Энциклопедия счастья

Доброе утро началось в три часа ночи. Антон еле разлепил глаза от какого-то шороха и шепота, который казался даже зловещим на фоне спящей атмосферы вокруг, но тут же сон как рукой сняло от увиденного. На полу сидела то ли Оля, то ли Марина и при свете тлеющих свеч рисовала что-то на листочках, при этом тихо бубня себе под нос какую-то мантру. Следом за Шастом подорвалась Маша, которая в отличии от юноши быстро среагировала и потушила все свечи, зажигая свет в настольной лампе. — Какого чёрта? — прорычала она. — Ой извините, забыла что живу с эгоистами, — сидящая на полу Оля театрально вздохнула. — Эгоистами? — изумилась Маша. — А тебе пофиг что все спят? Ты вообще что делаешь? — Приворот на нашего испанца Арсения Сергеевича, — невозмутимо кинула Оля и обвела взглядом потухшие свечи. — А вы все испортили. Как всегда. — Господи, Оль, давай прикрывай лавочку. Все спать хотят, а твоего Сергеевича никто не уведет, — Маша закатила глаза и принялась собирать свечки. — Это все из-за того, что с нами пацан в комнате, — девушка тыкнула пальцем в Антона и принялась пыхтеть дальше: — я не буду спать с ним в одном номере! Вдруг он что-то со мной сделает. — Что за бред? — изумилась Мария, пытаясь всячески вступаться за юношу. Через полчаса Шасту все-таки пришлось покинуть их комнату, потому что терпеть вопли близняшек (вторая присоединилась выгонять юношу как только разлепила глаза) он не был намерен. Хорошо что хоть Николь удалось нормально поспать. В номере у парня было тихо и темно. Антон надеялся что Арсений Сергеевич спит, но в воздухе витало непривычное густое напряжение, заставляя напрячь плечи и держать уши в остро. — Где был? — послышалось с балкона, как только Шаст включил свет, перед этим долго ища выключатель. — Спасал Вас от чего-то страшного, наверное? — он сам не знал как себя оправдать, ведь «был у сестры» звучит как-то глупо, а так хотя бы полуправду выдал. — От чего? — присвистнул учитель и зашел в комнату, закрывая за собой дверь. На это Антон только пожал плечами и улегся на свою кровать. — Извините, — послышался тихий вздох Попова и свет вновь потух, оставляя после себя безграничную темноту, хоть глаза выкалывай. Шаст так и не смог уснуть, пялясь то на потолок, то на часы, то на соседа по комнате. Пытался прикрыть глаза, но сон никак не шел, а звуки на улице с каждым часом становились все громче. Уже в шесть парню пришлось встать и усесться на балконе, смотря на просыпающийся Питер. Антон опять начал думать. Разбирать себя по камушкам, а потом обратно складывать мозаику и возводить крепости. Странно, почему именно в этом кресле утопаешь, как в зыбучих песках, без возможности выбраться наружу. Дремота окутала незамедлительно, а дальше тягучая, спокойная и крепкая пустота.

***

Очередную экскурсию в четверг пришлось отменить из-за дождя, который лил как из ведра, создавая плотный серый занавес, а огромные капли быстрыми ручьями скатывались по панорамных окнах балкона. Вместо посещения очередного музея Наталья Максимовна предложила развлечься разными играми на третьем этаже в общем зале. У ребят особо выбора не было: либо оставались в комнатах, либо поддерживали атмосферу с учителем. Антон бы предпочел отдохнуть в комнате, но там сидел Арсений Сергеевич, а юноша до сих пор испытывал жаркий стыд за проделку с сигаретами. Да и после приворота Оли невозможно на него смотреть без слез. Не повезло конечно мужику. Сев справа от Маши он принялся слушать правила игры, в которую физручка настоятельно рекомендовала поиграть. — Ребятки, разбираем листочки, пишем свое слово и лепим человеку слева от себя, — Наталья Максимовна мастерски отрывала желтые стикеры от стопки и раздавала по кругу. — Это что, «Угадай, кто?», — спросил юноша напротив Антона и учительница ликующе закивала. — Какие вы умные. Будем играть по часовой стрелке, фломастер один: передаем его по очереди. Кто написал лепит наклейку товарищу, — принялась дальше командовать она. Пишущий предмет быстро пустили по кругу, запах спирта бил в нос, а на лбу Шастуна уже красовался кусочек бледной бумаги. Он не знал что ожидать от Маши, а вот юноше попалась милая девушка, которой он написал не менее милое «опарыш». Игра разгорелась в считанные минуты. Каждый задавал вопросы, и после ответа «нет» переходили к следующему человеку. К Маше дошли спустя две минуты игры, и она активно начала отгадывать кривое «каскадер» на своем лбу. — Я человек? — самый банальный вопрос, но он так необходим. — Да. — Пиз., — Мария прикусила язык и посмотрела на Наташку, которая уже метала лихие молнии. — Я человек типо профессия? — Типо. Светловолосая уткнулась в кулак чтобы опять не сболтнуть лишнего. Она начала крутить локоны волос на пальце и задумчиво смотреть в окно, будто там были написаны ответы. — Эта профессия связана с чем-то опасным? — ученики закивали и Маша осмелилась предположить: — я сапер? — Нет. Очередь перешла к Шастуну, а он считал себя тупым как пробка, тем более, Мария первая кто так далеко забрался. — Я животное? — идти по шаблону — лучший вариант. — Да. — Я вожусь в России? — Да, — умно спросить о всей России, когда она такая огромная. — Все присутствующие знают это животное? Дети переглянулись и живо закивали. Что ещё за «в мире животных», Боже. Пока Антон пытался придумать вопрос с положительным ответом, чтобы выиграть ещё парочку для себя, из комнаты вышел Арсений Сергеевич, обвел всех присутствующих уставшими глазами и задержался на юноше, немного прищурив взгляд. Пока Шаст размышлял, Наталья Максимовна слезно просила испанца присоединиться к ним, обещая ему лучшее времяпровождения, нежели просто тухнуть в номере, но тот лишь отмахнулся и сказал что уходит на часик-второй, чтобы встретиться с кем-то. Антона вся их беседа не интересовала, он ждал пока учитель испанского испариться, чтобы продолжить игру. Когда это случилось, он опять начал свой допрос. — Я животное из мультика? — Да. — Я большое животное? — Больше нет, чем да. Нет, — Маша поморщилась и посмотрела на Антоновскую карточку. Перешли к другим игрокам, которые дальше двух вопросов не заходили. Вновь до Марии дошли с разрывом в пять минут. — Я какой-нибудь… Ну не знаю, — пожала плечами она и осмелилась предположить: — каскадер может быть? — Правильно, — ликующе подпрыгнула на месте физручка, заставив Антона дернуться от громкого звука. Наверное, он бы тоже ликовал, играя с такими глупыми людьми. Себя он тоже посчитал. Вот как эта Настя не могла отгадать опарыша у себя на лбу? Ну если уже Маша отгадала, то Шаст просто обязан быть вторым. Маленькое животное из мультика. Или среднее. — Я из Диснея? — Да, — Максимовна опять широко улыбалась, будто Антон выиграл чемпионат и привез сразу три медали: золотую, серебряную и бронзовую. О, ну тут все понятно. Николь обожала мультфильмы Уолта Диснея и заставляла брата одного «Дамбо» пересматривать раз двадцать. — Это старый мультфильм? — Шаст прокручивал в голове все известные ему фильмы, и помимо слоненка знал как минимум два-три. — Да, — опять хором ответили дети. — Если Дамбо большое животное, вы не настолько изверги чтобы мне загадывать какого-то из ста далматинцев, — начал размышлять вслух юноша, уставив взгляд в потолок. А что, Маше вон помогло, правда потолок не окно, но тоже сойдет. — Тогда остается Дональд Дак и Бэмби. По крайней мере это все что я знаю, — развел руками Антон. — А теперь проверим твою интуицию, — подмигнула Маша. — Бэмби, — на выдохе сказал Шаст. — Ты проходишь в финал битвы экстрасенсов, поздравляю, — Мария похлопала его по плечу. Дальше юноша решил не сидеть в кругу ребят и уйти в комнату, пока там нет Арсения. Усевшись в кресле на балконе набрал маму. Та ответила не сразу, и не странно — у нее сложная работа в Европе, куда она уезжает минимум три раза в год на месяц, а все остальное время работает удаленно. — Привет, Тош, — от родного голоса мамы защемило в сердце. Захотелось в эту же секунду прилететь к ней, где бы она не была, и крепко-крепко обнять. — Ты как? — Привет, мам, — голос удалось приобрести со второй попытки. — Все хорошо, вот только что играли в «Кто я» или как это называется. А ты там что? — Только что играла в уборщика, — отшутилась Ольга, но тут же объяснилась: — убиралась на новой квартире. Мне такую хату сняли, охо-хо! Жаль нигде в Европе не будет так уютно, как в Москве. — Почему? Там есть куча красивых мест, получше нашей Москвы. — Нигде не будет лучше без тебя, Тош, — мама мягко засмеялась. — Ладно, буду считать подкат засчитан, — хихикнул юноша. — Тебе сказали уже что-то на счет заказчика? — Еще не все, возможно мне придется остаться чуть дольше, чем обычно, — голос матери помутнел и Антон чувствовал, как угасает улыбка с ее лица. — Надеюсь, не придется, — пытался подбодрить сын. — Надеюсь, — эхом повторила мама и немного встревожено добавила: — блин, начальство звонит. Пока-пока, Тошик, я тебе перезвоню потом. Люблю тебя. — Пока, — сказал он в пустоту громких гудков сброшенной трубки. Вздохнув парень посмотрел время на телефоне. Почти три часа, надо бы идти есть. В столовую уже подтянулась большая половина учеников, а Антону пришлось сесть с Димой и Сережей. Николь и Маша сидели со своими соседками, которые то и дело глазели в сторону юноши. Ели в максимальной тишине, что немного настораживало, так как друзей невозможно было заткнуть. — Ты это. — начал Поз, но неловко замолк под пристальным взглядом Шаста. — Извини Савелия, он немного… ну тупой. — Я увидел, — вздохнул парень. — Не понимаю почему просите прощение вы и Леша, а не он. — Не знаю, — Дима встал из-за стола и пошел относить свою и Серегину тарелки. Когда друзья ушли, Антон не спеша попивал чаёк, а к нему уже на всех порах летели девушки. Сестра была помятая, будто все это время валялась где-то под кустами в огороде. На деле она просто спала. А вот сопровождающая её Маша выглядела бодрой, хотя встала намного раньше соседки. — Приятного аппетита, — промямлила Коля и села напротив брата. — Спасибо, — улыбнулся Шаст. — Выспалась? — Нет, — оно и видно. — Да как так-то? — негодовала Мария. — Господи, ты проспала больше одиннадцати часов, как можно было не выспаться? — Я переспала, — пояснила Николь. — Жутко болит голова, усталость по всему телу… В общем не круто. — Понятно, — протянул Антон и принялся складывать посуду на поднос, чтобы отнести ее на кухню. — Давай, Тош, быстрее, — Маша пихала его в спину, заставляя быстрее передвигаться. — Там собрание в холле, еще не успеем! Несмотря на пророчества подруги они пришли как раз вовремя. На мягких диванах расселись ученики, кто-то сел на ковер, а кто-то предпочел стоять облокотившись на спинку дивана. Антон с сестрой решили встать возле Сережи с Димой, а Маша села по-турецки в их ногах. С приходом учителей все мгновенно замолчали, оставив только далекое эхо, которое сразу побежало по коридорах постепенно затихая. Наталья Максимовна похлопала в ладоши привлекая внимание к своей персоне, а потом оживленно начала свою тираду. Говорила обо всем без умолку, делилась своими эмоциями и впечатлениями, спрашивала мнение учеников и вместе начали выбирать наиболее хороший вариант для следующего выхода в «свет». Сошлись на комнате ужасов, всем, вроде, понравилось. Всем кроме Антона. Он, извините, мальчик пугливый. Даже фильмы ужасов смотрит через щель в пальцах, прикрывая ими свое лицо. То что будет с ним если он пойдет в комнату со своими самыми настоящими страхами? — Все согласны? — окрикнула голосующих ребят физручка. Дети синхронно закивали. Все. Серьезно? Шаст думал это полный провал. И никому из них не страшно? Антону было стыдно признать что ему ссыкотно, лучше просто промолчать, чтобы не позориться. Тогда лучше опозориться в той комнате? Еще хуже. Когда собрание закончилось все разбрелись по комнатам. Возле своего номера Антон попрощался с друзьями, проходя в помещение и сразу же заваливаясь на кровать, глухо застонав и начал бить ногами по мягкому одеялу. — Что-то случилось? — из ванной показались темные взъерошенные волосы, а затем и весь учитель испанского. — Ой… — только и проронил юноша, краснея до кончиков ушей. Вот тебе и «Ой»! Господи, как же стыдно! Ведет себя не лучше девчонки, в то время как те самые девчонки идут на ужастики, даже не моргая. — Все хорошо. — Ладно, — пожал плечами Арсений, но разговор продолжил: — как тебе идея сходить на квесты? — Крутая идея, — соврал Шаст. — А чего ты на собрании-то так побледнел? — Съел не то, — опять лгал мальчишка. — А вот идея с экскурсией очень классная. — Мне тоже понравилась, — в представлении Антона учитель испанского не был любителем чего-то страшного.

***

День экскурсии настал катастрофически (наверное для одного Шаста) быстро. Суббота выдалась довольно теплой, несмотря на дожди перед этим. Закатные солнечные лучи проникали сквозь шторку автобусного окна, пуская красивые тени на лицо спящего Антона. Николь рядом с братом тихо мычала мелодию, которая приелась к ней с самого утра и никак не могла отпустить. Прямо как икота. Сзади Сережа и Дима играли в какую-то игру на телефоне, а бедную Машу тошнило всю дорогу, поэтому учителя пересадили ее на перед, пропуская Арсения Сергеевича на прошлое место девочки. В это время надо было видеть лицо Оли! Наверное та впервые не пожалела, что села не с сестрой, а с Машей. Приехали к месту назначения около семи вечера. Как-нибудь растолкав брата Николь схватила его под руку и сразу потащила в ларек с овощами, фруктами, кучей сладостей и всякими разными чаями. Антон нервно оборачивался по сторонам, разглядывая набитые до отказа ящики. — Добрый день, — Шастун-младшая подошла к мужчине за прилавком. — Можно, пожалуйста, черный шоколад и ромашковый чай? Парень не обронив ни слова пошел за нужными продуктами. Долго рылся в коробках с чаем, так же долго доставал горький шоколад. Коля вечно оглядывалась назад, ища глазами через окно одноклассников и учителей. Оплатив покупку девушка опять схватила Антона под локоть и направилась в сторону автобусов, попутно говоря брату: — Съешь шоколадку сейчас, а чай потом заварим. — Я не люблю черный шоколад, ты же знаешь, — прошипел себе под нос Шаст, когда длинные ногти Николь вцепились в его руку через ткань легкой толстовки. — А ты успокаиваться как будешь? Ты же обосрешься, не успеем мы зайти в эту комнату, Тош, — Коля снисходительно смерила брата взглядом и ускорила шаг. — Валерьянки под рукой нет, поэтому будем пользоваться народными методами.

***

Пройдя в помещение и поздоровавшись с персоналом детей начали делить на команды. Вышло четыре команды по восемь и девять человек. Команда, в которую попал Антон выглядела примерно таким образом: во главе Арсений Сергеевич (физручка настояла на том, чтобы учитель пошел с ними из-за сложности и уровня страха, ведь с взрослыми всегда спокойней), Мария Дьяконова собственной персоной, Николь Шастун, Оля и Марина (первая была вне себя от счастья, когда узнала что ей целый час придется бок о бок всыкаться со страху рядом с предметом своего воздыхания (о людях вообще говорят «предмет»?)), Димка Позов, Назар и Полина из параллели. Проходя в комнату ожидания Шаст в последний раз вздохнул о том, что в ближайшее время ему захочется визжать как резаная свинья (хотя Николь называла это писком хомячка). В гостевой зоне было просторно и светло. Возле стены стояли три кожаных дивана, а напротив висел огромный постер с девочкой из «Звонка» и телевизор где шла какая-то передача, чтобы скрасить ожидание посетителей. Когда предыдущие игроки вышли Антон невольно вздрогнул и покосился на подходящий персонал. В комнату вошла девушка лет семнадцати и осмотрела своих ровесников и учителя. — Добрый день, — она подошла к постеру и стала лицом к клиентам. — Я вас приветствую на квесте-перфоменсе «Звонок». Пройдемся по правилам. Актеров-персонажей трогать нельзя, кидаться в них, соответственно, тоже. За нарушение этого правила игра сразу же прекращается и вам выписывают штраф в размере пятнадцать тысяч. Двери в последующие комнаты квеста силой открывать нельзя — все должно открываться добровольно: ключами, рычагами и так далее. Если кому-нибудь станет плохо или слишком страшно кричите «стоп игра» либо показываем вот такой жест на камеру, — она согнула руки в локтях, имитируя ими крест, — но игра будет приостановлена для всех. Дальше по сценарию. Первая команда находиться в помещении вместе с Самарой — девочкой из известного «Звонка». До вас не может дозвониться служба спасения, потому что телефон лежит перевернутым. Ваша задача найти телефон. То есть положить трубку. Дальше. Самара Морган украла у вас ребенка, ваша задача найти его и спасти. На все это действо есть ровно час. Всем правила понятны? — дождавшись согласного кивка со стороны первой группы девушка протянула им плотную материю, чтобы перевязать ими глаза. — Ой, че-то я сильно перетянула, дышать сложно, — Николь рвано вдохнула, как бы показывая правоту своих слов. Восьмерых ребят и учителя выстроили в ряд, положив каждому последующему руку на плечо, чтобы они знали куда идти и не задели какого-либо интерьера внутри комнаты. Дождавшись зловещей музыки они сняли повязки, и Николь, стоявшая впереди брата, подбадривающе коснулась его руки. А у Антона коленки задрожали и кровь от лица отхлынула, слава Богу, в тусклом освещении помещения никто этого не заметил. Комната, в которой они оказались, была средняя по размеру, каждые углы и стены были заложены всякими стеллажами и барахлом на них. В центре была огромная решетка с проходом в другую комнату, к которой надо было найти ключ. Первые пару минут Шаст то и дело поролся на какие-то острые углы, холодные баночки на полках и на чьи-то ноги, от чего его собственные ставали ватными, а здравый смысл вылетал из головы, оставляя за собой лишь желание кричать. Иногда Николь подбадривающе сжимала его локоть, хлопала по плечу и гладила по волосам. — Предлагаю разделиться и поискать ключ в разных частях комнаты, — заговорил шепотом Дима и потащил Антона к стеллажу с колбами. Арсений, Назар и Оля начали осматривать полки с фоторамками, письмами и блокнотиками. Полина, Марина и Маша осматривали комнату за решеткой, а Николь присоединилась к брату, судя по ее руке на плече юноши. Он был бесконечно благодарен Коле за то, что та поддерживала его, каким бы Антон не был ссыкуном. — Хэй, — слишком громко крикнула, кажется, Полина. — Николь нашла ключик! Николь? А чья это рука на плече Шаста? Вряд ли Димы… — Хорошо, давайте посмотрим все ли на месте, — прозвучал голос Арсения Сергеевича. — Да куда мы могли деться? — хихикнула Оля возле него. «М-да, ты-то точно никуда не могла», — промелькнуло в голове Антона. — Раз, два, три, — испанец быстро пробежал глазами по ученикам и удивленно присвистнул: — А почему вас девятеро? Рука на плече Шаста заметно сжалась, впиваясь пальцами только что не до крови, а над ухом послышался тихий хохот. — Ебаный в рот! — юношу подкинуло от осознания что все это время рядом была не Николь и явно не Оля с Мариной. Его крик заглушили нечленораздельные звуки со стороны нечто, похожее на женщину, с опущенными на лицо волосами и в белом платье, замазанном кровью. Тогда уже не выдержала Оля и заверещала, прячась за спиной сестры. Арсений Сергеевич пытался быстро открыть решетку, а когда сделал это, первым делом одним махом закинул орущих близняшек. За ними пошли Полина с Назаром, а Николь кинулась вызволять брата из лап Самары. Попов загнал Поза за остальными и принялся ждать героиню-Шастун. Та быстро управилась с как бы не особо настаивающей Морган и выкинула опешившего Антона за Димой, а затем пошла сама, оглядываясь на испанца. Новая комната встретила их глухой тишиной и отбивающими чечетку сердцами. Каждый громко дышал, широко распахнув глаза, осторожно оглядываясь назад, чтобы проверить не бежит ли это пугало за ними. Через некоторое время, когда страх немного отпустил из своих крепких объятий, группа осмотрела помещение, в котором оказались. Стены были обмазаны чем-то красным, по текстуре и цвету напоминающее кровь, по центру стоял стол, а по всей комнате были разбросаны стулья. В углу стоял сервант с выбитыми стеклами, сверху накрыт бежевой, на вид тяжелой материей, а возле него было забитое досками окно. — Опять будем разделяться? — заметно напрягаясь спросила Полина. — Просто надо смотреть в оба, — Господи Боже, где у Арсения Сергеевича столько спокойствия? Его тон разливался эхом по телу, отпечатываясь на сердце, и заставлял руки перестать предательски дрожать. — Пусть Антон, Николь и Полина с Назаром осмотрят сервант, только осторожно! А я с остальными осмотрю все остальное. Дождавшись согласного кивка учитель начал указывать другой части команды дальнейшие действия. Шаст медленно обернулся к шкафчику и одним рывком стянул покрывало, сразу же закашляв от количества пыли. Внутри оказались всякие письма, гласившие о том, что кто-то пытался связаться с внешним миром. Они были потертые, с еле видным текстом и надорванными краями. Сразу же за стопкой такой макулатуры стояли фотографии детей. На этом содержимое серванта заканчивалось. Ребята осмотрели его вдоль и поперек, но так ничего и не нашли. Антон обошел его в десятый раз, когда заметил, что под фотографиями лежит какой-то маленький кусочек ткани. Подняв рамку и потянув за огрызок от, казалось бы дна серванта отделилась светло желтая фанера. Под ней лежал какой-то блокнот в серой обложке. — Ой, я что-то нашел, — Шаст поднял брошюру и отряхнул от пыли. Все окружили парня и принялись осматривать тетрадь. Внутри были кривые буквы и цифры, которые выводились в код. — Скорее всего это код от двери, — предположила Марина и указала на дверь, которую сначала можно было не заметить под громадой стульев. — Но там не только код, но и замочная скважина. Все непонимающе переглянулись и приняли дальше листать блокнот, пока не наткнулись на фразу «Отнеси мне его…а я тебе к». Кого? — Думаю, здесь написано про Самару, — двинул и так очевидную теорию Назар. — Кто-то должен отнести тетрадочку в обмен на ключ. — Пусть это будет Шастун, — сразу же вклинилась Оля. — Самая высокая дылда среди нас, не так страшно будет. Даже если бы Николь выкололи глаза, это бы не помешало увидеть то, как у ее брата расширились зрачки. В полумраке этого никто не видел, но Шастун-младшая чувствовала страх Антона. — Хорошо, я пойду, — кивнула девушка и рывком выдернула брошюру из рук Арсения Сергеевича. — Да я не о тебе говорила, — Оля раздраженно цокнула языком. — Ты не уточняла о ком, — кинула Коля уже в коридоре к решетке. Повисла угнетающая тишина. Что-то неподалеку щелкало, немного напоминая звук настенных часов. Стук становился громче, а волосы на голове Антона вставали дыбом от этого. Считанные секунды пока не было Николь переросли в настоящие часы, дни, года. За это время, под пристальными взглядами товарищей, Шаст умирал и возрождался фениксом из пепла сотни раз. Ему было неловко за то, что настоящему мужчине, наверное, стоило бы остановить девушку и пойти за ней, но страх юноши был сильнее. Сестра вернулась быстро, чертыхаясь себе под нос и перепугано дрожа всем телом. Первым делом Марина выудила у нее ключ и подалась к двери с учителем и близняшкой. Антон крепко обнял Николь, медленно проводя пальцами по её дрожащей спине. — Пиздец она стремная, — девушка поежилась как от холода и развернулась к двери, возле уже столпился народ. Компания ввалилась в следующую комнату с неимоверным грохотом. Оказалось двери по ту сторону были подперты стульчиком, но из-за огромной массы их тел он разлетелся практически вдребезги. Это помещение было похоже на детскую спальню: в углу деревянная кроватка с прозрачным балдахином, по всему периметру расставлены игрушки в каком-то хаотичном порядке, и если бы не квест, смело можно было бы сказать что это бардак. На стене висело зеркало в пол, на полу потертый ковер, напоминающий тот, что у бабушек обычно на стенах висит. Заглянув в кровать Шаст мало не вскрикнул. Там лежала кукла, очень правдоподобно сделана под реального ребенка, обмазана кровью и оторванной рукой. Поддавшись соблазну Антон осторожно коснулся куклы, но, видимо, зря: лялька душераздирающе закричала. — Да еб твою мать, — юноша отскочил назад, где к нему уже подбежал Дима, чтобы посмотреть, что опять напугало его друга. — А это не тот ребенок, которого мы должны пасти? — Поз поднял куклу за единственную руки и кинул под ноги ребятам. — Да ты че ею кидаешься? — Маша, которая все это время даже глазом не мигнула с начала игры, аккуратно подняла игрушку и примостила у себя на руках как живого ребенка. Выглядело это довольно крипово. — Может Морган еще и эту принести? — предположила Полина, недоверчиво косясь на ляльку. Завязался спор, где каждый выдвигал свою теорию. Кроме Оли. Та обходила кроватку вдоль и поперек, приподнимая балдахин и опуская его кучу раз. Отодвинув ее она изумленно вскрикнула: — Здесь колодец, — она привлекла всеобщее внимание. — Может нам в него? — Может, — эхом повторил учитель и подошел посмотреть вглубь отверстия. — Там видно проход в другую комнату, — констатировала Полина, когда все собрались вокруг колодца. Со стороны решетки послышался неразборчивый скрежет. С каждой секундой он нарастал и уже отчетливо можно было слышать тяжелые шаги и звук ударения чего-то жидкого о деревянные половицы. — Камон народ, выхода иного не остается. Либо сюда, либо к Самаре, — Назар впервые за весь квест начал действовать более решительно. — Я туда не полезу, — замотала головой Оля. — Ты хочешь остаться с Морган? — Нет. — Тогда полезай. — Не буду, — переходя на чуть ли не истерический крик вопила Оля. — Да котись колбаской, дура, — Маша не вытерпела и пнула бедную соседку, которая явно не ожидала этого, вниз. — Жестко, — заметил Дима. После Ольки все пошло как по маслу. Все пытались максимально быстро спуститься по лестнице. Гул из коридора рос, превращаясь в звериный ор, а значит Самара где-то близко. — Кто придумал делать сюда лестницу для инженерских колодцев? — возмутился Арсений Сергеевич как только они спустились. Попав в новую комнату, наверное, каждый пожалел об этом. Все стены, окна, зеркала, которых было море, запачканы кровью, отпечатками кровавых ладошек. Разбросан мех, а его владельцы висели на потолке. Увидев дохлых крыс Николь присвистнула. Она никогда не боялась чего-то подобного, особенно если оно мертвое. А вот Антон был на грани истерики. Он схватился за чью-то руку и вжался короткими ногтями в кожу. Над ухом послышалось сдавленное шипение, но Шаст не придавал ему значения. Вдобавок ко всему из колонок на потолке заиграл злоебучий «Тили тили бом» и тут юноша чуть не уссался со страху. Из-за двери вышла маленькая девочка и кинулась к группе, что заставило Антона еще сильнее ухватиться за руку. Кажется, он почувствовал что-то мокрое под сжатыми пальцами. — Вы пришли меня спасти? — малышка кинулась к Маше, которая начала её гладить по голове, но тут же забрала руку, как только услышала шорох со стороны колодца. Самара пробралась в комнату быстрее чем команда, и это понятно — работать здесь равно знать все и вся наизусть. Вряд ли она первый раз на этом квесте. Морган кинулась прямиком на Дьяконову, которая в ответ заступила маленькую девочку собой. Антон сдержано пискнул, хотя внутри сердце разорвалось, дышать стало трудно, а истошный крик Самары бился о черепную коробку с новой и новой силой. Внезапно Шаст услышал тихонький трель телефона. Он доносился из стороны Морган и, немного присмотревшись, юноша увидел аппарат, который был прицеплен на маленький карабин сзади аниматора. Поддавшись секундной решительности он в двух шагах оказался возле девочки и оторвал телефон от ее пояса, сразу же тыча на все кнопки подряд, чтобы скорее заткнуть его. — Антон нашел телефон! — Марина восторженно захлопала в ладоши. Самара, зло зашипев, кинулась убегать к двери, что заставило Антона опять вжаться в чью-то руку. — Шастун, хватить царапать мне руки, — процедил от боли Арсений Сергеевич. — Она ушла, че ты еще цепляешься? — Извините, — тихо пролепетал юноша, убирая свои пальцы.

***

Домой ехали довольно поздно — стрелка уже перевалила за десять, но это не мешало всему автобусу обсуждать пройденые квесты. Оказалось, у команды Шастуна была вторая по уровню страха комната. Сережа как раз туда попал, и сейчас сидел рассказывал Диме о их приключениях. Антон решил, опять-таки, поспать на плече у сестры, пока та общалась с Машей в ВКонтакте, которая все также села на переднее кресло к физручке. По дороге в отель начался небольшой дождик, но как только ребята вышли из автобуса, он пустился с новой силой. Почти насквозь промокших детей учителя в срочном порядке отправили переодеваться по комнатам, а потом приказали спускаться в столовую на поздний ужин. Шаст управился довольно быстро и через пятнадцать минут уже стоял возле номера сестры. Маша вышла раньше Николь и составила юноше компанию по залипанию на дождь в окно. — Мне так понравилось, — неожиданно сказала Дьяконова, развернувшись к парню. — А мне такое себе, — снизал плечами Антон. — Сказать честно, я не люблю все эти страшные штучки. — Я заметила, — в её голосе был едва скрываем оттенок понимания. — В детстве тоже боялась. Надо мной старший брат шутил постоянно, в темноте закрывал, друзей подговаривал меня пугать. А потом я привыкла и больше не пугалась. — Жестокий у тебя брат, — вздохнул Шаст. — Никогда бы не посмел напугать Николь. — Та ладно тебе, я же тоже не божий одуванчик, — мягко возразила девушка. — Помню как его за курением спалила, затем маме рассказала. Получил он тогда знатно, зато больше не курил. Антоновой маме тоже никогда не нравились люди зависимые от папиросы. Юноша не представляет что было бы, если бы он курил. Наверное, его отношения с мамой были не такими уж классными как сейчас, потому что это как минимум заставило ее разочароваться в сыне. Николь вышла из комнаты, когда уже коридоры отеля опустели от учеников. Все вместе спустились в столовку, где сестра, попросив кипятка у поварихи, заварила ромашковый чай себе и брату. — Пиздец это было страшно, — выдохнула она, ковыряя вилкой рыбную котлету. — Я думала ты не боишься, — Мария удивленно посмотрела на Шастун-младшую. Та в ответ только хмыкнула и продолжила потягивать чай.

***

Дождь так и не прекращал лить, а к этому всему прибавился сильный ветер с громом. Юноша вздрагивал каждый раз, когда молнии освещали небо, а за ними следовал оглушительный рев. Арсения Сергеевича до сих пор не было в номере, хотя отбой был уже давно, и сидеть с включенным светом было нельзя. Антон включил фонарик на телефоне чтобы хоть как-то скрасить пребывание в темной комнате. Со стороны балкона послышался тихой шорох, а затем кто-то зашел в комнату. Юноша еле слышно пискнул, отодвигаясь назад, как вдруг кровати под ним попросту не стало и он, запутавшись в одеяле с неимоверным грохотом упал на пол. — Хей, ты чего? — нечто в лице учителя испанского посмотрело на перепуганного мальчишку. — А вы как это. Тут. Так, — обрести голос удалось со второй попытки, и то вышло не очень. — Я на балконе все это время был, ты не видел что ли? — удивился мужчина и протянул руку Антону. Юноша принял предложенную помощь и попытался встать. Ватные ноги совершенно не держали, а сердце грозилось пробить легкие. Кое-как встав Шаст сразу же уселся на край кровати тяжело дыша. — Ладно, давай спать, — Арсений Сергеевич стянул покрывало со своей кровати и принялся стягивать футболку, — уже довольно поздно. Юноша завернулся в одеяло и уткнулся носом в подушку. В полной темноте молния казалась ослепительной, а гром даже не думал стихать, и наоборот ставал только шумней. Он будоражил кровь, не давая успокоить сердцебиение и выровнять дыхание. Из-за ветра ветки бились о панорамные окна балкона, откидывая на стены кривые тени. Антон вздрагивал с каждым шорохом, вдыхая аромат постиранной наволочки. Чья-то теплая рука робко легла на плечо Шаста. — Тош, тебе плохо? — бархатный голос учителя разлился по телу приятным теплом, а это ласковое «Тош» успокаивало нервы, даря ощущение полной защищенности. Шаст только замотал головой, продолжая дышать носом в подушку. Кровать прогнулась под весом Попова. Он тяжело вздохнул и осторожно торкнулся спины ученика. Такой себе своеобразный массаж окончательно успокоил Антона и тот мирно засопел.