principia inepti

- Ты такой умный. Позвонил мне вчера. Я тебе и шлюх приготовил, и выпивку, даже собственный ротик, а ты… - Ну, извините… - Передразнивает Чанель, застегивая рубашку нормально. - И как зовут причину твоего неприхода? – Кай жмурится, довольный реакцией: Чанель кудахчет что-то, смотря на него со злостью в зеркало, затем переводит дыхание и решает, что молчать нет смысла, Кай ведь такой упрямый. - Бен Бекхен. - И где ты подцепил крошку? - На улице. Кай хлопает густыми ресницами: - Не думал, что ты опустился до такого, чтобы подбирать с улицы. - Ты не так понял. Он сирота… В общем, это долгая история. Он крутился возле банка, ему попало от охраны… - … А ты оказался внештатным суперменом и решил помочь бедняге. - Было очень холодно, и он оказался голодным. – Опустил взгляд глава банка. – Я не мог его оставить. - Ах, я рад, что у тебя благие намерения оказались, а дальше-то что? Вы переспали? - Он подслушал наш с тобой разговор, и… чуть не сделал мне минет. - Прости… Чуть не? - Я не мог ему позволить! Он еще маленький! - Насколько, позволь поинтересоваться? - Лет 17. Может, меньше… Чанель понимает, что эта информация явно лишняя, слишком поздно. Кай открывает рот, пытаясь что-то ответить адекватного, но кроме матов и нецензурных выражений, у него ничего не находится, а материться управляющему банком при своем же боссе не очень красиво, пусть даже босс – лучший друг с пеленок. - Чанель, скажи мне, пожалуйста, что ты сейчас просто оговорился. – Прочищает горло Кай. – Ты с ума сошел? За педофилию можно и… - Я знаю! Знаю! Кому ты это говоришь? - Тебе, потому что, боюсь, у тебя экономическое образование, а не юридическое! Ты идиот? Он несовершеннолетний. - И что ты мне предлагаешь? Выкинуть его на улицу, подождать два года, пока он не станет совершеннолетним, и забрать обратно?! Что? Это лучше? Кай ничего не отвечает, от нервов ему хочется сладкого, и он тянется к корзинке, которую перехватывает Чанель: - Перестань есть так много сахара. Это вредно. - Слушай, ты прекрасно знаешь, что я ничего плохого тебе не желаю, я хочу помочь… - … Предлагая выкинуть ребенка на улицу. Спасибо, помог. - Чанель, это может плохо закончиться. – Вздыхает младший. Чанель не может ответить. Он смотрит в зеркало и вспоминает вчерашние моменты, когда чужие наглые руки касались его, возбуждали, а тело требовало тепла. Чанель не сомкнул глаз ни на секунду, зато Бекхену было вполне комфортно засыпать в его объятьях. Это неправильно, и дело в принципах, обществе, такой глупости, как рост или возраст. Это не правильно только в том смысле, что Чанни не сможет дать Беку столько же любви, сколько тот готов подарить старшему. От несправедливости Пака просто разрывает: что, если они переспят, и Чанель потеряет всякий интерес? А ведь Бекхен ребенок! Он будет плакать… Пак мысленно дает себе пощечину: тряпка, не время думать о такой глупости! - Может, ты хотя бы познакомишь меня с ним? – Кай возвращает себе корзиночку, про которую Чанни благополучно забыл. – Устроим ужин у тебя дома. - Ты же вроде на диете. – Хмыкает Пак, прекрасно зная, как Кай воспринимает всякие эти диеты, назначенные даже не каким-то врачом, а его гувернером, который свихнулся очень давно на здоровом образе жизни. - Пока он в Китае, я могу съесть даже слона! Слона ты мне не купишь, а вот говядину вполне! – Младший довольно потирает ручки, уже представляя, что его ожидает – Чанель бог кухни, в готовке ему нет равных. - Ладно. Езжай в банк, я заеду за тобой после работы. - Вы отпустите меня пораньше, босс? – Слащаво улыбается Кай. Он вылетает из кабинета ровно через секунду в сопровождении матов и посылает сотню воздушных поцелуев секретарше. Чанелю не так страшно возвращаться домой с Каем. Тот, правда, пыхтит и жалуется, что сумки слишком тяжелые, зачем они накупили столько ерунды, хотя сам младший забил полтележки всевозможными сладостями: мармеладом, шоколадом, хрустящими хлопьями и даже мороженым. - Ох, значит ты… Бен Бекхен. – Скептически оглядывает парнишку Кай, вываливая пакеты в коридоре. – Миленько. - А вы кто? - Я Кай, управляющий банком Чанеля. – Кай дружелюбно улыбается, протягивая руку для пожатия, и чуть ли не визжит от неожиданности, завидев пальцы мальчика. Они… чудесны, это единственное, о чем он может думать в этот момент. Интересно, насколько пошло выглядит то, как Бекхен сам себя растягивает ими… О май гад. Чанель, завидев уже потенциального соперника, оттаскивает любвеобильного друга на кухню, чтобы тот помог ему с готовкой. На Бекхена он даже боится взглянуть: ему слишком стыдно за свой утренний побег. Бекхен молча наблюдает за приготовлениями ужина. Старшие довольно щебечут о работе, обсуждают последние новости биржевого рынка и модельного бизнеса (?), спорят о книгах, фильмах, о спонсорах, делятся впечатлениями от последнего светского раута и совета директоров, на котором Чанель чуть не повесился от скуки, Кай жалуется на своего гувернера, обзывая его мелким жопошным китайцем и оленем, Чанель жалуется на свой телефон, который трезвонит ровно с десяти утра и до конца рабочего дня. Они болтают, болтают, болтают, как подружки сплетницы, не видевшиеся очень давно. Темы для разговора у них нудные, Бекхен вообще не понимает их смысла и не лезет в разговор, подперев подбородок рукой, он лениво наблюдает за их беготней и спорами, которые прерывает неожиданный звонок, что все трое вздрагивают. - Это Лу Хань. – В ужасе шепчет Кай, смотря на экран телефона. Он вздыхает несколько раз, пытаясь унять панику и сделать голос более трезвым, потому что в процессе готовки они уничтожили бутылку вина. – Да, Ханни? - Кай, почему дома так грязно? - Ты дома? - Я только что приехал. – Вздыхает Лу Хань. - Ты слишком рано. - Тебя нельзя оставить ни на минуту, ребенок… - Устало вздыхает парень и первый кладет трубку. - Он даже не накричал на меня. – Удивленно хлопает глазами Кай, с возмущением глядя на друга. – Кажется, что-то случилось. Я, пожалуй, поеду домой. Давайте поужинаем в следующий раз, хорошо? Было приятно познакомиться, Бекхен. Жаль, что мы близко не познакомились! – Кай болтает и бегает по квартире, собирая одежду и обувь, раскиданную в разные стороны, как он любит. - Ты же выпил. – Хмурится Чанни, когда младший уже обувается. - Ничего страшного. Я уже протрезвел. - Будьте осторожны на дороге, мистер Кай. – Тихо шепчет Бен, но оказывается услышанным – Кай широко улыбается и машет рукой на прощанье.