Матпоэл

С того кошмарного вечера прошло два месяца. Наступила осень. Рэй и Шон осознали, что теперь они окончательно не хотят избавиться друг от друга. Тот день многое показал им. Они чувствовали, будто судьба неслучайно свела их, словно в этом было их предназначение. Даже несмотря на исчезновения людей и смерти, работники «ТифКомпани» не верили в то, что глава компании распространяет сыворотку смерти. Они считали это нелепым, невозможным слухом, который они быстро забыли. Это Рэй и Шон выяснили, когда пытались оградить их от этого места. Так что единственным способом всё это закончить был создать антидот. Антидот был почти готов. Скоро Шарлотта закончит работу над ним, и весь этот кошмар кончится. Больше не будет никаких смертей от этого Солдата, что разрушил многим жизнь, разбил семьи и дружбу. Всё станет как прежде. Как в былые времена, которые раньше никто не ценил. Рэй проснулся. Виски неприятно сжимало, во рту было неприятное послевкусие чего-то горького. Хотелось спать ещё, но Тиффер понял, что что-то было не так. Он понял, что лежит не на матрасе, а сидит за столом. Он не был в толстовке — это в совокупности с осенним холодом заставляло Рэя мёрзнуть. Отопление ещё не включили. Рэймонд обнял себя руками. Открыл глаза. Сразу зажмурил — на свет было неприятно смотреть. Он проснулся на собственной кухне. Он понял, что несмотря на то, что он не помнит, как здесь оказался, он всё же в домашнем — в белой футболке с «Южным парком» и в чёрных шортах. — Что за хрень. — сонно пробурчал он. Затем понял, что из его рта выпала сигарета, с которой, он видимо заснул. Рэй подумал, что больше курить он не хочет. На столе лежала пачка сигарет, которую он успешно выкинул в мусорку. Ничего, скоро зависимость возьмёт верх, и Тиффер вернёт себе пачку. Обернувшись, он чуть не умер от сердечного приступа. — Мать твоя женщина, а ты что тут делаешь?! — он положил руку на сердце, учащённо дыша. Оказывается, сзади него всё это время спал на табуретке Шон. Он даже не издавал никаких звуков, оперевшись головой о холодную стенку. Сквозь сон шатен пробурчал: — Нет, я просто продаю мандарины, убийца не я. — Чё? — Вы ищите не того виновного, уйди, — он еле заметно нахмурил брови. Рэй, тяжело вздохнув, подошёл к другу и тряхнул его за плечо. Тот встрепенулся, открыл глаза, принялся осматриваться вокруг, посмотрел на Рэя и тихо произнёс: — Рэй? Что ты тут делаешь? — Это моя кухня. — Л-ладно, тогда что здесь делаю я? — он потёр переносицу и привстал, оперевшись рукой на стол. — Тот же вопрос. Что вчера было? — «Вчера»? А разве сейчас утро? Рэймонд взял со стола свой телефон и взглянул на время. — Ну да, час дня уже. Шон выглядел потрёпанным. Впрочем, Рэй был уверен, что сейчас он и сам выглядит не лучше. Через двадцать минут на кухне уже сидели Итан, Шэрон и Шарлотта. — Ребятики, только давайте быстрее, у меня смена через два часа, — объявила Шэрон, скрестив руки. — Ну а вы тогда быстрее расскажите, что произошло, — нетерпеливо произнёс Рэй. Итан, наверное, только в холодные времена года ходил в чём-то с длинными рукавами: на нём была длинная голубая толстовка, подчёркивающая его глаза. Он усмехнулся, обнажив свой клык: — О, так вы вместе спали? Рэй, я надеюсь, Шон для тебя не случайная интрижка? Шон смутился. Рэй нахмурил брови, скрестив руки. — Это вообще несмешно, я чувствую себя так, будто выпил весь Милештий Мич. И к твоему сведению, я спал за столом, а он на табуретке. — Как-то нечестно, — Итан приподнял брови, сочувственно глядя на Шона. Тот вообще сидел как-то отстранённо, подперев голову головой. — Да я не помню, чем мы вообще занимались! Если б он пришёл сюда поспать целенаправленно, я бы ему свой матрас дал. Но я думаю, мы здесь что-то делали. Шарлотта начала: — Ну, слушайте, что вы вообще помните из вчерашнего? Вот ты, Рэй, что помнишь? Блондин задумался. Он начал вытаскивать из своей памяти воспоминания, словно удочкой вытаскивал тяжёлую рыбу. — Ну, мы долго собирались…

***

В квартире Шона царила суета. На столе лежали акварельные краски и холсты, которые парень забыл убрать, вперемешку с расческами, гигантской палеткой теней Шэрон, косметичками, и резинками и бутылкой колы. — Быстрее, у нас совсем немного времени на то, чтобы переодеться! — объявила Шэрон, посмотрев на время, — Шарлотта! Иди сюда! Лотти, одетая в белое кружевное платье и черную кожанку с чёрными массивными ботинками, подошла, завязывая волосы в пучок. — Шарлот, у меня стрелки одинаковые? Блондинка сосредоточилась, немного отодвинула своё лицо назад и принялась всматриваться в карие глаза своей подруги, которая нарядилась в элегантный чёрный брючный костюм. — Да, ровные… или… нет, не ровные. Левая чуть длиннее. Хотя нет, подожди, дело в том, что у правой изгиб другой. Нет, они ровные, стой. Хотя… Ривьера устало вздохнула: — Я ненавижу сборы куда-либо. Итан, ты там разобрался? — А можно я просто в рубашке приду? — измученным голосом спросил он, пытавшийся разобраться со своим белым пышным бантом, который надо было повязать на шею. — Нет, нельзя, нас не пустят. Господи, где Шон? — Сейчас придёт, — ответила нервной подруге Бэйкер. — Он двадцать минут из ванной не вылезает, не понимаю, в чём прикол? Почему он тут не переоделся? — Шэр, можно взять немного твоих теней? — послышался голос Рэя, сидящего за креслом на колёсиках. Он, собственно, и придумывал сем наряды — все отметили его талант к выбору одежды. Наверное, он действительно мог бы стать превосходным дизайнером, хоть по Рэю, который обычно ходит либо в чёрной толстовке, либо в чёрной футболке и не скажешь, что он на самом деле большой знаток моды. — Можно, но аккуратно. Наконец, дверь открылась, и в комнату зашёл Шон. Он держал одной рукой сою вторую руку, смущённо отведя взгляд и снова покраснев как рак. — А…эм… я что-то сделал не так?.. На нём были чёрные брюки, чуть прозрачная монохромная водолазка и кожаная куртка с вставками с расцветкой зебры. Очевидно, его цепи немного спутались, и прицепились за куртку сзади, поэтому это выглядело странно. — Я сейчас помогу, — к нему пошла Шарлотта, и они месте принялись решать эту неполадку. Рэй был одет в отливающую перламутром свободную рубашку с ажурным воротником. Он немного подкрасил нижнее веко чёрными тенями, сделал под бровью точки белой подводкой, гордо посмотрел на себя в зеркало и радостно воскликнул: — Не, ну я как всегда шикарен! Шон-Шон, потом подойдёшь сюда, и я тебя тоже накрашу! Ориёжик в ответ лишь издал протяжный вдох. Ему, как и Шэрон, не очень нравилась вся эта суета. Если можно было бы, он пошёл в своей любимой толстовке на все времена. (Ну а если честно, он бы вообще не пришёл). Зато так хоть перед ним порхает ангел в кожаной куртке, что его равносильно смущало и радовало. Сейчас он поймает момент, и скажет Лотти, что она красивая (но тихо, чтобы никто особо не услышал). Рэя сегодняшние подготовки делали очень счастливым. Наконец, он хоть где-то мог проявить свою творческую жилку, а не просто водить машину.

***

— Это мы все знаем. А дальше что было? — приподняла одну бровь Шэрон. Если посмотреть на их троих, если вглядываться, то можно заметить, что вчерашние события помотали и их тоже: это давали понять небольшие синяки под глазами и нетщательно причёсанные волосы. Видимо, утром желания куда-то ехать совсем не было. — Ну а дальше я смутно помню, — прикрыл глаза Рэй, подняв кверху подбородок. — Ладно, Шон, ты что помнишь? — спросил Итан, которому самому стало интереснее, вспомнят ли эти двое хоть что-то. Шон даже на них не смотрел. Он всё это время сосредоточенно восстанавливал память о прошедших событиях. И, казалось, ему не очень приятно смотреть на свет. Наконец, после монотонного залипания в стол (его заторможенность сказывалась тем, что он, по всей видимости, принимал за последние несколько часов свои таблетки, значит, уснули они не так уж и давно) он произнёс: — Мне очень стыдно. — За что? — настороженно спросила Шэрон. — Я… я пока сам не помню, но прям… душу скребёт. — Но тебе всегда за всё стыдно, — справедливо заметил Рэй. — Тут что-то другое. Н-но ладно… мы приехали туда, ничто вроде не предвещало беды. Хотя…

***

— Куда ушли Итан, Шэрон и Шарлотта? — Рэй ищущим взглядом озирался по сторонам. Всюду танцевали люди. Народу было много, все одеты стильно, хотя некоторые чересчур экстравагантно. За барной стойкой, светящейся неоновыми цветами суетился бармен. Играла музыка. В этом клубе было несколько зон, отведённых под танцпол, и даже странно, что на вечеринке, которую организовал Говард Тиффер, большинство людей всё же танцевало. Когда Рэй думал о вечеринке своего отца, на ум сразу приходило нечто среднее между похоронами, совещаниями и адом. — Скоро придут. Ты лучше скажи, кто из них этот… из головы вылетело, как зовут. — Дилер? Должен быть в зоне для отдыха. Мне Итан сказал. Ну, двинули? — П-подожди, м-мы просто так сейчас к нему подойдём, и скажем «пожалуйста, не продавайте Тифферу молибден, а продайте его нам»?

***

— Ёлы-палы, я, кажется, понимаю, к чему ты ведёшь, — щёлкнуло в мозгу у Рэя. — Я ещё не закончил. Ну так вот…

***

— Ну… не так, конечно, но что-то вроде, — сомневающимся тоном ответил ему Рэй. Впрочем, он сам сомневался в надежности этой затеи. — Это же тупо! — взмахнул руками Шон. — Лады, а что тогда «не тупо»? — Рэй скрестил руки, — Ёмаё, Шон, успокойся, я умею договариваться с людьми. Но Шон не унимался: — Он серьёзный мужик, а мы просто подойдём и вежливо попросим?! И на каком основании он предпочтёт другому богатому дядьке двух… — он замешкался, явно подбирая более красочное слово. На ум, как назло, ничего не пришло. Рэй, молча наблюдавший за ним, махнул рукой и пошёл по направлению к дилеру: — Я уверен, не такой он и страшный. Вот если бы он оснащал отца оружием и слезами младенцев, то да, я б насторожился. А тут молибден! Всего лишь. Шон нехотя поплёлся за Рэем, зная, что эта идея обречена на провал. — Знаешь, Рэй, мне кажется, ты слишком торопишься со своим решением. Нас сейчас выгонят. Порой Рэя раздражала излишняя предосторожность Шона, когда он плёлся за ним и повторял: «а может не надо». В жизни нужен риск, а времени на рассусоливания и раздумия иногда может и не быть. Пройдя сквозь танцующих людей, Рэй и Шон всё же вышли к зоне отдыха. Это было небольшое пространство, ограждённое от танцплощадки чёрными колоннами. Оттуда дуло прохладой. На чёрном кожаном диване сидел лысый темнокожий мужчина, и даже костюм не мог скрыть его накаченного телосложения. У него был строгий взор карих глаз, и когда он открыл рот, можно было разглядеть несколько золотых зубов. Дилер разговаривал с кем-то. С какой-то женщиной, лицо которой нельзя было разглядеть из-за синего света, сменяющегося фиолетовым, затем красным… Чёрт её дёрнул сесть в таком положении по отношению к прожектору. И как она ещё не ослепла? Похоже, и Рэй, и Шон отметили суровый вид данного человека. Рэй стоял в ошеломлении, не в силах двинуться с места. Он понял, что они крупно облажались. Такого серьёзного человека невозможно провести или попросить вежливо. Пока он стоял в оцепенении, Шон похлопал друга по плечу и отвёл в сторону, сказав: — Не пялься только так, м-мало ли. — Ты был прав, — заключил Рэй, — Я понятия и не имею как нам разобраться с этим типом. — Нам надо что-то придумать. Другого выхода всё рано нет. — Да я как-то… боюсь, знаешь, к нему подходить. Мне по морде в жизни давали чуваки и потоньше, и было больно. А если этот тип меня пальцем тронет, мне кажется, он все кости только им переломает. — Я тебя п-понимаю, но это наш единственный шанс. Рэй в задумчивости приставил кулак к подбородку, склонив голову. — Эй, Шон. Пошли наклюкаемся. — Что? Ты предлагаешь… — Бля. Да, я предлагаю выпить. Нам всё равно нечего терять. Давай, для храбрости. Рэй уверенно пошёл обратно к барной стойке. — Эй, бармен! Плесни чего покрепче, — затем он обратился к другу: — Не ссы, тут всё рано рядом Шарлотта, Шэрон и Итан. Если что, вмешаются.

***

Воцарилась тишина. Рэй глубоко вздохнул и потёр переносицу, закрыв глаза. Теперь понятно, откуда этот размытый, нечёткий отрезок времени в памяти. Теперь понятно, почему вчерашние события приходится восстанавливать в голове, словно это был пазл или сложный конструктор, вот-вот норовивший развалиться обратно. Шону тоже было неуютно. Его тревожила мысль о том, что он что-то сделал не так. Но он не мог вспомнить, что именно. Хоть убей. Он посмотрел на Шарлотту. Перед ней, почему-то, стыдно больше всего. Почему она не даёт понять, что он её обидел? Их взгляды столкнулись. Из-за своего тормознутого состояния Шон не сразу смог его отвести, из-за чего всё стало ещё хуже. — Ну, а дальше я ничего не помню. Рэй нахмурился. — Зато помню я! Ох, вы бы знали, как на вас все глазели… — Итан снова загадочно улыбнулся назло Шону и Рэю. — Да не томи! Ну что там было?! — не выдержал Рэй. — Ну…

***

Итан сидел на диване, пробуя на вкус тарталетки. Рядом сидела Шарлотта, внимательно следившая за всеми, стараясь ничего не упустить: вдруг она уцепится взглядом за что-то, что поможет им в будущем? — Никогда не думал, что они смогут настолько сблизиться, — неожиданно даже для самого себя произнёс Джексон, когда увидел Шона и Рэя, что-то обсуждающих у барной стойки. — Почему? — спросила Шарлотта, посмотрев на парня. — Не знаю. Они разные. Шон больше планировщик, Рэй скорее сразу нападает; Шон тихий, Рэй громкий; они часто спорят; у них абсолютно разный подход ко многим вещам. Ты сама, я думаю, заметила. Да и летом мне Рэй говорил, что Шон на самом деле ему вовсе не друг. Ну и Шон Рэя психом ёбнутым пару раз назвал. Хотя я бы ещё поспорил, кто из них более… неординарный. — Ну не знаю. По-моему сейчас они понимают, что очень сдружились. Если у Рэя появляются какие-то новости, он первым делом их рассказывает Шону. Да и Рэй, мне кажется, знает о Шоне больше, чем кто-либо из нас. Шарлотта улыбнулась. Она искренне радовалась за такое развитие отношений. — Ну да. Чувствую, их скоро совсем будет друг от друга не оторвать. Типа как Чип и Дейл, Марио и Луиджи, только Шон и Рэй. Шарлотта хихикнула. — Я однажды краем глаза заметила когда была у Шона, что он играл с Рэем в Minecraft по сети около восьми часов. — Рэй рассказывал. Где-то на шестом часу той игры они начали драться в пещере, одновременно убили друг друга, и только потом вспомнили, что забыли поставить сохранение инвентаря. Около двадцати минут игры прошли в зловещем молчании, пока они оба не начали выть от отчаяния из-за отсутствия нормальных шахт поблизости.

***

— Ты что, правда называл меня ёбнутым психом летом? — приподнял одну бровь Рэй, обернувшись к Шону. Тот начал постепенно возвращаться к жизни. — Да, и это всё потому что ты один раз припёрся ко мне ночью, начал нависать надо мной, потом чё-то прошептал, я проснулся, испугался, завизжал, а ты по полу со смеху валялся! А пришёл ты по причине: «Шон, ты выронил свой проездной у меня в машине»! Можно было бы подождать до утра, а не играть в б-бабайку из хоррора! — Резонно, — кивнул Рэй. Шэрон прыснула со смеху: — Такое что, реально было? Но Рэй вдруг сказал: — Итан, а можно рассказать ту невероятную часть истории, на которую ты намекал? Вместо него ответила Шэрон, присевшая рядом: — Давай лучше я расскажу.

***

Шэрон выходила из уборной, когда краем уха услышала два знакомых, но уже подвыпивших голоса: — Не, чел, серьёзно, почему у той женщины, которую ты нарисовал, руки — ветки? — А потому что у меня однажды руки настолько сухие были, будто реально ветки, а не кожаный… покров…покров из… кожи, ахах. Шэрон увидел Рэя и Шона, сидевших за барной стойкой. Она поспешно подошла к ним, приобняла сзади, и, приблизив голову к их ушам, сказала: — Вы что, забыли малёсь, что вы на расследовании? — Не-е-е, — протянул Рэй, — Я просто понял, что Шон реально ровный че-е-ел… Не, ну типа… закадыка мой. Шэр, как думаешь, в чём смысл бытия? У обоих парней щёки горели. Шэрон тяжело вдохнула, хотя, чего скрывать, она тоже уже выпила два бокала вина. — Так, народ, либо идёте заниматься делом, либо я веду вас обоих в душевую и поливаю холодной водичкой до тех пор, пока не сможете весь алфавит протараторить задом наперёд. — Лан-лан, — в знак примирения приподняв руки произнёс Рэй. Он встал со стула и позвал Шона: — Идём вопрос решать. Немного раскачиваясь, они уже без капли страха пошли к дилеру. Голова кружилась, да что уж терять? Шэрон решила стоять рядом с ними, дабы всё проконтролировать. Темнокожий мужчина всё ещё сидел там, в зоне отдыха, правда, был он один. Незнакомец, увидев двух парней, идущих к нему, удивлённо вскинул брови, и хотел было приподняться, но Шон его остановил: — Господин, э-э…я не знаю, как вас зовут, но, блин, сидите. В общем, у нас к вам деловое предложение. Как вас зовут, братушонок? — в мозгу Шона почему-то родилась мысль о том, что если его назвать братушонком, они как-то сроднятся. Но дилер, понятное дело, грозно нахмурился, взглянув на него исподлобья: — Ты, дебил, откуда вылез? — Спокуха, братуха, — вмешался Рэй. Он решил представится первым: — Меня зовут Рэй Тиффер, я сын моего отца, а мой отец, он, в общем, мой отец, но суть не в этом. Я привёл… мы пришли… я и мой… кент, я бы даже сказал. Знакомьтесь, Шо-о-он… Шон. Имя и фамилия одинаковые. Родители его не очень любили. А вы кто? Темнокожий смотрел всё так же презрительно, но не выгонял двух смельчаков. Казалось, в каком-то смысле это его даже забавляло. — Дастин Малворд. — Приятно с вами иметь дело, — улыбнулся Шон и пожал Дастину руку, — А кстати, к делу… о деле… дело довольно-таки необычное… я бы даже сказал неплохое. В общем вы согласитесь уйти от Говарда Тиффера. Ну, в смысле, от его гнёта… и… работы… поручений Говарда Тиффера, а я… мы вам… отплатим! Не успел Дастин что-либо ответить, как Шон добавил: — Но не деньгами. У нас их мало. — Секунду, — Малворд встал, пытаясь совладать с собой, — Откуда вы вообще знаете о моих связях с господином Тиффером? Рэй и Шон замялись. Рэй придумал: — Он мне рассказал, он сказал, вы его лучший друг и… коллега, я бы даже сказал, вы его явный кент. — Боже, — протянул Дастин, — Что вам нужно? Я за красивые глазки уходить не собираюсь! Валите отсюда к чёрту, пока я не вызвал кого надо! Он наклонился, грозя пальцем, и из его костюма показался какой-то круглый амулет с синим камушком посередине. — Обворожительная цацка, — заметил Шон, — У вас чёткий… с вкусом всё кла-асс. Волшебно просто. — Это амулет моей покойной тётушки. Шон, стукнул себя по голове и поспешно добавил: — Бля, прими мои поздралезнования. Мне пиздец как жаль. Шон и Рэй быстро ретировались.

***

Воцарилось молчание. Рэй до сих пор не мог понять, шутка это или нет? И ведь он даже не помнит, что они пили, чтоб так себя вести и абсолютно ничего не помнить наутро! Но его терзал один вопрос: — Почему он нас не кокнул? Шон потёр виски и пробормотал: — Я что, реально с-сначала хотел его поздравить со смертью его тёти?.. — Погодите, история ещё не кончена, — сказала Шарлотта, — Дальше рассказываю я.

***

— Нет, ну на самом деле, я не думаю, что искусственный интеллект заменит художников. А почему ты спрашиваешь? — Шарлотта отложила креветки в сторону так как есть больше не могла. Вместо Итана ей ответила Шэрон, которая ушла от зоны отдыха сразу как только Шон и Рэй решили пойти в караоке. — Он книгу пишет, — она дерзко улыбнулась и стащила оливку из салата мужа. Наверное, Шарлотта впервые увидела, как Джексон засмущался. — Ну не то, чтобы книга… просто так, для себя. Разговор прервал голос Рэя: — Народ, привет, нам нужен Итан. Шону, казалось, немного поплохело, и он плюхнулся рядом с Шарлоттой на диван, привалился немного набок и закрыл глаза. Та сочувствующе посмотрела на Ориёжика и придвинулась к нему. Итан, заметив Рэя в явно «весёлом» состоянии протянул: — Да-а… Ладно, что с вас взять, вы молодые и тупые. — Хочешь сразиться со мной в интеллектуальном бою??? Все падут пред мною… — последнюю фразу Рэй постарался загадочно прошептать. — Лады, что такое? Рэй приблизился к Джексону и попытался придать себе серьёзный вид: — Он не хочет нам… нас выручить. Не хочет. Скажи, что ты о нём знаешь. — Господи, это ж мне придётся всю галерею в поисках скриншотов смотреть. Ты же о дилере? Я же летом наводил на него справки, — он достал смартфон и принялся искать нужный файл, — А что с Шоном? Шон пробубнил что-то невнятное. — Голова у него кружится, — ответила Шарлотта, — Он сказал, что мало спал в последнее время, а тут ещё и эта туса. Какой кошмар. Видимо, они очень сильно стрессовали, раз так перебрали. Надо как можно скорее покончить с этой нервотрёпкой. — Мне кажется, их дилер этот напугал, — сказала Ривьера, — Вид у него реально суровый. — Так, я нашёл что-то, — начал Итан, — Не любит йогу, есть собака по имени Румпель, в разводе с женой… Вот их фотографии… До сих пор не удалил. — Значит, он её всё ещё любит, — с видом эксперта заключил Рэймонд. Он взял телефон у Итана, пролистнул пару фотографий и сказал: — Они… вот они на отдыхе в… на Шри-Ланке. Блин, классно. Надо это использовать, — он посмотрел на свернувшегося в клубок Шона, и в его голове родилась гениальная мысль: — О! Он подошёл к другу, легонько постучал по его плечу и сказал: — Давай, Шон-Шон, последний рывок. Ничего-ничего, ты всё сможешь.

***

— Ты как, кстати, сейчас? — спросила Шэрон, глядя на Шона. Он медленно показал палец вверх и сказал: — За исключением того, ч-что я ничего из этого не помню — вполне себе… обычно. Правда, у меня колено болит так, словно я вчера хорошенько так приложился им обо что-то. Но меня гложет такое чувство, будто что-то здесь н-не то. Я чувствую себя неимоверным идиотом, но не помню, почему. Он снова посмотрел на Шарлотту, и снова отвёл взгляд от стыда, на этот раз резко. Нет, дело определённо в ней, и это, несомненно, пугало Ориёжика. Вдруг Рэй замер. — Ой. — Что? Что такое? — недоумённо спросил Итан. — Не знаю, Шон, насчёт неимоверного идиота, но о колене я тебе расскажу. Кажется, я вспомнил конец всей этой феерии.

***

В зоне отдыха Дастина не было. Рэй и Шон протискивались сквозь толпу, пытаясь найти дилера, но его нигде не было. — Чёрт, неужто он исчез? — почесал затылок Рэй. — Мне душно как-то… — Шон сжимал и разжимал ладонь, стараясь унять тревогу. — Не ссы, ща найдём его. Девушки, низкие белые парни, старики, женщина лет 65-ти — все не те! Где же Дастин Малворд? Шон и Рэй прошли по какому-то тёмному коридору. И наконец, из двери в уборную вышел… — Ох, Дастин, сколько лет, как говорится, сколько зим! — Рэй дружелюбно раскинул руки. Дастин остановился и раздражённо произнёс: — Мне что, в туалет уже нельзя сходить?! — Так ты же вышел… — Боже, да что вам надо?! — Из-за чего вы развелись с женой? — начал бесцеремонно Тиффер. Дастин аж поперхнулся. — Так, шкет, а об этом ты откуда узнал? — Неважно. Я просто помогу тебе, а ты поможешь нам. Малворд засомневался. Конечно, не хотелось всё вываливать незнакомцам, да и таким придурковатым, но что он потеряет? Да и любопытно, что они задумали. — Ну, я часто пропадал на работе, а она соскучилась по романтике. — Ей понравилось на Шри-Ланке? — Слушай, ты, дебил, ты откуда… ну ладно, да, понравилось. Она считает это место раем. — Смотри, мой друг Шон с помощью кисти или… короче, кисти, в общем, такие чудеса вытворяет! Смотри! — он достал свой телефон и показал заранее сохранённые примеры работ Ориёжика. Дастин заинтересованно смотрел в экран, почесав подбородок. Рэй продолжил: — Ты, чел, можешь вернуть романтику в свой брак, если подаришь ей картину, где ты… она… и Шри-Ланка… в знак того, что…типа… ну не знаю, типа она, твоя жена — рай на земле, или… сам придумай, короче. А взамен ты просто должен перестать помогать моему отцу-идиоту. Дастин думал. Думал минуты две. Вся эта ситуация казалась ему абсурдом, но почему бы и нет? — Что ж, ладно. Вы, парни, мне нравитесь, да и господин Тиффер, если честно, слишком резок и платит мало в последнее время. Так уж и быть. Но чтоб картина была готова через две недели! Как раз успею к её дню рождения, — он посмотрел на них, улыбнулся, а затем обратился к Шону: — Да ты, парень, молоток! — Малворд дружески хлопнул своей крепкой ладонью шатена по плечу. Тот колыхнулся и небрежно произнёс: — Я так не могу. А затем упал в обморок, первым делом приземлившись на согнутое колено.

***

Шарлотта удивлённо посмотрела на Тиффера. — Вот это ты загнул. — Всегда умел находить выход из жёстких ситуаций! — он улыбнулся, гордо задрав подбородок. Однако Шону было вообще не до смеха: — Это в-выходит, что я должен нарисовать какого-то мужика и его жену за две недели? Ох, у меня ведь было ещё два заказа… Ладно, это решаемо. Но сё это не объясняет того, как я здесь оказался! Это вы меня сюда подбросили? — он вопросительно посмотрел на Шэрон и Итана. — Вообще мы без понятия, что ты здесь забыл, мы тебя привезли на Пампкин-стрит, это я точно помню, — в карих глазах Шэрон не был ни капли обмана, — Ты ещё переживал, что тёти Дебру разбудишь и заставишь волноваться. События вчерашнего вспомнить удалось. Конечно, парням было немного стыдно за своё поведение, но того дилера они правда испугались. Шарлотта, Итан и Шэрон вскоре уехали, а Шон и Рэй так и остались сидеть на кухне. Она освещалась солнцем. Лучи скользили по белым дешёвым столешницам, словно гладили их. У этих столешниц стоял Рэй, готовивший яичницу. Через несколько минут он разложил её по двум блюдцам, одно из которых дал другу. — Знаешь, у меня есть смутные воспоминания о том, что было, когда ты сюда пришёл, — вдруг начал он, садясь за стол. Шон напрягся. — Что? Я сюда пришёл? — Ну да. Я спал, ты позвонил в дверь, вроде. Я тебе открыл, ты зашёл и… вроде ты плакал… или нет… или да… — Рэймонд смотрел, пытаясь воссоздать из осколков воспоминания цельную картину, — Короче, вид у тебя был опечаленный. Ты был расстроен даже сильнее, чем обычно. — А почему?.. — Шон густо покраснел, стараясь не смотреть на собеседника. К такому он точно не был готов. — Вот этого я точно не знаю. Может, ты вспомнишь? Шон разделывал вилкой яичницу и отчаянно пытался понять, что произошёл. Стыд. Неловкость. Вина. Плакал. Стыд. Шарлотта. Шарлотта… Шарлотта. Вилка с лязгом ударилась о край тарелки. — БЛЯТЬ. Шон спрятал лицо в ладонях и с шумом вздохнул. Рэй озадаченно посмотрел на него: — Ты вспомнил? — Блять. — ?.. — Я идиот. И кажется, Тиффер догадался, что случилось, но всё равно спросил: — Что произошло? — Я вспомнил. Тогда, на той вечеринке я очнулся на том диване. Рядом со мной была только она. Шарлотта. Господи. Я идиот. Она предложила мне воду, я взял стакан, я… — его руки слабо задрожали, — Я с-сказал ей, что люблю её. Тишина. Слышен был лишь гул старого холодильника, шум машин за окном и слабое тиканье часов. Шон сидел ни живой ни мёртвый. Не двигался. Завис. Рэй догадывался, но всё же был шокирован. Они оба застыли. Тик-так, тик-так… — И ты… сказал ей правду? Молчание. Пауза. — Да.