Таяние

      На сегодняшний день были грандиозные планы. Сразу же после пробуждения, на рассвете, он почувствовал необъяснимый душевный подъем, возможно, связанный с атмосферой за окном, которая этим грандиозным планам благоволила. Задача перед ним стояла несложная, но рыцарю не терпелось приступить к её выполнению: к северу от города расположилась крупная банда похитителей сокровищ, и кому, как не ему, капитану кавалерии Ордо Фавониус, могли доверить разобраться с ней. Кэйа в предвкушении славной схватки стоял перед зеркалом, поправляя чёрную повязку, скрывавшую его правый глаз.       В Монде все любили Кэйю и знали, что на него всегда можно положиться. Неважно, идёт ли речь о сбежавших из загона овечках или о разбушевавшихся хиличурлах в окрестностях города — помощник действующего магистра откликался на любые просьбы о помощи. Холодный с виду и острый на язык, Кэйа был отзывчивым и добрым человеком. Прошлым летом, когда Кэйа патрулировал пляж за стенами Монда с несколькими рыцарями, к нему вдруг подбежала с безумными глазами горожанка, что-то громко, надрывисто крича. Кэйа сразу понял — случилась беда, и, не раздумывая, направился в сторону, куда указала женщина. Оказалось, дети, плавающие по Сидоровому озеру на самодельном плоту, наткнулись на крупный подводный камень, и деревянное сооружение, повредившись, тут же пошло ко дну. На берегу столпились люди, гул встревоженных голосов становился всё громче. У самой кромки воды то и дело кто-то всхлипывал и хватался за сердце — встревоженные отцы и матери в сковавшей их беспомощности глядели на медленно уходящий под воду плот. Ещё не достигнув озера, Кэйа молниеносно оценил обстановку, на бегу выбросил вперёд правую руку и из его ладони, как по волшебству, вылетели несколько крупных осколков льда. Коснувшись водной глади под плотом, они сразу же заморозили ее, тем самым задержав, казалось бы, неминуемое погружение малышей под воду. Но перепуганные дети метались взад-вперёд, и от резких движений спасительный лёд под ними начал предательски трещать. Не успели люди на берегу охнуть, как Кэйа уже решительно бежал по воде — прямо под его ногами озеро замерзало, позволяя ему уверенно ступать по нему. Тем же путём Кэйа вернул утопающих на берег. Родители были безмерно благодарны за спасение детей, а сами ребятишки пообещали Кэйе больше не делать глупостей и к концу лета непременно научиться плавать.       Спускаясь по лестнице, ведущей из штаба Ордо Фавониус на большую мощёную площадь, Кэйа предавался воспоминаниям и невольно улыбался. Неожиданно его размышления прервал чей-то голос, раздавшийся из-за колонны: — Сэр Кэйа, надеюсь, Вы не слишком заняты и уделите мне пару минут. Лицо рыцаря перекосило от испуга, но в следующее мгновение он уже расплывался в улыбке. — Дилюк! — Кэйа развёл руки в приветственном жесте. — Ты подошёл так близко к штабу Фавония, рискуя умереть от аллергии на рыцарей. Должно быть, твоё дело действительно срочное. — Прекрати поясничать, — хмыкнул Дилюк и скрестил руки на груди, — я задам тебе вопрос и больше ты меня сегодня не увидишь. И я тебя тоже. Выслушав вопрос брата, касающийся той самой старой книги, Кэйа стал немного серьезнее и задумался. Когда они были детьми, Крепус порой читал им вслух. Случалось это нечасто, так как отец почти всё время был занят, но оттого мальчики ещё больше ценили моменты совместного чтения. Ах, сколько же книг они переслушали вместе! Мастер Крепус читал так выразительно, с таким чувством, что каждый раз Дилюк и Кэйа ощущали, будто оказались внутри книги, внутри невероятной истории, само собой, в роли главных героев. Вот они на корабле преодолевают безумный шторм во время охоты на морское чудовище, вот спасают прекрасную деву и борются с огнедышащим драконом. А вот они, два храбрых рыцаря, стоят на пьедестале, победив в королевском турнире. Но была одна книга, которая по какой-то причине особенно глубоко запала в сердце мальчиков. Она была о любви и магии, о времени и доброте души. Кажется, у книги был переплёт бирюзового цвета и называлась она… — Значит, ты всё-таки признаёшь, что твой братец Кэйа всё помнит и знает? — молодой капитан игриво смахнул прядь синих волос с лица. — Прости, но в этот раз ты не по адресу. Я не помню названия той книги. «Как странно, — подумал Дилюк, — у этого чёрта отличная память. Но не думаю, что он так дорожит этими воспоминаниями, так что вполне мог забыть. Зря я обратился к нему». Прощаться Дилюк не стал — молча развернулся и побрёл прочь от штаба. Несмотря на то, что на его лице не дрогнул ни один мускул, в глубине его души распустился цветок горячей обиды, пустив корни в самое сердце. Ненадолго пришло ощущение, будто названный брат предал память об отце, об их детских чистых чувствах. И почему это вообще его так волновало? — Эй, ты можешь поехать с нами! — неожиданно выкрикнул Кэйа, слегка улыбаясь. — А можешь закрыться на винокурне и весь день кукситься! — Меня не интересуют дела Ордо Фавониус!       Голубое небо раскинулось над головой, кучерявые облака медленно плыли по нему, словно белые рыбки в прозрачном пруду. Кругом всё зеленело, ласковый ветерок перебирал ветви деревьев, и шелест молодых листьев заполнял собою пространство. Пахло свободой. «Жаль, что мастер Крепус сегодня вместе с нами не может ощутить этого», — подумалось вдруг ему. Кэйа с десятком других рыцарей оживлённо двигался верхом через Шепчущий лес. В лёгких бешено циркулировал кислород, солнце ластилось к щекам, приятно грело кожу. Атмосфера воодушевляла и вызывала приятный трепет меж рёбер, но всё же в этом дне было что-то беспокойное — молодой рыцарь остро это ощущал. Наконец, достигнув указанного на карте места, находящегося в окрестностях Гор Буревестника, кавалерия спешилась и заняла наблюдательную позицию неподалёку от лагеря похитителей сокровищ. — Что они делают, капитан? Происходящее в лагере разбойников насторожило Кэйю. Около пятнадцати мужчин грузили на большие телеги полусонных слаймов. Кэйа уже несколько лет громил разбойничьи лагеря и выслеживал банды в лесах и долинах, а потому отлично знал их привычки и порядки. Такое поведение казалось крайне необычным — зачем похитителям сокровищ вдруг понадобились эти ничем не примечательные существа, ещё и в таком количестве? Пиро-, дендро-, крио- и электро-слаймы были почти всюду, при том ведя себя довольно спокойно, не сопротивляясь, не брызжа высвобождаемой энергией: всегда активные, порой даже агрессивные пухляши находились будто под воздействием какого-то особого вещества или заклинания — так показалось Кэйе. Выждав ещё какое-то время, рыцарь принял решение атаковать. Времени, чтобы обдумать их цели было предостаточно и после битвы, а помешать исполнению их явно недоброго плана нужно было уже сейчас. Вернувшись в седло, Кэйа отдал команду и понёсся к лагерю разбойников, его кавалерия ринулась за ним. Мгновенно отреагировав на летящих прямо на них всадников, похитители кинулись им навстречу. В руках мужчин сверкнули охотничьи ножи, взмыли в воздух арбалеты, горящие элементальные зелья засвистели в воздухе. Завязался бой. Кэйа, воспользовавшись заворухой, направил своего гнедого коня прямиком в скопление электро-слаймов, и на ходу выпустил в него из ладони сотни острых льдинок — результат не заставил себя ждать, и как только лёд достиг наэлектризованных оболочек существ, прогремел взрыв. Ярко-фиолетовый дым, будто искрящийся крошечными молниями, на пару мгновений застлал глаза, дезориентированный похититель сокровищ закрыл лицо руками, а когда вновь прозрел, на него уже летел морозный рыцарь с повязкой на глазу. Бой был в самом разгаре. На каждый вдох рот наполнялся привкусом крови, железа и песка. Раззадоренные лошади метались под ударами сапогов своих всадников, вытаращив глаза, копытами выбивая из земли траву, люди кричали — кто-то полный решимости, а кто-то изнывавший от полученных ран. Неожиданно стало жарко, и в воздухе заиграли яркие шипящие искры. Кругом то и дело лязгали мечи, кружила поднятая пыль, но всё же Кэйа на мгновение остановился, обратив внимание на странное явление. «Что за?..» — Капитан! За криком товарища последовал громкий взрыв, прямо перед которым явно был слышен злобный гортанный смех. Огонь разлетелся кругом, облизывая лошадиные гривы, чёрный едкий дым заставил людей закашляться. Разглядеть что-либо дальше вытянутой руки стало практически невозможно. Совсем рядом звенела сталь. Кэйа поднялся с земли, оглушенный взрывом, и, разлепив глаза, заметил, как сквозь нависшую тёмную пелену к нему что-то быстро приближается. — Это Пиро-певец! — донеслось откуда-то, но капитан не успел среагировать и получил болезненный удар в грудь. «Маг Бездны… с похитителями… здесь?..» Словно чёрный занавес, клубы вездесущего дыма расступились и из них медленно выплыло древнее творение Бездны. Злобное существо парило перед Кэйей, не касаясь ногами земли, оболочка, защищавшая его, светилась, словно сотканная из частиц чистого пламени. Ярко-оранжевый саван слегка развевался на поднявшемся ветру. — Ну здравствуй, Крио-Принц, — голос мага был будто стеклянным и звучал как сотни, тысячи голосов, слитых воедино, — ты думаешь, что сможешь помешать нам… но ты глубоко ошибаешься. Кэйа почувствовал поднимающуюся изнутри ярость и мгновенно пришёл в себя. Он схватил меч, лежащий рядом, и тот тотчас же покрылся слоем сияющего синего льда. Пара секунд, которые капитан потратил на то, чтобы собраться и подняться с земли, показались ему вечностью, но всё же он вскочил на ноги, закричав от перенапряжения и нахлынувшей злобы, взмах! — удар пришёлся точно по щиту мага Бездны. Противник явно был не готов к нападению — выразительные жёлтые глаза под птичьей маской на мгновение расширились от испуга, а огненный щит покрылся мелкими трещинами, но всё же выдержал атаку холода. Кэйа уже стоял перед магом в полный рост, лицо, измазанное сажей, изображало гримасу злобы. Меч, источающий мороз, был крепко сжат в руке. Его мысли были пусты, в то время как его чувства были переполненной чашей. Словно на уровне инстинктов, на уровне подсознания Кэйа в эту секунду чувствовал тягу к борьбе, желание истребить, стремление избавиться от порождения Бездны любой ценой, как делал всегда. Тягу, желание, стремление, любой ценой… «Что?..» Не успел он сделать взмах для нового удара, как раздался глухой звук, похожий на тот, что слышен из мясной лавки, когда мясник протыкает ножом свиную кожу. «Но это моя… моя кожа» Из-под ключицы торчало длинное лезвие, рукав перепачканной рубашки быстро пропитывался кровью. «Но почему он не нападает сам?..» Глухой звук повторился — на этот раз лезвие угодило капитану в плечо. Он пошатнулся, но боли почти не ощущал — адреналин носился по венам с бешеной скоростью, удерживая молодого человека на ногах. Когда Кэйа осознал, что третье ранение пришлось на область бедра, было уже слишком поздно — маг Бездны, ехидно смеясь и словно заглядывая ему в глаза, удалялся прочь. Оставшиеся живыми бандиты, умело метающие ножи, отчаянно прикрывали его. Капитан неизбежно терял сознание, кровь предательски сочилась из ран, лишая сил. Прежде, чем окончательно отключиться, Кэйа снова услышал взрыв — «какой по счёту за сегодня?..» — и перед закрывающимися глазами промелькнуло что-то тёмное. «Только бы они не позволили им уйти…» — успел подумать капитан. Мир ушел из-под ног. Кэйа провалился в тёплую, липкую темноту.