You, The Ocean and Me

Драко Малфой искренне наслаждался произведённым эффектом. Он сидел в кабинете Гавейна Робардса, а перед его глазами разворачивалась драма: разъярённая Гермиона Грейнджер неистово отстаивала своё право на самостоятельное расследование без привлечения посторонних. Выбившаяся из пучка прядь волос падала на лицо девушки, однако Гермиона не пыталась её убрать. Щёки и скулы Грейнджер покрывали неровные красные пятна, а ресницы подрагивали. Грейнджер даже немного приподнялась со стула и подалась вперёд, словно Гавейн её плохо слышал. Ладони упирались в столешницу, и сама Грейнджер угрожающе нависла над начальником. Но Робардса это совершенно не смущало. Он флегматично разглядывал подчинённую, не поведя бровью. — Мисс Грейнджер, успокойтесь, — ровным тоном заметил Робардс. — Не забывайте о субординации. Видимо, последнее замечание было подобно пощечине для привыкшей следовать правилам и инструкциям Грейнджер. Она тяжело опустилась на стул и прилежно положила руки на колени перед собой. Только высоко вздёрнутый нос и идеально прямая спина выдавали в ней недовольство — Грейнджер оставалась напряжена как натянутая струна. — Мистер Робардс, и всё же я настаиваю: привлекать к делу мистера Малфоя неразумно. К сожалению, у него нет тех качеств и навыков, что так необходимы в работе аврора, — отчеканила Грейнджер. — И что это за качества? Точно не стрессоустойчивость, судя по тебе, Грейнджер, — еле слышно заметил Драко. И Робардс, и Грейнджер уставились на него с недовольством. Малфой примирительно вскинул вверх руки. — Мистер Малфой, любезно прошу вас подождать снаружи, пока я переговорю с подчинённой, — любезности в тоне Гавейна не наблюдалось. Но Драко не стал спорить. Он с легкостью поднялся с кресла и без лишних слов покинул кабинет. Снаружи Малфой огляделся и присел за ближайший свободный стол. Отдел авроров с самого утра бурлил и шумел. От одного работника к другому летали воздушные самолётики. Десятки таких же записок врывались в огромное помещение каждые пять-десять минут через входную дверь. Ряд столов пустовали, за другими же восседали сосредоточенные работники. Кто-то обложился картами, кто-то листал книги. Импозантный мужчина в костюме задумчиво водил в воздухе волшебной палочкой, из её конца вылетали золотистые буквы и складывались в замысловатые иероглифы. Симпатичная блондинка, чьё лицо усыпали сотни веснушек, лихорадочно строчила отчёт. Периодически она поднимала голову от пергамента, осматривалась невидящим взглядом и выдавала комментарии в духе: — Подумать только, а. На противоположной стороне в самом углу у огромной доски, которая простиралась от пола до потолка, зависла группа совсем юных авроров. Во главе них стоял Поттер и что-то терпеливо объяснял. Рядом порхал внушительный кусок мела, что старательно выводил инструкции на доске. Время от времени мел с особым энтузиазмом и стуком влетал в плоскую поверхность и осыпал группу белыми отвалившимися кусочками. Появление Малфоя Поттер не оставил без внимания и периодически украдкой пялился на него. Драко предпочёл сделать вид, что не заметил этого. Он откинулся на спинку стула и выстукивал на столешнице незамысловатый мотив. Малфой сидел достаточно близко к двери в кабинет мистера Робардса, и до него доносились обрывки бурного диалога. Он бы услышал больше, если не производимый аврорами шум. — Я не могу с ним работать, мистер Робардс… — Вам придётся или… — Я не стану отказываться от дела!.. — Участие мистера Малфоя в расследовании не обсуждается… — Но, сэр, он же… Малфой не стал вникать, кем назовёт его Грейнджер. Он и так знал, что спор завершится в его пользу. Вчера, после семи вечера Драко Малфой посетил кабинет главы отдела магического правопорядка Хавелока Уильямсона. Мистер Уильямсон изначально неохотно шёл на диалог. Энергичный и деловитый мужчина почти сразу предложил перейти ближе к делу. К слову, такой подход Драко оценил. Младшему Малфою казалось гораздо удобнее говорить на языке “ты мне, я тебе”, чем долго расшаркиваться и сыпать пространными намёками. А дело заключалось в следующем: Драко Малфой хотел участвовать в расследовании убийств чистокровных магов на всех его этапах и выступать консультантом для мисс Грейнджер. Свой интерес младший Малфой объяснил тёплыми чувствами к погибшим (чистое враньё), беспокойством за других чистокровных (тоже враньё) и желанием лишний раз прорекламировать семейное детективное агентство столь необычным способом (ага, и снова враньё). Об истинных мотивах Драко, естественно, умолчал. Впрочем, Хавелок Уильямсон вполне удовлетворился перечисленными причинами. Взамен младший Малфой обещал щедро проспонсировать продвигаемую мистером Уильямсоном программу по расширению Отдела магического правопорядка и созданию дополнительных рабочих мест. На данный момент программа, к сожалению, плотно осела в кабинете одного из помощников Министра магии с пометкой “Нет средств”. После недолгих размышлений Хавелок Уильямсон согласился. Он оперативно урегулировал щепетильный вопрос, и уже сегодня утром Драко Малфой беседовал с Гавейном Робардсом. Стоило признать, сам Малфой изначально не рассчитывал на успех. В последние годы Драко не любил использовать имя и связи отца и старался дистанцироваться от семьи. В этот раз ему буквально пришлось наступить на горло собственной гордости. На удивление, получилось убедительно — видимо, привычку добиваться своего любым способом тяжело искоренить. — Иди за мной, — звонкий голосок Грейнджер отвлек зазевавшегося Малфоя от раздумий. Ответа она не ждала. Резко развернулась на каблуках и стремительно направилась вперёд. Драко лишь пожал плечами и покорно последовал за ней. Они пересекли помещение, прошли узкий коридор, стены которого украшали портреты отличившихся авроров, свернули налево и очутились в кабинете поменьше. Четыре стола стояли здесь полукругом, повернутыми друг к другу. На каждом, кроме одного, громоздились уйма вещей, папок, книг и бумаг. На самом большом столе Малфой заметил крупную колдографию Поттера с семейством Уизли и поменьше — с золотым трио в лице Поттера, Грейнджер и Уизли. На первом снимке Поттер находился на первом плане и обнимал красивую рыжеволосую девушку. — Поттер — твой босс? — ухмыльнулся Драко. — Он возглавляет наше подразделение, — неохотно ответила Грейнджер после небольшой паузы, во время которой девушка явно размышляла, стоит ли вдаваться в подробности. — Не подумал бы, что кто-то наподобие тебя будет работать здесь. — “Кто-то наподобие” — это кто? — Грейнджер уцепилась за его слова. Она смотрела прямо на Малфоя и сложила руки на груди. — Женщина? Маглорожденная? Драко её боевой настрой не смутил. Напротив, реакция Грейнджер забавляла. Он обогнул собеседницу и без приглашения сел за единственный пустующий стол. — Маглорожденную женщину я как раз представляю в этом кресле, а тебя — нет, — самодовольно произнёс Малфой. — Ты же Грейнджер. Ты должна сидеть в огромном кабинете, ковыряться в законах и менять к лучшему жизнь каких-нибудь кентавров или домовиков. — Это есть в моих планах. Пыл Гермионы немного поутих. Хотя слова давались ей с трудом, однако природная вежливость не позволяла и дальше хамить спокойному и внезапно сдержанному Малфою. Грейнджер аккуратно опустилась на соседний стул, придвинулась к своему рабочему месту и продолжила заметно мягче: — Я подумала… Подумала, что офисная рутинная работа никуда от меня не сбежит. Пока мои навыки нужнее здесь, и я не жалею о своём решении. Малфой коротко кивнул. Он вспомнил, что всё это время провёл в пальто. В комнате же было жарковато. Драко скинул верхнюю одежду и остался в тёмном костюме и перчатках. Грейнджер покосилась на них, и Малфой спрятал руки под стол — ему не особо понравилась заинтересованность во взгляде Грейнджер. К счастью, тактичная Грейнджер не осмелилась задавать лишних вопросов. — Что у нас в планах? — Драко выделил слово “нас”. Честно говоря, его не больше Грейнджер привлекала идея сотрудничества с ней. Однако выбора не было, и он смирился. — У меня в планах — расследование убийства Амикуса Кэрроу. А ты можешь посидеть тут и поковыряться в папках до моего возвращения. — Да ладно, Грейнджер. Долго ты будешь упираться? — Драко закатил глаза. — Я нужен тебе гораздо больше, чем ты предполагаешь. Ситуация утомляла, хотя и играла на руку Драко. Он был осведомлён, что изначально дело досталось Поттеру. От этой новости Малфой в свое время не пришёл в восторг: договориться с Поттером практически невозможно. Да и не хотелось. Смена ведущего аврора на Грейнджер стала прекрасным сюрпризом. — Нет, — коротко и чётко отреагировала она. — Не глупи, Грейнджер. Это не в твоём стиле. Малфой слегка придвинулся к Грейнджер. От девушки приятно пахло свежими травянистыми духами. Аромат резко выделялся среди прочих естественных запахов помещения и несколько удивил Малфоя. Примерно такой же парфюм предпочитала Астория. Соберись, не время для лишних сантиментов, — Малфой слегка тряхнул головой, отгоняя наваждение из десятка воспоминаний. — Ты имеешь дело не просто с убийствами, — не без труда продолжил он, заготовленные заранее аргументы резко потускнели, — а с убийствами чистокровных волшебников из древних уважаемых семей, что не жалуют маглорожденных. Большинство из них тебя даже на порог не пустят. Как ты собираешься их допрашивать? Рад ли вчера был Элвин Рид? Гермиона упрямо изучала стену напротив. Грейнджер не шелохнулась и не издала ни звука. — Я успел перекинуться парой слов с твоим начальником. Он сказал, поэтому тебе и не хотели изначально отдавать это дело. Ну, скажи, что идёт следующим в твоём плане? Драко, несмотря на возмущения, выхватил блокнот у Грейнджер из-под носа. Бросил в него беглый взор и ухмыльнулся. Округлым ровным почерком Гермиона вывела даже самые незначительные пункты своего дня. Однако один из них она обвела несколько раз и подчеркнула жирным. — “Поговорить с Алекто Кэрроу”, — громко зачитал Малфой. — Это же Кэрроу из Пожирателей. Она попала в Азкабан благодаря тебе и твоим друзьям. Просидела там пять лет. Неохотнее прочих пошла на сделку. Вышла всего два года назад и ненавидит весь мир. — Им всем придётся общаться со мной, хотят они этого или нет, — тихо пробормотала Грейнджер. Червячок сомнения пробрался в её сдержанные интонации. — Я аврор, и у меня есть обязанности. И… Она резко осеклась. — В лучшем случае тебе достанется от неё заклинанием наподобие «ешь слизней», — Малфой напирал, — в худшем — авада кедавра с порога. Кэрроу до сих пор не фанатка маглорожденных. Тем более — не твоя фанатка. Но моё присутствие поможет сгладить острые углы, Грейнджер. Драко Малфой выдохся. Пожалуй, это была самая длинная его речь за последнее время. Думал ли он ещё три дня назад, что весь запас красноречия потратит на Гермиону Грейнджер? Едва ли. Грейнджер молчала. Она забарабанила пальцами по столешнице и сжала губы в тонкую упрямую линию. Малфою оставалось только предполагать, что за борьба разворачивалась в данный момент внутри девушки. Наверняка здравый смысл подсказывал, что помощь Малфоя и правда необходима. Однако выученная неприязнь явно не сдавала позиций. Примерно тем же образом вчера ощущал себя Драко, когда размышлял о работе бок о бок с Грейнджер. И дело не в её происхождении, характере, поведении. Дело в дурацком первом впечатлении. Обычно люди запоминают тебя таким, как ты предстал им изначально. Скорее всего, Грейнджер смотрела на него и видела того нахального мальчишку, что отравлял существование ей и её друзьям. Либо, что ещё хуже, — того растерянного угловатого подростка, что забился в угол в особняке своих родителей и отрешённо наблюдал за пытками над Грейнджер. Малфой же видел перед собой всю ту же распятую на полу гриффиндорку, которая кричала, кричала, кричала… Неважно, сколько лет прошло и пройдёт. Неважно, насколько он изменился. Ничего из этого неважно — старые болезненные воспоминания на двоих навсегда повисли между ними. Взгляд Малфоя невольно скользнул по руке Грейнджер, где в своё время прошёлся нож Беллатрисы Лестрейндж. Он сжал зубы и быстро перевёл взгляд на что-то нейтральное наподобие толстой перемотанной верёвками папки — папка периодически ворчала и рычала. — Ты держишься рядом и молчишь. Не задаёшь вопросов, не комментируешь, не пытаешься ставить под сомнение мои методы и не колдуешь без разрешения, — Грейнджер, наконец, прервала паузу. — Я прихожу на работу к восьми и ухожу в восемь. Не хочешь что-то пропустить, придётся подстроиться под мой график. — Напомню, сегодня я пришёл даже раньше тебя, — губы Малфоя растянулись в самодовольной ухмылке. Он вспомнил растерянность на лице припозднившейся утренней Грейнджер и в очередной раз сказал про себя “спасибо” жёсткой бессоннице. Вместо ответа Гермиона с грохотом опустила папку рядом с ним. — Ознакомься, Малфой. Будут вопросы, попробуй ответить на них сам. У меня нет времени. Нужно сдать отчёт. Она отвернулась, всем своим видом продемонстрировав — диалог окончен. Грейнджер разгладила пергамент, окунула перо в чернильницу и быстро застрочила по бумаге. Малфой покорно раскрыл папку и углубился в материалы дела. Он внимательно вчитывался в показания и с минуту разглядывал каждую представленную колдографию. Хотя большинство из них не могли похвастаться приятным содержимым. Вырезанное на груди обеих жертв “Грязнокровка” заставило Драко поморщиться. А вот на оставленных убийцей записках он притормозил. Он был наслышан о них заранее, но не видел лично. — Хм, ты уже нашла, откуда это? — палец Малфоя упирался в знак с черепом и костями. Изображение показалось Драко отдалённо знакомым. Однако он не припоминал, откуда. Гермиона неохотно отвлеклась от отчёта и склонилась к Драко. Опять эти чёртовы духи. Малфой инстинктивно отодвинулся, лишь бы девушка случайно не прикоснулась к открытой коже на лице или шее. От Гермионы этот маневр не укрылся. Но она интерпретировала его по-своему и еле слышно фыркнула. — Нет, — Гермиона покачала головой и поморщилась от досады. — Я вчера перерыла несколько книг. Нашла нечто похожее на гербе одной древней магической семьи. Но схожесть условная — из их черепа вылезает паук. — Я где-то уже видел именно этот знак. Драко в задумчивости водил указательным пальцем по рисунку и повторял его очертания. Грейнджер завороженно следила за ним. Она напряглась, на её лице отразились нетерпение и любопытство. Но она не торопила Малфоя, позволив ему погрузиться в собственные мысли. — Нет, — он вздохнул. — Ничего не приходит в голову. Тень разочарования скользнула в тёплых глазах Грейнджер. Она опять отодвинулась и пробормотала: — Может, Алекто Кэрроу подскажет. Драко кивнул и вернулся к чтению. “Подозреваемый, вероятно, пользуется Оборотным зельем. Свидетели утверждали, что видели входящего и выходящего из дома убийцу. В первый раз им оказалась магл-домработница Байярда Чепмэна, во второй — сосед-магл. Обоих авроры опросили с использованием специальных заклинаний. Маглы в момент совершения преступлений находились далеко от домов убитых”. Эта новость не добавляла Драко оптимизма. Он устало потёр переносицу. Пока он с трудом представлял, как именно им удастся поймать загадочного “Б.С”. А ведь от этого зависела его, Драко, жизнь. Хотя Гермиона Грейнджер и не предполагала, как серьёзно он заинтересован в успехе расследования.

***

Гермиона и Драко трансгрессировали посередине поля, недалеко от небольшой деревеньки, где нынче жила Алекто Кэрроу. Драко без особого удовольствия рассматривал капли, что обдали его брюки при неосторожном приземлении. Он провёл волшебной палочкой, и к одежде вернулась прежняя чистота. А вот Гермиона Грейнджер не обратила на грязь ни малейшего внимания. Не сбавляя темп, она быстро шагала по направлению к видневшимся совсем рядом однотипным крышам маленького населённого пункта. — Так ты теперь частный детектив? — внезапно даже для себя самой поинтересовалась Грейнджер. — Вероятно, — в тон ей ответил Драко. На самом деле, плевать ему было на агентство своего отца. Но признаваться в этом он пока не планировал. Они опять замолчали. Малфой первым решился прервать тишину, раз уж светская беседа почти завязалась. — Как поживает Уизли? Вопрос прозвучал неловко и не к месту. Судьба Уизли не особо волновала Драко Малфоя. Рыжая голова гриффиндорца всплыла в памяти случайно, из-за фото на столе Поттера. Драко стиснул зубы и в ту же секунду пожалел, что вообще задал этот вопрос. Гермиона выглядела не менее напряжённой — Наверное, хорошо. Мы не виделись некоторое время. Малфой ощутил лёгкий укол любопытства. Всё, что он знал про Уизли, — тот работал в магазине своего брата. Драко недавно случайно забрёл в переулок, где находилось детище близнецов Уизли, и нос к носу столкнулся с Роном. Оба предпочли не “видеть” друг друга и разойтись по разным сторонам. — Уизли-король-кривых-ворот тебя бросил? — неуместное веселье легко читалось в интонациях Драко. Гермиона наградила его убийственным взглядом. — У него есть имя. Рон, — отчеканила она каждое слово. — И нет, не бросал. Точнее... Это тебя не касается. Она зарылась в тёплый шарф и опять смотрела прямо перед собой. Драко понял, что тема её зацепила. Возможно, стоило увести беседу в другое русло. Но он не мог подавить соблазн и не подразнить Грейнджер. Малфой и так сегодня весь день её уговаривал и слушался. — Ты его бросила, получается? Какой неожиданный поворот, Грейнджер. Драко издал лёгкий смешок. — Никто никого не бросал, Малфой. Мы просто слишком разные. Гермиона раздражённо цокнула языком. Она явно не намеревалась пускаться в пространные объяснения. И всё же Малфой её вывел. — Понятно, — охотно продолжил Драко. — Перевожу с грейнджерского на человеческий: «Я такая зануда, что даже мой лопоухий бойфренд не выдержал и свалил от меня в закат». Грейнджер тяжело дышала. Её лицо снова пошло красными пятнами. — Он не лопоухий. И не свалил... Ох, да какая разница! Я не собираюсь обсуждать мою личную жизнь с человеком, чьё эмоциональное развитие остановилось лет пятнадцать назад. Мы можем говорить исключительно по делу? В противном случае, я просто никуда с тобой не пойду. У меня нет ни малейшего желания слушать твои незрелые комментарии. Выпалила на одном дыхании и обиженно засопела. Драко не сдержал улыбку. Грейнджер забавно злилась. Её напускные сдержанность и важность моментально отступали, а перед Малфоем появлялась та самая боевая гриффиндорка. Прежние ребяческие привычки возвращались к Драко. Нет, он не хотел сильно её обидеть. Скорее — вывести из равновесия и вызвать хоть какую-то реакцию. В школьные годы ему тоже необъяснимым образом безумно нравилось, когда Гермиона реагировала на него. И раздражало, если она предпочитала просто игнорировать Драко. — Ты чего завелась, Грейнджер. Разные так разные. Гермиона не удостоила его реакцией. Драко заметил, что она старательно выверяла шаги, лишь бы оказаться чуть впереди него. Удавалось ей это с трудом. Высокий Малфой с лёгкостью нагонял Грейнджер своей размашистой походкой. Своеобразная гонка завершилась для Гермионы полным провалом уже у ворот в особняк Кэрроу. Мрачный дом в викторианском стиле обрамлял высокий резной забор. Малфой без особой надежды на успех толкнул калитку, и та, к его удивлению, послушно открылась. Драко пропустил Гермиону перед собой и шагнул следом. Жилище Кэрроу пребывало в плачевном состоянии. Некогда величественный сад выглядел неухоженно. Кое-где прямо посреди дорожки, что вела от ворот к дому, пробивались травяные островки. Было очень тихо, лишь шаги Малфоя и Грейнджер глухо разносились по саду. В давно не знавших уборки окнах не мелькали тени и не горел свет. Складывалось впечатление, что в особняке вовсе никого нет. — Подожди, — Малфой выставил руку перед Гермионой и преградил ей путь. — Лучше Алекто видеть меня первым. Грейнджер закатила глаза, но спорить не стала. У двери висел небольшой молоточек вместо звонка, и Драко постучал им погромче. Несколько секунд ничего не происходило. Однако вскоре до них донеслись шаркающие тяжёлые шаги. Без вопросов Алекто Кэрроу рывком распахнула дверь. — Драко, что ты… — продолжение фразы повисло в воздухе. Алекто заметила за спиной Малфоя Гермиону Грейнджер. Её глаза угрожающе сузились, и на лице отобразились все оттенки презрения. Драко заметил короткое движение — Алекто явно тянулась к волшебной палочке. — Не спеши, Алекто, — с мягкой улыбкой сказал Драко. — Я и мисс Грейнджер пришли к тебе по поводу Амикуса. Мисс Грейнджер — аврор и ведёт расследование. — Пусть эта сраная грязнокровка валит к чёрту, — выплюнула Алекто, не тратя время на долгие раздумья. — Во имя Мерлина и Тёмного Лорда. Драко сжал зубы. Он пытался больше не употреблять слово “грязнокровка”, и чужое упоминание отзывалось тревожным флэшбеком. Астория убедила его, что подобные оскорбления недопустимы. Не то чтобы он сразу проникся её речами. Скорее всерьёз задумался над ними уже после смерти Астории Гринграсс. — Мисс Кэрроу, вы поговорите со мной. Это важно для расследования, — упрямая Гермиона отпихнула Драко и шагнула вперёд. Дальнейшие события развивались стремительно. Алекто проворно выхватила волшебную палочку. Гермиона Грейнджер растерялась — видимо, она не ждала, что её будут атаковать с порога. Справедливости ради, большинство бывших амнистированных Пожирателей и не решились бы на подобное — слишком дорого им далась свобода. Но только не Алекто Кэрроу. В глубине души Драко задавался вопросом, кому пришло в голову пойти на сотрудничество с этой психопаткой. Одним выверенным движением Малфой оттолкнул Грейнджер и бросил в сторону Кэрроу мощное защитное заклинание. Основной поток темного волшебства прошёл мимо, и всё же отголоски магии Кэрроу задели Драко. Красные искры полоснули и больно обожгли шею. Драко инстинктивно прижал пальцы к ране и тут же отдёрнул — поражённая кожа горела. Не смертельно, но неприятно. Он поморщился. Гермиона не удержала равновесие и теперь копошилась на земле. Она запуталась в длинном пальто и поднялась только со второго раза. — Мисс Кэрроу, мы просто хотели поговорить, — в её взволнованном голосе появились назидательные нотки, словно она отчитывала нашкодившего ученика. Гермиона сжимала палочку в одной руке, свободной же потянулась к огненной царапине Драко. Однако он отшатнулся. — Не трогай, — процедил Малфой сквозь зубы. Алекто Кэрроу зависла в нерешительности. Неудачное нападение сбило её с толку, и теперь она не могла понять, стоило ли повторить атаку. — Алекто, неси мазь, — скомандовал Драко опешившей женщине. — Посмотри, что ты наделала. Разве так встречают старых знакомых? Сейчас мы зайдем внутрь, поговорим и забудем о случившемся. Никто же из нас не хочет попасть в Азкабан? В голосе Малфоя появились властные и жёсткие нотки, он подстроился под тон Кэрроу. Гермиона невольно поёжилась. Алекто же вернулась из забытья. Единственное, что пугало Кэрроу, — это возвращение в тюрьму. Всё же ненавидеть предателей крови и грязнокровок из дома удобнее, чем за решеткой. Поэтому она неохотно отступила в прихожую, приглашая гостей. — Пусть это магловское отродье ничего не трогает. Идите прямо по коридору в гостиную. Гермиона открыла было рот, чтобы возмутиться “магловскому отродью”. Однако перевела взгляд на шею Малфоя и передумала. Драко выдохнул, накал потихоньку спадал.