You, The Ocean and Me

Окна-глазницы равнодушно повернулись к миру чёрными бездонными проёмами. Гермиона переводила взор с одного на другой в поисках отблесков: насчитала три тёплых пятна в череде мрака. На втором этаже горела лампа. Если прищуриться, то можно разглядеть, что то был самый простой источник света — колба, нить накаливания, корпус цоколя на огрызке провода. Никаких абажуров в орнамент или цветочек, что обычно придавали интимности и уюта. Хозяин квартиры не захотел оставаться один на один с прохладным электрическим мерцанием. Он перегнулся через подоконник и наполовину высунулся на улицу. На уровне лица тёмного силуэта тлел сигаретный фитиль. Гермиона ощущала себя моряком, что с благодарностью после странствий встретил сигнал маяка. Для неё таким сигналом стала разлагающаяся сигарета в пальцах незнакомца. — Я где-то прочитала недавно. Ты знал, что курение отнимает около десяти лет здоровой жизни? — совершенно не к месту тихо заметила Грейнджер. — Представь, целое десятилетие. Его можно потратить на кругосветное путешествие, освоить новую профессию или прочитать сотни книг, но вместо этого… — Грейнджер, ты мне решила лекцию о здоровом образе жизни прочитать? — перебил её Драко и удивлённо вскинул брови. — Так не утруждайся: магловские способы медленного самоуничтожения меня не интересуют. Теперь. Гермиона осеклась и не решилась поинтересоваться, когда именно до «теперь» закончилось неизвестное ей «раньше». Вообразить Драко Малфоя с табачным изделием в зубах сложно, однако вполне возможно. Достаточно подключить все фантазийные резервы. — Извини, я немного нервничаю, — еле слышно пробормотала она. — Перестань извиняться, — процедил Драко. Второе тёплое пятно — на четвёртом этаже. Мутное отражение повторило телевизионную картинку. По мокрому стеклу ковбои в шляпах скакали на лошадях и на ходу отстреливались от врагов. Без звука бьющих о землю копыт и хлопков-выстрелов фильм лишился половины магии: бессмысленная нечёткая погоня актёров со следами размазанного по лицу автозагара сродни плохому безмолвному танцу. Ковбои сменились блоком рекламы — предложением приобрести высококачественные шины. Последнее «живое» окно — этажом выше от ковбоев. Оно выспыхивало то красным, то жёлтым, то зелёным. Словно то не квартира, а зал клуба, что переливался в такт музыке. Ни в одном из них Гермиона Грейнджер не могла представить Лэндона Смита. Интуиция подсказывала: вряд ли волшебник в бегах устроит вечеринку, подсядет на старые вестерны или на красно-белую пачку с завёрнутым в бумагу табаком. Впрочем, вдруг интуиция ошибалась? Холёный Лэндон Смит и с этим городским каньоном из безликих, редких для Англии многоэтажных домов изначально не вязался. Однако именно здесь по уверениям оперативной группы его видели в последний раз всего пару часов назад. — Некоторые маглы живут так? — с отвращением поинтересовался Малфой, уставившись на прилипший к ботинкам клочок бумаги. Он ни за что не согласился бы убрать его пальцами, но грязный листок не желал покидать укрытие самостоятельно. Драко с нажимом потёр подошву об асфальт. — Некоторые маглы живут ещё хуже, — невесело заметила Гермиона. — Посмотри на статистику, сколько людей в мире существуют за гранью нищеты. Спальное британское гетто по сравнению с их жизнью — не худший вариант. Малфой зыркнул на Гермиону и прошипел: — Грейнджер, ты сегодня с утра магловские газеты листала и решила зачитать мне сводку за неделю? — Нет, просто к слову пришлось, — откликнулась Гермиона и нахмурилась. — Прибереги свою подборку интересных фактов для Донована, — ядовито заметил Драко и резко примолк. Видимо, сам пожалел о собственной несдержанности. Гермиона тяжело вздохнула. Хотя из природной деликатности не стала реагировать тем же образом и оставила ответный выпад при себе. Уже второй день Драко Малфой почему-то на неё злился. Грейнджер догадывалась, что причина столь резкой перемены в настроении крылась в том самом воскресном вечере. Однако никак не могла взять в толк, что именно тогда пошло не так. Неужели Драко расстроился из-за её отказа? Конечно, неприятно, когда тебе говорят «нет». Но Гермиона старалась сгладить ситуацию и оставалась максимально тактичной. Что ещё она могла сделать? С запозданием отклонить приглашение Донована и заявиться на юбилей с Малфоем? Это невежливо. Донован и так при каждой их редкой встрече в Министерстве тепло улыбался, заговорщицки подмигивал и многозначительно выдавал: «Увидимся у Дюпона». Похоже, ему на самом деле важен тот поход, и он позвал Гермиону первой. Справедливо пойти с ним. В голове Грейнджер все доводы звучали складно и логично. На деле же Драко не позволял ей озвучить их вслух. Всякий раз, как Гермиона пыталась заговорить о движущей силе его гнева, он менял тему и сводил беседу к сухому обсуждению расследования. Невыносимые два дня. И если в понедельник Гермиона хотя бы зарылась в отчеты и ненадолго отключилась от внешних раздражителей, то сегодня искренне страдала из-за поведения Малфоя. Странные неприятные ощущения: словно он открылся Гермионе, вылез из раковины и опять захлопнул её, попутно больно прищемив девушке пальцы. — И что мы будем делать? Ходить по всем магловским квартирам? — пробурчал Драко. — Я попробую соединить выявляющие волшебные чары с заклинанием, позволяющим обнаружить человеческое присутствие. Если оно не укажет нам точное положение, то хотя бы позволит узнать, откуда исходит магическая энергия Смита. Наверное. По крайней мере, в теории оно обязано сработать именно так, — покорно объяснила Гермиона, шагнув в тёмный подъезд. — В теории, — повторил Драко. — А на практике, вероятно, ничего не выйдет? — Я предпочитаю оставаться оптимистом, Малфой. Что и тебе советую, — лицо Гермионы украсила натянутая улыбка. В крошечном грязном холле горела единственная целая лампочка. Она ритмично моргала, то освещая помещения, то погружая его в темноту. Впрочем, это лишь на руку Грейнджер. Гермиона воровато огляделась по сторонам в поисках случайных свидетелей, извлекла из кармана волшебную палочку, набрала в грудь воздуха и настроилась на рабочий лад. Её напарник застыл неподалёку. Драко засунул руки в карманы и старался не касаться ни разрисованных стен, ни кнопки лифта, ни пыльных подоконников. В окружающей обстановке он смотрелся чужеродным элементом — как чёрный лимузин с гладкими боками среди побитых жизнью школьных автобусов. Он скрывал малейшие зачатки интереса за маской равнодушия и всё же периодически внимательно всматривался в какие-то незначительные детали: в розовый отпечаток уже побывавшей в чьём-то рту жвачки, в сотворённую красками кривую подпись, в набитую окурками банку из-под томатного супа. Периодически он морщился — должно быть, неприятная картина для бесконечно далёкого от нищих кварталов Малфоя. Гермиона отвернулась от него: Драко отвлекал одним своим присутствием. Плавно повела верной соратницей из виноградной лозы и принялась за дело. Иногда волшебство было эффектным: с яркими всполохами, разноцветными вспышками и спецэффектами, какие и не снились голливудским киноделам. Но не сейчас. Магия Гермионы иного рода — вдумчивая и практически не резонирующая с доступной глазам реальностью. Разве что воздух периодически будто обретал телесную форму: трещал, дрожал и немного искрился. Впрочем, любой фанат алкогольных напитков и тяжёлых веществ принял бы эти волнения за очередной приход воспалённого сознания. — Хм, странно, — пробормотала Грейнджер минут через пять. Драко и наводящий вопрос задать не успел, как она сама же ответила. — Здесь вообще нет следов недавней магии. По крайней мере, её не применяли последние сутки. Даже популярных у беглецов маскирующих чар нет. Ничего. Самый магловский дом из всех возможных. Она предприняла последнюю бесполезную попытку и признала поражение — конец волшебной палочки уткнулся в пол. — Может, всё это ошибка, и Лэндона Смита здесь никогда не было? — неохотно предположил Драко. Ему не нравилось терять одну из немногочисленных ниточек. — Я же говорил, пусть оперативная группа проверит сначала. Зачем нам тратить время? О, будь Гермиона менее воспитана, с радостью сообщила бы — зачем: чтобы ей не приходилось весь день наблюдать его кислую физиономию в Министерстве. Выход в «поле» хотя бы на несколько секунд озарил Драко Малфоя энтузиазмом, который, правда, поутих, когда они прибыли к локации. Однако Грейнджер сдержалась. — Или мистер Смит из осторожности не пользовался магией, — откликнулась она. — По волшебному следу аврорам найти его намного легче. Но если вести себя как магл, задача для авроров усложняется, поскольку они не привыкли работать с маглами. — Разумно, — кивнул Драко. — Единственное «но»: мне Лэндон Смит не показался настолько сообразительным парнем. Вспомни, он напал на нас в первые же секунды. Погорячившийся дурак, а не продуманный стратег. Гермиона неопределённо пожала плечами. Так-то о Лэндоне Смите знали они немного. Та вспышка могла быть продиктована испугом и состоянием аффекта. Возможно, наедине с собой мистер Смит набрался сил и сумел наметить неплохой план действий. По крайней мере, скрывался он до этого дня вполне успешно. А если ему ещё и Захария помогал… С Захарией Гермиона не общалась — в Министерстве они не пересекались. Она честно планировала сообщить ему о сегодняшней находке, но до второй половины дня младший Смит в офисе так и не появился. Не было там и Элинор, что сумела бы передать ему весточку от Гермионы в случае чего — совершенно не вовремя помощница Робардса взяла отгул. Да и сам Робардс последовал её примеру. В общем, ни одного человека, с кем существовала возможность согласовать действия и через кого передать сообщение. — Я бы всё же проверила наверняка, — твёрдо произнесла Гермиона. — Волшебник, что предоставил нам эти сведения о Смите, выглядел вполне надежным. И правда, усатый маг средних лет, который взволнованно вещал о случайной встрече с «тем психом из газет», не производил впечатление отъявленного лжеца. Скорее казался неравнодушным и немного нервозным самаритянином. Хотя всегда оставался человеческий фактор: гонимые испугом люди порой видели опасных преступников в случайных прохожих, мозг самостоятельно дорисовывал незнакомцам нужные, подсмотренные на газетных полосах черты. Однако проверять подобные свидетельства — одна из важнейших рабочих задач Гермионы. — Значит, всё-таки ходить по всем квартирам, — сокрушённо сообщил Драко. — Я попробую придумать что-нибудь получше, — растерянно сказала Гермиона и двинулась в сторону лестницы. Она абсолютно не понимала, что делать. Бродить по всем потенциальным соседям Лэндона — и жизни не хватило бы. Не внушал оптимизма и тот факт, что дом — не самый благополучный, и, следовательно, велик шанс наткнуться на неприятных представителей магловского мирка. Но Гермиона не планировала отступать. Природное упрямство попросту не позволило бы. — Слышишь? — Гермиона притормозила на втором этаже. Откуда-то сверху доносились громкие голоса и смешки. Здравый смысл подсказывал: стоит идти от них. Однако чутьё аврора говорило обратное: спеши к вероятным свидетелям. — Кучка подростков матерится. Что я ещё должен услышать, — пробурчал Малфой. — Подожди, Грейнджер! Она прибавила скорости, хотя передвигаться было непросто: на лестнице света не больше, чем в холле. К тому же, на ступеньках то тут, то там высились островки разноцветного мусора из смятых банок, пустых бутылок и упаковок от крекеров. Видимо, посиделки на лестничной клетке для данного дома — не редкость. Гермиона косилась под ноги и проворно перепрыгивала отходы. Впрочем, выходило у неё неплохо: в спину подгонял невесть откуда взявшийся азарт. Драко справлялся хуже. Пыхтел, тихо сыпал проклятиями и, судя по шуму, благополучно угодил ботинком в одну из банок. — Грейнджер, куда ты? — прорычал он и ухватил её за плечо. Она выбралась из его некрепкой хватки. — Спросим у них. Вдруг они что-то видели или слышали, — сообщила на ходу, не сбавляя скорости. К развесёлой компании Гермиона спешила, как тяжелоатлет рвётся к финишной прямой. Словно в сжимающих пиво руках подростков таились разгадки всех тайн мира. А, может, так оно и было? Откровения усатого свидетеля — первая серьёзная ниточка к местонахождению Лэндона Смита. В глубине души Гермиона с самой первой секунды, когда мистер Смит растворился в воздухе, опасалась: он сбежит куда-то далеко-далеко, и его уже не найти. Обычное дело для более-менее опытных волшебников. При желании и должном умении можно скрываться годами. Сообщение о случайной встрече со Смитом в неблагополучном районе на окраине Манчестера обнадёживало. И, естественно, порождало с десяток вопросов, основной из которых: по каким соображениям Лэндон предпочёл остаться в Англии? Закончить начатое? Убить оставшихся волшебников из его списка? Грейнджер надеялась, что ответы скоро найдутся. Подростки засели между четвёртым и пятым этажами. Их было трое. Девушка лет шестнадцати с выжженными светлой краской волосами, пирсингом в носу и кривоватой татуировкой в виде трилистника на шее держала в руках бутылку с дешёвым хересом и время от времени припадала к ней. Гермиона с первого же подобного глотка заметила, что содержимое не уменьшилось ни на йоту. На подоконнике расположился предположительно главарь банды. По крайней мере, стоило ему раскрыть рот, где на самом видном месте чернел провал вместо зуба, как остальные замолкали. Он жевал чипсы и пальцы вытирал о видавшую и лучшие времена футболку Манчестер Сити. Третий юноша — старше и выше остальных. Своими пронзительными светлыми глазами с мечтательной поволокой он напомнил Гермионе Дэймона Албарна из нежно любимой ею группы Blur, и она невольно чуть было не погрузилась в философские размышления на тему: почему одним с такой внешностью стадионы и слава, а другим — грязные подъезды и самое недорогое пиво из супермаркета. — Здравствуйте! — звонким, каким-то не своим голоском оповестила Гермиона и примолкла. Не так уж и часто в своей жизни она вела беседы с детьми из неблагополучных районов, поэтому заметно растерялась. — Здравствуйте, — передразнил её главарь, — мэ-э-эм. Он в насмешливой манере тянул гласную. Тем же тоном можно сказать любое оскорбление, разницы примерно никакой. Девушка с хересом заискивающе хихикнула. — Вы копы? — с подозрением спросил местный «Албарн». Слегка отклонился назад и просканировал прозрачным взором зависшего за Гермионой Малфоя. — Барри, это точно чёртовы копы! «Албарн» напрягся, его тонкие загорелые пальцы невольно сжались в кулаки. Грейнджер инстинктивно сделала полшага назад. Диалог не задался с первых же секунд. — Подожди, Сэм, — Барри вскинул руку. — Может, мэ-э-эм сама ответит на наш вопрос. Вы копы? — Возможно, — пискнула Гермиона и досадливо поморщилась. Мысленно она всегда ассоциировала авроров с полицейскими, вот и прокололась случайно. — Нет, — внезапно твёрдо сказал Драко. Его бархатный тон звучал низко и уверенно. Малфой аккуратно подвинул Грейнджер и выступил вперед. — Мы простые прохожие. У нас есть к вам пара вопросов и немного денег, которыми мы готовы поделиться. Драко бросил короткий вопросительный взгляд на Гермиону. Видимо, его интересовало, действительно ли у них имелись наличные либо он блефовал. Грейнджер коротко кивнула: в бумажнике, к счастью, теплились несколько магловских фунтов. Хотя она и не была уверена, что открыто говорить о них в неблагополучном районе — отличное решение. Драко и главарь-Барри уставились друг на друга. Малфой — с прохладной решимостью, Барри — с вызовом. Гермиона же невольно задумалась, что более противоположных людей, чем Барри и Драко, не найти. И всё же почему-то Малфой вместо неё перехватил инициативу в беседе. — А если мы попробуем отнять немного денег и не захотим отвечать на ваши тупые вопросы? — с усмешкой спросил Барри. Глаза его оставались настороженными. Всё же потенциальную угрозу он старался оценивать здраво. — Не советую, — коротко отрезал Драко. Да с такой бескомпромиссной жесткостью, что даже Гермиона невольно поёжилась. Барри сначала уставился на до сих пор не обронившую ни слова девицу. Она важно закивала в немом согласии. Тогда он перевёл вопросительный взор на Сэма-Албарна. Тот отрицательно помотал головой. Мнения разошлись, и, как ожидала Гермиона, победила жадность. Барри хрустнул косточками, разминая пальцы, и произнёс: — Ну, валяй, не-коп. Спрашивай. Драко обернулся к Гермионе, без слов приглашая её вступить в диалог. Она поковырялась в сумочке через плечо и достала заготовленную колдографию Лэндона Смита. К счастью, предусмотрительная Грейнджер заранее с помощью чар заставила Лэндона со снимка на время стать неподвижным. — Вы видели этого человека? — откликнулась Гермиона. Барри, Сэм и девица с хересом наклонились и с полминуты пялились на мистера Смита. Тридцать секунд, что показались Гермионе Грейнджер вечностью. В нос бил запах дешёвого алкоголя, краски и потных тел. Незабываемое сочетание, что ей резко захотелось смыть с себя. Жаль, до встречи с душем ещё так много часов. — Пятьдесят фунтов, — отозвался Барри. — Что? — переспросила Грейнджер. — Пятьдесят фунтов, или мы никого не видели. — Идёт, — ни на секунду не усомнившись, выдала Гермиона. Многовато, но за ценные сведения она заплатила бы и больше. В конце концов, это всего лишь деньги. Зато, судя по изменившемуся выражению лица Барри, он что-то да знал. — Деньги вперёд. Под пристальными взглядами собравшихся, Гермиона достала бумажник, прикрыла его ладонью от Сэма, что норовил засунуть свой нос внутрь, и назидательно помотала пальцем. Сэм-Албарн фыркнул, однако смолчал. Шершавая, идеально прямая бумажка перекочевала в руку Барри. Тот проверил её на тусклом свете лампы, зачем-то помял и сунул в карман. — Есть здесь такой, мэ-э-эм, — начал Барри. — Он въехал надо мной и мамкой в пустую квартиру то ли вчера, то ли сегодня. Я иногда курю там на лестничной площадке, чтобы мамка не увидела. Я ещё удивился: та квартира пустовала уже несколько лет, а тут такой щёголь вселился. Гермиона Грейнджер готова была подпрыгнуть от радости. Конечно, она сдержалась — не по должности ей столь бурно выражать восторг. — На каком этаже ты живешь, Барри? — поинтересовалась она. Как только разговор был завершён, стайка подростков подорвалась с места и за секунду растворилась в подъездной темноте. Лишь их торопливые шаги раздавались откуда-то снизу. Они так спешно бежали, словно опасались, что Гермиона и Драко отберут честно заработанные деньги. — Ты бы могла использовать волшебную палочку, и тебе не пришлось им платить, — задумчиво выдал Малфой, пока Гермиона прятала фотографию. — Я предпочитаю честные сделки, — пояснила она. — Надеюсь, Барри и его друзья купят себе что-то полезное. Как реалистка, она понимала: вероятно, компания подростков уже на полпути к супермаркету, где они наполнят корзину алкоголем, чипсами и сигаретами. Однако вера в лучшее в людях заставляла надеяться, что по дороге они зацепятся взором за яркую вывеску книжного магазина и свернут к ней. Да-да, глупая фантазия. Но чудеса иногда случались. Даже такие… невероятные. — Ты же понимаешь, что полезное в их понимании — ещё немного пива? — усмехнувшись, Драко озвучил мысли самой Гермионы. Она поморщилась и промолчала. Драко и Гермиону снова ожидал забег по лестнице. Правда, в этот раз Малфой не пытался остановить Грейнджер. Осознание, что они так близко к Лэндону Смиту, отдавалось в теле Грейнджер яркими вспышками из адреналина, триумфа и радостного предвкушения. Помнится, столь невероятные ощущения от работы она испытывала ранее лишь полтора года назад, когда вместе с Гарри обнаружила важные улики, что переворачивали всё дело с ног на голову. Этому удовольствию не сравниваться ни с чем, и именно за него Гермиона так сильно ценила свою работу. — Рон, разве ты не чувствовал это томление в груди? — в отчаянии вопрошала Грейнджер у Уизли во время очередной ссоры. Одной из последних их ссор. — Когда всё становится на свои места, пазл складывается, и ты близок к разгадке? — Нет, Гермиона, — раздражённо отвечал он. — Звучишь как наркоман. Только вместо наркотиков у тебя один аврорат на уме. Гермиона перепрыгнула через ступеньку и на ходу извлекла волшебную палочку, готовая к решительным действиям. Дабы отвлечься и немного привести мысли в порядок, она буднично заметила: — А ты неплохо держался, Малфой. Никогда бы не подумала, что ты найдёшь общий язык с магловскими детьми. — Возможно, Грейнджер, я не так много понимаю в маглах. Зато я знаю, как общаться с трудными подростками. Хогвартс, не-Хогвартс — они везде одинаковы, — хмыкнул Драко. Справедливое наблюдение.

***

Гермиона притормозила этажом ниже от предполагаемого укрытия Лэндона Смита — там, где жили Барри с «мамкой». В отличие от прочих, эта лестничная площадка была более обжитой. Лампа не трещала и не моргала, а ярко освещала всё пространство — видимо, здесь её периодически меняли на новую. В воздухе разносился аромат чего-то вкусного: кажется, жареного картофеля с мясом. На пыльном подоконнике даже стояла плошка с цветком. Правда, зелёные листья заметно пожухли: желтоватые оттенки и сухие края намекали, что смерть несчастного растения близка. Грейнджер стало жалко портить и без того не самое уютное пространство, однако она всё же подняла руку с волшебной палочкой и заставила единственный источник света погаснуть. Гермиона и Драко снова погрузились во мрак, и на миг ей почудилось, будто она и вовсе ощущает тьму каждой клеточкой тела. Тёмные оттенки окраины Манчестера отложились на сетчатке и впитались в одежду не хуже запаха дыма. Странное и неприятное ощущение, словно Гермиона — героиня плохо пропечатанного нуарного детектива, и в её двухмерном существовании на листке с буквами никогда больше не будет красок. — Чего мы ждём? — прошипел Малфой. Весь он устремился вперед. Правая нога уже покоилась на ступеньке, а левая вот-вот норовила сорваться с пола следом. Взгляд Драко то и дело скользил по перилам, выше. И сам он превратился в оголённый нерв, готовый лопнуть в любую секунду. В спину Драко подгоняли азарт, желание докопаться до истины и, конечно, близость важной для него разгадки проклятия. — Тише. Нам нужно подготовиться, — шёпотом ответила Гермиона и первым делом использовала заглушающее заклятие, чтобы её беседа с Малфоем не привлекла лишних свидетелей. — Может, я пойду первой, а ты… — Мы уже это проходили, Грейнджер, — прервал её Драко, не дослушав. — Ты идёшь первой, я появляюсь через пятнадцать минут и героически тебя спасаю. Гермиона шумно выдохнула и кинула на Драко испепеляющий взор. У неё было не так-то много свободного времени, чтобы сесть и проанализировать события последних дней не с точки зрения ищущего преступника аврора, а со стороны самой себя — простой волшебницы Грейнджер. Однако она выделила на это важное дело несколько минут в душе, и ей тут же сделалось стыдно. Проплывавшие перед глазами картины битвы в доме Смита щипали их не хуже шампуня. Всякое движение, каждое слово или действие казались неверными. Вернись она в прошлое, то двигалась, боролась и дышала не так, а иначе. Она искренне пожалела, что её жизнь — не видеоплёнка, которую лёгким нажатием кнопки можно перемотать к начальным титрам или кульминационному жёсткому моменту. Впрочем, определённое сходство с фильмом имелось: как его нельзя переписать на ходу по желанию зрителя, так и существование Гермионы не подстраивалось под её фантазии. Тогда Гермиона посмотрела на себя со стороны и… ужаснулась. Неужели такой её наблюдал Малфой? Беспомощная, потерянная, не совершившая ничего важного. Она винила себя во всех ошибках, проволочках, паузах в расследовании. Это она обязана помогать случайному свидетелю её провалов — Драко. А получалось наоборот. То он в доме Кэрроу подставился, то у Ноттов на себя вину взял, то защитил её от Смита… Вот бы отплатить Малфою тем же — приятно отдавать долги. Только удачного случая не подворачивалось. — Я не просила меня спасать, — отчеканила Гермиона и, смягчившись, добавила. — Но я всё равно благодарна тебе, Малфой. Однако сейчас мы поступим по-моему. Мы не можем позволить Лэндону Смиту снова сбежать. — Грейнджер, мы просто теряем время, — пробормотал Драко. Хотя и послушно застыл в тревожном ожидании. Гермиона принялась колдовать. Как и в любой другой ситуации, размеренное, степенное волшебство, в котором она была уверена, её успокаивало. Магия лилась по всему телу, отдавалась приятным покалыванием в кончиках пальцев, что сжимали палочку. Процесс она могла бы сравнить, как ни странно, с вдумчивым актом двух любовников. Да-да, немного неловкая аналогия, которую Гермиона постеснялась бы озвучить вслух. И всё же приток эмоций сродни именно ему. Мимолётное ощущение, что ты могущественна, всесильна и знаешь и можешь всё на свете. Совсем другое дело, по мнению Грейнджер, магия порывистая, боевая, что так хорошо удавалась Гарри и порой подводила её. В сложных ситуациях Гермиона иногда терялась. Напряжение сковывало все органы чувств и захватывало её с головой. В школьные годы особенно сильно, во взрослой жизни — реже. Одна из самых талантливых ведьм своего поколения, Гермиона Грейнджер, долгими месяцами в аврорате училась сохранять самоконтроль в кризисных ситуациях. Тогда Гермиона осознала: она — идеальная кандидатура на роль какого-нибудь первого помощника Министра Магии и совсем не идеальный кандидат на пост аврора. Но когда Грейнджер выбирала лёгкие пути? Гермиона на пару секунд прикрыла глаза и постаралась откинуть любые сомнения. Она справится. Она учтёт прежние ошибки и предусмотрит все варианты развития событий. Лэндону Смиту не скрыться. — Я не вижу присутствия кого-либо этажом выше. Чары никого не выявили, — нахмурившись, призналась Гермиона. — Лэндона там нет, получается? — в нетерпении спросил Драко. — Может, и нет. Проверь сам, если хочешь: заклинание обнаружения оказалось бесполезным. Но всегда существует вероятность, что мистер Смит нашёл вариант защитить себя. — Ты сама упоминала ранее, что в этом доме нет следов магии, — «подловил» Малфой. Выглядел он на редкость раздосадованным: любое препятствие на пути к правде он в данную секунду воспринимал особо болезненно. Гермиона пожала плечами, она старалась оставаться оптимисткой до последнего. Не зря же они преодолели такой длинный путь? — Помнишь «гри-гри» у него дома? Мистер Смит полон сюрпризов. — А нам-то что делать, Грейнджер, с этими сюрпризами? Стоять и до старости гадать, какую ещё вудистскую защитную дрянь он раскопал? — вскипел Драко. Гермиона слабо улыбнулась. — Пожалуй, пришло время поступить по-твоему. Пойдём, взломаем дверь и выясним всё лично. Но, — Грейнджер обогнала его и зависла на несколько ступеней выше, — я иду первой. Гермиона расправила плечи и выпрямила спину. Если уж и вступать в бой, то с гордо задранной головой! А в том, что Лэндон окажет сопротивление, она не сомневалась. Если, конечно, он здесь и не успел скрыться в неизвестном направлении. Что больше прочего почему-то поразило Гермиону этажом выше, так это тёмный провал вместо двери в соседней от Смита квартире. Тусклый уличный фонарь в окне подсвечивал коридор и клоки-обои. Однако заканчивались они чёрной пустотой. Возможно, если прищуриться да приглядеться, то заметишь что-то помимо тягучего мрака. Но Гермиона предпочла сосредоточиться на вещах поважнее. Она отметила про себя, что весь этот дом — идеальное укрытие для беглого преступника. Пожалуй, даже слишком карикатурное. Примерно в таких прятались загримированные актёры сериалов-процедуралов или жутковатых триллеров. Подобно Драко и Гермионе, актёры-детективы обычно метались между этажами. И, к сожалению, за одним из новых поворотов получали неожиданным сюжетным твистом в лицо: то есть, их били чем-то тяжёлым, или маньяк тыкал пистолетом в идеальный, прооперированный нос главной звезды. Кульминация всегда требовала хлеба, зрелищ и длинной злодейской речи на тему «Почему я так поступил?». Гермиона обернулась к Драко в поисках поддержки. Её взгляд «мазнул» по проёму. Почудилось, будто где-то там, в самом конце в ночи мелькнул тёмный силуэт. Правда, он быстро исчез — реальные люди так не двигались. Скорее — игра взбудораженного воображения, которое охотно дорисовывало монстров. — Идём? — одними губами произнёс Малфой. Вместо полноценного ответа, Грейнджер кивнула и воздействовала на дверную ручку заклятием. Деревянный, изрисованный местными хулиганами проход отъехал в сторону с характерным скрипом давно не смазанных петель. Гермиона и Драко ступили в узкую прихожую. В нос ударил неприятный запах: сочетание плесени, пыли и чего-то кисловатого. Такой редко встретишь в стандартной жилой квартире, и он с трудом ассоциировался с Лэндоном Смитом. Первая же дверь вела в туалет. Грейнджер толкнула её и направила конец волшебной палочки в помещение. Перестраховалась она абсолютно напрасно: узкий санузел «радовал» старой сантехникой и пустотой. Гермиона и её напарник, не сговариваясь, двинулись дальше. Гермиона понятия не имела, почему Лэндон Смит укрылся именно здесь. Откуда взрослый, обеспеченный волшебник, который большую часть жизни провёл в благополучном районе, узнал о безликих многоэтажных домах Манчестера? Что влекло его сюда? Он мог выбрать любое место в Британии: мог спрятаться в зелёной деревенской глубинке, мог затеряться в череде магловских отелей Бирмингема или Лидса, мог попросить помощи у кого-то из своих надёжных друзей. Но он был в Манчестере, в грязной бетонной коробке. И чем глубже Гермиона уходила в квартиру, тем больше сомневалась: правда ли усатый свидетель встретился с Лэндоном Смитом, действительно ли Барри лицезрел именно его, а не похожего магла? Гермиону и Драко окружила звенящая тишина. Ни шороха, ни стука, ни шепота. Словно их тут двое, и больше никого. Словно весь мир поставил себя же на паузу. Хотя это странное ощущение сразу же растворилось, стоило Грейнджер напрячь слух и с облегчением резюмировать: где-то вдалеке на улице до сих пор разносился обычный городской шум. Просто она настолько напряжена, что и забыла про него. Всё её естество направлено к единственной цели: Лэндону Смиту. По пути Гермиона заглянула на кухню — такую же пустую и грязную. Из всей сантехники — лишь покосившаяся плита да раковина. Даже холодильника не имелось. На столе в пакете лежал засохший хлеб, а рядом стояли грязные тарелки. Сердце Грейнджер от данной находки радостно затрепетало: квартира, вероятно, всё же была обитаема. Узкий коридор упирался в последнюю дверь, что вела в единственную комнату. Драко и Гермиона обменялись многозначительными взорами. Видимо, думали они об одном и том же: за куском деревяшки их ожидала либо победа, либо очередное разочарование. Гермиона справедливо рассудила, что уже нет смысла скрывать своё появление, и на ходу громко известила: — Мистер Смит, не вздумайте бежать, из ва… — несущее в себе угрозу продолжение фразы «из вашего дома невозможно трансгрессировать, вы в ловушке» застряло в горле. Поражённая открывшимся перед ней зрелищем, Гермиона застыла на пороге. Драко врезался в неё и что-то недовольно пробурчал. Он пока не поднял взгляд, не окинул им помещение, и реальность не ударила его обухом по затылку. Счастливые моменты неведения. Пожалуй, Гермиона-школьница на её месте с ужасом взвизгнула бы. Взрослая версия сдержалась. Только прижала ладонь к губам и подавила тяжёлый вздох. Как завороженная она смотрела на ноги в светлых ботинках, что колыхались перед ней. Их обладатель висел на затянутой на шее веревке, которую перекинул через расчищенную балку под потолком. Странно, что сама балка держалась без помощи магии. Сложно представить, какой крепкой она должна быть, чтобы выдержать плотного мистера Смита. Впрочем, обо всём этом, как сторонний равнодушный наблюдатель и аврор, Гермиона поразмыслит после. В данное же мгновение она осознавала как никогда ярко: вздувшееся, безжизненное лицо мистера Смита ещё долго будет являться к ней во снах. Но она не могла перестать на него смотреть. — Какого Мерлина, — тихо выругался Драко. — Он покончил с собой, Малфой, — зачем-то пояснила Гермиона. Будто он сам не заметил. — Наш основной подозреваемый ушёл. Она буквально заставила себя отвернуться и оглядеться. На столе, ближе к двери лежали листы пергамента и перепачканное в чернилах перо. Гермиона направилась к ним в поисках подсказки и ухватилась как утопающий за соломинку — у неё появился весомый повод повернуться спиной к Лэндону Смиту. Хотя бы на короткие мгновения. — Кажется, это предсмертная записка, — глухо сообщила Гермиона и с удивлением добавила, прочитав верхнюю строчку, — и она для меня.