Глава 5
26 июля 2024 г., 23:48
Мин Йерим
Впервые за долгое время я почувствовала себя действительно выспавшейся и бодрой. После того как вчера вечером я добралась с новым коллегой в его гостеприимное жилище, организм потребовал свое, и я тотчас отключилась в выделенной комнате и не просыпалась до самого рассвета. Обителью Ким Чонина был небольшой, белый домик, оформленный в минимализме с использованием натуральных цветов, почти стерильный, как в больнице. Если большинству людей с превеликим трудом удаётся навести порядок в своей жизни до очередного взрыва на миллион осколков, то это качество любезно обошло стороной молодого доктора Кима. Да, в его доме отсутствовала женская рука, что создавала бы уют, но и мужского беспорядка, как такового, не присутствовало. Мы быстро позавтракали, перекидываясь утренними фразами, и скоро выехали в больницу СольДам. Сегодня там творился настоящий хаос. Жители деревни уже прознали о переведенном докторе из Сеула, посему толпились перед дверями больницы для обязательного медосмотра, жалоб или простого, житейского любопытства, как это бывает в небольших поселениях, так сказать, чтобы пособирать сплетни. Доктор Ким сочувственно хлопнул по плечу и спокойно протиснулся сквозь толпу. Я же пробежала глазами по очереди, определяя ее конец, и поняла, что работа сегодня предстоит усердная. Администратор Пак метался по холлу больницы. Он был счастлив и возбужден одновременно. Давно в больнице СольДам не было так оживленно. Хёнджун пытался сделать все на высшем уровне: одновременно беседовать с людьми, записывать данные пациентов, отвечать на звонки и при всем этом сохранять спокойную атмосферу в очереди. Я ощутила облегчение, глядя на мучения коллеги. Понимая, что не только на моих плечах лежит груз ответственности, и от сердца отлегло. — Здравствуйте, медсестра Ха, подготовьте, пожалуйста, кабинет для осмотра, — поздоровалась, надевая белый халат. Молоденькая медсестра бегала по кабинету, раскладывая по полкам все нужное. Была заметна её нервозность, связанная с обилием пациентов, но профессионализм брал свое. По старой привычке я открыла свой ежедневник для личных записей, где часто записывала свой график работы. Хлопнув ладошкой по лбу, вспомнила, что графика у меня теперь нет. Медсестра Ха косо посмотрела, хмыкнув себе под нос что-то неразборчивое. — Слухи похожи на нервный паралич, — усмехнулась она, протягивая упаковку с перчатками. — Быстро распространяются и так же быстро проходят. — Как по мне, они больше похожи на Рак, — улыбаясь, парировала я, — Если не вырезать, слишком быстро мутируют! День тянулся к обеду, а пациенты не уменьшались. Печально глядя на часы, весь медицинский персонал мечтал о конце рабочего дня, чтобы наполнить грудь свежим воздухом и, наконец-таки, спокойно вздохнуть. Выбравшись из кабинета ближе к концу смены, я дошла до комнаты отдыха. — Доктор Мин, а у вас есть парень? — медицинские сестры атаковали все что только видели и их новой жертвой стала я, когда скромно присела со своим сэндвичем за стол. Я не любила менять место работы и привыкать к новому коллективу. В медицинских учреждениях впечатление о новичке чаще всего складывалось заранее и разрушить его, впоследствии, крайне сложно. Да и я, в принципе, не пыталась, уж очень уважаю свое время. Для людей воспитанных в духе коллективизма, такие действия часто не укладывались в голове. — Согласно медицинским исследованиям, если не вмешиваться в личные дела, можно дольше прожить, — не вытерпев расспросов про личную жизнь, я взяла своей нетронутый сэндвич и вышла из комнаты. Бродя по опустевшим коридорам, я набрела на кабинет хирурга Ким Чонина. После нескольких минут раздумий, я все же постучалась в дверь. Тишина. Просунув голову в кабинет, заметила, как Ким заполнял множество бумаг, которые прилежно лежали, листок к листочку на его столе. — Что, уже сбежала? — усмехнулся Чонин, не отрываясь от документов. — На коллектив надо смотреть как на родственников, Мин Йерим, нравятся они нам или нет — никуда от них не денешься. — Утром, доктор Ким, вы заверили меня, что покажете мое новенькое отделение. — Я думал тебе не до него, — пожал плечами Ким. — У тебя же сегодня светский раут у пенсионеров. — Не напоминай, — махнула головой, усаживаясь в кресло напротив стола Ким Чонина. — Один заявил, что ему нужен хороший и понимающий врач! — Какой кошмар, — ужаснулся мужчина, а затем мягко усмехнулся. — У нас в больнице и понимающий врач?! Форменное безобразие! Кто пустил? Вдоволь посмеявшись, я все-таки заставила Кима провести экскурсию по отделениям. Больница была немаленькой, но и не столичной, где габариты могли сравниться с микрорайоном. Имелось отделение нейрохирургии, которое функционировало на вполне приличном уровне; отделение кардиохирургии, что должно было вот-вот открыться; даже имелось небольшое детское отделение, где лечились самые маленькие пациенты. Главной гордостью, конечно же, было приемное отделение, которое справлялось со всеми возможными пациентами. А главным минусом было то, что врачей тут по пальцам и обчелся. — В твоём отделении пока только один пациент, — оповестил Ким, бегая взглядом по пустым палатам. — Тебе бы и команду желательно набрать, но, думаю, ты и сама с этим справишься. — Ничего страшного, бывало и хуже. — хмыкнула я, мысленно пробегая по списку знакомых, которых могла заманить сюда. — Так, где же наш господин Бён? — Заранее предупреждаю, — Ким открыл дверь, пропуская меня внутрь, — характер у него, мягко говоря, отвратительный. — Какое совпадение! — я удивлённо закрыла рот ладонью, перед тем как проскользнуть в палату. — Ему повезло, так как у меня тоже. Господин Бён был невысоким, слегка пухлым старичком. На переносице у него красовались очки, которые он часто поправлял, а за ними таились глаза со взглядом милого щеночка. В целом, мужчина был одним из тех, кто вводил в заблуждение своим видом. На деле же этот милый дедушка был, как выразился Ким, очень характерным и вредным. Он оценивающе оглядел пришедших и недовольно фыркнул. — Господин Бён, я ваш лечащий врач, Мин Йерим — оповестила я, уважительно поклонившись своему первому пациенту в этом отделении. — Чонина-а, — отрываясь от новостной газеты, проворчал пациент, тем самым полностью проигнорировав своего лечащего врача, то есть меня. — Сколько я раз говорил, что не намерен лечиться у столичных врачей? — Позвольте спросить, — удивился Ким, переглядываюсь с мной. — Как вы узнали? — Часы дорогие, серьги с бриллиантами и духи импортные. — Ответил господин Бён, продолжая говорить обо мне, будто меня и вовсе не существовало. — Форма хоть и цветов больницы, но хлопковая, а не синтетика, как у вас, доктор Ким. Выделяется сильно. — Для начала, господин Бён, меня зовут Мин Йерим, и я ваш лечащий врач. Хотите вы этого или нет, но с сегодняшнего дня я работаю в больнице СольДам и отвечаю за кардиохирургическое отделение. Второе, что я хотела вам сказать, то, во что я одета и как выгляжу — мое личное дело и к вашей болезни не имеет никакого отношения, — я старалась звучать максимально уверенно, хотя слова немного поцарапали мое эго и заметив, как господин Бен удивленно разинул рот, я сделала выводы, что справляюсь с ситуацией. — Я изучила вашу историю болезни. Прежде чем начинать лечение, проведем мультиспиральную компьютерную томографию с внутривенным болюсным контрастированием. — Доктор Мин Йерим, с чего вы взяли, что я согласен на ваше лечение? Без моего согласия никто не имеет права меня трогать, — брови мужчины сошлись на переносице и покраснели от нахлынувшего напряжения. — И вообще… — Вы хотите умереть? — я перебила его, делая как можно более скучающее лицо. Господин Бён ошеломленно застыл. — Все ваши действия направлены на это: вы курите, едите жирную пищу, прячетесь в сельской больнице и при этом отказываетесь от лечения. Даже с вашим заболевание можно вести активный образ жизни. Если вам так не терпится на божий суд, тогда умрите скорее и прекратите издеваться над вашей семьей. Раз у вас есть человек, приносящий в палату цветы, возможно, вам стоит обдумать дальнейшие планы на жизнь. Если вы хотите лечиться и жить, я к вашим услугам. — Доктор… — протянул опешивший Ким, не зная как реагировать на мое предложение. Но теперь это моё отделение и воспитательные меры проводить тут мне. Пускай я не самый добрый, зато добившийся хороших результатов в лечении своих пациентов доктор. — Нас ждут другие дела, доктор Ким. Оставим господина Бёна одного, — сказала я, захлопывая за собой дверь палаты. Оказавшись в тихом коридоре, я вздохнула и направилась в свой кабинет. Даже после хорошего ночного сна и не сильно загруженного дня, я с досадой поняла, что еле держусь на ногах. Когда я повернула за угол, откуда оставалось всего пару шагов до кабинета, жесткая рука схватила меня и потянула назад. Темный силуэт навис надо мной, от чего вспышка страха заставила сдержать очередной грубый ответ. Что, черт возьми, происходит? — А ты полна загадок, Мин Йерим, — от уже знакомого голоса по спине пробежал неприятный холодок. — Судьба свела нас вновь, — его свинцовая аура давила на уставший разум, заставляя покорно сдаться. — Что вам нужно? — спросила я, взяв, наконец-то, себя в руки. Это всего лишь мужчина, с которым я переспала. Да, симпатичный, но все же очередной недовольный мной, а, точнее, моими выходками человек. Вот и нечего было пользоваться слабостью пьяной женщины и тащить ее в свою постель! — Вернуть должок, — прошептал светловолосый, приближаясь к моему лицу. Его горячее дыхание обожгло кожу, тотчас покрывая мурашками. Проворная рука незнакомца скользнула вдоль талии и нырнула в карман. Сердце испуганно ёкнуло, и я молниеносно опустила глаза, замечая в его руке несколько стодолларовых купюр, что еще недавно швырнула ему в лицо. — Сдачи не надо, — ответил он, скрываясь в темном коридоре больницы и оставляя после себя тяжелый аромат парфюма. Всю дорогу домой я чувствовала холодок по спине, как будто кто то наблюдает за мной со стороны. Я прокляла свою любовь к прогулкам и отказ от автобуса. Пока я добиралась до дома, шел мокрый снег - частое явление для этой местности, как мне объяснили. Ледяные капли оседали на голове, заставляя мерзнуть и дрожать. Онемевшие пальцы шарили по замку, пока я пыталась вставить ключ. Было ещё не так поздно, но уже изрядно тямно. Я обернулась, чтобы убедиться, что действительно нахожусь одна. В сумеречном свете все казалось безликим. После нескольких минут бездействия, я отворила дверь и зашла в окутывающее, блаженное тепло. Включила свет и повесила пальто возле двери. Снимая один ботинок за другим, обнаружила неприятные сюрпризы в виде промокших носков. В пустой квартире Чонина ощущался странный дух чужого присутствия. — Чонин? — крикнула я, а затем ударила себя ладошкой по голове. Если я здесь, то он, наверняка, в больнице на дежурстве, очевидно же, дурочка. Я побродила по квартире, проверяя все на наличие кражи или взлома. Тут не было ничего, что можно было бы украсть, совершенно обычный дом, даже до конца не обжитый. Мой взгляд зацепился за кружку, что стояла на сушилке рядом с кружкой Чонина. Странно, я отчетливо помнила, что оставила её в раковине так и не помыв в спешке. Открыв дверь своей комнаты, чувство неправильности усилилось. Постель была идеально заправлена, без единой складки. Даже в лучшие времена, я была такой неряшливой по утрам, что это казалось странным. Вздохнув, я присела на кровать. Кажется, у меня была паранойя. Я свернулась, вдыхая чистый аромат постельного белья, зарываясь под шерстяное одеяло. К черту рабочую форму! Я закрыла глаза и провалилась в темноту.
