Вишня лиловая, спелая садовая

      «Взяли???»

      Дима поперхнулся и тут же, отложив смартфон в сторону и постаравшись привести дыхание в норму, побежал за пачкой сигарет. «Охренеть!» — воскликнул он с сигаретой в зубах, держась за сердце. Казалось бы, парень и так был счастлив, куда еще больше? Но после сообщения от Павла жизнь Поза будто расцвела, заиграла новыми красками, улыбка на лице молодого парня невольно взлетела и приклеилась прямо к ушам. В сообщении было написано, что комик ждет команду в пять вечера в главном офисе Главкино.       Сняв очки и потерев глаза, парень направился в ванную комнату, чтобы почистить зубы и помыться. Время позднее, практически обед, кажется, если бы не уведомление, то он проснулся бы не раньше трех часов, потому что всю ночь не спал. Все то время, пока он ждал вестей от Воли, он пытался найти работу по своей специальности. Пока с этим все было очень печально и туго, в столице слишком большая конкуренция, этих психологов хоть отбавляй — в каждой дыре их много. Перспектива стать известным на телевидении все-таки привлекала Диму гораздо больше, чем работать мозгоправом в каком-нибудь Чертаново за копейки. После контрастного душа, когда парень окончательно взбодрился и пришел в себя после неожиданной приятной новости, он решил зайти в телеграм, вдруг ребята уже вовсю обсуждают произошедшее. Так и оказалось. Сережа Вам тоже это пришло? Я уж подумал что Волю взломали и это шутка! Антон Шаст Да Я в шоке с самого утра Арсений А чему вы удивляетесь? По-моему, было очевидно, что нас сразу же возьмут. Сережа Ты не чсв, ты просто офигенный… Ахахах Антон Шаст Не, ну вообще он прав, но я уж засомневался в нас, когда немного замялся на шутке про стюардессу… Но Дима неплохо тогда выручил Где он кстати? Спит что ли? Сережа Фиг знает, может быть эта новость его так ошарашила что он вырубился от радости XD

Вы

Я здесь

Доброе утро, пацаны

Давайте, чтоб никто не опоздал, а то просрем свой шанс

Сережа -ответ Дима Позов- Согласен, мы должны показать что мы лучшие!

***

      В карьере ребят не все шло гладко. Можно даже сказать, что в самом начале им вообще практически ничего не удавалось, и их выбивали из колеи мелкие и глупые, но очень частые ошибки. Воля, продюсеры канала ТНТ и куча-куча других незнакомых людей пугали ребят, их пугала сцена, да и в целом сама перспектива того, что на них, обычных и ничем неприметных людей, возложена такая большая ответственность, и дан такой шанс, который напрямую влияет на их дальнейшую судьбу. Сначала у них было достаточно много прослушиваний, чтобы редакторы точно поняли, что у этих парней есть задатки к шуткам. Было нелегко. Так как ребята буквально знали друг друга не больше двух недель, им наказывали жить вместе в отеле, ходить вместе на различные мероприятия и чаще пересекаться, ведь коннект в группе — это одно из самых важных составляющих успешного шоу, если не самое важное. После того, как волнение и тревога слегка пропали, и они стали более-менее хорошо знать друг друга, парни стали участвовать в съемках.

***

— Мальчики низкие, девочки высокие, — с хитрой усмешкой продиктовал условие Павел, распределяя роли актеров. — А у нас могут быть однополые пары? — Сережа пошутил, но через секунду после совсем не шуточного недоуменного взгляда Поза, он замолчал и прикрыл рот рукой.       Зрительный зал смеется до упаду, молодые зрительницы вот-вот лопнут от своего же визга, Воля истерично усмехается — такой реакции он и ждал. Никто и не заметил небольшого недопонимания между парнями. Шастун, чтобы разбавить обстановку, взял армянина за плечи и с неловкой улыбкой увел его за кулисы. Он в своей роли девушки сказал что-то вроде: «Пошли со мной, после меня ты точно от парней отучишься», а остальные продолжили играть сценку. Дима не придал этому большого значения на публике, но в гримерке, когда парни остались одни, он конкретно загрузился. Проведя всю жизнь в Старом Осколе, максимально традиционном городе, где любые намеки на гомосексуализм карались жестоким избиением гопниками, он никак не мог принимать гейские шутки, просто не умел, для него это было неприемлемым.       Пока остальные коллеги общались между собой, Дима отстраненно и молчаливо сидел в углу, попивая ананасовый сок. Он все прокручивал в голове слова армянина, вспоминая при этом его игривое выражение лица. Как голограмма, перед взором всплывали широкие, густые высоко поднятые брови, хитрые прищуренные черные глаза, сухие губы, которые он облизнул после этой фразы, и металлическую сережку, прыгающую вверх-вниз от резких движений головы парня. «Это была ужасно неприятная шутка. Однополые пары… Это он на меня с ним намекал? Не бывать такому! Что за бред, — возмущался парень сам себе. — Да и почему я так отчетливо запомнил его образ в этот момент? — Дима спрашивал сам себя, но тут же придумывал ответы на свои же вопросы, — все просто, я же психолог, как никак, привык анализировать эмоции, верно ведь? Верно. Что же я парюсь насчет него? Может, он просто жил в семье, где это считалось нормальным. Мы просто разные, в этом нет ничего такого…»       Позов был настолько сильно погружен в свои мысли, что не заметил взгляд Арсения на нем. Спокойный, словно изучающий, лазурный взгляд. Неясно, почему Попов приклеился к Диме еще с самого первого дня, как будто он видел в нем соперника и потому пытался узнать его слабые стороны, чтобы быть лучше него, или же наоборот, он хотел узнать его сильные стороны, потому что желал дружбы с ним. Арсения и вправду можно было назвать Ферзем. Достаточно много говорящий на различные темы, но никогда о себе, он очень умен и разносторонен. Парень умел подстраиваться практически под каждого из группы: С Антоном был хорошим собеседником, с которым можно ярко и громко поспорить на абсолютно любую тему, для Сережи был прекрасным слушателем, который одобрял его шутки и никогда не осуждал их, но а с Димой… контакт наладить не удавалось. Они были слишком похожи, да настолько, что казались друг другу слишком разными.       Допив сок до конца, Поз помотал головой и посмотрел на парней — они все так же обсуждали сегодняшний эфир. Все было в порядке, это Дима себе надумал всякой ерунды, напрягся от того, на что не стоило обращать внимания, ему просто нужно расслабиться, и все. — До сих пор не верю, что мы нравимся публике… — задумчиво высказался Шаст. — Да ты чего, все же круто! Если бы мы были бездарями, нас бы сразу отсюда выкинули и даже не взяли бы! — переминаясь с ноги на ногу, приободрил его Сережа, — Не знаю, я прям думаю, как будто это все сон, слишком уж хорошо все складывается, — Антон взял себя за плечо, он даже немного побледнел, ему совсем не хватало уверенности в себе и в своих силах. — Шаст, я как актер, скажу, что ты хорошо справляешься. Не дрейфь, — Арсений легонько ударил его по плечу, — тем более, если учитывать, что ты по образованию экономист и никогда не занимался юмором.       К разговору присоединился Дима, отошедший от раздумий. — Да, серьезно, Тох, не переживай. — Спасибо вам, пацаны, — высокий улыбнулся, его сердце растаяло от искренней поддержки, — ладно, мне пора, дела ждут, давайте, до завтра!       Парни пожали друг другу руки и собрались расходиться. Поз положил в рот сигарету и стал рыться в карманах в поисках зажигалки. Там был всякий хлам: билеты с автобуса, чеки из магазинов, разные фантики и даже откуда-то жетон на метро, это было странно, ведь он давно пользовался транспортной картой. «Черт, дома походу оставил», — тихо выругался он.       Внезапно Дима услышал свое имя. Он нахмурился, ведь думал, что все парни уже разошлись, и он остался один. Обернувшись, Поз застыл. Его он уж точно не ожидал увидеть. — Прикурить? — голубоглазый Ферзь держал в протянутой руке зажигалку. — Не думал, что ты тоже куришь, — наклонив голову, промолвил парень, подойдя ближе к Арсению, а позже добавив, — спасибо. — Да не за что. Я подумал, что мы мало общаемся. Может быть, пройдемся? — Попов, как и всегда, был скрытным, но в данный момент его загадочность зашкаливала.       Поз поправил очки. Ребята участвовали в съемках до позднего вечера. Солнце практически село, веяло вечерней прохладой. Поежившись и немного помолчав, он согласился. Дима постоянно спешил, потому что везде опаздывал, он привык ходить быстрым шагом, а Арсений, как старец, шел неспеша, сложив руки в карманах. Не желая подгонять коллегу, парень был вынужден подстроиться под него. Первые минуты «прогулки» было неловко, даже очень. Дима все пытался исследовать поведение Арсения, как-то угадать, почему он вдруг захотел с ним пройтись, говорил тихо и неразборчиво, иногда даже путался в словах. Это все оттого, что парни и правда редко общались наедине. Позу даже с Сережей было проще разговаривать, ведь для него тот просто клоун, как будто ведущий на каком-то детском празднике, которого нужно выслушать, и все будет хорошо. — Как давно ты в Москве? — Да недавно совсем, еще почти ничего не знаю здесь, — любуясь вечерним видом, ответил Дима. — А я из Петербурга переехал три года тому назад, — Арсений говорил задумчиво и медленно. — В Москве совсем по-другому. Там жизнь спокойная и размеренная, каждый живет в своем мирке, а здесь… Все куда-то вечно бегут, торопятся, — парень вздохнул, — слишком быстро все здесь развивается, ни минуты покоя. — Это да, есть такое, — Поз удивился услышанной информации, ведь голубоглазый никогда не рассказывал ничего о себе, всегда оправдывался тем, что он актер, и придумывал всякие небылицы, — но мне это и нравится. В моем старом городе такой мрак, мне постоянно было скучно, оттого что некуда сходить. Там все одинаково и серо, а тут прямо жить хочется.       Коллеги общались не все время. На некоторых участках дороги они просто молчали, и, кажется, им было по душе это молчание, оно уже не казалось неловким, скорее наоборот. Лед между парнями потихоньку таял по мере того, как они узнавали что-то новое друг о друге. — Слушай, я тут заметил… — начал Арсений, — ты какой-то грустный, неспокойный в гримерке был. Что-то случилось? — А… я… Нет, все хорошо. Просто… — Дима замялся, — устал. Мы с самого утра со съемочной площадки не вылезаем, вот и накопилось все. — Вот как, — парень прищурился и почесал подбородок, — понимаю. Это тяжело, но мы уже выбрали этот путь, отступать некуда. Мы должны справиться. — Ты прав.       Спустившись на станцию метро, парни попрощались и разъехались по разным сторонам. В вагоне было практически пусто, Диме удалось сесть. Наблюдая за попутчиками, Поз все так же размышлял обо всем. Он все еще злился на Сережу из-за его странной шутки, злился на себя, оттого что почему-то представлял, что если бы его шутка была бы правдой, все еще переживал о том, что не задал вопрос Арсению, почему же он вдруг решил с ним сблизиться, хоть и знал, что голубоглазый ни за что не ответил напрямую. Оставшийся долгий путь Дима дремал. Он и правда дает себе слишком большую нагрузку, и отдых ему жизненно необходим. Не только физический, но и моральный, ведь парень слишком много размышляет о пустяках, про которые вообще надо забыть.       Арсений из всей компании чаще всего выбирал Антона и на сцене и вне ее, затем Сережу, а Дима всегда стоял у него на последнем месте. Он никак не мог к нему приблизиться, что-то всегда отталкивало его от Позова. Креативный продюсер шоу часто говорил ему, что видит небольшой разлад в команде, и советовал лучше сдружиться, Воля часто ставил их вдвоем в некоторых импровизациях, но парень не мог по-настоящему вступить в дружеские отношения с Димой, он лишь притворялся, и ему казалось, что Дима тоже притворялся. Сегодняшняя ситуация многое изменила. Попов не был психологом, но он хорошо чувствовал чужую энергетику и эмоции. Он еще на сцене увидел замешкавшийся взгляд Поза и оторопевшую позу, будто он потерялся — такое случилось в первый раз.       «Нет, все хорошо. Просто устал…» — Арсений дал себе четкое задание: узнать, что может тревожить Диму, и помочь ему.