глаза, сделала пару шагов к Сказителю, что пристально следил за её действиями; хотя просто уйти из зала дабы не видеть её здесь. Преградой стала для этого достаточно цепкая хватка девушки. Схватив парня за плечо она его остановила украдкой бегая по озлобленному лицу. Громкий шлепок по руке юной леди утонул в пространстве от чего Мегистус покорно убрала руку потирая её. Это привлекло внимание нескольких персон; в том числе и Тарталью.       — Ты идиот? — несмотря на обстановку, спокойный тон девицы казался очень комичным; особенно после нанесённого достаточно сильного удара, который колол на тыльной части ладони.       — Чего тебе? — проигнорировав вопрос спросил Шестой Предвестник чуть скривившись от серьезного выражения лица девушки.       — Не смей оставлять гнозис себе. — достаточно грубо молвила та внимательно проследив за реакцией собеседника. Ответ она не разобрала, скорее это был не ответ, а излишняя грубость которая была приглушена разыгравшейся головной болью. — Хуже будет. В гроб захотелось преждевременно?       Парень явно не был доволен таким словам. Да что тут, даже крайне удивлён, но всё ещё считавшим это бредом. Сумасшедшая какая-то; ходит бредит о чём попало. Как старухи которые «много чего повидали» и много знают. И хотел он только ещё раз замахнуться, лишь бы заткнуть её и чтобы та больше не подходила, как высокая фигура Чайлда грубо оттолкнула их от друг друга, увидев, как они буквально сгрызают друг друга взглядом; не останови их вовремя, — как шторм устроят.       — А ты кажешься забавной однако. — бросила едкий комментарий Прекрасная Леди в сторону Моны, наблюдая за представлением разыгравшимся в пустом помещении. Почесав переносицу и глухо прорычав, Тарталья лишь попросил её уйти, чтобы не мешала. Кратко пожав плечами та бы уже ушла по французски, если бы её не окликнули.       — Не соглашайся ни на что. — Мегистус так и не прервала зрительный контакт со Скарамуччей, но сказать, что было на уме смогла. Синьора лишь обернулась, хмурясь.              — Каким правом ты смеешь мне указывать? — дело пахло керосином при недовольном вопросе. У Сказителя и Прекрасной Леди сложилось не самое лучшее впечатление о чужеземке, что с такой борзостью кидалась с указаниями, что нельзя, а что можно. Уж только ещё больше действовал на нервы непоколебимый вид астролога и уверенность в голосе. Её вновь считают шарлатанкой, но это не так страшно. Выдохнув при ощущении нарастающего кома в горле, синеволосая элегантной походкой направилась к выходу из дворца. Она сказала всё, что должна была. Оставаться незачем. Оставив после себя лишь глухое эхо стука каблуков, девица скрылась в коридоре. И Чайлд бы тоже ушёл, чтобы довести её до места, где она сможет пристроиться, да по дороге перетереть приговор Царицы. Вот только единственный неравнодушный схватил его на выходе затаскивая куда-то в сторону, с силой схватив того за край пиджака. Чайлд смог с горем пополам вырваться из хватки Шестого Предвестника, с трудом пытаясь не применять грубой силы, понимая, что рука у него тяжёлая.       — С ума сошёл? Какого чёрта ты меня вообще трогаешь, мелочь? — легко ударив по руке Сказителя спросил рыжий выжидая немедленного ответа на такое поведение с его стороны. Только встретились, а уже что-то успеют учудить.       — Я бы тебе давно врезал, если бы не правила. — парировал парень с едкой улыбкой.       — Будто бы тебя это хоть когда либо волновало. — хмыкнул Чайлд чуть наклонившись, дабы сыграть на слабости Скарамуччи. Тот лишь цокнул языком пытаясь держать себя в руках, вбивая ногти в ладонь до белых костяшек.       — Помолчал бы, умнее бы выглядел чем сейчас.       — Может перестанешь язвить и перейдёшь к делу? Времени нет чтобы с тобой нянчиться.       — А что? Отхапал себе девицу и уже такой занятой. — складывая руки, парень лишь продолжал выводить на эмоции собеседника тешась с его озлобленного оскала. — Тебя так легко надурить, даже эта чертовка тебя обвела вокруг пальца. Она нам не нужна; она никто. Слабая и сумасшедшая донельзя тебя соблазнила.       — Вот это предъявы! Сейчас бы выслушивать твои претензии на этот счёт. Чего это тебя так колышет? — уместный вопрос на который Тарталья ждал ответ, смотря свысока на собеседника.       — Она лжёт на все стороны. Слышал же, «Синьора умрёт», что это? Синьора устроит бойню, или мне приспичит. Так ещё и смеет указывать нам. Ты же понимаешь, что это всё бред.       — Понимаю. Но если она в чём-то окажется права, ты представляешь эту силу в наших руках? — это лишь заставило Скарамуччу судорожно сдержать порыв смеха, сохраняя серьёзность.       — Сюр. Хотя может она умеет наложить какое-то проклятье, раз уж ты так очарован ею, тогда да.       — Смешно, а получше варианта не нашлось? — с трудом выдавив улыбку парировал Тарталья уже захотев уйти. — Мне она не нужна вовсе, а вот для Царицы, — та ещё как полезна, вот увидишь.       — Так уверен, Казанова? Удивительно.       — Ума тебе хватает лишь чтобы назвать меня так. На другое и не способен.              — А ты значит такой умный, что притащил какую-то гадалку из Мондштадта и уверяешь всех, что она полезна.       — Время закончилось. Неплохая попытка унизить меня, приятель. — резко сменив тон молвил Чайлд пожимая плечами и разворачиваясь с самодовольной улыбкой на лице, не имея желания больше общаться с этой мелочью в шляпе. — До скорого, — махнув рукой попрощался тот оставив Сказителя так и стоять прожигая тому спину взглядом.       Разошлись они, на удивление, достаточно мирно. Шестой Предвестник конечно был сильно категорически настроен после слов Моны. Он в принципе не любит когда ему указывают; так ещё и такие как она. Но некое уважение мелькало на фоне. Сильные и радикальные люди сильно привлекали парня, особенно когда у них есть своя исключительная харизма. Астролог просто подошла и сказала, то, что хотела. Похвально. Возможно, именно эти черты и не давали покоя Скарамучче, напоминая тому о глубоких снах на лугах средь пустоши.