Лепестки азалий

В квиддиче главное — это уверенность в себе. Если ты её не чувствуешь, никто не будет верить в тебя.

Гарри Поттер и тайная комната

***

      Следующие два месяца пролетели как один безумный, наполненный болезненными криками и стонами моих жертв, короткий день. Да, я действительно превратила жизнь нашей команды в настоящий ад и, честно говоря, получила от этого какое-то извращенное удовольствие. Возможно, этот нечеловеческий садизм к чужим страданиям у меня передался от Тома, не просто же так мы были близнецами.       Хотя подошла я к своей должности тренера и впрямь основательно.       Первым же делом составила такое нагруженное расписание тренировок, что даже самый отпетый головорез прослезился бы от проявленной жестокости. Подъем в пять утра, пробежка по бревнам (которые, спасибо моему дорогому братцу, норовили подпрыгнуть или ускориться сразу же, как кто-то начинал филонить), потом интенсивная серия упражнений, которые я исправно выполняла с самого детства, дабы не растерять навыки паркура, что было весьма полезно для развития координации у этих увальней.       Больше всех от физических нагрузок, конечно, страдали братья Макмиллан. Их привычка постоянно что-то жевать быстро сошла на нет, когда я заставила их бегать дополнительные круги за каждый обнаруженный в карманах сэндвич.       И, учитывая их весьма глубокую любовь похомячить за щеку, к концу первого месяца они уже могли пробежать вокруг поля, не загибаясь в предсмертных конвульсиях. Правда, победить их здоровый аппетит мне так и не удалось, но тем паче, зато выносливость отработали.       Преподавательский состав Хогвартса, как ни странно, проявил недюжинное понимание к моей чрезмерно важной «миссии».       Даже строгая профессор Меррисот закрывала глаза на мои недоделанные эссе, хотя и бурчала что-то про «современную молодежь с их дурацкими затеями». Особенно умилял Дамблдор, который, как я случайно подслушала, поставил на мою победу приличную сумму в споре с неусидчивым Бири.       Да что там, к этим тренировкам в процессе интерес проявил даже Том — что уже о чем-то да говорило! Конечно, сначала он заявился лишь ради того, чтобы отчитать меня за то, что я «позорю семью», но когда увидел, как я гоняю этих бедолаг, в его глазах появился тот особый блеск, который обычно предвещал что-то… максимально занимательное. И да, это отродье дьявола с удовольствием помогло зачаровать бладжеры таким въедливым образом, что те летели как бешеные.       Правда, потом паршивец как бы между прочим добавил, что просто не хочет, чтобы его сестра опозорила его еще больше, проиграв жалким гриффиндорцам.       Ну-ну, верить я ему вообще не спешила.       Альфард кстати оказался просто незаменим, так как придумывал порой такие изощренные наказания для штрафников, что даже я впечатлялась. Особенно удачной была идея нарисовать волшебными маркерами на лбу в очередной раз проспавшего тренировку Сэмми кричащую надпись — «Я ленивое хуйло», которая становилась лишь ярче, если ты пытаешься ее смыть.       А потому к концу второго месяца наша команда уже не напоминала сборище ленивых барсуков. Теперь это были злые, измотанные, но чертовски эффективные в бою, пардон, на матче игроки.       Тимоти научился летать так, что его пузо больше не цеплялось за кольца. Мэтт и Тони наконец-то начали работать синхронно в паре, не путаясь в собственных битах. Даже вечно нервно икающий Рой перестал вздрагивать от каждого свиста летающих пасов.       И пусть каждый из них ненавидел меня с таким пылом, что мог вот-вот сжечь на костре, черт меня побери, они были готовы. Готовы показать всем, что Хаффлпафф — это не просто «все остальные», а нечто большее.       Значимое.       А если нет… что ж, по крайней мере, я заставила их как следует попотеть.       Оттого стоя перед ними внутри узкого прохода, ведущего на будущее поле битвы, я чувствовала себя одновременно и генералом перед решающим кровавым сражением, и второкурсницей, что взяла на себя слишком много проблем, однако отступать было уже поздно — да и не в моих это правилах. — Так, слушайте сюда, — громко отчеканила вслух, проходясь мимо выстроенных в шеренгу парней. — Я прекрасно знаю о том, что половина из вас меня ненавидит… — Три четверти, если быть точным, — из вредности пробормотал под нос Сэмми, за что тут же получил грубый тычок от Роя. — А кто-то, возможно, даже обожает, — как ни в чем не бывало продолжаю в ответ, милостиво позволяя особо зарвавшимся смертным влачить и дальше свое безрадостное существование. — О да! — восторженно подпрыгнул вообще непонятно как забредший на неположенную для него зону как левого игрока Альфард. — Тренер Риддл — лучший тренер в мире! — Да, спасибо, Альфард, — важно кивнула я, подмигивая — Так вот, все эти два месяца ада прошли не просто так. Каждая пробежка под дождем, каждое падение с метлы, каждое унижение — все это имело смысл. И знаете какой? — Просветите нас, о великий тренер, — сыронизировал отмалчивающийся в углу Кадман, который все два месяца наблюдал за этим безумием с каким-то странным выражением лица: будто не мог определиться, восхищаться ли моим гением или поскорее вызывать колдомедиков.       Помнится, особенно его впечатлил тот день, когда я заставила всю команду практиковать полеты в шторм — потому что «погода может быть любой, а победить мы должны в любых условиях». — Потому что теперь я могу посмотреть на вас и без слез назвать своей командой, — остановившись, внимательно посмотрела на лица каждого из присутствующих, даже восхищенно глядевшего в ответ Блэка. — Да, вы все еще неуклюжие барсуки. Да, вы все еще путаете право и лево. Но, черт возьми, вы научились главному… ненавидеть! — Эм-м… это хорошо? — неуверенно вымолвил в наступившей затем тишине Тимоти. — Конечно хорошо! — горячо закивала я, сжимая руку в кулак и впечатывая ей в свою грудь. — Потому что сегодня вы должны ненавидеть гриффиндорцев так же сильно, как ненавидели меня все это время! Хотите меня придушить? Отлично! Представьте, что душите их ловца! Мечтаете скинуть меня с метлы? Прекрасно! Направьте эту энергию на их охотников! — Мерлинова борода, — присвистнул втянувшийся в эту идею Мэтт. — А в этом есть смысл! — Конечно есть! — подхватил его брат. — Я уже представляю, как запущу бладжер в их самодовольные рожи! — Разорвем их в клочья! — шутливо поддержал поднявший метлу в воздух Сэмми. — Никакой пощады! — пискнул даже вечно трясущийся Рой. — Вот это настрой, — расщедриваюсь на одобрительный кивок, чувствуя, как предательски щиплет в носу от накатившей гордости.       Черт подери, неужели я действительно так сильно прониклась всей этой квиддичной атмосферой и редким моментом между тренером и его бравыми солдафонами? Только этого еще не хватало — разреветься прямо перед решающим матчем! — Вот, тренер, — услужливо протянул белый платок Альфард. — Я всегда ношу его с собой на случай особо эмоциональных моментов.       Я шмыгнула носом в приятно пахнущую шелковую ткань, хорошенько отсмаркиваясь под поугасший в своей фанатичной любви взгляд Альфарда, когда вдруг Тимоти — тот самый Тимоти, которого я гоняла чуть ли не больше всех остальных! — шагнул вперед и смело протянул свой кулак: — Не пристало нашему тренеру распускать нюни! Мы же теперь настоящая команда, разве нет?       С растекшейся на устах широкой улыбкой, я сразу же стукнулась своим кулаком об его: — А ты, я смотрю, научился дерзить! Горжусь, толстяк. — Эй, я сбросил целых пять фунтов! — обиженно буркнул он, хоть и улыбнулся уголками губ. — Э-э-э, я тоже хочу! — тут же влез Альфард. — И мы! — подхватили братья Макмилланы.       Через минуту мы все, включая насильно втянутого кем-то из игроков Кадмана, стояли, тесно прижавшись друг к другу, внутри образовавшегося круга, соединив кулаки в центре, как какая-то безумная спортивная секта.       И знаете что? Это было чертовски круто. — За Хаффлпафф! — выкрикнул кто-то. — За победу! — подхватил другой. — За тренера Риддл! — не удержался Альфард. — За то, чтобы надрать задницы этим драккловым львятам! — добавила я, вызвав всеобщий смех.       Когда мы направились к выходу на поле, посчитав все свои риски, Сэмми не преминул воспользоваться случаем: — Знаете, тренер, после такой вдохновляющей речи даже если мы проиграем…       Резко остановившись на месте, я повернулась к нему с премилой улыбочкой и едва не пропела сладким-пресладким голосом: — Послушай внимательно, мой дорогой падаван... Если мы проиграем сегодняшний матч, я не просто спущу с вас три шкуры... Я заставлю вас тренироваться в Запретном лесу. Голыми. В полнолуние. Среди оборотней. — Но в Хогвартсе нет оборотней, — пискнул побледневший Лоренс. — Поверь… — зловеще улыбаюсь на скативший по его виску пот несусветного ужаса. — …ради такого случая я их найду. — Обожаю, когда она так делает, — восхищенно зашептал Альфард. — Настоящий военачальник! — Заткнись, Блэк! — хором застонала почти вся команда под мой заливистый смех.

***

      Погода сегодня определенно была на нашей стороне.       Небо можно было назвать поистине идеальным для хорошей игры — не слишком солнечным, но и не слишком пасмурным. То, что надо для острой взбучки зазнавшимся львятам.       Взобравшись на метлу (точнее, на бесценную драгоценность Альфарда, которую он до сих пор называл не иначе как «секретное хаффлпаффское оружие»), я направилась вверх, окидывая внимательным взглядом окружающие поле трибуны. Народу и впрямь собралось немало — похоже, весть о «железной леди Хаффлпаффа» разлетелась по школе быстрее, чем Абраксас успевает пригладить свою платиновую прическу после третьего урока. — Мерлин всемогущий! — взволнованно запищал Рой, нервно вцепившись в метлу. — Тут же людей больше, чем на обычном матче! Я думал, это просто тренировочная игра… — Значит так, Фаррингтон, — насела я на него, разворачиваясь лицом. — Либо ты сейчас же завяжешь свои нервы в тугой узел, либо я сама завяжу узлом кое-что поважнее. И поверь, тебе это не понравится. — Т-так точно, тренер! — пискнул он, становясь похожим по цвету на труп.       Сказать по правде, сама я тоже немного напряглась, особенно когда увидела на месте для комментатора уже знакомого Корнвуда.       Уж кто-кто, а эта слизеринская язва точно устроит нам веселую жизнь своими едкими фразочками. Интересно, кто вообще додумался позвать комментатора на тренировочный матч? — И вот они, дамы и господа! — раздался усиленный Сонорусом голос Грегори. — Команда Хаффлпаффа в своем… весьма обновленном составе! Говорят, последние два месяца они тренировались под руководством самого настоящего демона в юбке! — Ну спасибо, — с бурчанием фыркаю под нос, поднимаясь выше.       Вскоре мы наконец зависли на метлах напротив гриффиндорской команды, среди которых мой взгляд сразу же выхватил подозрительно ухмылявшегося Поттера. Притом что он тоже учился на втором курсе, этот очкарик еще на первом успел прославиться как один из самых перспективных хогвартских ловцов.       Поттеровская удача, чтоб ее. — Эй, Риддл! — весело крикнул он, поправляя свои округлые очки. — А это правда, что ты заставляла свою команду пробежаться по Запретному лесу в одном нижнем белье? — Неправда, — с громким смешком отрезала я. — Белье я им тоже запретила!       По трибунам прокатилась волна забавного смеха. — Ты, конечно, клевая девчонка, Риддл, — растягивая гласные, довольно ответил Флимонт. — И мне жаль такое говорить, но сегодня мы вас точно уделаем! — Поттер, детка, — скопировав его, картинно цокаю языком. — Единственное, что ты сегодня увидишь — это как твоя задница целует землю. И я даже не уверена, что твои очки переживут это зрелище. — Ого! — брови бедного мальчика едва не улетели в небо. — А ты стала еще язвительнее с нашей последней встречи! — Два месяца тренировок с этими оболтусами кого угодно сделают язвой, — махнула рукой, растекаясь в задиристой ухмылке. — Но знаешь что? Сегодня эти оболтусы смогут надрать вам задницы. — И снова этот искрометный обмен любезностями между враждующими капитанами! — радостно объявил Грегори. — Хотя технически Риддл и Поттер даже не являются капитанами, но так как спорить у них выходит интереснее, чем у Маклаггена и Кадмана… — Заткнись! — рявкнули мы с Флимонтом хором, а после переглянулись и рассмеялись. — Без обид? — залихватски подмигнул он. — Без обид, — важно киваю в ответ. — Но мы все равно размажем вас по стенке. — Посмотрим, — скептически хмыкнул Флимонт. — Посмотрим.       Наконец бледная точка, являвшая собой мадам Хуч, остановилась посередине поля с закрытым чемоданом, отчего взволнованно забившееся сердце под грудью сделало предательские кульбит, а ладони взмокли от предвкушения.       Два месяца адских тренировок, бессонных ночей над планами сегодняшней игры, криков и угроз.       Все ради этого момента. — Не подведите меня, — тихо обратилась я к остальным. — Иначе я действительно найду тех самых оборотней. — Не подведем, — также серьезно кивнул Тимми.       Свисток мадам Хуч прозвучал как сигнал к началу войны.       И игра наконец началась.       Гриффиндорский охотник тут же рванул вперед, явно намереваясь с первых секунд показать, кто здесь хозяин поля. Однако не тут-то было — Тимоти, мой верный толстячок, который за два месяца наконец научился использовать свои габариты с нужной пользой, ловко перехватил квоффл прямо у того перед носом и на молниеносной скорости бросил его Кадману. — И первый гол забивает… Хаффлпафф?! — изумленно воскликнул Грегори, явно разрываясь между желанием как следует поиздеваться над барсуками или порадоваться неудаче ненавистных львов. — Десять очков барсукам! Неужели чудеса случаются?       Следующие двадцать минут превратились в настоящий танец смерти.       Мы с Кадманом, словно читая мысли друг друга (а на самом деле разучив заранее тайные пасы и жесты руками), передавали квоффл с такой скоростью, что гриффиндорцы только и успевали что вертеть головами.       А Сэмми… ну, видимо, угроза голой пробежки по Запретному лесу творит чудеса с мотивацией любого индивидуума. Что же касается братьев Макмиллан, то они превратились в настоящую машину для убийства — их бладжеры летали с такой силой, что я почти жалела гриффиндорцев.       Ключевое слово — почти. — Мерлинова борода! — восхищенно завопил Альфард с трибун. — Вы видели этот пас?! — Пятьдесят-тридцать в пользу Хаффлпаффа! — торжественно объявил Грегори. — Похоже, это уже нельзя списать на чудо… Интересно, чем эта тощая грязнокровка накачивала своих подопечных? — Только чистым энтузиазмом и пинками под зад! — крикнула я, уворачиваясь от запущенного кем-то бладжера. — И если ты не заткнешься прямо сейчас, следующий пинок достанется тебе, Грег!       К сожалению, гриффиндорцы тоже не зря считались одной из сильнейших команд.       Их загонщики начали действовать хитрее, посылая бладжеры из самых неожиданных углов. Один такой удар чуть не отправил Сэмми в свободное падение, но месяцы изнурительных тренировок не прошли даром — он удержался и даже каким-то диким образом умудрился сделать очередной пас Кадману.       Я буквально разрывалась от бурления адреналина в крови.       Два успешных прорыва принесли нам еще двадцать очков, а затем Кадман красиво пробил защиту, доведя счет до восемьдесят-пятьдесят в нашу пользу. Победа казалась такой близкой, что я уже почти ощущала ее вкус на своих губах…       А потом раздался свисток.       Один короткий звук, который смог остановить само время.       Тяжело дыша и все еще ощущая, как мутнеет все остальное окружение, я медленно повернулась в сторону криков и увидела сияющего как начищенный галеон Флимонта, победно сжимающего в кулаке золотой снитч.       Двести — восемьдесят.       Мы проиграли.       Я зависла в воздухе, пытаясь восстановить самообладание над своим телом и чувствуя, как медленно стекает струя пота по спине.       На заднем фоне Рой рыдал, захлебываясь в извинениях, братья Макмиллан мрачно уставились в сторону земной поверхности, Сэмми и Тимоти выглядели так, словно кто-то убил их любимого низзла.       Даже Кадман, казалось, слегка посерел.       Любой другой на моем месте уже бы надорвал пердак от злости.       И я тоже.       Тоже должна была злиться. Должна была рвать и метать из-за проигранного спора, из-за того, что теперь придется уйти из команды, ставшей мне роднее не такой уж любимой семьи. Должна была орать на Роя за упущенный снитч…       Но вместо этого я почувствовала, как губы сами собой растягиваются в широченной улыбке, прямо как у полной идиотки без капли мозгов.       Потому что впервые за все проведенное за квиддичным полем время я действительно наслаждалась игрой.       Не победой, не доказательством своей правоты — самой игрой.       С моей командой.       С этими неуклюжими, вечно жующими что-то за щеками, болтливыми идиотами, которые за два месяца превратились в настоящих игроков, на которые не грех опереться в сей трудный час. — Риддл! — удивленно воскликнул едва не потерявший очки Флимонт. — Ты чего лыбишься? Спор-то ты проиграла! — Да пошел ты, четырехглазый! — весело огрызнулась я в ответ. — Может, мы и проиграли, но… — Но играли достойно, — неожиданно закончил за меня Кадман. — Впервые за долгое время. — Это значит… мы больше не будем тренироваться? — с надеждой вопросил Сэмми. — Ха! — фыркнула я, надорвав живот в последующем злорадном смехе, да так, что чуть не свалилась с метлы. — Размечтался, Лоренс! Конечно, я уйду — спор есть спор, а я не из тех, кто бегает от своих обещаний. Но знаешь что? — подлетела ближе к нему, хищно оскалившись. — Я успела кое-что доказать нашему капитану. Правда, Кадман?       И тут случилось еще одно невероятное событие — этот ледяной истукан, который скорее засадит себе в зад свою метлу… у-лыб-нул-ся. Причем так широко и искренне, что я чуть не протерла глаза от удивления. — Действительно, — довольно протянул он, окидывая цепким взглядом нашу барсучью шайку, которая синхронно вздрогнула. — Я, пожалуй, пересмотрю свой подход к тренировкам. Знаете, — сделав эффектную паузу. — Мне очень понравились методы нашей очаровательной узурпаторши. — О нет, — обреченно застонал Тимоти. — О да! — торжествующе вскидываю кулак. — Что, съели? Думали, я просто так два месяца над вами измывалась? Я создала монстра пострашнее себя — Кадмана, который познал сладкий вкус садизма! — Мы все умрем, — измученно вздохнул Сэмми. — Не умрете, — успокоил его Кадман с такой зловещей улыбкой, что даже мне стало не по себе. — Просто будете очень, очень жалеть, что не оценили щадящий режим тренировок прежнего тренера. — «Щадящий»?! — неприкрыто возмутился Мэтт. — Она заставляла нас бегать по горящим бревнам! — Они не горели, — с картинным вздохом, мол, ну что за неженки, пренебрежительно закатываю глаза. — Так, тлели немного… — А как насчет тренировки с завязанными глазами? — подхватил его брат. — Эй, это развивало ваши охотничьи инстинкты! — А полет вверх тормашками? — Вестибулярный аппарат! — А… — Достаточно, — прервал нас Кадман, плохо скрывая пляшущих в своих глазах чертей. — У меня уже есть несколько собственных идей для улучшения этих упражнений.       Я гордо ухмыльнулась, наблюдая, как бледнеют лица моих бывших подопечных.       О да, узрите же пришествие еще одного тренерского монстра. И, черт возьми, как же приятно было видеть, что мои методы оценили по достоинству! — Кстати, Риддл, — добавил напоследок Арне. — Ты всегда можешь заглянуть на тренировку… в качестве личного помощника. — Правда? — мгновенно просияла я в лице. — С личной дудкой? — С личной дудкой, — потешно серьезно кивнул он в ответ. — Мерлин, спаси и сохрани нас! — хором простонали все барсуки.       А я… я просто рассмеялась, чувствуя, как внутри разливается знакомое тепло.       Может, мы и проиграли матч, но выиграла я определенно нечто большее — уважение команды, признание Кадмана и, что самое главное, право и дальше издеваться над этими бедолагами!       Ну, в качестве помощника капитана, конечно.