Железная кровь

Луиза смотрела на то, как ее отражение касается длинными пальцами скулы и проводит к шее, нежно перебирая рубины в ее колье. Она лукаво улыбнулась себе, протянула руку к плечу и поправок лямку алого шелкового платья. Луиза оторвалась от своего отражения, встала с тяжёлым вздохом, полным разочарования и подошла к Рейне. Та неуверенно переминались с ноги на ногу. Рейна обнимала себя за худые плечи, ее локти сильно выступали и вся худоба в этом платье казалась ужасно неестественной. Нежное голубое платье со сборчатым косым низом весело, словно на вешалке. Луиза улыбнулась Рейне в зеркале и поднесла ладонь к виску Лайтвуд. Длинные пальцы медленно задвигались, фиолетовый туман заискрился и окружил голову Рейны, заполнил ее тусклые зелёные глаза, сделав их грязно-фиолетовыми. Тело стало более элегантным, вместо скаловидных выступов образовались волнистые формы груди и бёдер, кожа стала бронзовой и бархатной на ощупь, волосы заблестели темно-каштановым. Никаких из этих изменений Рейна не заметила, а увидела лишь то, как Луиза надела на ее шею элегантный серебряный кулон с маленьким орлом.       — Безупречная и свободная птица. Рейна обернулась и посмотрела Луизе в глаза. Если Рейна была птицей, то Луиза львицей, волевой и хищной. Они были одного роста, но сейчас Луиза выглядела внушительнее и смотрела на Рейну сверху вниз, как восхищённое смертной непосредственностью божество. Она провела своей белоснежной ладонью по подбородку Лайтвуд, улыбнулась и тихо сказала:       — Держись меня и станешь непобедимой, — ее глаза сверкали цветом сумрачной летней ночи. Темный фиолетовый, изысканный и уникальный. Свои угольно черные локоны она перебросила через плечо и они аккуратно легли на спину, переливаясь всеми оттенками черного. Луиза храбро пошла вперёд, а Рейна последовала за ней. На выходе из башни их ждали Реджинальд и Виктор, которые сразу взяли дам за руки и начали непринуждённую беседу, в которой все принимали оживлённое участие. Дойдя до зала, Рейна с Реджинальдом вошли, а Луиза с Виктором остались за дверью, вместе с ещё двумя парами.       — Спасибо, что согласилась.       — Почему ты позвал меня?       — Потому что ты мой друг. Ты всегда меня спасаешь. Даже в такие моменты. Да и не хотелось мне позориться на глазах у других. С такой эффектной женщиной как ты этого даже мне не удастся.       — Не недооценивай себя.       — Сколько бы я не стоил… Вы с Реджем всегда были со мной. В независимости от цены.       — Я вывешу на тебя ценник.       — Продашь по выгодной цене?       — Продам только за кровь драконихи-девственницы. Алый шёлк переплетался и гладил ноги Луизы и если бы ноги Виктора не были закрыты плотными брюками, то и его ноги подверглись своеобразному нападению кроваво-красного платья. Луиза ловко переставляла ноги, иногда направляя Виктора, она властно сжимала его руку, когда он ступал не туда и иногда сжимала плечо, сверкая глазами, как хищная львица, грозившаяся наброситься. Когда танец чемпионов закончился, остальные осмелились выйти в центр зала и начать танцевать, но уже не под такими зоркими и внимательными взглядами. Виктор предложил Луизе стакан пунша, но та отвергла напиток и поморщилась.       — Шипучая дешёвка. Рядом с ней промелькнуло нежно-голубое платье и темно-зеленый бархатный костюм.       — Вот всем сказали одеться в парадную форму Дурмстранга, а Реджинальд выпендрился. Выскочка, — пробурчал Виктор. Судя по всему, Редж услышал его сетования и остановился, вежливо приглашая Рейну к столу, чтобы передохнуть. Лайтвуд прильнула к Луизе и легла головой на открытое белоснежное плечо. Рейна тяжело вздохнула и рассмеялась, звонко и непринужденно. Под ухом Луизы будто зазвенели серебряные колокольчики.       — Как же я рада здесь находиться!       — Ты ещё не пила этого прекрасно-отвратительного пунша! — звонко и весело сказала Луиза, предлагая Рейне напиток.       — Ты на удивление мила сегодня. Даже не убила ещё никого. Откуда такая доброта, золотко? — спросил Реджинальд. Луиза лишь закатила глаза. Острое желание контролировать ситуацию заставило протянуть ее свои невидимые никому кошачьи лапы в разумы Рейны, Виктора и Реджинальда. У Рейны за платиновой резной дверью в которую Луиза вошла, стоило ей царапнуть ручку коготком, скрывалась комната с зеркалами. Навряд ли Рейна поняла, что произошло, скорее она просто почувствовала лёгкую головную боль, которая тут же прошла. Луиза увидела бежевые стены, а на них висели зеркала. Абсолютно везде висели зеркала: большие, маленькие, разной формы, обычные и с украшениями или резьбой. И в каждом зеркале кто-то был. В комнате никого, но в зеркале были люди, а иногда животные. Волки. Луиза начала бродить по комнате и разглядывать зеркала, пытаясь уловить суть каждого персонажа в этой комнате. Девочка пяти лет, которая кричит. Она кричит, что боится. У нее на руках и ногах свежие раны от когтей. Рейна впервые поняла, кто она такая. В другом зеркале стояла та же Рейна, но старше предыдущей. На ней была форма квиддичного игрока. Она радовалась. Говорила, что стала капитаном команды. Ей четырнадцать и она стала капитаном команды. Она гордилась собой. В следующем была Рейна на год старше предыдущей. На груди гордо висел значок старосты факультета, в руках палочка, она улыбается и гордо поднимает голову, говоря, что она добилась многого. Она стала лучше. А в другом зеркале была слабая Рейна. Слабая, с растрепанными и грязными волосами, серой и сухой кожей, обвисшими руками и ногами, пустыми и безжизненными глазами. Та сторона, о существовании которой знали, но не хотели признавать. Конечно все видели какой стала Рейна и что она покупает на вечеринках, но она оставалась капитаном и старостой. И в ещё одном зеркале сидело чудовище. Длинные переломанные конечности, короткий серый мех покрывал непропорциональное тело, грязные клыки разных размеров, с которых капали слюни, нос с широко раздувающимися ноздрями и глаза. Зелёные и пустые, в которых отражается луна, проклятая луна, которую она так ненавидела. Волк был первым, кто смотрел не просто в зеркало, а на того, кто находился за ним. Он смотрел на Луизу. А она смотрела на волка. Она смотрела на него без страха, склонив голову, также как и он, она показывала, что в ней тоже живёт хищник. И хищник в ней опаснее волка. Он сильнее. Ее глаза сверкнули и волк попятился. Он испугался, а Луиза, лишь довольно усмехнулась и развернулась. Довольно с нее комнаты с зеркалами. Теперь она потянулась в разум Виктора. Ничего необычного: просто дверь, просто ручка. Она подошла к ней, как маленькая черная кошка, наклонила голову и мяукнула. Дверь открылась сама, а Виктор лишь бросил быстрый взгляд на Луизу. Она прошла за дверь уже в обличии человека. Она огляделась и не увидела ничего нового: поле для квиддича. А на трибунах важные Виктору люди. На середине поля кружились в танце Виктор с Луизой. Это было его последним воспоминанием. Луиза улыбнулась одними губами и решила уйти из сознания Виктора, не увидев там ничего интересного. Кошачья лапа потянулась к разуму Реджинальда, растопырив когти и готовясь бороться. Теперь это была не маленькая черная кошка или просто лапа с когтями, а целая пума, которая могла бы пробить дверь в разум при большом желании. Но она лишь вежливо поскреблась о вход. Реджинальд ухмыльнулся, но дверь не открыл. Это была большая стальная дверь, вокруг которой была сетка с шипами и, наверное, она бы заискрились, рискни Луиза кинуться на них. Пума накинулась на дверь и оставила там царапины. Таких царапин на двери было много и всех их оставила Луиза. Нападки не дали результата и она отступила. Пума покорно села возле двери и стала ждать. Дверь приоткрылась и пума сунула туда голову.       «Не люблю я кошек.» — начал Реджинальд их мысленный разговор.       «Ты никого не любишь. Как тебе бал?»       «Ты для этого в мой разум влезла? Дай угадаю, у Рейны с Виктором ты уже пошарилась?»       «Я всегда шарюсь в разуме Виктора, там бывает забавно. А у Рейны была впервые.»       «Врешь.»       «Чистая правда. Там очень странно.» — Луиза слегка прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться и передать Реджинальду ту картину, которую увидела в разуме Рейны. — «Странно?»       «Очень.» — Реджинальд насторожился. — «Прочь из моей головы.» И он вытолкнул Луизу, закрыв стальную дверь. Она лишь фыркнула и закатила глаза.       — Чудовище, — прошептал Реджинальд на ухо Луизе. — И все друзья, которые могут у тебя быть — чудовища.       — Ты тоже мой друг.       — Я и есть подтверждение.