Змеиный капкан чайной розы

"Многие готовы скорее умереть,

Чем подумать.

Часто, кстати, так и случается."

Бертран Рассел

Выписка из медкарты пациента по состоянию на 27.02.1896... Пациент: Леонард Кристиан Гриз. Дата рождения: 20.01.1877. Возраст: 19 лет. Состояние пациента: Еле стабильное. Причина состояния: Пока неизвестна. Проводится лабораторное изучение причины текущего состояния пациента. На данный момент, очнётся ли пациент в ближайшее время, определить невозможно...

***

Несколькими днями ранее... Как ни странно признавать, но один мудрый человек всегда говорил, что время течёт, словно река: быстро и безвозвратно. Это можно ассоциировать с тем, что на дворе уже наступил 1896 год. Для многих этот промежуток времени сыграл, скорее всего, важную роль в их жизни, для некоторых всё прошло, как и было до этого. И Изабель до сих пор не верится, что завтра ей исполнится семнадцать лет. Она уже живёт, как Рэй Теодор Льюис чуть более двух лет. Даже как-то до сих пор и не верится, что всё это происходит. От всех этих колоритов эмоций у девочки (ах, нет, уже можно сказать, девушки) иногда болит голова и подкатывает какой-то необъяснимый ком тревоги. У неё было такое ощущение, будто чем ближе подступает этот "праздник", тем сильнее чувство некого страха, что случится что-то плохое. Джаред все эти годы настаивал, чтобы Изабель полноценно отпраздновала свой День рождения, чтобы она не чувствовала себя какой-то обделëнной. Конечно, девочке было приятно, что Джаред, как обычно, беспокоится о ней, но за то время, как она пробыла в поместье Гризов и как она тихо вместе с мадам Миллер, двойняшками и Леонардом просто тихо сидели вечером с тортиком в комнате Изабель, она не привыкла к роскоши в день своего праздника. Предыдущие дни рождения она не праздновала из-за того, что постоянно болела. Чарли и Мэй постоянно смеялись с неё, мол, она слишком невезучая. Но она, конечно, понимала, что они переживали за неё. Изабель никогда не славилась крепким здоровьем, так как с детства болела очень часто. Но она была удивлена, что смогла выжить со своей предрасположенностью. После того случая с наркотиками Джаред договорился за внесённую круглую сумму, чтобы Изабель побыла дома ещё два месяца, пока она полностью не восстановится, так как он понимал, что сейчас ей опасно покидать дом. Но было условие, чтобы задания она всё равно выполняла и присылала выполненные задания по почте или чтобы кто-то приносил их. Профессор Блэк насчёт занятий по стрельбе и физической культуре заявил, что "мальчишка и так хорош в этом, поэтому нормативы он может сдать потом". Хотя парадокс в том, что Изабель никогда не была сильна в физической подготовке. Так как рядом с домом была проведена телефонная линия, девочка ближе к вечеру спускалась и звонила в колледж. Рон в назначенное время всегда был там. Он делился своими буднями и говорил, как и что нужно делать по учебникам. Улица, на которой жила Изабель, на удивление, была безлюдной, поэтому желающих поговорить по телефону всегда было мало. Поэтому девочка, не обращая внимания на то, что за каждые три минуты она платит по восемь шиллингов, говорила с Роном минимум полчаса. Также Изабель пять дней в неделю проводила беседы с мистером Грейнджером, который благодаря своим познаниям в этой области, не только пытался вылечить Изабель, но ещё и обучить тому, как отличить распространённые яды. — Для тебя это будет немаловажным опытом. Ведь ты собираешься стать детективом. Мистер Грейнджер оказался очень спокойным и приветливым мужчиной сорока лет, среднего роста с синими глазами. Как и у Гермионы, у него были тёмные вьющиеся волосы, а кожа была смугловатой по природе. Он занимался с ней каким-то странным образом. Вместо того, чтобы принуждать её к физическому труду, он разговаривал с ней, пытался выявить причину. И Изабель ему рассказывала правду, опуская моменты. То, что в десять лет она потеряла родных, как её спас Джаред, и как она оказалась в Лондоне. И вместо того, чтобы осудить её за какие-то моменты, он лишь спокойно её слушал и затем проговаривал с ней все моменты. И он даже вводил Изабель в гипноз. Ну и без препаратов не обходилось. Изабель до сих пор не знает, что это было. И это давало свои плоды. Хоть и не быстро, но она смогла побороть себя. И спустя три года всех этих стараний Изабель дышит полной грудью. После возвращения в колледж, нет, даже после того, как девушка его закончила, она спрашивала у своего врача, нет, уже, можно сказать, наставника и друга, откуда он взял эти методики. Попивая чай в гостиной дома Грейнджеров, мужчина лишь усмехался и говорил: — Сам даже не знаю. Просто заметил, что физическим насилием не всегда можно помочь человеку. Вот и подумал, может, если узнавать проблему на корню и проговорить её... Может, что-то да выйдет? Гермиона, кстати, загорелась тем, что делает её отец ещё сильнее. Поэтому она решила, что отучится медицине, чтобы быть медсестрой. Изабель гордилась ей, ведь сейчас не середина века, где девушек тюкали сильнее всего. Но и сейчас неслабо. Так что за эти три года много что изменилось. Сейчас Изабель разбирает письма, которые заранее ей прислали будущие гости завтрашнего мероприятия. Да, в этом году её родственники решили, что Изабель хотя бы нужно показаться в высшем общесте. Это будет проведено в поместье Льюисов. А то вечно болеет, даже когда её зовут. Рон и его семья были приглашены, но они были вынуждены отказаться, так как старший сын, Билл, позвал всех на некоторое время в Шотландию, где они и познакомились когда-то на делововй встрече с Флёр, его женой. Гермиона сказала, что придёт, мадам Миллер тоже заявила, что Леонард с графом тоже собираются приехать. У него как раз выпал отпуск на это время. Как сказала мадам Миллер, Леонард за эти три года приезжал домой только три раз, перед началом службы в армии два раза и месяц назад. И как он сказал, что посылать письма ему будет нецелесообразно, так как он может кочевать из точки в точку по всей стране. Если что, то сам напишет. Но Изабель это знала, так как иногда, но они с братом поддерживали связь. Она почти всё ему рассказала, почему её удочерили. И брат, хоть сперва и обижался, что она его не предупредила, но не в обиде. Ведь Изабель не могла этого предсказать. А сейчас, перебрав все письма, девушка обнаружила странное письмо без указания адресанта. Оно немного озадачило Изабель, она уже было хотела открыть его, но в дверь постучали, и в комнату вошла миссис Льюис с подносом, на котором стояли кружки с горячим шоколадом. Изабель решила всё-таки открыть письмо и посмотреть, что же там. И там оказался лишь пустой лист бумаги... Странно, кто так решил пошутить. Ну ладно, надо положить его в ящик. Так Изабель и поступила. Затем она встала из-за стола и пригласила бабушку к креслам. Поставив поднос на столик, они уселись на кресла и завели разговор. — Чего ты ожидаешь от завтрашнего дня? — Честно... Я не хочу видеть всех этих аристократов. Все праздники верхушек - это пик лицемерия. С этого высказывания миссис Льюис лишь усмехнулась и закурила свою прилюбившуюся трубку, которую Изабель подарила ей два года назад на День рождения. Женщина за эти годы немного постарела, на волосах показались первые признаки седины, но сама женщина не хотела этого признавать. Джаред, который сейчас был на работе в Лондоне, говорил, что с его матушкой спорить бесполезно. Да и Изабель это знает не по наслышке. — Знаешь. Завтра тебе лучше подружиться с детьми некоторых значимых фигур, так как дружба с ними тебе должна сыграть на руку в будущем, поняла? — А что, если не хочу? — Хм... Ну тогда я подумаю над тем, чтобы раскрыть твой маленький секрет. Изабель знала, что бабушка этого не сделает, поэтому лишь скорчила гримасу ужаса и прижала руку к сердцу, мол, она задела её за живое. С этого они лишь посмеялись и чокнулись своими кружками горячего шоколада, блаженно попивая его до глубокой ночи, обсуждая разные насущные темы и то, как Изабель должна вести себя на банкете, чтобы не ударить в грязь лицом. — Запомни. Ты должна Вести себя сверхлицемерно. Хоть это и противно. — Хорошо... Хорошо... Постараюсь... На этой ноте женщина лишь улыбнулась, посмотрела, который час, и заключила, что ей пора идти спать. На этом она поцеловала Изабель в щёку, пожелала спокойной ночи и вышла из комнаты, прихватив с собой поднос...

***

На следующий день Изабель проснулась подавленная. Ей так не хотелось всей этой кутерьмы, но факт того, что она сможет встретиться со всеми близкими, останавливало её вредничать. С самого утра девушка приводила себя в порядок, ей привезли качественную одежду прямиком из ателье. Украшение и сервирование столов было закончено примерно к двум часам дня. А все должны приехать к половине третьего. Джаред упоминал, что приедет поздно, так как на работе возникли неотложные дела, которые нельзя скинуть на остальных. Изабель, конечно, расстроилась, но не возражала. Мистер и миссис Льюис, ну, точнее, только женщина, напоминали ей о правилах, как нужно встречать гостей и так далее. От этого у девушки сразу начала болеть голова, но она лишь смиренно кивала головой и молилась, чтобы этот день поскорее закончился. Первые гости начали показываться чуть позже назначенного времени. Изабель никогда не понимала такого, что аристократы не соблюдают пунктуальность. Аж бесит. Сказали же приехать в назначенное время. Нет, обязательно надо опаздывать. Но свои претензии Изабель оставляла глубоко в себе. Она встречала каждого гостя с такой яркой улыбкой, что все аж были поражены, какой хороший и воспитанный мальчик. Все незамужние девушки, конечно же, строили ей глазки, отчего у Изабель порой возникали рвотные позывы. Но нужно держаться. Вот приехала Гермиона всей семьёй. Девушка с радостью поприветствовала подругу и семью Грейнджеров и пригласила пройти в главный холл к столам. Они поздравили Изабель с Днём рождения и прошли дальше. Это всё уже начало действительно уматывать. Многие приезжали со своими слугами, поэтому тех приходилось провожать в комнаты ожидания. И Изабель это раздражало ещё больше. Такое ощущение, что эти аристократы никак не справятся без своей прислуги нигде... Ну, ладно, не будем о грустном, ведь уже нет повода. Когда почти все гости уже были здесь, на территорию поместья въехала следующая карета. И это была карета графа Гриза. Вот этот аспект порадовал Изабель, и она с удовольствием будет встречать этих людей. Ну, кроме самого графа. — Потерпи ещё немного... Осталось пару гостей встретить... — проговорила миссис Льюис, стоя по левую сторону от Изабель. — Всё-таки я тебя понимаю, почему ты не хотел такой праздник. — сказал тихим голосом мистер Льюис по правую сторону. И затем Изабель увидела, как из экипажа начали выходить они. Первым вышел граф. Он будто за эти годы не изменился. После него уже вышел Леонард. Как заметила Изабель, парень ещё вытянулся, у него нет тех длинных волос, которые ей так нравились. Они были короткими, похожими на пушок, черты лица немного погрубели, но остаются такими же красивыми. Ну и в армии он точно накачал себе мышцы. Но если присмотреться, то это тот же Леонард, которого она знала в детстве. Затем вышла мадам Миллер. Без Мэй и Чарли. Видимо, детей слуг брать было нельзя. Честно, было грустно. Но видеть хотя бы двух родных людей было лучше, чем никого. Мадам Миллер увидела Изабель, незаметно кивнула, улыбнувшись, и последовала за горничной, которая пошла её провожать в комнату ожидания. А Леонард с графом начали подниматься по лестнице. И выражение лица брата её немного озадачило. Он был каким-то подавленным и раздражённым. Но затем, когда парень поднял взгляд на Изабель, то его глаза округлились, но затем лицо стало прежним. — Приветствую Вас, дорогие граф и молодой господин Гризы. — проговорила мадам Льюис с яркой улыбкой. Изабель и Леонард не сводили друг с друга глаз уже долгое время. Это было до того момента, пока отец не сказал ему поздороваться. На этом парень поклонился и поздравил Изабель с Днём рождения. Девушка с этого лишь поблагодарила его и попросила пройти в помещение...

***

Когда все гости были в сборе, праздник начался. Честно, Изабель было настолько скучно, что ей даже дела не было до знакомства с другими людьми. Конечно, миссис Льюис подначивала её, чтобы она шла знакомиться. Джаред пока не приехал, поэтому сгладить натиск бабушки не было людей. Мистер Льюис просто разговаривал с мужчинами о бизнесе и многом другом, мадам находилась в кругу замужних женщин, а Изабель приходилось торчать с молодёжью. Она лишь тихо сидела и однообразно отвечала на вопросы оппонентов. Все люди ей были не знакомы, но о многих она слышала из слухов. Парни пытались сдружиться с ней лишь ради того, чтобы они имели связи в виде сына главы Скотланд-Ярда и маркиза, а девушки... Были заинтересованы в женитьбе на ней, ведь не каждая удостоится быть женой высокопоставленной семьи. От такого лицемерия Изабель было тошно. Лишь Гермиона её не раздражала в этом толпище людей. Но ещё девушка мельком наблюдала за Леонардом. Он мило разговаривал со всеми, но было видно, что это было притворство. Ему было неприятно общаться со всеми, как и Изабель. Она заметила, что он постоянно находился рядом с Питером Уотсоном, младшим сыном семьи военного деятеля. Он здесь со старшим братом и матерью. Спустя примерно час этих мучений был объявлен первый танец. Все молодые девушки и парни должны собраться в пары. А сам танец открывает пара именинника. Изабель без раздумий пригласила в качестве своей пары Гермиону, так как с ней она хотя бы не будет бояться, что случайно отдавит ей ногу. И, конечно же, все были шокированы таким выходом, так как, мол, здесь есть девочки красивее. Но ей было плевать. — Рэй. Зачем ты выбрал меня...? — А что? Тебе некомфортно? — Нет... Но твоя репутация... — Плевать. Ты мой друг, поэтому тебя и выбрал. На этой ноте Гермиона прекратила расспросы. Она лишь полностью отдалась танцу. В принципе, Изабель сделала то же самое... Но танцевать ей всё-таки не дано. Она несколько раз наступала Гермионе на ноги, но они это тихо скрывали и смеялись. Так и прошёл первый танец, в котором Изабель и Гермиона вышли обе с оттоптанными ногами...

***

Джаред приехал как раз после окончания танцев. Он при всех поздравил Изабель с Днём рождения, подарив ей... Пистолет модели "Веблей, Мк III"... — Я же знаю, что ты у меня первоклассный стрелок. Так что решил заранее подарить тебе такой подарок. — Спасибо, отец. Я буду беречь его... И использовать с умом. На этом моменте все зааплодировали, а Изабель пожала руку Джареду. Затем она решила, что сейчас самое время поговорить с ним по душам. Она так не говорила с Леонардом целую вечность. Поэтому она обязана наверстать упущенное за сегодняшний день. Девушка нашла его в толпе быстро. Он так же стоял в углу с Уотсоном и что-то с ним обсуждал. Девушка уверенным шагом направилась прямо к нему. Она ж имениница, и в разговоре с ней он не имел права отказаться. Так что, подойдя к парням ближе, Изабель прочистила горла и проговорила: — Мистер Гриз, мы можем поговорить? Парень лишь взглянул на Изабель каким-то странным и неодобрительным взглядом, от которого девушке стало очень некомфортно... Почему же так всë сложно...? Но, видимо, из-за правил этикета, из-за которых именинника никто не может проигнорировать, Леонард лишь криво улыбнулся, попросил прощения у своего оппонента, а затем пошëл вслед за Изабель. Было видно, что многие были удивлены такому, что сын маркиза, до недавнего времени не заинтересованный ни в ком из присутствующих, соизволил обратить своë внимание на сына графа Гриза, печально известного в аристократических кругах. Но больше всего были недовольны дамы, которым юный маркиз не подарил свой танец. А пригласил какую-то странную замухрыжку Грейнджер, которая является «баронским выродком». Но сейчас Изабель было плевать на всех и вся. Она лишь хотела поговорить со своим братом, разобраться со всем, что накопилось за те три года, что они не виделись и почти не общались... А вообще... Изабель скучала по нему больше всего. Ведь этот ранее милый и добродушный мальчишка... Благодаря которому и есть настоящая она, которую он видит перед собой... Брат, которому она могла рассказать всë, что накопилось... Человек, которого она действительно любила, словно он ей родной... И сейчас любит. Она не хочет, чтобы он за что-то еë ненавидел... Хотела, чтобы они общались так же, как и раньше... Поддерживали друг друга... И не прекращали связь... И вообще очень удивительно, что он согласился вместе с отцом приехать на еë День рождения. Но сейчас это неважно. Главное, что сейчас он стоит перед ней, у входа на балкон третьего этажа, на который никто и не будет заходить. Девушка, преодолев свой страх неизвестности от всего этого, открыла дверь на балкон. И медленными шагами молодые люди прошли к поручням. На улице был лëгкий прохладный ветелок, который развевал немного отросшие волосы Изабель. Вдохнуть столь свежий воздух загородного поместья было очень кстати после Лондона... Поэтому ребята стояли некоторое время молча, ничего не говоря друг другу. И эту идиллию решила нарушить Изабель. — Как поживаешь? Конечно, ответа сразу же со стороны Леонарда не последовало, так как он просто стоял с закрытыми глазами и наслаждался лëгкими дуновениями ветерка. Раньше Изабель любовалась его длинными чëрными волосами по плечи. Но сейчас от них у него остался лишь лëгкий чëрный пушок по голове. Но, будто услышав вопрос с каким-то опозданием, лишь тихо прошептал: — Как видишь, нормально. А твои дела как? — Тоже неплохо. На этой ноте у ребят снова возникло неловкое молчание, которое явно никто из них не осмеливался нарушать. Изабель боялась вообще что-либо сказать, так как не знала, как отреагирует Леонард на еë слова. — Хоть немного полегче после этой праздничной суматохи. Свежий воздух чутка отрезвил. — проговорил Леонард с тяжёлым вздохом и усмешкой, повернув голову в сторону Изабель. — Тебе нехорошо? — Не, нормально, просто устал от всего... Вот и злой... Прости, если тебе показалось, что я на тебя обижен. — Ничего страшного... Снова возникла минутка молчания. — Вообще не люблю эти сборища лицемеров. Мне хватило бы просто моей семьи и... — И? — Ну... Ещë тебя, мадам Миллер и двойняшек... Ну и чуть поменьше Рона с Гермионой... С этого высказывания девушки Леонард посмотрел на неë острым взглядом своих голубых глаз, в которых красиво отражался лунный свет. Девушка испугалась, что после того, как они почти не общались, он странно на неё посмотрит. Но потом он резко прыснул в кулак и засмеялся. Изабель после секунды ступора, словно заразившись настроением оппонента, засмеялась в ответ. Но ещё попутно девушка слышала, что он издаёт какие-то хрипы. Может, протыл? А затем Леонард несильно похлопал девушку по спине и сквозь смех чуть ли не прохрюкал: — Боже! Ты вообще за эти годы не изменился, Рэй! — Ну не надо! Я вырос ещë на пару дюймов! — Но всë равно такой же дрищ. Даже мышечной массы особо не набрал. Ты что, девочка? А вот с этого высказывания девушка чуть не подавилась собственной слюной. Но воздух из лëгких просто будто ушëл куда подальше. Она лишь посмотрела на него, как на придурка. — Ну и шуточки у тебя. Просто моë хилое тело слишком много болеет, вот и не терпит много физических нагрузок. — Боже, я же шучу, дурень. Для девочки ты слишком резкий. А вот это было сейчас обидно. — А, то есть, если бы я был девушкой, то не нравился бы парням? — Ну и вопросы у тебя. Не, ну, может, какой-нибудь наивный дурак и купился. Но точно бы не я. У Изабель в голове крутилась лишь одна навязчивая мысль прямиком из детства. Так отец и брат ей нагло врали, что она красивая, и что она будет нравиться всем мужчинам, так как еë красота схожа с чайной розой. Обманщики... Хоть Изабель и говорила, что собирается посвятить свою жизнь карьере и опустить личную жизнь на второй план, но всë равно как-то не очень слышать подобное от своего кузена... И, словно заметив грустную мину, Леонард испуганно уставился на неë, но затем снова усмехнулся и положил руку ей на плечи. — Дурень, я же не сказал, что ты не будешь нравиться девочкам. Ты видел, как все дамы на тебя глядели? Они так той девушке завидовали, с которой ты танцевал, что аж веера свои грызли. Ну, сам факт того, что девушки еë не интересуют, еë не успокоил. Изабель лишь с улыбкой кивнула и похлопала брата по спине. — А ты? Уже девятнадцать, невеста уже есть? А вот на этой теме Леонард стал мрачнее тучи. Вероятно, Изабель не надо было затрагивать эту тему. — Дочь одного виконта так от меня без ума, что аж ко мне в армию приезжала, не предупредив... — Ну ничего себе. А ты что на это? — Ну... Я ничего. Просто сказал ей, что нам не по пути. И отец не нагнетает на женитьбу. Спасибо хоть на этом. Изабель усмехнулась. Видимо, наш Леонард или решил быть, как она, и погрязнуть полностью в карьеру. Или же... Ему уже кто-то нравится. Некоторое время ребята разговаривали ни о чём, просто обсуждая будни. Они так давно не обсуждали всё по душам, что сейчас появилась одна из мимолётных возможностей, которые упускать даже нельзя. Это напомнило Изабель их маленьких... Как они сидели на крыше, как делились тем сокровенным, чего нельзя было сказать всем остальным... Девушка даже задумывалась, чтобы признаться ему в том, что является на деле девушкой... И что они родственники... Но страх неизвестности играл своё. Она не была готова его терять. — Кстати, Рэй. — Чего? — Ты получил письмо? — Какое письмо? Мадам Миллер? Я его получил. — Нет не оно. А про... Только Леонард хотел было что-то сказать, как неожиданно он округлил глаза и немного согнулся. Изабель стало страшно за него. Неприятное ощущение, которое весь день такилось в ней с самого утра, резко возросло до колоссальных размеров. С братом точно что-то не так... — Эй... Что с тобой? — Что-то... Мне нехорошо... — тихо прохрипел Леонард, тяжело дыша и сжав ткань пиджака в области сердца. А затем Изабель стала свидетелем того, как еë брат сперва перекинулся через балкон, потом что его вырвало... А потом он резко опустился на колени прямо перед ней и начал очень жадно вдыхать воздух, словно задыхаясь. Девушка с диким испугом и шокированными глазами просто смотрела на то, как еë брату становится всë хуже и хуже. Она не могла сдвинуться из-за жутчайшего страха, из-за которого все еë конечности окоченели, как у трупа. — Б-Братец... П-Прочти... Услышав эти еле произнесëнные слова, Изабель резко вышла из этого жуткого состояния окоченения и, предаваясь панике, быстро опустилась на коленки и схватила Леонарда за плечи. — Лео! Лео! Дыши глубже! Дыши! Что прочесть?! — Я... Не могу... Письмо... — Боже... Потом скажешь! Главное, не теряй сознание! Девушка пыталась вспомнить, как оказывать первую помощь при таких ситуациях, но абсолютно ничего не лезло в голову. И она это до того момента, пока Леонард просто не потерял сознание... Глядя на тело брата, которое еле подавала признаки жизни, Изабель словно пришла в себя и не нашла иного выхода, чем позвать на помощь. Среди гостей есть врачи, поэтому они помогут ему. Девушка быстро выбежала и направилась на первый этаж. Все, как обычно, в светской атмосфере обсуждали насущные дела. Но лишь один выкрик Изабель сразу нарушил всю эту идиллию, наплевав на все правила приличия. — ВРАЧА! СРОЧНО ПОЗОВИТЕ ВРАЧА! ЧЕЛОВЕКУ ПЛОХО! Еë брат сейчас медленно, но верно умирает, а она должна себя вести, как паинька?! Ну уж нет! Она сразу заметила, что все начали суетиться и паниковать. Даже кто-то закричал. На лестницу сразу же начали подниматься врачи, первым из них был как раз мистер Грейнджер вместе с Джаредом. — Что стряслось?! — проговорил Джаред, быстро оказавшись около Изабель, схватив её за плечи. Но девушка даже и слова вымолвить не могла. Она до сих пор находится в состоянии шока, но понимала, что медлить нельзя. Она быстро схватила за руку мистера Грейнджера и повела на третий этаж. Когда еле живого Леонарда, который порой приходил в сознание, нашли на полу балкона, все замерли, но врачи сразу начали расспрашивать, что с ним случилось. И Изабель, кое-как, набравшись сил, объяснила, как и что случилось с её братом. Узнав все симптомы, они сразу подошли к парню и начали оказывать первую помощь. А все остальные начали косо смотреть на Изабель. Джаред, стоящий рядом с ней, взял её за плечи и попытался увести отсюда. Но Изабель не хотела никуда уходить. Она лишь медленно подошла к Леонарду, который сейчас находился в слабом, но сознании. Пока что ему оказал возможную на данный момент первую помощь. Изабель присела рядом с ним, взяла его за руку и тихо прошептала: — Выживи... Ты должен выжить... Я не вынесу, если потеряю и тебя тоже... На этой минуте Леонард еле улыбнулся, протянул к ней руку, а потом снова провалился в небытие...

***

В доме началась паника. Все входы и выходы перекрыли, позволив выйти только врачам и Лео на носилках. Его увезли в ближайшую больницу в Слифорде, откуда его доставят в Лондон. Графу тоже позволили уехать, так как он отец, и у него нет резона. Хотя Изабель очень сомневалась. Так как это был единственный человеку, который спокойно наблюдал за всем и ничего не предпринял. Уже приехал Скотланд-Ярд по поручению Джареда, и они сразу узнали о сути дела. Ну и, конечно же, все подозрения разом легли на Изабель. — Рэй Теодор Льюис. Так как, согласно показаниям свидетелей вы видели пострадавшего последним, то становитесь подозреваемым номер один в этом деле. — проговорил констебль, заключив, что Изабель была последней, кто видел Леонарда в сознании. Ну, можно сказать спасибо, что еë сразу не повязали. Спасибо большое, что Джаред является начальником полиции. И она сразу увидела, что еë родные, семья Льюисов, и мадам Миллер, были ошеломлены этим и уже было хотели встать на еë защиту, мол, она никогда не могла причинить вред своему близкому человеку. Но Изабель пресекла их своей спокойной фразой. — Буду рад сотрудничать с полицией. Но позвольте я выдвину одно маленькое условие? — Какое же? Так как Изабель в этом году собиралась проходить стажировку в полиции в качестве помощника следователя, девушка с широкой улыбкой произнесла: — Так как моя вина не доказана никак, прошу разрешить мне участвовать в раскрытии дела. Полицейские с недоверием смотрели на Изабель. Похоже, подумали, что она из тех, кто при сотрудничестве будет по-тихому заметать следы. Верх глупости. Поэтому девушка заверила, что к ней они могут приставить любого полицейского. Они посмотрели друг на друга и, увидев злобный взгляд Джареда, решили на свой страх и риск согласиться на эту мутную авантюру. На этом девушка лишь хитро улыбнулась и поблагодарила Джареда за содействие. — Слышь, Тайлер. Будешь его сопровождать. — П-Понял, сэр. И перед Изабель возник на вид неуклюжий паренëк лет двадцати в форме констебля с видом наивного мальчишки. Он был выше Изабель на голову, кучерявые волосы каштанового цвета, торчащие из под шлема. Он посмотрел на нее своими глазами цвета молочного шоколада и взволнованно начал говорить: — Д-Доброго вечера, мистер Льюис... Я Тайлер Браун, стажëр в следственном отделе Скотланд-Ярда. — Ох, давай без формальностей. Ты для меня просто Тайлер, а я для тебя просто Рэй. Девушка пожала своему оппоненту руку и лишь произнесла, что будет рада сотрудничеству. И расследование сразу продолжилось. Как обычно, часть людей были подвержены допросу, а остальные продолжали изучать место преступления. Изабель вместе с Тайлером сразу направились к тому, от кого девушка забрала Леонарда. Сын Уотсона. Если он сейчас скажет, что Леонард и до этого неважно себя чувствовал, то это докажет то, что не она отравила его на балконе. — Здравствуйте, молодой госпо... Но лишь девушка хотела что-то сказать, как неожиданно одна из женщин резко пресекла её. — Пошёл вон от моего сына! Ты и его собираешься отравить?! — Странное высказывание. — проговорила Изабель, показывая на Тайлера. — Я тут в сопровождении констебля. Я не такой дурак, чтобы отравить вашего сына прямо тут. — Да, мадам. Позвольте мы опросим вашего сына, так как, со слов молодого господина Льюиса, именно он последним разговаривал с пострадавшим. — Да вы... — Мама. Прекрати. Дай мне сказать. Словно оскорблённая, мадам Уотсон отошла на второй план и позволила Изабель заговорить с её сыном. — Молодой господин. Не могли бы вы ответить на один вопрос. Как долго за время праздника вы провели с пострадавшим. — Хм... Если так подумать... То всё время, потому что мы сослуживцы. И нам необходимо было обсудить следующее задание от штаба. Так что он далеко от меня не уходил. — Понятно... А вы не замечали за ним какого-то странного поведения? — Ну... Вроде как нет... Он и к еде не прикасался... Но единственное... Он доставал какую-то странную бутылочку из толстого синего стекла, и пил. Он говорил, что у него жуткая бессонница, вот и пьёт лекарство. Я видел, какие даёт ему врач. Эта отличалась. И после этого... он начал будто тухнуть на глазах... Услышав эти слова, Изабель лишь напряглась. Значит... Ему стало плохо от лекарства...? Если Лео дружил с Уотсоном, значит, ему можно верить. Тайлер тоже высказал, что парень точно не лгал. После того, как констебли всё обыскали, и не обнаружили ничего стоящего, и допросы ничего не дали, Изабель отчаялась. Но потом она вспомнила кое-что. И этот факт словно заставил её встрепенуться и начать подходить к этому с другой стороны. После этого Изабель подумала об одной навязчивой вещи. Что среди присутствующих нет того человека, что отравил Леонарда...