Mon Dieu [DSMP AU]

***

Теперь, когда Церковь XD официально стала религией (культом), Дрим быстро отвёл Томми в сторону и установил основные правила. (Потому что, что за собака, если хозяин не держит её на ебанном поводке?) — «Номер один,» — начал он, — «я твой единственный бог. Говоря о боге, ты должен говорить только обо мне. Ничего из этой ерунды Прайма; это ХД теперь. И я не просто ожидаю этого из-за титула, я твой бог.» Томми мысленно запоминал каждое правило, пока Дрим перечислял их, и голова кружилась от всей этой информации. Как он должен был запомнить всё это? — «Второе: ты должен говорить только тогда, когда к тебе обращаются. Помнишь ранее, когда я бил тебя головой об это дерево? Нарушишь это правило, и я сделаю это снова, но ещё хуже. И Томми, — Дрим так близко наклонился к уху мальчика, что тот чувствовал его дыхание на своей бледной коже, — «Это не угроза. Это обещание.» Больше правил. — «Номер четыре: твоя цель — быть лицом церкви, ну, кроме меня, конечно. Это означает, что ты сидишь спокойно и выглядишь красиво. Всё таки, ты наш ангел, »— Томми вздрогнул. А дальше ещё больше правил. — «Номер двенадцать: это довольно очевидно, но я всё равно повторяю. Ты не должен возражать против всего, что я говорю. Всегда. Если только я не нахожусь в критической опасности и тебе не нужно ослушаться приказа, чтобы спасти мою жизнь, ты будешь следовать всем данным тебе командам. Как обычно, но теперь я гораздо менее снисходителен.» Это было определенно много, чтобы запомнить, уж точно. Однако они не сильно отличались от обычных правил, так что, по крайней мере, к ним было бы легко привыкнуть. — «Понимаешь?» — спросил Дрим, лукаво наклонив голову. — «Да, ” — скучно Томми ответил. — «Хорошо, ” — сказал Дрим и на этом закончил. Горожане в настоящее время усердно работали над строительством церкви по заказу Дрима: большого собора из белого мрамора с зелеными акцентами. Недоделанные зелёные знамена валялись на земле в окружении мастерящих их людей. Это были неплохие баннеры. Но всё, что они делали, это надоедали подростку. (У Томми было хотение спросить, почему бы ему не использовать золото и не совпадать одеждой, но у него действительно не было никакого желания, чтобы Дрим снова разхуярил голову Томми об дерево. Он предполагал, что у него будет паническая атака или что-то в этом роде, когда он в следующий раз получит занозу.) Он видел, как молодая девушка споткнулась, а некоторые мелкие припасы, которые она несла, чуть не вывалились из её рук, прежде чем та была поймана пожилой женщиной. Девушка отряхнула платье и поблагодарила пожилую даму. Улыбка молодой девушки казалась чем-то больше похожим на гримасу. (Девушка напомнила ему Ники своими мятежными, но добрыми глазами. Он, наверное, просто ебанулся.) Там было довольно много людей, но в то время как многие из гражданских уже были на пути к тому, чтобы стать последователями Дрима, большая горстка ни в малейшей степени не соглашалась с богом в маске. — «Что мы будем делать с неверующими? , ” — кто-то спросил. Дрим только улыбнулся, — «О них позаботятся, поверь мне.» Конечно. Да. Совсем не зловеще. Томми, честно говоря, был впечатлён количеством людей, которые решили так быстро последовать за масочником. Это почти не казалось реальным, но опять же люди совершали безумные поступки, просто, чтобы во что-то верить. Это породило совершенно новый водоворот вопросов — почему люди основывают свою жизнь на убеждениях? Это, казалось, возбуждало их, но также возводило барьеры в их и без того ограниченную жизнь. — думал Томми, наблюдая, как люди толкаются вокруг, поднимая плиты из мрамора и камня. Действительно ли он верил в божественность Дрима? Что ж, он моргнул, глядя, как солнечный свет отражается от недостроенной церкви, полагаю, у меня нет выбора. Верю я в это или нет, это не имеет значения, не так ли? Томми и сам всегда был религиозен; был последователем Прайма, прежде чем он начал поклоняться Дриму, особенно для того, чтобы подавить свой ужасный страх смерти. Но, умерев гораздо больше, чем любой человек должен быть к настоящему времени, он мог с мрачной уверенностью подтвердить, что не существует достойной загробной жизни, а вера в Прайм была почти бессмысленной. (Разве боги не должны были помочь ему летать? Почему Дрим только подрезал крылья?) А как же обычные гражданские? У них был полный контроль над тем, что они хотели делать, так что же заставило их выбрать Дрима? Несмотря на то, что в его руках была сила жизни и смерти. Что вообще заставило кого-то поверить в бога? Он предположил, что это может быть несколько вещей. Кто-то виноват в том, что пошло не так, что-то, чтобы облегчить ужас того, что происходит после смерти, что-то, чтобы заполнить неизвестность, что-то вроде маски, чтобы оправдать ужасные действия, которые вы совершили под именем какого-то невидимого, безликого бога. Маска, чтобы скрыть свои ужасные действия под предлогом всеобщего блага. (Маска с улыбкой.) Но ещё и для общества, для дружбы, для дома. Чем больше подросток думал об этом, тем больше он мог сравнить что-то вроде веры в религию с Л’Манбургом. Он снова вздрогнул, задаваясь вопросом, может ли Дрим каким-то образом уловить его мысли, и всё ещё мужчина не обращал внимания на внутреннее смятение Томми, выкрикивая приказы горожанам с острого холма — «Вы поставили это в неправильном месте.» Л’Манбург был группой людей, которые во что-то верили и были готовы за это бороться. Общая цель свободы, независимости, прохладных ночей у костра, прыжков в реки и ловли светлячков. Группа людей, которые нуждались в доме, и нашли его друг в друге. Может быть, всем этим людям нужен был кто-то рядом с ними, на кого они могли бы положиться, и они нашли это в Дриме. Тот никогда не был жестоким в те ранние дни. …Тогда, по этой логике, действительно ли масочник был так плох? Конечно, Дрим был лучшим другом Томми, поэтому вышеупомянутый вопрос относился к посторонним. Те бывшие союзники, которые утверждали, что Дрим был лжецом, манипулятором, мошенником, тираном, обидчиком. Они просто не понимали, что хорошего может сделать тот. Дрим увидел этот город одиноких людей и свёл их вместе, и XD, если это не было восхитительно. Томми почувствовал, как его сердце согрелось при этом осознании того, насколько хорош был Дрим, насколько щедрым, каким, черт возьми, благородным. На самом деле, его сердце переполняно тепло, а знание того, что он работает бок о бок и немного ниже бога, которого, вероятно, можно считать самым добрым человеком во вселенной. XD, он был выбран его ангелом. — «Найди и поймай смысл, ” — сказал Уилбур подростку одной тихой летней ночью, настраивая свою гитару, — «не упускай возможности, просто потому что ты слишком напуган, чтобы ею воспользоваться.» И Дрим сделал это, не так ли? Он увидел этот шанс объединить расколотый город через призму веры и воспользовался им. И теперь они могли быть семьёй, домом. Дрим был золотом между трещинами, которое соединяло всё таким прекрасным, ломаным образом. Это было так благородно, так невероятно, на самом деле, что Томми почувствовал, что все беспокойства, которые у него были, смыты, потому что Дрим был его богом, и даже если он был просто марионеткой для этого человека (хотя он знал, что это не так, они в конце концов, были лучшими друзьями, как братья), всё было бы хорошо, потому что Дрим знал, что делал. Он не возражал против того, чтобы на какое-то время масочник взял бразды правления в свои руки. Он мог быть послушным, он мог быть идеальным ангелом Церкви XD, он мог быть тем, кем хотел Дрим. Он превращался в кучу слизи, податливой, гибкой и послушной, соглашаясь со всем, что нужно было изменить. Это для чего друзья, верно?

***

— «Ладно, все, собирайтесь!» — позвал Дрим, сложив руки рупором вокруг рта, чтобы усилить громкость крика. К этому времени солнце уже садилось, опускаясь наполовину за горизонт и окрашивая небо в персиково-красный цвет манго в своем адски красивом омбре (?). Тонкие облака плыли бесцельно, не зная направления, дрейфуя, как дым, красивый, каким дым никогда не может быть. Облака почти закрывали несколько редких звезд, которые исчезали в поле зрения. Ветер был ласковым и прохладным. Томми решил, что сегодня вечером он хочет понаблюдать за звёздами. Но сначала- Население культа-религии вновь собралось вокруг Дрима и Томми. (Подросток обвёл толпу взглядом и прикинул где-то 30 людей, плюс-минус.) — «Большое спасибо всем за вашу работу сегодня; на самом деле, я действительно благодарен вам всем, ” — Голос Дрима был утешительно-благодарным, и, хотя это не было адресовано Томми, он растворился в звуке. Это напомнило ему о взъерошенных волосах, 'давания пять' и дружеских похлопываниях по спине. Из всех хороших времен между ним и Дримом. На мгновение возникло бормотание «незачто» и «пожалуйста» и «спасибо», прежде чем Дрим хлопнул в ладоши, и все почти одновременно замолчали. — «Однако, ” — медленно сказал он, — «как бы я ни ценил это, просто построить нашу церковь недостаточно, чтобы я по-настоящему доверял вам всем.» Стоны протеста народа. Томми вздрогнул. Дриму не понравятся их жалобы. — «Я думаю, ” — Дрим повысил голос, перекрывая бормотание, — «что нужно что-то вроде инициации. Ага, ” — он кивнул, словно подтверждая эту мысль самому себе, — «посвящение, если хотите.» Последователи кивнули в знак согласия, и Томми был смутно удивлён тем, как легко их можно было склонить на свою сторону. (Но разве он не был таким же? Нет, не был. В конце концов, он был другом Дрима. А масочник всегда вёл его по правильному пути.) — «Вы бы предпочли быть одним из остальных невежественных овец, стадного мышления, идиотизма человечества?» — мужчина спросил его ранее. И, клянусь XD, если бы эти люди не шли за стадным мышлением. Дрим был их сильным фермером, а Томми — его верной овчаркой. А остальные, ну, они были овцами, послушно следовавшими за ними. — «Тогда идёмте сюда. Нам нужно подходящее место для этого.» Сердце Томми забилось быстрее, и он рассеянно посмотрел на своё запястье. Там, где должен был быть счет его жизней, был набросанный беспорядок, как будто кто-то взял чернила и кинул по запястью, с блестящим зеленым сердцем, которое, казалось, было обведено несколько раз, сидящим в центре чернильного лабиринта. (Разве сам Тесей не был загнан в лабиринт?) Он мгновенно ощутил ошеломление, смотря на это– но чем дольше он смотрел, тем больше погружающее чувство заполняло внутренности. Дрим провёл группу по лесу, спокойно проходя мимо дерева, на котором осталась засохшая кровь Иннита, затем остановился на открытом пространстве. — «Вот, ребята!» — весело сказал масочник, доставая из инвентаря несколько верёвок и кинул их тем, кто был впереди, — «сегодня ваша инициация — здесь принести в жертву моего ангела.» Ох. — «Что за жертва?» — спросил кто-то из людей, голос дрожал так же, как и чувствовал себя Томми. — «Ах, ничего слишком ужасного, не волнуйся. В конце концов, я доброжелательный бог. Однако, если ты не сможешь сделать этого, то можешь уйти прямо сейчас, и я не буду наказывать тебя, ” — ответил Дрим, просматривая свой инвентарь. — «Но что это?» — та же персона спросила. — «Ах, нетерпелив, я смотрю? Если уж ты так хочешь знать, ” — у Томми было ощущение, что если бы он мог увидеть глаза Дрима, то увидел бы в них маниакальный блеск, — «ритуал Орёл Крови.» Несколько людей в ужасе застыли, а один просто повернулся и ушёл. Томми вообще не знал что такое «Орёл Крови», поэтому ничего не сделал, крылья рассеяно взмахнули. Реакция некоторых немного насторожила его, но кто он такой, чтобы расспрашивать Дрима? — «Как это работает, ” — масочник продолжил, — «Вы по очереди будете выполнять эту жертву на моём ангеле, тогда я буду воскрешать его, а вы доказывать свою ценность. Те, с верёвками, привяжите его. Остальные, вставайте в линию.» Томми запаниковал, когда несколько жителей подошли к тому и привязали его руки к ветвям дерева, которое было около него. Он не мог сопротивляться. Дрим бы злился — но чувство того, как жизненная сила медленно вытекает из него, заставило его хотеть кричать. — «Сначало, ” — Дрим говорил, — «Нам нужно убрать крылья. Мы так же сможем начать отсюда; Убить двух птиц одним камнем. Ты, ” — он указал на человека в начале линии, мужчина средних лет с неряшливой бородой, — «ты первый.» Мужчина сразу же ступил вперёд и принял незеритовый топор от Дрима. Масочник наклонился, — «Вот, что тебе нужно делать, ” — остальное подросток не смог услышать. Единственное предупреждение, которое Томс получил, это шёпот Дрима — «Не кричи, ” — в этом тошнотворно сладком тоне, прежде чем топор впился ему в спину, а ослепляющая боль заполнила взор. Отчаяние влилось быстрее, чем смысл сладких слов, и ох, это было пиздецки больно. Что за хуйня? Собери свои мысли, подумал Томми, пока чувствовал, как топор двинулся прямо к его левому крылу. Он подавил крик. У тебя топор в спине. Ты не можешь бежать. Ты не можешь кричать. Тогда что мне, блять, делать? Он ахнул, когда что-то хрустнуло, не кричи, не кричи, и его крыло упало на землю. Топор отодвинулся, боль не остановилась, и тогда ох XD, оружие вернулось на правом крыле. Томми прикусил свою губу так сильно, что кровь потекла по подбородку. Очередной хруст, и другое крыло упало на траву. Он подсознательно вспомнил ту смерть и паралич, ощущение ничего и возможность делать ничего, но ждать пока разум вновь придёт в комфортную тьму. Топор снова вонзился в спину, а затем вышел, и Томми перестал ощущать свои крылья, но мог видеть их со стороны. Его попытки сохранять самообладание не очень работали; Ему потребовалось всё, чтобы не издать не всхлипа, не крика, не плача о помощи. — «Следующий!» — позвал Дрим, топор был передан кому-то ещё, вновь вонзился в его спину (почему спина всегда получала самое худшее?), а затем прошёл ещё глубже в кожу, и какого хрена, какого хуя, какого хуя. Больше хруста. Он ломался. Масочник не смог бы починить его, если он будет стёрт в пыль, ох XD– Блять. Пиздец. Что за нахуй. Что за хуйня. Ёбанный в рот. Это были его рёбра. Его рёбра отрывали из его ебанного позвоночника. Адреналин заставил его издать скулёж-смешок, когда отвратительный хруст костей заполнил слух, его тело дрожало от боли и страха, слёзы появлялись в глазах и скатывались, для этого и нужна была повязка, не так ли? Чтобы никто не видел его лицо, пока он плакал. Ему нужно быть ангелом, Кровавым Орлом, и всё обретало смысл, но блять, он хотел бы не понимать. Всё в порядке, Иннит заставил себя подумать это, пока последнее ребро было вывернуто. Чистая, ясная, жгучая агония заполнила его спину, его лёгкие, всё тело, будто стакан лавы, выливающаяся за края, и в этот момент, Томми хотел ничего больше, чем смерти. Всё нормально, он хотел кричать в ужасе, пока кто-то вновь взял его рёбра. Почему. Всё в порядке, они были вывернуты наружу, разрывая кожу и его остатки крыльев, его зрение наполнилось чёрными и белыми вспышками. Дрим знает, что делает. Дриму не наплевать. Дрим мой друг. Дрим полностью контролирует это. Эта для всеобщего блага. Почему должно иметь значение, что я страдаю? Это поможет другим. Пожалуйста, помогите мне. Томми дрожал как лист на ветру, сердце билось так быстро, казалось, что такая скорость невозможна для человеческого сердца. Он едва держался в сознании (прямо как и его крылья, едва державшиеся на спине), страх и ужас пробегали сквозь его тело, отдавая дрожью, будто электричество. Это было как тот паралич, но гораздо, гораздо хуже, потому что он мог прочувствовать всё, каждый мускул, и он думал, что чувствовать ничего было плохо? XD, он скучал по ощущению пустоты, он бы отдал, блять, что угодно, лишь бы не чувствовать эту боль, и он терял контроль, он не мог, ему надо оставаться в сознании, ради Дрима, не кричать. Не кричи. — «Кто нибудь!» — Подросток закричал, несмотря на свои мысли. Он буквально ощущал негатив Дрима рядом с собой, но не нашёл силы, чтобы поволноваться об этом, — «Кто угодно! Пожалуйста, сука, помогите мне!» Но никто не пришёл. Он почувствовал. что-то внутри своего тела, своего лёгкого? Чего? И в этот момент, он позволил тьме обнять себя с завершающим всхлипом. Как-то, последняя мысль, посетившая его, была Я надеюсь, Дрим не злится на меня.

***

Томми на несколько моментов сел, ошеломлённый, пока Уилбур не появился в отражении. — «Томми!» — сказал старший, его до этого раздражённое лицо поменялось в обеспокоенное. — «Вновь привет, Уил, ” — тихо сказал Иннит. Он мог чувствовать следы от слёз у его глаз, — «я не увидел тебя в предыдущий раз, когда я был тут.» — «Но ты видел? Ты- ох, Томс, ” — Уилбур был в ужасе, — «Ты… снова был убит?» Томми кивнул. Старший был поражён, — «Томс, пожалуйста. Дай мне помочь тебе. Пожалуйста… Я не могу… позволить такому продолжаться с тобой.» — «Ты не можешь ничего сделать, Уил, ” — Томми не хотел существовать, — «тем более, это для блага остальных. Это поможет всем.» — «Если то, как ты умираешь вновь и вновь — помогает людям, тогда что, блять, с ними не так?» — Уилбур был скептичен. — «Это поможет им, ” — повторил Томми. — «А что насчёт тебя?» — мягко спросил Уил. Томми застыл. Что насчёт него? Это не имело смысла. — «Не имеет значения, ” — промямлил младший. Он был идеальным ангелом, и он не имел значения. Уилбур начал плакать, — «Да, Томс, ты имеешь значение. Ты так много значишь. Кто сказал тебе иначе?» Томми отвёл взгляд, — «Мой бог. А мой бог никогда не врёт.» Уилбур выглядел абсолютно разбитым. Он упал на пол, замыкаясь, и вау, Томми реально не мог сделать что-либо правильно? — «Тот, кто говорит тебе это, ” — Уил всхлипнул, — «не заслуживает быть богом. Они не заслуживают жить. Они даже не заслуживают существовать.» Почему это заставило Томми хотеть плакать ещё больше? Это не правда, у него не должно быть какого-либо комментария на это. Честно говоря, разве он не должен просто забыть это? Он не ответил, давая Уилбуру заключить его в прозрачные объятия, без возможности обнять в ответ. Он посмотрел в сторону, и застыл. Пара глаз смотрели на него. — «Томми, когда я выберусь отсюда, я спасу тебя, ” – прошептал Уилбур, снова привлекая внимание младшего, – „Я не подведу тебя опять.” – „Спасибо,” – сказал Томми, но он не был уверен, заслуживает ли он спасения. Он снова посмотрел на глаза. Были ли они ближе, чем мгновение назад? Уилбур был в отражении, конечно же, заточённый на этом вокзале, где пассажиры приходят и уходят, тот знал, что не может присоединиться к ним, неприятные звуки PA Системы, оповещающей остановки, и следы, которые вели куда-то, Уилбур, вероятно (на удивление), был недостаточно безумен, чтобы идти по ним. Так что Томми подтвердил, что старший всё ещё в своём лимбо. Мужчина растерянно посмотрел на младшего сквозь воду. Затем... Глаза не моргали. Тогда что за хуйня уставилась на него?