Третья отрицательная

Чонгук остался на ночь у Тэхёна, благо в квартире был тот самый небольшой диванчик, иначе ему негде было бы уместиться, исходя из-за определенных обстоятельств. Не самых приятных. Тэхёну было некомфортно, когда кто-то приближался к нему слишком близко, нарушая его личное пространство. Он вообще после того случая стал бояться любого физического контакта с людьми. Это касалось даже невинных случайных касаний, когда Чонгук что-нибудь передавал ему в руки. А Чон понимал и не осуждал. Что вы хотите от человека, который пару недель назад пережил насилие? Что он на следующий день снова откроется людям и станет им доверять? После таких ситуаций люди годами лечатся у врачей и проходят психологов. У кого-то получается с этим справиться. Кто-то заканчивает свою жизнь самоубийством... А кто-то, как Тэхён, испытывает ночные кошмары. И вот снова. По всей комнате раздаётся дикий оглушающий вопль, что резко вырывает Чонгука из сна. Он подскакивает и не может ничего сообразить. В больнице ему никогда не разрешали оставаться на ночь в палате, а когда он приходил днём, врачи и Тэхён не посвящали его в то, что тот страдает кошмарами каждую ночь. Поэтому Чонгуку требуется несколько секунд, чтобы понять, что происходит. Только сейчас он осознает, что Тэхёну снится кошмар. — Не надо, пожалуйста, — кричит Ким. — Умоляю, нет! Чонгук подбегает к его кровати и пытается аккуратно привести Тэхёна в чувства. — Нет! Не трогайте! Нет, — рыдает Тэ, — Я в-всё сделаю... — Тэхён, — шепотом обращается к нему Чонгук, пытаясь не испугать, — Тише, Тэхён, — аккуратно кладет руку ему на плечо и пытается разбудить его. — Отпустите! — плачет Ким еще сильнее. — Тэхён, — начинает сильнее трясти его за плечи Чонгук, после чего тот резко раскрывает глаза и принимает сидячее положение от испуга. Он не понимает, где находится. — Тише, Тэхён, тшш, — обнимает его Чон, — Все хорошо, это сон, — гладит он Кима по голове. — Отпусти! — вырывается от него Тэхён. Его начинает сильно трясти и из глаз еще сильнее льются слёзы. Он хватает себя за волосы и качается из стороны в сторону. — За что? Я не понимаю... — плачет он. — Что я сделал? — вопрос больше к вселенной, чем к кому-либо другому. — Извини, — отодвигается от него Чонгук, а после и вовсе встаёт с кровати и направляется на кухню за успокоительным. Позже он возвращается в комнату с небольшой упаковкой лекарств и стаканом воды. — Вот, выпей, — он протягивает Тэхёну стакан и достаёт из упаковки пару капсул. Тэхён берет их в руки и пытается проглотить, хотя получается только с третьей попытки, так как от страха они просто не проходят в горло. Чонгук забирает у него стакан и ставит его на столик, что стоит около кровати. Он все еще стоит рядом, не зная, что сказать и как действовать дальше. — Тэхён, — обращается он к нему, опускаясь на колени рядом с кроватью, чтобы не нарушать личное пространство, — Всё хорошо, сейчас полегчает. Тэхён молчит, смотря в стену перед собой. У него такое происходит теперь каждый день. До выписки ему помогали врачи, которые так же среди ночи врывались к нему в палату, давали лекарство и делали укол, который помогал уснуть. В последние несколько дней ситуация улучшилась, да и физическое состояние было уже не таким ужасающим, как в первую неделю, поэтому было принято решение выписать его. К тому же, Тэхён сам слёзно умолял об этом. Ему противно было находиться в четырех стенах. Этот больничный запах, больничная еда, больничные стены... Все больничное. Его выписали лишь с одним условием — он будет систематически принимать необходимые лекарства и посещать психолога, а в случае ухудшения состояния снова обратится за помощью в больницу. — Тэхён, — тихо обращается к нему Чонгук, — Если ты хочешь, я могу уйти. — Нет. Останься, — все еще смотрит в стену. — П-пожалуйста. И боится, и хочет, чтобы он остался рядом. Ему сейчас страшно. Очень страшно. Если Чонгук уйдет, то что будет в случае новой истерики? Кто поможет разбудить от кошмара? И кто знает, на что способен Тэхён, останься он один... — Хорошо, останусь, — еле слышно произносит Гук, обеспокоенно смотря на Кима. — Может быть, тебе принести что-нибудь? Тэхён кивает головой. — Ч-чай, п-пожалуйста, — запинаясь, просит он Чонгука. — Конечно, сейчас сделаю.

***

Прошло около часа, Тэхён заметно успокоился, его больше не трясло. — Постараешься уснуть? — спрашивает Чон у него, забирая из рук стакан, в котором были остатки чая. Тэхён слабо кивает в ответ. — Я оставлю включенной настольную лампу, а сам буду сидеть на диване. Не бойс- Его перебивает голос. — М-можешь... сидеть рядом? — робко спрашивает его Ким, — С краю. — Конечно, — слышится в ответ. — Тебе будет комфортно? Неуверенный кивок. — Я могу сесть рядом с кроватью на пол, — предлагает Чонгук. Снова неуверенный и слабый кивок. Чонгук выключает верхний свет и, как обещал ранее, оставляет включенной настольную лампу, от которой исходит совсем ненавязчивый приглушённый свет. Становится комфортно и спокойно. Он берет плед с дивана и стелет его рядом с кроватью Тэхёна, садясь на это место. Тэхён укладывается, закутываясь в одеяло по уровень глаз. Страшно ли ему? Все еще да. Успокоился ли он совсем? Нет. Страшно ли ему находиться рядом с Чонгуком? Он не может дать точного ответа. Чонгук не давал ему повода, чтобы бояться его. Наоборот, он всегда уважает его личные границы и, если видит, что Тэхёну некомфортно, старается отстраниться подальше. Сегодня он даже предложил уйти, потому что видел, что Ким испугался его после того, как проснулся от кошмара. Но испугался ли Тэхён Чонгука? Нет. А что именно это тогда было? Тэхён испугался, что Чонгук может сделать ему больно, как тот урод. Но это никак не связано с тем Чонгуком, который сейчас сидит рядом с его кроватью, и у которого от усталости закрываются веки, и который пытается побороть свою сонливость. Разве такого Чонгука можно бояться? Этот Чонгук не спит, чтобы охранять твой сон, хоть и беспокойный. Этот Чонгук заваривает тебе чай, хоть порой его невозможно пить. Этот Чонгук, наконец, следит за тем, чтобы ты принимал лекарства. Такого Чонгука невозможно бояться. Но посттравматический стресс никто не отменял.

***

За окном пасмурно и накрапывает мелкий дождь, хоть еще только утро, как думает Тэхён, когда открывает глаза. Он берёт в руки телефон и смотрит время. На часах 14:23. Он проспал столько времени? Он снова смотрит на экран, чтобы убедиться, что не ошибся, и видит несколько новых сообщений. Чимин.

Чимин

Тэхён, почему ты не сказал, что тебя выписали?

мне только сегодня врач позвонил

я сегодня заеду к тебе, если ты не против

Тэхён все хорошо, не стоит

Чимин

я очень волнуюсь и хочу увидеть тебя

Тэхён правда не стоит со мной Чонгук

Чимин

это тот парень?

и теперь забудешь лучшего друга?

Лучшего друга... А где ты был, когда Тэхёна насиловали? Где ты был, когда его лицо били об асфальт? Где ты был, когда единственный, кто оказался рядом, это был тот парень. Где, черт возьми, ты был, лучший друг?

Чимин

ты ненавидишь меня?

ненавидишь, я знаю

Тэхён, я бы все отдал, чтобы вернуться на две недели назад

тогда ничего бы не случилось

я искренне ненавижу себя за то, что произошло с тобой

это моя вина, я во всём виноват

и я буду ненавидеть себя за это всю свою жизнь

мне очень жаль

что я могу сделать для тебя?

Тэхён Чимин, здесь нет твоей вины ничего не нужно делать я сейчас не в настроении разговаривать извини Эти "здесь нет твоей вины" и "извини" как оглушающая пощечина для Чимина. Для него было бы легче, если бы Тэхён сейчас злился на него и винил во всем тоже его. Ему нужно, чтобы Тэхён выместил всю свою боль на Чимине, но никак не игнорировал его. Игнор — самое больное, что можно получить от лучшего друга. Да, пусть Тэхён, возможно, больше и не считает Пака даже просто другом, но Ким для Чимина все еще лучший друг. Это с ним они провели самые счастливые и беззаботные годы своего детства. Именно с ним они обсуждали свои школьные влюблённости. С ним делились своими самыми сокровенными секретами. Все с ним. Вся жизнь с ним. И именно с ним сейчас не хочется общаться. Не потому что Тэхён считает его виноватым в случившемся. Нет. С ним не хочется общаться потому, что того не было рядом. И Бог знает, сколько раз Чимин порывался зайти в палату к Киму, Тэхён не давал свое согласие на это, ссылаясь на то, что устал или ему не хочется никого видеть. Ему было больно от того, что все разрушилось. Вся дружба, все эти счастливые годы. Вся его жизнь. Все в один миг перестало иметь смысл. Тэхён чувствует, как по его щёкам глаз начинают скатываться слезы. — Уже проснулся? А вот и завтр-,— обрывает свою речь Чонгук, заходя в комнату с подносом и видя, как плачет Тэхён. Он ставит это все на столик и снова садится на колени рядом с кроватью. — Тише, что случилось? — обеспокоенно спрашивает он. Тэхён мотает головой. Чонгук берет с подноса лекарство и стакан с водой, поднося их к Тэхёну. — Вот, выпей. Тэхён проглатывает новую порцию таблеток, запивая их водой. — С-спасибо. — Все хорошо. Я приготовил яичницу. Единственное, что смог найти в холодильнике, — произносит Чонгук. — Не хочу, — все еще дрожащим голосом отвечает Ким. Слезы уже не льются. — Выпей хотя бы чай. На это раз без лимона, — улыбается Чон, глядя на Кима. — М-можешь... обнять меня? — шёпотом спрашивает Тэхён, смотря на Чонгука. — Ты уверен в этом? — настороженно уточняет тот, на что получает робкий кивок. Чонгук поднимается с пола и садится рядом на кровать. Он осторожно разворачивается и поднимает свои руки, чтобы аккуратно обхватить ими Тэхёна, но его буквально выбивают из себя, когда в его грудь сильно прижимаются и начинают рыдать. Тэхён будто маленький беззащитный ребенок, которого кто-то очень сильно обидел, жмется все сильнее, сжимая в своих руках чужую футболку. А Чонгук отбрасывает все свои опасения, обхватывает одной рукой спину Кима, а второй рукой придерживает его голову, легко поглаживая ее и пытаясь успокоить. Он шепчет, что всё будет хорошо. Все в прошлом. Никто его больше не тронет. Никто не причинит боль. Он не позволит. А Тэхён постепенно затихает, все еще уткнувшись лицом в грудь Чонгука. Так комфортно. Так спокойно. Все будет хорошо...