Опиши мне этот мир

И снова эта переговорная. Наверное, каждый видел в фильмах про мафию подобную сцену: большой деревянный стол, за которым сидит куча мужиков бандитской наружности с пушками за поясом, и все это под жутко напряженную музыку. Так вот, сейчас нет ни страшных бандитов, ни нагнетающей музыки, но ощущения точно такие же, как в тех сценах. Сяо Синчэнь просто чувствует это кожей, ощущая на себе чужие взгляды. И даже не имея возможности посмотреть в ответ, он легко может догадаться о том, что творится у всех на уме, ведь он знает каждого присутствующего гораздо лучше, чем им хотелось бы. Не Хуайсан наверняка пытается понять, когда Вей Ин успел познакомиться со знаменитым адвокатом и как это знакомство в итоге повлияет на дело. Вэнь Нин, возможно, искренне радуется, что есть еще кто-то, готовый встать на сторону его друга. Лань Чжань, с учетом его характера, скорее всего, пытается анализировать все и всех, ища подвох. Ну а грозный Цзян Чэн… Синчэнь не уверен, что хотел бы знать, какие мысли роятся в голове у настолько озлобленного человека. Только вот он слишком очевиден – нервное дыхание так и бьет по чувствительным ушам. Мужчина явно зол, и это позволяет слишком легко читать его. А вот Сяо Синчэня прочесть не так просто. Идеальная осанка, абсолютная уверенность в каждом движении, а еще эта легкая улыбка, направленная всем и никому одновременно – все так и кричит, что, даже оказавшись в сложившейся напряженной ситуации, мужчина точно знает, что делает и к чему идет. И собака-поводырь полностью соответствует своему хозяину. Такая же спокойная, просто тихонько спит недалеко от ног своего человека, и только ее уши выдают, что она бдит за всеми, кто может навредить Сяо Синчэню. А к этому все вполне может прийти… - Итак, если у вас есть ко мне вопросы, то задавайте, в противном случае позвольте мне все же встретиться с моим клиентом. - Вопросы? О да, они есть. Скажи, с каких пор вы с Вей Ином знакомы, и каким таким образом ты, тот, кто божился больше никого не брать на попечение, стал его адвокатом? И я очень прошу не врать мне сейчас. Нотки отчаяния в голосе. Оно и понятно, расследование продолжается, а зацепок у младшего Не нет. И чем больше времени будет проходить, тем хуже. Улики, свидетели, подозреваемые – любое промедление для них губительно. Все потеряется, сотрется и в конечном итоге… забудется… - Сколько мы знакомы, спрашиваешь? Хммм~ Тут слепой адвокат задумался, причем вполне искренне, стараясь вспомнить точный промежуток времени. - Кажется, прошло уже около четырех лет. Тогда по просьбе Не Минцзюэ и еще одного моего друга я помогал ему адаптироваться к его новой жизни и положению. А потом… - Помогали адаптироваться? Серьезно? Синчэню не дали закончить, и сделал это тот, кому внимательнее остальных стоило бы слушать его слова. - Господин Цзян, надеюсь, вам известно, что перебивать собеседника является признаком плохого тона. - И что, предлагаете просто молча слушать все это? Вы признались, что помогали ему привыкнуть к новой жизни! К жизни сбежавшего убийцы! Все это время вы мало того, что покрывали его, так еще и помогали начать все заново! А фундаментом стали кости моих родных? Я все правильно понял, господин Сяо? Каждое слово… Нет, каждая буква просто насквозь пропитаны яростью, ядом… Даже желанием убить… И казалось бы, пора вывести гостя со скверным характером немного подышать свежим воздухом и успокоиться, но у Синчэня были свои планы… - Нет, вы поняли неправильно. Все такой же спокойный голос и слова, которые собеседник, похоже, совершенно не ожидал услышать. - Единственное, с чем я помогал Вей Ину, это научиться жить, ничего при этом не видя. - Не видя? В каком смысле? - А вы разве не знали? Четыре года назад он полностью потерял зрение. С учетом того, что я с такой жизнью был знаком уже несколько лет, меня попросили помочь ему с адаптацией. Цзян Чэн вообще перестал что-либо понимать. Из-за замешательства даже его ярость будто бы ушла куда-то на второй план. Что? Слепота? Чертова слепота, серьезно? Цзян Чэн не знал. Не мог знать. Они не связывались, да что уж там, даже местонахождение Вей Ина мужчина узнал совсем недавно и совершенно случайно. Четыре года. Та авария. Это должно было случиться именно тогда. Значит, не он один страдал. Не он один что-то потерял. - Ха, видимо, в этом мире все же есть какая-то справедливость. Всего одна эта неосторожно брошенная фраза заставила Лань Чжаня дернуться. Справедливость? Жить так, как жил Вей Ин - это справедливость? Да кто этот человек такой, чтобы говорить подобное? - Господин Цзян, уж не вам судить об этом. Сяо Синчэнь ненавидит подобные высказывания. Что в жизни, что в зале суда, в таких случаях справедливостью даже не пахнет. Верить в нее он, конечно, не перестал, но и отрицать реалии мира глупо. Прав не тот, на чьей стороне правда, а тот, в чьих руках доказательства… - Почему же? Он убил мою семью, а я не могу порадоваться, что карма таки укусила его за зад? - Значит, вот как вы оправдывали себя? Когда посылали бандитов избить не способного себя защитить человека, просто говорили, что помогаете карме? Или у вас были другие оправдания для своей совести? Да, побеждает тот, кто сможет первым доказать свою точку зрения, и вот тут у стороны Вей Ина еще есть козыри в рукаве. Всего несколько слов – этого хватило, чтобы погрузить комнату в хаос. - Что? Нападение? Только не говорите, что речь о том самом? Так это было твоих рук дело?! Не Хуайсан инстинктивно потянулся к поясу, на котором у него обычно висят наручники, а в голове сразу всплыл тот телефонный разговор. Крики бандитов и треск двери, отделяющей его друга от смерти, звучащие из трубки… Не Хуайсан все помнит и простить за это не может даже себя, не говоря уже о виновнике… - Вы хоть понимаете, что его могли убить?! Вэнь Нин до сих пор помнит, с каким лицом его сестра тогда читала медицинскую карту его друга. Она так смотрела на кого-то только в двух случаях - на мертвецов и на Вей Ина. Словно в ее голове они находились на одной ступени… Безнадежные… - Зачем? Только Лань Чжань оставался внешне спокойным. Да, он невероятно злился, а кулаки сжимал с такой силой, что на ладонях наверняка останутся следы от его собственных ногтей, но даже так он продолжал сидеть на месте. Это не значит, что он забыл вид бледного тела на больничной койке и как больно было видеть чужие раны и синяки. Нет, он все помнит, однако ни ярость, ни драка не помогут Вей Ину в отличие от информации. Скорее всего, только благодаря его поведению и остальные смогли не сорваться окончательно. А вот у Цзян Чэна тем временем ни один мускул на лице не дрогнул от того факта, что его тут обвиняют в организации нападения. Может, потому что он знает – улик, указывающих на него, нет, а может, все потому, что за его спиной все еще стоит его верный адвокатский пес. - Простите, но не могли бы вы не бросаться в моего клиента бездоказательными обвинениями. В противном случае мы подадим иск за клевету. Ну конечно, не можешь защититься – нападай. Хорошая тактика, но не в этом случае. Не стоит забывать - в комнате сейчас не один юрист. - Значит, вы хотите поговорить о доказательствах? Хорошо. Вот именно с этого момента Сяо Синчэнь начинает борьбу за чужую свободу и жизнь. Игры закончились. - Дело о пожаре. Вей Ин… Нет, мой клиент был задержан… - Синчэнь, он признался. Не Хуайсану и самому это не нравится, но что тут сделаешь? - Признался? А может, из него выбили это признание? - Сяо Синчэнь! Насилие? В участке его брата? В его участке? Ох, такое обвинение парень стерпеть не мог. - Не Хуайсан, я понимаю, что ты бы такое вряд ли позволил, но представь, как это будет выглядеть в суде. Одинокий, слабый, слепой парень неожиданно признается в ужасном преступлении, в котором все, начиная от улик и заканчивая свидетелями, имеет очень сомнительное происхождение. В комнате повисла тишина. Слишком много информации, которую даже не все копы участка знают, так откуда этому слепому мужчине столько известно? Он правда просто адвокат? - Вы должны понимать, что в деле полно дыр, и самая большая из них здесь. Сказав это, Синчэнь начал наощупь искать что-то в своей сумке, откуда вскоре достал небольшой планшет. На нем уже был открыт видеофайл, и, судя по дате и времени в углу экрана, снято оно было в тот самый день и момент, когда случился пожар. - Что это? Вэнь Нин никак не мог понять, к чему все это идет, а вот младший Не и Лань Чжань, кажется, уже догадались. - Алиби. На видео улица, та, которую все, кроме Цзян Чэна, прекрасно знают – проезд к главному входу на территорию университета. Да, парни уверены, что не перепутали бы эти ворота ни с какими другими. Только вот ракурс съемки довольно странный, словно слегка снизу. Однако важно не это, а то, что в поле зрения попал он – Вей Ин. Ведомый неизвестным мужчиной, напуганный, вслушивающийся в каждый шорох, а потом неуверенно садящийся в подозрительную тонированную машину, но это точно он. Если подлинность видео подтвердится, то… Вей Ин будет свободен. Для этого есть все, только вот откуда взялась запись? Не Хуайсан проверял, правда проверял камеры около университета, но та, что смотрела на главный вход, была сломана, а камеры соседних зданий, как на зло, смотрели куда угодно, но не на калитку, даже машин с видеорегистратором поблизости не оказалось. Так откуда… - Один местный блогер ради контента привязал к ошейнику своего пса камеру и после съемок забыл ее выключить. В один момент он отошел в магазин, а пса оставил на привязи у здания. Большая удача, что она решила прилечь мордой к университету. А еще, что камера у магазина, которая не смогла заснять вход в университет, запечатлела этого «свидетеля». Напряжение в переговорной спало. Лань Чжань с облегчением закрыл глаза и выдохнул все свое беспокойство, скопившееся за последние сутки. Вэнь Нин тоже слегка расслабился, радуясь, что, несмотря на весь кошмар, смогло найтись хоть что-то хорошее. А вот младший Не спешить с радостью пока не стал, и не зря… - И что, черт возьми, это меняет? От того, что он совершил одно преступление вместо двух, невиновным его не делает. Цзян Чэн и не думает сдаваться. Наоборот, кажется, его ярость снова возвращается. Почему? Почему, что бы Вей Ин ни творил, ему всегда удается выйти сухим из воды? Неужели и сейчас будет так же? Нет, он не позволит. Просто не может! - Если вы говорите о деле четырехлетней давности, то там вопросов не меньше. - Что вы имеете в виду? - Сомнительные улики, не подкрепленные фактами, ненадежный свидетель, пропавший сразу, как дал показания - ничего не напоминает? А еще несостыковки, клевета, и мне было бы очень интересно послушать, откуда у офицеров, расследовавших это дело, взялись деньги на новые дома, квартиры и машины с их-то зарплатами. - Это… - Это то, что может убрать имя Вей Ина из графы подозреваемых. Будем честны – у вас ничего нет. Я выиграю дело еще до начала суда. Тут Цзян Чэну сказать нечего, фактов, опровергающих чужие слова, у него нет, но и сдаться он тоже не может. Да, улик нет, но это точно был Вей Ин. Мужчина уверен! Он сам был там, в ту ночь вел машину и точно знает, что случилось! Так что к черту улики, к черту доказательства и к черту всех, кто готов кричать о невиновности этого подонка. - Однако, все это не значит, что я не могу помочь. Верно, Синчэню известно даже больше, чем все присутствующие могут себе представить. Именно в его силах помочь полиции выйти из тупика, но только после встречи с Вей Ином. Только разговор с ним покажет, насколько все плохо и сколько можно рассказать, чтобы не сделать еще хуже.