Искушение. Часть 1.
28 апреля 2023 г., 10:22
Это был обычный рабочий день, Ева не знала ни о каких резких поворотах судьбы, в её жизни всё происходило постепенно и продуманно. Детство, обучение, стажировка в больнице, брак, и, наконец, своя практика. Всего этого она добилась, это не упало на неё. От риска она всегда отказывалась, поэтому никогда не проигрывала. Такси остановилось у высотного здания гинекологической клиники «Trust», она работала здесь уже более пяти лет и имела большую базу своих клиентов. Она знала каждую свою пациентку чуть больше, чем требуется, ей доверяли самое сокровенное. Ева всегда была не только профессионалом, но и хранителем тайн. Приветствуя коллег, она, как обычно, задерживается на ресепшене, общаясь с молодым человеком о прошедших выходных. Кенни проходил здесь стажировку и ловко схватывал все нюансы, его подход к клиентам был особенным, из-за возраста его обаяния. Ева оставляет подпись в журнале, и сообщает, что готова принять первую пациентку уже через пятнадцать минут. Следуя по коридору к своему кабинету, Ева не может не улыбнуться обычным проблемам её коллеги — вендинговому автомату, его вновь избивают. Высокая девушка, с сияющими русыми волосами бьёт ладонью по панели, что не приняла купюру.
— Позволите? — вмешивается Ева, протянув руку к купюре.
— Почему бы не сделать оплату картой? — жалуется девушка, её акцент звучит интересно, как и голос, Ева заинтересованно кивает, соглашаясь с этим замечанием в который раз.
Разгладив купюру, она с терпением и осторожностью подаёт её аппарату, и он легко её проглатывает.
— Вот и всё, — заключает Ева, ладить с ним она научилась очень давно из-за слабости к шоколадным батончикам.
— Спасибо, — благодарит девушка, но кажется совсем незаинтересованной в выборе сладкого, провожая Еву взглядом.
В кабинете стерильно и по современному пусто, лишь на личном столе есть пару фотографий, где она с женой, Маятник Ньютона и макет половой системы. Открыв жалюзи, чтобы впустить свет, Ева с минуту наслаждается согревающим солнцем, наконец-то Лондон радует тёплыми днями. Она достаёт свой идеально белый халат. В нём она чувствует себя сильной и уверенной в себе. Звонком Еву предупреждают о первой пациентке, первичный приём, с ней она не знакома, и это большая редкость в последнее время. К Еве всегда есть очередь из постоянных клиентов, и втиснуться в неё не помогают порой даже связи. В кабинет стучится и заходит та самая девушка, что воевала с автоматом. По непонятным причинам, это вызывает смущение, и Ева торопится пошутить:
— Меня вам бить не придётся, я отлично справляюсь со своими обязанностями. Прошу, присаживайтесь напротив, для начала побеседуем. Меня зовут Ева, с этого момента я ваш гинеколог, и всё происходящее здесь – строго конфиденциально.
— Вилланель.
Ева мягко сжала нежную руку девушки, подвиснув на взгляде глаза в глаза. В этом взгляде было что-то не так, какое-то детское озорство, глубина мыслей, тайны, вызов, слишком много всего, он блестел и манил. Девушка решила всё же сесть, и Ева, как под гипнозом, опустилась на своё место, сложив руки перед собой в замок.
— Вы у нас впервые, где наблюдались ранее?
— Я передала всю информацию администратору, и заполнила кучу анкет. Почему бы вам их не изучить?
— Извините, да, конечно, у меня здесь всё есть, — заволновалась Ева, схватив мышку и открывая программу.
Обычно, она устанавливала связь с пациентом с помощью нехитрых вопросов, возможно, они были даже глупыми, но это расслабляло и подготавливало к осмотру.
— Изучила, у вас есть жалобы?
— Нет, вы могли бы быстрее провести осмотр и заполнить всё необходимое? На работе требуют регулярно посещать вас.
— Если жалоб нет, пройдите за ширму.
— Можно не так официально, — разрешает Вилланель.
Ева ещё раз пробегается глазами по карте, эта девушка долгое время наблюдалась у гинеколога в Милане, все анализы отличные, никогда не было жалоб. Ева моет руки, сушит и надевает перчатки. Открыв ширму плечом, она видит обычную картину, подобное никогда не смущало её. Наружный осмотр — это самое простое, но важное гинекологическое исследование, но так как перед ней новый пациент, она предупреждает, что только на этом они не закончат. Вилланель кажется отрешённой в этот момент, готовая взять свой телефон и уткнутся в него, но вместо этого, Ева замечает, что та смотрит на её волосы. Что ж, если это, помогает ей расслабиться, Ева совсем не против, но пробует вновь заговорить:
— Ты очень аккуратно сложена.
— Это комплимент?
— Да, конечно, поверь, мне есть с чем сравнивать.
— Интересное у тебя хобби, — улыбается девушка.
Ева переходит к детальному осмотру, раздвигая внешние половые губы, и проводит визуальный анализ.
— Там тоже всё аккуратно? — снимает напряжение Вилланель, и теперь Ева чуть опускает плечи, сменив свою сосредоточенность на ухмылку.
— Да, прекрасно. Дальнейший метод обследования может быть слегка неприятным, — заявляет Ева, распаковывая гинекологическое зеркало.
При введении Ева замечает признаки боли на лице Вилланель и останавливается.
— Сильный дискомфорт?
— Я потерплю.
— Я могу взять зеркало меньше.
— Я в порядке, — настояла Вилланель.
После осмотра, Ева поднимается со своего места, в её практике было множество ситуаций, но она никогда не видела столько скованности. Девушка перед ней, невероятно красива внешне, и, должно быть, может выбрать любого в партнёры, но с таким отношением к простым процедурам, возможно, Ева ошибается.
— Не против Бимануального исследования?
— Мазков недостаточно?
— Я предпочитаю проверить всё, когда человек приходит ко мне впервые.
— Это не больно?
— Я буду осторожна, для этого не нужны инструменты.
Вилланель коротко кивает, Ева проникает двумя пальцами, а второй рукой, снаружи, постепенно продавливает паховую зону, прижимая внутренние стенки к пальцам. У многих пациенток эта процедура может вызвать возбуждение, Вилланель терпеливо отмалчивается. Их взгляды встречаются, и Ева может видеть немного искр в её ореховых глазах.
— Ты здорова, — стушевалась Ева, — Эмм, я отправлю мазки в лабораторию, но уверена, всё в порядке. Салфетки здесь, одевайся, я жду тебя за столом.
Ева печатает результат осмотра, замечая, как пальцы промахиваются на заученных до дыр словах. Вилланель отдёргивает ширму, выходит и садится напротив. Когда она одета, всё намного проще.
— Как обстоят дела в сексе? Всегда достигаешь оргазма, с какой чистотой?
— Мне важнее, чтобы его получил партнёр.
— А ты?
— Для меня это определённые трудности, его нет. Извините, это как-то влияет? Я о том, что если я здорова, давайте закончим на этом.
— Если ты настаиваешь. Но в будущем, я могу помочь с этим, можешь обращаться.
— Помочь в спальне?
— Помочь консультацией.
— Вы закончили?
— Да, сейчас отправлю на печать.
Пока принтер справляется со своей задачей, Ева смотрит в глаза этой странной девушке, она явно обладает силой соблазна и притяжения. Ева заклинает себя не смотреть на губы, и вырывает едва выскользнувший лист из лотка принтера.
— Это для тебя, — заключает Ева, поставив подпись и печать.
Вилланель встаёт, напоследок послав волну своего сокрушительного парфюма, и разворачивается к двери, Ева откидывается на стул, не представляя, как продолжить день, и ловит последнюю минуту нахождения в её кабинете Вилланель. Та трогает ручку двери и оборачивается:
— Прекрасные волосы, всегда носите их распущенными.
Её улыбка, поднимающая яблочки на щеках, очаровательна до зуда в костях, Ева провожает её заинтригованным взглядом.
Уже три осмотра позади, а в голове застрял первый, в перерыв, Ева зачем-то просматривает ещё раз карту Вилланель. Она ведь всё делала правильно? То, как раздвинула её половые губы, и медленно ввела зеркало, проталкивая его внутрь, пока не увидела, как оно прошло внешние стенки и оказалось в глубине. Почему Вилланель ощущала дискомфорт? Это связано с прохладой проникающего воздуха, с размером? Трудности с оргазмом… Интересно.
Покинув кабинет, чтобы налить кофе, Ева видит, как Кенни размахивает руками, зазывая её к себе.
— Привет, как день?
— Не так отлично, как у вас. Такая звезда!
— Звезда?
— Ваш первый пациент! Это же Вилланель.
— А, о, да, красивая девушка. Звезда?
Кенни засуетился, выбежал из-за стойки, чтобы взять со стола в зоне ожидания журнал, торопливо пролистал его и раскрыл в центре, показывая Еве. Что ж, это было какой-то дозой прилива интереса, и жадности, Ева внимательно рассмотрела две страницы. Реклама парфюма, Вилланель с обнажёнными плечами и спиной, её загадочный, сексуальный прищур в отражении зеркала, на ладони парфюм «Искушение».
— Она была неразговорчива, осмотр был быстрым, но в следующий раз, если он случится, я могу взять для тебя автограф, если сам стесняешься.
— Я сначала не мог вспомнить, где её видел. А потом Бам! Реклама «Mercedes-EQ», и в модных журналах она часто мелькает. Красивая.
— Не знала, что ты любитель полистать женские журналы.
— Здесь нет ничего другого, — краснеет Кенни.
Ева обращает внимание на обложку журнала и возвращает его на место. Кенни за кофе пытался выудить больше подробностей о приёме, но Ева о таком никогда не говорит, и оставляет Кенни ни с чем.
После работы, Ева привычно спешит домой, но не забывает забежать в лавку с прессой и спросить именно тот журнал, на её счастье, он ещё не вышел из продажи.
Дома стоит невероятный аромат французской кухни, и это не случайность, её жена француженка, и не только характерная внешность может её выдать, но и акцент, а также привычки, поведение, и даже предпочтения. Ева не сомневается, что уже открыта бутылка «Chateau Marjosse Rouge» красного, сухого. Ева пробует его на её губах.
— Ты не говорила, что у нас будет романтический вечер.
— Решила порадовать тебя, мы давно не проводили время за ужином.
— Всё твоя работа.
— А твоя? Целыми днями между чужих ног, а как же я?
— Что за незапланированная ревность? Я готова немедленно провести осмотр!
— Сначала ужин.
Хелен делится вином, Ева садится за барную стойку, наблюдая за готовкой и потягивая его. Ей следует оставить мысли о работе за дверью, она так мало проводит время со своей женой, а сейчас как раз её неделя. Хелен не забывает об этом напомнить. Оставив ненадолго приготовление ужина, она подходит к Еве со спины, наклоняет её голову, чтобы густые волосы дали возможность прикоснуться к шее, и оставляет серию поцелуев. Ева ставит бокал и отодвигает в сторону, чтобы не разбить, и Хелен прижимает её руки к прохладной поверхности гранита.
— После ужина, я хочу связать тебя, моя неделя в самом разгаре, а я ещё этого не делала, будешь кончать, пока силы не иссякнут.
— Хел…
— Мысль об этом заводила меня весь день, я с трудом сдерживаюсь, — зубы слегка прикусили нежную кожу, после чего она вернулась к готовке, оставив Еву трястись от предвкушения.
***
Ева приходит на работу в отличном расположении духа, и Кенни встречает её загадочной улыбкой, быстрее него она замечает только корзину цветов. — Доброе утро, Кенни. Для кого эта красота? — Для вас. Ева моментально подумала о ночи с Хелен, она заслуживала даже десять таких корзин, тело согревается изнутри, взволнованность пощипывает затылок. Выхватив открытку, она открывает и видит совсем другой подчерк.Это было так неловко, вы были между моих ног, а я даже цветов не подарила, спешу исправиться V.
— Что там? — интересуется Кенни. — Просто милая открытка, это от Хелен. Отличного тебе дня, дай мне десять минут, и я готова буду принять первого пациента. Ева закрывается в кабинете, ставит корзину цветов на стол и садится, ощущая напряжение в каждой мышце своего тела. Что это значит? Обычно клиенты действительно могут отблагодарить презентом, но никто не подписывает так открытки. Ева ещё раз читает, и проводит пальцем по узорам букв, даже почерк идеален, она подносит открытку к лицу, и слышит парфюм Вилланель. Чëрт, ей хочется остаться наедине с этой открыткой на весь день! Жаль, она не может себе этого позволить, поэтому неохотно надевает халат, собирается с мыслями, и открывает своё расписание. Она ищет глазами нужное имя и находит его в завтрашнем дне, вечер, Вилланель записана последней. В полдень Еве присылают её анализы, всё в норме, она явно порадует её завтра, но мысли отчаянно ищут, за что зацепиться. Ей нужны витамины, и необходимо настроить её на серьёзный разговор о том, что она не получает оргазм. Ева присутствовала на множестве конференций на эту тему, она делала записи, также у неё есть научные статьи, что лежат ровной стопкой в шкафу, она изучала этот вопрос весь оставшийся день. У здания клиники ожидал красный Bentley, Ева была приятно удивлена. Хелен открыла для неё дверь, обошла машину и села за руль. Её идеальный, чёрный костюм от Maison Margiela не скрывал статус, а её улыбка намерений. Поцелуй был тягучим и сладким, Ева расплылась в удовольствии, наслаждаясь тем, что может чувствовать его каждой клеточкой. И в этот момент она думала о той девушке, что, по какой-то причине, может такого не испытывать, и это вселенская несправедливость. — Я повезу тебя на ужин в «Versailles». — Отлично, я уж было подумала, что ничего не заслужила за прошлую ночь. — О, ты заслужила! Детка, я готова тебя на руках носить. На заднем сидении подарок. Ева почти разочаровалась с утра, что цветы были не от Хелен, но сейчас она более чем компенсировала их нехватку. Хелен уверенно ведёт своего дракона, она неравнодушна к этой машине, и Ева это знает, самый лучший секс был у них на заднем сидении, Хелен любит запах кожи салона и вкус Евы на языке одновременно. В подарочном пакете продолговатая, выполненная из дерева коробка. Ева открывает её как сундук с сокровищами. — Хелен… Ева прекрасно знает о назначении любой секс игрушки, и может в красках представить, как этим пользоваться, может, поэтому, румянец расползается по её щекам и шее? Хелен целует её в висок на светофоре, затем, ниже, до шеи, и наконец, её голос томно просит: — Ты вставишь это в себя сейчас. — Когда идёт твоя неделя доминирования, ты находишь время для меня каждый день, а когда моя, у тебя неожиданно слишком много работы. — Совпадение, ты же знаешь, я люблю обе стихии. — Это должно быть во мне весь вечер, а ты будешь управлять вибрацией? Мне идти с этим в ресторан? — Ты справишься, ты сделаешь это для меня. Я хочу смотреть на то, как ты плавишься, хочу видеть твои глаза, умоляющие меня сбавить скорость. И самое главное – кончать запрещено. Ты кончишь, когда я захочу. Это может случиться уже после ужина, возможно, даже дома. — Это испытание, ты как всегда, выжимаешь из меня всё. — Детка, тебе это нравится, смазка в комплекте, но я бы не советовала наносить много. Ева кусает губы, рассматривая девайс, Хелен не разрешает отстегнуть ремень безопасности, и Ева демонстративно закидывает одну ногу на переднюю панель машины. Хелен наслаждается ремешком туфли, что крепко обхватывает щиколотку Евы, они стоят на очередном светофоре, и Хелен тянется, чтобы тронуть напряжённую икру ноги и провести пальцами по всей длине к центру. — Как же ты заводишь меня, — рычит Хелен, Ева хватает её руку за запястье. — Раз у тебя есть условия, значит, и у меня будут, никаких прямых контактов. У тебя есть только пульт. — Дерзко. Ева возвращает руку Хелен на руль, и та сжимает его с силой, трогаясь плавно со стоп линии. Ева добавляет смазку и вводит в себя игрушку, что плотно обхватывается стенками влагалища, она прекрасно знает, что её ждёт.***
Еве не помогает кофе, прохлада улицы и начало рабочего дня. Вчерашний вечер и ночь забрали у неё столько сил, что ей бы не помешал выходной. Между ног словно по-прежнему что-то есть, и мышцы побаливают. Ева проводит осмотры и консультации, и ловит себя на том, что день ей безразличен по одной причине, она ждёт последнего пациента. Х: Детка, сегодня вечером меня не будет, извини. Но это доказывает, что я не на полную мощь пользуюсь своей неделей. Е: После вчерашнего, я бы и не подпустила тебя. Сегодня только сон. Х: Я буду твоей большой ложкой. И поцелую туда, где бо-бо. Е: Только один поцелуй. Х: Сколько я захочу. Люблю тебя, скучаю. Ева надеялась, что Вилланель придёт раньше намеченного времени и, разобравшись с пациенткой, проводила время на ресепшене. На самом деле, ей не хотелось увидеть Вилланель резко, в своём кабинете. Ей нужно подготовиться к этому приёму. Кенни рассказывает про учёбу и это забавные моменты, они не сразу замечают, что за ними наблюдают. — О, простите, мы… — Кенни встал с места, приветствуя Вилланель, — Вы записаны на половину шестого, верно? — Всё верно, к ней. От напряжения, Ева ощутила всю боль мышц тазового дна, да и в животе натянулся толстый узел, что за реакция? Как давно Вилланель здесь? — Я приму вас через десять минут, ожидайте, — Ева хотела сбежать немедленно. — Если вы уже свободны, можно поторопиться. Вилланель сняла с себя кожаную куртку, и осталась в чёрном топе на узких лямках, что врезались в её плечи. Ева будто сфотографировала Вилланель глазами, чтобы не пялиться, и теперь видит повсюду лишь её смелое декольте и россыпь родинок в самых заманчивых, эрогенных местах. — Пойдём. Ева хотела игнорировать дрожь, агрессивнее ударяя каблуками об пол, нахождение Вилланель за спиной странно щекотало её затылок. В кабинете всё ещё стоял аромат подаренных Вилланель цветов, да и они сами никуда не переехали с её стола. — Спасибо за них, это было мило. Всегда приятно получить благодарность, от кого угодно, — подчеркнула Ева, не выделяя Вилланель. — Если и сегодня потребуется снять с меня бельё, я подарю что-то более практичное. — Нет, сегодня без осмотра, мы поговорим о результатах. — Что-то не так? — Вилланель взволнованно облизала нижнюю губу и села напротив, приготовившись слушать. — О, нет, всё на самом деле идеально по всем пунктам. И ты могла бы не приезжать лично, такие результаты мы просто присылаем на электронную почту. — Раз я здесь, лично, мы можем говорить не только о результатах. Ева не вчера родилась, она знает, когда люди флиртуют, когда двусмысленные фразы действительно ими являются. Ева неловко покручивает кольцо на пальце, и Вилланель это видит. — Скучный муж? — Я распечатаю результаты, чтобы ты передала их работодателю. Или поделились ими со своим партнёром. — Его нет. — Следует обзавестись, в твоём возрасте идеально иметь регулярный секс, это полезно. — Я могу предложить тебе кофе? — Не пью кофе во второй половине дня. — Чай? Ужин? — После работы я еду домой. — К мужу? Вилланель уже второй раз хотела об этом узнать, и Ева специально увернулась ещё раз. — Анализы! Поговорим о них. — Они же отличные. — Я бы посоветовала витамины, какие, сейчас напишу. — Витаминки помогут мне кончить? Ева напряглась, как принтер, что выплёвывал результат в этот момент. — Мы можем поговорить об этом, я… — Не здесь, — отрезает резко Вилланель. — Здесь. Это моя работа. — Тогда, нет. Я не хочу говорить о себе с врачом. — А с кем хочешь? — заразилась дерзостью Ева, скрестив руки. — С тобой, без халата. — Потом и остальная одежда станет лишней, я не переступаю эту черту. — Были случаи? Кто-то предлагал? — А ты предлагаешь? — Да. Ева поднялась, чтобы открыть окно, вечерний воздух Лондона наполнил её лёгкие. Наконец-то, она почти не дышала последние минуты. — Волнение – это заинтересованность? — Я очень хочу тебе помочь, Вилланель. Такая девушка, как ты… — Какая? — Обойдемся без комплиментов, вероятно, ты знаешь, чего стоишь. — Да, всё подсчитано. — Мне бы хотелось тебе помочь, раз этого не сделали твои предыдущие гинекологи, и партнёры. — Сама природа этого не сделала. — Ты небезнадежна, но, если ты не хочешь в этом разбираться, мы можем закончить. Я дам рекомендацию к исследованию гормонального профиля и проведение специальных тестов, касающихся сексопатологии. Например, определение чувствительности разных эрогенных зон. — Или мы можем поужинать? — Хорошо, Вилланель, давай поужинаем, но я буду говорить с тобой как со своим пациентом. Мы всё обсудим, и разберёмся, какое назначить лечение. — Лечение? Но тут написано, что я здорова, — усмехается Вилланель, просматривая результат, что выдала Ева. — Вряд ли твоему работодателю интересно знать о твоей Аноргазмии. — Напротив, подписав со мной контракт на несколько миллионов, ей будет интересно, почему я от этого не кончаю. — Ей? — Меня интересуют не только мужчины, Ева. Всё в Еве кричало об опасности. Что она делает? Разрешает подождать себя после работы? Отвести в ресторан, ухаживать за собой? Вилланель придержала дверь, и выбрала укромный столик на втором этаже, с диванами и подушками, подержала пальто, попросила официанта особо не беспокоить и принести заказ за один раз. Они неловко изучают меню, Ева отказывается от алкоголя, но Вилланель всё равно заказывает. — Будет честно, если ты расскажешь о себе что-то весомое в обмен на то, что знаешь обо мне. — Что ты хочешь знать? — Твой партнёр, твой брак, ты в нём счастлива, сколько кончаешь ты, в месяц, неделю? День? — А ты много хочешь знать. — Но ведь и ты владеешь моей слабостью. — Я в браке с женщиной, она идеальная француженка, наш секс это стихия, за вчерашний вечер я кончила три раза, и признаться честно, мне не совсем удобно сегодня сидеть. — Воу. — Именно. — Я представила, что у тебя скучный брак с каким-нибудь зажатым мужиком, и тебя нужно спасать. — Так было бы проще для тебя, верно? Теперь, давай будем говорить о твоей проблеме и пути её решения. — Если бы мужчины не боялись меня, то уходя говорили бы, что я фригидна. Их очень задевает, когда от их волшебного члена я не захожусь в стонах, раздирая ногтями их спины. — Послушай меня: следует отличать Аноргазмию от фригидности. При фригидности отсутствует или снижается половое влечение, нет никакого интереса к сексу, акт безразличен и не приносит удовольствия, при этом эрогенные зоны нечувствительны. При Аноргазмии ты неспособна испытать оргазм, хотя половой акт может приносить тебе определённое удовольствие, то есть сохраняется способность к возбуждению, но отсутствует завершающая фаза соития. Важно понимать, что чувствуешь ты. — Я люблю секс, сам процесс, но мне всегда было интересно испытать то, что испытывают мои партнёры. — Им с тобой хорошо? — Они забывают обо мне. Я делаю это специально, возможно… — Отвлекаешь от себя? — Да, мне давно надоело имитировать оргазмы. — Хочешь знать причины оргазмической дисфункции? — Хочу, чтобы нам быстрее принесли заказ, я голодна. — Я заметила, ты всегда куда-то торопишься, может, в сексе тоже есть место спешке? — Это с детства. — Кстати, какое оно было? — Это тут причём? — Достаточно часто причинным фактором Аноргазмии являются психологические моменты. И в детстве, у многих бывают травмирующие эпизоды. Не стоит забывать и о специфических расстройствах личности: шизоидных, истерических и тревожных. Такая проблема может быть на фоне неправильного воспитания, патологических особенностей характера или задержки развития полового влечения на платонической, эротической стадии. К ним наконец-то подошёл официант, и Вилланель выдохнула. — Тебе не нравится этот разговор, — делает вывод Ева. — Нет, — уткнулась взглядом в тарелку Вилланель, её паста выглядит слишком аппетитно. — Тогда, зачем ты согласилась? Послушай, я гинеколог, я специалист, могу помочь, если ты этого захочешь, но явно не тем методом, на который ты рассчитываешь. — Неужели? И на какой метод я рассчитываю? — Мы ужинаем вдвоём, я тебя совсем не знаю, но ты напротив меня, смотришь, изучаешь, рассматриваешь как вариант. Но я не вариант, Вилланель, в прочем, я могу идти. — Постой. Нет, не отказывайся от ужина, пожалуйста. — Это нездоровое общение. — Ты помогаешь человеку, разве нет? Ты занята этим обычно всю свою жизнь. — Для этого есть приёмы, правила, особенное поведение. — Я выбила тебя из привычной цепочки, и ты растеряна? — Ты очень красива, молода и слишком привлекательна, все, кто проходил мимо нас до этого момента, оборачивались и притормаживали. Вероятно то, что ты не испытываешь, это погрешность возраста и неопытности, найди человека, которого полюбишь, кем будешь гореть, и попробуй с ним. Может твоё сердце не хочет растрачиваться на всех подряд, ему нужен хозяин. — Я нашла, — дрогнули губы Вилланель, её глаза, потемневшие и большие, уставились на Еву. — Я пойду. — Ева! Задержись хоть ненадолго, просто ужин в благодарность за помощь, я прислушаюсь. На самом деле, возможно, ты права во всём, я не вполне обычный человек. У каждого из нас свои шрамы и каждый по-своему разбит или надломлен, детство не у всех счастливое и беззаботное. Моё прошлое сплошной мрак. — Да, это заметно, даже на уровне подсознания. — Моя паста великолепна, что насчёт твоих морепродуктов? Ева посмотрела в свою тарелку, что ж, это было аппетитно, она была голодна, и за ужин явно платит не она, Хелен не ждёт её дома, работа на сегодня окончена, и за этим столом тоже. — Что если мы не будем больше говорить о твоей проблеме, и ты расскажешь, как тебе Лондон? — Я не против. Сердце Евы делает сальто вперёд, или назад, от любого смеха Вилланель, от её внимательных глаз, когда Ева решает что-то рассказать или насмешке, в ней много эмоций, все они такие разные и живые, она очаровательна. Ева знает её второй день, если посчитать по часам, то не больше трёх? Но это знакомство кажется живее многих многолетних! — Ты будешь это? — Забирай, — улыбается Ева, пожертвовав своей вишней из десерта. Она ловит себя на мысли, что не хочет заканчивать этот вечер, что не хочет отпускать Вилланель. Это всё вино, она выпила три бокала, а это для неё много. Хелен звонит, и она держит палец у губ в просьбе прервать разговор и дать ей ответить. — Да, любимая. — Умм, любимая? Ты не одна? — Я, эмм, одна, а что? — Где ты? — Зашла поужинать после работы. — Одна? — Да, почему бы нет? — Тебя напугал наш секс, и ты не хочешь возвращаться домой? Обещаю, Ева, сегодня мы ляжем спать. — Хорошая шутка, нет, я просто решила так сделать. — За тобой приехать? Где ты? — Я доберусь сама, — встретившись взглядом с Вилланель, она не может понять, почему ей так неловко, почему она оправдывается? Это же не измена! С другой стороны, Хелен бы ни за что не поняла, почему Ева ужинает с пациентом. Но при этом, похожие слова Хелен, о том, что она ужинает с клиентами, всегда звучат уверенно и безобидно, Ева им верит, — Я буду дома позже. — Сейчас, приезжай сейчас, не пойму, что ты там одна делаешь. — Хорошо, выезжаю. Отложив телефон, Ева извиняется взглядом. — Я попрошу счёт. Если торопишься, можешь не ждать. — Я подожду, выйдем вместе. Стоило Вилланель поднять руку, как возле них оказался официант, интересуясь, всё ли в порядке. Услышав о счёте, он неловко помялся и попросил сделать совместное фото. Ева наблюдала за этим с удивлением, Вилланель не рассказала ей, кем является, но сейчас явно придётся. Официант просит Еву помочь с фото, так в её руках оказывается чужой телефон и она направляет его на них. Вилланель положила обе руки на плечи парня и слегка улыбнулась, а он просиял от счастья, фото вышло отличным. — Странно, что ты всё ещё не рассказала мне о том, в какой сфере ты сияешь. — Странно, что ты об этом не знаешь. — Тебя часто узнают? — Это не вершина успеха, дискомфорта не причиняет. — Кино? Музыка? — Ева, ты, правда, думаешь, что я могу быть певицей? Или актрисой? — У тебя красивый голос, и красивые эмоции, и то, и то вполне подошло бы тебе. — Я модель. Подиум, реклама, ничего серьёзного. — Ничего серьёзного? На тебя смотрят, тебя узнают! Ты объект желания, а это ответственность. Может ли быть, что успех как-то… — Ева, нет, мы не вернёмся к этой теме. — Прости. Хорошо. — Я хотела спросить, мы можем увидеться в ближайшее время? — Да. — Да? — Запишись на приём, и мы разберёмся с тем, какие ещё нужны анализы. — Нет, Ева, я больше не приду в клинику. — Я не могу помогать тебе вне её стен. — Я совсем одна в этом городе, почему мы не можем общаться? — У меня работа и жена, друзья и дом. — Я не могу проникнуть ни в один из этих пунктов? — Хорошо, скажу тебе правду. — Желательно! — Ты мне слишком нравишься, поэтому дальнейшее общение нецелесообразно. — Воу, давно ты отталкиваешь всё, что нравится? — Я уверена, ты быстро тут обзаведёшься друзьями. Вилланель оплачивает счёт, Ева чувствует себя неловко, когда она опережает её, хватает пальто и помогает. Они выходят из заведения, и Ева хочет, чтобы весь этот странный пузырь, из влечения и интереса, лопнул, но Вилланель неожиданно просит номер. — Это на тот случай, если мне понадобится консультация в процессе. — Нет, в этот момент ты должна быть в нём целиком, не отвлекаться, понимаешь? — Так, ты дашь мне номер? Вилланель протягивает свой телефон с открытой вкладкой нового контакта, и Ева её заполняет. — Держи, спасибо за ужин, я отлично провела время. — И я. — На самом деле, я знала, кто ты, — осторожно, сообщает Ева, не желая оставлять это в себе, Вилланель, вздёрнув брови, довольно улыбается, — Кенни, парень с ресепшена, показал твоё фото в журнале. — Это просто работа, как твоя. Это ведь не все мы, верно? Вне работы, мы другие. — Да, наверное. О, такси, — Ева подняла руку, и водитель свернул к обочине. — Буду ждать нашей следующей встречи. — Всего хорошего, Вилланель. Ева мягко хлопнула дверью и назвала адрес, в окно она видела Вилланель, высокую, красивую девушку, в чёрном пальто, её золотые волосы развивал ветер, в её глазах была грусть, она подняла ладонь, в качестве прощания. Ева не могла не думать об этом вечере. Её смех звучит в голове, а может, в самой душе, переливается там, согревая всё вокруг себя. Слова, некоторые слова, что говорила Вилланель, будто на плёнку записались, и Ева повторяла их. Она обратила внимание на то, как гладит чуть выше колена капрон, нет, желания заняться сексом в ней не было, но держать мысли о Вилланель ближе к себе… Хелен встретила в коридоре, Ева скинула с плеч пальто в её руки. — Эй, ты куда? — игриво, спросила она, притянув Еву для поцелуя. Ева не заметила, как оказалась прижатой к стене, теперь рука Хелен была на её бедре под платьем и ползла выше. — Мы же договорились… — Да, но моя неделя идёт… — Не стоило быть такой жадной вчера. — Ты выиграла, — расстроилась Хелен, хлопнув ладонями по стене, от чего Ева вздрогнула. — Не нужно так реагировать. — Всё в порядке! — воскликнула Хелен, повесив пальто в крайне раздраженной манере. После сытного ужина, Ева хотела только ещё один бокал вина? Чтобы снять напряжение. Наливая до края, Ева увидела журнал, что принесла вчера, на барной стойке. Похоже, Хелен брала его, Ева тут же схватила его, чтобы забрать с собой. Наполнив ванную, она ставит бокал рядом и листает журнал, её интересует только одна страница, с Вилланель. Нельзя позволять себе в этом тонуть, Ева понимает, как ошибочно сейчас думать о каком-то варианте продолжения общения. Они станут подругами? У них разница в возрасте пятнадцать лет, она же видела её анкету, это Вилланель не знает, сколько лет Еве и может, только догадываться, но возможно, она уже поискала её в интернете. — Чёрт! — стонет Ева вслух. Как тупо смотреть на фото в журнале, если в сети их, должно быть, тысячи! Ева отпивает багряное снадобье и решительно вбивает имя в поисковую систему. Как она и предполагала… Хелен заходит, когда Ева смотрит рекламу «Loewe» поглаживая себя под водой, всплеск выдаёт то, что Хелен застала её в какой-то интимный момент. — О, прости, нужно было постучаться? — Я ничего такого не делаю, что ты хотела? — Поговорить, просто, принесла остатки вина. — Нет, мне на сегодня достаточно. — Ты пила вино в одиночестве? В ресторане? — Смахивает на допрос. — Это повод для ревности, знаешь ли, когда жена скрывает, с кем была. — Эти вопросы меня обижают. — Пойми меня правильно, я опасаюсь, что моё сокровище могут похитить. — Уверяю, я только для тебя сокровище. Присоединишься? Тут ещё сохранилось немного пены. — С удовольствием.***
Ева сегодня в отличном настроении, даже берёт пончики на всех и оставляет их на ресепшене. В кабинете, где она в последний раз была с Вилланель, будто сохранился аромат её парфюма, Ева не хочет открывать окна, хотя понимает, это всё её воображение, тут побывал клининг. Осмотр первой пациентки проходит спокойно, но консультация срывается несколько раз из-за сообщений, что приходят на телефон Евы. — Простите, — извиняется она, и убирает телефон в стол. Оказывается, все они были от Вилланель, и как только Ева освободилась, они все были в её распоряжении. В: Доброе утро, надеюсь, я могу это писать? В: Меня может остановить только блокировка или смена номера, так что, Доброе утро, Ева. В: Сегодня прекрасный день, я торчу на съемках, недалеко от клиники, может, пересечёмся? Я раздобуду нам ланч. В: Мне бы хотелось увидеться, продолжить вчерашний ужин, я даже готова послушать немного о своей проблеме. В: Самоудовлетворение, почему ты не спросила меня о нём? В: Извини, я много написала, не хочу показаться назойливой, дай знать. В: Жду. Ева улыбается череде сообщений, этот поток, весьма приятен, ланч… У Евы есть целый час на ланч, погода стоит отличная, парк недалеко, всё будто за них, и она набивает одобрительный ответ. В парке не сильно людно, Ева ощущает странное волнение, она увидит её вновь, второй раз вне клиники. Её сердце замирает, когда Вилланель идёт навстречу, в её руках бумажный пакет, на лице большие, чёрные очки, закрывающие глаза, до носа натянут ворот джемпера, на голове, очаровательный берет, и всё же, Ева узнала бы её из тысячи. Они встают друг перед другом, Вилланель убирает ворот и целует Еву в щёку, чтобы не было неловкости, она целует и в другую щёку, теперь это похоже на приветствие. — Я взяла нам сэндвичи, салат и чай. Извини, я не знаю твоих вкусов, с индейкой? — Попала в точку. — Чай Дарджилинг? — Почти, я больше люблю Ассам. — Салат свежий, огурцы, черри, оливки и фета. — Я больше предпочитаю сладкий морковный пирог. — Фу. Выходит, я угадала только начинку сэндвича. — Не любишь морковь? — Да, это нелюбовь с детства. — Присядем? Они занимают лавочку, Вилланель на самом деле позаботилась обо всём, вилки, салфетки, отдельные специи, сахар для чая, он ещё горячий — идеально. Ева не помнит, когда в последний раз имела возможность с кем-то не то, что поесть в парке, хотя бы погулять. Хелен не любитель подобного, она выберет ресторан с флорой, если захочется, но не пойдёт в парк. Ева действительно голодна, и первые пять минут они с улыбками жуют, странно рассматривая друг друга. Не обошлось и без заезженного момента с салфеткой, Ева чувствовала себя глупо, но когда Вилланель оказалась в этой ситуации, с придыханием тронула уголок её губы салфеткой. — Спасибо. Много соуса, — оправдалась Вилланель. — Вкусно. Я люблю поесть, а ты? — Да, но работа обязывает быть с этим аккуратнее. Что вкусно сейчас, потом выливается в часы тренировок. В мире, в котором я живу, важен каждый сантиметр кожи. — Должно быть, сложно, быть идеальной. — Хочется думать, что это моя природа, но усилия я тоже прикладываю. — Результат прекрасен. — Ева, ты клеишься ко мне? — Что? — Ева краснеет и прячет себя за стаканчиком чая. — Ты не на все мои сообщения ответила. — Я не спросила про самоудовлетворение, потому что это же логично? Конечно, ты пробовала. — Ну, да, и это не работает. Мне нужен человек, не могу любить саму себя в этом плане. — Я принесла тебе книгу, если не хочешь говорить со мной, можешь почитать и почерпнуть советы отсюда. — Книга? Бумажная? — Вилланель смеётся и благодарит, забрав её себе, — Я сейчас доем, и кое-что тебе скажу. Ева заинтригована этой улыбкой и озорным взглядом, тем, как Вилланель прикусила губу, облизала её и перешла к салату. — Знаешь что? Ты даже ешь красиво! — Мне это часто говорят, особенно после рекламы йогурта. — Да, твой глоток был соблазнителен. Эмм. В плане, ты его так пила, что этот продукт захотелось попробовать. — Ты смотрела со мной рекламу? — Чисто ради интереса! — Когда? После ужина? Где? — Ответ меня скомпрометирует. — В постели? — В ванной. Но это чистый интерес, — настояла Ева. — Меня много в интернете, наслаждайся, это для всех, и не забудь купить йогурт. Ева смеётся, и Вилланель доедает вперёд неё, она молчит, убирается вокруг себя и расслаблено, одним боком, облокачивается на скамейку, её рука просто и безопасно лежит, а в другое мгновение, уже трогает кудри Евы. — Это от мамы? — Да. — Ты унаследовала лучшее. — Да, волосы отличные, — пожала плечами Ева, — Так, что ты хотела сказать? — Доешь. Ева заканчивает, и в той же манере поворачивается к Вилланель. На её лицо падает солнечный свет, Ева не может найти ни единой морщинки, или изъяна. Вилланель двигается ближе, заставляя дрожать изнутри. — Я что-то чувствую. С тобой. — Что? — растерялась Ева, её глаза забегали, странно слышать такое. — Когда твои пальцы… — Стоп! — Ева вскочила, делая шаг назад, — Не надо этого, Вилланель. Спасибо за ланч, мне пора. — Ева! Ева, подожди! Вилланель догоняет её, схватив за рукав и остановив. — Я хочу быть откровенна. — Я не твоё лекарство. Прости, мне пора. Ева торопливо перебирает ногами, стук каблуков об асфальт разносится по округе. Вынув телефон из кармана пальто, она набирает номер Хелен. — Привет, что-то стряслось? — родной голос успокаивает, Ева притормаживает, прижимая динамик сильнее к уху. — Хотела тебя услышать. Чем занята? — Готовлюсь к встрече. У меня новость, на следующей неделе мы приглашены на мероприятие, Каролин презентует свою очередную книгу! У нас есть время, чтобы подобрать платье. — О, отлично, мы давно никуда не выбирались. — У тебя странный голос. — Я просто быстро иду, выходила из клиники на ланч. — Я тоже голодна, совсем забыла про ланч. — Ты слишком уходишь в работу. Сегодня моя очередь готовить, буду ждать тебя дома. — Отлично, Ева, мне пора бежать. — Да, конечно, до вечера. К концу разговора Ева успокоилась, спрятав телефон в карман, она обернулась, вдалеке парка, Вилланель, всё ещё стояла на месте и смотрела. Ева поторопилась перейти дорогу. Работа могла отвлечь, но ненадолго, Ева вновь и вновь возвращалась к тому моменту в парке, где невероятной красоты девушка, призналась в том, что почувствовала что-то, когда не должна была. Ева рвётся домой, ужин получается на скорую руку, без изысков, но она и не собирается сидеть за столом. Как только Хелен появляется на пороге, Ева целует её и просится в спальню. — Что с тобой? А как же ужин? — Я хочу, чтобы ты как следует меня трахнула, ужин не успеет остыть. Хелен нравится, когда Ева кидается на неё как голодный зверь, она позволяет своим рукам быть везде, а губам не отставать от губ Евы. Они добираются до спальни, Ева падает на кровать и Хелен над ней, судорожно расстегивает на себе рубашку, выдергивая её из брюк. Ева освобождается от иллюзий и фантазий, сейчас она здесь, со своей горячей женой. Прежде чем отпустить Хелен к комоду, она хватает её за затылок и приближает к себе. — Сделай так, чтобы ужинать мне пришлось в постели. Хелен довольно улыбается, её обычно холодные глаза, становятся теплее на несколько градусов, Ева сжимает её грудь, и следует ладонями по рёбрам вниз. Хелен выпрямляется, не позволяя рукам забраться в брюки. — Раздевайся! — приказывает Хелен и отходит к комоду. Ева быстро снимает с себя одежду, её тело пышет жаром, постель такая горячая, что хочется левитировать. Хелен возвращается с пристёгнутым к себе страпоном, Ева получает всё, о чём мечтала. Их ужин в постели очень романтичен, на прикроватных тумбочках горят свечи, белое вино, сырная тарелка, великолепный вид на обнажённую спину Хелен. Ева кончиками пальцев очерчивает позвонки. — Я люблю тебя, в том числе и за твою жадность, Ева. — Да, я жадная, ты нужна мне, и знать, что ты целый день принадлежишь не мне, порой убивает. — Мы же договорились, что как только нам надоест строить карьеру, мы всё продадим и уедем на остров. — Ммм, остров, давно я не вспоминала об этом. — Только намекни, и я всё брошу. — У нас всё слишком хорошо, давай поживём в этом, а скучать – это полезно. — Согласна. Хелен засыпает на середине фильма, Ева поглаживала её по волосам, но сейчас медленно убрала руку, и отвернулась. Её тело всё ещё приятно ноет от полученного оргазма, на телефоне горит зелёный огонёк. Ева закрывает глаза, но не может уснуть, в темноте, она всматривается в этот огонёк и всё же, включает телефон. Несколько сообщений, и все от Вилланель. В: Не убегай от меня. В: Это не угроза. Просто, ты причинила мне боль, почему я не могу говорить правду? В: Мне понравился наш ланч и то, о чём мы говорили, и ты. Напиши мне. Ева накрывает себя одеялом, поднимает колени и удобно устраивается на подушке, перед ней экран, на котором она убирает яркость и звук. Е: Ты не открытый человек, Вилланель, и ты хотела сказать слова, которые не следует говорить. В: Но это правда, и я действительно чувствую с тобой. Е: Так не должно было случиться. В: Я хочу увидеть тебя. Ещё. Е: Сойди с этого пути. В: Не могу, я встала на рельсы, я знаю конечную точку, и я буду к ней двигаться. Е: … Стоп. В: Ты обидела меня, в парке, но я прощу тебя, уверена, ты знаешь, как попросить прощение. Е: Подсказки? Ева затаила дыхание, наблюдая за бегущими точками, в этот момент, Хелен решила прижаться к ней, и она выключила телефон, оставив себя мучатся вопросом, что ответила Вилланель. Проснувшись в одиночестве, Ева первым делом хватается за телефон, это плохая привычка, начинать утро с этого, но её волнует ответ. В: Я люблю смелых. Люблю касания. В: Ничего не ответишь? В: Ты умеешь сбегать в самый неподходящий момент. В: Спокойной ночи, Ева. Касания… Ева размышляет на эту тему, что если у Вилланель не получается заполучить оргазм, потому что она сама и все вокруг неё, торопятся? Что если касания это то, с чего следует начинать долгий путь к превосходному финалу? Этого не должно быть в её голове. Ева собирается, и спускается на кухню, где её жена, в строгом костюме, что невероятно заводит Еву, завтракает за столом. Поцеловав её в макушку, Ева вдыхает любимый запах волос, Хелен поглаживает её руку на своём плече. Отлично, в их браке есть касания. — Ты сладко спала после вчерашнего? — Да, весьма, спасибо. — Повторим сегодня вечером? — Твоя неделя слишком насыщенная, дай мне отдохнуть, впереди выходные, ты и я дома, и мы… — Эмм, я не дома. Извини, у меня много дел в компании. — Хотя бы вечерами ты моя? — Да, твоя. Может, успеем куда-нибудь выбраться, буду знать точно, позже. — Постарайся. Ева приезжает на работу с опозданием, и извиняется перед первой пациенткой. Череда осмотров проходит гладко, ланч по пятницам заказывается в клинику, перерыв Ева тратит на своё любимое занятие, читая медицинские статьи. Пятница обычно короче на час, Ева хочет приехать домой, и расслабиться в одиночестве, немного снять усталость рабочей недели, заняться собой, она хочет потратиться на такси, чтобы доехать быстрее. Стоило ей выйти из клиники, как из припаркованной напротив жёлтой Audi вышла Вилланель. Да, это она, и всё внутри сковывается от восхищения, и в тоже время злости. Она идеальна в своём длинном пальто, завитыми волосами, блестящей улыбкой, в её руках большой букет роз, но, какого хрена? — Ты что творишь? — возмущается Ева, опустив её руки с цветами. — Что? — в недоумении, хлопает густыми ресницами Вилланель. — Это моя работа, тут все коллеги знакомы с моей женой, а ты приезжаешь с цветами? Вилланель становится жёстче в лице, её улыбка пропадает, а скулы напрягаются. Вилланель дёргает руки вниз, чтобы Ева не держала, и идёт прямиком к урне, с трудом запихивая туда букет, теперь урна выглядит как клумба или ваза, симпатично и обидно, Ева не просила избавиться от цветов, или? — Так лучше? — разводит руками Вилланель. — Ты вспыльчива, — фыркает Ева и идёт ловить такси. — Я ждала тебя целый час, трудно улыбнуться мне? — Я не просила. — Ева. Стой, прости, ладно? Я не подумала, это действительно глупо. Я просто хотела сделать красиво, и приятно, извини. — Что ты вообще тут делаешь? — Хотела позвать погулять. Набережная, парк, куда захочешь. — У меня другие планы на вечер. — Пожалуйста, втисни меня в свой график. — Какую цель ты преследуешь? — На сегодня? Просто погулять. Я никого не знаю в этом городе, да, меня пригласили в кучу мест, но мне не хочется общаться с этими людьми. — Я не знаю, как мне поступить. — Просто поехали со мной. Ева колеблется, оглядывается по сторонам, в поисках знакомых лиц, кажется, их никто не видел. Вилланель поджимает нижнюю губу и смотрит слезными глазами, как она это делает? Ева тает, и соглашается. В салоне автомобиля слышен только парфюм Вилланель. — Машина твоя? — Да, доставили сегодня из Милана, можно было бы взять новую, но не хочется заполнять кучу бумаг вновь. — Она вполне яркая и подходит тебе. — Спасибо. Ева думает о красном драконе Хелен, в противовес этой рычащей махине. — Ты водишь? — Нет, у меня даже прав нет. — А твоя жена? — Да, у неё красный Bentley, она обожает всё это. — Хмм, интересно. — Что вы обе водите такие машины? — Мне нужно познакомиться с твоей женой. Как её зовут? — Это вряд ли. Я против. Серьёзно, не вздумай. — Боишься? Интересно, почему? — Ты не подумала о моей работе и цветах, кто знает, о чём ещё ты не думаешь. — Извини, я же извинилась! Мы квиты, разве нет? — Хорошо. Куда мы едем? — Ты не выбрала, и я катаю тебя по кругу, не заметила? — Что? — Ева отлипла от едкой улыбки Вилланель, чтобы рассмотреть улицу, они действительно вернулись, — Поехали в Sky Gardens? Если любишь современную архитектуру, была там? — Даже не слышала. — Это панорамная площадка, которая расположена на последних этажах небоскреба Walkie Talkie. Шикарный вид, хороший кофе и вкусная еда, всё в одном месте. — Звучит здорово, я забью адрес в навигатор. Ева немного знает об этом месте, потому что уже была здесь с Хелен, она рассказывает, что здесь, в оранжерее, растут десятки видов деревьев, кустов, цветов и трав, привезённых из разных уголков земного шара, а над формированием общего вида парка трудились лучшие ландшафтные дизайнеры Британии. Они держатся вместе, не теряются, осматриваясь. В воздухе витает аромат розмарина и лаванды, перемешанный с нотками арабики и нежного ростбифа. Сегодня людно, вечер пятницы. Вилланель предлагает выйти на воздух, и подойти к перилам, с которых открывается вид на весь Лондон, Ева не против. Ветер тут же подхватывает их волосы, Вилланель выбирает место. — Это чертовски высоко, — испытывает страх Ева, перед высотой, стоило только взглянуть вниз. — Всего тридцать пятый этаж, а вид действительно завораживает. Их руки на блестящей стали, взгляды устремлены вдаль, Ева замечает, как Вилланель вдыхает больше воздуха, подставляя себя ветру, здесь хочется кричать, мешают люди. — Хочется кричать, — озвучивает свои мысли Вилланель, и Ева в шоке, что они совпали с её. — Да, но люди. — Плевать, — подмигивает Вилланель и, набрав больше воздуха в грудь, выкрикивает: — Свобода! Ева смеётся, и смотрит по сторонам. — О, простите её, не обращайте внимания. Это было сложно, на них и так глазели, даже в лифте, и это внимание такое своеобразное. Узнают ли они в Вилланель медийного человека или просто обращают внимание на её красоту? Еве немного неловко, а Вилланель кажется в порядке, она, довольная собой, барабанит ладонями по перилам. — Думаю, ты единственная, кто это сделал здесь. — Я не отказываю себе в желаниях. — Стоит помнить о приличии. — Что это? — шутит Вилланель. — Отсюда видно мой дом, — Ева показывает вдаль и Вилланель присматривается. — Мой отель тоже. — Отель? — Мне арендуют квартиру чуть позже. — Как давно ты приехала? — Неделя. — Ты быстро меня нашла, — улыбается Ева. — Похоже, это судьба, — подмигивает Вилланель. Они смотрят друг на друга, и незаметно их руки сближаются, Ева может чувствовать, как Вилланель коснулась её мизинца своим. Волнение пробирается от желудка к груди, сдавливает её, лишая воздуха, и Ева отвечает на прикосновение своим. — Ты чувствуешь? Глаза Вилланель блестят в свете заката, она позволяет себе положить всю свою ладонь на руку Евы и слегка сжать. — Даже больше, чем нужно. — Мы поужинаем? Здесь ещё много интересного, и… — Ева, сбегаешь? Опять? Стой и наслаждайся. Ева не знает, имеет ли она право наслаждаться прикосновением чужого человека к себе. Ощущать тепло её ладони и то, что она прячет от глаз кольцо Евы, да, оно прямо под её рукой, и с этим нужно считаться. Она убирает руку, не выдержав внутри себя терзаний. Вилланель следует за ней, они покупают клубнично-банановый смузи и идут в небесный сад. По пути их останавливают две девушки, и делают совместное фото с Вилланель. — Просто относись к этому легко, — комментирует Вилланель, — Давай вернёмся к нам, как дела на работе? — Я, эмм, да всё как обычно. — Обычно? Перед тобой каждый день десятки женщин расставляют ноги, крайне необычно. — Ну, для меня обычно. Я привыкла. — Тебя не заводит это? — Что? Нет! Я профессионал, я даже мысль не допускаю об этом. Ко мне приходят за услугой, и я её оказываю. — После всего, что ты видишь, ты ещё хочешь жену? — Такие вопросы неуместны. — Да ладно тебе, давай поговорим об этом! — Нет, расскажи о своей работе, раз так много знаешь о моей. — Ничего интересного, фотографы, дорогие вещи, аксессуары, часы и сутки в руках профессионалов, это бывает скучно. Но мне нравится, когда обо мне заботятся, когда доводят меня до совершенства, понимаешь? — Вполне, но ты и так… — Что, Ева, договаривай. — Ты и так совершенство. — Спасибо, ты тоже ничего, — смеётся она. — И что, съёмки каждый день? — Не всегда, важна ведь и подготовка к ним, и к показам тоже, это примерки, тренировки, визажисты. У меня есть человек, который говорит где и когда я должна быть. — Почему ты не проводишь время с этим человеком? — Нам хватает рабочих моментов. Здесь скучно, всё в зелени, и суматошно, может, займём место в ресторане? — Я не против, — соглашается Ева, её радует, что Вилланель тоже не особо интересно рассматривать сад в деталях. Они поднимаются наверх, и девушка хостес любезно предоставляет лучший столик. Отсюда видно часть сада внизу, а также горизонт Лондона. Лондонский Тауэр, как на ладони, Ева немного отвлекается на вид и на самолёт в небе. — Думаю, это считается 36 этажом, ты будешь заказывать? — отвлекает Вилланель. Ева заглядывает в меню и остаётся под впечатлением от цен. — Я угощаю. — Нет, ты платила в прошлый раз. — И что? Я тебя позвала, заказывай. — Ну, может, этот салат? — Если ты не закажешь по нормальному, я сделаю это за тебя. Вилланель так и сделала, показав свой характер, Ева не возражала, она тонула в каждой новой частички этого человека. Они проговорили весь вечер, о городах, о мире, даже о машинах, их остановил только взмах руки Евы, и быстрый взгляд на часы. — Мне пора, уже так поздно. — С тобой время пролетело. Дождёшься счёт со мной? — Да. — Тебя никто не беспокоил за вечер, ты выключила телефон? — Он на беззвучном со вчерашнего вечера, чёрт, забыла об этом. Ева удивляется количеству присланных сообщений и звонков. Её искали все, включая Хелен. — У меня будут проблемы, — стонет Ева. — Помни о том, как хорошо было без всего этого. Ева соглашается, вечер был наполнен свободой и лёгким общением, стоило ли это разбавлять серьёзными словами? Стоит ли обсудить что-то не на отвлечённые темы, а что касается их общения? Они заходят в лифт, Вилланель нажимает кнопку и тут же поворачивается лицом к Еве. — Прости за неуместные цветы, я больше так не буду. — Я уже простила. А ты меня прости, что не ответила вчера, я не могла. — Понимаю. Ева? — Да? — Ты меня вылечишь? — Что? Как? Что ты имеешь ввиду? Вилланель качнулась вперёд, неожиданно касаясь своими губами, губ Евы, и это срабатывает как зажигалка, моментальный всплеск пламени. Ева в смятении, она хочет отступить, оттолкнуть и в тоже время, прижать и ответить на поцелуй. Она остаётся нейтральной, пока Вилланель целует её в губы. — Пожалуйста, Ева, — стонет она в губы, и Ева не может этому сопротивляться. Они целуются, плавно двигая губами, меняя угол наклона головы, эта мягкость, этот вкус, голова кругом. Лифт оповещает о прибытии, от чего они вздрагивают. Вилланель отступает, касаясь кончиками пальцев своих губ, она смотрит с таким ликованием, что Ева не может сдержать своего. — Боже, ты так целуешься… — И это без языка, — приподнимает бровь Вилланель. Измена, вот теперь всё официально, и руки Евы дрожат. Они выходят из здания, и Ева готова провалиться в ад на каждом шагу, Вилланель снимает машину с сигнализации и открывает дверь. — Нет, я поеду на такси, ты не можешь меня подвозить до дома. — Могу, садись, Ева. — Нет, моя жена может нас увидеть, я возьму такси. — Так на этом наш вечер окончен? — Да, мне пора. — Мы не поговорим о моей проблеме? — Запишись на приём. — Ты хочешь завладеть моими деньгами или временем? Мной? — Вилланель усмехается, и подходит ближе, — Я хотела предложить тебе поехать в отель и взглянуть на эту проблему, поработать над ней. — Секс? Ты о сексе? — Ты хочешь меня? — Хочу. Глупо говорить что-то другое. Хочу, но не могу. Я взрослый человек, я знаю, чем заканчиваются романы. Я люблю свою жену. — Понимаю, чтобы прийти к измене, нужны шаги, и ты их сделаешь. До встречи, Ева, спасибо за вечер, это было грандиозно, особенно, твои губы на мне и то касание. Ты не дала мне договорить в парке, но ты должна это услышать лично. Я чувствую с тобой. У меня ни с кем в моей жизни не было таких ощущений. — Мне жаль. Жаль, что ты чувствуешь что-то именно со мной, а не с тем человеком, что сможет посвятить себя тебе целиком. Ева предупреждает Хелен сообщением, что едет домой, но та не отвечает. Вот теперь ей действительно страшно, и она пытается найти какое-то оправдание. Её никогда не напрягал контроль партнёра, потому что она следовала всем правилам. Если куда-то идём, то вместе, если не может один, не идёт другой. Если всё же один идёт, то сообщает куда, когда и насколько. Ева оплошала, и виновато закрывает дверь, Хелен не встречает её, и она раздевается сама. В гостиной свет, на совместно выбранном белоснежном, кожаном диване, Хелен делает вид, что не заинтересована в появлении своей жены. — Привет, — даже это звучит виновато, Ева целует в макушку и заглядывает в журнал, который Хелен держит, это что, тот самый? Ева сглатывает и остаётся за спиной Хелен. — Где была? — задаёт вопрос Хелен, перелистывая страницу. — Да так, в парке с одним знакомым. — Поэтому не отвечала мне? Что за знакомый? — Хелен перелистнула ещё пару страниц, похоже, журнал не особо её интересовал. — Мы учились вместе, Питер. Мы неожиданно встретились у моей работы, когда я собиралась словить такси, и тут он, есть что вспомнить, он пригласил поужинать. Всё безобидно. Как твой день? — Я работала. И что этот Питер? Такой интересный, что ты мне не отвечала? Ещё пару страниц, и вот он, разворот с Вилланель. Сердце Евы почти останавливается от страха, и она выхватывает журнал, чтобы откинуть его в сторону. — Ну, прекрати, что за ревность? — Евы пытаться целовать скулы и шею Хелен. — Я вообще-то читала журнал! — Там одна реклама. — Окей, я рассматривала рекламу, может, я хочу такой парфюм? — Я тебе куплю. — Ева, мне не нравится, что ты второй раз за неделю проводишь время где-то без меня. — Я твоя жена, а не собственность, могу я немного активнее жить, общаться с людьми? Гулять? — Не можешь, я завтра не пойду на работу, и мы с тобой поедем гулять, ясно? Если тебе скучно, этим займусь я! Хелен тянет Еву на себя, но Ева не хочет никакого секса, чем ещё раз за этот вечер обижает Хелен.
